Ирина Каменская.

Молитва о любви. Том II



скачать книгу бесплатно

Алик быстро вернулся домой, стащил с себя костюм, сбросил туфли, облачился в старые шаровары, растоптанные сандалии и мятую рубашку, смыл бриолин, и ровно через десять минут вновь предстал перед Ритой.

– Ну вот, – довольно произнесла девушка, – хоть на человека стал похож. Теперь пойдём. И ещё у меня условие: если попытаешься меня за руку взять, тут же уйду. Ты меня понял?

Алик понял и никаких попыток не предпринимал. Он готов был выполнить любое её желание или прихоть. Со временем в её раба превратился. Друзья над ним потешались, а ему всё равно. В свободное от учёбы время он стоял у порога её дома и ждал, когда выйдет Рита, и он ей сможет в чём-нибудь помочь. Стоило ей только заикнуться, что у неё закончились тетради, он мчался в магазин за ними, хлеба в доме не оказалось – он предлагал принести, на море собралась идти – он уже рядом плетётся. Главное – рядом с ней быть. Ни о чём, кроме неё, не думал. Ухаживал, добивался. В любви признавался! Сколько пощёчин получил, когда пытался её поцеловать! И ничего!

Когда Рите исполнилось 18 лет, он сказал, что любит её и предложил пожениться.

– А как мы с тобой жить будем? – спросила девушка, – Так же, как твои родители? Бить меня будешь и с ножом по двору гоняться? Нет, Алик, такая жизнь не для меня.

– У нас всё по-другому будет. Я обещаю.

– Ничего у нас с тобой не будет, Алик. Я другого человека люблю.

Алик тогда чуть с ума не сошёл с горя. Действительно, родители очень плохо живут, не ладят между собой, ругаются, дерутся, мать вечно в синяках ходит. Надеялся, когда Риту в дом приведёт, отец присмиреет. Не вышло. Всё думал, кого она любит. Решил, что Витьку, лучшего его друга. Вызвал его во двор и избил. Вернее, подрались. Дружба закончилась, ненависть и ревность остались.

Глава 3. Виктор

На воскресные танцы собралась вся молодёжь с близлежащих улиц. Виктор стоял в окружении ребят и злился на весь мир. Злился на Алика, считая его соперником, злился на эту чёртову Ритку, которая сидела в его сердце, как заноза, причиняя нестерпимую боль. Злился на себя, что допустил кого-то в свою жизнь, такую драгоценную, единственную и неповторимую. Он знал, что красив, и пользовался этим без зазрения совести. Женщины проходу ему не давали, да и он, впрочем, не пропускал случая воспользоваться их услугами. Вот и сейчас, он подошёл к Наташке и стал с ней танцевать, грубо прижимая к себе и давая волю рукам.

– Что, Витенька, опять злишься? Не пришла твоя недотрога?

– Замолчи, дура. Не твоего ума дело, – зло ответил Виктор, и оттолкнул от себя партнёршу.

– Злой ты, Витька. И за что тебя только бабы и любят? – грустно ответила девушка.

– А сама-то за что?

– Красивый ты больно. Аж душа рвётся от такой красоты.

– Ну вот, сама же и ответила. А теперь проваливай, нечего со «злым» танцевать.

Будешь тут злым, когда всё складывается не так, как ты хочешь. А хотел Витька много чего. Ну, во-первых, хотел много денег, хотел дом большой, и не где-нибудь, а в лесу.

А в доме, чтоб Ритка жила. Он бы её никуда не выпускал, только во двор по хозяйству, да за детьми присмотреть. Детей у них было бы семеро, не меньше. Тогда бы уж точно на неё никто не посмотрел бы, на многодетную. Сам бы на охоту ходил, всякую тварь лесную убивал бы, да к Риткиным ногам и бросал бы. Сказка, а не жизнь!

А мечты эти появились у него, когда Рите исполнилось 17 лет, и она пришла пригласить их с сестрой Олей к себе на день рождения. Вот тогда его отец и сказал:

– Ну, до чего же ты, девочка моя, красивая. Не налюбуешься и только. Вылитая Шенгелая.

Витька ходил с одной девчонкой на «Гранатовый браслет», и ему героиня очень понравилась. Вот он и посмотрел на Риту и…встретился с её внимательным взглядом. Уж он-то смотреть умеет так на женщин, что они глаза опускают, не выдерживают. А эта ничего, смотрит и о чём-то думает, как будто изучает его. Сходства с актрисой он не увидел, а сон с тех пор потерял. Вначале не понял, что с ним такое происходит. У него на каждой улице по девчонке. И каждая ждёт, любит, жениться зовёт. А он только о ней, о Рите и думает. Попытался поухаживать. Где там! Даже не глядит в его сторону! Хочет за руку взять, она в сторону отходит. В кино её приглашал, на море купаться, просто погулять – ни разу не согласилась. Во дворе посидеть – пожалуйста, это она может, если время есть, но не больше. Однажды он не выдержал и сказал ей:

– И чего ты недотрогу из себя корчишь? Посмотри на себя. У тебя лицо, как топором вырублено. Отшлифовать бы его.

– А я знаю, что некрасивая. А ходишь за мной почему?

– Выходи за меня замуж. Я тебя любить буду. Всю жизнь.

– А что, красивые не соглашаются за тебя замуж идти? Решил на мне, на некрасивой жениться?

– Да я хоть завтра сразу на трёх женюсь, если захочу.

– Вот и женись. На трёх. А я за тебя замуж не выйду. Даже иллюзий не строй.

Что с ним тогда происходить стало, даже вспоминать страшно. Целый месяц сидел дома, не выходил никуда, ни с кем не разговаривал. Потом следить за ней стал. Всех мальчишек знал, которые её из школы провожали. Четверых насчитал. Всех ненавидел, морду бы им набить, гадам, надо, что бы дорогу к её дому забыли. А потом и совсем с ума сошёл, по-другому это назвать было нельзя: решил сделать всё так, как она сказала. За один год три раза женился, по неделе с каждой жил, а потом разводился. После третьего развода подошёл к ней и сказал:

– Ну что, пойдёшь за меня замуж? Я всё сделал, как ты сказала.

– А ты меня всё ещё любишь?

– Больше жизни люблю. Всё, что хочешь, для тебя сделаю.

– Ты страшный человек, Виктор. Не подходи ко мне больше никогда. Видеть тебя не желаю.

– Ты – роковая женщина. Не будет тебе счастья в жизни.

– А у меня и так счастья нет. Но если и будет, то не с таким, как ты.

Пока вспоминал, дискотека уже потихоньку стала заканчиваться. Витька посмотрел на знакомое окно – свет в нём горел. От одного вида этого окна, боль раздирала всю его душу. И поговорить не с кем. Был Алька другом, так и с ним поругался, и всё из-за неё, из-за Ритки.

«Всё, хватит, уеду к чёрту отсюда. Видеть её не буду, может, всё и забудется. В лес уеду, как и мечтал. Как избавиться от этой любви? Только бежать, куда глаза глядят. От неё бежать. От Риты».

Глава 4. Воспоминания

Несмотря на поздний час, в комнате горел свет. Рита сидела на кровати и читала книгу.

– Давай спать ложись. Хватит свои романы читать. Никак остановиться не можешь. Всё равно умней не станешь. Завтра же выброшу все книги, – подала голос мать.

– Это не роман. Книга о жизни Ван Гога, – ответила Рита, но свет выключила и послушно легла спать.

– И что? Наверняка, такая же гадость, как и всё остальное.

От этих слов, грубых и несправедливых, больно сжалось сердце. Как всегда. Ничего не меняется. Уехать. Скорей бы уехать. Сколько она себя помнит, мать всегда была недовольна ею. Даже с самых первых воспоминаний от слов матери, от её поступков по отношению к ней, к дочери, практически всегда оставалось ощущение страха и боли.

Вот она, Рита, совсем маленькая, находится одна в комнате. Больше никого нет. Ей очень страшно. И она начинает ходить вокруг кровати, чтобы заглушить страх. Ей это немного удаётся. Тогда она начинает бегать вокруг кровати, чтобы прогнать страх из своего сознания, и ей становится спокойней.

В комнату заходит мама. Рита бросается к ней со слезами.

– Мама, мама, мне совсем не было страшно без тебя, – плача, говорит она, – тебя не было так долго. Побудь со мной.

Ей ещё хочется сказать: «Помоги мне, защити меня от моего страха, обними меня. Страх ещё здесь, рядом. Я его боюсь. Не бросай меня одну. Рядом с тобой мне спокойно».

Она обнимает маму за ноги и просится на руки. Всё это ей хочется сказать маме на ушко, чтобы страх не услышал, и не подумал, что Рита его боится.

– Отстань от меня. Я устала. Не понимаешь, что я весь день работала. К соседям зашла на пять минут отдохнуть. А тебе лишь бы обниматься, поцеловщица, – мама тяжело опускается на стул, но Рита бросается к ней на колени, обнимает за шею и начинает целовать.

– Отстань, кому сказала. Вот ребёнок, ни уму, ни сердцу. Лишь бы целоваться. А ну, быстро в постель, кому сказала. Спать!

Она послушалась маму и легла спать. Ей не было уже так страшно, но было очень одиноко, и там, где-то в глубине её маленького тельца, было очень больно от этого ощущения. Почему мама не понимает, что рядом с ней, станет спокойней, теплей и уютней? Почему мама всегда отталкивает её?

Ночью ей приснился сон: она лежит в своей кроватке, и вдруг со всех сторон начинают подниматься чёрные руки. Их много, они извиваются, пытаясь схватить её за горло. Она просыпается, захлёбываясь от слёз и леденящего страха.

– Мама, мама, – кричит она, но ей никто не отвечает. Рита подходит к маминой кровати, но там никого нет. Она плачет ещё сильней. Ей кажется, что чёрные руки преследуют её и сейчас.

– Где же ты, мама, моя любимая мамочка? Спаси меня, защити.

В это время тихо открывается дверь, и в комнату входит мама с дядей Витей. Рита его знает. Он недавно пришёл из армии и живёт в соседней квартире. Он часто сидит у них допоздна и долго разговаривает с мамой. Мама тихо смеётся. Рита понимает, что мама счастлива, и спокойно засыпает. Иногда дядя Витя угощает её конфетами, а один раз пытался дать денег, но Рита не взяла. Сказала ему, чтобы он отдал их маме. Он хороший, и она его не боится.

– Мама, мама, – кричит Рита, пытаясь спрятаться в мамино тёплое тело.

– Ну что ты кричишь, горе луковое. Уж и отойти нельзя, – и обращаясь к мужчине, тихо говорит, – Никакой жизни нет с этим ребёнком. Ничего не выйдет. Иди домой.

Рита хочет прижаться к маме, но та быстро укладывает её в кровать, бормоча что-то о проклятой жизни.

Следующее воспоминание более яркое и очень солнечное. Она гуляет на своей любимой улице возле дома, ярко светит солнце, вокруг зелёные деревья, жара. На ней белое платье в красный горошек и огромный бант в волосах. Дети постарше играют в классики, начерченные на асфальте, мешая прохожим, которые направляются к морю. Её играть не берут – она ещё слишком мала. Возле неё останавливается незнакомый мужчина в красивой одежде. Мама всегда говорит ей: «Если дядя хорошо одет, значит он бандит. А если дядя в грязной одежде, значит он рабочий и он хороший. Его бояться не надо».

Дядечка наклонился и заговорил с ней.

– Чья же ты, такая красавица? Ну, просто принцесса из сказки! Такая маленькая, а гуляешь одна. Сколько же тебе лет?

– Три годика. И я не одна. Я с ними, – говорит Рита, показывая на скачущих девочек.

– А мама где твоя?

– Мама дома.

– А папа твой где?

– У меня нет папы.

– Как это – нет папы? А где он?

– Он нас бросил, потому что изверг. Дядя, а ты бандит?

– Нет, не бандит, – он весело засмеялся, – Почему ты решила, что я бандит?

– Ты очень красивый и хорошо одет, – ответила она, и, испугавшись своих слов, бросилась бежать домой со всех ног. У неё было хорошее известие для мамы. Она её сейчас порадует. Дядя сказал, что она красавица и принцесса, и сам он не бандит. Мама просто этого не знает, а она ей скажет, и маме легче будет жить на свете.

Забежав в комнату, прямо с порога, Рита радостно сообщила новость.

– Мама, мама, что я тебе сейчас скажу! Мне дядя сказал, что я принцесса из сказки и что я красавица. И дядя очень красивый. И он вовсе не бандит. Это правда. Он сам так сказал.

– Вот дурёха. Слушаешь всяких проходимцев. Все дяди врут. Всегда. Им верить нельзя. Ну, какая же ты принцесса? Принцессы нищими не бывают. А мы с тобой нищие. И родители мои были нищими. Батя вот твой богатый, да только где он, батя-то твой? Наверное, за юбками бегает, а о родной дочери и думать забыл. А, может, ты мне врёшь? Не смей мне врать, слышишь? Ишь, с детства врать научилась.

Рита часто слышала от мамы, что они живут очень бедно. В их большой, светлой комнате, с огромным окном, из которого было видно море, стояли две кровати, стол, шкаф и два стула. «Неужели этого мало, для того, чтобы быть принцессой» – подумала Рита и заплакала.

– Мама, почему ты мне не веришь? Почему я не могу быть принцессой? Почему мы нищие? Почему папа обо мне и думать забыл? Потому что я дурёха? Поэтому он меня не любит? Мама, а ты меня любишь?

– Глаза бы мои тебя не видели, надоела со своими соплями. Тоже мне, туда же! Любовь ей подавай! Мала ещё для любви.

– А когда вырасту, меня будут любить?

– Опять о любви? Да кому ты нужна со своей любовью? И не надейся. Ты и сейчас-то никому не нужна, а вырастешь, тем более никому нужна не будешь. Годам к тридцати растолстеешь, как корова, с твоим-то здоровьем. Вот и посмотрим, кто такую толстую любить будет. Можно подумать, меня кто-нибудь любит.

– Мамочка, я тебя люблю. Очень, очень. И дядя Витя тебя любит. Он целует тебя, значит, любит.

– Не твоего ума дело. Не смей о нём говорить. И никому о нём не говори, ты слышишь меня?

– Не буду, мамочка. Честное слово, не буду, – ответила Рита сквозь слёзы. Хорошее настроение после слов незнакомца, закончилось. Ей стало больно и страшно. Значит, мама её не любит. И она не принцесса. И никто никогда её не полюбит. И она никому никогда не будет нужна, даже папе извергу. Надо пойти на улицу, найти этого дядю, и сказать ему, что он обманул её.

«Дяди все обманщики, особенно красивые. Красивым никогда больше верить не буду. Только мама правду говорит», – подумала про себя несостоявшаяся принцесса.

Слово «безотцовщина» она услышала тем же летом. Дети, намного старше, чем она, по возрасту, устроили в одной из дворовых беседок «больницу». Все разделились на «врачей» и на «больных». Дети постарше стали «врачами», а дети помладше – «больными». Она была самой младшей, поэтому стала «самой больной», которой требовалась «операция» после укола. «Врачи» попросили всех «больных» раздеться для «уколов». «Уколы» делали палочками, поэтому больно не было. Было очень стыдно, что стоишь без сарафанчика, так как «укол» нужно было делать под лопатку, как в настоящей больнице.

Все «больные» уколы уже сделали и оделись. Осталась она одна. В тот момент, когда ей стали делать «укол», в беседку зашла соседская тётя. Что тут началось! Тётя стала всех ругать и выгонять из беседки. Особенно, досталось ей. Вот тогда она и услышала в свой адрес это слово.

– Что от неё ждать. Она же безотцовщина!

Слово было очень обидным и непонятным. Она хотела спросить у мамы, что оно обозначает, но мама, после этого скандала во дворе, очень сильно ругала Риту.

– Зачем сарафан сняла? Задницу свою всем хотела показать? Мала ещё! Не смей больше дружить с этими детьми. Они все хулиганы и бандиты. Ты, тоже, хочешь стать такой же, как они? Ты что, не видишь, что они плохие!? Совсем глупая!? Если ещё хоть раз с ними увижу, выдеру, как сидорову козу!

Рита и сейчас помнит, как стало страшно от этого крика, и как она пыталась сказать маме, что все дети хорошие, что ей с ними интересно играть, что больница была не настоящая, что это просто игра, что несправедливо так ругать её друзей, что они, друзья, Риту любят. В маминых обвинениях было что-то очень неправильное, но она не могла понять, что именно. В горле стояла икота от рыданий, и она не могла вымолвить ни слова.

– Запомни, – продолжала кричать мама, – на свете нет хороших людей. А если они и есть, то не рядом с нами. К нам вечно какой-то сброд прибивается. Что ни человек, то сволочь. Отец хоть бы раз поинтересовался, как ты тут живёшь. Кому ты нужна? Никому ты не нужна! Прекращай реветь! Кому сказала? Вот уж бог ума не дал. Стыдно перед людьми за такую дочь.

Ей было нестерпимо больно осознавать, что она плохой и глупый ребёнок, и маме стыдно за неё перед знакомыми. Оставаясь одна, она плакала от горя и одиночества, перестала играть с ребятами, чтобы не расстраивать маму, но заставить себя плохо думать о своих друзьях не могла.

Однажды, гуляя одна во дворе, Рита нашла маленького котёнка, такого же одинокого и несчастного, как она сама. Она взяла его в руки и ощутила в своём сердце огромную нежность и любовь к нему. Она решила принести его домой и напоить молочком. А вдруг мама разрешит его оставить? И этот котёнок будет любить её. И ей будет не так одиноко, и станет немного легче жить.

Мама разрешила, и Рита, задыхаясь от любви и благодарности к ней, забыв все обиды и, как ей показалось в тот момент, недоразумения, бросилась к ней в объятия.

– Мамочка, спасибо, я тебя так люблю. Я буду ухаживать за котёнком. Он такой красивый. Он мурлычет.

На следующий день, когда Рита проснулась, котёнка в комнате не было.

– Даже котята от тебя сбегают, – сказала мама.

Рита бросилась во двор. Захлёбываясь слезами, она искала котёнка несколько часов. Обошла все дворы в округе, спрашивала у соседей, но котёнка и след простыл. Она чувствовала себя виноватой в том, что сделала что-то не так, и именно поэтому он сбежал. Мама права, её никто не хочет любить. Чтобы загладить свою вину перед котёнком, она взяла немного молока и хлеба из дома, и пошла к соседке по дому, тёте Вали, у которой было несколько кошек. Та разрешила ей покормить своих питомцев и погладить. За этим занятием её застала мама.

Это был самый страшный день в её жизни. Мама схватила её за ворот платья, силой привела домой и стала бить и ругать так, что сбежались все соседи.

– Дура, ты что, не понимаешь, что от кошек одна грязь? Что же это за наказание – такой невозможный ребёнок! Из дома молоко таскаешь? Ты ещё не знаешь, как деньги зарабатывают. Я всю жизнь работаю, обшиваю жирных да богатых тёток, а ты кошек кормишь!? Ещё раз зайдёшь к Валентине, выброшу из дома, как и твоего котёнка!

Рита проплакала всю ночь, а под утро приняла решение сбежать из дома, и найти такую семью, где её будут любить.

Однажды, как только мама пошла во двор за водой, Рита выскочила на улицу и, увидев в соседнем дворе знакомых людей, которые явно собиралась на море, подошла к ним с серьёзным намерением осуществить задуманное. Обратилась она, естественно, к мужчине, считая, что он в семье главный.

– Дядя Володя, можно с Вами на море?

– А мама тебя отпустила? – спросил взрослый дядя.

Рита ничего не ответила, а только, не отрываясь, смотрела на него. Говорить правду, что она хочет жить в его семье, было рано, а врать нехорошо.

– Пожалуйста, дядя Володя, возьмите. Мама ругаться не будет.

– Ладно, садись. Решим потом с твоей мамой. – И, обращаясь к жене, сказал, – Не могу отказать, когда на меня так смотрит ребёнок.

– Так нельзя, дорогой, – ответила женщина, – Надо предупредить Зою. Мы же далеко едем. До вечера не вернёмся.

– Ты что, мать её не знаешь? Да она и не заметит, – сказал мужчина, и, усадив Риту рядом со своей дочерью, завёл мотор и отправился в путь.

Для Риты это был настоящий день счастья: они играли в мяч, купались, загорали, а главное, смеялись. Дядя Володя называл их красавицами и принцессами. Она решила, что эта семья ей подходит, и вечером, когда они вернулись на свою замечательную улицу, осуществила задуманное.

– Дядя Володя, возьмите меня к себе жить. Пожалуйста. Вы же будете меня любить? И принцессой называть будете, правда?

– А почему ты не хочешь жить с мамой? Ты её не любишь?

– Я её очень люблю. Но она не верит, что я красавица и принцесса. Говорит, что я растолстею и буду, как корова. Но, дядя Володя, я не растолстею. Я вам обещаю.

Дядя Володя с удивлением посмотрел на Риту, не зная, как реагировать.

– Рита, надо спросить, согласится ли твоя мама отпустить тебя, – пришла на помощь жена дяди Володи, – Не на один день, как сегодня, а навсегда.

– Я с ней поговорю, – серьёзно пообещала Рита.

Зайдя в квартиру, Рита застала рыдающую маму в обществе милиционера.

– Доченька, господи, где же ты была? – бросилась к ней мама, – Я весь день тебя искала. Думала, украли тебя.

– Что же ты, красавица, так над матерью издеваешься, – вставил слово милиционер, – Да уж, Зоя Васильевна, не повезло Вам с дочерью. Непутёвая она у Вас.

– А это не Вам судить, – резко оборвала его мама, – Ступайте. Спасибо, что помогли.

Рита была счастлива, что мама заступилась за неё и первый раз в жизни назвала «доченькой».

Второй раз слово «доченька» Рита услышала лет в пять. Они с мамой гуляли по центральной улице города. Было тепло и солнечно. Они дошли до центрального парка культуры имени Горького на улице Ленина, когда по радио во всеуслышание объявили о смерти товарища Сталина.

– Господи, – сказала мама и заплакала, – Неужели тиран умер. Теперь наша страна свободна.

– Почему ты плачешь? – спросила Рита, – Тиран – это что, хороший человек?

– Нет, доченька, это я от счастья. Настрадались от него люди.

Вспомнилось, как люди на улице обнимали и поздравляли друг друга. В тот момент ей показалось, что яркое мартовское солнце засветило ещё сильнее. Возможно, это исключительно было связано с маминым восприятием события, а возможно, солнце и действительно порадовалось за советских людей.

Рита впервые услышала от мамы о том, что она счастлива. Обычно Зоя Васильевна сетовала на свою судьбу, говорила о том, что у неё нет никакой жизни, что денег не хватает, что ей надоели замужние счастливые женщины, которые шьют в их ателье бесконечные наряды, чтобы ублажить своих мужей. Настроение у неё поднималось только в те дни, когда она получала зарплату, аванс или алименты на Риту. В такие дни они могли устроить для себя праздник. Шли по магазинам, покупали конфеты, пряники, немного мяса, чтобы сварить борщ или сделать котлеты. И, даже, если после таких «разносолов» им приходилось садиться на вынужденную диету, и есть только хлеб с подсолнечным маслом или бутерброды с салом, в праздниках отказать себе Зоя Васильевна не могла.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6