Ильяс Найманов.

История Кукловода. Фантастический роман



скачать книгу бесплатно

Пройдя несколько внешних блокпостов Свободы, отряд приблизился к Армейским складам, где и находился основной лагерь. Теперь уже практически на базе Свободы Танцору связали за спиной руки, несколько раз проверив степень затяжки и прочность узлов. Танцор молча стерпел процедуру ни дрогнув ни одним мускулом. Завидев пленного долгана свободовцы выходили навстречу и пристально разглядывали Танцора. На его счастье никто не узнал в нем личного обидчика, в противном случае по законам Свободы ничто бы не помешало узнавшему пустить врага группировки в расход, разве что личное распоряжение нынешнего лидера Свободы – Лукаша.

–Везучий ты Танцор, – сказал ему в спину конвоирующий его Строгий, когда они миновали последний пост. – Никто тебя не узнал, даже прикладом не пристукнули. А ведь по походке вижу – вояка.

Отряд прошел еще немного и оказался полностью на территории Армейских складов. Армейские склады представляли собой огороженную бетонным забором территорию, с несколькими целыми и частично порушенными вышками по углам территории. Слева из обложенной аномалиями подземки выползла пара железнодорожных путей, над которыми протягивался бетонный мост, по которому они и шли. Остатки строении в разной степени разрушения, два из которых, стоящие слева от основного входа были в приличном состоянии. Видимо ранее эти стоящие в юго-восточном углу территории двухэтажные здания были казармами, но сейчас в одном из них располагался штаб Свободы. Из примечательного на территории военного склада находился частично разобранный, теперь уже без лопастей военный вертолет. В это время рядовые сталкеры группировки сидели или спали вокруг вечных костров разведенных в половинках металлических бочек из-под масла. Иногда разносился мелодичный звон гитары, реже смех. Свободовцы отдыхали.

Проведя пленного до второго этажа, миновав несколько преградивших им дорогу недоброжелательно оглядевших Танцора свободовцев, Строгий довел таки его до Лукаша, невысокого крепкого мужичка, без особых знаков отличия одетым также с комбинезон "Страж Свободы". Выдающийся вперед подбородок, видимо ломанный три-четыре раза нос, в купе с зелеными глазами и темно-русыми волосами выдавали старого заслуженного волка, а ныне лидера группировки Свобода. Лукаш стоял опершись на старый стол выслушивая стоящего спиной к вошедшим собеседника. Несколько находящихся в комнате стульев, видимо элементов еще местной мебели, игнорировалось обоими присутствующими. Картину дополняли два плохоньких шкафа, в приоткрытой дверце одного из которых Танцор разглядел висящие противогазы. Стол, впрочем, не занят был ничем кроме небольшой карты Зоны, прижатой с одной стороны книгой. Стены были обклеены неизвестно каким чудом сохранившимися и выцветшими обоями едва сохранившим некое подобие цветастого орнамента со следами уже позже образовавшихся подпалин, то ли от гашения окурков то ли еще от чего. Кивнув вошедшему, Лукаш дослушал товарища, не спуская однако глаз с Танцора, мгновенно выхватывая все видимые ему и значимые детали.

Строгий, дождавшись пока второй свободовец, закончивший разговор выйдет из комнаты сообщил Лукашу.

–Вот нашли на Дикой. Кличка Танцор. Цибуля псевдоплоть снял, когда она ему уже почти рожу жрать начала. На нас не дергался, по пути никто из ребят не опознал, – постояв несколько мгновений, собираясь что добавить, Строгий кивнул плечами дополнил. – Говорит идейный… из этих, дезертиров долговских.

Лукаш сделал несколько шагов к пленному, неотрывно глядя ему в глаза. Танцор спокойно выдержал взгляд, опустив его за мгновенье до того момента, когда бы уже могло начаться психологическое противостояние между надсмотрщиком и пленным.

–Хо-ро-шо, – раздумывая произнес Лукаш, затем оценивающе оглядывая пленника, четко, словно каждым словом откалывал куски льда, произнес, приковав его к себе, в мгновенье ставшим холодным как вечная мерзлота и безжалостным взглядом. – Сколько наших убил?

Танцор вздрогнул, все методы допроса и противодействия допросу, полученные им в специальных службах и курсах на Большой земле сейчас были бы кстати, если бы врагу нужна была хоть что-то от него. Тогда бы он мог хитрить, уворачиваться, обещать, шантажировать, но суть данной ситуации была в том, что Лукашу не нужно было от Танцора ничего. Ничегошеньки. Он просто разглядывал рядового врага своей группировки, возможно сожалея, что никто из встреченных пленным ребят не опознал и не пришил того еще до встречи с ним. Собственно это же понимал и бывший долговец, особых вопросов к нему в принципе быть не должно, его выживание и выполнение основной задачи сейчас зависит только от того покажет ли лидер Свободы большой палец вверх или вниз. Причем для того оставить большой палец поднятым вверх не было ни одной причины, поэтому только вдруг вспыхнувшая симпатия Лукаша к бывшему представителю враждующей с ними группировки может дать ему шанс на спасение. Но каков этот шанс, кто может сказать?

–Трех– четырех, – ответил Танцор. – Смотрел в прицел, наверняка не знаю.

Лукаш задумался.

–Давно в Зоне?

–Восемь месяцев, семь месяцев в Долге.

–Разговорчивый…, – оценил Лукаш.

–Не особо, обстоятельства вынуждают, – ответил Танцор.

–Обстоятельства?! – не сдержал смеха Лукаш.

Видно было что подобранное бывшем долговцем слово к его плачевному положению позабавило Лукаша.

– И какие это обстоятельства, чтобы десять человек вышло из Долга, бросив ПДА? Не проще ли было просто застрелиться? Политические?

–"Уже лучше", – рассуждал про себя Танцор глядя в грудь свободовцу, и холодно вычисляя схему работы с Лукашем. – "Он уже посмеялся, может быть я его заинтересовал. Теперь мой ход, я же мать его профессионал!"

–Я сюда не на службу пришел, а в Зону, я то по образованию медик… военный. А тут мне голову запудрили Долг зовет, Долг дает… я ж тогда и не знал то про вас почти. Так думал террористы зеленые, панки радиацию из Зоны выносят. Ну и … согласился, еще и напарник мой помог. Теперь вот… но я ж не долговец, я плюнул и ушел.

Строгий стоя позади Танцора и выслушивая его, еле заметно кивал головой, соглашаясь. Подранный в нескольких местах и связанный пленник, тем не менее сохраняющий достоинство и честь практически в любой ситуации невольно вызывали уважение и сочувствие к такому неудачному для него стечению обстоятельств.

– Да так они суки сохатые и работают с молодняком. На Росток то к ним дорожка протоптана, каждый второй юнат до них дойти может, – произнес Лукаш. – Политический…, – с досадой произнес он.

Видно было что в душе у него борются две противоречивые волны. Танцор холодно наблюдал за изменениями в душе лидера Долга, -"да именно так надо говорить, спокойно и обреченно, не выпрашивая и не лебезя".

– Строгий, – обратился Лукаш к конвоиру, – что скажешь?

Строгий пожал плечами.

– Дело твое Лукаш, но на вид от Долга на нем только бронька осталась, а остальное свободно. Говорит от контролера ушел, от кукловода, а остальные девять там и остались, это чего-нибудь да стоит…

– От кукловода? – удивлено поднял голову Лукаш. – Ребята проверяли?

– Нет, мы туда не полезли, контролер полчаса как в окресностях был…

В этот момент на ПДА Лукашу упало сообщение.

–Гарик говорит нашли они девять тел под кукловодом, уже шевелиться начинают. – Лукаш поморщился. – Цибуля распорядился проверить. Ладно, – коротко сказал Лукаш, сделал шаг к Танцору и коротко без замаха врезал ему в челюсть. Танцор отлетел к стене. – Это от меня лично за Долг. Отведи его к остальным, скажи чтобы не убивали, глаз не спускать, если кто опознает ко мне обоих.

Через секунду Танцор пришел в себя и сел возле стены с завязанными руками. Лукаш смотрел холодным светом ему в глаза, взгляды встретились. Оценив пленника Лукаш кивнул:

– Свободны.

3. Свобода

Сумерки Танцор встретил на Армейских складах возле костра Строгого. Черно-красную армейскую броню он предусмотрительно по подсказке свободовца сдал на склад группировки, чтобы не раздражать своими цветами фрименов, взамен получив латанную-перелатанную куртку и штаны новичка. Из своего на нем остались только армейские берцы в которых он пришел в Зону. Истинная ценность его берец определялась не в денежном эквиваленте, а в специальном индивидуальном пошиве, специальных особо прочных материалах и защитных пропитках делавших эту обувь просто не убиваемой.

Костер, разведенный прямо на земле, входил в число так называемых вечных костров, которые не гасятся никогда, вокруг которых уже давным-давно были натоптаны тропинки и известны отхожие места, которые можно найти в любом состоянии. К слову в лагере Свободы вполне следили за чистотой. В отличии от долговской базы Росток, где каждый подвыпивший сталкер мог отлить где ему заблагорассудится, лишь бы не увидели дежурившие по территории долговцы, здесь на Армейских складах существовало несколько специально отведенных отхожих мест, накрытых тентом. Тент прикреплялся либо к вбитым в землю жердинам, либо к близстоящим деревьям. В земле была вырыта яма, поверх которой был брошен сколоченный из досок щит с соответствующим отверстием. В яму был поселен специальный гриб, надо сказать пару слов об истории этого гриба.

Поскольку о специальных септических службах в Зоне, само собой никто и не слышал, туалеты типа сортир на Армейских складах ранее соответственно располагались в дальних углах территории. Удовольствие от посещений было сомнительное, как и посещаемость данного узла. Кроме того многое зависело от розы ветров, в соответствии с которой, уж простите за каламбур, в лагере иногда пахло далеко не розами. Поэтому местный талант Яшка-Эколог беглый от научников, оказывается бывают и авантюристы таких видов, выращивающий довольно удачно коноплю и другие растения, вывел в своей крытой пленкой теплице специальный гриб. Вообще грибы он выращивал несколько в других целях. Но данный экземпляр оказался крупнее своих собратьев, невероятно быстро жрал подкормку, сам же был нейтрален и не соответствовал изначально возложенным на него надеждам, как выражался Яшка, – "одухотворять атмосферу общения". Поскольку в Зоне, все росло очень быстро, и мутанты и растения, гриб, растущий в виде слипшихся друг с другом шариков, очень скоро обесцветил почву и высосал весь навоз из клумбы в которой он находился и даже вознамерился перекинуть грибницу на соседнюю грядку, на которой под неусыпным контролем Яшки произрастал ненаглядный канабис. На такое дело Яшка разобиделся и быстро снес всю грибницу, не соответствующую ее чаяниям в дальний туалет, где и ликвидировал, как ему показалось ее навсегда. Каково же было его удивление, да и удивление всех свободовцев когда через несколько дней из засранного сортира к которому даже подходить на трезвую голову было страшно, вдруг потянуло парфюмом. Открыв дверь деревянной коробочки все с удивлением увидели что в выгребной яме все затянуто серыми пузырями, выбросившими уже прожилки грибниц на пол туалета и прибравших все лучше иной уборщицы. Яшке тут же пообещали дать по шее, если он не произведет такой же фурор и с остальными гадюшниками, что Яшка незамедлительно и сделал. Но поскольку изначально все ямы были заполнены дерьмом более чем наполовину, соответственно пищевая база была более чем избыточна, гриб разросся до таких размеров, что попросту занял собой все деревянные домики, впоследствии сломав их. Поэтому было срочно организованно несколько новых посадочных мест, в самых удобных для сталкеров местах, обтянуто от дождя и взгляда тентом ну и далее вы знаете. Кроме побочного легкого эффекта запаха изысканного парфюма, гриб как оказалось в темноте фосфоресцировал зеленым, иногда красным, реже синим цветом. Сталкеры нередко подолгу засиживались на толчке, с изумлением и восторгом вдыхая французские ароматы гриба и любуясь гламурной подсветкой своих органов. Собственно биотуалеты Свободы были большим плюсом их небольшой базы, равно как и неоспоримым доводом их политических позиций. Гриб, привыкший к определенному питанию не стремился выходить за пределы отбрасываемым тентом тени, что было очень удобно.

Танцор сидел возле костра на деревянном пеньке, неузнаваемый и неброский. Он спиной ощущал недоброжелательные взгляды свободовцев проходящих мимо.

– Лукаш сказал не убивать…, – слышал он несколько раз не громкое за спиной.

– Про остальное то ничего не говорил, – произнесенное также негромко, но с очевидной угрозой вырисовывало совершенно определенные планы на ночь.

Сумерки сгущались. Ветер Зоны подгонял темнеющие облака, освежая запахом озона влажный воздух с нотками дыма. Далеко от лагеря тоскливо завыли слепые псы, еще несколько голосов присоединились к ним. Ночная охота. Свободовцы изначально раздражали Долг своей терпимостью к мутантам, да что там, сама политика Свободы была не "остановить заразу Зоны", а показать Зону и ее чудеса всему миру. Конечно, мутанты встреченные свободовцами при необходимости убивались, но это были не те специальные рейды зачистки, которыми славился Долг. Регулярные рейды долговцев это один или два квада Долга состоящие из четырех человек каждый, целенаправленно двигающиеся к логовам мутантов с пролетарской ненавистью "штыком и гранатой" выкорчевывая их из обиталищ. Несмотря на весь настрой Долга, Зона словно в усмешку им, каждый раз подселяла слепых псов и псевдособак практически за забор Ростка, между первым блок постом у Свалки и самим Ростком. Причем слепые псы становились все умнее и умнее раз от разу, теперь они совершенно определенно знали когда идут по их душу и смывались перемахивая сетчатые заборы из сетки – рябицы, либо проныривая в под нее сделанные ими подкопы. Ну, про это знал каждый сталкер, и скоро количество охотников погонять за вознаграждение расплодившихся за заборных мутантов устремилось к нулю, к тому же часто мутанты агрессивно и быстро разделывались со своими обидчиками, теряя страх и инстинкты самосохранения и нередко лучше было пробежать мимо, чем сцепиться с озлобленной сворой.

Танцор же сидел и слушал, не родные, но ставшие привычными звуки Зоны. Из непривычного в целом, конечно, кроме того что он хоть и дезертир от Долга, но все равно находится во враждебном лагере это заметный запах раскуриваемой конопли, который плавно смешивался с дымом костра. Кроме запаха конопли в воздухе видал другой более слабый запах, отдаленно напоминающий запах жаренных семечек. Строгий задумчиво сидел возле костра напротив, ковыряя зубочисткой в зубах. Совершенно определенно его задача была в том чтобы проследить за указанием лидера группировки.

Время шло, к их костру никто не подсаживался. Ситуация была нестандартная, народ за соседними кострами потихоньку глушил водку, курил шмаль, спал. Изнутри Свобода выглядела куда более организованно чем Росток, наверное потому что вольных сталкеров здесь было меньше, да и добраться сюда было не в пример сложнее чем на Росток. Все-таки Армейские склады это уже переход от средней к глубокой Зоне, новичкам здесь не место.

Но вот из полумрака вывалилось три фигуры, здоровые ребята, подвыпившие, но не навеселе. Двое ростом под сто девяносто, один чуть ниже, косая сажень в плечах, обветренные здешним ветром, кислотами, щелочами и радиацией лица. Загрубевшие руки с закатанными по локоть рукавами, без оружия, ножей или дубья. -"Ну вот, началось знакомство", – отчетливо понял Танцор. Трое пришедших без приглашения сели возле костра. Строгий спокойно поменял позу, освобождая немного места пришедшим.

– Транзит, Ладный, Песок, – представил Танцору пришедших Строгий, переводя взгляд с одного на другого.

– Танцор, – представился бывший долговец переведя взгляд на горевший огонь.

Воцарилась тишина. За соседними кострами угасли звуки беседы, только по-прежнему мягко горел костер, слегка шипя и оплевываясь сгорающей сырой веточкой.

– Танцор говоришь…, – подал голос первый свободовец, названный Песком, – знаем тебя сука долговская.

Строгий удивленно поднял брови.

– Встречались? – спросил он у Песка.

– Нет на его счастье, – ответил свободовец, – братан мой сводный от твоего квада погиб. Недалеко от Юпитера помнишь? – Песок мрачно взглянул на Танцора, к его лицу приливала кровь, могучие вены на шее раздувались, взгляд туманился бешенством.

– Были на Юпитере помню. Три квада вышло на выполнение. Задание было научников вывести. Стреляли во все что не мы. Двоих там оставили, – без вызова ответил Танцор глядя в глаза свободовцу.

Песок мрачно глядел на бывшего долговца.

–Так что не твоих рук дело было?

– Не знаю, я в тот день ваших вообще на Юпитере не видел. Наш квад первым на сигнал пришел и последним отходил. Только мутанты, зомбированные и снорки на прицеле были, – ответил Танцор.

Его голос, спокойный и уверенный, так не вяжущийся с угрожающими интонациями Песка отвлекал пришедших свободовцев от недоброго настроя с которым они пришли. Но свободовцы пришли к костру не за тем, чтобы просто побеседовать и быть успокоенными долганом, долбанным сохатым, хоть и покинувшему вражеские ряды.

– Ты – долган, хоть и бывший. Я тебя суку ходячую рвал и рвать буду! – заявил Транзит и без послесловий сходу, словно и не сидел на месте, прыгнул на бывшего долговца.

Для Танцора время остановилось. Он словно в замедленном сне видел как распрямляются могучие руки Транзита, целясь ему в горло, как наклоняется вперед корпус и пружинят сильные ноги в прыжке перебрасывая тело свободовца через костер. Это была наработанная годами тренировок техника боевого восприятия. За это время он успел прокрутить несколько возможных вариантов решения ситуации, несколько из которых было с летальным для его оппонента исходом. Но сейчас летальный исход для любого свободовца от его рук означал бы летальный исход самому Танцору, от простого выстрела в спину или голову нескольких фрименов одновременно, которые перетекли от соседних огней и незаметно окружили их костер. Поэтому Танцор чувствуя что все происходит также медленно перехватил запястья Транзита, одновременно из сидящего положения отсаживаясь назад от пенька на котором он сидел, подсаживаясь под летящую на него фигуру, и выставляя одну ногу в область живота нападающего. Почувствовав вес чужого тела на своей ноге он выпрямил ногу, одновременно подтягивая к себе запястья нападающего. Транзит, перелетев через соперника оказался на спине позади него. Танцор не выпуская запястий из рук совершил кувырок назад, и оказался верхом на Транзите. Отсюда он тоже мог сделать несколько летальных и не летальных приемов. Находясь сверху он мог заложить замок на руку с последующим ее сломом в течении пары секунд, отсюда же он мог не отпуская запястий свободовца нанести несколько локтевых ударов лежащему под ним сопернику по кадыку, сломав его, поскольку тот от неожиданности или от незнания элементов борьбы не стал стягивать к себе и приковывать сидящего на нем соперника, а попытался выкарабкаться из-под него повернув голову и подняв подбородок. Но Танцор работал точно по установке, никаких смертей или увечий. Нокаут да возможен, но без последствий и добивания. Поэтому коротко врезав кулаком в выпяченную челюсть Транзита он оставил того спящим на полу. Весь процесс занял пару секунд.

– Э-э-э… ты чо сука творишь!!! – заорали Ладный и Песок одновременно ринувшись на обидчика.

Ладный первым достиг Танцора, уже стоящего на ногах. Отступив и оставив в недолете, классическую, хотя и несколько замедленную боксерскую троечку в виде двух прямых и левого бокового, работая в правосторонней стойке Танцор задержался в положении нырка под левую руку противника, с одновременным переносом веса собственного тела на правую опорную ногу. Из этого положения оттолкнувшись и пулей выстрелив правое колено он с гулким стуком ввалил его в грудную клетку Ладного, отчего у того подкосились колени и он рухнул на них перед Танцором. Танцор тут же перехватил голову Ладного, одновременно прикидывая местоположение Песка и ощущая передвижения людей вокруг него. Держа руки на затылке Ладного успели мелькнуть ранее наработанные схемы, -"руки чуть ниже, к основанию черепа, удар коленом в подбородок с одновременным приподнятием головы и смерть, перехватить голову плотнее через прижим к груди, два шага в сторону с приподнятием головы, скручивание шейных позвонков и смерть". Понимая такое положение вещей он просто умеренно словно на спаринге ударил уже левым коленом сталкера в челюсть, завалил задыхающегося Ладного на себя одновременно добавляя удар локтем в спину, как раз напротив сердца, заставляя того сбиться с ритма, еще более усугубив положение свободовца. -"Лишь бы не было врожденной аритмии, а то умрет…", – успело мелькнуть у него в голове. В тот же момент с ревом к нему в корпус ворвался Песок, выбивая плечом воздух и запрокидывая того на спину. И опять же Песок сделал ошибку, упускать которому такому профессионалу боевых искусств как Танцору, было бы просто непростительно. Песок приподнялся над лежащим под ним человеком, собираясь размолотить его лежащего на земле, прямыми ударами. Танцор прижал одну из рук нападавшего к себе, одновременно отодвигаясь от него и закидывая одну ногу на плечо, второй ногой нахлестом перехватывая свою ногу на щиколотке. Еще несколько едва заметных движений, подгоняющих захваты Танцора под находящегося уже в ловушке, но не видящего этого свободовца и капкан замкнулся. Замок треугольником на удушение одновременно с позицией слома руки на ключ. Песок взвыл. Транзит валялся на земле в отключке, Ладный задыхаясь и хрипя пытался встать, но это у него получалось. Вся сцена заняла секунд десять – пятнадцать. Раздался хлесткий выстрел дробовика.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное