Искандар Бурнашев.

Икам. Неисполненное задание



скачать книгу бесплатно

Икам видел с высоты, как лев подобрался и затаился за камнями. Из темноты показались три человеческих силуэта. Крадучись, они стали приближаться к костру. Встревоженный Икам, наложил стрелу на тетиву и приготовился к выстрелу.

Дальнейшее всё произошло, почти, одновременно.

Один из мужчин, подняв большой камень, бросил его туда, где, по его мнению, должна была находиться голова спящего человека.

Луна выглянула из-за туч и осветила поляну.

Лев поднялся в полный рост и громко зарычал.

Икам, не глядя, выстрелил.

Стрела вонзилась в спину зверю около шеи.

Силуэты мужчин, с дикими воплями, бросились наутёк в сторону пещеры. Лев не преследовал беглецов. Он озирался в поисках, нападавшего врага. Икам, тщательно прицелившись, выпустил вторую стрелу. Она вонзилась в землю перед самой мордой хищника, между его лапами. Зверь, поняв, где скрывается стрелок, бросился к дереву.

Видимо, львы на этой планете не знали, что им не положено, лазить по деревьям. Подбежав к дереву, зверь, запрыгнув на нижнюю ветку, стал ловко карабкаться вверх, злобно рыча. Испуганный Икам, натянул лук и выпустил последнюю стрелу в оскаленную пасть зверя. Зверь отпрянул, сорвался с дерева и тяжело упал на землю. На этой планете, похоже, кошки не умеют падать, только на лапы. По крайней мере, этот лев тяжело упал на спину, поднялся, оглушено затряс головой и затрусил в кусты. Тяжело дышащий Икам, сидя на дереве, в это время, пытался привести в порядок свои мысли и чувства.

Поразмыслив, он пришел к выводу, что близость раненного зверя и пребывание рядом, агрессивно настроенных пастухов, для него стали, одинаково опасными.

Дождавшись рассвета, Икам спустился с дерева. Как и предполагалось, спуск с дерева оказался более трудным, чем подъем на него. Все же, побросав вниз все свои вещи, Икам спрыгнул с дерева, при этом сильно расцарапав лоб об сучек. Собрав все своё имущество, наш герой решил, уйти не прощаясь – «по-английски», или, как говорят англичане – «по-французски».

Для того, чтобы сбить с толку своих негостеприимных хозяев, он раскидал камни, сваленные им, до этого, в кучу. При этом, он старался не затоптать огромные следы раненного зверя. О том, что зверь всё-таки ранен, свидетельствовали пятна крови, оставленные им рядом со следами. Посчитав, что лук, оружие, непригодное для охоты на крупных хищников, Икам забросил колчан за спину и, примкнув наконечник к древку, отправился по кровавому следу льва. Уже через сотню метров, он наткнулся на его безжизненное тело. Осмотрев его, наш охотник признал, что был несправедлив, по отношению к луку. Первая стрела пронзила хищника насквозь, и рана была смертельной. Вторая стрела, войдя в рот, вышла сзади спины. Оба наконечника, после попадания, вышли наружу, так что, скорее всего, действие яда было незначительным.

Снимая шкуру, наш отважный истребитель дикой природы, отметил, что, хотя ему достался и великолепный трофей, но не выдающийся. Судя по всему, это был старый самец, видимо, изгнанный из прайда, более молодым и сильным соперником.

Поэтому, он и перебрался поближе к людям, в поисках более лёгкой добычи. Но, зато его шкура сохраняла, всё былое величие гиганта. Сворачивая свежеснятую шкуру в тюк, Икам обнаружил, что пара гиен, уже ожидает своей очереди у тела, а, может быть, и прибытия подкрепления. Будучи нежадным по природе, Икам, закинув тюк со шкурой за спину, наполнив котелок сердцем, мозгом и «карбонатом» льва, направился в горы, в поисках безопасного убежища, для того, чтобы отдохнуть, перекусить обработать шкуру и наметить план дальнейших действий.

На следующий день, Икам вышел к другой группе пастухов, охранявших своё стадо на склоне горы. Видимо, эта часть гор была населена более плотно, но немногочисленные стада коз, не требовали больших пастбищ. Так что, пастухи пасли свои отары, без особых конфликтов с соседями. В этот раз, его встретили более приветливо. То ли, сыграло свою роль, его, более лучшее, знание языка, а может быть, тот факт, что свежая шкура льва, подтверждала его слова, о том, что он бродячий охотник на львов, убивающий их, по данному религиозному обету. А так, как львы, в данной местности, не относились, к особо охраняемым животным, то его занятие было оценено с пониманием.

Ему, сразу же, было сделано предложение обменять, шкуру льва на баранов. Икам, чтобы прекратить торг, сразу заломил непомерную цену в сто баранов, чем не только внушил к себе уважение, но и получил предложение, пожить у них, на случай, если неподалёку, вдруг, объявятся еще львиные следы. Чашу весов в пользу принятия этого предложения, склонило то обстоятельство, что среди пастухов, оказался мастер-скорняк, который брался выделать свежую шкуру, в обмен на старую, которая и останется ему, в уплату за работу. Глядя на волнение скорняка, и на то, с каким интересом, наблюдали за их торгом все собравшиеся, Икам согласился, при условии, что, пока будет выделываться шкура, он сможет жить в их стойбище, совершенствовать свои познания в языке, и его будут кормить, наравне со всеми. Его согласие было принято, с нескрываемым восторгом всеми присутствующими. Как позже стало известно Икаму, шкура льва нужна была пастухам, для оправдания перед сородичами, на случай потери части скота и подтверждения того факта, что виновник нанесённых убытков, понёс заслуженное наказание.

Этот лагерь пастухов, тоже, располагался рядом с пещерой в скалах. Только скромные размеры пещеры позволяли, размещать в ней только отару. Поэтому, пастухи жили в хижине из тростника, обмазанного глиной. Зато, рядом с пещерой, находился ручей с водой, на берегах которого, был организован водопой для скота.

Праздничный ужин, в связи с прибытием гостя, состоял из молока и каши, сваренной из дробленого зерна с молоком, в большом глиняном кувшине. Как оказалось, это было обычное повседневное меню местных гаучо.

С утра пастухи выгнали скот на пастбище, и в лагере остался только Икам с мастером-скорняком, который старательно приступил к выполнению своей части договора. Как и все мастера, он оказался неразговорчивым, и проку в нем, для совершенствования навыком владения языком, было немного. К счастью для Икама, в лагере оказалась еще и одна женщина. Как объяснили нашему герою, она была украдена в соседнем племени, и находилась здесь, в качестве рабыни. Её основные обязанности заключались в приготовлении пищи и доставке воды в лагерь. Она оказалась веселой болтушкой-хохотушкой, к своему положению относилась легко и, получив в лице Икама благодарного слушателя и забавного собеседника, была в восторге. Для Икама она оказалась истинной находкой. Её, не закрывающийся ни на минуту рот, неутомимо снабжал нашего героя ценнейшей информацией. Уже в конце недели, Икам мог, вполне сносно, изъясняться на двух диалектах местного языка, а понимал уже, практически, все сказанное. Они стали, почти, друзьями. Икам охотно помогал ей в повседневной работе и не приставал к ней с ухаживаниями. За это, она относилась к нему с истинной симпатией.

Как вскоре понял Икам, безропотно отвечать на ухаживания пастухов, являлась еще одной обязанностью его новой подружки. Чтобы внести ясность в их отношения, Икам, по секрету, рассказал ей, что взял на себя обет, не прикасаться к женщине, пока не убьет двенадцать львов, чьи хвосты он должен будет возложить на алтарь своего родового храма.

Версия с обетом оказалась удачной. К данным обетам и клятвам, здесь, все относились с, непонятной современному читателю, серьёзностью. В наше время, к сказанным словам, так серьезно, относятся только в Государственной думе и в местах лишения свободы. «За слова» только там, могут спросить и спросить серьёзно. Ну, а на той планете, в те времена, обет или обещание, данное какому-нибудь божеству, не могли быть отменёны, даже если обстоятельства, кардинально, изменились. Исключением были, только обеты и клятвы, данные женщинами или незамужними девушками. В этом случае, для исполнения обета, требовалось согласие их мужа или отца. Но, при получении такого согласия, обет исполнялся уже неукоснительно. Вследствие всеобщей неграмотности, заключение письменных договорённостей, было, прямо скажем, затруднительным, поэтому, заключение договоров, происходило в присутствии свидетелей. Причём, в качестве свидетелей, могли выступать и неодушевленные предметы, такие, как деревья, камни, скалы. При заключении долгосрочных договоров в качестве свидетелей предпочитали выбирать именно скалы и камни. Так и говорили: «Пусть этот камень будет свидетелем…»

Так, ссылаясь на данный обет, можно было объяснить, любые свои поступки или странное поведение.

Упоминавшийся ранее профессор-лингвист, как оказалось, все-таки, сэкономил Икаму немало времени, разъяснив ему особенности местных языков. К тому же, почти все языки той местности, были близкородственными и понятными соседям. Возможно, что местечковые диалекты, создавались искусственно, для распознавания «свой-чужой».

Поразительные успехи Икама в овладении языками, нашли у его простодушных собеседников, простое и понятное объяснение. Они решили, что Икам, в детстве, уже говорил на этих языках, а, затем, в силу различных обстоятельств, забыл их. И теперь, он просто вспоминает былые навыки, а их, как говорится, «не пропьёшь». Как вы догадываетесь, наш начинающий полиглот, не спешил развеивать их заблуждение.

Поняв, через несколько дней, что уже может уверенно говорить на обоих диалектах, знакомых его новой подружке, Икам собрался продолжить своё путешествие.

Мастер скорняк, занимающийся выделкой шкуры, как человек занятый общественно полезным трудом, освобождался от ухода за скотом. Поэтому он, не торопясь, делал своё дело со, всей возможной, обстоятельностью. Но, тут Икам должен был признать, что выделка шкуры, действительно, получилась превосходной. К тому же, мастер, категорически уверял, что шкура послужит своему хозяину не один год, не коробясь и не линяя. Уточнив, будущее назначение шкуры, мастер путём нехитрых дизайнерских приёмов, придал ей свойства, о которых наш герой, даже, и не подозревал. Теперь, шкуру можно было использовать, не только как одеяло или покрывало, но, и как плащ-накидку, причем часть шкуры с головной части, без нижней челюсти, можно было накинуть на голову, как своеобразный капюшон. Руки, по выбору, можно было просунуть в разрез под передними лапами, которые оставались висеть по бокам, как рукава у старых боярских шуб, а можно было вдеть в рукава, как в пальто. Зашнуровав на груди брюшную часть шкуры (для чего пригодились обрезки ботинка с отверстиями и уцелевший шнурок), шкура не только становилась тёплой верхней одеждой, но и неплохим маскарадным костюмом, который мог ввести в заблуждение, невнимательного зрителя. В таком виде Икам становился, удивительно похожим на льва, вставшего на задние лапы. Признав действительно превосходным, качество проделанной работы, наш герой посчитал своим долгом, отблагодарить своих хозяев. В качестве подарка, он выбрал одного из диких козлов, которые, безбоязненно паслись на отвесных обрывах голых скал неподалёку. Уверенные в своей недосягаемости, они нахально поглядывали сверху на лагерь пастухов. Вот одного из таких ротозеев и выбрал Икам, в качестве мишени. Непонятно, то ли наш друг, действительно, стал неплохим стрелком, то ли, ему просто повезло, но, с одного выстрела, он попал в рослого козла с огромными рогами, в картинной позе стоящего на обрыве скалы и смотрящего на солнце. Слепящий свет сыграл с козлом злую шутку. Почувствовав укол стрелы, он скакнул вперёд и сорвался со скалы, прямо под ноги, обрадованного своей удачей, Икама. Громкий радостный визг, его подружки, раздавшийся неподалёку, сообщил ему, что его подвиг не остался незамеченным. Естественно, что его радость, от этого, только удвоилась. Но, как и положено скромным героям, когда за ними наблюдают восторженные поклонники, он, не торопясь, подошёл к добыче и, с показной небрежностью взвалил её себе на плечи. При сей своей силе, Икам с трудом дотащил груз до лагеря, сопровождаемый, восхищенно хлопочущей вокруг него, подружкой.

Мастер скорняк сдержанно похвалил его трофей. Но, от его сдержанности не осталось и следа, когда он узнал, что, после того, как мясо козла пойдет на ужин, то всё остальное, шкуру, рога и так далее, Икам просит принять его, в качестве вознаграждения за работу, вдобавок, к оговоренной львиной шкуре. Его знакомый, суетливо отогнал от туши и Икама, и повариху. Он, собственноручно, начал свежевать козла, ворча что-то, себе под нос. Говорил он, про каких-то, безруких и косоруких, которым ничего серьезное, нельзя доверить. (Видимо, старинное заклинание древних скорняков). В перерыве, между делом, он небрежно заявил, что шкура льва уже давно готова, и незачем отвлекать людей, занятым серьёзными делами. Икам уже привык к его стилю общения, и занялся подготовкой к дальнейшему путешествию.

Вечером, пастухов, пригнавших скот с водопоя, ждал роскошный ужин из печеной козлятины. Ежедневная, привычная, молочная диета, как ни странно, не отбивает любви к мясу. Пример, ежедневно показываемый пастухам их подопечными, не делал тех вегетерьянцами. Поэтому, прощальный подарок Икама, был воспринят всеми, с благодарностью. Общий ужин прошёл шумно и весело. Главным героем вечера стал Икам, великий охотник на львов и лучший в мире стрелок из лука, щедрый и просто хороший человек. После ужина, все пожелали посмотреть его чудесный лук. Но, тут выяснилось, что никому не удалось даже наполовину, натянуть его. Короче, наш герой купался в лучах славы. От того, что она была заслуженной, дым воскуренного фимиама не стал менее пьянящим. Но, мы простим нашему другу, его маленькие слабости.

Утром Икам покинул гостеприимный лагерь, сопровождаемый всеобщими добрыми пожеланиями и напутствиями. Скорняк на прощание, заговорщицки подмигнув, вручил Икаму, выделанный хвост от его старой львиной шкуры.

* * *

Через два дня, на водопое, у дальнего ручья, пастухи встретились с соплеменниками их соседнего клана. Те, картинно закатывая глаза, и, возбуждённо жестикулируя, сообщили им, леденящую душу, новость о появлении в округе Льва-оборотня, который, днем похож на человека, а ночью превращается в зверя. А узнать его очень легко. Потому, что оборотень и днем, не может расстаться со своей шкурой, и вынужден таскать её с собой. В ответ, из озорства, кто-то, из последних знакомых Икама, сообщил рассказчикам, что следы этого чудовища они встречали и возле своего лагеря.

Последствием, этого невинного розыгрыша, стал внезапный визит главы пастушьей артели «у Большой пещеры», в сопровождении двух его сыновей, в лагерь «у Малой пещеры с водопоем».

После традиционных приветствий, гости, после ужина, сели в общий круг у костра, и Старейшина гостей начал свой рассказ.

– Не знаю, слышали вы, или не слышали, но, много странного творится в последнее время на белом свете. И появились в горах львы-оборотни, порождения противоестественной связи, то ли львицы с человеком, то ли льва с женщиной.

Торжественность рассказа прервал насмешливый женский голос:

– Конечно же, льва с женщиной. Посмотрела бы я, как вы заламываете львицу!

Хозяева смущенно прятали улыбки. Единственная женщина в большом мужском коллективе, может себе позволить многое. С притворной суровостью, Старейшина хозяев, прикрикнул на плутовку:

– Женщина, не перебивай уважаемого человека! Продолжай, брат.

– Так вот, недавно один такой оборотень, заявился к нам в пещеру. Появился вечером, когда уже начало смеркаться. Сам огромный, косматый, притащил с собой антилопу, и положил её у костра. А говорить, по-человечьи не может. Словно, у него ком застрял в горле. Ну, мы его угостили, чем Бог послал. А я за ним, значит, и наблюдаю. Смотрю, мясо он ест хорошо, а от молока морщится, не привык, значит. А хлеб взял с опаской. Словно первый раз попробовал. Но, ничего, доел и, даже похвалил. Начало темнеть. Говорю я ему, значит, ложись отдыхать у костра, где теплее. А, он заволновался, значит, и знаками так, показывает, нет, я буду спать снаружи пещеры. Ну, я-то, и говорю, хорошо, идем, мы тебя проводим. А, у нас рядом есть полянка, на ней, давеча, мы видели львиный след. Привели мы его на эту полянку и говорим, здесь, мол, спи. А он обошел, обнюхал все, смотрю, согласился. Значит, думаю, почувствовал львиный дух. Ну, мы костёр развели, смотрю, он заволновался и стал нас выпроваживать с поляны. Я-то, только потом догадался, что испугался он, что начнёт в зверя, прямо у нас на глазах, превращаться. А тогда, я, как ни в чём, ни бывало, попрощался с ним, и ушли мы в свою пещеру. Думали, мы думали, и, по-всему, выходит, что надо его нам, убить. Ну, посудите сами, раз он к нам повадился, то потом нам его, никак не отвадить. Вон он, какой здоровый! И весь наш скот поест, а потом, и за нас возьмется. Ну, и когда стемнело, я со своими сыновьями пошел на поляну. Пришлось, правда, пообещать старшему копьё пришельца, а младшему – его кинжал. А себе я решил, взять всё остальное: меч, лук и там, по мелочам. Пришли мы, значит, на поляну, и видим, костёр почти погас, понятное дело, дров в костёр он не подкладывал, а сам он спит рядом. Крепко, так спит, не шелохнётся. Взял я тогда большой камень, вот такой, с голову быка, и как тресну его по голове.

Здесь рассказчик, по всем правилам ораторского искусства, сделал многозначительную паузу. Убедившись, что аудитория вся под контролем, он, зловещим голосом продолжил:

– А тут, все, как осветилось! И, с ревом перед нами, поднимается с земли огромный, настоящий лев! И ревет нечеловеческим голосом!

Последние слова были произнесены громовым с завыванием, голосом, чтобы слушателям было легче представить тот ужас, какой испытали, в тот момент, гости.

Делая вид, что поправляет дрова в костре, рассказчик, украдкой, оглядел слушателей. Все слушали его, затаив дыхание. При последних словах, многие вздрогнули и бросили взгляд в темноту.

– Скажу откровенно, стало мне не по себе. И мы вернулись в пещеру.

Таким мастерским приёмом, оратор превратил свое безоглядное бегство, в обдуманный тактический манёвр.

– Всю ночь мы прождали в пещере, не заявится, ли к нам этот Оборотень? Не появился. Видать сильно мы его напугали. Утром пошли мы на поляну. Так и есть. Вся поляна истоптана его следами. А потом след пошёл в вашу сторону. Так что, имейте в виду. Оборотень может, быть где-то рядом. Остерегайтесь его. Он очень опасен. А, если увидите, кого постороннего, лучше сразу убейте его. Так, всем будет и лучше, и спокойнее.

Закончив говорить, Старейшина соседней артели, с глубокомысленным видом выпрямился, ожидая ответной реакции хозяев.

– Вот такими новостями, пришел я поделиться с вами, друзья, чтобы и вы, тоже, были настороже.

Пока Старейшина хозяев обдумывал свои слова, из тёмного угла раздался голос мастера скорняка. Мастер был из пришлых. Давно он пришел издалека в город их клана. Тогда глава клана принял его и дал ему в жёны одну из своих дочерей от наложницы. Мастер прижился. Жена родила ему троих сыновей и многие даже позавидовали ему, что досталась ему такая плодовитая и хорошая жена. Но, мастера побаивались. Все помнили, что, когда бродяги пытались украсть баранов, он один вступил в схватку сразу с тремя и поломил палицей голову их вожаку. А, к тому же, никто не умел, так здорово, выделывать кожи и шкуры. Бурдюки, которые он делал из кожи козлят, никогда не пропускали воду, и вода в них не портилась. Своими секретами мастер, ни с кем не делился. Обещал передать их, только, своим сыновьям, когда те подрастут. Так что мастера все уважали, а многие и побаивались.

– Так значит, ты решил тайно убить путника, который пришел к вашему очагу и попросился на ночлег? И хотя, он ничего плохого не сделал, ты решился убить его и ограбить, даже после того, как ты и твои дети, ели мясо, принесённое им, и разделили с ним свой хлеб? Славные, однако, обычаи в вашем клане. Не новостями ты пришёл поделиться с нами, а своими страхами! Ты не можешь понять, почему Странник не убил тебя, и не вернётся ли он, отомстить тебе и твоим детям? Ты говоришь, что он оборотень, только потому, что он носит с собой шкуру льва? Ты пришел к нам в козлиной шкуре. Так, в кого ты превращаешься после захода солнца?

Скорняк вышел на свет, и встав спиной к гостям, встретился глазами со своим Старейшиной, подмигнул ему и криво улыбнулся. Затем, обернувшись к гостям, начал свою историю.

– То, что я расскажу сейчас – тайна! Только вам, как нашим родичам, мы раскроем её. Храните её. Этот оборотень приходил и к нам. Он рассказал нам свою историю.

Внезапно, рассказчик задал вопрос гостю.

– Какая была луна, в ту ночь, когда он пришел к Вам?

– Полная, в фазе льва.

– Правильно. Дело в том, что, когда оборотень подрастает, его шкура становится, ему мала. Тогда он скидывает её. Но, новая кожа вырастает у него только фазе змеи, когда луна умирает. Вот тогда, оборотень выходит к людям, и живет среди них, пока у него, как у змеи, не вырастит новая шкура. А потом он, снова, становится львом и уходит в горы. Он приходил к нам и жил среди нас. Знаешь, почему он не съел никого из вас? Он признался, что его шкура стала такой маленькой, что если бы он кого-нибудь бы съел, то мог просто задохнуться в ней.

– Такого, не может быть!

– Я, готов поклясться самой страшной клятвой, что только несколько дней назад он ушел от нас. Я клянусь, что он оставил нам старую шкуру льва, а уходил он, с новой львиной шкурой.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное