Илья Деревянко.

Ухабы судьбы (сборник)



скачать книгу бесплатно

Район метро «Новогиреево», застроенный однотипными блочными домами, кипел вечерней жизнью. Во дворах тусовалась праздная подвыпившая молодежь. Напротив гастронома два дюжих мужика сосредоточенно лупцевали друг друга по физиономиям. Коммерческие палатки бойко торговали спиртным. Юрку я заметил сразу. Он стоял около билетных касс, нетерпеливо поглядывая на часы.

– Ну наконец-то! – воскликнул Голиков, завидев меня. – Еще немного, и мы бы опоздали!

– Объясни сперва, в чем дело! – потребовал я.

– Идем. По дороге расскажу.

Он потащил меня в ближайший двор, и я наконец узнал, что случилось. Юрка сегодня не терял времени даром. Он добросовестно проверил все установленные адреса. В двух квартирах никого не оказалась, в третьей рыдающая старуха сообщила, что внучка бесследно исчезла, и лишь в четвертом случае Юрке повезло.

– Кто там? – спросил из-за двери надтреснутый тенор.

– Мне нужен Евгений Коростылев, – ответил Голиков.

– Зачем?!

– Поговорить об одном важном деле.

– Уходите! – отрезал невидимый собеседник и, судя по всему, вывернул пробки, поскольку звонок перестал работать.

– Зачем тебе этот лысый мудак? – услышал Юрка и, обернувшись, увидел молодого, но изрядно помятого похмельем парня, спускающегося по лестнице с верхнего этажа. В руках он держал сумку с пустыми бутылками.

– Попьем пивка?! – не церемонясь, предложил Голиков, безошибочно угадав затаенное желание парня.

Тот не стал кочевряжиться, и спустя минут двадцать они уже сидели на лавочке у подъезда, поглощая холодное пиво, приобретенное в ближайшей палатке. Нового Юркиного знакомого звали Коля, и он прекрасно знал Коростылева, о котором придерживался весьма невысокого мнения.

– У него не все дома! – рассказывал Коля, с наслаждением глотая «лекарство». – Раньше был нормальный чувак, а несколько месяцев назад в законченного придурка превратился! Связался с какой-то сектой, начал нести чушь собачью, родную мать до инфаркта довел. Она сейчас в больнице лежит, так этот козел ни разу ее не навестил! В натуре, не вру… моя сестра их семью хорошо знает! Сперва Женька пытался проповедовать ребятам свое бредовое учение, но его послали куда подальше. Пусть они не паиньки и не подарки, но с головой у них все в порядке! Я тут встретил его на днях. «Чего же, – спрашиваю, – ты, сука, больную мать не проведаешь?» Знаешь, что он ответил? «Я, – говорит, – выше мирских привязанностей, гуру, мол, только боготворю, а родственники ничего не значат. Они мешают мне постигать истину!» Ну разве не сволочь?! – Коля в сердцах треснул кулаком по скамейке.

– Он все время взаперти сидит? – как бы между прочим поинтересовался Юрка.

– Да нет! Каждый вечер, в пятнадцать минут восьмого, не раньше, не позже, отправляется куда-то, вероятно, к своим лысым дружкам. По нему часы можно проверять!

– А эту девочку ты здесь не встречал? – Голиков вытащил из кармана фотографию дочери Куракина.

– Так ты мент? – разом помрачнел парень и, не слушая Юркиных заверений в обратном, замкнулся в себе.

Впрочем, того, что удалось узнать, было для начала вполне достаточно.

– Пришли! – сказал Голиков, указывая рукой на двенадцатиэтажный дом, ничем не отличающийся от десятков ему подобных. – Вон в том подъезде на втором этаже живет Коростылев.

Если Коля не соврал, то вскоре наш лысый «приятель» должен появиться. Меня он не видел, тебя – тем более. Проследим, куда пойдет. Авось выведет нас на остальных!

Мы устроились на лавочке в середине двора, украдкой наблюдая за подъездом. Коля говорил чистую правду. Ровно в девятнадцать пятнадцать из дома вышел неряшливо одетый бритоголовый парень лет двадцати и, не глядя по сторонам, походкой робота направился к автобусной остановке. Пропустив его шагов на тридцать вперед, мы двинулись следом.

– Мерзкая рожа! – с отвращением прошептал Голиков.

Действительно, внешний вид Евгения Коростылева не вызывал ни малейших симпатий: бледное костлявое лицо, оттопыренные, как локаторы, уши, тонкие бескровные губы. Довершали картину пустые оловянные глаза. Рубашка его давно нуждалась в стирке. На тощем заду мешком болтались мятые штаны. Коростылев мерно передвигал ноги и за всю дорогу ни разу не обернулся. На автобусной остановке толпился народ: усталые работяги, болтливые тетки с авоськами, шумная компания малолеток с магнитофоном.

Через пару минут на горизонте показался переполненный автобус. Народ заволновался. Одутловатая старуха, до сих пор громко жаловавшаяся подруге на свои многочисленные недуги и неумолимо приближающуюся смерть, расшвыряв толпу с ловкостью профессионального регбиста, первой очутилась у дверей.

«Ай да бабка! – мысленно восхитился я, с трудом протискиваясь вовнутрь и стараясь не потерять сектанта из вида. – Я б на твоем месте давно в высшей лиге выступал!»

В спертом воздухе висела густая брань вперемешку со взаимными попреками. «Гражданка, проходите!.. В середине свободно… Сойдите с моей ноги… Куда прешь, очкастый… Двигайся ты, бугай!..Че-е-го?!» Наконец пассажиры с грехом пополам утрамбовались, двери, прищемив чью-то сумку, закрылись, и автобус, пыхтя от натуги, пополз по намеченному маршруту. Наш лысый «друг» бессмысленно таращился в окно, не обращая на давку и духоту ни малейшего внимания. Ехать пришлось далеко, почти до конечной. Постепенно народ рассосался, стало свободнее. Коростылев по-прежнему не реагировал на окружающее. Я уже начал терять терпение, когда он посмотрел на часы, изобразил на физиономии подобие улыбки и направился к выходу. Стараясь держаться в отдалении, мы последовали за ним.

Коростылев подошел к пункту обмена валюты, о чем-то спросил дежурившего у дверей милиционера, украдкой вытащил из кармана маленькую фотографию, внимательно посмотрел на нее и проглотил!

– Точно, псих! – пробормотал Голиков, выразительно крутя пальцем возле виска.

– Неужели они здесь собираются? – удивился я.

– Наверное! – пожал плечами Юрка. – Вылез-то он из дома как обычно, в пятнадцать минут восьмого…

Однако на сей раз логика с интуицией подвели Голикова. Может, раньше Коростылев ездил в это время на сборища сектантов, но сегодня у него была другая цель.

В начале девятого рядом с обменным пунктом затормозила новенькая «восьмерка». Из нее вышла худощавая женщина лет сорока пяти в простом на вид, но дорогом костюме.

– Сейчас будем закрываться, Миша, – приветливо кивнула она милиционеру. – Вот только…

– Вы Анна Матвеевна Кириллова? – неожиданно подал голос Коростылев.

– Да, а что вам…

Договорить она не успела. Сектант достал из кармана нож и с размаху всадил женщине в живот. Я на секунду потерял дар речи. Случайные прохожие испуганно замерли. Воцарилась гробовая тишина.

Первым опомнился милиционер.

– Ни с места, стрелять буду! – крикнул он, передергивая затвор автомата. Сектант медленно обернулся и, не меняя выражения лица, двинулся на него, крепко сжимая в руке окровавленный нож.

– Стой! – еще раз крикнул милиционер, но Коростылев даже ухом не повел. Тогда прогремела короткая очередь, и сектант превратился в труп. Улица ожила. Загалдели мужчины, испуганно завизжали женщины. Белый как смерть милиционер то застегивал, то расстегивал дрожащими руками верхнюю пуговицу на рубашке. Завывая сиреной, примчалась «Скорая помощь». Женщина была еще жива. Она слабо стонала, держась обеими руками за живот. На губах пузырилась кровавая пена…

– Зомби! – уверенно сказал Юрка, когда пострадавшую увезли в больницу. – Почему я раньше не догадался?! У него ж это на роже написано!

– Опасные ребятки! – вздохнул я. – Не знаешь, какой пакости от них ожидать в следующую минуту! Почему власти не запретят подобные секты?

– И-эх! – в сердцах махнул рукой Голиков. – Господам демократам сейчас не до того! Они власть делят да друг друга подсиживают. О-очень занятые люди!

– У нас нет демократов, – с усмешкой поправил я. – У нас только дерьмократы!

– Верно! – согласился Голиков. – Ну да пес с ними! Пора домой!..

К офису мы подъехали около десяти вечера. В окнах горел свет. Юра толкнул ногой незапертую дверь и остолбенел. Все вокруг носило следы отчаянной борьбы: мебель была перевернута, два стула сломаны. На полу медленно засыхала кровавая лужица. Куракин и Лена исчезли.

Глава 4

– Тэ-эк, – заскрежетал зубами Юрка. – Выследили! Сюда добрались, козлы вонючие! Ну, вы мне за это заплатите!

– За каким хреном им Ленка сдалась?! – недоумевающе спросил я.

Голиков посмотрел на меня с глубочайшим презрением.

– Свидетель! – процедил наконец он.

Действительно! Почему я сам не сообразил? Надо ж так поглупеть! Некоторое время мы обсуждали, что предпринять дальше.

– Есть тут один тип! – спустя полчаса задумчиво протянул Юрка. – Мой бывший одноклассник. Несколько лет назад увлекся восточными религиями, оккультизмом и магией. Рядом с ним я постоянно ощущаю себя неуютно, будто из меня жизненную энергию высасывают, но он может что-нибудь знать о секте «Путь истины».

– Ты считаешь, он начнет с нами откровенничать? – недоверчиво усмехнулся я.

– Придется! – на лице Голикова появилась хищная улыбка.

– Ты знаешь, где его искать?

– А как же! По вечерам он четыре раза в неделю пудрит мозги кучке придурков недалеко отсюда, в бывшем Доме культуры. Лечит якобы! Если поторопимся – то успеем застать! Вперед!

Новоявленный шаман по имени Сергей Ромадов оказался на месте. Это был среднего роста человек с острым носом и глазами неопределенного цвета. Он уже закончил сеанс, но домой не уходил, поскольку был окружен толпой поклонников, на лицах которых застыли блаженные улыбки идиотов. Ромадов глубокомысленно разглагольствовал, слушатели, разинув рты, внимали.

«Космический разум… энергетическое поле… скрытые возможности организма», – донеслись до меня обрывки фраз.

– Эй ты, целитель, кончай трепаться! – позвал одноклассника Юрка.

Последний, узнав старого знакомого, которого, очевидно, имел основания опасаться, растянул губы в приветливой улыбке, хотя в глазах полыхнула ненависть. Поклонники, однако, возмущенно загалдели. Появилось предложение надавать нам по шеям и выкинуть за дверь.

– Это мой друг. Он шутит! – успокаивающе промямлил Ромадов. – Встретимся послезавтра. У нас с Юрием Олеговичем важные дела.

Ученики послушно удалились.

– Зачем так при них! – набросился на Голикова целитель, когда мы остались втроем. – Подрываешь авторитет!

– Перестань! – раздраженно отмахнулся Юрка. – Твой «авторитет» и без того рассыплется как карточный домик, если они случайно проведают о некоторых твоих былых грешках.

Ромадов прикусил язык. На физиономии появилась кислая гримаса.

– Кто старое помянет, тому глаз вон, – с трудом выдавил он. – Лучше расскажи, зачем пришел.

Юрка, не вдаваясь в детали, поведал о наших проблемах.

– Ничем не могу помочь! – внезапно отвердел лицом целитель. – Ничего не знаю! Вот если нужно лечение…

– Свое лечение можешь засунуть в одно место, – яростно прошипел Юрка. – Знаем, к чему оно приводит! Кто «исцелил» Вовку Афанасьева от запора, а он спустя месяц умер от инфаркта, хотя до сих пор имел абсолютно здоровое сердце?! Кто свел у нашей бывшей учительницы бородавку, а она вскоре оглохла и наполовину ослепла?! Привести еще примеры?! Ах, не хочешь?! Ясное дело! Тогда отвечай на заданный вопрос! Тебе известно, что я умею быстро развязывать языки!

Целитель несколько секунд колебался, перебегая полными страха и злобы глазами с Юрки на меня и обратно.

– Только в случае чего, я тут ни при чем! – наконец заявил он.

Мы обратились во внимание, однако знал Ромадов действительно немного. Секта «Путь истины» тщательно скрывала свою деятельность, вернее, места сборищ. Бритые «проповедники» вовсю разгуливали по улицам, но в «святая святых», то есть место обитания гуру, допускали не каждого и не сразу, а лишь когда убеждались, что «клиент» достаточно созрел или от рождения отъявленный дурак. Все же Ромадов, трясясь от бессильной злости, дал нам один адресок, не самый главный, естественно, но туда стоило наведаться. Не прощаясь, мы вышли на улицу. Уже окончательно стемнело, дул легкий ветерок, светились окнами многоэтажные дома. С горевшей в ближайшем дворе помойки тянуло едким дымом.

– Что ты имел в виду, когда говорил о «старых грешках» целителя? – прокашлявшись, поинтересовался я.

– А-а-а! – с отвращением махнул рукой Юрка. – Этот гад одно время работал учителем в школе, где совращал малолетних девочек, а иногда и мальчиков. История получила огласку, но до суда не дошло. Наверное, помогли связи его папаши. Однако один следователь сохранил у себя часть документов. Я спросил зачем, а он говорит: «На всякий случай. Может, Ромадов из извращенца маньяком-убийцей станет, что очень даже запросто! Тогда, – говорит, – я их и подниму! Тут уж никакие связи не помогут! А сейчас мне начальство кислород перекрыло». Этот следователь мой давний приятель. Соображаешь?

Я согласно кивнул. Ноги подкашивались от усталости. Набегался за день, а отдыха в ближайшие часы не предвиделось. Юрка тоже выглядел не лучшим образом. Лицо осунулось, глаза ввалились. На лбу выступили бисеринки пота. Внезапно я насторожился. Сзади слышались крадущиеся шаги. Мы как раз свернули в темный безлюдный переулок, чтобы быстрее добраться до главной улицы, где собирались ловить такси.

– Юрка! – прошептал я.

– Знаю, – почти беззвучно ответил он. – Готовься!

Шаги приблизились. Я резко шагнул вперед, одновременно развернувшись и принимая кошачью стойку[5]5
  Стойка кошки (никоша-дачи) используется в карате и ушу. Вес тела на задней ноге. Передняя чуть согнута в колене, расслаблена и слегка касается земли кончиками пальцев. Левая рука, не сжатая в кулак, впереди. Правая возле корпуса. Стойка очень удобна для защиты и молниеносной контратаки.


[Закрыть]
. Кулак нападавшего с зажатым в нем кастетом рассек воздух. Боец он оказался никудышный и легко купился на обманный финт ногой в пах. Я сорвал дистанцию, блокировал левым предплечьем его опущенные к интимному месту руки, а правой как следует треснул в подбородок. Он закатил глаза, плюхнулся мешком на мостовую и надолго отключился. Юрка в это время разбирался с остальными. Они дрались получше моей жертвы, но бывший офицер спецназа разделался с ними играючи, как матерый котище с обнаглевшими мышами. Драка заняла не более нескольких секунд.

– А головы-то не бритые! – задумчиво пробормотал Голиков, разглядывая распростертые на асфальте тела. – Интересно, кому мы еще понадобились? Вон у того, слева, знакомая рожа. Где-то я его видел, причем совсем недавно!

Юрка нахмурился, размышляя об очередном неведомом враге. Ответ, впрочем, нашелся быстро, лишь только первый из нападавших немного очухался.

– Кто прислал?! – прорычал Голиков, рывком поднимая парня на ноги.

– Вы оскорбили Учителя! Вы должны умереть! – простонал тот, пытаясь казаться храбрым, но в то же время трусливо бегая глазами.

– Какого еще учителя? – опешил Голиков. – Вы вроде староваты для школьников!

Потом он понял и громко расхохотался.

– Они имеют в виду Ромадова, – немного успокоившись, пояснил Юрка. – Сережа, стало быть, крутым стал! Личную гвардию завел! Ну, умора. Давно так не смеялся. Слушай, щенок, – тряхнул он за шкирку незадачливого поклонника целителя-извращенца. – Сперва вытри сопли и перестань есть из соски, а потом лезь в драку со старыми больными дядями, у которых расшатанные нервы. Иначе дяди могут тебя случайно зашибить!

– На досуге разберемся с Сережкой-гаденышем, – уже серьезно сказал Юрка, когда охающие, полуживые «гвардейцы» Ромадова остались далеко позади. – Шутки шутками, а такая сволочь вполне способна дверь в подъезде поджечь или кирпич с крыши на голову сбросить!..

Поиски машины затянулись надолго. Водители с подозрением смотрели на двух амбалов, а услышав, что ехать придется на другой конец Москвы, поспешно нажимали на газ.

Наконец мы все же сумели тормознуть разбитного мужика лет тридцати, на вид весьма не хилого. В салоне на заднем сиденье примостилась увесистая сумка с пивом.

– Осторожно, не разбейте! – попросил мужик, стараясь перекричать очередного приблатненного барда, вопившего из магнитофона про шаланды, полные кефали, биндюжников, встававших при виде Кости-моряка, и тому подобное. «Уважают Костю-моряка…» – хрипло выкрикнул магнитофон и неожиданно заткнулся.

– Опять сломался, скотина! – сердито произнес водитель и разразился отборной руганью, не забыв упомянуть завод-изготовитель, «поганую падлу», продавшую ему это дерьмо, а затем почему-то рыночную экономику.

Указанный Ромадовым адрес оказался в новом глухом, безлюдном районе, почти у самой Кольцевой дороги. Безликие коробки стандартных домов, лишенные зелени и заваленные остатками строительного мусора дворы, мертвая тишина. Фонарей, естественно, не было, и единственными источниками света служили луна да блики из окон, где люди до сих пор не спали.

– Веселенькое местечко! – поморщился Юрка. – Очень подходит для убийц и насильников.

– Кого тут убивать? – возразил я. – Вокруг даже кошек не видно.

– Хотя бы нас с тобой! – усмехнулся Голиков.

– Ха! Это мы еще посмотрим!

Излишняя самоуверенность, как известно, сгубила множество людей и на сей раз едва не стоила мне жизни.

Нужный дом мы нашли не скоро. Неизвестно, какой умник планировал застройку, но разобраться, где кончается одна улица и начинается другая, было чрезвычайно сложно. Здание оказалось нежилым. Стены возвели, крышу соорудили, но окна пока не застеклили и квартиры не оборудовали.

– Обманул, козел! – выругался я. – Ну погоди, целитель поганый! Я тебе сделаю козью морду!

– Тихо! – перебил Юрка. – Смотри!

В одном из окон третьего этажа виднелся свет.

– Идем туда!

Мы зашли в подъезд и начали осторожно подниматься по заляпанным известкой ступеням. В воздухе ощущался слабый запах краски. Неожиданно до нас донеслись тихие голоса. Я торжествующе улыбнулся: «Попались, голубчики» – и первым шагнул в зияющий дверной проем. В тот же момент в лицо мне ударила удушающая вонючая струя какого-то газа; глаза заволокло пеленой, ноги подкосились, и я потерял сознание.

Очухался я не скоро и сперва не мог сообразить, где нахожусь. Мысли притупились, мозги работали с трудом. Наконец я более-менее вспомнил недавние события и огляделся по сторонам. Я лежал на грязном, холодном полу в пустой комнате с кирпичными неоштукатуренными стенами, руки мои были связаны за спиной. В дальнем углу валялась неподвижная, темная, иногда постанывающая груда, в которой я распознал Голикова. Очевидно, он еще не пришел в себя. Из соседнего помещения слышались монотонные голоса: «Они не скоро очнутся…» – «Да, ты прав…» – «Скоро приедет машина?…» – «Через пятнадцать минут…» – «Посвятим это время самосозерцанию».

Несмотря на наше весьма незавидное положение я едва не расхохотался… «Самосозерцанию! Кретины! Нельзя мерить всех по собственной мерке! Думаете, отравой в морду попрыскали, руки скрутили, и все?! Хрен вам с маслом! Не на того нарвались». Дело в том, что я с детства был не предрасположен к наркотикам. Местный наркоз на меня вообще не действовал, да и общий – довольно слабо. В компании с ребятами я иногда покуривал анашу, но при этом не испытывал ни малейшего кайфа и лишь с удивлением наблюдал, как «тащатся» мои приятели, не понимая, отчего это они так забалдели. В газе, которым нас отравили, очевидно, содержался сильнодействующий наркотик. Я отрубился, но очнулся гораздо раньше, чем рассчитывали мои недруги. Кряхтя от последствий радикулита, я согнулся пополам, приблизив к лицу сжатые колени. Подсунул под связанные руки одну ногу, потом другую. В результате руки оказались спереди. Узел был довольно примитивным. Я быстро распутал его зубами и с наслаждением размял затекшие кисти. Потом развязал Голикова. Он пробормотал нечто неразборчивое, однако глаза не открыл.

«Ладно, – решил я, – сам разберусь», – и на цыпочках направился к проему, ведущему в соседнюю комнату. Наши «друзья» созерцали. Четыре неряшливых бритоголовых типа сидели на корточках, бессмысленно уставив оловянные глаза в противоположную стенку. Троих я положил сразу, даже не дав им понять, что происходит, но четвертый опомнился и ринулся в бой. По правде сказать, дрался он неплохо. Мне, не до конца оправившемуся от действия газа, поначалу пришлось туго. Я едва отразил нацеленный в голову хлесткий «маваши»[6]6
  Боковой удар ногой. Наносится носком или подъемом.


[Закрыть]
, принял на живот «майгери-кокато»[7]7
  Прямой удар пяткой ноги.


[Закрыть]
и, задыхаясь, ушел на дальнюю дистанцию.

– Сдавайся! Поедем к гуру. Ты встанешь на путь истины, – мертвым голосом предложил сектант.

– Заткнись, зомби безмозглый, – огрызнулся я, переходя в наступление. Голова к тому времени почти прояснилась. Противник попытался остановить меня ударами ног, но я легко их заблокировал и сорвал дистанцию. Голенью левой ноги в подколенный сгиб… кулаком в подбородок… носком ботинка по голени… захват обеими руками за плечи… коленом в живот и наконец локтем правой в челюсть. Сектант отключился. Его тело шлепнулось на бетонный пол.

– Что здесь происходит? – на пороге появился Юрка, белый как мел, с мутными, плохо соображающими глазами.

– Твой Ромадов, очевидно, предупредил бритоголовых. Нас опрыскали отравляющим газом и забрали в плен вот эти мешки с дерьмом, – я кивнул на бесчувственных сектантов. Взгляд Голикова слегка прояснился.

– Поня-ятно! – пробормотал он.

– С минуты на минуту подъедет машина, – продолжал я, – которая должна отвезти нас куда-то, может, в то место, где прячут Куракина с Леной. Что будем делать?

Не отвечая, Голиков пошатнулся и облокотился спиной о стену. Бедный Юрка оказался более восприимчив к наркотикам, нежели я. Теперь приходилось рассчитывать только на собственные силы. Для начала я связал сектантов их брючными ремнями, но не по-дурацки, как они нас, а со знанием дела. Способ, в общем-то, простенький, однако действует безотказно. Правая рука загибается за спину, на запястье накидывается петля, затем веревку (в данном случае ремень) перебрасывают через левое плечо, проведя ее по груди, продевают под правую под мышку. Потом загибают левую руку назад и связывают вместе с правой. Вот и все. Как говорится, дешево – но сердито! Освободиться невозможно. Для ног осталось только две веревки, те, которыми недавно были скручены мы с Юркой. Немного подумав, я нашел оригинальное решение. Положил сектантов лицами вниз и связал их попарно, наподобие сиамских близнецов: левую ногу одного к правой ноге другого. Получился забавный натюрморт. Полюбовавшись пару секунд на свое творение, я бережно усадил осоловевшего Юрку в углу, закурил сигарету и принялся поджидать остальных. Было тихо, как в могиле. Тусклая, полуживая лампочка под потолком создавала не свет, а полумрак. Мне сделалось немного не по себе, и когда один из сектантов заелозил по полу, бормоча какую-то ахинею, я даже обрадовался. Через несколько минут на улице отрывисто засигналила машина.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12