К. Батарейкин.

Глупая чушь. Ранее неопубликованные стихи в ассортименте



скачать книгу бесплатно

«Не злодей, не добряк…»
 
Не злодей, не добряк,
Просто ровный мужик,
Не буржуй и не жид.
 
 
Он заходит в кабак,
На скамеечку прыг —
И тихонько сидит.
 
 
Вмиг ему принесут
Со хмельною водой
Здоровенный кувшин.
 
 
Он не в первый раз тут,
Он ни капли не злой,
Кулачище с аршин.
 
М.А.А.
Похмельный понедельник
 
Человек приходит в клуб,
Человек глядит вокруг,
Он на всех имеет зуб,
И никто ему не друг.
Он сегодня очень пьян
И в комплекте – очень зол,
Он сюда, как д’Артаньян,
Повода искать пришел.
Он забрался в этот клуб
Не танцульки танцевать,
Он сегодня будет груб —
Так что всем несдобровать!
Скоро клочья полетят,
Скоро головы долой!
Но напрасно цепкий взгляд
Ищет повод к драке злой
Ведь ничей угрюмый вид
Не достоин тумаков,
И никто не говорит
Даже безобидных слов.
Нету в клубе ни души.
Даже бармены ушли.
И в мерцающей тиши,
Сев за столиком вдали
И согнувшись, как факир,
В первый раз за долгий век
От обиды на весь мир
Горько плачет человек.
 
Б.К.А.
Новогоднее колдовство
 
Рукою усталою шаря в затылке,
Сергей из пакета кефир попивал.
Андрей попивал молоко из бутылки,
Усталой рукою затылок чесал.
 
 
Колян наливал молча ряженку в кружку,
И всей пятернею в затылке скрипел.
А Сашка и Лешка чесали макушки,
И каждый из баночки йогурты ел.
 
 
Татьяна пила мажитель отрешенно,
Безрадостно пальцем затылок скребла,
А рядом мозгами скрипела Алена
И тоже молочное что-то пила.
 
 
Хотите узнать, отчего эти люди
Решили досуг молоку посвятить?
А просто рождественской фее-паскуде
Приспичило пиво в него превратить!
 
 
Она проверяла волшебную палку,
Летя пожеланья детей исполнять,
И ей пострадавших не только не жалко,
Ей просто открыто на них наплевать.
 
 
Она существо из волшебного мира,
Какое ей дело, что праздничный пир
Включает в меню сорок литров кефира,
Сухарики, воблу, фисташки и сыр?
 
Б.К.А.
«Я стоял на посту, попивая пивчагу…»
 
Я стоял на посту, попивая пивчагу,
И глядел в темноту сквозь трубы окуляр,
А из той темноты с револьвером и шпагой
Грозно шел на меня флибустьер-адмирал.
 
 
Он глазами сверкал, он рычал и кривлялся,
Он вопил, что есть сил, он ко мне приставал.
А я был смел, как тигр, ничего не боялся,
Просто молча смотрел и пивко попивал.
 
 
И тогда флибустьер понял, что он бессилен,
Шпагу в ножны вложил, револьвер свой убрал.
Он ко мне подошел и с улыбкой дебильной
Руку мне протянул, и я руку пожал.
 
 
И с тех пор, если вдруг встречу я флибустьера,
Я ему улыбнусь и спрошу, как дела,
Я теперь среди них самый сильный и смелый,
Я теперь у них новый флибустьер-адмирал.
 
М.А.А.
Погоня
 
Бежал я вдаль, ногами движим,
По Ярославскому шоссе,
Но был стабильно неподвижен
По отношению к осе,
 
 
Летевшей прямо вслед за мной
За счет махания крыла.
И скорость нашего, не скрою,
Была движенья не мала.
 
 
И знает кто, чем завершилась
Бы эта странная погоня,
Не окажись мы в людном месте
И не смешайся я с толпою.
 
М.А.А.
Разговор со щастем
 
Как-то рано с утра, еще не рассвело,
Мое щасте без стука в квартиру вошло,
Подобралось к кровати, потрясло за плечо,
Улыбнулось игриво и спросило: «Ну чё?»
Я спросонья не понял: кто куда, что к чему,
«Извини, – говорю, – что-то в толк не возьму,
Ты проездом ко мне или так, навсегда?
Если хочешь поесть, там на кухне еда…»
«Так и так, – отвечает, – вставай-ка, герой!
Я не просто пришло, я пришло за тобой!
Мы отныне в согласье с тобой заживем,
Побежали скорей, покажу новый дом!»
«Ты прости, – вновь бубню, – но я так не могу.
Как я буду в трусах ковылять на снегу?
Мне бы надо одеться, дай хоть пару минут!»
А оно отвечает: «Щасти смертных не ждут!»
Говорю: «Понимаешь, я морозов боюсь!»
Сам пытаюсь штаны натянуть тяжело,
А оно жмет плечами: «Мне-то что, мне-то пусть…
Я к другому уйду…» И, представьте, ушло!
 
 
С той поры я себя невозможно корю,
Что морозов боюсь и в одежде не сплю,
Но на сердце теплеет при мысли о том,
Как в такую погоду, да еще поутру,
Кто-то алчный за счастьем бежит в новый дом,
Неодетый и сонный на промозглом ветру.
 
Б.К.А.
«Летит, пронзая облака…»
 
Летит, пронзая облака,
По небу самолёт
Тверда у летчика рука,
Глаза глядят вперед.
 
 
Ему задание дано
Доставить ценный груз:
Две пары стеганых штанов
И десять пар рейтуз.
 
 
Там, где-то очень далеко,
На севере страны
Полярники давным-давно
Ждут теплые штаны.
 
 
Там без штанов никак нельзя,
Там холод, ветер, лёд,
И к ним, дыханье затая,
Торопится пилот.
 
 
Он смело выпустит шасси
И плюхнется в сугроб,
Полярники всея Руси
Не замерзали чтоб.
 
М.А.А.

Стих про обман
 
Вернувшись домой как-то из института,
Куда поступил я, окончивши школу,
Я замер, не веря глазам две минуты, —
На кухне стояла коробка «Виолы»!
 
 
Мои вкусовые рецепторы сразу
Почуяли запах возможной наживы.
Ничто так не тешит усталого глаза,
Пожалуй что, кроме холодного пива.
 
 
Смазливая дама на крышечке красной
Прекрасной прической призывно желтела.
Я понял, что ехал домой не напрасно,
Расплавлена сыром, душа моя пела!
 
 
Не очень приятен сыр плавленый с виду,
И пальцем касаться его неприятно,
Но если намазать на хлеб, как повидло,
То очень легко убедиться в обратном.
 
 
Кусок небольшой откусить осторожно
И сразу забыться.
Взлетая на небо…
Тому, кто не пробовал, вряд ли возможно
Понять, что такое «Виола» на хлебе!
 
 
Да, целая банка прекрасного сыра!
На сколько же хватит богатства такого?
Надеюсь, что все-таки дня на четыре,
Хотя, если честно, и три – слишком много.
 
 
И вот, не терять чтобы время напрасно,
Присев для удобства процесса на стуле,
Открыл я коробку прекрасного… масла?!
Жестокая шутка любимой бабули!
 
 
Как будто других не хватает коробок,
Куда можно масло сложить на храненье!
Я все же намазал им хлеб, но лишь чтобы
Съесть без малейшего удовлетворения.
 
Б.К.А.
«Сидел я с кружкой у окошка и попивал из кружки чай…»
 
Сидел я с кружкой у окошка и попивал из кружки чай,
Как вдруг в окошко постучали, легонько, как бы невзначай.
Потом еще раз постучали, и я упал со стула аж,
Ведь это ж надо – постучали, ведь все-таки восьмой этаж.
И с целью разгадать загадку раздвинул шторы я рукой,
А там комар противный вредный с большой кудрявой бородой,
С шестью могучими руками, с двумя глазами на лице,
С татуировкой на предплечье «Я не забуду об отце».
Он закричал: «Ага, попался! А ну прощайся с головой!
Ты мне отца смертельно ранил, когда летал он над тобой!
Он был почтенным кровопийцей, летал везде и всех кусал.
Зачем ты стал его убийцей, зачем его убийцей стал?
Ведь ты не рядовой убийца, ты моего отца убил.
Подумаешь, что кровопийца, тебе-то чем он навредил?
Ну покусал тебя немного, зачем же сразу убивать?
Ты мог бы дать ему по морде, а мог словами обругать.
Но нет! Ты встал на путь неверный, ты в спину нож всадил ему!
И чтоб исполнить долг священный, я объявлю тебе войну!»
И он достал листок бумаги, войну смущенно объявил,
Потом покашлял, извинился и больше к нам не заходил.
 
М.А.А.
Происшествие на воде
 
Я плыл рекою на спине,
Закрыв глаза, но в остальном вполне культурно,
Как вдруг почувствовал, что мне
Во рту внезапно стало дурно.
 
 
Я поглядел наискосок
Полуоткрытым карим глазом
И обомлел – да мне песок
Грузили в глотку водолазы!
 
 
Один – ведерком и совком,
Другой – огромными горстями,
Они средь бела дня вдвоем
Меня по горло наполняли
Речною тиной и песком,
А также галькой и камнями…
А я лежал с открытым ртом,
Болтая вялыми ногами.
 
 
Хотел я заявить о том,
Что не гожусь для наполненья,
Но придавленным языком
Не смог произвести движенья.
 
 
Я не решался сплюнуть грунт,
Боясь старателей обидеть,
И от бессилия уснул,
Чтоб этой мерзости не видеть…
 
Б.К.А.
«Куда ни плюнь – повсюду чудеса!..»
 
Куда ни плюнь – повсюду чудеса!
В них начинаю верить беззаветно.
Вчера, к примеру, в доме колбаса
Пропала сколь внезапно, столь бесследно.
 
 
С утра я холодильник отворил,
Надеясь поживиться провиантом,
И сразу в изумленье рот раскрыл —
Съестное будто спряталось куда-то!
 
 
Все пусто – просто шаром покати!
Нет сыра, ну уж к этому привык я,
Но вот колбас различных ассорти
Всегда хранилось у меня в избытке.
 
 
Не веря своим собственным глазам,
В надежде разыскать ее и скушать,
Я шарил по всем щелям и углам,
Но только отморозил нос и уши!
 
 
Все кончено! Пускай теперь враги
Пируют в чревах разных заведений.
Я скоро не смогу поднять руки
От голода и нервных потрясений!
 
 
Конечно, можно в магазин сходить,
Купить там колбасу совсем не сложно,
Но где приобретенное хранить,
Ведь холодильник очень ненадежен?
 
 
В него, как оказалось, каждый вор
Забраться может каждую минуту!
Нет, все же деньги для меня не сор,
Выбрасывать на ветер их не буду!
 
 
Перед покупкой следует решить,
Где мне хранить провизию отныне,
Куда мне продовольствие сложить,
Чтоб не статься как-нибудь в пустыне.
 
 
Солидно взвесив «против» все и «за»,
На кухне я решил остановиться
Тем более, на краешке стола
Кусочек колбасы уже хранится.
 
 
К нему я пригляделся – и аж взмок,
Уверовав в божественное чудо!
Ведь это оказался тот кусок,
Который я с утра искал повсюду!
 
 
Все сходится – на ценнике число,
И запах, и размер, и этикетка…
Теперь я твердо верю в НЛО,
А также в говорящие банкетки.
 
Б.К.А.
«Раз спор ведя до хрипоты…»
 
Раз спор ведя до хрипоты,
Я взял и вышел из себя,
Решил забраться я в тебя
Но там – увы! – сидела ты.
 
 
Свою несдержанность ругая,
Решил вернуться я в себя,
Да вот беда – внутри меня
Сидела бабушка чужая.
 
 
Пока я взад-вперед ходил,
Она сумела внутрь пробраться
И не хотела убираться
Ко всем чертям, как я просил.
 
 
Тогда я плюнул на нее
В прямом и переносном смысле
И с видом чрезвычайно кислым
Ушел искать по свету. Все.
 
Б.К.А.
«Мне с каждым часом все хуже и хуже…»
 
Мне с каждым часом все хуже и хуже,
Я еду по луже верхом на еже,
Верхом на еже я еду по луже,
Причем не одетый, а неглиже.
 
 
А лужа становится глубже и глубже,
Уже в этой луже тонет мой ёж.
Ёжик мой сверху мною нагружен,
Тут хочешь не хочешь под воду уйдешь!
 
М.А.А.
«Проделав долгий трудный путь…»
 
Проделав долгий трудный путь
Из пункта «А» до пункта «Б»,
Я добреду куда-нибудь
Назло погоде и судьбе.
 
 
Пускай противный дождик льет,
Течет за шиворот вода,
Я буду двигаться вперед,
Шаги чеканя без труда,
 
 
Себе поставив в жизни цель,
Я доберусь, в конце концов,
Я просочусь в любую щель,
Сквозь все кордоны всех постов.
 
 
О том, как я иду пешком,
Газеты не напишут вздор,
Но будет тысячам знаком
Мой целеустремленный взор.
 
 
Я стану носом землю рыть,
Но все же отыщу проход,
И будут люди говорить:
«Такой, как он, везде пройдет!»
 
 
Пусть черных кошек табуны
Пересекают мой маршрут
Мне, если честно, хоть бы хны,
Меня приметы не волнуют вовсе.
 
 
По компасу сверяя путь,
Однажды на закате дня
Я добреду куда-нибудь,
Скажу: «Не ждали? Вот и я!»
 
 
Устало рухну на софу
И, утирая пот со лба,
Произнесу примерно: «Фууу!
Ну я даю! Вот это да!»
 
 
И женщина моей мечты
Присядет на колени мне
И фразы дивной красоты
Зашепчет в ухо в тишине.
 
 
Усталость чувствуя в ногах
А ухом слыша всякий вздор,
Я погляжу с тоской в глазах
На эту женщину в упор
 
 
И так подумаю: «Ну вот,
Такой проделал мощный путь,
А эта сволочь не дает
Мне с путь-дороги отдохнуть!»
 
Б.К.А.
Недоразумение
 
Надо мной довлела обстановка,
Распаляясь и входя во вкус.
Было мне чудовищно неловко
Ощущать ее тяжелый груз.
 
 
Ты в углу бумажкою шуршала,
Беспрестанно комкая ее,
Видно, тебя очень раздражало
Уж одно присутствие мое.
 
 
Я не помнил, как попал в немилость,
Отчего ты недовольна мной,
Только видел – что-то приключилось,
Чему я, (а кто ж ещё?), виной.
 
 
В комнате трещало напряженье,
Ты бумажку продолжала мять,
Я сидел на стуле без движенья
И старался даже не дышать.
 
 
Я хотел казаться беззаботным,
Но при всем желании не мог.
А инстинкт, наверное, животный
Умолял пуститься наутек.
 
 
Я отверг трусливые намеки
И решил бороться до конца.
Сделал вдох достаточно глубокий —
Аж заныли мускулы лица.
 
 
Надо, надо было разобраться,
Что во мне плохого ты нашла,
Я мечтал до истины добраться,
Сколь бы она грустной ни была.
 
 
Пусть я стал спокойнее, чем прежде,
Все же вздрогнул от внезапных слов:
«Извини, но ты с моей одежды
Встанешь или нет, в конце концов!»
 
 
Вот ведь оказалось в чем все дело!
Вот как разрешается вопрос!
Пот стерев, я поднял свое тело
И в большое кресло перенес.
 
 
Там сидел, тобою любовался,
Принимая виноватый вид.
А в душе безудержно смеялся,
Так, что до сих пор живот болит.
 
Б.К.А.
«В напряжении рука…»
 
В напряжении рука,
Бодрый взгляд направлен вниз.
Я добрался до сука,
Зацепился и повис.
 
 
Я то дрыгаю ногами,
То мотаю головой
Так висеть могу часами,
Потому что я крутой.
 
 
Я вишу с ехидной рожей,
Словно шишка-переросток,
От обыкновенной шишки
Отличить меня не просто.
 
 
Но внезапно понимаю,
Провисев часок-другой,
Что особых оснований
Нет для гордости собой.
 
 
Я вишу себе на елке,
Мне до ужаса обидно,
Ведь вокруг одни иголки,
И сквозь них меня не видно
 
М.А.А.
Про лысых
 
Я вчера с утра постригся без особенной причины
И немедленно свиданье застолбил тебе на восемь,
Потому что это нонсенс, чтобы лысые мужчины
 

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2