Иван Аршинин.

Ренессанс



скачать книгу бесплатно

Щелчок, воображаемый экран запрыгал, и картинка исчезла, словно кончилась пленка, и когда катушка делала оборот, кусок, на котором все кончалось, мерно стучал позади меня и болтался на бобине.

Снова искажение экрана, и по нему снова поползла картинка, только тут я был старше и со своей девушкой. Это был первый наш вечер, когда мы были впервые с ней на море. Я лежал на песке вместе с ней и смотрел на медленно тонущее солнце, оно было словно свеча, которую завтра кто-то очень большой снова зажжет в определенное время. Как это ни банально, но это было превосходно.

Я лежал с ней на теплом песке, медленно поглаживая ее плечо, и думал, что так будет вечно, также как человек думает о том, что ему суждено жить и не умирать.

– Так бы и остался тут жить, – нарушил шум воды я.

– Да, я с тобой согласна, давай не поедем домой? Позвоним и скажем, что будем тут жить.

Я засмеялся.

– Идея воистину прекрасна, только жить-то мы где будем?

– А прям тут и будем, – резко ответила она. – Главное ты у меня рядом и все, больше ничего не надо.

Я вмиг стал серьезным.

– Хочется верить, что это так, – я тяжело выдохнул.

– А ты просто поверь и все.

И мы опять замолчали, она продолжила лепить что-то из песка, а я все смотрел, как огромный огненный шар уже почти скрылся за горизонтом, и на улице стало заметно темнее.

Я вернулся в реальность. Воображаемое полотно исчезло, и звук старого проектора выветрился у меня из головы.

Я посмотрел на часы и понял, что просидел тут довольно долго и сильно промерз.

Шмыгнув носом, и, встав с мокрой лавки, я быстро кинул взгляд на памятники и отправился к выходу.


Глава 8

Первым делом дома я принял горячий душ и выпил большую чашку кофе. Это подействовало на меня ободряюще, и захотелось что-то делать. Впервые за много лет. Но делать было нечего. Мне хотелось как-то помочь кому-нибудь, но кто примет от меня помощь? Да и вообще, чем я могу помочь людям? С финансами постоянные проблемы, после каждой зарплаты сидишь и высчитываешь, на что потратить деньги и незапланированные траты будут совсем не кстати, поскольку все распланировано точно. Помнится, у меня как-то пробило кран в ванной, пришлось покупать новый и вызывать мастера, который все сделает, но ему нужно было заплатить. Мне потом пришлось две смены подряд ходить почти без еды. Возможно, мои проблемы решились бы, если бы я переехал в квартиру поменьше, но, как я и говорил, эта мне очень дорога. И неважно, что приходиться переплачивать. Я, конечно, мог бы сдавать комнаты, но меня тут же охватывает ревность, как только я представлю, что кто-то будет трогать вещи моих родных.

В запасе есть еще один выходной (предыдущие два пробежали со скоростью молнии, толком даже не могу вспомнить, что в них произошло), и можно провести его как-нибудь с пользой, и я предпочел спорт. Решил, что неплохо пробежаться километр-другой.

Бег как всегда дался легко. Я просто бежал, покуда не почувствовал, что ноги несут меня все слабее, и если еще один шаг, то на обратный путь сил не хватит.

Шапка промокла настолько, что хоть выжимай, да и пахнет, наверное, не лучшим образом от меня.

Майка и куртка тоже промокшие. Мне жарко так, что хочется снять куртку, но этого делать не стоит, в миг можно схватить простуду. А на дворе уже осень, и изо рта клубами выходит пар. Воздух слегка морозен и свеж. Город насквозь промок, и все здания стали похожи на вымокшие серые коробки. Когда я был подростком, лет так семнадцати, я был уверен, что уеду отсюда. Туда, где после двенадцати ночи город не пустеет и не уходит в свой сумрак, а наоборот, расцветает и тонет в неоновых вывесках и рекламах. Движение не прекращается ни на секунду, и смотря с балкона вниз, ты видишь не просто редко проезжающие машины, издающие шуршащий звук по асфальту, а еще и снующих пешеходов, ты видишь, что жизнь идет, вокруг тебя все движется.

Подобные вещи есть и в Нью-Тауне, но мне хотелось масштабов мегаполиса.

Сейчас эта мечта уже совсем невыполнима. Она просто недосягаема. Я знаю, что меня ждет прозябание в этом городе, где жизнь проходит в работе, и ты ничего не успеваешь посмотреть в мире, разве что с экранов телевизора и компьютера. Это все, на что я могу рассчитывать.

День прошел быстро, и я порядком устал, мышцы ныли. Лег я довольно рано, так как завтра вставать на работу.

Утро. Будильник. Душ. Сборы. Вот я уже бегу на автобусную остановку. На улице еще холоднее, чем вчера, на траве легкий иней, а мои уши нещадно пощипывает холод. Я накинул капюшон на голову. Лето закончилось только вчера, а температура резко упала вниз. По телевизору только и твердили, что нас ждет аномально холодная осень, чем это вызвано – непонятно. И в кои-то веки синоптики оказались правы, действительно резко похолодало.

В автобусе как всегда нещадная толкучка, я сразу занял свое место и терпеливо уставился в окно.


Глава 9

Смену я принял как всегда. Небольшой диалог между мной и другим охранником, и он уходит, оставляя меня в блаженном спокойствии и тишине.

Мой выход выпал на выходной, а это означало, что я буду один весь день, и никто даже не подумает прийти. В выходные мне нравилось работать больше всего. Можно и в течение дня поспать, если уж совсем невмоготу. Я делал это очень редко, так как ночью уснуть не смогу, а она будет тянуться, как на зло, очень медленно.

До обеда я не отлипал от ноутбука. После, когда спина совсем затекла от сидения на твердом стуле, я вышел на крыльцо подышать свежим воздухом. На улице заметно потеплело, иней с травы ушел, и даже утренняя роса уже успела сойти на нет. Небо было довольно безоблачным по сравнению с тем, что было вчера и сегодня утром. Лишь несколько густых и пышных облаков попали в мое поле зрения. Солнце еще не остыло от летнего сезона и довольно ощутимо пекло, отчего можно было неплохо загореть. Ходить кругами мне вскоре надоело, и я решил, что неплохо позавтракать, но в данном случае скорее пообедать. Живот предательски урчал. Пара бутербродов сделали быстро свое дело. Смотреть кино мне совсем не хотелось, от него порядком стало тошнить. Книга – лучшее решение в данной ситуации.

Проведя пару часов за безотрывным чтением, я стал заметно уставать, глаза стали слезиться по причине редкого моргания при чтении. Но решив не бросать начатое, я все же добился успеха и прикончил книгу. Для этого, правда, потребовался еще час. Глаза совсем ссохлись, и создавалось впечатление, что в них насыпали песка.

Умыв хорошенько лицо холодной водой, я обильно смочил глаза водой. Им стало намного лучше.

Время подходило к шести часам вечера, и нужно было чем-то себя занять еще часов на шесть, а потом можно поспать. Благо, объект, на котором я работаю, совсем тихий, и тут никого не бывает. И мне не приходилось пользоваться тревожной кнопкой, за исключением недавнего инцидента.

Остальное время я провел совершенно бесполезно, меня то и дело клонило в сон, но я с этим боролся.

На улице стало темнеть, и я включил освещение на территории.

Вот уже почти двенадцать часов вечера и можно спокойно отбывать ко сну.

Я поудобнее улегся, подвинул обогреватель ближе к дивану, в помещении стало очень холодно из-за погоды за окном, вечером температура вновь уверенно стала падать к нулю. Установив будильник на шесть-тридцать, я закрыл глаза.

Холод ночью меня не беспокоил, обогреватель старался в полную силу. Я спал крепко.

Меня пробудил странный звук, словно кто-то вставил в колесо от велика эластичную палку и во всю силу крутил его. Конечно вертолет, и судя по звуку, совсем не один. Я взял телефон со спинки дивана и посмотрел еще совсем сонными глазами на дисплей. Время. Три-сорок семь. Звук становился все громче по мере приближения, и внутри меня все передернулось. У меня разыгралось воображение, мне показалось, что вертолет просто падает на здание, в котором я нахожусь.

Нет, я ошибся. Быстро прильнув к окну, я уставился в небо. Оно было еще черное, но звезд видно не было, толи просто облака затянули, толи рассвет близился. Моему взору показалась делегация из трех вертолетов, они весело помигивали красными огнями и на черном небе смотрелись словно беговые коровы на ипподроме.

Я еще никогда не видел столь странного зрелища. Нет, вертолеты, конечно же, летали, и я не раз их видел, но чтобы три сразу, это впервые.

Звук стал еще громче, а потом, когда они скрылись из виду, звук пошел на убыль. Может, какие-то учения у них, подумал я и улегся обратно.

Оставшиеся часы я проспал совершенно спокойно.

На улице снова был холод, если верить прогнозу погоды, днем должно стать чуть теплее. Ну и черт с ней, все равно мне от этого нет проку.

Как обычно после поездки с работы я вышел на своей остановке, пропуская особо торопящихся людей вперед. Воздух был сырым и холодным.

Поправив сумку с ноутбуком, и взяв лямку в руку, я покрепче ее сжал, кинув брезгливый взгляд на троицу, что топталась недалеко от остановки. Все как на подбор, высокие, худые, одежда на них висела, явно, была им большая и давно не стиранная. Они посмотрели на меня, я на них. Дождавшись когда автобус отъедет, я отвернулся и стал переходить дорогу. "Долбанные наркоманы" – подумал я.

Когда я был уже возле своего дома, мою голову пронзила резкая боль, в глазах стало темно, и я понял, что падаю, но ничего не мог с этим поделать. Затем, чья-то рука вырвала сумку с ноутбуком, я пытался удержать ее, но последовал сильный удар ногой по ребрам. А затем еще и еще. Кто-то из нападавших закричал на того, кто пинал меня.

– Твою мать, бегом, валим отсюда!

В глазах все еще было мутно, я старался держаться на коленях, но как только шаги моих обидчиков стали удаляться, я не выдержал и рухнул на голый асфальт, ударившись еще раз головой.

Замечательное начало дня.

Ко мне подбежал какой-то парень, стал поднимать на ноги, но тело меня не слушалось, удар был очень сильным, я стал ощущать как кровь стала стекать у меня по шее. Ребра ныли, а лицо болело, так как ударился я неслабо.

– Я… я могу… – но слова давались очень трудно. – Стоять, я могу стоять.

Я пытался отказаться от помощи, но парень не отпускал меня и крепко держал, закинув мою руку себе за голову.

– Успокойся, если отпущу, упадешь еще раз, а лишний удар по голове тебе сейчас точно не нужен.

Голос был совсем незнакомым, и слышно его было очень глухо.

– Слушай, парень, тебе надо в больницу, – приглушенно сказал он. – Давай-ка я тебя посажу.

Он усадил меня рядом с подъездом, облокотив спиной на бетонную плиту. Я попытался положить голову на стену, но мой помощник остановил меня.

– Не вздумай, у тебя открытая рана на голове, хочешь занести какую-нибудь заразу?

– Пожалуйста, очень надо, не могу держать… не могу держать ее в напряжении.

– Подожди секунду.

Я хотел поднять глаза, но боль стала невыносимой. Как я понял, он снял свою куртку, свернул ее в подушку, и аккуратно, скорее по-дружески, подложил ее мне под голову. Я и не думал, что есть еще добрые люди. Надеюсь, он не простынет.

– Пришлите, пожалуйста, скорую, срочно! – послышался его голос. – Тут на человека напали, открытая рана на затылке. Да… да… да. Господи, вы пришлете машину или нет? – не выдержав, рявкнул он на них. – Все, ожидаем вас.

– Не надо… Я домой… пойду.

– Не, парень, домой ты сейчас явно не пойдешь, ты не видел свой затылок.

Зрение стало более отчетливым, смог даже поднять глаза и оглядеться. Толпа зевак уже собралась возле меня. Ко мне снова подошел мой спаситель, и я наконец смог его разглядеть. Молодой парень, лет двадцати трех, с щетиной и взъерошенными волосами.

К нему подошел еще один парень, совсем мальчишка, и что-то стал показывать на экране своего смартфона.

– Отлично, я думаю, это поможет. Ты – молодец, – похвалил он парня, тот в свою очередь очень возгордился, что смог помочь.

Я сидел и совсем не шевелился, боль просто пронзала меня. Я то и дело клевал носом воздух, оттого что начинал терять сознание. Мой друг на сегодня подхватывал мою голову и прижимал снова к своей куртке.

– Есть видео, как эти ублюдки напали на тебя, так что полиция их найдет, – ободряюще сказал он мне. – Вон тот парнишка заснял все, – он указал на совсем юного паренька в бейсболке пальцем. Я только кинул на него слабый взгляд.

Послышался вой сирен. Затем он резко затих, и стали раздаваться голоса.

– Прошу всех разойтись, – твердо произнес мужчина. – Что тут случилось?

Он подошел ко мне вплотную, присел рядом на корточки и попытался посмотреть мне в глаза.

– Три каких-то парня напали на него, – стал объяснять молодой человек, который помог мне, – вырвали из рук сумку с ноутбуком и быстро убежали. Вон у того мальчишки есть видео.

Полицейский подозвал паренька в бейсболке, тот снова достал свой смартфон и снова стал показывать свой экран.

– Все ясно, не переживай, найдем их, – обратился он ко мне. – Так, ты и ты, поедете со мной в участок, снимем показания и отпустим вас. А ты, парень, – он обратился к пареньку со смартфоном, позови своих родителей, они едут с нами.

Затем в голове что-то стрельнуло и стало невыносимо больно. Я вскрикнул.

– Тише, тише, – попытался успокоить меня полицейский. – Да где, мать их, носит эту скорую!

Это последнее, что я услышал, а затем я отключился.

Когда я открыл глаза, я попытался хоть что-то вспомнить. Там, где я лежал, было уже темно. Окошка в этой комнате либо не было, либо оно было сильно зашторено, так что свет через него не попадал внутрь. Голова просто раскалывалась. Удар по голове, сильные удары ногой по ребрам, вырвали сумку, потеря равновесия, и еще один удар головой, только теперь об асфальт. Все эти события пронеслись у меня в голове. Скорую, мы сидели и ждали скорую, я в больнице. Дотронувшись до лица, я на ощупь понял, что правая его часть опухла от удара, голова перемотана, а каждое движение рук отдавалось гулкой болью в ребрах.

Я попытался сесть и облокотиться на спинку кровати, но все мое тело меня совершенно не слушалось, мало того, было ужасно больно.

Господи, что за дела творятся со мной последнее время.

– Эээй, – крикнул я. – Я очнулся, может кто подойти ко мне?

Я стал ждать, время шло томительно долго. Глаза свыклись с тьмой, и теперь я увидел, что в комнате, все же, есть окно. Оно действительно было сильно завешано, так, что только по бокам, и то еле видно, пробивался уличный свет.

В тот момент, когда я хотел еще раз позвать на помощь, дверь в палату распахнулась, свет из коридора стал попадать в помещение, а в проеме виднелся четкий силуэт. Женский.

Сделав пару шагов, она щелкнула выключателем, и мою голову пронзил яркий свет, который причинил мне боль. Я попытался прищуриться, посмотреть вниз на одеяло, которым был укрыт.

– Выключите, пожалуйста, – почти шепотом произнес я.

– Извините, – послышался приятный женский голос.

Свет она не выключила, но что-то подкрутила, и яркость стала уменьшаться. Мне стало значительно лучше находиться в комнате. Я по крайней мере мог нормально смотреть, ведь ничто не резало мне глаза.

– Как чувствуете себя? – заботливо поинтересовалась медсестра.

– Бывало значительно лучше. Когда я могу идти домой?

Мои слова вызвали лишь улыбку на ее красивых губах.

– Этого я вам не могу сказать, у вас очень сильное сотрясение мозга. Плюс – сломаны ребра и ушиб мягких тканей лица.

– Одним словом, я тут надолго… – тяжело вздохнул я.

– Голова болит?

– Болит.

Она сделала пару шагов ко мне, прикоснулась к моей голове, нагнула ее чуть вперед.

– Вам зашили рану, но кровь еще немного идет, сейчас я сменю вам повязку.

Она стала открывать какие-то шкафчики, доставая бинты и разные обеззараживающие средства. Я только тихо сидел и наблюдал за ней.

– Вы довольно милая, чего вы забыли в больнице?

Я пытался шутить, но давалось мне это с большим трудом.

– Хотелось помогать людям, – спокойно ответила она.

– Хотелось? А сейчас что, желание пропало? – я усмехнулся.

– Отличная шутка, – она слегка искривила губы в улыбке.

Затем она подошла ко мне и стала разматывать мою повязку.

– Кстати, приходили полицейские, хотели поговорить с вами, но доктор пока запретил.

– Ясно, пусть приходят, когда хотят. Так что, у меня есть шансы отправиться домой завтра, хотя бы теоретически? – с надеждой в голосе спросил я и тут же слегка заскулил, так как кровь припеклась к повязке, и моя медсестра резко ее сдернула. – Чертовски больно.

– Знаю, поэтому и сделала, а то никакой тишины, – она улыбалась, но всячески пыталась держать лицо серьезным.

– Вы явно заигрываете со мной.

– Вам явно кажется… – она посмотрела на мою больничную карту. – Айзек Крамер.

– Ну так что на счет завтра?

– Нет, – сказала она как отрезала. – У вас серьезные травмы головы и не только, вам сейчас попросту нельзя домой.

Я в очередной раз загрустил, уставившись в одеяло.

– А как вас зовут?

– Ева, – не отрываясь от моей раны, быстро проговорила она. – Будет щипать.

– Да и ладно, что я не мужи… Аааа… Как же больно! – воскликнул я.

Ева засмеялась и продолжала обрабатывать мой затылок. Взяв в руки бинт, она стала наматывать его вокруг моей головы.

– Я сейчас, наверное, просто красавец, да? – как бы между прочим поинтересовался я.

– О да, сейчас бы любой позавидовал тебе, Айзек.

– Не люблю сарказм.

– А кто любит? – задала риторический вопрос Ева. – Ну вот и все, до утра будет все отлично. Отдохни, Айзек, у тебя сильное повреждение головы, нужно как можно больше отдыхать.

– Так всегда говорят, – я снова приуныл, мне так не хотелось, чтобы она уходила, снова стать одиноким, сидеть и смотреть в стену.

– Спокойной ночи, – сказала она, выходя из моей палаты.

– Не уходи, – неожиданно сам для себя выпалил я, отчего мне стало стыдно. – Извини, я сморозил полную ерунду.

– Ничего, я еще зайду, проверю твое состояние, – она мило улыбнулась мне. – Ведь ты не один в отделении, нужно и к другим наведаться.

– Я буду ждать, – с улыбкой ответил я.

Щелкнув выключателем, она раскрыла дверь и быстро удалилась.

Я думал, что не усну до самого утра, но как только я вернулся в положение лежа, я повернулся на бок и тут же уснул.

Проснулся я от того, что ко мне в палату зашла довольно строгая на вид медсестра. Они с Евой были как две противоположности. Та вся буквально светится, излучает позитивный настрой, а эта мрачная, словно туча, ворвалась ко мне через дверь.

– Доброе утречко, – с недовольной гримасой сказала она.

– А где Ева? – я постарался сесть.

Она впилась в меня своими поросячьими глазками, еще секунда, и она меня просто испепелит взглядом, так он пылал ненавистью. Интересно, это из-за моего вопроса?

– Ушла, – небрежно буркнула она. – Давай посмотрим, что тут у тебя, – она схватила мою голову своей огромной ручищей, и у меня возникло чувство, что она ее не перевязать хочет, а раздавить.

– А куда ушла?

– Слушай, ты чего тут разболтался, молчи сиди, пока я делаю тебе перевязку.

– Куда ушла Ева? – настырно повторял я.

– Ты… – она хотела сказать что-то оскорбительное. – Мозгами пораскинь, утро уже, кончилась ее смена, пошла домой спать твоя Ева. Тоже мне, Адам нашелся.

Недовольно пробурчав это, она стала обрабатывать мне рану. Теперь в моих глазах ненависть к этой женщине пылала еще больше.

– И когда она снова будет? – спросил я, зная, что вряд ли получу нормальный ответ.

– Слушай, у нас с тобой явно тут не заладятся отношения.

– И слава Богу. Я бы еще перекрестился, но ребра болят.

– Болеть будут еще сильнее, если не перестанешь шутить.

Когда она вышла, я испытал огромное облегчение. Словно, в это время в комнате, помимо нас двоих, находилась еще и атомная бомба, которая могла взорваться в любой момент. И эту бомбу она таскает за собой из палаты в палату на невидимой тележке.

Я устроился поудобнее на своей больничной койке и стал задумываться, чем мне заниматься весь день. Телевизора в палате не было, ноутбук мой украли и смартфон вместе с ним. Что за дурацкая привычка у меня, класть телефон в сумку от ноутбука, теперь, пожалуйста, получите – распишитесь.

Нужно будет предупредить начальство на работе.

Поправив повязку, которая сползла мне на глаза, я стал мысленно проклинать эту огромную бабищу. Которая, мало того, что она подобна туче, такая же мрачная и неприятная, так еще и перевязывать не умеет.

– Твою мать, долбанная сука! – яростно проговорил я. – Настолько трудно нормально перемотать голову, я не пойму!

Я ворчал как старый дед, и поправлял то и дело сползавшую повязку.

Нажав на кнопку вызова медсестры, я стал ждать.

Она быстро, словно пинком, распахнула дверь и буквально взяла штурмом мою палату.

– Чего тебе еще?! – недовольно спросила она.

– Это, по-вашему, нормально? – я убрал руки ото лба, и бинт тут же сполз. – Неужели трудно нормально перевязать?

– Слушай, если ты такой умный, бери бинты и сам себе все делай, раз тебе не нравится.

Ну не сволочь ли?

– Не нравится. Это твоя работа, можно делать ее более качественно! – фыркнул я.

– Слушай, ты тут решил указывать мне на мои недостатки в работе? – с металлической интонацией спросила толстуха.

– Да, решил, и что с того?

Она молча достала бинты и стала подходить ко мне, чтобы все перевязать.

– Так-то лучше, – буркнул я.

– Что ты там сказал?

– Так-то лучше, – еще громче повторил я.

– Я же сказала, можешь сам себе перевязать свою голову, – небрежно бросила она.

– Сука!

– ЧТО?!

– Что слышала!

Она занесла руку, чтобы кинуть в меня сверток из бинтов, но в дверном проеме послышалось неловкое кашлянье. Она тут же остановилась и быстро перевела взгляд на дверь, и я вместе с ней. Там стоял полицейский, я его узнал, именно он первым отреагировал на случившееся со мной.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное