Владимир Ильин.

Бар Чеширски. История одного кота



скачать книгу бесплатно

На шесте как обычно была Мериан – высокая стройная пантера с замашками куницы. Увидев его, она на секунду замерла, но затем, как ни в чём не бывало, продолжила свой танец. Эта самка заслуживала куда лучшего места, чем это забытая богом дыра.

– Извините, сэр, но, кажется, вы ошиблись местом, – неожиданно вставил огромный буйвол-охранник, ткнув в него копытом.

– Отвали, – ответил Бар, всматриваясь в гостей.

– Ты, кажется, не понял, приятель, я тебе сказал, что тебе здесь не место, вход лишь по приглашениям.

– Вот мое приглашение, приятель, – огрызнулся Бар, выхватив револьвер и засунув его за ремень буйвола.

– Эй, спокойнее, ты чего, – сказал здоровяк и резко поднял лапы, попятившись.

– Это хорошо, что ты вспомнил о спокойствии – оно гарант здоровья, дружище, – убирая револьвер, заметил Бар, аккуратно поправив охраннику пиджак.

– Каширски, ты что, опять моих людей запугиваешь? – прокричал ему оранжевый орангутанг – Иди сюда, я налью тебе стаканчик, мой мальчик.

Бар посмотрел в сторону обезьяны. С этим здоровенным орангутангом по кличке Красный Гарри он познакомился три года назад, когда вытащил его из лап банды шимпанзе, которым тот задолжал некоторую сумму зелененьких купюр. Дела тогда у Гарри шли очень скверно, и он пошёл на сделку, лишь бы избежать гнева своих дальних собратьев по виду. Бар обошелся с ним более чем прилично, и Гарри это запомнил.

– Здорова, старый черт, я вижу, ты совсем меня не бережешь, – заметил Чеширски, убирая револьвер.

– Каширски, это сложный бизнес, порой бывают драки, смена охраны – дело, порой, необходимое, но, к чёрту, расскажи как дела, сто лет тебя не видел – приветливо сказал Гарри, положив ему на плечо свою оранжевую лапищу.

– Шаха убили, растеряли прямо у подъезда. Ты что-нибудь знаешь об этом?

– Слышал, но не в теме, тут каждый день кого-то убивают, совсем зверьё ошалело, что ни день – то убийства. Видишь же, охрану поменял. Пару дней назад у нас тоже заварушка случилась.

– Стало быть, ты не в курсе, кто заказал Шаха. Странно, я думал, ты знаешь всё и обо всех.

– Хей, брат, те времена прошли, сейчас я просто старый орангутанг, заботящийся о своей репутации, зачем мне такие знания? Кто убивает полицейских, тот идет до конца. Это опасные звери и я стараюсь ничего о них не знать. Мы обезьяны живем долго лишь в том случае, когда нас не убивают.

– Это ты верно подметил, – Бар повернулся к нему, облокотившись о барную стойку – так он мог спокойно наблюдать за происходящим в зале, в частности, за красивым танцем Мериан.

– Что, соскучился по нашей кошечке? – усмехнулся Гарри, проследив за его взглядом – Она тут у нас всем головы вскружила, ей бы бальной танцовщицей быть, а не стриптизершей. Жаль, сгубила девка талант.

– Что это ты таким щепетильным стал, раньше вроде не водилось.

– Я же тебе говорю – постарел, или ты меня не услышал? Походу зря говорят, что вы кошки хорошо слышите, на лицо явная дезинформация.

– Все меняется, раньше ты тоже знал, что в городе происходит, теперь нет.

– Теперь всё иначе.

На место обычных мафиози пришли крупные компании, которые ни во что не ставят старую школу.

– Кстати, что ты знаешь о парацефтикал?

– Они выпускают Виагру, малыш, ты что, уже чувствуешь проблемы?

– Нет, просто мой товарищ Джорски заглянул к ним в офис. А это, по меньшей мере, странно.

Гарри посмотрел на стакан с виски и одним махом опрокинул его.

– Забудь ты о них, займись привычными убийствами, зачем тебе эти компании, от них больше вреда, чем пользы. У нас и без них полно всякого рода бандитов. Вот всяких разбойников сколько, только и смотри, что за кошельком приглядывай.

– Гарри, что может быть хуже, когда покупают самих копов, более того, делают так, что они сами ходят на поклон в офис?

– Эх, Бар, вот честно, ты мне нравишься, сильно нравишься, ты не похож на своих коллег, да простит их продажные шкуры Обезьяний Бог. Поэтому я тебе даю добрый совет – не лезь к этим ребятам. У них столько денег, что они могут позволить купить весь город – это фармацевтика, брат. Да и с чего ты взял, что у них есть интерес в убийстве полицейского, может он к ним по другому делу пошёл?

Тут Бар наконец-то заметил, что Гарри уже изрядно подвыпил и до его прихода. Сначала это заметить сложно, так как орангутанг изначально не бледный и алкоголь выдают лишь красные глаза, да особая разговорчивость.

– Хорошо, Гарри. Я буду осторожен. Ты, кстати, прав – пора заняться обычной рутинной работой детектива, на улицах слишком много грязи. Эх, жаль я на службе, соскучился я по отдыху, иногда хочется взять и набраться так, чтоб голова затрещала.

– Малыш, малыш, ты там, где надо. Сейчас всё организуем.

– Гарри, ты, конечно, извини, но на меня и так сверху давят, не хочу, чтобы узнали, что я тут нажрался.

– Хей, малыш, ну так у меня есть vip-комната, там и сядем, и нас никто не побеспокоит. Я, конечно, мог бы закрыть и само заведение, но это перебор – не так?

– Да, перебор, – согласился Бар, разглядывая пустой стакан. – Хотя, если честно, мне по вкусу больше виски с валерьянкой.

– Да её сейчас не найти. После избрания на должность мэра кота, валерьянку как сдуло со всех прилавков. А все потому, что его младший брат от него горячку схватил, глупый псих, испортил стольким жизнь.

– Хочешь сказать, что это мэр наложил вето на поставки валерьянки?

– Это не просто слова, его ребята лично приходили ко мне. Уже с апреля действует. Просто свинство какое-то.

– А жаль, я был бы не против сейчас пару капель опрокинуть, – задумчиво сказал Бар. Уж кто-кто, а он точно знал, что у Гарри обязательно найдётся заначка.

– Подожди, не спеши. У меня кое-что есть для тебя, мой старый друг. Мерси, детка, принеси моему любимому коту наш небольшой запас кошачьих вкусностей, я угощаю, – тихо, как это только возможно у орангутанга, шепнул барменше Гарри.

– Но сэр, вы же сами запретили, – недовольно сказала Мерси, смерив Бара подозрительным взглядом.

– Раз я сказал, значит можно, – отмахнулся от неё Гарри. – У нас в гостях мой старый друг, для этого парня мне ничего не жалко.

– Гарри, твою обезьянью родню, что ты творишь, – заулыбался Бар, делая вид, что не в силах устоять перед обезьяньей щедростью.

– Ну не бузи, разок можно, у меня всё аккуратно, – сказал он уже начавшим заплетаться языком, – только пошли, нам надо уединиться, сам знаешь, она воняет как прокаженная, мигом все местные коты набегут.

– Да, да, да, только не воняет, а удивительно пахнет, – заурчал Чеширски, почувствовав пленительный запах валерьянки, – как же я давно не чувствовал этого аромата.

Глава четвертая
Встреча друзей

Развалившись в кресле, Бар почувствовал, что вот-вот взорвётся от смеха. Он уже примерно час находился во власти чертовой травы, но по-настоящему почувствовал действие её лишь сейчас, когда Гарри затравил эту историю с Милтоном.

– То есть ты хочешь сказать, что Милтон залез на носорога?

– Да, чёрт меня возьми, конечно, я сам не видел, но вроде так всё и было. Когда Вальс вернулся, Милтон и жена Вальса вовсю развлекались в кровати.

– Подожди, подожди, но Милтон меньше меня, как он вообще смог бы это сделать, Гарри, жирная ты обезьяна, как это возможно?

– А вот сейчас обидно было, – вдруг резко скорчил морду орангутанг.

– Эй, ну ты чё?

– Ха, повелся? Да ты чего, малыш, ха, совсем очумел, ха-ха, – резко обнял его Гарри, – да ты мой самый любимый кот, как ты говоришь – самый умный из котов.

– И всё же, как такое возможно? Я не отстану. Как Милтон вообще с ней замутил, как он к Дороти подобрался?

– Я не знаю, брат, вроде она склонна к мягким и пушистым. А Арни, он же, как камень, брат, – толстый, скользкий, может грубый, а ваша порода берет нежностью. Тут в другом вопрос – нахрена Милтону залезать на этот самосвал, тем более рядом трётся Арни.

– Может, он под валерьянкой был.

– Ну, может и так. Я слышал, у вас потенция из всех щелей лезет, стоит вам порцию пахучей прописать, что скажешь, а? – спросил Гарри, доставая новую порцию.

Бар сделал глубокий вдох. Он уже сотню лет так не отвисал с оранжевым, хотя раньше они довольно часто коротали вечера за выпивкой. Гарри вообще мастерски умел бодяжить траву в алкоголе, причем так, что казалось, будто ты совсем не пьянеешь, только лапы ватные становятся и по телу разливается приятная ломота. Он махнул волосатой головой и посмотрел в сторону бара. Наблюдать за работой этой очаровательной, коротко стриженной скунсихой, столь профессионально разваливающей виски, было очень приятно.

– Ну, теперь ясно, почему они больше в футбол не играют. Слушай Гарри, сукин ты сын, а подскажи мне, где ты нашёл вот её? – тихо спросил Бар, указывая пальцем в Мерси.

– Ты не поверишь, мальчик мой, но она сама ко мне пришла, сказала, что всегда хотела поработать в баре, – не отвлекаясь от пакета, сообщила обезьяна.

– А почему именно к тебе?

– Она же скунс, а им особо не доверяют работать с продуктами, ну в головах полно всяких предубеждений. Сам знаешь.

– И ты решил пойти против злой системы. Как-то на тебя не сильно похоже.

– Мне это выгодно, малыш. В последнее время у меня слишком много драк, а Мерси держит бар так, что не все жаждут сразу напиться. Хотя, не скрою, даже с ней ребята ухитряются надраться.

– Как мило, – сказал Бар, ставя стакан на небольшой круглый стеклянный столик. – Эх ты, старый чёрт, знаешь, чем меня брать. Скажи, ты всех угощаешь валерьянкой, а? Скольким копам ты налил уже в этом месяце?

– Бар, малыш, ну ты забыл, что полиция уже не вотчина котов – это время прошло, дружище. Валерьянка не особо пользуется спросом у копов, так как тут теперь лишь козлы да бараны, да что копытные, я даже зайца видел или кролика, их вообще хрен друг от друга различишь.

– У кроликов задние лапы короче и они менее ветрены, в отличие от зайцев. У нас только зайцы проходили по делам. Кролики, как правило, дома сидят, с преступным делом вообще не знаются. Готов поставить свой хвост, что кролики вообще никого никогда не убили.

– С чего это такая мысль? Что, намутил с белым и пушистым?

– Ага, если бы, – Бар положил руку на край дивана и посмотрел через одностороннее зеркальное стекло в зал. Понемногу начал собираться весь бомонд.

– Эй, малыш, держи. Это за наше с тобой здоровье и долгую жизнь, чтобы шерсть не опадала, челюсть крепчала, и глаза как алмаз были – сказал орангутанг, протягивая ему стакан.

– Ну, шерсть-то точно не выпадет, я же гладкошерстный, мы до самого конца пушистые – усмехнулся Бар, принимая виски – а вот за остальное согласен, мудрая моя обезьяна. Дрогнем.

И они разом осушили по двести грамм. Бар почувствовал как немеют лапы – видно Гарри совсем злоупотребил с дозой. Он с трудом раскрыл глаза.

– Господи, ты что, опять разбавил-то? Меня лапы почти не слушаются.

– Всё, как в любом приличном месте – это лучший мой рецепт. Можно сказать – реликвия. Только лучшему коту и другу.

– Забыл сказать полицейскому-детективу.

– Я никогда не любил это добавление. Прежде всего, друг, потом, чёрт с ним, кот – а остальное мне не по душе.

– Ладно, ладно, не бузи. Ты у нас тоже далеко не обезьяний ангел, мой оранжевый бабуин, – Бар поставил стакан на стол и ещё раз посмотрел на Мерси. – Слушай, а у неё есть кто?

– Бар, распутник ты этакий, ты мне с Мериан насрал кучу, а теперь до Мерси добраться решил, она же вообще скунс.

– Подожди, с Мериан я расстался мягко.

– Не знаю, как вы там расстались, но бедная девка чуть с ума не сошла, а она ж пантера, у неё когти есть. После того как ты сбежал, она половину стриптизерш чуть глаз не лишила. Еще немного, и я сам бы на шест полез.

– Кстати, хорошая идея. Ты обезьяна – вы как бы на деревьях лазаете, я думаю, в этом ты бы дал всем бабам фору, тряхнул, так сказать, стариной.

– Ах ты ж мохнатая жопа, дай пять, – Гарри протянул свою огромную пятерню.

– Держи, – Бар смачно приложился о его мохнатую лапу.

– Эх, Бар, хороший ты всё-таки коп, – сказал Гарри задумчиво, откинувшись в кресле.

Бар прищурился, он долго ждал, когда старый орангутанг, наконец, согреется для душевного разговора. Раньше он часто ошибался с этой гранью, но теперь, пожалуй, правильно улучил момент.

– Это почему же?

– Ты правильный коп, ты честный коп. Только вот упертый.

– Это ты потому, что я залез не на свою территорию с Шахом? Гарри, они убили котят, потом застрелили копа, как я могу такое оставить? Как это вообще возможно.

– И что? Как будто у нас никого не убивают. Все мы смертны. И копы и дети. У каждого своя судьба. Только ты этого понять не можешь. Я не пойму: у тебя что-то личное в этом деле? Бар, мальчик, тут слишком серьёзные игроки.

– Ты опять о корпорациях, что за теневой заговор ты мне впариваешь? Убить детектива – это больше бандитское ремесло, никак не связанное с компаниями по производству лекарств от потенции.

– Ты слишком прямолинейно смотришь. Везде свои интересы, в том числе и у Парацефтикал – они держат рынок и у них огромные капиталы. Наивно полагать, что у этих ребят лишь белые методы работы.

– Они что-то поставляют, о чём я не знаю?

Глаза старого орангутанга на миг сузились, затем он встряхнул головой и словно бы немного отрезвел, после чего, оторвавшись от спинки кресла, Гарри задумчиво поднял бокал и поднес его к морде Бара.

– А ты действительно умный кот, Бар, только вот не пытайся меня развести по пьяни, правда, это не самая мудрая идея, малыш. Как я уже сказал, есть звери, с которыми лучше тебе не сталкиваться, какой бы крутой одиночка-детектив ты ни был.

Бар вздохнул и тоже поднял стакан.

– Возможно, ты и прав, твое здоровье.

Затем они взяли ещё и ещё по порции виски. Бар уже и не помнил на какой порции стал мягко отходить в мир потерянной памяти, где переставали существовать преступления, убийства и было лишь одно сплошное забытьё. Но это было совершенно не страшно – в любом случае Гарри бы не дал ему пропасть.

Естественно, следующее утро выдалось крайне болезненным, пусть это и был выходной. Бар с великим трудом открыл глаза. Казалось, что в голове не валерьянка, а расплавленный свинец.

– О-о, как же больно, – буркнул он, разглядывая розовый потолок.

Так, минуту. Розовый потолок. Бар напрягся. Он не помнил, чтобы у него дома был розовый потолок. К слову, он вообще не любил розовый цвет, предпочитая либо белый, либо более мрачный тон, черный или коричневый, но уж никак не розовый. Он повертел головой. Да, он был в гостях у дамы.

Глава пятая
Эротичный скунс

– Ты, видно, давно с Гарри дружишь, – раздался тихий и немного грубый голос. Бар повернул голову и увидел Мерси. Она с интересом разглядывала его, держа в руке кружку с кофе. Затем присела на край кровати и протянула напиток ему.

– Давно, – Бар с благодарностью принял кофе. Он лучше всего спасал от той мешанины, которой баловал Гарри. Ни алкоголь, ни таблетки, ни что так не отпускало, как кофеин.

– Он сказал, что ты крайне опасный тип, так чем же ты так опасен?

– Я не знаю, детка, – сказал Бар и откинулся на подушку – голова начинала понемногу проходить. – Я, по сути, мягкий и пушистый. Не знаю, чем мог напугать эту большую обезьяну, мне кажется, он просто завидует моей красоте.

– Какой скромный кот, – ласково сказала она и пододвинувшись к нему, прижалась к его морде.

Бар несколько напрягся и инстинктивно стал принюхиваться, ожидая неприятностей. Он никогда не имел дело со скунсами, и уж тем более не спал с ними. Но, Мерси оказалась умничкой, и лишь улыбнулась, уловив движения его носа.

– Мы все заложники предвзятости, не так ли? – тихо сказал она, опуская глаза.

– Увы, увы, – ответил Бар, чувствуя лишь мягкий аромат лимонного мыла и липовый шампунь. Мерси оказалась крайне щепетильной в вопросах гигиены дамой. И на вид, и на запах придраться к ней было практически невозможно. Бар мысленно поблагодарил себя за пьяную избирательность.

– Ты надолго в притон? – спросил Бар, делая второй глоток кофе.

– Да, пока мне всё нравится. Мне сложно найти работу в питьевых заведениях – все почему-то считают, что из-за меня провоняет весь их склад. Или я буду перебивать запахи. Это так нелепо, но я же не буду доказывать обратное, у зверей своя голова должна быть на плечах. А ты часто к Гарри заходишь? Я там вроде как два месяца, а тебя ни разу не видела.

– Мы работаем в несколько диаметрально противоположных сферах. Я коп, он держатель притона. Мы не можем при всем желании видеться часто.

– Но вы так знатно надрались, от тебя до сих пор несёт валерьянкой, а я слышала, что она под запретом.

– Насколько я помню, её применяют в медицинских целях, а я в глубокой депрессии, так что мне можно.

– Сегодня ночью я её не заметила, – игриво сказала Мерси и пододвинулась ещё ближе. Бар почувствовал её манящее тепло и манящий липовый запах. Странно, он вроде бы спокойно относился к липе.

А потом он позабыл и про липу и про лимон, в голове была лишь странная, спонтанная реакция на прекрасных импульсивных скунсих, ласково играющих с его шерстью, хвостом и усами.

Через три часа он, наконец, смог встать с кровати и одеться. Мерси в это время снова была в душе, в очередной раз доказывая, что скунсы крайне чистоплотные животные. Он надел часы и посмотрел в большое панорамное окно. За ним располагался большой горячий город, промышленные трубы которого без конца коптили мрачное небо. Всё-таки не так уж и плохо жить в промышленном районе – квартиры здесь были просто огромные.

– Твой пистолет в верхнем ящике тумбочки, я убрала его, на всякий случай, – крикнула Мерси из ванной комнаты.

– Спасибо, детка, – сказал Бар, доставая револьвер и убирая его в кобуру. Всё же, она действительно умничка. Он напряг память, кажется Сара жила на Хавьен авеню 10, вроде бы так – это недалеко отсюда. Пожалуй, от неё и нужно начать поиски безусого кота.

Он быстро оделся и вышел наружу. Задерживаться у дамы после прекрасно проведенной ночи было верхом неприличия. Бар вышел на улицу и сразу же увидел на противоположной стороне желтое такси. Пользуясь своей удачей, он поднял руку и в три прыжка оказался возле водителя. Оказалось, радость была преждевременной. За рулем был свин.

Толстый, жирный, с огромным выступающим пузом, он был до того отвратителен, что казалось хуже нет вообще ничего. Бар поднял голову над крышей машины, но возможности поймать ещё одно такси в ближайшие полчаса не предвиделось.

– Ну, мы едем или стоять будем, пока шины не сдуются? – донеслось снизу.

– Хавьен авеню 10. И чем быстрее, тем лучше.

– Так бы сразу, – буркнуло серое, порядком облысевшее мясо.

Бар сел на сиденье и посмотрел в грязное окно. Всё-таки свинью не возможно было изменить, она везде грязь разведет, даже с внутренней стороны стекол. Бар принюхался, у него сразу возникла куча разных идей относительно воздуха в этом сером, забитом всякой макулатурой салоне.

– Чё, музон включить, а? – то ли хрюкнула, то ли просто буркнула свинья после двух минут совместной поездки – есть неплохая станция.

Бар поморщился и демонстративно отвернулся к окну, ему даже хамить и угрожать не хотелось. Тут свин, наконец, нашел нужную частоту, и смачно чавкнув, нажал на кнопку. В салоне стало ещё хуже. Отвратный запах, отвратная музыка, отвратный шофер. Бар подумал, что это, скорее всего, наказание за вчерашнюю пьянку. Эх, надо было дождаться другого такси. Наконец, спустя полчаса, донеслось долгожданное – «Приехали, с тебя десять баксов».

Бар открыл дверь и, кинув стольник, быстро выбрался из салона. Боже, как же он был рад свежему воздуху, такое такси следовало просто сжечь. Впрочем, район, в который он попал, был ничем не лучше. Точно такой же свинарник, только обширнее. Всюду грязь, куски оборванных газет и мерзкая вонь канализации, от которой хотелось зажать нос. Бар сразу же вспомнил, почему в полиции так мало собак, бедные ищейки ненавидят плохие запахи, хотя и хорошо идут по следу. Им, видите ли, слишком нос режет. Чёртовы неженки.

Он перепрыгнул через лужу и подошёл к двери. Десятый дом выглядел прескверно, зато металлическая дверь обладала воистину нерушимой внешностью. Это был типичный почерк бедных районов – дорогая крепкая дверь.

– Детка, куда же ты залезла, – прошептал он, постучав в дверь.

Дверь долго не открывали, затем он услышал шаги. Медленные, грубые, шаркающие. «Так ходят собаки, крокодилы, носороги, кто угодно, но только не кошки» – подумал Чеширски, доставая жетон. И, тем не менее, это была именно кошка.

Сара Дулитл, невысокая, с обтертой шерстью, потухшими зелеными глазами. Бедняга сильно пила. Чеширски сразу же уловил запах вездесущей валерьянки, смешанной то ли с виски, то ли с водкой. Словно бедная дамочка решила утопить собственную жизнь в огромном алкогольном корыте. Недолго думая, он мягко оттолкнул её в сторону и свободно вошёл внутрь.

– Эй, ты куда? – медленно проговорила кошка. Слова давались ей с большим трудом – было вообще непонятно, как она встала с постели.

Бар вошёл в гостиную и осмотрелся. Интерьер был небогатый, но, несмотря на обилие пустых бутылок, чистый. Бедняжка начала пить недавно, скорее всего, после гибели её котят. Он подобрал одну из бутылок и мягко отлепил этикетку. Как он и предполагал, это было крайне дешевое пойло, барыги даже на клее экономили.

– Ты кто такой вообще? – уцепилась за его пальто Сара – Ты куда идёшь?

Бар задумчиво посмотрел на неё. Беднягу сильно качало, было удивительно, как она смогла дойти до двери. Он мягко обнял её и, прижав к себе, тихо сказал: «Тише, тише, давай спать, маленькая. Голова болит?»



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное