Илья Пряхин.

Бегство из рая



скачать книгу бесплатно

–А че, на верхних источниках, говорят, прикольно стоять. Там ванны горячие. И еще, помните, вчера старлей-пограничник сказал, что две группы туда ушли и одна наполовину из девчонок состоит? Погоды не будет – всяко не соскучимся.

Веселый голос прозвучал из палатки, в которой ночевали двое других участников группы и откуда уже несколько минут слышались приглушенные голоса, шелест спальников, и звук расстегиваемых молний.

Макс посмотрел на часы.

– Давай, народ, подъем. На завтрак и сборы час. Погода лучше не станет, так что засиживаться нечего. Пройдете ущелье – посмотрим, у кого сил на девочек останется. Обвязки и веревка сегодня не понадобятся, каски – или сразу на себя, или на внешнюю подвеску рюкзака – по травке нам идти не долго.

Через час с небольшим группа из четырех человек вышла на маршрут. Сначала поднимались по чуть заметной тропе, часто проламываясь сквозь ветви небольших, с человеческий рост, чахлых деревьев, местами продирались через густой колючий кустарник. Капли воды обильно падали с ветвей, иногда попадая за шиворот, но большей частью оседая на защитных накидках рюкзаков. Но тропа, вместе с травой и другой растительностью, вскоре исчезла, уступив место голым мокрым камням, подъем стал заметно круче. Лыжные палки, от которых в «зеленке» было больше мороки, чем пользы, сейчас заметно облегчали движение, обеспечивая две дополнительные точки опоры. Слева всего в нескольких метрах тянулся крутой каменистый обрыв, образующий край широкого желоба пролегавшего по дну Геналдонского ущелья русла реки Геналдон. Все русло, насколько хватало взгляда – от погранзаставы внизу и до языка ледника Майли вверху, – было почти наполовину заполнено где-то вспученной, где-то покрытой извилистыми трещинами грязно-серой массой. Кое-где из нее торчали черные бородавки огромных валунов, местами виднелись пласты грязи и даже расщепленные обломки стволов толстых деревьев. Здесь лежал уже не опасный, уже израсходовавший в несколько коротких минут свою чудовищную энергию, ледник Колка.

Вечером 20 сентября 2002 года на склонах горы Джимара произошло обрушение ледяного карниза. Огромная глыба льда рухнула вниз и упала на верхнюю часть ледника Колка. От удара ледник сорвался со своего ложа и, быстро набирая скорость под действием собственной чудовищной массы, помчался вниз. Стена изо льда, камней, грязи, вырванных с корнем из земли деревьев высотой около 100 метров и весом, по более поздним подсчетам, около 120 миллионов тонн, продвинулась почти на 30 километров, разогнавшись до скорости 200 километров в часть и убив 125 человек, в числе которых оказалась съемочная группа режиссера Бодрова.

Сейчас они поднималась по ущелью вдоль русла реки, параллельно пути схода Колки. Было начало мая – не самое комфортное на Кавказе время для трекингов и восхождений. Если внизу, в долинах уже стояла поздняя весна с ее яркой зеленью и цветущими садами, то в горах, начиная уже с двух тысяч метров, хрупкое равновесие между зимой и весной нарушалось попеременно обеими сторонами.

Ночью прихватывал мороз, нерастаявший снег сковывался ледяной коркой, превращался в плотный фирн. Но к середине дня при хорошей погоде солнце начинало уже заметно, по-весеннему припекать, снег становился рыхлым, тяжелым и мокрым, под собственным весом на крутых склонах и в кулуарах он начинал сползать, вызывая многочисленные лавины. Проливной дождь внизу оборачивался густым снегопадом вверху, что только усиливало лавиноопасность. Когда под большим камнем растаивали пласты намёрзшего за зиму льда, а шустрые весенние ручейки слегка подмывали грунт, камень нередко выходил из состояния покоя, в котором провел, может быть, сотни лет, начинал катиться вниз, сшибая и увлекая за собой множество своих собратьев, и окрестности оглашал грохот очередного камнепада.

Макс вел группу, ни на секунду не забывая о практически отсутствующем горном опыте своих клиентов. Он тщательно выбирал направления, старался обходить участки опасной сыпухи, прокладывал путь там, где вероятность попасть на «живые» камни казалась минимальной.

Часа через три после выхода среди водяной взвеси непрекращающегося мелкого дождя замелькали первые снежинки, и, по мере дальнейшего подъема, дождь стал плавно переходить в снег. Веселые шутки, звучавшие в лагере утром, давно смолкли. Сейчас Макс слышал за спиной лишь тяжелое, в такт шагам, дыхание и скрежет лыжных палок о мокрые камни.

Сделали большой привал (обычный длился 10-15 минут через каждый час) для обеденного перекуса. Погода не располагала к привычной на привале релаксации, обмену впечатлениями о пройденном пути и наслаждением открывающимися видами. Поэтому, молча и сосредоточено закинув в себя «быстрые калории» – шоколад, орехи, курага, сухофрукты и по куску колбасы с галетами, – запив все это родниковой водой, набранной в пластиковые бутылки еще на стоянке, двинулись дальше.

Появление этих клиентов оказалось неожиданным, произошло в самый последний момент, но пришлось для Макса весьма кстати. Интересных планов на праздники как-то не сложилось, с деньгами было туго, поэтому, когда уже в двадцатых числах апреля директор фирмы «Альп Тур» сообщил, что есть три клиента на майский Казбек, Макс долго не раздумывал. Трое московских студентов имели неплохой трекинговый опыт, правда распространялся он на походы по низким горам – Крым, Хибины, Урал, – оказались вполне прилично обеспечены снаряжением и, что самое главное, были готовы оплатить тур с услугами гида на первый в их жизни пятитысячник. Это восхождение с категорией сложности 2Б по альпинизму, кроме заработка, давало Максу возможность увеличить свой официальный личный опыт. Пока в его активе была лишь одна самостоятельная проводка туристов на Эльбрус. Кроме того, он несколько раз работал одним из гидов в больших группах на Кавказе и Памире. Он давно решил, что будет водить туристов «Альп Тура» за весьма скромное вознаграждение только до тех пор, пока не получит сертификат гида с допуском не ниже 5А, после чего окончательно уйдет на вольные хлеба и зарегистрирует собственную контору. Для этого нужно было набирать официально подтвержденного опыта самостоятельного руководства группами на как можно более сложных маршрутах. Еще был нужен свободный английский – по настоящему хорошо зарабатывать можно только на иностранцах, причем даже на традиционном Эльбрусе, не говоря уже о Памирских семитысячниках. Так что, путь к достижению цели выглядел весьма просто: учить язык (чем он усиленно занимался уже больше года) и чаще водить в горы зарегистрированные группы.

Стоянки появились неожиданно. Преодолевали очередной невысокий, но довольно крутой подъем, за краем которого угадывался ровный участок, обещавший уставшим ногам хотя бы недолгий путь по горизонтали, когда глаз непривычно уловил пестрые, красные и желтые пятна, столь не вязавшиеся с унылым черно-белым пространством вокруг. На почти идеально ровной площадке, размерами примерно пятьдесят на двадцать метров, стояло штук семь наполовину облепленных мокрым снегом палаток. Это и были известные всех восходителям на Казбек стоянки у верхних термальных источников, расположенные на достаточно комфортной высоте две тысячи триста метров.

Чуть дальше, за палатками, от земли медленно поднимались рваные клочья серого пара. Там располагались ванны – естественные углубления, заполненные горячей минеральной водой. В супермаркетах эта вода продавалась под маркой Кармадон, здесь же просто била из земли объятыми паром ручьями.

Вся площадка была тщательно очищена от крупных камней, в нескольких точках виднелись специально оборудованные под палатки места – невысокие аккуратно сложенные каменные стенки, призванные защищать от сильного ветра. Летом, в сезон восхождений, здесь бывало довольно многолюдно, сейчас же для размещения маленькой группы в двух палатках места было предостаточно.

Макс подошел к двум огражденным под палатки площадкам, расположенным рядом друг с другом и немного в стороне от мест стоянок других групп, снял рюкзак, прислонил его к импровизированному каменному заборчику.

– Димон, нашу здесь поставим, Витя с Юрой, тут, рядом.

Как всегда в случаях совместных стоянок нужно было идти знакомиться с соседями. Традиционно обменяться информацией: что за группа, откуда, сколько человек, когда собираются наверх (хотя, учитывая погоду, последний вопрос мог оказаться риторическим), обсудить с коллегами-инструкторами состояние маршрута, актуальный прогноз и перспективы восхождения при разных раскладах, пригласить самому или принять приглашение на совместное чаепитие. Судя по расположению палаток, на стоянке присутствовали две группы.

Макс с наслаждением потянулся, чувствую приятную ломоту в спине, освободившейся, наконец, от сорокакилограммового рюкзака и увидел, что к нему уже направляются два человека. Молодая невысокая девушка двигалась быстро и целеустремленно, будто спешила сообщить хорошему знакомому важную новость. За ней с каким-то, казалось, растерянным видом поспешал мужичок лет пятидесяти. Что-то в них обоих сразу же показалось Максу странным, как-то не вписывались они в общую картину альплагеря на майском Кавказе. Спустя мгновение он понял: смущало то, как оба были одеты. Девочка выглядела вполне стильно: короткая приталенная курточка с отороченным белым мехом капюшоном, горнолыжные штаны с множеством мелких карманов на молниях, яркие красно-белые кроссовки (симпатичные, конечно, но вот надеть на них кошки будет проблематично). В общем, все элегантно, модно, но в данной ситуации абсолютно нефункционально. А сопровождавший ее мужичок, вообще оказался в джинсах (чего Макс за свою многолетнюю практику в горах не встречал ни разу) и в дутом пуховике явно городского фасона. Правда, на ногах у него были нормальные горные ботинки – единственный подходящий к обстановке элемент одежды.

«Ну, ладно, – подумал Макс, – сюда они добрались, тем более что погода была хорошая. Но наверх-то они что, так идти собираются? Интересно будет посмотреть на гида, который ведет таких персонажей».

– Здравствуйте. Скажите, в этой группе вы старший?

Девушка явно прилагала огромные усилия, чтобы держать себя в руках и казаться спокойной. Голос звучал напряженно, в широко раскрытых глазах были видны следы недавних слез, губы чуть заметно дрожали.

– Да, я. Меня Максим зовут.

– Я Вика. А это, – небрежное движение головы в сторону хлипкого мужичка, который почтительно остановился в шаге за спиной девушки и казался перепуганным не меньше ее, – Василий. Максим, я вас очень прошу, пожалуйста… мой папа, он… они… ушли на гору. Уже пять дней… до сих пор нет. Тут группа одна сегодня пришла, там два гида. Говорят, сегодня нет смысла идти, завтра надо. А они там… у них еды на четыре дня. Я их просила, мы с Василием просили…

– Стоп, стоп. Вика, давайте по порядку: где ваш гид?

– Я же говорю: ушли они с папой…

– Вечер добрый. Влад.

В парне, подошедшем со стороны палаток и протянувшем руку для приветствия, Максим безошибочно угадал коллегу.

– Макс. Слушай, чего тут у вас происходит?

– Да проблема одна, похоже, вырисовывается. Возможно, завтра спасработы придется начинать. А может, все еще и обойдется, по-моему, рано что-то решать. Вика, можно я сам все объясню человеку? – не допускающим возражения тоном Влад пресёк попытку девушки вмешаться в разговор. – Обрисовываю ситуацию кратко: некий господин, пятьдесят восемь лет, из Москвы, судя по всему, серьезный бизнесмен и, по совместительству, папа очаровательной мадемуазель, – галантный поклон в сторону Вики, – проводил во Владикавказе какие-то переговоры с местными властями по строительству чего-то там, по окончании деловой части визита частным образом нанял местного гида и решил покорить Казбек. Вроде, в молодости ходил куда-то невысоко, вот и решил показать, как говорится, что есть еще порох. Прогуляться с собой до верхних нарзанов пригласил дочку и вот – Василия, своего референта. Заметь: только дочку и референта, то есть, домработницу, личного шофера, секретаршу и охрану он с собой не взял, за что мы, безусловно, должны быть ему благодарны.

Макс заметил, как Вика плотно стиснула челюсти, побелевшие губы вытянулись в тонкую полоску, а в обращенном на Влада взгляде мольба мгновенно уступила место раздражению и даже злобе. «Зря он так. Видно же, что девочка на грани. Может, специально заводит ее, чтобы злостью перебить слезы и избежать жалостливой истерики? Психолог, блин. А девочка, между прочим, очень даже ничего».

– Гид вроде опытный, имеет все допуски, на Казбек водит группы много лет. Рассчитывали обернуться за четыре дня: два дня – подъем на плато с ночевкой на три пятьсот, день – вершина, день – на спуск.

– Неплохая физуха нужна – такие дневные наборы высоты и без акклиматизации, – заметил Макс, вопросительно покосившись на Вику. – Пятьдесят восемь лет…

– Да папа в отличной форме! – она правильно поняла невысказанный вопрос. – Он четыре раза в неделю в спортзал ходит. И еще, он в молодости ходил и на Алтай и в Саяны и вообще…

– Ну, если в спортзал – тогда конечно. Вика, я все-таки закончу с твоего позволения. Так вот, сегодня пятый день. Погода была отличная, так что, застрять они нигде не могли. У Василия бинокль хороший, мы, как пришли, тоже пытались маршрут изучить. Отсюда контрфорс просматривается почти до выхода на плато, примерно до четырех тысяч. На контрфорсе их нет – площадки на три пятьсот пустые, у жандарма на три семьсот никого, а больше и встать негде. Судя по состоянию кулуаров, больших сходов не было, да и не поперся бы опытный гид в кулуар. Вывод: они вообще еще не начинали спуск. Короче, мы с Андрюхой – Андрюха – это напарник мой – решили так: если до темноты не появятся, завтра поутру надо идти искать. Погода вряд ли улучшиться – это, похоже, циклон, – но я этот маршрут ходил раз пять, так что, путь оптимальный найду. Ты, Макс, вообще, как? Не присоединишься? Втроем было бы сподручней, если сразу не найдем, придется ставить лагерь и искать на леднике и у вершинного купола, а там пространства – будь здоров.

Макс покосился на своих ребят, сидящих на рюкзаках и внимательно прислушивающихся к разговору, слегка пожал плечами.

– Вообще-то, в таких просьбах обычно не отказывают.

Не переставая скрытно наблюдать за Викой, он заметил, как она чуть расслабилась и даже попыталась улыбнуться. Новость о появлении еще одного потенциального спасателя ее явно обрадовала.

– Тогда предлагаю сейчас все обсудить, определиться с тем, сколько снаряжения берем, время выхода, маршрут, план поисков, короче – все. У нас там чай есть горячий. Пошли к нам. И своих зови.

Макс повернулся к своим ребятам, которые еще даже не начали ставить палатки.

– Ну, чего сидим, мужики? Все слышали? Соседи на чай приглашают. Пятнадцать минут на распаковку рюкзаков и установку лагеря. Димон, подготовь закладку для ужина и поставь каны кипятиться.

Повернувшись к Владу, он добавил:

– Хорошо. Сейчас подойдем – за чаем обсудим все на завтра.

Макс снял каску и, склонившись над рюкзаком, начал сосредоточенно копаться в его бездонном чреве, извлекая вещи, необходимые для стоянки и ночлега: налобный фонарь, сухие носки, алюминиевую посуду, теплый свитер и массу других мелочей.

В отличие от Влада, который пошел к своей группе, давая возможность вновь прибывшим спокойно обустроить лагерь, Вика оставалась рядом.

– Скажите, Максим, а сегодня никак нельзя пойти их искать?

Под действием жалостливого взгляда со смесью испуга, надежды и преклонения перед авторитетом, и робко-просящего тона Макс почувствовал себя большим мудрым дядей, от силы и смелости которого, словно в голливудском триллере, зависели теперь жизни людей. Ощущение было приятным, а девушка – симпатичной. Захотелось ее успокоить, сказать что-то утешительное, слегка добавив самоуверенной снисходительности профессионала, бывавшего и не в таких переделках.

– Вика, да не волнуйтесь вы так. Поверьте моему опыту, пока серьезных поводов для беспокойства нет. Скорее всего, они просто посмотрели с утра на погоду и решили со спуском денек переждать. С вашим отцом находится опытный гид, знающий весь маршрут, как свои пять пальцев. Уверен, завтра с утра двинем наверх и встретим их спускающихся где-нибудь посередине контрфорса.

Группа, которую вели Влад с Андреем, оказалась многочисленней – девять человек – и более разношерстной по составу. Присутствовали туристы обоих полов и разных возрастов. Они сидели, как у ритуального камня, вокруг большой почти плоской плиты, традиционно используемой в качестве стола. Около плиты на двух газовых горелках подогревался успевший остыть чай. При приближении новеньких народ молча раздвинулся, освобождая место. Судя по лицам, все были немного напряжены и ждали, когда инструкторы обсудят ситуацию, примут решение и, определят, в том числе и их, туристов, будущее в этом походе.

После коротких приветствий и недолгой процедуры разлива крепкого черного чая по кружкам прибывших, три гида начали свое совещание. Все остальные слушали молча, явно борясь с желанием задавать уточняющие вопросы в непонятных местах и благоразумно воздерживаясь от высказывания собственных соображений. Вика, с самого начала отказавшаяся от места в кругу сидящих, стояла за спинами ребят из группы Макса. За ней по-прежнему уныло маячила фигура референта Василия.

– Я так подозреваю, в МЧС группа не регистрировалась? – как бы ни к кому не обращаясь, спросил Макс полу утвердительным тоном.

Василий сделал робкий шаг вперед и с извиняющимся видом забормотал:

– Нет, к сожалению. Понимаете, Валерий Гаврилович сказал…

– Сейчас не важно, что сказал Валерий Гаврилович, – перебил референта Влад. – Сейчас важно, что люди не вернулись с маршрута, а в МЧС об этом ничего не знают. А это значит… – перевел он взгляд на Макса.

– Это значит, – подхватил Макс, – что завтра, когда мы уйдем на маршрут, кто-то должен идти вниз до заставы, от погранцов связаться с Владикавказской базой МЧС и сообщить все о сложившейся ситуации. Надеюсь, вы хоть пропуска в погранзону оформляли, на заставе отмечались?

– Да-да, конечно. – Василий, казалось, обрадовался возможности сообщить хоть одну положительную новость.

– В обычных условиях спуск простой, но при такой погоде, думаю, лучше идти двоим – так безопасней. Влад, среди твоих найдутся двое, кто хорошо ходит?

– Да, без проблем. – Влад обвел взглядом группу. – Вовчик, Гена, задача ясна?

– Конечно, Влад, все ясно. – Парень лет тридцати, сидевший справа от Влада с давно опустевшей кружкой в руках, чуть не подпрыгнул от радостного возбуждения. – Да мы, как двинем с утра, думаю, часов за пять дотопаем.

– Вот, давай только без понтового геройства. Ваша скорость никому не нужна. От вас требуется просто дойти и, желательно при этом, не поломаться на камнях. Выходите в семь часов, когда уже будет светло. Возьмете одну палатку и спальники. Жратвы по минимуму, только на дневной перекус и на ужин. Соответственно, горелка – у Витька есть резервная – и один баллон к ней. Больше ничего – идете налегке. Заблудиться не сможете – справа Геналдон, слева стена ущелья. Слева смотрите внимательно, с крутых сбросов могут сходить камни. Советую каждому взять не палки, а ледоруб – с ним на мокром спуске удобней и надежней. Погранцы дадут связь, доложите в МЧС о ситуации на сегодняшний вечер, потом отзвонитесь в наш Владикавказский офис, скажите, чтобы машину за вами к утру прислали. Заночуете у заставы, потом – в гостиницу, там и встретимся через пару дней. Остальные ждут нас здесь: купаются в ваннах, расписывают пулю, лепят снеговиков, короче – культурно отдыхают. Вот, вроде все.

Влад обвел глазами приунывшую группу.

– Да, народ, горы в этот раз не будет. Завтра начинаем спасработы, сколько они продлятся неизвестно. С погодой тоже задница, а у нас на все про все два резервных дня, из графика мы вылетаем по-любому.

– А что, собственно, в таких условиях смогут сделать эмчеесовцы, когда узнают про нашу ситуацию?

Вопрос Андрюхи, до сих пор не принимавшего участия в разговоре, нарушил повисшее на площадке угрюмое молчание.

– Ну, если погода не изменится, то не очень много. – Ответил Влад. – При такой видимости вертолет они поднимать, конечно, не станут. На плато и, тем более, в ущелье им соваться – верное самоубийство. Скорее всего, высадятся пониже, у той же заставы, и двинут вверх не торопясь. Короче, пойдут нашим же путем, только с отставанием на сутки.

– Ладно, с этим решили. – Подытожил Макс. – Теперь давай подумаем о нашем маршруте. Чтобы их найти, нам надо максимально точно повторить их путь. На контрфорсе до самого плато, как я понимаю, альтернативных вариантов нет. На плато перед выходом на ледник ровная морена с оборудованными стоянками. Тоже верняк, что они там побывали. А вот дальше – есть варианты.

– Ты имеешь в виду участок от стоянок до седловины? – Спросил Влад. – Мы-то свои группы всегда водим по классическому маршруту: подъем к перевалу Майли по правой стороне плато, с перевала чуть спускаемся еще правее, подходим к вершинному куполу, потом траверс склона до седловины.

– Я знаю, что некоторые гиды любят вести по северному краю плато, у Чачского ледопада, подняться на Барт-корт и по его гребню выходить на перевал.

– Да, есть и такой вариант. Путь чуть удлиняется, зато предперевальный взлет проходить не надо. В хорошую погоду оба пути просматриваются с морены почти полностью, но если будет такая же муть, каждый из этих двух маршрутов придется отрабатывать отдельно.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное