Иоанн Мейендорф.

Церковь в истории. Статьи по истории Церкви



скачать книгу бесплатно

Исследование паламитских споров приводит о. Иоанна к оценке паламизма как духовно-богословского синтеза, спасительного для православия в Византии последних веков ее уже почти призрачного существования как православной империи. Этот синтез продолжает оставаться питательным и для современного православного богословия, представляя собой для него надежное основание, почему есть основания называть развитие православного богословия на основании паламизма неопаламизмом. Замечательно точно определил внутренний этос паламитских исследований о. Иоанна его ученик Й. ван Россум: историческое исследование исихастских споров, предпринятое о. Иоанном Мейендорфом, рассматривается им как полемика не о доктрине, а об опыте обожения в Церкви: «…здесь кроется истинная причина интереса о. Иоанна к паламитскому богословию. Тут было нечто большее, чем интеллектуальный или академический интерес: это касалось его собственной глубинной связи с Церковью, его церковности»[10]10
  Россум Й., ван. Отец Иоанн Мейендорф: жизнь, посвященная науке и служению Церкви // Мейендорф И., протопресв. Пасхальная тайна: Статьи по богословию. М.: Эксмо; ПСТГУ, 2013. С. X?XI.


[Закрыть]
. Историко-богословское исследование, мотивированное духовными поисками, созвучными настоящему, – это и есть следование предназначению исторической теологии. И о. Иоанн Мейендорф своими обширными историко-богословскими изысканиями как нельзя нагляднее показывает историческую теологию в действии.

В соответствии с такими принципами выполнены и другие крупные исследования о. Иоанна Мейендорфа. В последние годына русском языке вышли почти всего его главные книги и сборники статей[11]11
  См. Библиографию работ протопр. Иоанна Мейендорфа. Наст. изд. С. 927?973.


[Закрыть]
.

За каждой из этих книг стоит определенная богословская проблема, разрешаемая автором на материале подробнейшего исторического исследования. Отец Иоанн старается всякий раз отчетливо сформулировать богословскую проблему, решению которой посвящено то или иное историческое исследование. Так, книга «Иисус Христос в восточном православном богословии», по его словам, «представляет собой попытку показать, что церковное Предание в своих христологических определениях полностью соответствует Новому Завету»[12]12
  Мейендорф И.

протопресв. Иисус Христос в восточном православном богословии. М.: ПСТБИ, 2000. С. 11.


[Закрыть]. Задача, очевидно, апологетическая; ее формулировка, несомненно, находится в прямой связи с возобновлением христологической дискуссии в контексте развернувшегося с 1960-х годов диалога с нехалкидонскими церквами христианского Востока. Свою позицию по этому вопросу о. Иоанн формулирует таким образом: «Для всех нас настало время оглянуться назад, на свои традиции, чтобы ясно увидеть подлинные вопросы… и признать, что божественная истина может часто выражаться по-разному без нарушения этим разнообразием единства во Христе»[13]13
  Он же. Халкидониты и монофизиты после Халкидона // Вестник Русского Западно-Европейского Патриаршего Экзархата. 1965. № 52. С. 223.


[Закрыть]
. Тем самым о. Иоанн принципиально размыкает границы допустимой творческой свободы в богословии. Однако только этим ценность христологической мысли древности не исчерпывается. В христологической работе первого тысячелетия о. Иоанн усматривает также «поразительную актуальность для нашего времени святоотеческого взгляда на христианскую миссию… в противостоянии вызову, который бросают модернистские учения»[14]14
  Он же Иисус Христос в восточном православном богословии… С. 237.


[Закрыть]
; «византийская христологическая мысль… в действительности способна удовлетворить основным требованиям современного богословского поиска, выдвигаемым новой теологией»[15]15
  Там же. С. 11.


[Закрыть]
. А возможность привлечения этого наследия в современный контекст объясняется о. Иоанном тем, что «Предание есть непрерывная последовательность не только идей, но и опыта…»[16]16
  Там же.


[Закрыть]
. Вот это целостное видение Предания как сочетания строгой систематической мысли и живого опыта характеризует подход о. Иоанна и предопределяет его исследовательскую методологию; оно же характеризует и его неповторимый авторский стиль, сочетающий легкость и прозрачность описательной конструкции с крепкой фактической основой.

Фундаментальные исследования по истории христианского Востока, предпринятые о. Иоанном, имели своей стратегической задачей исполнение богословского свидетельства о православии, столь актуального для современного западного мира. Ведь, по убеждению о. Иоанна, это свидетельство может стать «православной альтернативой западным течениям»[17]17
  Мейендорф И., протопресв. Рим – Константинополь – Москва: Исторические и богословские исследования. М.: ПСТГУ, 2005. С. 7.


[Закрыть]
. Это – его вклад как историка и богослова в диалог между Востоком и Западом, который, как он утверждает, «следует продолжать на всех уровнях богословской мысли… целостно»[18]18
  Там же. С. 11.


[Закрыть]
. В конечном счете обширные византийские исследования о. Иоанна имеют своей целью правильное понимание православного Предания «во всех его формах – богословия, духовности, богослужения, канонического права и религиозного искусства»[19]19
  Он же. Византийское наследие в Православной Церкви. Киев: Центр православной книги, 2007. С. 8.


[Закрыть]
, а само это понимание нисколько не является самоцелью, но служит более высокому предназначению современной проповеди православия и жизни в нем.

Вместе с тем преданное до самозабвения отношение о. Иоанна к исторической Византии никоим образом не оборачивалось фанатичным византинизмом, о котором с резкой прямотой писал в своих дневниках о. Александр Шмеман: «…отождествление Православия с византинизмом – губительно, грозит сужением православного сознания. Православие нуждается не в возврате к византинизму, а в оценке этого последнего, в оценке его места в истории и жизни Церкви»[20]20
  Шмеман А., протопресв. Дневники 1973?1983. М.: Русский путь, 2005. С. 80.


[Закрыть]
. Отец Иоанн вполне отдавал себе отчет в опасности перерастания увлечения Византией в идолопоклонство. Он пишет: «…верность византийскому наследию оправдана, только если оно усваивается в истинном духе православного понимания Церкви. Не Византия “создала” православие, но совсем напротив: наиболее ценные и устойчивые черты византийской христианской цивилизации укоренены в православном христианстве, так что ныне верность православию нельзя отождествить с рабским и механическим хранением реликтов византийского прошлого и сводить ее к этому»[21]21
  Мейендорф И., протопресв. Византийское наследие в Православной Церкви. С. 9?10.


[Закрыть]
. Этому соответствует его понимание природы предания как живой и подвижной реальности. «Христианское предание может быть подлинным, только будучи живым преданием, а жизнь всегда подразумевает перемены»[22]22
  Там же.


[Закрыть]
. Здесь же о. Иоанн формулирует предназначение изучения церковной истории: «Изучение церковной истории… нацелено прежде всего на обнаружение механизмов рационального объяснения преемственности и ведет к открытию цельности предания»[23]23
  Там же. С. 11.


[Закрыть]
. Отец Иоанн представляет себе историю Церкви и христианской проповеди как «неизбежность нового изложения и переосмысления христианской веры в свете меняющихся культурных реалий»[24]24
  Он же. Византийское богословие: Исторические тенденции и доктринальные темы. Минск: Лучи Софии, 2007. С. 9.


[Закрыть]
. В этой перспективе «стремление греческих отцов изложить христианство в категориях эллинизма»[25]25
  Там же.


[Закрыть]
предстает образцом для других попыток осуществления церковного и богословского синтеза, а византийский синтез является продолжением их дела и воплощением их идей.

Значителен вклад о. Иоанна в славистику, которая для него представлялась не столько самостоятельным и академически обособленным предметом, сколько продолжением византинистики. Он вел свои исследования в этой области на основании известной концепции выдающегося византиниста русского происхождения Д. Оболенского о «византийском содружестве наций»[26]26
  См.: Оболенский Д. Византийское содружество наций. Шесть византийских портретов. М.: Ладомир, 1998. Первое англ. изд. 1971.


[Закрыть]
, согласно которой славянские народы вошли в это содружество и исторически состоялись прежде всего благодаря своей преемственности у Византии. Раскрытию этой темы посвящены многие тексты о. Иоанна, в частности его монография «Византия и Московская Русь. Очерк по истории церковных и культурных связей в XIV веке»[27]27
  Byzantine and the Rise of Russia. Cambridge University Press. 1981. Рус. пер. в кн.: «История Церкви и восточно-христианская мистика» (М.: ПСТБИ, 2000. С. 337?574).


[Закрыть]
, а также значительная часть статейных публикаций, вошедших в настоящий том. Новизна его подхода состоит в попытке дополнить существующую картину историко-богословской оценкой важнейшего элементав становлении славянского мира и культуры – православия в славянских народах. Именно оно многое объясняет в различных политических и культурных событиях Древней Руси. Наконец, все тот же вопрос исторического самопознания придает славистике о. Иоанна особенно актуальное звучание в переломные эпохи: он сам настойчиво искал ответы на него и предлагает их своим читателям.

Разнообразные исторические штудии о. Иоанна в области патристики, византинистики и славистики предоставляют щедрый и неисчерпаемый материал, решающий множество болезненных вопросов об идентичности христианского богословия, церковной принадлежности и духовных традиций. Ясное видение этих проблем в христианской истории вооружает о. Иоанна спокойной убежденностью для их безошибочного решения в новых исторических обстоятельствах. Среди них такие, как проблема догматического развития, вопрос богослужебного языка и практики, отношения между христианскими конфессиями и многие другие. Системным значением обладает вопрос догматического развития, решаемый о. Иоанном походя, не без изящества, при обсуждении своеобразного юридизма средневековой католической экклезиологии. «Догматическое развитие не означает обогащения изначального свидетельства новыми откровениями, но оно предполагает свободу от всей частной исторической проблематики и, напротив, – возможность выражения христианской Благой Вести в любой исторической ситуации… Использование Церковью философских, научных или юридических категорий – динамический процесс; цель его – преображение человека, его вход в Царство Небесное, а не пребывание в плену рационалистических или космических ограничений»[28]28
  Мейендорф И., протопресв. Есть ли в Церкви внешний авторитет?: Исторический релятивизм и авторитет в христианском вероучении // Мейендорф И., протопресв. Православие в современном мире. М., 1997. С. 47?67.


[Закрыть]
. То самое «догматическое развитие», вызывающее паническую оторопь в консервативно настроенном богословии повторения, о котором о. Иоанн неоднократно говорит как о бегстве от Предания, разъясняется в корректной оценке подвижного характера церковного богословия. Догматическое развитие никоим образом не означает некоего приращения богооткровенного знания, но относится к плану выражения церковной проповеди, возможностям ее восприятия и возрастания в ней.

Все эти хорошо продуманные идеи и глубоко обоснованные убеждения применяются о. Иоанном к прикладной области церковной жизни, к самому ее выражению – к богослужебной практике. Здесь сочетаются верность Преданию с историческим разнообразием форм. Здравое отношение ко второстепенному снимает всякую опасность искажения в литургической жизни и устраняет возможные конфликты и недоразумения. Единство в разнообразии – вот как можно было бы охарактеризовать историю православного богослужения, пронесенного через века. Для обеспечения требования единства наряду с признанием законности литургического творчества о. Иоанн предлагает критерий: «…изменяемость и развитие богослужения так же неизбежны, как и сама жизнь Церкви в истории… <они> есть вполне законные изменения и обогащения, которые всегда отражают подлинную церковную жизнь, связывающую нас с веком апостолов и отцов, делают эту жизнь доступной всем спасаемым в разные эпохи и в разных обстоятельствах»[29]29
  Мейендорф И., протопресв. Об изменяемости и неизменности православного богослужения // Он же. Православие в современном мире. М., 1997. С. 245?246.


[Закрыть]
.

В завершение следовало бы попытаться очертить место, занимаемое о. Иоанном Мейендорфом в контексте православного богословия XX века. Основную типологию этого периода он предлагает сам, усматривая «широкий спектр стилей, подходов и школ»[30]30
  Он же. Свет с Востока?: «Богословствование» в перспективе восточного христианства // Мейендорф И., протопресв. Пасхальная тайна. С. 760?761.


[Закрыть]
: 1) традиция догматических систем, представленная прежде всего греческой школой, она демонстрирует «внутреннее единство и согласованность с богословием греческих отцов в противоположность западному конфессиональному подходу»; 2) русская «софиологическая» школа, «родоначальником которой стал В.С. Соловьев», «ее представляют… великие имена П.В. Флоренского и С.Н. Булгакова. Их целью… был синтез христианства с традицией немецкого философского идеализма» (о. Иоанн не скрывал своего трезвого и критического отношения к этому направлению, хотя испытывал самое глубокое уважение к его представителям); 3) неопатристический синтез трудов «крайне критичных по отношению к софиологии» Г.В. Флоровского, В.Н. Лосского и архим. Иустина (Поповича), «инициаторов возврата к отцам», к ним примыкает румынский богослов Думитру Станилоаэ; 4) «евхаристическое» направление, к которому принадлежат Н. Афанасьев, А. Шмеман и митр. Иоанн (Зизиулас); оно сосредоточено «на экклезиологии и экуменизме». Отец Иоанн, несомненно, принадлежит к последним двум направлениям православного богословия в XX веке. Историко-теологическая природа его творчества питается всеми богатствами святоотеческого наследия церковного Предания и получает полноценное применение в широкой церковной деятельности, разворачивающейся в богослужебной жизни, в плодотворном взаимодействии с другими христианскими традициями и в надежном свидетельстве о правде христианства в современном мире.

Настоящий том продолжает дело распространения наследия выдающегося богослова русского зарубежья XX века о. Иоанна Мейендорфа в русской церковной культуре. Значение этого большого начинания трудно переоценить, ведь судьба христианской культуры во вчерашней истории нашей страны трагична. От былого интеллектуального и научного богатства Русской Церкви на канонической территории к нашему времени остались лишь обломки, а возрождение былого величия проходит совсем не так успешно, как это ожидалось и виделось лет двадцать тому назад. И потому тем более возрастает ценность наследия русской церковной и богословской культуры, сохраненной и приумноженной подвигом тех поколений русских ученых, богословов, общественных деятелей и церковнослужителей, что оказались в изгнании. Вклад о. Иоанна в это наследие велик и разнообразен. Его спокойный, взвешенный тон, исключительная церковно-историческая и богословская эрудиция, прекрасная осведомленность в исторических и современных проблемах православия делают его труды незаменимым руководством для ориентации не только в историческом христианстве, но и в современной церковной жизни. И потому его наследие в отечественной духовной и научной культуре имеет большое будущее. По его книгам будет воспитываться не одно поколение думающих церковных людей, верных этосу православного богословия, которому столь неуклонно следовал сам о. Иоанн Мейендорф.


П.Б. Михайлов, доцент ПСТГУ

От редакции

«Церковь в истории» – так отец Иоанн решил назвать серию книг, созданных разными авторами, в которых жизнь Церкви рассматривалась бы на общеисторическом фоне, неотъемлемой частью которого она и являлась. Его собственная работа – «Единство империи и разделения христиан: Церковь в 450–680 гг.» – была написана как раз для задуманной серии и стала второй в предполагаемом списке.

В редакционном предисловии к изданному в 2013 г. объемному тому статей отца Иоанна по богословию и патристике (Пасхальная тайна. М.: Изд-во ПСТГУ, 2013) мы писали, что огромный корпус статей – по истории Церкви, в том числе и Русской, по каноническим отношениям между Византией и Римом, Византией и Россией, проблеме «Петрова первенства», церковному устройству и церковному праву, миссионерству и отклику Церкви на вызовы современности – войдет в следующий том. И вот этот том готов, и мы назвали его «Церковь в истории» – потому что это название, избранное когда-то отцом Иоанном, наилучшим образом отвечает его содержанию.

Как и первый том, книга разбита на несколько разделов, чтобы помочь читателю сориентироваться в содержании и проблематике статей. Конечно, такое «размежевание» условно: в предисловии к первому тому мы уже говорили, что статьи отца Иоанна почти невозможно разделить строго по предмету исследования: широта его научных интересов и методология историко-богословского дискурса неизбежно соединяют в каждой статье богословие с собственно историей, экклезиологию с проблемами филетизма и современных юрисдикционных разделений, прошлое с настоящим. И только совокупность всех текстов даст нам представление о полноте взглядов автора и его позиции.

Российский читатель знает отца Иоанна по основным его работам (то же «Единство империи…», «Византийское богословие», «Иисус Христос в восточном православном богословии», «Византия и Московская Русь», монография о свт. Григории Паламе) и некоторым наиболее значительным статьям (сборники «Живое Предание», «Православие в современном мире», «Византийское наследие в Православной Церкви», «Рим – Константинополь – Москва»). Мы поставили перед собой задачу собрать статьи отца Иоанна, разбросанные по разным изданиям, опубликованные на разных языках, – и издали их почти в полном объеме. Иной раз у читателя может возникнуть ощущение узнаваемости текста. Это естественно: во-первых, как мы сказали, некоторые статьи отца Иоанна вошли в изданные в России и широко разошедшиеся книги. Во-вторых, именно в статьях отец Иоанн «нащупывал» тот угол зрения, ту остроту темы, к которой не раз возвращался в дальнейшем, в других статьях и книгах, углубляя аргументацию, шире привлекая источники и полемически заостряя отклик на иную точку зрения. Масштаб исследовательского горизонта отца Иоанна широк; живое чувство веры и любовь к Церкви движут его рукой, и потому его статьи всегда полемичны, ярки, написаны темпераментно и на одном дыхании.

Многие статьи о. Иоанна «произросли» из его докладов на конференциях, из выступлений во Всемирном Совете Церквей. В них мы видим отца Иоанна не только широко эрудированным ученым-патрологом, историком Церкви, но и сильным, открытым иной точке зрения полемистом, устойчивым в убеждении, что «Свет c Востока» – не просто фигура речи, но единственно верная, неискаженная историческая перспектива христианства. Два стремления, два убеждения неизменно присутствуют в этих выступлениях: уникальность православия как истинного выражения христианской веры и желание пробиться к зашоренному европейскому сознанию во имя диалога между Востоком и Западом и преодоления разрыва между Церквами, который автор считает катастрофической духовной и исторической ошибкой христианства.

«Препарирование» причин такого разрыва, в равной мере тяжело сказавшегося и на Восточной, и на Западной Церквах, разрыва, ставшего причиной изоляционизма и взаимного недоверия, – одно из основных и неизменных размышлений отца Иоанна. Полагая этот разрыв общехристианской трагедией, он постоянно возвращался к теме «Петрова первенства», снова и снова анализировал богословские и исторические обоснования, упорно утверждая, что сегодня можно и нужно преодолеть рудименты старых обвинений, на тысячелетие разорвавших некогда единое поле христианской ойкумены. Это разделение представляется отцу Иоанну абсолютным нонсенсом, преодолимой ошибкой, и он со всей проповеднической страстью и научной убедительностью призывает к диалогу во имя общехристианской миссии.

А христианская миссия, служение Церкви в современном мире, повсеместно увлеченном разнообразными идеями псевдоцерковного строительства, – главная тема пастырской озабоченности протопресвитера Иоанна Мейендорфа. Ей, в частности, посвящено множество заметок, коротких откликов, реплик «на злобу дня», размышлений о смысле праздников или иных событий церковной истории, собранных в двух книжках: «Vision of Unity» и «Witness to the World» – они еще ждут перевода на русский. Это авторские колонки, которые отец Иоанн вел как редактор ежемесячника «Православная Церковь» в течение двенадцати лет, с января 1965-го по декабрь 1984 г. (когда, став ректором Свято-Владимирской семинарии, оказался жестко ограничен во времени). Конечно, преимущественно это реплики на события внутри Православной Церкви в Америке, но отец Иоанн понимал эти заметки как важную часть своего служения, и потому оснащал их и исторически, и богословски.

Со дня кончины о. Иоанна прошло двадцать пять лет. Сегодня уже не подлежит сомнению, что церковно-исторической науке он оставил значительное наследие. Несомненно, эта наука, как и любая другая, не стояла на месте. Наверное, некоторые его утверждения сегодня можно уточнить и дополнить, иные – аргументированно оспорить. Сам он, как ученый чрезвычайно честный, был открыт мнению коллег и был бы только рад этому: углубление дискуссии всегда только на пользу науке. Оглядывая в целом написанное отцом Иоанном, можно только восхититься глубиной его знаний и интенсивностью научного поиска. Невозможно не согласиться с точностью его прозрений не только в поле специальных историко-богословских исследований, но и относящихся к современности, к той религиозной «лоскутизации», с которой он сам постоянно сталкивался и с  которой не уставал бороться. Всеобщая история и история Церкви дали ему ключ к пониманию причин внутрихристианских протестных движений и их разрушительных последствий. Зная, что «ничто не ново под луной», он снова и снова возвращался к задачам миссионерства, вселенского единства и предостерегал от церковного консерватизма.

Творческое наследие отца Иоанна являет пример истинно церковной науки и, если позволено так сказать, истинно научной церковности. Его методология – нечастый и поныне пример гармоничного сочетания устремленности к научной истине и искреннего желания прочесть ее в свете Предания Церкви.

Далеко не все вопросы, поставленные отцом Иоанном и его временем, нашли ныне свое разрешение, некоторые усложнились еще более. Не только в церковной науке, но и в  общей жизни мировой семьи Православных Церквей продолжают сохраняться драматические лакуны взаимного непонимания: процесс подготовки и проведения Всеправославного Собора на Крите наглядно продемонстрировал это. Обращение к наследию отца Иоанна показывает нам, в каком духе следовало бы вести обсуждения таких вопросов: в духе внимательной честности, взаимного уважения, в духе мирного поиска «угодного не человекам, но Богу». В этом смысле труды отца Иоанна предлагают пример подлинно церковного поиска Истины.

* * *

Многие тексты отца Иоанна существуют параллельно в стихии трех языков, он писал статьи по-английски, по-французски и по-русски. Как правило, мы ориентировались на наиболее полный и поздний по времени текст, сверяя его с иными версиями и при необходимости внося дополнения и уточнения. Статьи, переведенные на русский различными переводчиками и уже опубликованные, были тщательно сверены с оригиналом и при необходимости уточнены. В тех нескольких статьях, где примечания находились непосредственно в тексте, они были приведены в соответствие нормам. Нумерация авторских примечаний сохранена. Все редакционные сноски, содержащие: опущенные автором ссылки, дополнительные пояснения, в том числе и краткие сведения об авторах, на чьи работы или точку зрения отец Иоанн ссылается, – даны под знаком. В квадратных скобках внутри авторских примечаний дана отсылка к соответствующим изданиям на русском языке и современным переводам указанных отцом Иоанном работ. В квадратных скобках внутри текста – пропущенные или уточняющие слова, библейские ссылки или переводы иноязычных терминов. Переводы греческих и латинских цитат, не имеющих отсылки к определенному русскому изданию, если это не оговаривается особо, выполнены Ю. С. Терентьевым и П. Б. Михайловым. К каждой статье для удобства читателя прилагается библиографическая справка с указанием всех ее публикаций. Справки подготовлены С. М. Прокопьевым и И. А. Хангиреевым. Книга содержит указатели цитат из Священного Писания, имен и географических названий, составленные Е. Ю. Агафоновым.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27