Ингрид Солвей.

На краю ледяной пустыни. Сказание о Тенебризе



скачать книгу бесплатно

Иллюстратор Мария Лукьянова


© Ингрид Солвей, 2017

© Мария Лукьянова, иллюстрации, 2017


ISBN 978-5-4485-3713-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга первая

Из Легенд


«… Где-то во вселенной взрыв тёмной энергии пробил кожу Зверя-неба. Пол дворца едва заметно дрогнул, задребезжали стёкла.

Имаджи прижала руки к груди, желая унять бег оглушающе забившегося сердца, и выглянула в окно. Прислушалась. Ни звука. Тишина. Но это была уже другая тишина. В лесах умолкли птицы – певуны ночные, а четыре луны, будто спугнутые волчьим воем овечки, сбились вместе.

Зверь-небо – хранитель небесных границ оцепенел; из звёзд начали просачиваться в Тенебриз невиданные прежде монстры. Тьма набирала силу. Всем существом Имаджи ощутила её приход.

На память богине пришли слова собственного предсказания:

«…И падёт Тьма на Тенебриз, и будет она длиться пять тысяч лет, а когда пробудится Зверь – погибнет мир.»

За окном полетел чёрный снег, в стекло едва слышно заскребли коготки первого монстра.

– Госпожа… впустите меня…

Имаджи признала голос служанки Диз, пропавшей неделю назад. Богиня подалась к окну, с трудом приоткрыла разбухшую от дождей ставню. В спальню влетела маленькая химера – летучая мышь. Не попадая зуб на зуб от озноба, существо заговорило:

– Плохие новости. В подвалах дворца затаился Зверь. Он заколдовал меня…

– Тебе надо согреться! – Имаджи коснулась пальцами стылых крыльев летучей мыши. Впитывая в себя страхи запуганного существа, она шепнула что-то.

Волшебные Слова выжгли колдовство, возвращая прежний облик невольнице. Коготки исчезли, укороченное лицо летучей мыши вытянулось, голые крылья покрылись перьями, а сморщенное тело выровнялось, вытянулось и приняло человеческие формы. Это была крылатая зелигена – дух леса.

– Ваше пророчество о Звере сбылось, – сказала Диз.

– Нет, друг мой, оно еще не сбылось! – покачала головой Имаджи. – Тот, кто сотворил с тобой такое, не сам Зверь, а Чудовище, которое жаждет встречи с ним. Моё пророчество, ещё не судьба мира, а лишь увиденный мною кусочек неясного будущего.

– Вам надо бежать! – настаивала на своём Диз. – Дракон Сеан погиб, все ваши друзья в плену. Мне удалось спастись, но скоро Чудовище будет здесь!

– Да, Диз… я слышу тебя. Смерть и Тьма бродят рядом… но всё же мы опережаем их наступление на четыре луны. – Богиня указала на небо, где мерцали слабым светом фрагменты четырёх лун и разрасталась чужая – пятая, вбирая в себя их силу.

– Займёмся Изначальными…

При мысли о них, беспомощных малышах, неспособных постоять за себя, Имаджи едва удержала слезы.

Тьма не оставит камня на камне, пока не отыщет её наследников. Но она спасет детей! Даст им новые имена, другую жизнь и иную судьбу. Они будут менять миры, страны и города, пока крылья их не подрастут и эпоха Пятой Луны не иссякнет…

Диз и Имаджи проскользнули в спальню. В комнате было тепло – угли тлели в камине, мягкими бликами озаряя стоявшие рядами вдоль стены спальные места.

? Мама! – Тихий голос вырвал Имаджи из размышлений. Дочь Ливия смотрела на нее в ожидании. Богиня потёрла захолодевшие вдруг руки, улыбнулась девочке, на сердце стало чуточку легче.

– Уже? – эхом отозвался старший сын Инрог. Он так и спал в одежде, предчувствуя события. Сев на постели, мальчик протяжно зевнул, протёр кулаками глаза и взъерошил белые волосы.

Имаджи обвела прощальным взглядом детей, желая запечатлеть в памяти этот миг. Жестом подозвала их и негромко сказала:

– Сейчас вы уйдёте тайным ходом к жрецам. Они знают, что делать…

– А если мы не увидимся больше? – шепнула Ливия.

– Мы всё с вами уже обсудили… – голос Имаджи дрогнул. – Не время ворошить старое. Вы старшие, и я уверена, вы справитесь одни. У меня много дел… поспешите! – Она прикрыла глаза, чтобы не выдать страха за сына и дочь. Надо быть сильной за себя, за них, за всех, кого любит!

Когда дверь за ними закрылась, Имаджи склонилась над новорождённым сыном, чтобы подарить ему новое имя. Поправила кружевное покрывало, провела рукой по лицу малыша, желая запомнить его таким, какой он есть. Пусть ничего не ведаюшая кроха, но в будущем – упрямый, готовый сражаться с любой бедой, ведь он – сын дракона и никогда не сдастся.

Затем она перешла ко второй колыбели, в которой спал рыжекудрый мальчик, шепнула над ним:

– Я нарекаю тебя – Рикки. И да будет так, до рождения твоего хранителя.

В третьей колыбели спал маленький дриад. Богиня несколько коротких мгновений разглядывала спящее лицо сына, уже зная его судьбу. А потом пришла очередь малыша тролля и карлика.

Закончив таинство наречения, богиня взмахнула рукой и прищелкнула пальцами. Обронила, едва слышно:

– Неизбежность… Фар Тис…

Прозвучавшие слова потекли, источая жар. Окутали шлейфом тепла богиню, детей и Диз, всколыхнули воздух.

– Тайна откроется… – произнесла она почти беззвучно.

Из пустоты возникла руна: боковые грани её – гладкие и чёрные – перевиты зелёными ростками молодой лозы. Это была Руна Древа Мира – древа познания, созданная драконом Сеаном и наполненная дыханием жизни самой Имаджи.

– Слово верное отзовется…

Границы руны расширились, годичные кольца заиграли радужными сполохами, открывая проход вглубь нового мира и принимая беглецов. Туда, где тонкие слои из древнего света, едва различимые, перемежались с владениями более юного, нечетко обозначенного. Ложные полукольца направились во тьму и тупики чужих миров. Они будут защищать детей от преследователей, сбивать их со следа тысячи лет.

– Рождённые Тьмой и Светом придут…

Глава 1. Буря

Пять тысяч лет спустя

Хаски охрипли от лая и мчались, не разбирая пути. Чёрная птица, спугнувшая их, выплеснулась на дорогу. Она разрасталась, дразня, и скоро заполонила собою всё небо. На вершинах гор закрутились снежные вихри. А потом в долину Духов пришла неистовая буря.

Встречный ветер набрасывался на ребят, царапая лица, как наждачная бумага, трепал их одежду, находил в ней лазейки и проникал, казалось, под самую кожу.

На новом повороте Ирью вдавило в жёсткую спинку саней – с такой силой собаки рвались вперёд. Сидевшие рядом с ней подружка Миа, кузены Стейна и Артур посиневшими пальцами держались за поручни. Артур уже не кричал, а испуганно смотрел перед собой. В синих глазах его застыли льдинками слёзы. Ушанка слетела, вязаный шарфик беспомощно трепался на ветру.

Рикки – родной брат Ирьи, сидел впереди, на облучке. Он давно потерял шест управления и вцепился в сиденье, чтобы не вывалиться. Сани кидало из стороны в сторону на неровной дороге, из-под полозьев вылетали веера снежной пыли.

– Прыгайте! Спасайтесь! – крикнул вдруг Рикки.

Но Ирья тоже увидела, что собаки свернули на утёс. Там их всех ждала верная гибель – плато заканчивалось обрывом метров в сто! Никто не шелохнулся, да и сам Рикки не сумел бы сигануть на такой скорости.

У края пропасти собаки стали как вкопанные – сани зацепились за камни, занесённые снегом. Ребят резко подкинуло вверх и раскидало в стороны. Чёрное пятно над утёсом сжалось, уменьшилось и обернулось птицей. Она сделала прощальный круг, что-то зло крикнула и растворилась в вечерней мгле.

Ирья влетела в сугроб и лежала в нём как в густой вате, вслушиваясь во внезапно наступившую тишину. Метель кружила, укутывая в свой саван, и сыпала, сыпала порошей, покрывая следы чужого преступления.

Рикки первым пришёл в себя, выполз из-под обломков саней, стряхнул налипший на лицо снег и в панике огляделся. Увидев сидевшую неподалёку подружку Миа, он с облегчением перевёл дух. Девочка, казалось, была погружена в себя и смотрела куда-то в небо. Рикки решил, что она в шоке. Подошёл, позвал её негромко:

– Ты как?

– Нормально!

Миа встряхнулась. Как заправский спасатель, она ухватила чей-то торчащий из сугроба синий войлочный ботинок и потянула на себя. Ботинок остался у неё в руках, а из снега показался полосатый носок с дыркой на большом пальце.

Рикки поспешил на помощь – вдвоём они вытянули из сугроба Артура. Тот плакал, сжимая в руках обломок грифа от гитары. Рикки осторожно смахнул с брата снежинки и пробормотал:

– Ну, ну… успокойся, Артур! Всё хорошо. Мы живы.

Из наметённой ветром снежной кучи послышалось пыхтение. Наружу, одна за другой, выбрались Ирья и её двоюродная сестра Стейна. Отплёвываясь от снега, Ирья повторяла: «Вот это скорость! Вот это гонка!»

Колючие снежинки слепили, падали за воротник, таяли и стекали тонкими струйками под куртку. Ирья комично отряхивалась – расставив руки в стороны, как птица крылья. Снежные хлопья продолжали накрывать её, и вскоре девочка поняла, какое глупое занятие – очищать себя от снега в снегопад.

? Подъём! Повторяйте за мной! – сказал громко Рикки, пытаясь перекричать завывание ветра. Он энергично сделал приседание, взмахнул руками. Никто не реагировал – все расселись на снегу и сжались в комочки. – Самое главное не сидеть… Эй! слышите меня? Это чтобы не замёрзнуть, сами должны понимать! Скоро стемнеет, давайте собирать вещи, пока их не замело! Что молчите?

? А ты не строй из себя самого умного, тогда и молчать не будем! Если бы ты не потерял шест, мы бы тут не оказались! – заметила Стейна, но поднялась из сугроба, сделав вид, что ей просто надоело сидеть.

Стейна была самой старшей в компании. Она всегда знала ответы на все вопросы, а если не знала, то отговаривалась тем, что ребята её достали и не хочется тратить время на таких бездарей.

? Стейна, не обижай Рикки! – одернула сестру Ирья. ? Это не он виноват, а птица. Ты разве не видела её?

– Какая еще птица? – недоверчиво спросила Стейна.

– Ну та, которая вылетела из-за ограды. Птица раздразнила собак, и они помчались за ней. А Рикки молодец! – Ирья с гордостью посмотрела на брата. – Шеста на санях не было, но он успел вырвать из ограды жердину. Ты бы так не смогла!

– А?! Так он нас чуть не угробил!.. – взвилась кузина, по-своему истолковав доводы Ирьи. – Предложил прокатиться, а сам даже сани не подготовил!

– Никто тебе не предлагал кататься, не придумывай! – возмутился Рикки. – Я вас с Артуром позвал, чтобы вы увидели, какую упряжку купил отец для собак. Вы сами уселись на сани, начали дразнить животинок… Забыла, что ли? И вообще, хватит выяснять то, что давно проехали. Нам повезло, что никто не свалился с утёса. Скоро стемнеет. Надо успеть до ночи сделать укрытие от ветра – иначе несдобровать.

– А ты не пугай, я всё равно старшая! Это мне пятнадцать! – нахмурилась Стейна, начиная осознавать, в какую историю они влипли. Не желая терять бразды правления их маленькой общиной, она добавила: – Ладно, подъём! Делаем зарядку, надо согреться! Побегаем, попрыгаем!

И сама пару раз тяжело скакнула. Её волосы, раскрашенные в чёрный и лиловый цвет, выбились из-под повязки. Стейна выглядела сейчас как дочь разбойника – воинственная и бесстрашная.

Рикки качнул головой и занялся делом, не обращая ни на кого внимания. Может, кузина и старше его на год, но это он научился у отца разбираться в секретах лесной жизни. Сейчас нельзя терять ни минуты, пока не устроятся на ночлег.

– Да-а-а ла-а-адно вам спорить-то! – примирительным тоном проговорила Миа, протягивая руку Рикки.

Он нравился ей, и она позволяла ему ухаживать за собой. Сидевший рядом Артур оказался быстрее: подскочил, будто нечаянно оттолкнув подоспевшего Рикки, галантно поклонился, помогая подняться.

Рикки сделал вид, что ему всё равно, но по его сжатым губам Ирья поняла – брата оставили с носом. Вздохнув, посочувствовала обоим. В присутствии Миа все мальчишки глупели на глазах. Её закадычная подружка обладала загадочной способностью не только привлекать к себе внимание, но и сбивать с толку, зачаровывая всё и всех, на чём бы ни остановился её взгляд. Точно бесёнок какой сидел в ней, испытывая людей на выдержку и терпение!

Рикки отцепил собак и велел им возвращаться домой, чтобы привести на утёс отца. Собаки были обученные, могли найти дорогу хоть на край света. Одной из них вложили записку в ошейник, и животные убежали, растворившись в снежной пороше.

С ребятами остался вожак стаи – голубоглазый хаски с густой шерстью, похожий на волка. Потом Рикки отыскал в сугробе вещевой мешок, который отец всегда держал наготове, и две оленьи шкуры, покрывавшие жёсткие настилы саней.

«Холодно!» – призналась вскоре сама себе Стейна. Переборов гордость, спросила Рикки:

– Что дальше будем делать?

Вытряхивая снег из шкуры, тот обернулся к ней с улыбкой:

– Ну наконец-то! Собирайте обломки, будем ставить лаву или стену – что получится. Укроемся от ветра. Думаю, самое лучшее место будет там, у камня. Видишь, где хаски лежит? – Он махнул в сторону заснеженной глыбы, за которую зацепились сани.

Стейна кивнула, позвала Артура:

– Давай, дружок, ищи: тут где-то должны быть полозья от саней. И вы помогайте! – крикнула она девочкам. – Не стойте столбами!

Миа и Ирья давно привыкли к её диктаторским замашкам – даже находили их смешными. Подружки с энтузиазмом взялись выполнять поручения Рикки, озвученные Стейной, и перешучивались между собой, поглядывая с жалостью на Артура, вынужденного ползать по сугробам под команды сестры.

Артуру – двенадцать. На вид – настоящий ангелочек: кудрявый, светловолосый, с большими голубыми глазами. Только в отличие от пухлого небесного создания – худенький и анемичный. Брат с сестрой были просто не разлей вода: Артур слагал восторженные оды Стейне, а она защищала его от насмешек недругов. Из-за неважного здоровья он проводил большую часть времени дома – тренькал на гитаре, сочинял нескладные рифмы и мнил себя будущей звездой эстрады.

К несчастью, гитара сломалась, пока они сюда мчались, а может, и раньше. Но закатить настоящую истерику братец не успел – Стейна не позволила.

– Эй! Я нашёл пещеру! Идите сюда! – позвал Рикки.

– Пещера?!

Мешая друг другу и толкаясь, все в восхищении столпились возле Рикки. Он расчищал сугроб, не обращая внимания на забивавшийся в рукава снег.

– Осторожно! – взвизгнула Стейна. – Здесь какая-то фигня качается…

– Какая фигня?

– Эта! – Она ткнула пальцем в пирамиду из мелких камней, стоявшую рядом с пещерой и неизвестно каким чудом сохранявшую равновесие в непогоду. Но, кажется, всё обошлось, и ни один камешек из неё не выпал. – Вы тут стучали, снег ссыпался. Вон… Слепые, что ли?

– Я читал про такие! – с важным видом сказал Артур. – Называются сейд, что-то типа алтаря. В старые времена у них шаманили колдуны и приносили кровавые жертвы.

– Как считаешь, колдуны могут прийти сюда снова? – заволновалась Стейна.

– В такую непогоду точно не заявятся! – утешил Артур.

Но только сестра, успокоенная словами брата, вздохнула облегчённо, как Миа прибавила со смешком:

– Ага, если только ведьмы на метле не прилетят.

Ирья фыркнула, вспомнив, что подружка обожала поддевать Стейну при каждом удобном случае. Но с той как с гуся вода – ничем не пробьёшь.


* * *


Небо затянули чёрные тучи, воздух стал бархатно-фиолетовым – близилась ночь. Артур стянул с куртки шарф, замотал в него голову и шею. Нос у него покраснел.

Стейна заволновалась, как бы братишка не простыл, крикнула нетерпеливо:

– Ну, скоро ты там, Рикки?

Но тот не ответил.

– Завоёвывает страны подземелья! – с улыбкой хмыкнула Миа.

– Ничего смешного! Мог бы сначала предупредить об этом! – надулась Стейна.

На смену короткому затишью пришёл обильный снегопад, а они всё ждали и ждали, когда появится Рикки. Говорить не хотелось – неожиданное приключение, свалившееся на их головы, повергло всех в шок, и каждый по-своему выбирался из него. Если бы не энтузиазм и бурная деятельность Рикки по устройству убежища, думала Ирья, все давно замёрзли бы и превратились в снежные сугробы. Она решила согреться и начала бросать снежки в ребят, предлагая побегать. Но на забаву откликнулась одна Миа.

Черноглазая, темноволосая, как и Ирья, подружка с лёгкостью принимала все её увлечения и интересы. С одной стороны, это злило, а с другой – восхищало, и эти противоречия добавляли их дружбе постоянный дух соперничества. Правда, желание Миа превзойти всех и во всём приводили часто к тому, что Ирья оказывалась на заднем плане. Она была не такая деятельная и самостоятельная, как подружка, и быстро теряла веру в себя.

Миа рано повзрослела. Родители умерли, когда она родилась. С тех пор подружка жила с бабушкой, которая плохо слышала и видела. Миа приходилось самой заниматься хозяйством, покупать продукты и водить старушку по врачам. И когда она всё успевала? При этом училась на «отлично» и Ирье помогала.

Всё гуще и гуще становилась снежная пелена. Тёмное небо над головой исчезло. Скрылись за снежной завесой очертания гор, деревьев, скоро стало почти невозможно разглядеть друг друга.

– Девочки, хватит носиться! Пожертвуйте Артуру свои вещи! Вы уже согрелись, – потребовала Стейна.

– Быстро согрелись, быстро и замёрзнем, – оборвала её Миа, кутаясь в хомут свитера и пряча в нём лицо от колких снежинок. – Мы же вышли на минутку из дома, как и ты. Я даже варежки не захватила. Отдай Артуру подкладку от своей куртки. Она у тебя на овчине. Ты у нас старшая и ответственная, яви пример нам, неразумным!

– Точно, Стейна, у тебя куртка непродуваемая и непромокаемая, – подхватила Ирья.

Стейна бросила сердитый взгляд на Миа, возмущаясь её предложением. Для сестрёнки Ирьи у нее было оправдание – она жалела сироту.

Эту тайну Стейна узнала случайно прошлым летом. Поздним вечером пробиралась на кухню, чтобы выпить молока и съесть печенюшку, и услышала разговор между мамой и её сестрой Линдой. Оказывается, в родильном доме, где работала тётя Линда, умерла женщина. Ребёнка собирались отдать в приют, потому что родных не нашлось. Линда сначала ухаживала за малышкой, а потом решилась забрать её в свою семью, где уже рос сын Рикки. В общем, эта история пополнила череду заметок в дневнике Стейны, питавшей страсть к разным секретикам.

В этот момент до них долетел голос Рикки: «Готово!» Он выбрался наружу и присвистнул:

– Ого, ничего себе, что у вас здесь творится! Настоящее светопреставление! А у меня там сухо. – Заметив, как Артур трясётся от холода, Рикки предложил: – Давай, ползи первым. Я тебе шкуру подам, ты в неё закутаешься.

– Там темно! Не пойду! – заартачился тот.

– Я оставил фонарик включённым.

– Неразумно расходовать батарейки! Вдруг потом в темноте придётся сидеть? – немедленно вставила шпильку Стейна.

– У нас есть свечи, не боись. Просто не хотел оставлять их зажжёнными без присмотра. Я там уже положил кое-какие вещи! – сказал Рикки, уступая дорогу Миа.

Ребята расстелили на земляном полу пещеры шкуры, устроились на них тесным кругом. Хаски лёг у входа – прикрыл его собой, но Ирья потянула собаку к себе:

– Он же замёрзнет, ему надует бок!

– Оставь! – попросил Рикки. – У него толстая шкура. Он зимой спит на снегу! Пусть лежит, тогда и проход не занесёт снегом. Я думаю, что к утру мы будем дома.

Негромкий голос Рикки постепенно успокоил всех и вселил надежду. Вот он достал спички, зажёг свечи, выдал каждому по конфете и прянику. Ребята повеселели, наблюдая за его размеренными движениями: уж что-что, а сплотить всех брат умел. С ним всегда было о чём поговорить и посмеяться, а иногда помолчать и погрустить. Рядом с Рикки всё кипело жизнью.

Глава 2. Секрет

Свеча громко зашипела, замигала лиловым огоньком, разгоняя полумрак подземелья. Ирья попыталась разглядеть ребят. Сейчас они выглядели иначе, чем при свете дня. Узкие чайного цвета глаза Миа стали бездонными, а смуглое лицо без ямочек на щеках и постоянной улыбки показалось чужим и неприветливым. Волосы подружки источали аромат, от которого у Ирьи всегда чуть-чуть кружилась голова.

Она перевела взгляд на Рикки. Карие глаза достались брату от папы, а рыжие искорки в них – от мамы. А вот у Ирьи глаза чёрные, ничейные – ни у кого в их роду таких никогда не было! Рикки называл их «глаза-цунами». Ей самой иногда было боязно в них заглядывать. Стоило посмотреться в зеркало – и действительность вокруг начинала подрагивать и меняться. И тогда Ирья осознавала, что настоящий мир – вовсе не такой, каким представляется.

В такие моменты в душу закрадывались сомнения: а вдруг Рикки ей не родной брат, вдруг настоящие мама и папа покинули её сразу после рождения? Это был самый большой и неподъемный страх – остаться одной и никому не нужной. Из-за него Ирья часто не спала по ночам. Особенно невыносимо становилось в те дни, когда к нему примешивались другие страхи: получить плохие отметки в школе, поссориться со Стейной и Артуром, не угнаться за всеми талантами Миа.

Ирья вздохнула, коснулась рукой волос Рикки, словно пытаясь найти в этом жесте поддержку брата. Пряди рыжие, мягкие… У неё – чёрные, упрямые. Артур утверждал, что лично видел, как в её волосах, точно в гнезде, ночевали перелётные птицы – дальние родственники Ирьи.

Помнится, они вместе посмеялись над шуткой кузена, которая ей пришлась по душе. Оставшись наедине с собой, Ирья неожиданно осознала, что Артур тысячу раз прав! Может быть, душа её была птицей, заточённой в человеческое тело? Иначе почему так часто ей хотелось расправить несуществующие крылья и улететь куда глаза глядят?

В своих снах она часто летала, парила над горами, стеной окружавшими их городок. А потом брала курс к безбрежному и бушующему северному океану. Однажды она залетела так далеко, что увидела могучее, колоссальное по своим размерам дерево, которое раскачивалось на ветру и служило опорой чужому миру. Крепкие ветви сплетались в купол неба, а корни уходили глубоко в землю. Ирья понимала язык лесных птиц. Они вещали ей об общем горе: их родину захватили безжалостные колдун и ведьма. Жители мира были бессильны против злой магии. Но если девочке когда-нибудь встретится герой, который захочет прийти им на помощь, пусть укажет ему дорогу.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

Поделиться ссылкой на выделенное