Ирина Чикалова.

Планета Счастье



скачать книгу бесплатно

«Знал бы Ирод, что чем он сильней,

тем верней, неизбежнее чудо»

И. Бродский

Дизайнер обложки Ольга Третьякова


© Ирина Чикалова, 2017

© Ольга Третьякова, дизайн обложки, 2017


ISBN 978-5-4485-7292-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1. Нэнси

– Привет, я – Нэнси, твоя новая подружка.

Спросонья Стивен не понимал смысла произнесенного и все еще продолжал в недоумении тереть левый глаз, который предательски невоспитанно закрывался.

Девушка сделала небольшой, но энергичный шаг вперед, давая понять, что хотела бы войти. Стивен попятился назад и все еще силился понять, что происходит.

– Мы узнали, что ты расстался со своей женой и уже неделю не выходишь из дома, а так как в Объединенном Содружестве Счастливых Королевств запрещена депрессия, Совет нашего муниципалитета прислал меня. Нужно проверить твое психологическое состояние, и можешь ли ты быть счастлив в одиночестве. Если так, то мы присоединим тебя к единомышленникам. Но возможно, тебе нужна терапия с помощью vita amoena11
  Веселая жизнь (лат.).


[Закрыть]
.

Она нарочито выпрямила спину, откинула волосы и широко улыбнулась.

– Хм… Comicum principium22
  Веселое начало (лат.).


[Закрыть]
, – нарочно демонстрируя скудные познания латыни, ответил Стивен. – Хотя… Я вроде не обновлял информацию в своем профиле. И что, вы так ко всем ходите?

– Ты – нет, – звонким и дружелюбным голосом говорила красавица – длинноногая брюнетка с большой грудью и сияющими синими глазами. – Но твоя жена, бывшая жена, оказалась более социально адаптированной – проще говоря, нормальной. Я работаю в Службе психологической помощи при муниципалитете. И помогу тебе снова обрести счастье. Я буду стараться, ты мой первый пациент, и на тебе проверяют мою квалификацию, – приветливо улыбаясь, продолжала она.

Стивена раздражила ее, как ему показалось, неуместная улыбчивость, но он никак не мог понять, что следует сказать или сделать в таком случае. Он даже подумал бы, что это очередной его странноватый сон, но Нэнси, ее синие джинсы, ухоженные волосы и футболка с жизнеутверждающей надписью «I will make you smile» источали достаточно сильный, хотя и приятный, аромат.

И то, что она говорила, он точно не мог себе даже вообразить.

– Это мое удостоверение и разрешение на психологическую работу с тобой, – демонстрировала она документы на экране планшета.

Стивен внимательно смотрел. Удивительно: печать муниципалитета и электронная подпись его главы – мистера Сильвера.

– Хорошо, входите, – сказал он наконец, скорее для того, чтобы прекратить эту неловкую сцену у двери. Нэнси была слишком хороша, чтобы сразу ее выгнать. Надо сначала разобраться, в чем дело, может, все не так и страшно – успокаивал он себя.

Нэнси вошла и медленно разглядывала японские гравюры на белых стенах прихожей.

– «Укиё-э», от японского «картины, образы изменчивого мира» – направление в изобразительном искусстве Японии, получившее развитие с периода Эдо, – сообщила она голосом электронных энциклопедий.

– Откуда вы знаете? – искренне удивившись, спросил Стивен.

– Во-первых, все граждане Счастливых Королевств говорят друг другу «ты», это располагает к менее формальному и более открытому общению. Во-вторых, у каждого образованного человека на телефоне есть «Knowledge Hub», и как раз вчера я читала про японское изобразительное искусство. Я вообще интересуюсь искусством, поэтому так случайно совпало. Я считаю, это счастливое совпадение. Не правда ли?

Так как Стивен ничего не ответил, Нэнси продолжила:

– Но все-таки счастье – это лишь в 10% случаев удача, а в 90% – работа, которую мы помогаем проделать нашим пациентам, чтобы они были полноценными гражданами нашей прекрасной страны.

Переходить в категорию «пациента», и к тому же подопытного, Стивену не хотелось, но было очень интересно узнать, чем закончится эта сюрреалистическая история.

Телефон Нэнси постоянно производил разные звуки: ей приходили уведомления от всех имевшихся в нем программ. И она периодически на него отвлекалась.

– Прости, официально на работе с тобой я с завтрашнего дня, сегодня пришла просто познакомиться. Поэтому я не включала уведомление о том, чтобы не беспокоили.

– Да, понятно. Меня зовут Стивен. Приятно познакомиться. У меня все хорошо. А у вас? – сказал он, старательно имитируя учебники по изучению иностранного языка.

– Чувство юмора позволяет людям переживать неприятные события в их жизни легче и правильнее. Это хорошо, – тем же бодрым и дикторским тоном сообщила Нэнси и улыбнулась шире прежнего.

– Если вам нечего добавить, я бы, уважаемая… – Он забыл, как ее зовут, но признаться было неудобно.

– Нэнси.

– Да, Нэнси, ты очень красивая и милая, но мне нужно собираться на работу.

– Конечно. Тем более что сегодня тебя ждут в редакции.

«А это-то откуда она знает? Но сейчас, пожалуй, пусть идет, завтра разберемся».

– Я бы хотела более подробно осмотреть твою квартиру, но что ж, не буду настаивать. До завтра. Я приду в восемь, так как для эффективности терапии нужно максимальное время проводить с больным. Судя по текущему состоянию, депрессия действительно имеется, – сказала она, с сочувствием глядя на мешки под глазами и имея в виду общий помятый вид Стивена, который не брился уже неделю и мало спал, да и тот отрывочный сон никак нельзя было назвать «качественным», как значилось в пособиях по правильному режиму дня, которые раздавали всем на работе.

Стивен закрыл за Нэнси дверь и побрел на кухню.

Остановился перед зеркалом. «Всего через неделю беспробудного питья, отсутствия сна и пренебрежения правилами элементарной человеческой гигиены, Стивен Маккуин из, в прошлом, по свидетельствам очевидцев, привлекательного молодого человека, превратился не только в жалкую моральную развалину, но и в физического уродца в грязном мятом халате», – придумал он о себе маленькую газетную заметку.

Вспомнив безупречную Нэнси, каждый сантиметр тела которой был выхолощен до идеала, он встряхнул головой и взъерошил волосы, как часто делал перед выходом, но немытые, они предательски прильнули к голове, и он грустно пригладил их обратно, отчего его голова приобрела еще более унылый вид.

– Хм, если уж ко мне Психологическую службу пригнали, это знак, надо что-то делать. Но вообще история странная, надо бы разобраться с этими службами. Но для начала – помыться.

Он долго и аккуратно брился, старательно тер тело, выдавливал тонны шампуня, геля, скраба (обилие баночек в ванной выдавало недавнее присутствие женщины в доме) и потом – смывал и смывал бесконечную пену и с удивлением обнаружил, что к концу умывательного ритуала даже начал напевать.

Он энергично взял полотенце и вытирался до того, пока все тело не почувствовало приятное тепло и не приобрело не менее приятную розоватость.

«Как же хочется есть!» – подумал он впервые за эту неделю и с досадой обнаружил, что холодильник совершенно пуст, из продуктов имелся виски – виски односолодовый, виски дешевый, виски дорогой – в стакане, и жалкая горстка орешков.

Стивен высушил волосы, погладил поло, надел темно-синие вельветовые штаны, и теперь его недавний образ жизни выдавал только усталый взгляд, впалые щеки и темные круги под глазами. Он взял телефон, набрал номер в избранных: кафе «Бриошь». По привычке, перешедшей от мамы, Стивен предпочитал по старинке голосовую связь вместо современных обезличенных кнопочек в приложениях.

– Привет, Лиз. Можно мне, пожалуйста, свежевыжатый апельсиновый, яичницу с беконом, позажаристей, и круассан. Давай два круассана!

– Стивен, привет! К нам уже из муниципалитета приходили, спрашивали, нет ли сбоя системы, а то заказов по твоему аккаунту уже неделю нет. Как я рада, что к тебе вернулся аппетит. Ждем через пятнадцать минут.

Стивен вышел на улицу. Как всегда, светило солнце, хотя на дворе была осень.

Последние тридцать лет у них всегда была солнечная погода, хотя мама рассказывала, что в ее детстве, еще не таком счастливом, как должно было быть у Стивена, были и дожди, и слякоть, и пасмурные дни. Теперь погода была всегда прекрасная, сообщалось, что это заслуга Мудрого и Доброго Короля и его помощников по всей стране. Стивен никогда не задумывался, как им это удавалось, но иногда тайно рассматривал репродукции неофициально запрещенных картин (как провоцирующих не менее запрещенную, уже официально, депрессию), например, «Осеннюю распутицу» Куинджи, и не мог не признать, что с солнцем жить хоть и однообразнее, но значительно лучше. Однако на картинах, думал он, хорошо бы, чтобы и слякоть была, и дождь, и когда на это смотришь, то вспоминаешь, как сломалась любимая игрушка или как жалко было отравившегося чем-то кота, которого заставляли съесть нужную таблетку или делали укол, а он смотрел на тебя с отчаянием и искал поддержки. И сердце сжимается, и тогда ты знаешь, что оно живо, что оно иногда радуется, иногда переживает, но не останавливается.

Детство Стивена счастливым было только до десяти лет – до того, как в авиакатастрофе погибли родители. Стивену повезло, он был талантливым мальчиком, поэтому его не отправили в обычный Домоимитатор, а поместили в гимназию, где учились и жили одаренные дети. На каникулы он отправлялся к своей двоюродной бабушке Элизабет, которая тогда жила в Старинном Городе Сказок.

Дни каникул были погружением в совсем другой мир. Он часто вспоминал аромат корицы на свежеиспеченных булочках, наполнявших улицу рядом с домом тетушки Бет, как она просила его называть себя; старушку фрау Анни с ударением на последний слог на французский манер, которая не менялась год от года и носила безупречно белый халат с бордовой тесьмой и забавный колпак. Она всегда угощала Стивена горячим шоколадом с булочкой, и тетушка Бет всегда незаметно оставляла деньги за угощения под белоснежной скатертью на столе у окошка, где Стивен любил наблюдать за тем, что происходило на улице, или просто любоваться разноцветными домиками с черепичными крышами. Особенно ему нравились дома из красного кирпича с купоросными куполами и золотистыми часами с тоненькими, как ручки Дюймовочки, стрелками. Вспоминал он и узенькие каналы, испещренные лодками – моторными, парусными, большими и маленькими.

Морская вода пахла водорослями, солью и напоминала о том, как они с папой читали «Детей капитана Гранта» или «Двадцать тысяч лье под водой» и как Стивен мечтал когда-нибудь отправиться в опасное и захватывающее дух путешествие. В гимназии Жюля Верна не читали, но изучали «Десять способов развить эмпатию», «Навыки личной эффективности», «Позитивное мышление», а также произведения современных авторов, имеющих позитивную направленность.

Стивену нравились книги, которые он читал у тети Бет, но после того как он попытался обсудить на уроке литературы, зачем переписывать концовки произведений Шекспира на положительные, тете Бет было рекомендовано посещать мальчика у него дома. Только Стивен знал, что если и есть у него в этом мире дом, то он в уютной маленькой квартирке тети Бет, где долгими зимними вечерами они сидели у камина и вместе плакали над «Les Mis?rables».

Официально выезд за пределы Королевства не был запрещен, в Конституции говорилось, что «Королевство делает все возможное, чтобы помочь гражданину быть счастливым. Если же он не согласен быть счастливым, ему следует покинуть Королевство навсегда, чтобы не омрачать жизнь другим гражданам». Впрочем, населению изгнание виделось непривлекательным: в Королевстве у всех была работа, контроль за здоровьем каждого с помощью пульта на зеркале в ванной – туда нужно было вводить данные давления, уровня сахара, холестерина, что Стивен всегда забывал делать. В Королевстве были и горы, и море, и были представлены те культуры, чьи традиции и обычаи не противоречили требованиям Конституции Королевства.

Как теперь выяснилось, и проблемы личного характера решались весьма оперативно. Эта привилегия жизни в Королевстве Стивена неприятно удивила, но сейчас он шел по широкому тротуару Авеню Сладкой Булочки (все улицы имели позитивные названия) и думал только о том, что его скоро ждет вкусный завтрак в «Бриоше».

В кафе Лиз, миловидная брюнетка небольшого роста, работала одна, не считая управляющего и повара, все остальное было автоматизировано. Клиенты отправляли заказы через приложение на любом устройстве с выходом с интернет, затем они отображались на табло у повара. Горячие блюда готовили сами, остальное привозила доставка, даже выпечка приезжала замороженная, оставалось положить в печь, и через пять минут все было готово. Управляющий любил повторять, как правильно вовремя отдать непрофильную деятельность на аутсорсинг.

«Бриошь» находился в тридцати минутах ходьбы от дома Стивена, и обычно он ехал на машине (своей или брал такси), но сегодня решил прогуляться. На улице было немного людей, и он внимательно изучал деловые, сосредоточенные лица.

Молодой человек на велосипеде в форменном костюме с эмблемой известного банка размышляет, видимо, о предстоящих на работе делах. Несмотря на то, что брови сведены, лицо румяное и довольное.

Молодая мама с коляской направляется, очевидно, к парку неподалеку и что-то непрерывно говорит малышу, которому на вид месяцев семь-девять, то и дело обходя коляску и наклоняясь так, чтобы ее лицо оказалось на уровне глаз ребенка. Тот никак не реагирует, и если мать слишком активно жестикулирует, отвечает взглядом, полным недоумения. Наверное, так учат на курсах Хороших Мам – подумал Стивен, глядя на то, с каким энтузиазмом женщина продолжала обегать коляску и что-то говорить ничего не понимающему ребенку.

Подростки, не спешащие в школу, показывают друг другу что-то на телефонах. С тех пор как учебники стали электронные, а домашние задания хранятся «на облаке», им не нужно ничего с собой носить.

Стеклобетонные небоскребы сияют на солнце, так же как и начищенный до блеска асфальт. Есть специальная программа управления светофором – можешь за несколько метров нажать кнопку, и к тому времени как ты подойдешь, загорится зеленый, но нужно идти с постоянной скоростью и не отклоняться от маршрута, иначе программа не сможет корректно рассчитать время твоего прибытия к тому или иному автоматическому регулятору дорожного движения. Во время прогулки Стивен любил исследовать переулки или заглядывать во дворы, поэтому никогда не пользовался удобными программами.

«Отсканируй код – и вкусная еда всегда рядом», – гласил один плакат. «Всего один клик до рыб», – гласил второй и изображал удивленно-счастливое лицо мужчины, изо рта которого торчал рыбий хвост – креативное творение призывало пользоваться интернет-магазином рыболовных снастей и, как и полагается, продавало не сам товар, а выгоду для потребителя.

После недельного полного затворничества (он отключил телефон, не выходил на улицу) Стивен чувствовал себя как маленький ребенок в зоопарке: ничего себе, желтая машина пролетела – над его головой промчалось городское такси – небольшие желтые капсулы, которые передвигались по воздуху, поэтому на дорогах никогда не было заторов. Городской транспорт был наземным, водным или воздушным, доступным для всех жителей.

Стивен почему-то ждал, что как только он войдет в «Бриошь», Лиз подбежит и бросится к нему на шею – видимо, из-за ее радости по поводу его визита, которую она выразила по телефону. Но когда он пришел, его никто не встретил, он сел за свой столик и молча ждал, даже не думал ничего, от голода болела голова. Так как официантов не было, нужно было открыть приложение и нажать кнопку «принести заказ» – тогда робот доставлял его.

Стулья в «Бриоше» были эргономичного дизайна, столы с регулируемой высотой, длиной и даже формой. Стивен любил круглый, маленький, с белой скатертью. Скатерти были разноцветные, можно было выбрать любую из радуги (с белой был один, но он не пользовался популярностью). Барная стойка напоминала пульт управления самолетом – множество разных кнопок для заказа коктейлей, закусок, управления светом и музыкой. В дни вечеринок – каждую пятницу, субботу и воскресенье – работали аниматоры – красивые девушки, которые выполняли функции танцовщиц, официанток и просто могли поболтать с посетителями по требованию. На вечеринках Стивен бывал редко, он не любил общественные собрания, за что его критиковала бывшая жена, напротив, любившая веселиться в компании. Несмотря на критику и некоторые разногласия во взглядах, Стивен тяжело переживал расставание с Иветт, которая была для него единственным близким человеком, если не считать двух друзей детства, теперь живущих каждый своей занятой жизнью, от Стивена далеко. Он в который раз начал думать, не позвонить ли ей и не попросить ли одуматься, все-таки десять лет – это немалый срок, и они привыкли друг к другу, и конечно, страсти поутихли, но все же нельзя было сказать, что противоречия между ними были неразрешимы. В этот момент из кухни вышла Лиз.

– Стивен, привет. Рада тебя видеть. А почему ты не отправил сообщение? Ты долго здесь уже? – сказала Лиз своим обычным приветливым тоном.

– Да нет, не очень. Но голодный отчаянно. Можно, пожалуйста, сразу все? А кофе потом.

– Да, конечно, твой заказ готов.

Стивен посыпал яичницу специями со стола и позвал Лиз:

– Прости, пожалуйста, я про чиабатту забыл. Можно, пожалуйста, пару кусочков?

– Ты же знаешь, хлеб у нас замороженный. Но сейчас что-нибудь придумаем.

Через минуту она вернулась с булочками с сыром.

– Чиабатту было бы дольше, но вот это есть, готовили для другого клиента.

– Спасибо. Как же вкусно!

Стивен изрядно измазался жидким шоколадом от круассана и, жадно откусывая очередные порции, выглядел как бездомный ребенок, которого внезапно нашли и впервые за долгие голодные дни не только покормили нормальным обедом, но и на десерт подали шоколадный торт. Он широко улыбнулся девушке за соседним столиком, та равнодушно посмотрела на него и, нажав кнопки в телефоне, поспешила к выходу.

Зашел молодой человек в голубой рубашке, жилетке и очках в толстой роговой оправе, на которой значилось название бренда, и встал у стойки.

– Привет, здесь отличные круассаны с шоколадом. Рекомендую, – сказал Стивен, все еще пребывавший в эйфории от углеводного шока.

Молодой человек не ответил, и присмотревшись, Стивен заметил наушники у него в ушах, к тому же, тот что-то внимательно изучал в своем телефоне.

Взяв кофе со стойки, парень вышел.

В кафе остались пожилая дама с маленькой собачкой, одетой в розовое, пара мужчин в деловых костюмах и молодая парочка.

Все, включая даму, смотрели в разные устройства и периодически нажимали кнопки.

Стивен доел свои круассаны, открыл приложение, нажал «оплатить» и подошел к стойке, чтобы попрощаться с Лиз. Лиз делала фото себя на фоне огромного героя известного мультфильма, поставленного, очевидно, для создания веселого настроения.

– Хорошего дня тебе, Стивен, – сказала она, едва оторвав глаза от телефона. – Пока. Заходи. Только не забывай про приложение. Чмоки.

– Ага, пока. Спасибо, Лиз.

Стивен дошел до небоскреба, на одном из верхних этажей которого располагался его основной работодатель – «Попугай» – журнал и радиостанция. Для входа в здание нужно было нажать кнопку, считывался отпечаток пальца, до этого все получали специальный код, но так как обновлять его нужно было раз в неделю, Стивен, изначально встретивший инновацию протестом, решил, что с пальцем стало и в самом деле удобнее.

Перед лифтом никого не было, он опаздывал. Зашел в лифт, сказал «двадцать пять», и через несколько секунд дверь распахнулась перед разноцветной надписью «Попугай». Стивен снова приложил палец, и Китти, секретарь, демонстрируя достижения современных методов отбеливания зубов, сообщила:

– Доброе утро, Стивен. Рады тебя снова видеть.

– Привет, Китти. Что новенького?

– Прости, телефон. – Китти сняла трубку. – Вас приветствует редакция журнала «Попугай». Чем могу помочь?

Стивен заведовал разделом «Мугакит» – музеи, галереи, кино, театр, который сам он назвал «Темуки» на японский манер. Про музеи писала и рассказывала Адель – худощавая блондинка с маленькими светлыми глазами. Она же взяла на себя театр, когда сотрудница Эля ушла в счастливый декрет, который продолжался уже третьим ребенком и не обещал заканчиваться. Про галереи – уверенный и энергичный Искандер, которого все звали Дерик. Кино обозревал Винсент – недавний выпускник, молодой и подающий надежды, также обозревавший экономические новости на радио. У них всегда было шумно и весело, и их больше всех любила жена главного редактора – миссис Стивенс, от которой им часто передавались прекрасные эклеры, не ела их только Адель – бедняга страдала от аллергии на сахар.

Для начала Стивен решил зайти к мистеру Стивенсу и сообщить, что вернулся к трудовым будням.

Людей в редакции было немного, некоторое время назад большинство сотрудников начали работать удаленно, отправляя материалы «в облако». Мистер Стивенс, тем не менее, к современным технологиям относился с опаской, поэтому собирал «летучки» и только самым непримиримым борцам за свободу личности от пространства и времени разрешал в редакции не появляться.

На двери главного редактора висела табличка: «Если вы хотите войти, сначала подумайте. Если не передумали, пойдите и подумайте еще». Стивен постучал.

– Я занят, – послышался низкий голос мистера Стивенса.

Стивен прислушался, Фил ни с кем не беседовал. Чувствовавший себя провинившимся, Стивен с извиняющимся видом просунул голову в дверной проем.

– Здравствуйте, мистер Стивенс. Я только хотел сказать, что вернулся на работу.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

Поделиться ссылкой на выделенное