Инесса Рэй Индиго.

Цепной волк. Антифа-детектив



скачать книгу бесплатно

И сейчас, при взгляде на пасьянс из вещественных доказательств, внутренний протест вновь вспыхнул внутри материнского сердца, как в июне, и она с небывалой жёсткостью в лице отшвырнула от себя предъявленные пакеты. Потом решительно встала и направилась к двери, надрывно бросив напоследок:

– Моя дочь жива, я знаю это! Вы ни черта в своей конторе не делаете, то у вас воскресший маньяк, то волки с собаками, то теперь цирк со старой ведьмой! Сама найду свою дочь и докажу всё, ясно вам?! В Москву поеду!!!

– Эмма, стойте! – бодро кинулся во след упрямой женщине начальник следственного отдела, вдруг отбросив свою привычную сытую надменность. Вчерашний хмель его мигом улетучился, сменившись раздражённым румянцем. Он решительно захлопнул перед беглянкой дверь своего кабинета и на всякий случай провернул замочек, явно нацеливаясь довести осточертевший глухарь до логического завершения в ближайшие дни, – Откуда вы можете знать?! Знать и доказывать – это наш профессиональный долг! Вы не представляете, сколько раз мои стены слышали слова слепой надежды, а потом, как всегда… – хитрец в подтверждении своего душевного пассажа кивнул на стены, точно позабыв, что оттуда хищно скалится какая-то дичь и пялятся чёрные глазницы африканских тотемов, – Успокойтесь, голубушка, и присядьте обратно, нам предстоит очень важный разговор. – мягко приобняв даму за локти зачастил Жданов и сам буквально усадил её на прежнее место, дабы продолжить свои убеждения во имя нескольких заветных подписей.

Она без особого желания присела на стул, вытирая кружевным платком лицо и стараясь не глядеть на рабочий стол следователя с золотистыми волосами, которые её непоседливая девочка так любила собирать в высокий конский хвост на самой макушке. Заметив этот психологический нюанс, опытный следак решил подготовить неудобного оппонента к основному номеру программы опознания, и, посмотрев на пакетик с закоптившимися ручными часиками с гравировкой «LB», всё же взял со стола самый маленький, но наиболее ценный из пакетов с вещдоками. Содержимое его могло отвлечь от тяжёлых мыслей любую представительницу прекрасного пола.

– Взгляните внимательно, знаком ли вам этот камешек? – следователь расправил в руках прозрачный пакетик с закоптившейся от огня драгоценностью, поблёскивающей алыми огоньками, в которой Эмма, несмотря на своё состояние признала необычный кроваво-красный камень ромбовидной формы. Первый и последний раз она видела такой в старинном кулоне, который дочери подарил некий тайный поклонник на кануне исчезновения. Хитроумный спец поймал и верно прочёл все эмоции на лице женщины и, набрав побольше кислорода, уверенно продолжил в нужном себе ключе:

– Этот эксклюзив после допроса Черновых был обнаружен нашей оперативно-следственной группой на пепелище готтанского капища вперемешку с изрядно обгоревшими вещами и другими занятными для следствия находками. Впрочем, они представляют ценность исключительно для сыщиков, а не для ювелиров или городских сумасшедших, то бишь колдунов. – с кривой усмешкой подытожил Жданов, переворошив рукой прочие три пакета с обгоревшими наручными часами, обугленными лохмотьями и алтарными осколками с характерными бурыми пятнами.

– Вы имеете в виду бабу Магду и то, что она будто бы нашла там неподалёку волосы Юленьки?

– Именно.

Окровавленные туфли вашей дочери, если вы помните, были разбросаны в лесополосе у подножия Артемьевского взгорья.

– Тогда, как же колдунья проглядела такое дорогостоящее «послание богов»? Она с сыновьями чуть ли не ночует на Готтане. Нашла волосы и смастерила какой-то кадуцей, а здесь уже готовый амулет… И вообще, я видела в их салоне массу подобных самоцветов, которые они потом заряжают на удачу и втридорога продают. Да-да, вот точно таких красных камней, вроде кварца или граната, у них даже больше, чем нашего балтийского янтаря. Может быть это Магда нас дурачит и привлекает внимание к своей заброшенной лавочке, как в старые времена. Думает, так её с колдуном Оками к поискам подключат за энную сумму денег!

Жданов лишь усмехнулся в густые усы на подобное предположение и, отрицательно качая головой, позволил въедливой гостье взять в руки самый ценный пакетик с вещественным доказательством в семь карат, дабы бывшая школьная математичка наглядно удостоверилась в собственной ошибке.

– Неужели не видно, что перед вами отнюдь не грошовый самоцвет, – со скепсисом пробубнел Жданов, насмешливо глядя, как подслеповатая дама, щурясь, осматривает уникальную следственную находку со всех сторон. Увесистый камень действительно выглядел весьма изысканно и солидно, невзирая на сажу, – Наш криминалист и без должной экспертизы в день обнаружения на глаз определил, что это эксклюзивная вещица, старинный рубин, огранённый на заказ не позднее времён революции. Вроде бы разглядел искусно обработанный раскол, проходящий сквозь весь кристалл, и потом в деталях гравировки римские цифры, обозначающие соответствующую датировку. Одним словом, это точно не новодел, поскольку подобную замороченную огранку и гравировку в наше время никто не сделал бы столь искусно. А тем более полоумные воспитанники нашей волчегорской ведьмы.

– Можно я сама ближе посмотрю? – попросила Эмма, пытаясь открыть пакетик, – К сожалению, очки в машине забыла.

– Ни в коем случае!!! – воскликнул следователь и поспешил вырвать эксклюзивный вещдок из рук несмышлёной, как он считал, женщины. – Эксперты всё это специальными приспособлениями и перчатками берут, а вы залапать хотите?! Осторожнее же надо, голубушка… – чуть сбавляя агрессию добавил он, но горькую пилюлю неприятного мероприятия это не могло подсластить. Впрочем, бюрократу было плевать на чужие, а значит лишние чувства, позванивал служебный телефон с манящими предложениями от весёлых коллег и секретарши. Хотелось скорейшего лечения после сокрушительного юбилея начальника РУВД. Посему Жданов с пылом взявшись за протокольные бумажки, глядя с раздражённой поволокой на Эмму: – В общем, вы подтверждаете, что этот кулон и волосы принадлежали вашей дочери, Юлии Ременчук?

– А как же экспертиза?! Что всё от моих слов зависит? – снова схватилась за призрачную соломинку Эмма и провинциальный сыщик в звёздчатом кителе вспыхнул огнём двухмесячной давности.

– Гражданочка, у нас всё согласно уголовно-процессуальному кодексу, протоколу и международному праву! Как же вы не уясните себе! Есть порядок, есть правила, а не слёзы, сопли, капризы!!! Ну не можем мы в обход близких родственников, тем более заявителей! Было бы прекрасно, но не в нашем веке… – когда полковник Жданов горячился, то зачастую брызгал слюной и багровел лоснящимися щеками, за что подчинённые за спиной звали его милым прозвищем Самовар.

Эмма тоже была не из робкого десятка, десяток лет работы в системе внутренних органов вполне мог конкурировать с весомым педагогическим стажем. В последний раз эта коса Фемиды находила на учительский кремень в первые дни поисков танцовщицы. Тогда по горячим следам в густой лесополосе, которая отделяет федеральную трассу от знаменитого своими тевтонскими руинами, были обнаружены клочья Юлькиного сценического платья и одна окровавленная туфелька.

Полисмены чуть ли не прыгали от радости. Однако, спустя неделю поисков без вести пропавшей фаворитки таинственного чина из ФСБ, халтурщики получили вместо премии хронического глухаря с новым набором улик. Остатки кощунственного восторга смазало с лиц ждановцев после того, как столичная экспертиза установила, что кровь на потерянной туфельке волчегорской золушки не человеческая, а исключительно собачья.

Но свои промахи служивый со звёздами и грамотами забывал быстро, потому железобетонной уверенности в своей правоте не терял: – Вам надо понять, гражданка Ременчук, что покуда мы здесь все заинтересованы в скорейшем раскрытии убийства вашей дочери, то придётся терпеть не самые приятные процедуры и идти на компромиссы. Мы же не фашисты, никого не мучаем, не издеваемся, а хотим помочь.

– Правда?! – укоризненно сверкнула очами Эмма, памятуя свои обмороки, истерики и усмешки Ждановских пешек во время первых кровавых находок и опознания.

– Разумеется! В этот раз всё будет гораздо быстрее, я же сказал. Офицеры слова на ветер не бросают. У наших спецов сохранились образцы вашей крови и ДНК, мы обратились к центральным экспертам сразу после обнаружения, стало быть результаты будут с минуты на минуту. Потому я вас и позвал на очную, то есть, на личную беседу и уже подготовил соответствующие документы в суд. Экспертиза лишь подтвердит, что мы всё это время не дурака здесь валяли. – подытожил пустослов в погонах, придвинул к женщине, сидящей напротив, стопку следственных бумажек и, приосанившись, воззрился в окно с видом Дельфийского оракула.

Не успела упрямая дама и рта раскрыть, как в дверь, будто по сигналу, постучали. Жданов, изменившись в лице, перевёл изумлённые глаза вновь на осточертевшую заявительницу и в их встретившихся взглядах мелькнуло одно на двоих предположение. Неужели… Только ждали они совершенно противоположные вести, и можно было делать ставки, как в тотализаторе. До того неповоротливый начальник вспорхнул со своего импровизированного пьедестала, как мальчик, и бросился открывать запертую на замок дверь. Он чуть было не обнял знакомого судмедэксперта в бифокальных очках, из которых удивлённо смотрели две голубые бусинки. И тот, чуть опешив, всё же не утратил дара своей несколько бессвязной шипящей речи, обусловленной неправильным прикусом.

– Могу только догадываться, чем обязан такому повышенному вниманию к своей скромной персоне, господа хорошие, – осторожно обходя величавого шефа, пробормотал главный судебный медик с распечатанным письмом из столичной лаборатории в руках, – поэтому не буду медлить.

– Да уж, обрадуй нас, Савелий Морфич. Так сказать, проясни наш туманный Альбион.

– Морфиевич тебя, Сашенька, скорее на заслуженную пенсию отправит, а Мартинович благую весть принёс. – обиженно прошепелявил седеющий патологоанатом, которого благодаря немецкому отчеству и злоупотреблению дурманящими средствами именовала так добрая половина коллектива за спиной. Но лишь большой босс, по прозвищу Самовар, позволял себе время от времени совершенно случайно знакомить подчинённых с их профессиональными кличками.

– Прости, Сава, неужели я опять это вслух сказал? Разрази меня гром!

– Не опять, а снова. – хмуро промямлил Морфич и, поправив очки на носу, высвободился из-под могучего плеча начальника, – Вы, дорогой Александр Георгиевич, не спешите подшиваться… Ещё придётся попотеть и напрячь серые клеточки. Помимо того, что наши историки и геммологи подтвердили подлинность рубина в семь с половиной карат с гравировкой 1905 года, было установлено, что сей коллекционный экземпляр ранее блестел не на женской шейке, а в знаменитом перстне последнего бургомистра Вольфенберга барона Ульриха фон Ленца. Как официально известно, реликвия исчезла из городского музея уже при советской власти. Вокруг оригинала, а теперь уже и парочки качественных гранатовых подделок, до сих пор бурлит масса легенд, порою совсем бредовых. Но лишь рубин из того старинного перстня имеет, как вы понимаете, историческую ценность, особые качества огранки типа «Маркиз» и обработанный под зигзагообразную гравировку натуральный раскол в центре. Далее, согласно результатам экспертизы тестовые образцы генетического материала найденных женских волос на 99 процентов совпадают с образцами Ременчук Эммы Сергеевны, – сухо отчеканил специалист и мать, зажмурившись, уткнулась в платок, но в следующую минуту едва не зарыдал сам Жданов, услышав обескураживающую новость: – Прочие генетические образцы обнаруженных в ритуальном костре готтанских развалин сгоревших человеческих останков не совпадают ни с одним из тестовых образцов ДНК. Во-первых, обугленных костей там два идентичных комплекта, – деловито уточнил судебный медик, нисколько не уступавший Жданову по уровню профессионального цинизма, – А во-вторых, господа хорошие, те косточки детские. Так что, примерно неделю тому назад, при Готтане кто-то сжёг не длинноволосую девицу, а двух малышей. За сим, откланиваюсь и оставляю вас наедине с этими непростыми мыслями. Кстати, – сделал лирическое отступление непоколебимый исследователь внутреннего мира людей, озабоченно покосившись куда-то за могучую спину Жданова, где сползала со стула бездыханная Эмма, – у тебя, Сашенька, молоко убежало. В смысле, гостья твоя сознание потеряла. Что за народ такой слабонервный пошёл…


***


Сонные женские глаза распахнулись от оглушительных аплодисментов. Растерянно оглядевшись по сторонам, Лана снова зажмурилась и укуталась в плед. Только что во сне она стояла на подмостках своего родного и ещё целого театра и принимала овации от благодарных поклонников.

А в горькой реальности аплодисменты предназначались не заслуженной артистке, а пилоту воздушного судна, удачно севшего на земле, за которую много веков назад бились прусы с тевтонцами. Самолёт ещё мчался по взлётно-посадочной полосе, но, вопреки настоятельной просьбе стюардов, новые обитатели русско-немецкого анклава раньше положенного засобирались на выход, согласно национальным традициям бежать поперёк батьки в пекло.

Свою лепту в общий гвалт вносили и Ангела с Леонардом. Весёлая болтовня детишек доносилась из-за кресел впереди. Должно быть Ангелочек с синими бусами, как обычно весь короткий рейс тайно упражнялась в целевой телепатии на бедных пассажирах, а брат оправдывал их нелепые мыслеформы и потаённые страсти по психологической методике Фрейда и Юнга. Хотя, какие они уже детишки, если помогают в расследовании преступлений и навлекают на себя гнев сильных мира сего. О Боже, как только они могли всерьёз перейти дорогу…

– Мам, прекрати думать об этой ерунде! – бесцеремонно вторглась в тяжкие размышления Ланы виновница беспокойства, лучезарно улыбаясь над спинкой кресла.

– Об этой больше не буду, – искусственно изобразила она детское смущение в ответ, и, глянув на суетливых окружающих и в окно с до боли знакомым балтийским пейзажем, тоже схватилась за вещи, – Так всё, дети мои, собираемся, ничего не забываем, нас ждут родные пенаты.

Людей, прибывших в этот день и час из Москвы вместе со Стелерами было на удивление много, потому-то и наблюдалась непривычная суета на борту, словно кто-то нарочно поменял местами пункты вылета и прилёта, да только провинциальным пассажирам не сказал. И пока тот цыганский табор из многодетных семей и военнослужащих искал выход в зону прилёта аэропорта, Лана силилась вспомнить, чтобы хотя бы раз вместе с ней в родные края прилетало столько явно неместного населения.

Так исторически сложилось, что местные жители стараются соответствовать уровню развития чопорной и интеллигентной Европы, и даже туристы в эти места наведываются избранные. Изумление в день прибытия достигло своего апогея, когда в целях безопасности пассажиропоток перенаправили к зоне личного досмотра, где уже поджидали специально обученные уполномоченные люди, вежливо требующие предъявить паспорта и билеты.

– Евангелина Стелер? – низким голосом отчеканил служащий транспортной полиции, в упор глядя в глаза светловолосой девушки.

– Я-я. – не удержалась от каламбура девчонка, любящая играть с подобным огнём больше, чем в компьютерные игры. Она моментально сообразила, какими суперсекретными причинами обусловлена странная проверка московского самолёта с условными подозреваемыми на борту и лукаво улыбнулась брату. В такие моменты её захлёстывало неудержимым весельем, как в азартной игре в мафию, а майор посчитал, что девица с дерзкой физиономией и слишком прямым взглядом несомненно замешана во всём этом бессвязном дерьме, о котором ему доложили за полчаса до посадки борта.

– Как давно и где получали документ, удостоверяющий личность и с какой целью прибыли в наши края? – выдал вдруг бывший сотрудник ФСБ, сменивший только форму, и теперь уже не только одна Ангела прыснула возмущённым смехом. Группа поддержки с сумками раздражённо подпирала в спину.

– Что за странные вопросы? Там в документе вроде бы написано, читайте… А на Родину к близким приезжать кажется не преступление!

– Да, – буркнул накаляющийся майор, резко осадив встречные возмущения своих довольно развязных помощниц, – просто ваш документ вызывает некоторые подозрения. Никогда не видел таких сомнительных росписей сотрудников паспортного стола. – скептично пробубнел он, переводя взгляд, словно дуло двуствольного ружья, с паспорта девушки обратно на её лицо. Она уже без улыбки заглянула в собственный паспорт, будто в первый раз, и в самом деле впервые за шесть лет обладания заветным документом заметила самую идиотскую в мире роспись паспортистки в виде чего-то вроде кривой спирали или звезды Анубиса. Будто студентка философского факультета МГУ, со школы увлекающаяся гностицизмом и эзотерикой, сама себе выписала паспорт.

«Это же надо было так поглумиться над достоверным и официальным документом! Почему именно я, именно сейчас, за что и чем это чревато?» – пронеслось в голове ошеломлённой искательницы приключений и философского камня, а её паспорт тем временем уже передавали из рук в руки, как музейный артефакт, остальным служивым отдела безопасности на транспорте.

Совершив круг почёта, паспорт снова вернулся к старшему по званию и последнее, что он мог правомерного сделать в этой внештатной ситуации, исключая звонок вышестоящему другу, это проверить на достоверность билет, который подозрительная гражданка не могла сама себе сделать столь же искусно, как подделала паспорт, наверняка оставшийся в каком-нибудь московском СИЗО или психбольнице.

– Evangelina Steler… – снова вдумчиво прочёл вслух майор, внимательно сверяя все даты, подписи и штампы на авиабилете с паспорте. А тем временем за мутным стеклом мониторов ему вторил более тонкий и противный, как у подвальных крыс, голосок.

– Объект наблюдения Ангела Стелер. Урождённая Евангелина Рольфовна Стелер, женщина, 21 год от роду. Студентка-заочница философского факультета МГУ, также блоггер и частный детектив сомнительного агентства «Индигеты», тесно связанного с хакерской преступной группой. Также известная в прошлом, как «Ангел Индиго», «Блоггер Ася», «Философ», «Правдоруб». Высокий уровень интеллекта и телепатические способности, что может представлять для нас серьёзную угрозу. При всём при том у девочки неустойчивая психика и слабое здоровье. С детства у неё какой-то синдром гиперактивности и дефицита внимания, словом проблемы с нервами и головой. Поговаривают, сейчас это перерастает в параноидальную шизофрению. Полагает, что видит всяких ангелов и чёртиков, маньяков и восставших мертвецов. Пять лет назад был зафиксирован неудачный суицид, наглотавшись транквилизаторов пытались сброситься с многоэтажки. На почве психических нарушений зародились её бредовые увлечения мистикой и всякой философской чушью. Во время проживания у нас в детстве наблюдалась у психологов, вместе с другими членами семьи, после того, как попали в автоаварию с трагическим исходом. Тем не менее, как видите, младшенькой не помогло и не отпустило по сей день. После питерских приключений за ней наблюдают наши высококлассные специалисты и еже ли чего, у нас всё под контролем. Обратно в Волчегорск их позвали друзья семьи, Эмма и Генрих, то есть Геннадий Ременчук. Однако, гостить намереваются у родителей Светланы на Червонном переулке 13, где наши ребята на днях установили «глаза и уши». Её отец пятидесятилетний русский бизнесмен немецкого происхождения Рольф Стелер, ныне проживает по месту регистрации в Мюнхене. Родился в Кёнигсберге в 1964 году. Род деятельности – автомобилестроение и международная торговля, политические взгляды нейтральные, католик, иногда посещает частного психоаналитика после автокатастрофы, страдал пивным алкоголизмом, но вылечился, возможно, не без помощи всё того же психоаналитика, личность которого надо бы установить. Мать – заслуженная актриса ныне сгоревшего театра «Современной драмы» Лана Стелер, родилась в Городском Артемьевском (ныне Волчегорском) роддоме в 1968 году, 47 полных лет. Урождённая Светлана Вилковская, однако неоднократно меняла фамилию и даже имя, что характеризует её, как человека неблагонадёжного. Имеет польско-литовские корни по линии прадеда, а прабабка была чистокровной жидовкой, несмотря на это нашей, в смысле, из красных комиссаров. С детства отличалась прекрасными физическими данными и крепким здоровьем, однако теперь заядлая курильщица, несмотря на хронический бронхит или астму. Покуривала и во время первой беременности, отчего первенец родился ослабленным, хоть и тоже голубоглазым блондином арийского типа. Поныне он страдает аллергией на ряд химических веществ и запахов, уклоняется от службы в армии, поговаривают, что тунеядец и содомит. Мамаша неоднократно срывала связки, возможно тоже пила, крутила порочные связи с коллегами по театру и даже с престарелым художественным руководителем, чем и обеспечила себе лидерские позиции. С Рольфом Стелером в разводе с 2008 года, причина естественно в её…

– Не продолжай больше про эту *лядь, мы и так о ней всё знаем. Ты про дочкины похождения не закончил. Рапортуй!

– Слушаюсь. Четвертушка до связи с тридцатилетним следаком из ГСУ Горским, также известным, как заядлый автогонщик и байкер «Кэп», имела контакты только с дружками из сыскного бюро, – покорно затарахтел агент из службы наружного наблюдения, – а также университетскими однокурсниками, куда будто бы поступила без финансового участия обеспеченного папаши и матери, исходя из сведений столичного отдела образования, прошла по баллам.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6