Ирина Лем.

Семнадцать мгновений… И другие рассказы про Веронику



скачать книгу бесплатно

Вероника – жуткая паникерша, но в ответственный момент умеет собраться. В принципе, пересекает границу не впервой, получила опыт, когда жила и работала в Польше. Общение с пограничниками – психологический поединок. Нельзя трусить. Они на охоте: почуют ее неуверенность, придерутся, выведут из поезда, в ночь, в неизвестной стране, без денег, без друзей, не говорящую по-немецки…

Быстренько причесалась, села свободнее, похлопала себя по щекам, чтобы порозовели и оживились, а то в бело-желтом вагонном свете лица – как у смертельно напуганных мертвецов.

Открылась дверь, показались двое в бледно-зеленых шинелях и фуражках. Вероника нагловато уставилась на стоявшего впереди. Ожидала увидеть вояку с квадратным, как у робота, подбородком и бульдожьим взглядом, а он оказался молодым парнем вполне человеческой внешности.

Только он проговорил «Здравствуйте, паспортный контроль», Симон сунул два паспорта и сказал «Битте». Сверху лежал красный Вероникин, офицер полистал его, сравнил фото с оригиналом, нашел штамп о шенгенской визе, захлопнул. Глянул в паспорт Симона, спросил:

– Следуете в Нидерланды?

– Да.

И все.

Отдал паспорта, не успела Вероника по-настоящему испугаться. Потихоньку вздохнула с облегчением, посмотрела на Симона. Тот ответил ободряющим взглядом.

Их попутчику повезло меньше. Вернее – совсем не повезло. Листая его паспорт, пограничник задал несколько вопросов, на которые тот промычал нечто нераздельное и пожал плечами. Его попросили на выход с вещами.

Когда «третьего лишнего» увели, оставшиеся двое эгоистично пожелали ему проблем. Обменялись предположениями – почему того задержали? Паспорт просрочен? Его разыскивает Интерпол? Всякое может быть. Сидели, ждали, опасаясь преждевременно радоваться – возможно, на вокзале разберутся, и он вернется им мешать…

Он не вернулся.

Поезд тронулся. Явился тот щеголеватый проводник в бабочке и сказал, что у парня не было транзитной визы. Симон с Вероникой весело переглянулись. Проводник вопросительно поднял бровь, объяснять ему не стали. Когда он исчез, с легким сердцем улеглись спать.

Второй раз легко заснуть Веронике не удалось, слишком много работы подвалило мозгу: вернуться на полчаса назад, проанализировать – что произошло, предположить – что могло бы произойти, испугаться – если бы вместо парня вывели ее, порадоваться – что обошлось…

Ох, и почему рядом нет гипнотизера, который щелкнет пальцами, и спишь? Жаль, что простым людям подобные фокусы недоступны.

Хотя, как сказать. Вот Симон. Положил голову на подушку и уже спокойно, тихонько засопел. Вероника повернулась на другой бок, прикрыла глаза в надежде, что под едва заметное покачивание поезда и монотонный перестук колес забудется дремотой. А если повезет, и восстанавливающим сном.

Спать не хотелось. Видимо, хватило той пары часов, что провела в забытьи, пока ехала до Швейцарии.

Когда не спишь, приходят мысли. Их нельзя прогнать, но можно направлять.

Вероника прикинула. О будущем тревожиться нет смысла – со вчерашнего дня она отдалась в руки Симона, пусть он дальше решает.

Обозрим настоящую ситуацию.

Ситуация такова. Не спит, потому что бодрое настроение. До сего момента у нее отлично получилось: до Венеции долетела, с Симоном встретилась, пограничный контроль прошла. Теперь едет в Голландию и ожидает, что там тоже все получится.

Со стороны посмотреть – сплошная везуха…

Нет, не везуха. Счастье приходит к тому, кто к нему подготовился. Веронике манна с неба не свалилась, свое счастье строила сама.

В поисках иностранного мужчины были взлеты и падения. Падений больше. В том числе с Симоном. После свидания в Варшаве у них на год прекратился почтовый контакт, и Вероника недоумевала почему. Потом оказалось – он тяжело болел, лежал, наполовину парализованный. Вероника перестала ждать писем и вообще кого-то искать. Если не суждено найти мужа, то хоть в лепешку разбейся…

Под Новый год пришла от него открытка. Вероника не хотела отвечать. Сил нет. И веры. Опять писать, ждать ответа, беспокоиться «придет – не придет», каждый день заглядывать в пустой почтовый ящик. Надоело.

Про открытку рассказала брату. Тот сказал:

– Напиши, посмотришь, что получится. Прекратить контакт можно всегда.

Взял с нее слово, что ответит. Договор скрепили рукопожатием.

И вот пожалуйста. Кто бы мог подумать, что через полгода Веронику ожидала романтичная встреча с иностранцем в самом романтичном городе Земли. Даже если им с Симоном не суждено остаться вместе, свидание на вокзале Санта Лючия будет вспоминаться как один из самых светлых эпизодов жизни.

Сюжет для душевного фильма. Двое одиноких, немолодых людей, проживающих за тысячи километров друг от друга, приехали в Венецию, утопающую в зелено-бирюзовой воде Средиземного моря…

Море… Почему-то при слове «романтика» сразу возникает безбрежная водная гладь и парус на горизонте.

Вероника обожала море. С того самого момента, когда впервые увидела. Любовь с первого взгляда.

Море – это праздник: солнце, песок, вода и свобода делать, что хочешь. Или ничего не делать. Часами валяться на пляже, глазея на играющих в песке детей – как им не лень шевелиться? Бродить по Ботаническому саду, рассматривая экзотические цветы с экзотическими названиями, постоять возле красной шапки бугенвиллии, подумать – красиво звучало бы имя «маркиза де Бугенвиль»…

Отправиться на базар и растеряться от обилия плодов, лежащих горками на прилавках, вдохнуть их спелый, сладкий аромат.

Ощутить здоровый голод и, заслышав проникновенный запах свежезажаренного шашлыка, зайти в столовую и наброситься на еду, будто три дня не ел.

А вечером еще раз сходить к морю, искупаться в его живом тепле, явиться домой в совершенном изнеможении и уснуть до утра без снов.

Это отпуск. Лучшее время года.

Раньше Вероника проводила его «на югах», с родителями, потом с подругами. Пусть не на Средиземноморье, простому советскому человеку оно было недоступно. Социалистическая Болгария – предел желаний, немногим счастливчикам удавалось туда попасть. Свой Крым, Кавказ ничуть не хуже.

Поездка к морю – событие грандиозное, как для Золушки поездка на бал. Юные годы Вероники прошли незаметно, серо, вспоминались с чувством жалости. Потерянное время, упущенные возможности.

Политический девиз «Все для блага человека» был верен наполовину. Человеку предоставлялась гарантированная работа, зарплата, пенсия, бесплатное медобслуживание и образование, стабильные цены. Это хорошо.

Но не имелось в Иваньково ни малейших возможностей для молодежи плодотворно провести досуг: ни спортивных секций, ни кружков по интересам, ни танцев по выходным.

Имелся клуб – местный «очаг культуры», здание в помпезном, псевдо-греческом стиле. По замыслу создателей, он должен был нести миссию по воспитанию жителей «в духе» там чего-то. Миссия выражалась в призывах и лозунгах, висевших внутри: «Вперед – к победе коммунизма!», «Пролетарии всех стран – соединяйтесь!». На правой стене в фойе красовался «Кодекс строителя коммунизма», на левой – гигантская репродукция картины «Три богатыря» с патриотическим смыслом.

Когда в клуб привозили фильмы, приходило столько народу, что не протолкнуться. Билет стоил десять копеек. «Миллион лет до нашей эры», «Золото Маккены», «Свадьба в Малиновке» потрясли Вероникину впечатлительную душу, смотрела раза по три.

Потом в клуб зачастили несчастья: то пол провалится, то отопление прорвется, то электричество отключится, то в крыше дыра образуется…

Против несчастий нашли самое простое решение – заперли дверь на замок.

И стоял «очаг» – закрытый, забытый, заброшенный. С просевшей крышей, облупившейся штукатуркой на колоннах и выщербленными ступеньками он выглядел жалко, точно поверженный в битве с ненужностью колосс.

Вспоминали про него раз в пять лет по причине выборов, делали косметический ремонт. В этот день он стоял нарядный и довольный, что во всенародном празднике играет чуть ли не главную роль. Наверное, надеялся – теперь непременно вспомнят о его «ведущей роли по культурному воспитанию молодежи». Отремонтируют, как следует, начнут использовать по прямому назначению.

Но… Напрасно. После выборов про клуб забывали начисто, и он опять стоял пустой, неухоженный, печально глядящий выбитыми окнами на прохожих.

Скука царила в поселке.

Отдушина – поездка на юг.

Месяца за два до лета определялись с направлением, и Вероника представляла, как встретится со сверкающим, солено пахнущим морем, со жгучим южным солнцем, на котором обязательно сгорит. А, ерунда! Сгоревшая кожа – небольшое неудобство, вечером намажется кефиром или сметаной и следующие пару дней будет прикрывать плечи полотенцем. Зато какое удовольствие – плескаться в теплой, ласкающей тело воде, которая доброжелательно встречает каждого входящего, погружает в себя или качает на волнах, как на руках.

Устав плавать, Вероника не выходила на берег. Отдыхала на месте – ложилась на спину, раскидывала руки-ноги, расслабляла мышцы, покачивалась в ритме дыхания моря. Покойно закрывала глаза или смотрела на далекое, несуществующее небо, такое же голубое, как бездна под ней.

Блаженство…

Если бы попросили придумать синоним слову «рай», она бы сказала «море».

Часами не вылезала на сушу. Потом, тяжело передвигая ноги, выходила и заваливалась на песок – в Ялте, или на гальку – в Лазоревском, лежала, ожидая, когда подсохнет купальник, и вернутся силы для нового захода.

Когда море штормило, большинство отдыхающих держались от него подальше. Только не Вероника. Шторм – это экстрим, это удовольствие другого измерения: заходишь по колено в воду и с боязливым нетерпением ждешь приближающуюся волну, а когда она закрутится бурным буруном, прыгаешь в самую гущу, обязательно держась с кем-нибудь за руку, чтобы отлив не унес с собой.

Самый «идеальный» шторм она испытала на Каспийском море, там постоянно дуют ветры в сторону суши, и вода редко бывает спокойной. Идеальным он был потому, что волны вставали не большие, не маленькие, а именно – в человеческий рост, и требовалась отвага в них броситься.

Откуда отвага у юной Вероники?

Она не боялась моря. Она любила его, а море любило ее. Они играли. В той игре немногие смельчаки решались участвовать.

Страх бывает разный. Один заставляет отступать, другой бросаться навстречу.

Играть со штормом – нереальный, запредельный восторг. Завизжать от страха при виде надвигающейся волны, которая ревет, набирает силу, нависает над тобой, угрожая обрушиться всей массой. И надо успеть поднырнуть под нее, чтобы не попасть под гребешок, который с высоты грохается о берег. Судорожно барахтаться под водой, не зная – выберешься ли.

Нащупать почву руками и коленками, вынырнуть головой из воды, глотнуть воздуха и, радуясь спасению, засмеяться дико, по-сумасшедшему. Подняться на слабых ногах и, повернувшись к морю, ожидать новый «девятый вал».

Так до полного изнеможения.

Одна поездка в южные края запомнилась особо. Веронике четырнадцать лет, со спортивным лагерем ездила на Украину, в Цурюпинский район собирать черешню. И отдых, и заработок. Жили в большом, богатом селе Костогрызово в здании старой школы. Было здорово вырваться из-под домашнего и школьного контроля.

Молодежь, романтика. Дух свободы. На работу ехали в кузове грузовика, сидели на поперек положенных досках и орали песни:

– По синим штанам тракториста

Большая букашка ползет.

Ползет она мимо кармана

И громкую песню поет.

Поймать ты меня не поймаешь,

Убить ты меня не убьешь.

А я тебя так искусаю,

До дома ты не доползешь.

Черешней объедались. Первые три дня. Потом смотреть на нее не могли, кидались, смеялись до упаду. Расточительство, конечно, но кого волнует, когда кругом черешневые сады – ешь, не хочу.

Работа тяжелая, норма шесть ящиков в день, ее никто не выполнял. Вероникин рекорд четыре ящика, набрала один раз, когда их послали на новый урожай, а обычно по оборушкам.

Самое противное при сборе черешни – гигантские гусеницы, жирные, разноцветные, волосатые. Схватишься нечаянно и вскрикнешь – все ее колючки вопьются в пальцы.

Вечерами ходили в клуб смотреть кино или прогуливались по улицам. Дома чистенькие, побеленные, цветы бушуют там, где русский крестьянин практично насажал бы помидоров. Вдоль дорог фруктовые деревья. Плоды их – черные, похожие на малину, но крупнее и слаще, массово опадали и прилипали к сандалям. Жалко их давить, а обойти – невозможно. Назывались шелковица.

Где молодежь, там любовь. Самой популярной девочкой у парней была Аня Землякова. Из-за нее даже подрались с «местными». Другие девочки шушукались и завидовали. Влюблялись, секретничали, гадали на картах.

Влюбилась и Вероника. Впервые. Ну, не по-настоящему. Нравился один мальчик, на год старше ее, Коля Корнеев. У него были тонкие, почти женственные черты лица, а тело – худощавое и совершенное, как у античного бога. Он знал и ходил с обнаженным торсом, демонстрируя красиво выпирающие мышцы. Через несколько лет его из армии в цинковом гробу привезли.

…Веронику пробудил солнечный луч, светивший в глаза сквозь веки. Поморгала, прогоняя непрошенного гостя, но он не исчез. Отвернула голову, открыла глаза. Все-таки, поспала. Чувствовала себя отлично. Потянулась. Осторожно, чтобы не будить Симона, достала умывальные принадлежности, отправилась в туалет.

Ехали по территории Германии, не спеша. Бросилась в глаза знаменитая немецкая аккуратность. Трава у железнодорожного полотна ровно подстрижена. Территория в порядке – ни прелых бревен, ни ржавых шпал, ни домов-развалюх, принадлежавших дорожным смотрителям.

Границу с Голландией пересекли незаметно и без остановок. Вероника бы и не догадалась, если бы вдруг не увидела траву, растущую вразнобой. Показала Симону.

– Мы в Нидерландах, здесь не косят, – объяснил он. – Зачем вмешиваться лишний раз в природу? Мы приверженцы свободных взглядов, в том числе на то, как расти траве.

У Вероники защемило внутри. Со вчерашнего дня, после приземления в лужу, ее окружали незнакомые картины, приятные глазу, но чуждые душе. А эти некошеные луга за окном до боли знакомы – это луга ее детства, далекого-предалекого, когда еще не родился брат, и она была единственным ребенком. Родители работали, и предоставленная самой себе, она вела беззаботное и довольное существование.

Лето проводила на природе. Надевала на шею ленту с ключом и отправлялась в лес, который начинался сразу за сараями. В лесу – освещенная солнцем поляна. Вероника бросала одеяльце на густую траву, оно лежало высоко, точно ковер-самолет, и здорово было на него прыгнуть.

Прыгала, каталась, чтобы равномерно примять траву. Ложилась на спину и смотрела в небо, на облака, верхушки деревьев и все, что попадало в поле зрения. Лежала, слушала звуки леса. Это было ее царство, покой и невозмутимость царили в нем…

Поворачивалась на живот, разглядывала траву, стеной стоявшую вокруг одеяла. Вот стебелек с мохнатой верхушкой, если ее сдвинуть двумя пальцами снизу вверх и сорвать, получится кучка. Кучка с ровными верхушками называется «курочка», а если одна выше других, называется «петушок».

Вот желтоголовые одуванчики, из них можно сплести венок и добавить ромашек. Вот щавель, кислый, но вкусный, прежде, чем тащить в рот, надо протереть от пыли. У края плоской ямы стоит куст конского щавеля с гроздьями зеленых цветков. Он возвышается над остальной травой – чтобы лошади заметили.

Вон торчит фиолетовая головка клевера, надо взять ее в щепотку, дернуть разом и пососать кончики – они сладкие. Листья у клевера похожи на трехпалые руки, в них утром сидят такие крошечные капельки росы, что только Дюймовочке напиться.

Вверх по стебельку ползет муравей. Интересно, зачем? И как собирается спускаться: головой вниз или задом? Побегал по травинке, не обнаружил ничего съедобного и головой вниз отправился в обратный путь.

Слышалось мычание и окрик пастуха, он вел местных коров на новое пастбище.

– Не бойся, они не бодаются, – скажет и щелкнет хлыстом, отгоняя стадо ближе к лесу. Вероника верила и не боялась.

Коровы проходили мимо, и по поляне разносился запах парного молока. Оно теплое, когда свежее, мать покупала у соседки, наливала в стакан, говорила «пей бычком» – значит, на одном дыхании и до дна. Вероника слушалась, пила, и на губе оставались жирные, белые усы. На другой день на молоке стоял толстый слой сливок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5