Инна Живетьева.

Стальное княжество. Книга 1. Цена свободы



скачать книгу бесплатно

Рик сел, подтянув колено к груди. Сквозь повязку проступила кровь.

– Тебя что, били? – спросил Славка.

Кадет глянул исподлобья.

– А ты думал, я им просто так дался?

Славка разозлился.

– А что я должен думать? Ни хрена же не понятно! Что за мир, как сюда попали, дриды, Орон какой-то. Ты вот… почему ты здесь? Говоришь, кадет. У вас что, война? Вас захватили?

Рик привалился к стене и поерзал, устраивая ногу поудобнее.

– Война? – повторил удивленно. – Нет, конечно. Как, если Башни? Мы просто у границы стояли. Весна. Большой поход. Я утром дежурил. Пошел за водой к реке, наклонился, и вдруг в глазах темно. Жабье племя! Очнулся непонятно где. Оглядеться не успел – Дарл! А у меня из оружия только нож. Ну, и… – Он качнул перевязанным коленом. – А Орон – один из старейших дридов. Дриды, они… как вам объяснить… Они почти все могут! В другие миры ходить. Животными управлять, погодой. Будущее предсказывать. Говорят, даже время остановить. Им никто не указ. Дриды, если б захотели, все княжества завоевали, и горных тоже. Только они не хотят. Им ничего такого, как людям, не нужно. Ни власти, ни денег.

– Ага, как же, – хмыкнул из угла Влад. – Я видел, Дарл ему заплатил. Взял как миленький!

– Странно.

– Погоди, у вас что, из мира в мир – обычное дело? – переспросил Славка. – Гуляй хоть каждый день?

– Да нет же! – В голосе Рика слышалось отчаяние – такие непонятливые собеседники ему достались. – Дриды – они давно ушли, вскоре после Башен.

– Куда ушли? А Орон?

– Не знаю. Я не понимаю, откуда он взялся.

Славка потряс головой. Казалось, еще немного – и мозги закипят.

– Ладно, хрен с ними. Этот, конкретный, Орон может нас вернуть?

– Наверное. Если захочет. А не захочет, как ты его заставишь? Где ты его вообще найдешь?

– Найдем, – сказал Славка. – Сбежать бы для начала.

– От Дарла нельзя. Он охотник, быстро поймает. Вот продаст, тогда.

– Продаст? – спросили, кажется, все разом.

– Ну да. Зачем мы ему?

Маша судорожно, уже без слез, вздохнула.

– Как продаст? Всех сразу? Или по отдельности? – деловито уточнила Сима.

– Проще скопом, но кто его знает, – пожал плечами Рик. Поморщился от боли и лег, устало прикрыв глаза.

– А ты куда бежать думаешь? – спросил Славка.

– В Семиречье, конечно. Там мой… сэт. Он поможет. Хотите со мной? Но знайте, по всем законам наказание за побег – смерть.

Испуганно переглянулись девчонки. Славка вспомнил, как остро был заточен меч, и по спине поползли мурашки.

Пару минут в сарае стояла тишина, потом в углу завозился Влад.

– Жрать охота, – сказал он. – Надеюсь, нас покормят, а то отощаем, товарный вид потеряем. Сплошной убыток!

Алешка поднял голову.

– Заботишься об его кошельке? Лично я товаром быть не согласен.

– Не, вы гляньте на него! Че, самый умный?

– Рик, – позвал Славка. – А если не подчиняться, что будет?

– Изобьют.

Не поможет – убьют, и все. Невыгодно такого в хозяйстве держать.

Слова, подкрепленные кровоподтеками на его теле, прозвучали веско. Славке снова померещился остро заточенный клинок.

– Ясно? – усмехнулся Влад. – Не согласен он!

Алешка промолчал.

– Мы тут – никто! Ты дурак, если этого не понимаешь! Дурак!

Славка поднялся и отвернулся к окну. Противно, но Влад кое в чем прав. Тот продолжал вопить:

– Я лично подыхать не намерен!

Алешка не выдержал:

– Что, готов хозяину сапоги лизать, лишь бы не тронул?

– Не твое собачье дело! Может, и готов. Я выжить собираюсь, ясно тебе?

– Куда уж яснее.

Во дворе – неожиданное оживление. Из конюшни вывели оседланных лошадей, открыли ворота.

– Тэм уезжает, – сказал Славка, и оба спорщика заткнулись. Прислушались настороженно.

За последним всадником захлопнулись створки. Вошел в пазы окованный засов.

– Ну вот, поехал искать покупателя, – предположил Рик.

Славка сел и посмотрел на кадета. Изрядно его помяли.

– Слушай, я понимаю, тебе сейчас хреново. Но мы тут как… идиоты. Расскажи про свой мир, а?

Рик нехотя повернулся.


Зачем они тут? Экзотика? Забава? Источник новых знаний? Вот уже смешно – обычные школьники. И, кажется, Дарла совсем не интересует их прошлое. Значит, просто рабы? Притащили бы крепких мужиков, больше пользы. Бред. Это какой-то бред.

Славка лежал на полу, положив руки под голову, и смотрел в оконце. Видна была узкая полоска темно-синего неба с маленькой неяркой звездочкой. Очень хотелось есть, казалось, вместо желудка – пылесос. Сосет и сосет, до тошноты.

Потянуло ночной прохладой, и пришлось свернуться в клубок, поджав колени к груди. Все давно спят, а он крутится, перетряхивая одни и те же мысли. Как же волнуются дома! Мать, поди, уже морги обзвонила. А он тут. В другом мире. Скажи кому – не поверят. Он и сам не верит, хотя вот – сарай, охрана у ворот.

Славка снова завозился, спрятал руки под живот. Днем припекало, а сейчас все холоднее и холоднее. Весна, говорит Рик. Двадцать третий день Собаки. «Однозначно собачий день», – промелькнула мысль. А дома двадцать третье апреля, и вздумай ночевать в неотапливаемом сарае, на земле, точно бы простыл. Да, тут зима короче и теплее. А год тот же – триста шестьдесят пять дней. Сутки – двадцать четыре часа. Те же месяцы, но называются по здешним созвездиям. Правда, вместо недели – пятидневка, точнее, рука. Каждый день – палец. Этой ночью заканчивается безымянный и начинается мизинный. С календарем понятно, а вот с географией смутно. Кадет смог начертить на полу только ближайшие княжества. Это называется Стальным. Тут живут лучшие кузнецы и оружейники. Рик из соседнего, Семи Рек. Еще рядом есть Сизелия, Мариин.

Правят княжествами, естественно, князья. Потом идут сэты. Им подчинены города и окрестные деревни, они имеют право собирать подать. Под ними – тэмы, мелкая знать. Дальше – бэры. Отдельно стоят купцы, ученые и главы ремесленных кланов. Совсем обособленно дриды и ведуны. Ведуны – тоже маги, но не такие сильные, как дриды. Кажется, Рик ведунов побаивается.

Мир, судя по всему, отсталый, но какой-то перекошенный. Огнестрельного оружия нет, но что это такое – Рик понимает, и даже рассказу о танке не удивился, покивал: «Механическая защищенная повозка для наступления. Читал у кого-то из дридов в летописи». Мечами учатся владеть с детства, все, кроме рабов и простолюдинов. Странно, что при этом уровень фехтования невысок. Тренер бы от некоторых Дарловых приемов долго плевался. Прет, о защите не думает.

Славка перевернулся на другой бок. Стало еще холоднее, сотканная из грубых ниток ткань почти не грела, зато ее протыкали колючие соломинки. В животе заурчало.

Рядом шевельнулся Алешка. Не спит. А может, все на самом деле просто притворяются?

– Рику есть куда бежать, он надеется на своего сэта, – еле слышно сказал Алешка.

– А вдруг этот сэт и нам поможет? – неуверенно предположил Славка. Он не верил в доброту сильных мира сего – и не важно, родной это мир или чужой.

– Угу. Если завтра с утра не распродадут поодиночке. Вывезут на базар, и!.. Как скотину. Помнишь, по истории? Рабов продают с публичных торгов.

Славка снова опрокинулся на спину и уставился в окошко. Рядом с первой звездочкой загорелась вторая.

Алешка шепнул:

– Может, сейчас попробуем убежать, пока ночь? Чего, прям сразу убьют? Да ну нафиг, я не верю!

Славка сам не знал, верит он или нет. Но слишком острым был клинок, черт бы его побрал!

– Рик откажется. А куда мы без него?

Сказал, и вдруг обожгло страхом: одному ускользнуть проще, зачем кадету обуза? Тащить с собой десять человек… Но вслух говорить об этом не стал, и так все паршиво.

Глава 2

– …леший тебя раздери! Жабы у тебя в кошеле с такими подсчетами будут!

Затекшее тело отозвалось тупой болью, ноздрей коснулся неприятный запах. Влад открыл глаза и увидел над собой балки из неровно оструганных бревен. Так значит, не приснилось. Он на самом деле в другом мире.

За стеной продолжали пререкаться:

– А я говорю, выйдет не меньше, чем по пятерке на брата.

– Жди, по пятерке, как же. По три монеты если заплатит, и то хорошо.

– Смеешься – три! За такой товар!

– Да какой такой товар? Какая прибыль с такого товара?

– Один музыкант чего стоит! Если продавать в Тирме…

Завозились ребята.

– Эти же они за нас деньги делят, – услышал Влад Алешкин голос. – Вот сволочи!

– Ага, в Тирме. Не повезет он в Тирм.

– Тихо вы! А то получите по шее вместо монет.

Спорщики замолчали.

Влад сел и повел плечами, разминаясь.

– Жрать охота, – вздохнул он. – Желудок в фигушку свернулся.

Никто не ответил. «Ну и черт с вами», – подумал Влад.

Ему было страшно – до изжоги и ломоты в затылке. С того самого момента, как тэм замахнулся мечом на Симу. Слишком явственно представилось: сталь входит в тело, рассекает мышцы, перерубает сухожилия и вены. Превращает человека в кусок мяса. Иногда страх вскипал раздражением: ну чего строят из себя героев? Куда собираются бежать? Прыжком через забор и наперегонки с собаками? Идиоты. Только разозлят тэма, и он всыплет, как Рику. Вон, Лешка прилип к окну. Чего, спрашивается, высматривает? Дрид, что ли, вернется? Извинится: ой, это была такая шутка, сейчас я вас быстренько обратно. Сам нарвется и других подставит.

– Дарл приехал, – сказал Алешка.

Бросился к окошку Славка.

– Ну что там? – спросила Сима.

«Наша королева джунглей!» – неприязненно подумал Влад, вспомнив, как лихо девчонка управлялась с мечом.

– С каким-то мужиком разговаривает, – ответил Славка. – Мужик без меча, но с охраной. Бритый.

Рик поправил:

– Тогда это не мужик, это, наверное, купец. Или управляющий.

Влад привалился к стене. Вцепиться бы зубами в ладонь, чтобы не заорать на весь сарай. А ну и впрямь распродадут поштучно, что тогда? Что он один будет делать? Резануло в желудке – то ли от голода, то ли от страха.

– Двое охранников, – продолжал комментировать Славка. – Это много или мало? Рик, у вас как, мирно?

– На дорогах разное бывает. Разбойники, или так кто лихачит. А горные давно уже не спускались.

– Кажется, договорились, – процедил Алешка.

Влад подумал, что тот просто притворяется, а сам боится не меньше его.

– Тихо! Сюда идут!

От страха позвоночник скрючило. Хотелось забиться в угол и стать махонькой букашкой. Нет его тут, нет!

Помятый, невыспавшийся стражник заглянул через порог.

– Кто музыкант? – спросил он через зевок. – Ну, жабьи дети!

– Я, – с заминкой отозвался Костя.

– Ну так пошли, леший тебя в глотку.

Скрипач поднялся, нерешительно посмотрел на ребят. Влад отвел глаза и втянул голову в плечи. Колотилось под ребрами от радости: не его! Продали – не его!

– Топай, – поторопил стражник.

Костя вышел.

Мышцы медленно обмякали, казалось, еще немного – и растечется лужицей. Влад сцепил руки в замок. Ладони у него были влажные.

– Увозят, – произнес Славка, глядя в окно. – Все.

Тихонько заплакала веснушчатая Маша.

– Не реви, – сердито сказал Рик. – Я тут про дридов вспоминал. Может, брешут, а может, и правда. Говорят, есть такой амулет. Придешь с ним к дриду, и он все зло, что тебе причинил, исправит. Выберемся, я вас с одним человеком познакомлю, он лучше расскажет.

– Врешь, – сказал Влад. Слишком уж напоминало сказочку для детишек.

Рик взглянул высокомерно:

– Зачем мне врать?

Снова скрипнула дверь, Влад испуганно обернулся. На пороге торчал все тот же стражник.

– Давай, парни, выходи по одному, – велел он.

Их провели по длинному ходу между хозяйственными постройками. Пришлось ждать, пока стражник отопрет калитку. Вывели на широкий участок, обнесенный покосившимся плетнем. За хлипкой оградой виднелся лес.

У калитки ждали Варлам и еще один стражник. Рядом крутилась пара собак, тут же оскалившихся на чужаков.

– Пока тэм вас не продал, вы должны отрабатывать свое содержание, – сказал горбун. – Очистите это поле. Камни сюда, к ограде. Дерево в ту кучу.

Влад посмотрел: ничего себе, да тут бригаду грузчиков и бульдозер надо! Камни, засохшие ветки, коряги, трухлявые бревна. Он оглянулся на ребят. Ну да, это в сарае хорошо языком молоть, а сейчас молчат в тряпочку. Вот только рожа у кадета больно надменная, как бы всем из-за него не схлопотать.

Рик спросил у Варлама:

– Ты ведь раб, да?

– Нет, – мягко ответил горбун. – Я вольноотпущенный. Но вы можете звать меня просто Варламом. Мальчик, я не знаю, кем ты был в прошлой жизни, но сейчас ты раб, и тебе придется с этим смириться. Уйми свой гонор. Помни, тэм не потерпит ослушников.

– Нет! Я не раб, я пленник.

– Можешь работать как пленник, – согласился Варлам. – Бежать не пытайтесь, собаки хорошо обучены и не выпустят за изгородь. В полдень вас покормят. Лениться не советую. – Горбун кивнул на охранника, и тот переложил плеть из левой руки в правую.

…Солнце застыло, не доходя до зенита, и безжалостно давило на макушку. Плечи у Влада ныли, очень хотелось пить, на зубах скрипела земля. В ободранных пальцах угнездилась боль, и саднил оцарапанный веткой подбородок. Неудобная обувка натерла ноги. Когда этот чертов полдень? Хоть бы немного передохнуть. Влад материл – конечно, про себя, – и Варлама, и Дарла, и дрида Орона. С утра это помогало, но сейчас слова потеряли всякий смысл и пересыпались, точно сухой песок.

Казалось, солнце никогда не сдвинется с места. Но полдень все же наступил, и со стороны дома показались девчонки в сопровождении горбуна. Они несли котел и стопку мисок. В руках у блондинки был каравай. Живот у Влада забурчал на все поле.

– Перерыв, – скомандовал Варлам.

Влад наклонился и уперся дрожащими руками в колени. Его подташнивало. Словно кто пихнул в затылок – земля бросилась в лицо. Повалился ничком. «Не могу больше. Не встану».

– На все вам – четверть часа, – пробился сквозь шум в голове голос Варлама.

Вот тебе и большая перемена. «Не встану», – снова подумал Влад, но сел – очень уж есть хотелось. Облизнул губы и сплюнул черной от земли слюной. Одно утешение: другим не легче. Вон, Рик совсем позеленел. Но Варлама таким взглядом проводил, разве что в горло не вцепился.

С котла сняли крышку. Картофельная похлебка! Сдавило желудок.

– Нас на кухню определили, – сказала симпатичная блондинка, ломая хлеб.

Влад глянул придирчиво: вроде поровну.

– Готовят на печи. Не газовой, конечно, дрова и уголь. Зато есть что-то вроде электричества. Маленькие такие шарики: подержишь на них руку – и начинают светиться.

Влад вспомнил: ага, ее зовут Лерой. А вон ту, большеглазую, которая орудует черпаком – Алей.

– Это световая энергия, а не… электричество… – возразил Рик.

«Надо же, какие слова знает, – удивился Влад. – „Энергия“! Продвинутое средневековье».

– Неважно, – остановила кадета Сима. – Мы подслушали: в доме живут только Варлам и несколько стражников. Дарл бывает набегами, сейчас снова уехал. Нас продать торопится. Постарается всех разом.

Влад резко выдохнул и склонился над миской. Первые картофелины он проглотил как гусь, не жуя. Оставшиеся обсасывал, точно конфеты, потом раздавливал языком и медленно пережевывал.

– Время, – крикнул Варлам.


Солнце опустилось к горизонту, вытянулись длинные тени – к лесу, на свободу. Славка пристроил камень и оглянулся: не убрано и четверти. Завтра, наверное, снова погонят работать. Руки плетьми повисли вдоль тела.

– Чего встал! – прикрикнул охранник. Пес поддержал его, рыкнув. Кривые желтые зубы обнажились под приподнявшейся губой.

Пришлось снова брести на поле. Земля мягко прогибалась под ногами, и Славка мотнул головой. Так, ухватить вон ту ветку, она растопыристая, но вроде бы легкая. И медленно-медленно понести к куче. «Не успел», – пожалел Славка, когда к облюбованной ветке прихромал Рик. Кадет протянул руку, но вдруг качнулся и упал ничком.

Подскочил стражник.

– Вставай, жабеныш!

Пнул с размаха в бок. Рик скорчился и застонал.

– Не трогайте его! – к стражнику метнулся Алешка.

– Чего-о?

– Не смейте.

Охранник кивнул подошедшему товарищу:

– Видал щенка? – и лениво толкнул Алешку ладонью в лицо.

Тот вспыхнул, зверенышем бросился на бородача. Изумленный стражник одним ударом сшиб мальчишку, добавил сапогом в живот. Славка кинулся на помощь, но от него отмахнулись, точно от мухи. Грохнулся – локтем об землю, аж искры в глазах. Зарычал над ухом пес.

Алешку били молча, расчетливо. Он даже не пытался встать, а только сворачивался клубком и глухо вскрикивал. Мужики сопели, обрабатывая его сапогами.

– Хорош! – наконец остановился охранник. – Будет с него.

Его напарник вытер мокрый лоб и ковырнул пленника носком.

– Вставай, слышь? Да шевелись ты, дерьмо драконье, не насмерть пришибли.

Мальчишка завозился. С трудом, опираясь на одну руку и прижимая другую к животу, он приподнимался и неловко валился обратно. Славка проглотил комок в горле, стражники с ленивым любопытством наблюдали за этими попытками. Наконец у Алешки получилось сесть. Кровь из разбитого носа стекала на подбородок, тяжелыми каплями падала на рубаху. Мальчишка запрокинул голову и прижал ладонь к лицу.

– Ладно, ты… ну и ты, хромой, отползайте. Передохните чуток.

Алешка шмыгнул носом, сквозь пальцы все сочилась кровь. Посмотрел на Славку. Тот неловко отвернулся и присел, выковыривая из земли камень.

Горбун пришел, когда солнце почти скрылось. Печально качнул головой, глядя на свежие Алешкины ссадины, словно и впрямь посочувствовал.

– Все на сегодня.

Славка остановился и схватился за поясницу. «Я сейчас тут лягу и с места не двинусь», – подумал он. Рухнул на землю Влад:

– А я думал, что самое тяжелое – это копать на даче картошку, – сказал он, со всхлипом глотая воздух.

Им дали умыться в деревянном корыте. Оно стояло у сарая и собирало дождевую воду с крыши. Видно, ливни прошли давно, отдавало тухлым. Славка пододвинулся, уступая место Алешке. Тот зачерпнул зеленоватую воду, брезгливо поморщился, но все-таки плеснул себе в лицо, отмывая засохшую кровь.

Поужинали в сарае, девчонки принесли чугунок с пригоревшей на дне кашей. Маша оправдывалась:

– Ну как тут готовить?

Но и пригоревшую съели быстро.

Славка растянулся на полу. Мышцы ныли, а к утру заболят еще сильнее. Какой уж тут побег. Будь один – завыл бы от отчаяния. Но желающих пореветь и без него хватало – вон, Маша, например. А каково сейчас скрипачу, вообще жутко представить.

Расспрашивать кадета не было ни сил, ни желания. Только – спать.

…открыл глаза, не понимая, что его разбудило. Темнота, чуть разбавленная лунным светом из оконца. Сопение, дыхание. Поскуливание дворового пса. И – сдавленный всхлип совсем рядом. Славка попытался вскочить, но мышцы свело, и удобнее оказалось ползти к Алешке на четвереньках. Тот лежал, уткнувшись лицом в солому, плечи его вздрагивали.

– Эй, Лешка, – позвал еле слышным шепотом. – Сильно болит? Отшибли что? Почки?

Алешка резко вскинул голову и с задавленным стоном снова опустился на пол. Славка успел заметить заплаканные глаза, и его скрутило то же чувство неловкости, как тогда, на поле.

– А чего тогда? Ну?

Молчит. Кулаки стискивает. Потом глянул зло.

– Если бы просто больно! Противно… Как это противно! Я же ничего не сделал! Валялся, как… И ничего! Даже… ну… Там палки были, камни. Хватай и бей. А я!.. Струсил. Завтра опять. Работать пойду. Как будто так и надо. Как будто право они такое имеют. Я пойду, получается – соглашусь, да? Что я раб? Сам соглашусь! Сам себя в рабство!.. – Голос сорвался, и Алешка снова заплакал, зажимая себе рот.

Славка втянул воздух сквозь зубы. Да, камни, палки. А у охранников мечи. И псы натасканные.

– Ну а что ты должен был сделать? Вон, Рик говорил – убьют, и все. Нет, Лешка, завтра ты встанешь и пойдешь работать. Так надо. Пока так надо!

Алешка ответил, не поднимая головы:

– Я понимаю. Я это как раз и понимаю. Думал… А оказывается, жить очень хочется. Даже вот так. Как раб.

Он замолчал, но больше не плакал. Славкины веки опускались сами собой, затягивало в темный омут сна. Но, еще болтаясь на поверхности, успел подумать: ну и работают, черт с ними. Поработают, а потом сбегут. Обязательно.


Аля не спала. Смотрела в потолок и слушала разговор. Ну вот, только обрадовалась, что хоть кто-то решился поспорить с охраной, и пожалуйста – детская истерика. Глупо. Особенно если вспомнить, что это уже вторая ночь. Кажется, в милицию можно подать заявление на третьи сутки. Кошмар, чего только не передумали родители! Страшно даже представить, как мама раз за разом набирает номер сотового, а ей: «Абонент недоступен. Попробуйте перезвонить позднее». Снова жмет на кнопки, и не надеясь, что раздастся длинный гудок.

«Мама, папа! Я вернусь!»

Все, Алешкина истерика закончилась. Тихо в сарае. Кто спит, а кто притворятся? Скрипнула доска, еле слышно простонал Рик.

Аля провела ладонью по лицу. Ресницы мокрые. Душно. Воняет из отхожего угла.

Ну почему – она? Почему именно она здесь?!

Закусила костяшку пальца. А почему – остальные девять? Кто их выбирал, как? За что?

Тихонько перевела дыхание. Ладно хоть, ребята подобрались нормальные. За кусок хлеба не передрались, подлизываться к тэму не побежали. Девчонки не стервы. Вон, Сима. Такое умеет, а не задается, не корчит самурая. Маша совсем ребенок, чуть что – в слезы. Правда, успокаивается быстро. А вот Лера… Не поймешь: то ли на самом деле сдержанная, то ли успешно делает вид. Слишком уж красивая, даже в этом тряпье. Аля собрала у горла рубашку. «Я домой хочу! Мамочка, как я хочу домой!» Слизнула с губ соленые капли.

– Не плачь, пожалуйста, а то я тоже зареву, – прошептала рядом Маша.

Аля пальцами вытерла щеки и показала в угол, где лежали мальчишки.

– Слышала?

– Ага. Мне его так жалко!

– А мне нет. Сам полез.

Маша чуть слышно вздохнула. «Ну вот, обидела ребенка», – подумала Аля. Сказала:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8