Иван Константинов.

Крепость лжецов



скачать книгу бесплатно

Кар все еще огибал площадь по дуге, спускаясь вниз, ближе к кронам деревьев, высаженных в квадратные бетонные бочки, между которыми Мириам продолжала видеть огромные статуи – теперь уже со спины. Под деревьями блестела вода, люди входили на площадь со всех сторон, от ближайших зданий и дорог на высоких бетонных опорах, а над головами гигантов что-то вспыхивало и поворачивалось, то становясь прозрачным, то обретая глубину. В какой-то момент Мириам вдруг разглядела, что это – светлое окно, проступающее в небе, и девушку, в очень коротком белом платье с разрезами по бокам.

Девушка смеялась, и крутилась на месте, под платьем у нее ничего не было, только белая кожа, блестящая, будто политая маслом. Потом она неожиданно исчезла, а вместо нее возникла огромная надпись – «Каролина», бегущие желтые буквы, рядом с которыми, теряясь в солнечных лучах, будто мелкие мошки, парили знакомые человеческие фигурки с раздутыми крыльями.

– А это экран? – Спросила Мириам, чувствуя облегчение от того, что можно сменить тему. – Тоже большой.

– Здесь все здоровенное. – Робко согласилась Суонк.

– Площадь Основания. – Монти произнес это название с явным отвращением. – Пожалуйста, не говорите, что вам она нравится. Тут мы покидаем Центральную Авеню…

Достигнув уровня земли, кар свернул на еще одну кольцевую дорогу, вправо, и теперь снова поднимался, удаляясь от площади по узкому белому хайвею. Этажей у домов незаметно прибавилось, и хайвей оказался между ними словно в коридоре, а их окна, блестящие, закрытые шторами и защитными створками, мелькали на уровне глаз. Рассматривая их, и скрывающиеся за некоторыми из них цвета, Мириам никак не могла понять: как можно жить в таком месте, каждый день глядя на хайвей, на плотное движение разноцветных машин, и знать, что оттуда в ответ на тебя тоже смотрят люди? Ее все еще подташнивало, и происходящее вокруг она воспринимала через призму этой тошноты – с легким отвращением, исходящим откуда-то изнутри.

Наверное, только поэтому она не заметила приближения двух серых каров – больших, как броневик Ланье, вынырнувших из незаметного переулка, и догнавших машину Монти почти мгновенно. Опасно мелькнули цвета за окном, Би неожиданно вскинула колени, упираясь ногами в сиденье перед ней – и город за окнами дернулся.

Отчаянно завизжали тормоза, и Мириам бросило на нее. Серый борт кара, покрытый пластинами брони с черными точками заклепок, мелькнул впереди, перегораживая дорогу.

– Ай! – Плаксиво всхлипнула Суонк.

– «Восемь человек, с оружием.» – Бросила Вероника. – «На втором броневике – стрим-ган на крыше.»

– Вижу. – Би извернулась, запустив руку под сиденье, и выдернула оттуда игольник Суонк. Двери с ее стороны, и со стороны Арго одновременно взлетели вверх.

– И что за вашу мать! – Проревел гладиатор где-то снаружи. – Кому с утра жить надоело?!

– Этого не было в программе. – Растеряно проговорил шут, перебирая клавиши на маленькой плоской коробочке, извлеченной из складок кружевной рубахи.

Би молча вскинула игольник, беря на прицел вооруженных людей в серой броне, выбегающих из второй машины, остановившейся позади.

– «На опережение?» – Предложила Вероника.

– Бриджес? – Снова заговорил гладиатор, все так же громко, рассматривая мужчин, выбравшихся из передней машины.

Один из них, полный, чернокожий, поднес руку к виску в приветствии:

– Чемпион. Добро пожаловать в город.

– «Наемники.» – Констатировала Вероника. – «Вот те и те держат улицу, чтобы никто не помешал. Нужно брать, пока они не начали…»

– «Пусть поговорят.» – Возразила Би. Дуло ее игольника смотрело прямо в лоб ближайшему наемнику, а остальные трое держали ее на прицеле.

– «Арго? Поговорит? Спорим на фунт шоколада, что он сам и начнет драку.»

– «Я с пятнадцати лет ни с кем не спорила на фунт шоколада.»

Суонк, нырнув под сиденье, извлекла из вещевого мешка еще один игольник, поменьше, и вопросительно взглянула на Мириам. Та приложила палец к губам, и подвинулась к двери, выглядывая наружу. Все три кара сгрудились у края хайвея, и редкие машины объезжали их, стараясь не задерживаться. Рядом, слева, зеленым пятном лежал парк, усаженный невысокими деревьями, над которыми серебристым росчерком парило необычайно высокое здание, задевающее облака фигурной верхушкой, похожей на птичью голову.

Монти еще несколько раз нажал что-то на коробочке с кнопками – его пальцы дрожали. Потом вздохнул и тоже выбрался из кара.

Арго медленно подошел к своему собеседнику.

– И с чего ты решил со мной поздороваться? – Он говорил чуть тише, но Мириам все равно слышала его без труда.

– Работа такая. – Грустно ответил полный. – Как всегда.

– И за какое дерьмо ты взялся на этот раз?

– За самое крупное, что ни есть. – Бриджес грустно взглянул на Арго, потом на подошедшего Монти, прижимающего к уху свою загадочную коробочку. – Мой наниматель тебя требует. Для разговора.

Гладиатор расхохотался, заставив ближайших наемников вздрогнуть.

– И кто это такой разговорчивый? Мелкий ублюдок Маркузо? И он прислал за мной всего восьмерых? Бриджес, не сочти за обиду – но он что, ума лишился?

– Маркузо? – скривился Бриджес. – Нет, Титан. Он щенок еще, да и на опиуме сидит, так что я с ним в жизни дела бы вести не стал. С моим нанимателем ты куда лучше знаком.

– Правда, что ли?

– Это Грегори Блант. А куда ехать – ты и сам отлично знаешь.

Монти шагнул было вперед, но Арго остановил его. Цвета гладиатора, такие яркие секунду назад, вдруг начали блекнуть, поглощаемые тоской – непонятной, но хорошо знакомой Мириам.

– Вот как? – Проговорил Арго. – Верно, знаю.

– Этот человек под защитой Короля. – Монти оттолкнул руку гладиатора, но его голос звучал не слишком уверенно. – Через пять минут тут будет Гвардия…

– Пять минут – это долго. Ребенка можно сделать. – Вздохнул наемник. – Но ты, Титан, думай побыстрее. Мы тебя конечно силой не потащим – но вдруг кто подумает, что ты струсил…

– Сколько бы Грегори Блант вам ни заплатил…

– Помолчи. – Сказал Арго, и шут действительно замолчал. Гладиатор не спеша оглядел стоящих перед ним наемников, одного за другим, потом посмотрел назад, на Би.

– Это провокация! – Голос Монти сорвался. – Арго, ты имеешь право общаться с ним через представителя…

– Я тебя не спрашивал. – Теперь гладиатор смотрел в землю. Наемники перед ним начали было опасливо переговариваться, но Бриджес прервал их, звонко щелкнув языком.

– «Всего восемь человек.» – Сказала Вероника. – «Нам нужно четыре секунды на зачистку кара.»

– Я еду с ними. – С видимым трудом проговорил Арго.

– Почему? – спросила Би.

– Блант был моим другом. И я ему… должен.

– Что должен, Арго?

Взгляд гладиатора, полный тоски, скользнул по сиденью, за которым сжалась Мириам.

– Я… убил его жену.

Возвышающийся среди наемников, в своей изодранной куртке и пыльных брюках, он внезапно показался ей невероятно одиноким – даже без меча, оставшегося торчать в песке у циркового лагеря. Кусочек пустыни, занесенный в это благополучное место неведомым ветром. Смысл его слов еще только начал просачиваться в ее сознание, а он уже обходил большой серый кар.

Полный наемник кивнул ему, и тяжелая бронированная дверь отъехала в сторону.

– Я могу гарантировать, что Король узнает об этом в ближайшие минуты! – Монти указал на Бриджеса веером. – Узнает и о вашей роли в этом… спектакле!

– Да на здоровье. – Пожал плечами наемник. – Я его только на место отвезу, да и все.

– Эй! – Крикнула Би, и гладиатор обернулся. – Мне наплевать, что ты сделал! Мы знаем тебя только по Хоксу. Если к вечеру не дашь о себе знать – я приду за тобой. Предупреди об этом своего бывшего друга!

– Спасибо. – Просто ответил Арго, а затем улыбнулся – странно, непривычно. Только когда серая дверь скользнула обратно, и бронированный кар сорвался с места, Мириам вдруг поняла, что неправильно было в этой улыбке.

В ней не было злости.


III.


Дальнейшую дорогу она запомнила плохо. Город ошеломлял размерами, и уже на следующем перекрестке Мириам не могла понять, где же они оставили Арго – позади, среди стеклянных громад, сбегающих к хайвею пологими уступами, или в стороне, где, окруженные округлыми кронами деревьев, вырастали из бетона тонкие дома, похожие на аккуратно заточенные лезвия.

– «Ты совсем не боец, да?!» – Наконец нарушила тишину Вероника, и Монти вздрогнул. – «Где в этот раз были твои хваленые джеты?»

– Оставь его. – Бросила Би в ответ. – Он и правда не воин.

– Меня… тренировали. – С трудом проговорил Монти. – Но с тех пор прошло много времени, и в сложных ситуациях я легко теряю самообладание. А этот дурацкий коммуникатор не работает, когда нужно. Кто просил Арго высовываться, его же наверняка заметили на заставе, ждали, когда он вернется…

– Арго сказал правду? – Спросила Мириам, и тут же ответила сама себе. – Да, правду. То есть, Монти, он и правда убил…

– Жену Грегори Бланта, магната. – скривился шут. – Его оправдал Король, но… Наверное, он бы не хотел, чтобы я вам ее рассказывал.

– Он не боялся. – Сказала Мириам. – Я ничего не понимаю. Если этот магнат хочет отомстить ему – то почему он не боялся?

– Спросим у него самого. – Твердо сказала Би. – Или, если он сам не придет – пойдем за ним.

Шут прерывисто и тоскливо вздохнул.

Следуя его движениям, кар то кружился по невысоким мостикам, то, напротив, разгонялся до огромной скорости на широких хайвеях, будто предназначенных для машин намного большего размера. Впрочем, длилось это не долго – она едва успела почувствовать новый толчок тошноты, и сжаться, преодолевая его, как шут притормозил. Кар медленно въехал в тень, и стекла снова посветлели, заставив Суонк присвистнуть:

– Мать-монашка, че за речка?

Мимо действительно текла вода – по широкому, светящемуся изнутри желобу, вдоль которого следовал кар. И в который, разбрасывая мелкую прозрачную пыль, вливались сверху десятки ручейков поменьше – таких же светящихся, тонких, журчащих по едва заметным желобам, проложенным между ступенчатыми стеклянными стенами здания, уходящего далеко вверх. Кар еще раз повернул, следуя за водой, в тени отходящих от стен древесных ветвей – сами деревья оставались невидимы снизу, видимо, располагаясь выше, на карнизах. И медленно остановился у пологого мостика, пересекающего рукотворный ручей.

– Милости прошу. – Монти выбрался из кара первым, и шикнул на невысокого бледного человека в сине-белом костюме, попытавшегося открыть дверцу кара со стороны Суонк. Та придержала ручку со своей стороны и уперлась ногой в переднее сиденье, не позволяя ему сделать это.

– Чего это он? – Проговорила Суонк испуганно, но бледный человек уже отскочил, а потом и вовсе пустился бежать после короткого жеста Монти. Би выбралась из кара со своей стороны, и стояла у края дороги, на невысоком бетонном бортике, наблюдая, как шут обходит машину, и открывает дверцу для Суонк.

– Добро пожаловать… говорю. – Он протянул было руку, но Суонк опасливо нырнула под нее, упала на четвереньки, и тут же вскочила, оказавшись у него за спиной. Шут словно не заметил этого, продолжая протягивать руку, на этот раз – Мириам.

Пальцы шута были мягкими и изнеженными, но под этой мягкостью Мириам почувствовала силу. Он без малейшего труда помог ей выбраться из машины, и поклонился Би:

– Следуйте за мной.

Мостик, у которого они остановились, упирался в широкие стеклянные ворота, разделенные на три секции. Мириам без особого удивления поняла, что это все – ручей, ворота, мостик, деревья, нависающие над дорогой и почти достающие до здания напротив – всего лишь части одного огромного дома. Его крыша пряталась за листвой и солнечными пятнами, усеивающими вход, но, следуя за Монти и Би она все еще ожидала увидеть ее высоко вверху. И только пройдя мимо повернувшейся прозрачной пластины ворот, толщиной в руку, увидела.

Изнутри здание оказалось огромным и почти пустым, словно речная ракушка.

За длинным портиком с мерцающими узкими окошками открывалось пространство размером с Праздничную площадь в Хоксе, с десятками белых столиков и стульев, расставленных в веселом беспорядке. Точно как на площади, прохаживались люди, поднимался пар в маленьких павильончиках у стен. В центре, то взлетая, то опадая в сложном ритме, бил фонтан, от которого, укрываясь в прозрачном полу, бежали тонкие ручейки, складываясь в узор из колец и петель. Но главное – там было небо, видимое наверху, в конце полупрозрачного колодца из окон и зелени, заключавшего площадь в блестящий спиральный кокон. Действительно похожий на ракушку изнутри – из-за галереи, шириной в небольшую улицу, начинающейся в паре шагов от входа, и бегущей вдоль стен, десятками витков, вверх, к синему просвету, на невозможную высоту.

Мириам взглянула на Монти, его хитрую улыбку – и поняла, что сейчас самое время прикрыть рот.

– Отель? – Спросила Би с каким-то непонятным недовольством в голосе.

– Мой собственный. – С таким же легким оттенком обиды отозвался Монти. – Лучший в Атланте, осмелюсь заметить.

– Ты не доставишь нас к Королю?

– В таком виде? – Монти степенно последовал вперед, обходя фонтан и сидящих за столиками людей. – Меня спустят с лестницы Королевского Шпиля вместе с вами.

– Полагаешь, этикет – важнее нашего дела? – Теперь в голосе Би прозвучала злость.

– Я же не учу вас крутить усы Королю-Лису. – Огрызнулся Монти, и у Мириам закралось подозрение, что он просто копирует тон Би. – У нашего Короля есть доверенные люди, с которыми я собираюсь вас познакомить…

– Когда?

– Не раньше, чем вы примите ванну! – Монти раздраженно кивнул в сторону столиков. – Обратите внимание на реакцию публики. Спешу заметить, что у вас кровь на этой грязной тряпке, заменяющей вам верхнюю одежду. А у маленькой загорелой леди – дыра в штанах, делающая ее нижнее белье излишне заметным…

– Заткнись! – Би действительно покосилась на фонтан. – И двигайся быстрее!

Мириам тоже не удержалась и бросила туда взгляд, но не заметила абсолютно ничего плохого. Несколько мужчин и женщин, одетых во что-то яркое но простое, вроде маек и светлых джинсов, смотрели в основном на шута, и в их цветах мерцало веселье. Видимо, девушек, следующих за Монти, они воспринимали только как свиту, придаток к его необычному облику – и поэтому Мириам просто взяла Суонк под руку, ускорив шаг, стараясь успеть за Би и шутом. И тут же поймала себя на мысли о том, что в отличии от Би ей все равно. Хоть смейся они во весь голос – после пережитого утром, хруста человеческих костей на зубах и чужой памяти, вторгающейся в сознание, она сама готова была рассмеяться в ответ, и хохотать до упаду, только потому, что еще жива, и пришла в это нереальное, невозможное место. И она действительно хихикнула, а затем, почувствовав удивление Би, сжала зубы.

А потом вернулась тошнота.

Ее сопровождала волна отвращения к себе – такого сильного, что ни о каком смехе не могло быть и речи. Мириам вдруг почувствовала грязь на своих пальцах, шершавую ткань разорванной майки, песок, засыпавшийся в ботинки и под ремень брюк. Собственные немытые волосы, и лицо – наверняка в кровоподтеках, которых она не могла видеть. Тошнота складывалась из всех этих мелких картинок, обрывков ощущений – и, когда впереди, перед Монти, внезапно разъехались створки невидимой прежде двери, и блеснула ровная гладкая поверхность, Мириам едва удержалась от того, чтобы не вскрикнуть, хотя ничего еще не успела увидеть.

А когда посмотрела, тошнота прошла почти сразу.

Маленькое квадратное помещение, в которое завел их шут, оказалось лифтом – движение чувствовалось в нем с самого начала, в том, как пружинил пол под их шагами. Задняя стенка была зеркальной, Би бросила на нее один взгляд, дотронулась до непослушной пряди у виска, и сразу отвернулась, а Мириам и Суонк, зашедшие в лифт рука об руку, так и остались стоять.

Суонк хихикнула, и сразу вскрикнула – когда лифт пришел в движение. Мириам ожидала этого, и поэтому продолжала рассматривать себя в зеркале.

Это было похоже на оправдание в суде.

Обвинительница смотрела на обвиняемую, а та искала, чем объяснить свой внешний вид – не такой уж и жуткий, если вспомнить о том, что случилось.

По крайней мере – никаких ссадин. Губы целы, и волосы лишь немного растрепаны, вырвавшись из-под резинки на затылке. Их кустик торчит вверх, словно символ упрямства – или обычной глупости. Глаза – испуганные, и какие-то печальные, словно их хозяйка ждет, что ее вот-вот снова ударят. Грязные разводы на щеках и скулах, пятна на шее и на майке – но уважаемая судья, обвиняемая только сейчас увидела себя в зеркале! И зубы на месте, а гримасу можно принять за легкую улыбку. Да, наверное можно будет – если смыть все водой и мылом, снять грязную одежду, майку со следами чужих рук, и брюки, распоротые ножом, свисающие полосками с бедер. Все это можно исправить, госпожа судья, смыть, сжечь и забыть. Но что делать с самой обвиняемой?

С тем, что осталось у нее внутри?

– Эй! – Сказала Суонк. Мириам поняла, что лифт остановился, Монти с Би уже вышли наружу, и теперь смотрят на нее.

На то, как по ее лицу, оставляя ржавые дорожки, текут слезы.

– Ванна. – Проговорила она, и почувствовала, как Суонк подсаживается, подставляя здоровое плечо ей под руку. – Здесь же есть ванна, правда?


Интермедия II.


С севера к Атланте медленно приближался песчаный смерч.

Несколько тысяч тонн песка, поднятых в безоблачное небо, образовали непроницаемый пыльный столб – вроде тех, что всегда выступали вестниками зимы в этих местах. Водители каравана, следующего по хайвею из далекого Чикаго, заметили его в стороне, и увеличили скорость. Их предупреждение прозвучало на всех торговых частотах, и тут же потерялось в шорохе помех. Смерчи в это время года были не более, чем редкостью, а этот двигался неторопливо, минуя населенные места, и ближайшие фермерские поселения, расположенные западнее.

Вращаясь с огромной скоростью, масса песка вгрызалась в остатки старой дороги, обнажая осколки бетона и дорожных столбов, белеющих на сколах, будто кости древних существ. Об этой дороге не знал никто – вот уже больше пятидесяти лет ни один человек не ступал на нее, и она оставалась не более, чем извилистой тенью между холмов, похожей на сухое русло древней реки. С каждой сотней метров, которую проходил смерч, дорога снова оживала – чтобы недолго, всего лишь несколько часов, снова сверкать под солнцем.

Смерч двигался по ней, со скоростью человека, идущего пешком. Если бы существовал тепловизор, способный разглядеть хоть что-то сквозь массу горячего ветра, или спутник, умеющий заглядывать под песчаные облака – то использующие их наблюдатели, без сомнения, были бы ошеломлены, увидев в центре вихря человеческую фигуру в потрепанном красном плаще.

Размеренным шагом, выдающим нечеловеческое терпение, Джон Риордан шел к Атланте по старому хайвею. Он точно знал, сколько шагов ему осталось сделать до белых стен. Гладкая маска, заменяющая ему лицо, была лишена глаз, но каждая искра статического электричества, вспыхивающая в толще вихря, была его фонарем, позволяющим видеть окружающие развалины так же отчетливо, как при свете дня.

То, что со стороны представлялось смерчем, представало для его электронных чувств в совершенно ином облике. Столб из мелькающих светлячков, мириадов электронных частиц, вращающихся в раскаленном воздухе вокруг, соединялся с небом и едва заметной дымкой, разбрасывая в стороны нити электронных сообщений. Нити соединялись в сеть, которая распухала узлами и лабиринтами, указывающими на человеческие поселения вдалеке. Чуть ниже поверхности земли проступали менее заметные узоры, выдающие древние развалины, и военные базы с сохранившейся инфраструктурой. А высоко вверху, пробитая видимым даже при свете дня радиоизлучением звезд, парила еще одна, алая сеть – информационный обмен небесных городов. Заметно более разреженная, она, тем не менее, хранила в себе ощутимую мощь, а ее узлы сверкали движением огромных массивов данных, сверкая, точно еще один небосвод, полный алых светил. Нити, соединяющие небесную сеть с землей, казались алым метеоритным дождем, пульсирующим в ровном музыкальном ритме.

И сейчас Риордан все ближе подходил к одной из них – тонкой, блестящей, уходящей вверх, к одной из хищных красных звезд, застывших в небе.

Почувствовав приближение вихря, нить задрожала. Металлические частицы, несущиеся вместе с песком, нарушили работу ретранслятора, Его автоматика отреагировала, изменяя частоты, и пытаясь сохранить стабильность сигнала. Вихрь продолжал двигаться дальше, и дрожь усилилась – мощность передачи выросла до предельной. Вибрация, свист ветра, и разряды статики мгновенно перегрузили охранные датчики, разбросанные вокруг ретранслятора, не позволив им почувствовать приближение чего-то более плотного, чем просто песок.

Даже находясь совсем рядом, обычного человеческого зрения было недостаточно, чтобы увидеть конструкцию небесных. Для посторонних глаз она выглядела нагромождением бетонных плит, оставшихся от древнего здания, когда-то возвышавшегося на вершине холма рядом с дорогой. Крыша треснула, и бетонные стены обрушились внутрь, образуя подобие каменного конуса, с торчащими в стороны штырям ржавой арматуры.

Риордан поднялся по склону, его ноги глубоко проваливались в песок. Он не искал вход, а сразу взялся за край одного из обломков, весом в несколько тонн, и отбросил в сторону, открывая внутренности конуса. Скрежет камня и звук падения утонули в свисте горячего ветра, когда он протиснулся внутрь, присев рядом с устройством, которое вовсе не выглядело древним.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29