К. Б. Уэджерс.

В тени трона



скачать книгу бесплатно

– Как умерла Пас? – повторила я.

– От эболенцы, ваше высочество.

Казалось, теперь воздуха разом не стало во всей каюте. Ноги подогнулись, отказываясь повиноваться. Прислонившись к стене, я начала оседать на пол. Стоило мне представить, как моя маленькая сестренка, захлебываясь кровью, умирает мучительной смертью, которой всегда заканчивается эболенца, к горлу подступила жгучая желчь. Цера и Ами хотя бы ушли быстро, а вот Пас…

На всю вселенную есть только трое, кому я желаю такой смерти, и даже мамаша к этим троим не относится.

Не говоря уж о Пас…

Эболенца – болезнь искусственного происхождения, страшнейшее биологическое оружие, и, если сестра умерла от нее, это может означать только одно: она тоже убита.

Я открыла глаза как раз перед тем, как Зин дотронулся до меня, и отпихнула его руки. Заметив смущение и обиду в его глазах, я почувствовала себя совсем глупой и мелочной, но задавила эти чувства в зародыше. Нельзя выказывать слабость перед этими людьми. Как всегда говорил По-Син, не показывай страха ни друзьям, ни врагам, а незнакомцам – тем более.

Воспоминание о старом главаре контрабандистов несколько подняло мой дух. Я занималась контрабандой оружия, работая на самого грозного во вселенной повелителя ченских банд. Так я заработала на жизнь, приобрела собственный корабль и репутацию, и все это – сама. Да, дома меня не приняли бы с распростертыми объятиями, но это меня вполне устраивало. Куда угодно, только бы не возвращаться в эту позолоченную клетку!

Кое-как поднявшись на ноги, я развела руками и растянула губы в роскошной пиратской улыбке.

– Итак, кто-то убил мою племянницу и сестер. И пытался убить меня, иначе остается поверить, что этот небольшой бунт на корабле был всего лишь совпадением. И теперь моя мать хочет, чтобы я, как почтительная дочь, возвратилась домой. Чего ради? Чтобы они повторили попытку? Пожалуй, мне совсем не хочется возвращаться и ставить на карту свою жизнь. Разве Империя сделала для меня хоть что-нибудь?

Отповедь огорошила обоих сыщиков, и они умолкли – по крайней мере, так выглядело со стороны. Но я бы поставила десять кредитов на то, что они оживленно обсуждают сложившуюся ситуацию через смати.

Непринужденно шагнув к прикроватному столику, я подняла с него бутыль. Эммори напружинился, и я ухмыльнулась ему через плечо.

– Не волнуйтесь, сыщики. Просто хочу пить.

Проигнорировав чашку, я поднесла горлышко к губам. Прохладная вода со знакомым привкусом бортовой рециркуляции освежила рот, смывая горечь снотворного. Я опустила руку, придерживая бутыль за горлышко двумя пальцами.

Что делать, было непонятно. Пока сыщики разговаривали, я обдумала несколько планов и все их отвергла. Сейчас мне уже не хотелось убивать кого-либо из них, несмотря на угрозы, прозвучавшие на борту «Софии». Ведь они просто делают свою работу…

Пожалуй, можно вернуться домой и выяснить, кто убил моих сестер. В гневе эта мысль пришлась мне по душе.

За них так или иначе нужно отомстить. Однако для этого вовсе не обязательно возвращаться во дворец. На самом деле, если я не буду связана протоколом и всеми этими дерьмовыми имперскими церемониями, будет даже проще. Ни встречаться с мамашей, ни наследовать этот проклятый богами престол Индранской Империи мне совершенно не хотелось.

Отбросив мысль о немедленном нападении, я сделала еще глоток и поставила бутыль на столик. Скрестив руки на груди, я прислонилась к стене и наградила Эммори улыбкой, чтобы скрыть мучительные раздумья.

– Послушай, Эмми… – Услышав эту кличку, он сжал губы, и я порадовалась, что хоть чем-то проняла его твердокаменную натуру. – Я даю слово, что встречусь с матерью и поговорю с ней. Но мне нужна одежда, и я предпочла бы путешествовать на своем корабле.

– Здесь есть одежда, ваше высочество, – ответил он, и на его грубо выстроганном лице отразилась неловкость.

– Мне нужна моя собственная одежда, сыщик, и мой собственный корабль.

– Там в шкафу есть одежда. – Он показал рукой на что-то позади меня. – Но боюсь, что ваш корабль придется сократить из этого уравнения.

– Что? – Словно ледяной кулак ударил мне в грудь. – Что вы сделали с «Софией»?

Эммори искоса глянул на Зина и возвел глаза к потолку.

– Несколько зарядов в реакторе. Я лично за этим проследил. Ваш корабль превратился в космическую пыль.

– Вы взорвали мой корабль? – Я умудрялась говорить спокойно, хотя кулаки сжались так, что ногти глубоко впились в кожу. – Ну, все, сыщик. Кончилось мое терпение.

Предупреждение удивило меня саму. Надо было просто воспользоваться преимуществом и ударить, и гори синим пламенем все клятвы… О боги, как же легко я подчинилась социальным условностям, принятым в Империи! Ненависть к ним не преодолела давно усвоенных норм поведения. Будь мы в другом месте, напала бы без всяких предупреждений.

Оба сыщика положили руки на свои страшноватые Гессианы-45 со встроенным шокером, более мощным, чем солярианские модели. Что касается меня, я пожалела, что выпустила из рук единственное оружие.

– Ваше высочество, доказательства вашего преступления необходимо было уничтожить, – объяснил Зин.

Необходимо! Я еще не заперта в стенах дворца и даже не успела ступить на родную планету, а меня уже окончательно достало это слово. Моих вещей больше нет. Моей «Софии» больше нет. Моего…

– Постойте, какого преступления? Моя команда, будь они все прокляты, пыталась меня убить. Я защищалась. Для вас так важно, что я убила кучку контрабандистов?

На лице Эммори промелькнуло непонятное выражение, почти похожее на страдание.

– Портис был агентом Имперского оперативного отряда, ваше высочество. Он должен был защищать вас. Он поручился в этом своей жизнью. Он никак не мог пытаться вас убить, он хотел доставить вас домой, вот и все.

Мой смех шокировал их.

– Портис был агентом ИОО. Ключевое слово – «был». Они же его выгнали!

– В ложь легче поверить, когда она основана на правде, – мягко сказал Зин. – В личном деле Портиса есть отметка об увольнении, но это только для виду. Он был засекречен, его наняли ваша охранная служба и директор Бритлен. Это было необходимо. Так было проще всего обеспечить вашу безопасность.

Уже в третий раз весь кислород покинул мою грудь быстрее, чем воздух улетучивается в вакуум через пробоину. Так вот почему генерал Саито не спорила со мной и не отправила сыщиков по моим следам! У них был человек, все это время наблюдавший за мной. Так, значит, это мой Первый Телохранитель послал за мной Портиса?

В памяти всплыли имена, которыми представились сыщики, – в тот момент я не обратила на них внимания.

– Триск… Вы сказали: «Эммори Триск»…

Челюсть у меня отвисла, я переводила взгляд с Зина на Эммори и обратно. Они соврали, оба. А иначе…

Ох, етит-твою… Иначе вся жизнь – сплошной обман.

– Портис – мой брат, ваше высочество. Он откликнулся на просьбу Экама о помощи и пожертвовал многообещающей карьерой ради того, чтобы нянчиться с вами. Он умер ради того, чтобы избалованная принцесса могла сбежать от своего долга.

Презрение и ярость Эммори нарушали все мыслимые приличия, но я не могла стерпеть другого: вся моя жизнь уходила из-под ног, как зыбучие пески.

– Что за херня? – Я выплюнула ругательство, цепляясь за бурлящую внутри ярость, как за защиту от горя. – Чем бы там Портис ни был занят, он точно не защищал меня. И доказать, конечно, ничего нельзя, правда? Я не помню, что произошло, а ваша фарианка очень кстати уничтожила доказательства! – Если бы не она, на бедре остался бы след от прошедшего вскользь луча лазера, а Портис в схватке наверняка сломал мне пару ребер. – Я бы даже сказала, он пытался убить меня.

Эммори пересек комнату так стремительно, что я не успела отреагировать, схватил меня за горло и шмякнул спиной о стену. Меня это так потрясло, что я даже не сопротивлялась.

В глянцевой тьме его зрачков вполне можно было различить отражение моих орехово-зеленых глаз.

– Вы не скажете о нем больше ни слова, ваше высочество. Я не позволю вам осквернять память о нем ложью.

Он был убийственно серьезен и полон ярости, но говорил так спокойно, будто мы рассуждали о погоде.

– Эммори! – Зин схватил его сзади, оторвал от меня и развернул, прежде чем я успела придумать ответ. Прижавшись лбом ко лбу Эммори, он что-то прошептал, тот тихо зарычал в ответ, но сопротивляться не стал.

Отдышавшись, я склонила голову набок, с любопытством наблюдая за ними. Трудно сказать, спят ли они друг с другом, но это вполне обычная практика среди сыщиков, если они не родственники. Очевидно, эти двое были вместе уже очень давно. Они знали намерения и мысли друг друга до мелочей и могли предугадывать реакции. Такие же отношения были у нас с Портисом… или почти такие же.

Высказав все, что хотел, Зин повернулся ко мне:

– Ваше высочество, прошу у вас прощения за Эммори.

Зин сложил руки и низко поклонился, и я смогла только вытаращиться на него с открытым ртом. Его слова были полны такой тревоги и отчаяния, будто я – карающая Мать-Разрушительница собственной персоной.

– Семья Эммори много лет жила с мыслью, будто Портис – предатель. Теперь у них есть шанс узнать, что на деле он был героем. Если вы утверждаете, что Портис пытался убить вас, это выставит в ложном свете все, что он сделал, осквернит все, от чего он отказался. – Зин упал на колени и протянул ко мне руки ладонями вверх. – Пожалуйста, не сочтите поведение Эммори за оскорбление.

Пока он говорил, я отметила, как пристально смотрит на меня Эммори. В выражении его лица странно смешались страх и гнев. И боялся он даже не за себя, хотя за нападение на меня я могла бы заживо содрать с него кожу. Он боялся, что имя Портиса будет запятнано и навсегда заклеймено позором.

Когда я осознала, что происходит, мне стало больно до тошноты. Зин говорил совершенно серьезно – он был в ужасе от того, что Эммори зашел слишком далеко.

Да, он действительно зашел слишком далеко, но я же не чванная аристократка, которая обречет человека на казнь только за то, что он вышел за рамки дозволенного! Конечно, Эммори ударил меня, и даже не раз, но мне это не представлялось настолько уж важным. Пускай другие делают из этого проблему, если им так нравится.

Куда интереснее были характер Эммори и его преданность семье. Вот его слабое место, которое, возможно, пригодится мне в будущем. А сейчас нужно разобраться с тревогами Зина. Гордость гордостью, но ради нее не стоит лишать человека жизни.

Обойдя Зина, я встала лицом к лицу с Эммори и какое-то время рассматривала его.

– В следующий раз, когда решите схватить меня, – сказала я, – помните, что жестоко поплатитесь за это.

– Ваше высочество…

Если я не ошиблась, в его взгляде мелькнуло уважение.

– Убирайтесь отсюда, – рявкнула я. – Убирайтесь оба, пока…

Тут я умолкла, оборвав фразу на полуслове. Дав волю гневу, придется доводить дело до конца, но, несмотря на злость, шансов в драке с этими людьми у меня немного – по крайней мере, сейчас.

Зин, видимо, хотел что-то сказать, но лишь склонил голову и направился к двери. Эммори отвесил мне полупоклон и, не отводя от меня взгляда, тоже попятился к выходу.

– Скоро мы войдем в гиперпространство и будем дома примерно через сутки, ваше высочество, – сказал он, закрывая за собой дверь.

Глава 2

Охваченная дрожью, я свалилась на кровать и уставилась на трясущиеся пальцы, стараясь унять скорбь и гнев. На корабле, скорее всего, была система наблюдения, и я не сомневалась, что гостеприимные хозяева будут держать меня под присмотром.

«Не раскрывайся перед ними, Хейл. Не давай им ничего, что они смогут использовать против тебя».

Портис мертв. Цера мертва. Пас мертва.

Я не могла унять выходящую из-под контроля боль. А отвратительно бодрый тоненький голосок в моей голове напомнил о самом худшем: «Ты должна вернуться домой».

От одной мысли об этом у меня перехватило горло. Я сражалась с пиратами и с полицией, входила безоружная в дома Чжу и выходила без единой царапины, меня боялись на стольких планетах, что я не смогла бы их даже пересчитать.

Меня били, калечили и едва не прикончили бесчисленное множество раз, но от мысли о встрече с моей проклятой мамашей я чуть не расплакалась.

«Соберись, Хейл».

Открыв глаза, я уставилась на свою левую руку. Смуглую кожу портила бледная линия. Руку мне захлестнуло проволокой, когда мы в последний раз, на Маракеше, брали банк для По-Сина, прежде чем он позволил нам идти своей дорогой. Проволока чуть не отрезала мне полруки, но Портис выручил.

Паника светилась в его зеленых глазах и звенела в голосе, когда он, прижав меня к себе, старался поскорее убраться от греха подальше, пока не приехали полицейские. Нам удалось вовремя доползти до одного хитрого заведения, где мне залечили почти все раны – остался только этот извилистый шрам.

Прогнав воспоминания и прокляв Портиса, я сцепила пальцы и заложила руки за голову.

Когда-то моя кожа была гораздо светлее, цветом примерно как тиковое дерево, растущее на Пашати. Сейчас она темнее, но не такая темная, как была у Пас, чьи чудесные золотистые волосы прямо-таки сияли на фоне кожи, почти такой же черной, как у Эммори.

Сестренка… Сердце будто рассекло еще одним осколком раскаленного металла. Слов нет, как мне не хватало их с Церой после побега, но тогда мне казалось, что умираю я, а не они. Теперь же я пыталась сжиться с их гибелью, но никак не могла привыкнуть к тому, что их больше нет.

А Портис, значит, вовсе не проворовавшийся неудачник, с позором изгнанный со службы… Тоже совершенно невероятно. Хотя, если вспомнить…

Я скверно выругалась. Если вспомнить о том, что он не любил говорить о своем прошлом; о том, что каждый раз, когда он как-то странно поглядывал на меня, я подозревала, что он скрывает нечто важное…

«Например, службу в Имперском оперативном отряде?» В голосе в моей голове было столько презрения, что я сбежала от него прямо в дебри памяти.


– Детка, не высовывайся. Только не высовывайся, хорошо?

Голос Портиса был исполнен боли.

Грохот выстрелов, обрушившихся на наше укрытие, заглушил мой ответ. Портис бросился в сторону, и я вслед за ним метнулась в отчаянном кувырке под сомнительное прикрытие кипы бесценных тканей, которые мы должны были доставить в Солярианский Конгломерат.

– Что за херня?

– Нет времени объяснять. Просто береги голову.

– Вы не выберетесь с этого корабля живыми, Триск. Ни один, – эхом раскатился в темноте голос Мемз.

От внезапного холодка у Портиса кровь заледенела в жилах.


Я крепко растерла лицо ладонью. Никак не удавалось понять, почему воспоминания столь обрывочны. От наркотиков? Всплывающие в памяти обрывки и ошметки были слишком бессвязны, чтобы им доверять. Зачем Портис хотел меня убить? Чтобы завладеть кораблем? Но в этом, как и в моей гибели, для него не было никакого смысла.

Это же был наш корабль – Портису принадлежала половинная доля в имуществе и полагалась такая же доля в прибыли, как и мне. Часто он даже не проверял, заплачено ли ему – говорил, что занимается всем этим ради удовольствия.

Теперь я поняла, почему ему не нужны были деньги: все это время он был на жалованье у Империи.

Была стычка. Те кусочки мозаики, что мне удалось выудить из мозга, сверкающие, как осколки стекла, подсказывали, что стрельба и драка действительно были. И его предсмертные просьбы о прощении не могли заставить меня хоть на секунду поверить, что Эммори прав и Портис хотел доставить меня домой.

Домой… Домой я не вернусь ни за что на свете, и вместо того, чтобы попусту тратить время, рыдая над прошлым, надо строить планы на будущее. Нужно выбраться с корабля, пока мы не вошли в гиперпространство, или будет слишком поздно.

Я встала, прошла к дальней стене и приложила ладонь к слабо светящейся панели. В стене открылась дверь, и я застонала.

Ну мать же вашу!..

Гардероб был битком набит одеждой, хуже которой нельзя было и вообразить. Я ненавижу традиционные императорские цвета – белый с золотом, да и все остальное в открывшемся пространстве больше всего походило на пирожные с кремом. Миленько, но совершенно непрактично.

Если придется пробираться по кораблю украдкой, выглядеть как кусок торта совсем ни к чему. Значит, придется так и остаться в пижаме военного образца, которую на меня напялили.

Негромко ругаясь себе под нос, я переворошила десятки ярдов ткани и не обнаружила почти ничего, похожего на оружие. В гардеробе нашлась лишь коробка украшений для волос. Конечно, и от заколки может быть толк – если, за неимением лучшего, ею удастся выколоть противнику глаз. Если нет, останется только надеяться, что противник умрет от испуга – или от смеха.

Я отшвырнула на пол белые шелковые брюки, расшитые понизу золотой нитью и украшенные маленькими золотыми бусинами по краю штанин.

Ерунда…

С отвращением фыркнув, я откинула за спину свою тяжелую зеленую косу и направилась к двери, будто просто гуляя по каюте.

Панель у двери активировалась, если приложить к ней ладонь, а мои новые друзья, скорее всего, закрыли мне доступ к системе.

Но это не проблема.

Прислонившись к стене, я обратилась к своему смати и с облегчением вздохнула, увидев, что он легко подключился к бортовому компьютеру. Значит, неисправность все же была в компьютере «Софии», а не в моей голове.

Похоже, что доступ в систему мне сильно ограничили. Новые друзья не доверяют мне, и в этом их можно понять.

Я находилась на борту «Пара Сахи» – «Королевского Крыла». Ну да, что же еще могли отправить за блудной принцессой? Возведя глаза к ровному белому потолку, я снова фыркнула с отвращением. Имперские космические корабли я всю жизнь ненавидела за их клятую стерильность. Хотелось вновь оказаться на «Софии», среди ярких переборок, которые Пип разукрасил бессмысленными каракулями в самых неожиданных местах.

Мысль о сироте, спасенном нами на Кси-5, потащила за собой другие воспоминания. Он выстрелил в меня, я выстрелила в ответ и попала ему точно между глаз. Стало так совестно, что я закрыла лицо руками. Ему было всего шестнадцать…

Прогнав чувства прочь, я сосредоточилась на текущих проблемах. Взломать систему скорее всего не выход, Эммори наверняка за этим следит. Пока у меня есть доступ к компьютеру «Пара Сахи», мои передвижения легче отслеживать, но мне хватит знаний, чтобы замаскировать от него сигнал, когда будет нужно. Я развернулась и направилась обратно к шкафу, изучая комнату и расположение камер.

Поначалу меня здорово раздражала ошибка при модификации тела, из-за которой мои кудри навсегда остались зелеными. Но потом они стали нравиться мне все больше и больше – они очень шли к моей темной коже, высокой стройной фигуре и тонкому лицу с выступающими скулами. Теперь к их достоинствам добавилась еще и мысль об истерике, которую они вызовут дома. Может, все же стоит вернуться домой и пробыть там ровно столько, сколько нужно, чтобы увидеть выражение лица матери?

«Хейл, ты чокнулась». Ухватив нить этих сумасбродных мыслей, я безжалостно оборвала ее. Я не собиралась домой. Мне туда вовсе не хотелось.

Мне нужно выбраться отсюда.

Нырнув в гардероб, я начала расшвыривать одежду, как можно убедительнее изображая вспышку раздражения. Раз Эммори считает меня избалованной принцессой – что ж, сыграю эту роль, чтобы отвлечь его.

В разгаре этого спектакля мне подвернулась под руку банка какой-то косметики, и я запустила ею в дальний угол. Голубая пудра осела на линзы скрытой камеры – хорошо бы, если б она затруднила обзор. Еще две банки – и пятна красного и черного грима скрыли приготовления к бегству от глаз наблюдателей.

Из коробки с побрякушками для волос я вытащила длинную золотую шпильку с каскадом розовых жемчужин. Жемчужины оторвала и бросила, и они раскатились по полу, как ягоды баньшиники.

А вот шпильку я просунула в щель между стеной и панелью, подковырнула, поднажала – и панель отошла от стены.

Несколько оборванных проводов – и дверь бесшумно открылась. Двое охранниц в изумлении обернулись. Удар в нужное место – и одна из них рухнула на колени, хрипя и пытаясь вдохнуть. От этого не умирают, но на ноги она встанет не скоро.

Другая успела удивленно вскрикнуть, но вскрик тут же оборвался: я ударила ее головой о стену, и она осела на пол, будто тряпичная кукла.

Я побежала босиком по пустому коридору, как можно быстрее и бесшумнее, каждый миг ожидая сигнала тревоги. Но его не последовало, и я ощутила разочарование.

– Я думала о вас лучше, Триск, – пробормотала я, направляясь к отсеку с челноками.

Закругленный туннель был так же бел и стерилен, как моя каюта. В нем царила странная гудящая тишина, какая бывает только на боевых кораблях. Я достаточно хорошо представляла себе планировку, чтобы понять, что нахожусь где-то в глубине корабля – да, здесь безопаснее в случае повреждений в бою, но очень далеко от челноков.

К счастью для меня, все имперские корабли устроены одинаково. Если я доберусь до челноков прежде, чем образуется сверхсветовой пузырь, то буду уже очень далеко, когда они заметят мое исчезновение.

Если… Я подавила вздох: в ушах зазвучал голос Портиса: «Ты ведь знаешь, что это означает?»

Да. Обычно это означало, что я в заднице.

Услышав эхо голосов дальше по коридору, я вполголоса выругалась и спрыгнула через перила на трап уровнем ниже. Приземляясь, согнула колени, сгруппировалась и, кувырком прокатившись по палубе, скрылась в полукруглом дверном проеме, едва всколыхнув воздух. Пока два офицера Императорского Флота в синей форме шли надо мной, я старалась как можно плотнее вжаться в стену и даже не дышать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8