Игорь Перетрухин.

О чем не заявил ТАСС. Подлинная история «Трианона»



скачать книгу бесплатно

Продолжая встречаться с Огородником, он по прошествии определенного времени, к немалому своему огорчению, пришел к выводу, что дальнейшее продолжение оперативного контакта с ним перспектив не имеет. Вероятно, как он полагал, Огороднику просто было не по душе рассказывать о своих товарищах людям из безопасности, что в принципе было явлением нередким. Говорухин, после довольно продолжительных размышлений, решил посоветоваться по этому поводу с резидентом, которому он и раньше докладывал о своих проблемах с Огородником. После тщательного анализа и обсуждения сложившейся ситуации и с учетом наблюдений самого резидента было решено от услуг Огородника, по крайней мере на время, отказаться, каких-либо новых поручений не давать, но ему об этом официально не объявлять, а продолжать общение, сохраняя видимость контакта в надежде на то, что со временем тот сам проявит инициативу. Но этого, как оказалось впоследствии, не случилось, и сам Огородник к продолжению контакта интереса не проявил.

В их личных взаимоотношениях внешне ничего не изменилось. Говорухин не счел необходимым каким-либо образом влиять на отношения своей супруги с Александрой Арутинян, женой Огородника. И все-таки был один человек, от внимания которого не укрылось, что в отношениях между сотрудниками резидентуры и Огородником пробежал холодок. Это была Ольга Серова, жена одного из сотрудников советского торгового представительства, о которой речь пойдет несколько позже.

Богота. Недалеко от советского посольства расположен отель «Хилтон» – сорокапятиэтажный гостиничный комплекс темно-красного цвета всемирно известной американской фирмы с парком, бассейнами, саунами и массажными кабинетами, боулингом, рестораном и барами, бесконечными холлами и игральными автоматами, гаражами, прокатом автомашин и безупречным сервисом. Словом, со всем тем, что может оказаться необходимым и интересным многочисленным состоятельным туристам, бизнесменам и другой публике, не привыкшей считать каждый доллар, тем более цент. Номера в гостинице, оборудованные кондиционерами, отличаются изысканностью обстановки и комфортом. В «Хилтоне» всегда имеются свободные места на любой вкус. Надо только иметь при себе деньги, платить за все, и немало!

После партии в боулинг за столиком в креслах отдыхают два сотрудника американского посольства: Рональд и Джон.

Рональд – высокий и стройный блондин сорока пяти лет, с правильными чертами лица. Своей внешностью напоминает всегда уверенного в себе американского ковбоя. Он уже не в первый раз в этой стране: еще в студенческие годы некоторое время учился, а затем стажировался в Национальном университете Колумбии. Вместе с женой, сыном и дочерью проживает в просторном особняке в пригороде Боготы.

Джон – шатен среднего роста, около сорока лет, с небольшими усиками, более похожий на коренного жителя Колумбии, чем на американца. Он тоже женат, и у него двое детей. Сегодня ему просто не везло: то шары были слишком тяжелы, то они после броска на полпути скатывались с дорожки в желоб, даже не задевая кегли.

Общий счет, светившийся на экране дисплея, был не в его пользу. Это огорчало его, ранило самолюбие, но он старался не придавать этому серьезного значения и отвлекался разговорами на другую тему.

– Послушай, Рон, а тебе не кажется странным, что всякий раз, когда в правительственных кругах Колумбии решается вопрос о направлении нашего друга Дангонда Урибе в качестве посла в Москву, в местных газетенках появляются статьи с намеками на его связи с ЦРУ?

– Я уверен, Джон, что это происки советского посольства, которое распространяет соответствующие слухи через местных коммунистов. Тут, вне сомнения, не обошлось без русских. Достаточно сказать, что подобное случалось уже неоднократно. Впрочем, надо отдать должное их информированности. Вчера я виделся с Пилар, и она сообщила мне весьма интересные сведения о связях прибывшего из Каракаса Карлоса в Колумбии, в частности с коммунистами. У этой чертовки удивительный нюх и проницательность. Недаром в ее жилах течет кровь испанских грандов!

– Ты не находишь, что у него странное имя – Ильич Рамирес Санчес?

– Это объясняется довольно просто. Его отец, известный венесуэльский адвокат из Каракаса, еще в молодости был фанатично увлечен идеями и личностью вождя российских коммунистов Владимира Ильича Ленина. В честь его он и назвал троих своих сыновей соответственно Владимир, Ильич, Ленин. Наиболее активным и известным из них является Ильич Рамирес Санчес – террорист международного масштаба по кличке Карлос. Говорят, что он не раз появлялся во Франции и на Ближнем Востоке, долгое время скрывался в ГДР. Там женился на немке, но свое ремесло не оставил[1]1
  Террорист-профессионал Ильич Рамирес Санчес, имевший клички Карлос и Шакал, только за организацию убийства двух выслеживавших его французских полицейских и их агента был приговорен Парижским судом в конце декабря 1997 года к пожизненному тюремному заключению. (Здесь и далее примеч. авт.)


[Закрыть]
. Пилар, между прочим, рассказала также, что в советском посольстве появился новый, довольно симпатичный второй секретарь по имени Саша. С одним из своих коллег он уже посетил Колумбийский институт культуры. Неплохо владеет испанским и производит впечатление общительного, охотно идущего на контакты человека. Интересуется историей и культурой. Я советую присмотреться к нему. Свяжись по этому поводу с нашими друзьями в полиции. Узнай, где его поселили. Они помогут собрать интересующие нас данные.

– О’кей, Рон, я займусь этим завтра с утра.

– А теперь еще виски с тоником, и по домам!

Прошел месяц. Рональд и Джон прогуливаются по тенистым аллеям парка американского посольства.

– Ну, что нового, Джон? Как там наши хомо советикус?

– Посол вновь встречался с местными коммунистами, а военный атташе с женой выезжал в порт Буэнавентура, где посетил находившийся там советский сухогруз с замысловатым и длинным названием. По сведениям, полученным от друзей, ничего подозрительного не наблюдалось. А в остальном – ничего особенного. Обычные кухонные разговоры. Фред пьет, жалуется на судьбу, ругает вышестоящих, чувствует себя обделенным у общего пирога жизни, как он говорит. Браун тоже попивает и скандалит с женой. Между прочим, как стало известно из их разговоров, его отец – известный хоккеист, покончивший жизнь самоубийством.

– Ты все-таки присматривайся к Фреду. Люди, которые считают себя недооцененными, чья карьера находится под угрозой, не могут сработаться с начальством и при определенных обстоятельствах ищут необычных путей. Мы не должны проходить мимо эгоистичных, тщеславных и самонадеянных людей, считающих себя предназначенными для чего-то значительного, мнящих себя исключительными личностями, нетерпимо относящихся к жизненным трудностям, людей, которые чувствуют себя вправе получить как можно больше от жизни!

– Ты прав, Рон, я еще раз проинструктирую наших друзей и буду приглядываться к нему попристальнее.

– Ну а как там наш новичок?

– В общем, ничего особенного. Охотно вступает в контакты с местными. Несмотря на то что у него молодая и довольно миловидная жена, активно и не без успеха флиртует с женами сотрудников посольства и торгпредства. Появляясь в городе, явных попыток избавиться от наружного наблюдения не проявляет. Похоже, что он активно изучает страну пребывания. Недавно с женой выезжал в Медельин и Кали. Знакомился там с местными достопримечательностями.

– Надо обратить внимание на наличие более или менее устойчивых связей между ним и местными жителями, которые мы при случае могли бы использовать для его более глубокого изучения. Нельзя забывать, что хомо советикус, все без исключения, ведут себя в странах третьего мира более беспечно, чем, скажем, в Штатах или Великобритании. Таково уж свойство их натуры. Да и пасущая их контрразведка не может вечно находиться в напряжении: порой наступает и дремотное состояние, которое идет нам на пользу. Все это также надо учитывать. Основное для нас – не обнаружить нашей активности в работе с этим контингентом. В противном же случае их контрразведка насторожится, а это не в наших интересах.

Советское посольство в Боготе, резидентура КГБ. В защищенном от подслушивания помещении резидент беседует со своим заместителем Говорухиным.

– Юрий Иванович! Ничего особо интересного мне сегодня вам сообщить не придется. Разве только то, что известный вам Карлос, он же Ильич Рамирес Санчес, о котором я уже докладывал раньше, вчера вылетел самолетом обратно в Каракас. Что касается нашего друга Умберто, то он все еще болен и на этой неделе встретиться с ним вряд ли удастся.

– А Карлос был один?

– Нет, его сопровождали два телохранителя, один из которых был как бы случайным попутчиком. Ну и, конечно, местная служба наружного наблюдения была там до самого отлета.

– Знаете, Владимир Васильевич, если откровенно, то все эти маститые, как, впрочем, и рядовые, террористы не вызывают у меня положительных эмоций, хотя я точно знаю, что у нас в верхах к нему относятся достаточно снисходительно, если не сказать большего. Я уже не говорю о ГДР, которая для него что дом родной, тем более что жена его – немка. На всякий случай надо все-таки проинформировать о нем Москву.

– Да, кстати, Центр одобрил наше решение по Огороднику, хотя их мнение о нем в целом, после дополнительной тщательной проверки, остается положительным.

– А как складываются ваши взаимоотношения в «семейном плане»?

– Внешне мы сохраняем дружеские отношения. На прошлой неделе по инициативе жен ездили в Музей золота. Хотя я уже дважды посещал его, тем не менее вынужден был составить компанию. Пребывание в музее, и особенно в салоне «Эльдорадо», оставляет неизгладимое впечатление. Когда за тобой закрывается многотонная бронированная дверь, то становится немного жутковато! Случись землетрясение, и оттуда не выбраться уже никогда! Впрочем, пока все обходилось благополучно.

Рабочий день давно закончился. Они вместе покинули свое рабочее помещение, а затем и опустевшее посольство, продолжая на ходу обсуждать какие-то малозначительные проблемы, не относящиеся к их служебной деятельности. Домой шли пешком. Улицы пестрели светящимися рекламами. Из ресторанов и кафе доносилась музыка. За столиками на многочисленных площадках у входа в них почти не было свободных мест. Вечерняя жизнь города только начиналась. Уже совсем недалеко от дома, проходя мимо кафе, они заметили торгпредских Ольгу и Николая Серовых и подсаживающихся к ним за столик Огородника с женой. Возможно, это была их случайная встреча. На вопрос своего начальника о взаимоотношениях между Огородником и Серовыми Говорухин ответил неопределенно, но при этом по его лицу пробежала лукавая усмешка: он догадывался, что чужие жены были слабостью Александра Дмитриевича.

Глава 2

Огородник был принят в коллективе в основном доброжелательно. Этому не могли не способствовать его эрудиция, компетентность в вопросах экономики стран Латинской Америки, аналитический ум, хорошее знание истории и культуры этих стран. К тому же он вел трезвый образ жизни, не курил и был единственным в посольстве кандидатом наук. А его внешние данные и хорошие манеры обеспечивали ему симпатии женской половины советской колонии.

На отчетно-выборном собрании он был избран в состав профсоюзного бюро (за границей официальных партийных организаций не существовало).

Вскоре он, как обещал посол, получил деньги на покупку автомашины с дипломатической скидкой. Больших хлопот с приобретением машины не было. Первое время он пользовался ею вместе с другим сотрудником посольства, но затем, хотя это было и не совсем этично, устроил так, что практически стал использовать ее один.

А жизнь советского посольства в Боготе шла своим чередом. Несмотря на непривычный климат, люди работали и, как могли, отдыхали и развлекались. В просторном вестибюле, где всегда было прохладно, висели объявления:

«18 августа с. г. в 16:00 на спортивной площадке состоится товарищеская встреча по волейболу между командами посольства и торгпредства. Приглашаются желающие!

Отв. тов. Говорухин В. В.».

«Вниманию сотрудников посольства, торгпредства и членов их семей! 26 августа с. г. в 18:00 состоится экскурсия по ознакомлению с историческими достопримечательностями города Боготы. По окончании экскурсии ужин в ресторане „Монтсеррат“. Деньги сдавать культоргам до 24 августа.

Отв. тов. Огородник А. Д.».

Общественность, как говорится, не дремала и не давала сотрудникам и членам их семей расслабиться.

18 августа на спортивной площадке собралась почти вся советская колония. Команду дипломатов возглавлял сам посол, заядлый волейболист.

Игра протекала живо. Болельщики шумно поддерживали свои команды. Неплохо играл и недавно зачисленный в команду Огородник. Часто раздавались возгласы одобрения в его адрес, особенно со стороны женской половины и даже «высшего общества» во главе с женой посла Зинаидой Марковной. Огородник был отлично сложен и имел спортивный вид, хотя ему уже и начинала угрожать некоторая полнота.

Ожесточенное сопротивление не спасло команду торгпредства от проигрыша. Но все были довольны, как игравшие, так и болельщики. Все-таки какое-то разнообразие на фоне будничных дел. Особенно в этом нуждались не обремененные детьми женщины, которые давно уже пресытились беготней по магазинам, доставлявшей им несказанное удовольствие первое время после приезда в эту страну, и прочитали почти все книги в не очень богатой посольской библиотеке.

Последующая экскурсия по городу прошла вполне успешно. После осмотра целого ряда архитектурных и исторических памятников и старинной капеллы на склоне горы Монтсеррат, как и планировалось, ужинали в ресторане с одноименным названием и, пока не стемнело, любовались панорамой столицы и отрогами Центральных Кордильер с их заснеженными пятитысячниками, освещавшимися лучами заходящего солнца. Несмотря на то что экскурсанты поднялись на высоту 3165 метров над уровнем моря и, таким образом, находились на 525 метров выше Боготы, настроение у всех было чудесное.

На всех произвело большое впечатление знание Огородником, исполнявшим роль гида, истории города и его достопримечательностей. Многие не скрывали своего удивления по поводу того, что он, сравнительно недавно приехав в Боготу, уже так много знает о стране и ее столице. Все это ему импонировало и еще больше укрепляло уверенность в своей исключительности и превосходстве над окружающими.

В ресторане Огородники и Серовы из торгпредства сидели за одним столиком. После ужина, когда было подано вино и фрукты, Александр танцевал с Ольгой, а Николай – с Александрой. Во время танцев Александр что-то говорил с серьезным видом, а Ольга смущенно улыбалась. Она была из тех романтичных женщин с пылкой натурой, которые пишут дневники и то и дело тайно влюбляются. С замужеством ей не повезло. Николай оказался довольно заурядным, грубоватым человеком и со временем не изменился в лучшую сторону. Александр же сразу по прибытии привлек ее внимание своим внешним видом, обходительностью и образованностью. Постепенно получилось так, что она стала испытывать потребность видеть его каждый день, что, однако, не всегда ей удавалось.

Уже поздно вечером всех доставили на автобусе домой.

Никто, конечно, не заметил, сколь внимательно наблюдали за Огородником и Ольгой Серовой весь вечер двое неизвестных, сидевших невдалеке в обществе дам. От местных жителей их отличал, пожалуй, только более светлый цвет кожи.

Успехи у женщин укрепляли в Огороднике чувство уверенности в себе. В один из вечеров в своем дневнике он записал: «Важно подчиняться своим желаниям. Желание требует удовлетворения. Именно удовлетворение желаний дает нам ощущение счастья. При оценке любого предполагаемого действия человек должен выяснить, что это ему дает, а не что скажут об этом люди. Умей жить счастливо, даже если это не нравится другим».

Через несколько месяцев в посольство прибыли новые автомашины, и одна из них была закреплена за Огородником. А ему было предложено продать старую и деньги сдать в кассу бухгалтерии.

Огородник продал автомашину и сдал основную часть вырученных денег в кассу, а разницу, составлявшую размер дипломатической скидки, с которой он ее приобрел, то есть двадцать – двадцать одну тысячу песо (восемьсот американских долларов), решил присвоить, полагая, что это останется незамеченным.

Полученные им таким образом деньги очень скоро были истрачены на посещение бассейна, сауны, массажных кабинетов (а он очень любил свое тело и любовался им) и другие развлечения. Он отмечал в дневнике: «Я постепенно превращался в блудливую собачонку, которая, потеряв голову, носится за сучкой. Слова „верность“, „дружба“, „честность“, „доброта“ и „благородство“ постепенно теряли смысл для меня. Я превращался в беспринципного тунеядца и подлеца, становясь тем самым одним из тех, кого я всю жизнь презирал».

Каким-то образом о присвоенной Огородником разнице узнали в посольстве. Разразился скандал. Посол потребовал немедленно сдать деньги в кассу.

Но как выйти из положения? Где найти деньги?

После долгих размышлений выход был найден!

Резидентура ЦРУ в огромном многоэтажном здании посольства США в Боготе. Рональд просматривает местные газеты. Входит Джон.

– Рон, у меня хорошие новости! Только что Рохес Урибе сообщил мне, что от одного из сотрудников советского посольства, который постоянно заправляет свою автомашину на его бензоколонке, получил намек на возможность перепродажи ему сигарет американского производства и виски из магазина посольства, торгующего с дипломатической скидкой. Судя по номеру машины и описанию внешности, речь идет о нашем «новичке».

– Джон, это очень интересно. Немедленно скажи нашему другу, чтобы он соглашался на любые условия! В крайнем случае мы ему доплатим!

– Да он уже это сделал, и они, в принципе, договорились!

– Эту сделку следует обязательно задокументировать с помощью видеокамеры. Любопытно, что его толкнуло на такой поступок? Полагаю, данное обстоятельство предоставляет нам определенные возможности. Надо только хорошенько разобраться в причинах, побудивших его сделать такой шаг.

– Мы еще очень мало знаем о его личных качествах, особенностях характера. Может быть, женщины? Если это так, то он очень многим рискует, включая и карьеру на дипломатическом поприще. У хомо советикус подобные вещи – большой криминал. А что скажешь насчет Пилар?

– Думаю, надо будет подготовить какое-то мероприятие по линии Колумбийского института культуры с ленчем и разослать приглашения в посольства. Молодые дипломаты, а тем более советские, обязательно на это клюнут. А потом уж Пилар использует все свои чары.

– Если я тебя правильно понял, мы не обнаружили у него устойчивых связей с местным населением. Однако женщины – его слабость. Это мы знаем достоверно. А Пилар в костюме амазонки просто неотразима. Кто-кто, а она умеет себя подать! Важно не упустить этот шанс, а потом мы найдем другие подходы, чтобы прикормить его на каком-нибудь анонимном интервью или выступлении с докладом в Колумбийском институте культуры. В жизни за все надо платить. Бесплатный сыр, как говорят в нашем штате, бывает только в мышеловке!

– Центр уже выражал свое удовлетворение некоторыми успехами в нашей работе. Так что мы непременно должны подробно проинформировать его и по этому вопросу.

– Я не сомневаюсь, Рон, что ты сделаешь это в лучшем виде: ты ведь у нас мастер на такие дела!

– Кстати, Джон, имей в виду, что успехи в работе есть не только у нас. По имеющимся у меня данным, наши коллеги в Ла-Пасе установили весьма перспективный контакт с одним из советских дипломатов, хотя он и невысокого ранга. Все говорит о том, что его удастся склонить к сотрудничеству[2]2
  Имеется в виду сотрудник советского посольства в Боливии, советник МИД СССР Владимир Макаров, завербованный Центральным разведывательным управлением США в 1976 году. В 1996 году, по возвращении его из очередной командировки за границу, он был разоблачен нашей Федеральной службой безопасности и в июне следующего года приговорен к семи годам лишения свободы за государственную измену в форме шпионажа. Однако спустя несколько месяцев, в октябре того же года, Президентом Российской Федерации было принято решение о его помиловании. Основанием для принятия такого решения послужило то, что Макаров уже в ходе первого допроса чистосердечно признался в сотрудничестве с американской разведкой, полностью раскрыл известные ему формы и методы подрывной деятельности ЦРУ США, добровольно передал следственным органам предметы шпионской экипировки и сообщил сведения о работавших с ним американских разведчиках. В обращении к президенту с ходатайством о помиловании он полностью признал свою вину и в выступлении по телевидению публично сознался в содеянном. Это ходатайство было поддержано руководством ФСБ РФ.


[Закрыть]
. А чем мы хуже их?

В посольстве тем временем, отчасти из-за Огородника, складывалась довольно сложная обстановка. Образовались, а может быть, просто выкристаллизовались конфликтующие между собой группировки. На очередных выборах его не избрали в профсоюзное бюро.

Довольно резко изменилось к нему и отношение со стороны посла и резидентуры КГБ, которая вначале рассчитывала на его помощь.

Получили также широкую огласку слухи о похождениях Огородника с «посольскими» женщинами, и особенно его роман с женой сотрудника советского торгпредства Ольгой Серовой, который разрушал сразу две семьи, пусть ни в той, ни в другой детей не было.

Ко всему этому примешивалась и человеческая зависть, так как Огородник и его жена, будучи в ту пору бездетной супружеской парой, могли себе позволить в расходах несколько больше, чем другие.

У Александры было тяжело на душе. Возвращаясь домой поздно вечером, Огородник часто видел ее с заплаканными глазами. Однако она делала вид, будто ничего особо серьезного не происходит.

Неблагоприятно сложившуюся обстановку в семье несколько сглаживал предстоявший в скором времени отпуск, который, как правило, сотрудники посольства проводили на родине. Наконец, подошла и очередь Огородника отдыхать. Сборы были недолгими. Уложены в чемодане заранее приготовленные подарки и сувениры для родных и близких знакомых. А потом – длительные полеты на самолетах, посадки для дозаправки топливом и в заключение приземление в «Шереметьеве-2». Потом в своей двухкомнатной квартире на Перекопской улице в кругу родных и друзей они отмечали свое возвращение, жарили шашлыки и гуляли в Битцевском лесопарке, благо он был совсем рядом с их домом. Побывали в Большом театре и Театре оперетты (надо отметить, что Огородник был заядлым театралом), пообщались с некоторыми знакомыми по институту, министерству и товарищами по парусному спорту. Удалось даже пару раз пройти под парусом и поработать на шкотах на одном из московских водохранилищ. Все огорчения отошли на второй план.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7