Игорь Зимин.

Аничков дворец. Резиденция наследников престола. Вторая половина XVIII – начало XX в. Повседневная жизнь Российского императорского двора



скачать книгу бесплатно

В камер-фурьерском журнале за 1837 г. имеется запись о подготовке Рождества в Аничковом дворце, куда вся семья Николая I переехала после пожара в Зимнем дворце: «24 декабря. Сочельник. Сего вчера приготовлены были в Большой столовой комнате убранные конфектами, золочеными орехами и яблоками елки, которые и поставлены были на 9 круглых столах, на коих также находились и разные вещи»[219]219
  РГИА. Ф. 516. Оп. 1 (120/2322). Д. 138. Л. 16. Журнал камер-фурьер-ский. Декабрь 1837 г.


[Закрыть]
.

Позже, после возвращения семьи в Зимний дворец, Рождество продолжили отмечать в главной резиденции, но, судя по акварели

А.Ф. Чернышова, предположительно датируемой 1848 г., иногда семья на Рождество возвращалась в Аничков дворец. На этой акварели, хорошо видны по крайней мере семь украшенных елок, установленных в Белом зале. Видны два стола с подарками и вешалка с дамскими платьями по императорскому стандарту, поскольку горностаевая мантия обвивает плечи не только императрицы Александры Федоровны, но и присутствует на вешалке. На столике с дамскими подарками можно увидеть дамский капор, фарфоровую фигурку, канделябр на три свечи, вазочку с цветами, круглый столик для рукоделия. Слева на стуле – детский офицерский мундирчик. Внук Николая I – Николай Максимилианович – пытается бить военный марш на барабане. Обращают на себя внимание два молодых офицера, с поднятыми трубками, играющие в так называемое «дутье». Смысл этой забавы сводится к тому, что, дуя в трубку, можно заставить резиновый шар подниматься до потолка.

Со временем в Аничковом дворце начали проводиться благотворительные елки для бедных детей. Следует подчеркнуть, что благотворительная деятельность являлась важной частью жизни членов императорской фамилии, особенно ее женской половины. В конце 1830-х гг. императрица организовала первую публичную елку с раздачей подарков бедным детям, которая со временем обрела статус государственной. Эта традиция сохранялась при Александре II, Александре III и Николае II. Так, Николай II принял на себя традиционные пожертвования Александра III на устройство благотворительных елок и ежегодно выделял несколько сотен рублей давнему знакомому князю В.В. Мещерскому (1903 г. – 300 руб.; 1913 г. – 1000 руб.) «на елку для бедных детей».

Новый год также встречали взаимными подарками, но при этом сам праздник не отмечался и был обычным «рабочим днем»: «Роскошные подарки от Ангела» (31 декабря 1823 г.). Так, в последние часы уходящего 1823 г. Николай Павлович писал письма своим сестрам Марии и Анне, а затем «разделся, ужинал, лег».

Ближайшая свита

Поскольку императорская история Аничкова дворца связана с именами двух императоров – Николая I и Александра III, то следует иметь в виду, что рядом с каждым из них находилась своя ближайшая свита, которая ежегодно поименно воспроизводилась в Адрес-календарях «с росписью чиновных особ, или общий штат Российской империи».

Иногда состав ближайшей свиты перечислялся в мемуарах царствующих особ[220]220
  Например, супруга Николая I императрица Александра Федоровна писала: «Я уже называла дам, состоявших при мне, кроме них наш Двор составляли: маршал Кирилл Нарышкин, шталмейстер генерал Ушаков, два адъютанта: Фредерикс (женатый на Цецилии, моей подруге детства) и В. Адлерберг, который женился две недели после нас на девице Марии Нелидовой».


[Закрыть]
.

Высшую страту[221]221
  Страта (от лат. Stratum – слой, пласт) – элемент социальной структуры (социальный слой или группа), объединенный неким общим общественным признаком (имущественным, профессиональным или иным).


[Закрыть]
проживавших в Аничковом дворце образовывала Свита императорской (великокняжеской) четы, служившая на различных должностях при резиденции, а очень часто и жившая в ней на казенных квартирах. Например, в «Адрес-календаре» на 1821 г. в Придворном штате великого князя Николая Павловича и великой княгини Александры Федоровны упомянуто 20 человек, большая часть из которых квартировала как в самом дворце, так и домах находившихся на территории усадьбы Аничкова дворца.

В 1821 г. должность гофмейстерины при Александре Федоровне занимала статс-дама императрицы Марии Федоровны (супруги Павла I) княгиня Александра Николаевна Волконская (1757–1834). На должностях штатных фрейлин тогда служили девицы Варвара Павловна Ушакова и графиня Екатерина Петровна Шувалова. Непосредственно обслуживали великую княгиню: камер-фрау Фредерика Федоровна Клюгель; камер-юнгферы Степанида Алексеевна Брызгалова, Мария Ивановна Андреева, Генриэтта Ивановна Регенсбург и Евгения Ивановна Кристи[222]222
  Годовой бюджет всех выплат из разных источников этих дам составлял 17 855 руб.


[Закрыть]
.

Не самые значимые фигуры за многие годы службы фактически превращались в членов императорской семьи и были прилично обеспечены. Например, упомянутая камер-фрау Ф.Ф. Клюгель, распоряжавшаяся женским персоналом императрицы, имела жалованье в 5045 руб. в год[223]223
  Цены на продукты в 1826 г.: десяток яиц – 23 коп.; гусь живой – 1 руб. 20 коп.; масла коровьего пуд – 16 руб.; мед свежий пуд – 20 руб.


[Закрыть]
. Ф.Ф. Клюгель, приехав Россию в 1817 г., прожила в императорских резиденциях до своей смерти в 1838 г. Ольга Николаевна вспоминала, что «Особенно убита была Мама смертью своей камер-фрау Клюгель; последняя была дана ей вместе с приданым из Берлина; в нашем доме вообще было традицией почитать старых слуг, но к ней Мама относилась особенно сердечно».


Г.К. Моден


В состав служащих, живших при Аничковом дворце, входили: доктор Василий Петрович Крейтон; заведующий Библиотекой и Арсеналом Аничкова дворца Карл Иванович Седжер. При домовой церкви резиденции состояли: духовник семьи великого князя протоиерей Николай Васильевич Музовский, он же законоучитель Александры Федоровны, и диакон Василий Ульянов.

Если говорить о хозяйственниках Аничкова дворца, то при Николае I важнейшие должности занимали гофмейстер Г.К. Моден и управляющий Конторой Аничкова дворца А.И. Блок.

Граф Гавриил Карлович Моден назначен на должность гофмейстера 26 декабря 1817 г. после отставки гофмейстера Нарышкина. Александра Федоровна вспоминала, что Моден «отличался изысканными манерами старинного версальского двора, держал себя с достоинством, даже когда шутил, был услужлив без низкопоклонства и устраивал все как нельзя лучше. Его можно было упрекнуть только в некоторой обидчивости».

Если обратиться к биографии гофмейстера графа Г.К.[224]224
  Гавриил Людвиг Франциск Раймонд Мормуарон.


[Закрыть]
Ремон-Модена[225]225
  de Raimond de Modene.


[Закрыть]
(17 октября 1774 г. – 11 мая 1833 г.), то родившийся в Париже аристократ являлся потомком древнего французского рода, восходящего к XI в. Сын дипломата, камергера и управляющего Люксембургским дворцом в Париже Франциска Карла де Ремон, графа де Моден. В 1793 г. Г.К. Моден бежал из Франции в Россию от ужасов Французской революции. Здесь поступил на русскую военную службу в звании майора, состоя при графе Валериане Зубове, участвовал в Персидском походе. 30 сентября 1798 г. указом Павла I Г.К. Моден получил право на русское дворянство. В коронацию Александра I его пожаловали камер-юнкером, с 1817 г. занимает должность гофмейстера при Дворе великого князя Николая Павловича, заведуя Аничковым дворцом и Собственной Е.И.В. Конторой[226]226
  В августе 1826 г. – обер-церимониймейстер, камергер. Женат (с 1796 г) на Елизавете Николаевне Салтыковой (1773–1852), кавалерствен-ной даме ордена меньшего креста Св. Екатерины. Елизавета Николаевна – правнучатая племянница императрицы Анны Иоанновны, дочь подпоручика Николая Глебовича Салтыкова (ум. 1775), сына Дарьи Николаевны Салтыковой, урожден. Ивановой (1730–1801) – знаменитой Салтычихи. Внучка Глеба Алексеевича Салтыкова (ум. 1756) – внучатого племянника царицы Прасковьи Федоровны Салтыковой (1664–1723), жены царя Ивана V Алексеевича. Модены имели 4 дочерей: Аделаиду (1803–1844); Софию (1804–1884); Александру (1807–1839); Марию.


[Закрыть]
. А.О. Смирнова-Россет утверждала, что А.С. Пушкин высмеял Г.К. Модена в стихах[227]227
  XXV строфа из VII гл. «Евгения Онегина».


[Закрыть]
:

«Тут был на эпиграммы падкий, на все сердитый господин: На чай хозяйский, слишком сладкий, на плоскость дам, на тон мужчин, на толки про роман туманный, На вензель, двум сестрицам данный…».


А.И. Блок


Второй по значимости персоной среди служащих Аничкова дворца николаевской эпохи являлся тайный советник Александр Иванович Блок (1786–1847), который 30 лет – с 1817 по 1847 г. – занимал должность Управляющего Придворной конторой Собственного Его Императорского Величества дворца.

Как следует из формулярного списка (на 1830 г.), А.И. Блок окончил юридический факультет Дерптского университета, происходил из семьи потомственных дворян[228]228
  Отец А.И. Блока – Иван Леонтьевич Блок (Иоганн-Фридрих, 1734–1810) родился в Мекленбург-Шверине, изучал медицину в Ростоке и Берлине. С 1755 г. – на русской службе. В 1770-е гг. – лейб-хирург при великом князе Павле Петровиче (император Павел I). В 1799 г. как действительный статский советник получает имение в 600 душ в Ямбургском уезде Санкт-Петербургской губернии.


[Закрыть]
. К 1830 г. располагал серьезной собственностью: 300 душ в родовом имении Ямбургского уезда, кроме этого, к 1830 г. приобрел еще 100 душ, а также его супруга Наталья Петровна (урожден, фон Геринг, 1797–1839) принесла в приданое 20 душ в родовом имении. Семья имела в собственности деревянный дом в Петербургской части. О деловых и моральных качествах А.И. Блока свидетельствуют его чины и награды, отмеченные в формулярном списке[229]229
  В службе с 1803 г. в коллегии иностранных дел – нотариус; 1806 г. – переводчик; 1809 г. – уволен с чином коллежского асессора; 1809 г. – определен к великой княжне Анне Павловне секретарем; 1813 г. – надворный советник; 1816 г. – орден Св. Владимира IV ст.; 1816 г. – секретарь Николая I; 1817 г. – управляющий Придворной конторой; 1818 г. – орден Св. Анны II степени; 1819 г. – коллежский советник; 1821 г. – алмазные знаки к ордену Св. Анны II степени; 1824 г. – орден Св. Владимира III степени; 1824 г. – причислен к департаменту Уделов; 19 декабря 1825 г. – статский советник; с 22 августа 1826 г. – действительный статский советник; 1828 г. – бриллиантовый перстень с вензелем Его Императорского Величества; 1828 г. – знак отличия беспорочной службы за XX лет; 1829 г. – за XXV лет; 1830 г. – аренда по чину на 12 лет.


[Закрыть]
. Семья у супругов была большой даже по тому времени – семь сыновей и шесть дочерей. Непосредственный начальник А.И. Блока граф Г.К. Моден характеризовал его как способного и достойного чиновника[230]230
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 2. Д. 105. Л. 2. По прошению действительного статского советника Блока о выдаче ему формулярного списка для представления в Дворянское Депутатское Собрание. 1830 г.


[Закрыть]
.

А.И. Блок являлся доверенным лицом семьи императора, которые его ценили и награждали чинами, орденами[231]231
  1832 г. – Св. Анна 1 степени; 1834 г. – Св. Владимир II степени; 1834 г. – знак за беспорочную службу «XXX» лет; 1840 г. – знак за беспорочную службу «XXXV» лет; 1841 г. – за управление Собственным Его Величества дворцом и имениями императрицы Александры Федоровны – орден Белого орла; 1846 г. – знак за беспорочную службу 40 лет «XL»; 1847 г. – орден Св. Александра Невского за управление Собственным Его Величества дворцом и Конторою при 30-летии супружества Николая I и Александры Федоровны. РГИА. Ф. 1338. Оп. 3 (57/120). Д. 61. Л. 95. О смерти и погребении Управляющего Собственной Его Величества Конторою Тайного советника Блока. 1847 г.


[Закрыть]
, деньгами[232]232
  1834 г. – 1600 руб. экипажных денег в год, пока будет состоять в настоящей должности; 1837 г. – «Государь Император высочайше повелеть соизволил: вместо прежней аренды с 1837 г. по 2400 руб. серебром из Государственного казначейства на 24 года»; 1840 г. – продолжать выплату по 1000 руб. асе. в год из сумм наследника. См.: РГИА. Ф. 1338. Оп. 3 (57/120). Д. 61. 71.95. О смерти и погребении Управляющего Собственной Его Величества Конторою Тайного советника Блока. 1847 г.


[Закрыть]
и подарками[233]233
  1831 г. – бриллиантовым перстнем по случаю рождения великого князя Николая Николаевича; 1832 г. – бриллиантовым перстнем с вензелем «Н I» по случаю рождения великой княжны Марии Николаевны; 1839 г. – по случаю свадьбы Марии Николаевны от Николая I – перстень с солитером; от великой княгини Марии Николаевны бриллиантовая табакерка с вензелем и по 1000 руб. асе. в год от Марии Николаевны из ее сумм; 1839 г. – от наследника золотая табакерка с его портретом, украшенная бриллиантами в знак признательности за управление в течение 22 лет суммами его высочества; 1841 г. – за завершение постройки Фермы в Александрии от наследника табакерка с портретом и бриллиантами; 1842 г. – табакерка, украшенная бриллиантами и портретами по случаю серебряной свадьбы Николая I и Александры Федоровны; 1844 г. – перстень с солитером по случаю бракосочетания великой княгини Александры Николаевны от Николая I; 1844 г. – бриллиантовая табакерка с вензелем «А Н» от великой княгини Александры Николаевны; 1846 г. – перстень с солитером по случаю бракосочетания великой княгини Ольги Николаевны от Николая I; 1846 г. – табакерка с бриллиантами и портретом императрицы Александры Федоровны от императрицы; 1846 г. – табакерка с бриллиантами и вензелем от великой княгини Ольги Николаевны. См.: РГИА. Ф. 1338. Оп. 3 (57/120). Д. 61. 71. 95. О смерти и погребении Управляющего Собственной Его Величества Конторою Тайного советника Блока. 1847 г.


[Закрыть]
по случаю своих семейных событий. Кроме этого, с 16 января 1826 г. А.И. Блок включен в число лиц, состоящих при маленьком великом князе Александре Николаевиче с жалованьем 1000 руб. год[234]234
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 2 (46/109). Д. 70. 71. 2. Список о лицах, состоящих при Наследнике Цесаревиче со дня рождения Его Высочества. 1834 г.


[Закрыть]
.

Тридцатилетняя служба А.И. Блока закончилась внезапно и «на боевом посту» во время командировки в Гдовское имение императрицы Александры Федоровны 11 сентября 1847 г. Еще 5 сентября он почувствовал себя плохо в дороге, затем начались «страдания от судорог и боли в груди и обоих руках», приведшие к смерти, как сообщал его подчиненный – «любимого нашего начальника»[235]235
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 3 (57/120). Д. 61. 71. 95. 71. 1. О смерти и погребении Управляющего Собственной Его Величества Конторою Тайного советника Блока. 1847 г.


[Закрыть]
. Возможно, этим подчиненным был «кастелян при Аничковом дворце» – Петр Дмитриевич Перинкин.

К хозяйственникам Аничкова дворца примыкал очень важный транспортный блок. Должность шталмейстера в 1821 г. занимал Павел Петрович Ушаков[236]236
  Ушаков Павел Петрович (1779–1853) – генерал-адъютант; генерал лейтенант (1826); в службе с 1782 г.; с 1803 г. в чине полковника состоял кавалером при великих князьях Николае и Михаиле Павловичах; с 1817 г. – шталмейстер двора Николая Павловича; с 1826 г. – управляющий Конюшенным отделением цесаревича Александра Николаевича.


[Закрыть]
; унтер-шталмейстер – Ефим Михайлович Звягинцев; ясельничий – Егор Николаевич Сверчков; вагенмейстер – Иван Львович Толмачев; берейтор – Федор Иванович Егере.

Понятно, что с годами этот состав менялся: Г.К. Моден умер в 1833 г., А.И. Блок умер в 1847 г., фрейлины выходили замуж и т. п. Впрочем, в числе лиц свиты могли оказаться и те, кто не входил в число высших должностных лиц Аничкова дворца. Например, В.Ф. Адлерберг, друг детства Николая I, по прозвищу Флам, более двух десятков лет проживал с семьей в казенной квартире Аничкова дворца.

Квартиры для лиц свиты отводились в различных помещениях, но по сложившейся издавна традиции, воспроизводившейся во всех императорских резиденциях, верхний этаж Аничкова дворца был отдан ближайшей свите. При Николае I там жили фрейлины. Многие персонажи этого ближайшего окружения оставили заметный след в истории Аничкова дворца, как по должности, так и по своим личностным качествам.

В середине 1850-х гг. на верхнем этаже Аничкова дворца, в числе прочих, находились квартиры: камер-фрау А.А. Эллис, отвечавшей за сохранность коронных бриллиантов; камер-фрау Рорбек[237]237
  У камер-фрау Рорбек имелась большая квартира на третьем этаже Зимнего дворца по западному его фасаду При этом квартира в Аничковом дворце за ней сохранялась до середины 1860-х гг. Рорбек прожила долгую жизнь и, наверное, была кладезем дворцовых легенд и преданий. По крайней мере, 26 ноября 1890 г. будущий Николай II упомянул в дневнике, что он пил «Чай со старухой Рорбек».


[Закрыть]
; барона М.А. Корфа; воспитателя маленьких великих князей А.И. Философова; камер-юнгферы; камердинеры и фрейлины[238]238
  РГИА. Ф. 485. Оп. 2. Д. 1370. Ансамбль Аничкова дворца. Поэтажные планы дворца. Сер. XIX в.


[Закрыть]
.

О том, насколько часто великий князь Николай Павлович общался с чиновниками Аничкова дворца, свидетельствуют его записные книжки. Из них следует, что дворцовых служащих великий князь принимал, как правило, дважды в день: утром и вечером. К их числу принадлежали: гофмейстер двора Николая Павловича граф Г.К. Моден, управляющий Конторой Аничкова дворца А.И. Блок, архитектор дворца З.Ф. Дильдин, врач В.П. Крайтон и библиотекарь К.И. Седжер.

Если обратиться к записным книжкам Николая Павловича, то вышеупомянутые имена встречаются постоянно. Например, «возвратился, Дилдин, Моден с планами нового дома» (14 января 1822 г.); «Моден, Блок, Дилдин с планами новых построек… Седжер с рисунками» (17 января 1822 г.); «Встал в 7.30, Моден, Папа, Стрекалов, Деллингсгаузен, Фирсов, Седжер, Крайтон» (13 марта 1822 г.); «Моден, Блок, Дилдин, счета» (16 марта 1822 г.); «Седжер с рисунками» (19 марта 1822 г.); «у себя, Моден, Седжер, с чертежами» (15 декабря 1822 г.).

Понятно, что все это хозяйственная текучка, которую великий князь не расшифровывал. Но иногда встречаются у поминания о нетривиальных событиях: «Моден, Блок, Дилдин, распоряжения по поводу окон… осмотрел сначала дом, после Арсенал» (10 июня 1822 г.); «Блок, рассказывает мне, что молния ударила вчера в кабинет моей жены и разбила оконное стекло в тот самый миг, когда она шутила… уехал в Аничков, посмотрел, что наделала молния» (1 августа 1822 г.); «крестил младшую девочку Блока» (18 августа 1822 г.); «С Моденом смотрел канделябры в зале для ужина» (8 мая 1823 г.); «домой, Блок, узнал, что Прокоп проворовался» (2 августа 1823 г.); «Вернулся, у себя, Блок, Дилдин, устроил комнаты детей, у себя, Седжер» (10 ноября 1823 г.); «вернулся к себе, Седжер, уходит, Моден, Блок со счетами за год» (25 февраля 1824 г.).

Говоря о многочисленных слугах Аничкова дворца, следует иметь в виду, что великие князья и императоры, проживавшие в разные годы в Аничковом дворце – это вершина айсберга, на поддержание достойного уровня жизни которых расходовались не только огромные деньги, но и каждодневный труд десятков людей, именовавшихся придворнослужителями, занимавших различные должности в Придворном штате.

Как правило, дворцовая прислуга происходила из так называемых «дворцовых мальчиков», чьи родители служили при императорских резиденциях поколениями. Таких слуг ценили, их судьба решалась на самом высоком уровне. Свидетельством тому – распоряжение министра Императорского двора князя П.М. Волконского Управляющему Придворной конторой А.И. Блоку (январь 1842 г.), в котором министр предписывал, «чтобы никто из придворных Собственного Его Величества Дворца не был увольняем в отставку иначе, как за увечьем, дряхлостью, неизлечимыми болезнями, или излишеством, но в сем последнем случае с разрешения высшего начальства»[239]239
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 3 (54/117). Д. 7. Л. 1. К руководству и непременному исполнению. 1842 г.


[Закрыть]
.

Эти слуги делились на категории: во-первых, те, кто жил постоянно в казенных квартирах резиденции, занимая определенные должности непосредственно при хозяевах резиденции, т. е. их личные слуги; во-вторых, так называемая «подвижная прислуга», которая переезжала из резиденции в резиденцию вместе с владельцами этих резиденций; в-третьих, вольнонаемные специалисты, нанимаемые Конторой Собственного дворца.

Если обратиться к первой категории, то численность личной прислуги императоров и императриц, великих князей и княгинь определялась придворным штатом. При этом старые слуги, даже оставив службу, могли посещать своих бывших хозяев. Например, 6 января 1823 г. Николай Павлович записал в дневнике: «моя Англичанка, поднялся, чай». Великий князь имел в виду, что в 1823 г. его посетила Евгения Васильевна Лайон, которая ухаживала за ним с младенческого возраста. По восшествии на престол Николай I предоставил Е.В. Лайон квартиру в Аничковом дворце, в которой она прожила до своей смерти в 1842 г. С учетом прецедента Е.В. Лайон, с 1857 г. на третьем этаже Аничкова дворца проживала в отдельной квартире англичанка Томасина Ишервуд[240]240
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 1. Д. 134. О помещении англичанки Ишервуд в Николаевский Дворец, а равно о квартире и квартирных деньгах. 1857 г.


[Закрыть]
, которая вырастила всех детей Александра II.

Следует иметь в виду, что «англичанки» всегда занимали особое место в ближайшем окружении императорской семьи. Они жили в резиденциях, близ детских комнат, выполняя обязанности нянек, при этом решая задачу передачи языка. То есть дети буквально с первых дней жизни впитывали английский язык, который, наряду с французским и немецким, становился для них родным. Более того, дети сначала начинали говорить по-английски, а уже затем на русском языке. Поэтому у многих из Романовых современники отмечали легкий акцент.

Если на детской половине происходили какие-то радостные, даже, в общем-то, пустяковые события, то родители щедро награждали состоящих при детях слуг. Например, когда в июне 1828 г. у великого князя Константина Николаевича прорезался первый зубок, то генерал-адъютант Мердер немедленно направил ходатайство, в котором писал, что «по принятому обыкновению, получают при сем случае денежное награждение состоящие при Его Высочестве англичанка, камердинеры, камер-юнгферы и прочие служители». А.И. Блок проконсультировался у императрицы Марии Федоровны (матушки Николая I) и запросил список прислуги для представления к наградам «по прежним примерам» министру Императорского двора[241]241
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 1. (40/103). Д. 78. Л. 2. Касательно исходатайствования наград девицам и проч. по случаю прорезавшегося у Великого Князя Константина Николаевича зубка. 1828 г.


[Закрыть]
.

Со временем подрастающие воспитанники становились крестными отцами и матерьми, прежде всего, для детей дворцовой прислуги – это не только престижно, но и имело прямую материальную составляющую. Во-первых, матерям крестников дарились довольно дорогие подарки, стоимость которых определялась местом родителей в дворцовой иерархии. Во-вторых, крестники обучались в учебных заведениях за счет крестного отца или матери. В-третьих, придворная карьера таких «дворцовых мальчиков» была гарантирована с момента их рождения, поскольку их список велся самым тщательным образом.

Список прислуги, близкой к семье Николая I, по понятным причинам, не самый большой. Стоит, например, отметить, что за столом Александры Федоровны периодически сиживала ее бывшая гувернантка Мария Вильдермут[242]242
  Мария Маргарита Вильдермут (?—1839) – с 1805 г. гувернантка принцессы Шарлотты Прусской, в 1817 г. сопровождала принцессу в Россию, состояла в придворном штате, затем вернулась в Берлин. Впоследствии неоднократно приезжала в Аничков дворец в качестве гостьи великой княгини Александры Федоровны, поддерживала с ней переписку.


[Закрыть]
, приезжавшая в гости к своей воспитаннице.

Всю жизнь прослужил Николаю Павловичу его камердинер Иван Федорович Гримм. В своем дневнике великий князь не единожды упоминает о своем камердинере (13 июня 1822 г.): «разные неприятности при одевании, рассержен на Гримма, ударил его кулаком, весьма дурно, раскаиваюсь, помчался крупным галопом на Роланде на Марсово поле».

Спустя много лет, уже после смерти Николая I, о старом слуге отца позаботился Александр II. Когда в ноябре 1857 г. приняли решение о ликвидации «Конторы Собственного Его Величества Николаевского дворца», императрица Александра Федоровна посчитала нужным обратиться к Обер-гофмаршалу императорского двора графу А.П. Шувалову с просьбой позаботиться о тех, кто годами служил усопшему Николаю I. В результате один камердинер императора И.Ф. Гримм занял должность заведующего Аничковым дворцом, а второй, А.Е. Сафонов, наблюдал за служителями и за порядком в помещениях Аничкова дворца[243]243
  Императрица писала: «Ныне Государь Император Августейший Сын Мой, в видах сокращения расходов, желает упразднить с 1 января 1858 г. Контору Собственного Его Величества Николаевского дворца…». См.: РГИА. Ф. 1338. Оп. 1 (62/125). Д. 191. Л. 19. Об упразднении Конторы Собственного Его Величества Николаевского дворца и о сделанных по сему случаю распоряжениях. 1857–1858 гг.


[Закрыть]
. Штат дворца тогда был сокращен до минимума, и на случай «высочайшего присутствия» предполагалось командировать в Николаевский дворец (так тогда называли Аничков дворец. – И. 3.) «служителей из Зимнего Дворца по примеру загородных дворцов».

Упомянутый 74-летний (на 1853 г.) Иван Федорович Гримм[244]244
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 4. Д. 79. Л. 39. Формулярные списки о службе чиновников и канцелярских служителей ведомства Конторы Собственного Его Величества Николаевского дворца.


[Закрыть]
происходил из придворнослужительских детей, начал придворную службу в 1794 г. «по соизволению» императора Павла I скороходом, пройдя практически все ступени придворной службы: кофешенк (1810 г.); камердинер императрицы Марии Федоровны (1813 г.); камер-фурьер при той же должности (1826 г.); камер-фурьер Царскосельских дворцов (1829 г.); камер-фурьер высочайшего двора (1837 г.); именно И.Ф. Гримм «присматривал» за малым кабинетом Николая I в Зимнем дворце (с 1853 г.). Параллельно с развитием карьеры Гримм не раз удостаивался наград[245]245
  Знак за 15 лет безупречной службы (1829 г.); знак за 20 лет службы (1831 г.); знак за 25 лет (1836 г.); знак за 30 лет (1843 г.); знак за 40 лет (1852 г.).


[Закрыть]
и менял свой статус[246]246
  В 1827 г. Гримм получил личное дворянство; в 1847 г. за 35 лет безупречной службы произведен в 5 класс, с назначением на должность чиновника особых поручений.


[Закрыть]
. В 1857 г. престарелого И.Ф. Гримма назначили на должность заведующего Аничковым дворцом «с сохранением всего получаемого им содержания».


Различные варианты формы гоф-фурьера. 1855 г.


Различные варианты формы дворцового истопника


Карьера камер-фурьера Аничкова дворца 6 класса Алексея Егоровича Сафонова (1797–1871) которому в 1857 г. исполнилось 60 лет, схожа с карьерой Гримма. Он также происходил из придворнослужительских детей[247]247
  Старший брат – Сафонов Василий Егорович (1784–1845), камердинер императрицы Марии Федоровны.


[Закрыть]
, начав придворную службу в 1809 г. работником при дворе королевы Вюртембергской Екатерины Павловны. В 1814 г. Сафонов работает в должности истопника. В 1816 г. его переводят к высочайшему двору на должность лакея. Прорыв происходит в 1817 г., когда Сафонова назначают одним из лакеев императора Александра I, в 1822 г. он камер-лакей. Буквально в последние месяцы жизни Александра I, с июня 1825 г., Сафонова назначают на должность камердинера императора. После смерти Александра I Сафонов остается в ближайшем окружении Николая I на должности кофешенка (1826 г.) «с оставлением в прежней должности», т. е. камердинера императора. В 1830 г. Николай I пожаловал Сафонову участок земли в Царском Селе и 30 000 руб. для постройки каменного дома[248]248
  По другим источникам, 29 июня 1826 г. по высочайшему повелению в Царском Селе было назначено 5 мест для постройки домов статскому советнику А.И. Блоку и четырем камердинерам: Китаеву, Агафонову и двум братьям Сафоновым за счет казны. Кроме того, в Петергофе в 1835 г. камергеру императора Николая I А.Е. Сафонову выделили участок для постройки дома. Однако уже в 1836 г. участок Сафонова передали церимонийместеру высочайшего двора Н.В. Всеволожскому по причине не начатого строительства. В 1839 г. А.Е. Сафонов приобрел усадьбу «Кирицкое поле» (530 десятин). Он благоустроил усадьбу, насадил фруктовый сад и небольшой парк. В 1847 г. усадьба с крестьянскими дворами занимала 6 десятин 468 кв. сажень, пруд – 448 сажень, Кирицкое озеро и реку Жерновку – 24 десятины 1460 сажень. После смерти в 1871 г. А.Е. Сафонова имение по завещанию отошло к жене – Анне Астафьевне и шестерым детям. В 1878 г., чтобы не делиться, они продали имение «Кирицкое Поле».


[Закрыть]
. Сафонов не только построил каменный дом[249]249
  Домовладение Церковная ул., 13.


[Закрыть]
, но к 1850-м гг. стал владельцем 44 душ. В 1831 г. Сафонов – мундшенк с чином 9-го класса; в 1832 г. – с чином 8-го класса; в 1850 – камер-фурьер 6-го класса, прикомандированный к Аничкову дворцу. После кадровых и структурных пертурбаций 1857 г. 60-летнего слугу, начинавшего свою карьеру в Аничковом дворце, оставили в том же звании, при том же дворце[250]250
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 4. Д. 79. Л. 148. Формулярные списки о службе чиновников и канцелярских служителей ведомства Конторы Собственного Его Величества Николаевского дворца.


[Закрыть]
.

В Аничковом дворце начинал свою причудливую карьеру художник Петр Васильевич Тутукин (1819–1900), который к 1850 г. дослужился до вполне ответственной должности кофишенского помощника Собственного дворца. Он, как и многие слуги резиденции, «дворцовый мальчик», происходил из семьи потомственных дворцовых служащих. При этом, с 1844 г. он находил время и возможность посещать Академию художеств в качестве вольноприходящего ученика. Примечательно, что в начале карьеры Тутукин писал то, что видел, т. е. залы Аничкова дворца: в 1847 г. он получил вторую серебряную медаль за «написание с натуры» перспективного вида «Танцевального зала в Аничковом дворце». В марте 1848 г. за поднесение этой картины императрице Александре Федоровне его пожаловали бриллиантовым перстнем. В 1850 г. П.В. Тутукин удостоился денежной награды за картину, изображающую «внутренность Церкви в сем дворце»[251]251
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 3 (60/123). Д. 169/16/. О картине работы кофишенского помощника Собственного Дворца Петра Тутукина, изображающей внутренность Церкви в сем дворце, и выданных ему за оную из Кабинета Его Величества деньгах. 1850 г.


[Закрыть]
. Поскольку было совершенно очевидно, что 30-летний кофишенский помощник талантлив, руководство Аничкова дворца, с ведома императора, позволило ему в 1850 г. начать карьеру живописца[252]252
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 3 (60/123). Д. 229/76. Об увольнении Кофишенкского помощника Петра Тутукина из Придворного ведомства по случаю удостояния его в звание неклассного художника. 1850.


[Закрыть]
. В результате в 1857 г. П.В. Туткин получил звание академика живописи за великолепную интерьерную работу «Вид залы Большого павильона в Императорском Эрмитаже». Свою карьеру закончил хранителем галереи Императорского Эрмитажа. Художник В.М. Нестеров упоминает в воспоминаниях: «Петр Васильевич Тутукин был как бы необходимая часть Эрмитажа. Он был один из старейших служащих его, остаток былых времен, времен Николаевских. В те времена ему, наверное, было лет семьдесят. Элегантный, как маркиз, совершенно белый, шаркающий маленькими ножками, маленький старичок в вицмундире, со всеми отменно любезен, добр, благожелателен»[253]253
  Нестеров В.М. О пережитом. 1862–1917 гг. Воспоминания. Электронная версия.


[Закрыть]
.

Многие из слуг работали при резиденциях буквально на протяжении всей жизни. Например, в марте 1830 г. в качестве камер-медхен к императрице Александре Федоровне определили девицу Авдотью Макушину[254]254
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 2. Д. 42. Об определении в камер-медхен к Ея Величеству девицы Авдотьи Макушиной. Март 1830 г.


[Закрыть]
. Спустя 23 года, в 1853 г., она заняла должность камер-юнгферы[255]255
  РГИА. Ф. 1338. Оп. 3. Д. 57. О помещении камер-медхен Макушиной на вакансию камер-юнгферы при Высочайшем дворе. 1853 г.


[Закрыть]
. Потом долгие годы она работала в этой должности при императрице Марии Александровне, буквально до ее смерти в 1880 г., т. е. Макушина проработала рядом с императрицами с 1830 по 1880 г. – 50 лет.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14