Игорь Ассман.

Восставший из прошлого. Приключенческий роман



скачать книгу бесплатно

Видимо на этой опушке и жило все племя, но то, что я увидел, заставило меня вспомнить пещерный век, только без пещер. Я насчитал взрослых человек двадцать, и, наверное, столько же и детей всех возрастов. Все были абсолютно голые, и сидели большим кругом прямо в центре поляны на мягкой траве. Высокие кусты, некоторые величиной с небольшие деревца откидывали прохладную тень, возле многих стояли разбитые кокосовые орехи, их молоко было или давно выпито, или вылито, сейчас, расколотые, а не разрезанные, они служили посудой для воды, другой посуды я просто не увидел. По окраине поляны стояли самые примитивные шалаши, не знаю, на чем они только держались. Стены были покрыты упавшими с пальм еще зелеными или уже высохшими листьями, которые кое как крепились к верху. В таком шалаше могли уместиться два взрослых человека, или один взрослый с двумя детьми. В принципе, так оно и было. Но меня поразил один домик, если его можно было так назвать. Каким-то образом в землю были вбиты или вкопаны четыре средних ствола небольших деревьев, поверху по периметру их соединяли длинные палки, привязанные какими-то нитями, типа тонких лиан, а может, даже корнями деревьев. Все остальное было тоже закреплено глинными палками, привязанными таким же способом, а лишь потом все застилал ковер из широких пальмовых листьев. В такой дом или будку даже был вход, а вместо двери висела штора из разных листьев. Строение резко отличалось по совершенству от примитивных шалашей, и явно принадлежало какому-нибудь вождю или старейшине.

Я стоял возле круга сидящих людей, и на меня пялились около сорока пар глаз, как взрослых, так и детских. В их взглядах я заметил только интерес, никакой враждебности или гостеприимства. Неожиданно один пацан подошел ко мне и стукнул меня сухой палкой по ноге, я не знал, что делать. Да, наверное, я мог убежать отсюда, ведь я был в обуви, а все – босыми, и никто бы меня не догнал. Но в этом доисторическом племени была вода, и наверное, конечно же, и еда, и я задумался. Тем временем, ко мне потянулась вся детвора, и каждому было интересно стукнуть меня палкой. Насколько я понял еще там, единственным оружием этого племени была простая палка и такой же простой камень, булыжник, ничего другого не было. Но тот единственный дом не мог быть построен только этими орудиями, и я ждал, что из него кто-то выйдет и покажется. Но время шло, а сидевшие кругом люди начали переговариваться, насколько я понимал. Обо мне. Их язык состоял из одиночных слов, даже просто каких-то звуков, набор которых не выделялся изощренностью. Вскоре разгорелся даже какой-то спор, причем все женщины молчали, говорили только мужчины и парни. Но когда звуки стали громче, неожиданно, из единственного строения, похожего на дом, появилась молодая женщина, и все сразу же стихли. Я обернулся к ней и мы долго стояли, глядя друг на друга. Она тоже была видимо африканкой, но резко отличалась от остальных. Губы у нее были тоньше, нос длиннее, и цвет кожи был светлее. Ее можно было даже назвать по сравнению с остальными симпатичной, и на вид она была где-то моего возраста.

У нее единственной был пояс с листьями, то есть, хоть самодельная, но юбка, хотя груди были открыты как у всех, и стояли торчком.

– Флоу, – вдруг сказала она, не отводя глаза. Я стоял, как вкопанный, не зная, что это значит. – Флоу, – повторила она, и ткнула в себя пальцем.

– Джон, – наконец я понял и улыбнулся. Но дальше разговора не было.

– Тибе нуку запо, – произнесла она что-то, типа этого, обращаясь к сидевшим. – Суму тубу лапи.

– Лапи гуту, – встал пожилой мужчина. – Коре тине пета?

– Коре Шон сита мета, запо куру. – Спокойно сказал Флоу и повернулась ко мне.

Я наблюдал за ними и, естественно, не понимал ни слова. Сейчас я опять смотрел на девушку.

– Шон гуту пета лика, коре муну лото. – Она показала мне в сторону своего дома, однако, я опять ничего не понял. Она заметила это, и подойдя ближе, и взяв меня за руку, легонько потянула к своему дому. У входа она слегка меня подпихнула, и я вошел вовнутрь. Весь пол был застлан шкурами диких животных, а в углу, видимо была устроена кровать из сена, высохшей травы, покрытая тоже большой шкурой зебры. Сомнений, что это была Африка, у меня не осталось. В доме валялась еще куча всякого хлама, куски деревьев, коры, какие-то палки разных размеров, и тому подобное. Флоу показала мне на свою кровать и закрыла глаза, насколько я понял, она отвела мне место для ночевки, и мне захотелось ее отблагодарить. Я показал ей просто на пол и закрыл глаза, а потом дотронулся рукой до ее кровати, и закрыв глаза, прикоснулся к ней. Но та, видимо ничего не поняла.

– Току, – показала она на кровать, – меда – она взяла в руку палку, – тара – Флоу дотронулась до шкуры. Я понял, что она меня учит, и повторил эти три слова. – Шон гуту маку, – она раскрыла рот, и жестом показала, что ест. Только я уже три раза слышал слово Шон, и только теперь до меня дошло, что это мое новое имя, сочетание букв Д и Ж они произнести не могли. Потом она взяла меня за руку и вывела из дома. Сидящие кругом одновременно замолкли, видимо они продолжали обсуждать мой приход. Неожиданно сидевший в кругу парень встал, сделал шаг в сторону и помочился, а затем вернулся на место.

– Да, уж, – подумал я, – спасибо тебе мой дорогой друг Майк, похоже ты переместил меня в первобытно общинный строй, эту сборку нельзя было назвать даже племенем, это была община, да и то низкого пошиба.

Солнце клонилось к закату, и все стали смотреть в одну сторону. Мы с Флоу опустились неподалеку, и та продолжала меня учить местному языку. В конце концов я уловил, что он очень беден, и за неделю я его выучу. Например, слово дерево обозначало все деревянное, то есть само дерево, пальму, куст, палку, ветку и все остальное. Еда – то же самое, и остальные вещи тоже. Глаголы были, но только в одном времени и падеже, а вот прилагательных было совсем мало, их больше показывали жестами, как и часть глаголов.

Наконец, кусты расступились, и на поляну вышло шесть негров, с палками или камнями в руках, волоча тушу скорее всего дикого кабана, или похожего животного, на него было страшно смотреть. Видимо, они каким-то образом заставали его врасплох, а потом просто забивали обычными палками и камнями, голова животного была раздроблена, а на теле виднелись множественные следы от удара палками. Животное поволокли в центр круга, где и бросили.

– Флоу, Флоу, Флоу! – все начали хлопать в ладоши, повернувшись к девушке, но та не двигалась с места.

– Шон тубу ку? – вдруг спросила она.

– За! – закричали вдруг все. – Флоу куку!

Флоу пошла к себе в дом и вышла со сделанным из камня заточенным ножом. Видимо он был очень острым, за десять минут она сняла с животного шкуру, и расчленила его на множество частей, отложив большой кусок мяса в сторону. Все бросились к туше, и выхватывая куски, прямо вгрызались зубами в сырое мясо.

У меня волосы встали на голове от вида окровавленных черных лиц. Тем временем, прихватив кусок, Флоу махнула мне рукой, и я пошел за ней. Возле дома мы уселись. Она взяла какую-то палочку, и на одном из лежащих здесь же камней, на котором была ямка, положив какую-то вату или мелкий сухой мох, взяла заточенную палочку, и как в научно-популярных фильмах, зажала ее между ладонями и начала ее крутить, быстро и в разных направлениях. Я сразу же понял, что она пытается добыть огонь, и мягко остановил ее руки. Потом просто на земле я подстелил этот же мох, поджег его зажигалкой, и стал подкидывать сухие тонкие палочки, а она завороженно следила за мной.

– Нубу, – протянула она мне руку. Я понял, что она просит зажигалку, и протянул ее. Но как та ни крутила и не вертела ею, огонь не показывался.

– Шон куку, – вернула она мне зажигалку, и занялась костром, который скоро уже пылал. Потом она разрезала мясо на мелкие кусочки, насадила их на заостренную палку, и так держала над костром, поворачивая. На мой взгляд, она делала самый настоящий шашлык. Значит, в отличие от всего племени, Флоу не ела сырое мясо, но только она могла разжечь костер или освежевать тушу, даже снять с нее шкуру. Нет, Флоу никак не вписывалась в племя, она была из другого, более развитого мира, и ее называли КУКУ, а потом, когда у нее не получилось с зажигалкой, она обозвала КУКУ и меня, видимо это значило волшебство, или шаман, короче недоступное или необъяснимое для всех остальных.

Потом мы ели жареное мясо, а я иногда посыпал его золой от костра, тогда оно становилось чуть селеным, что сразу же подметила Флоу.

Одним глазом я посматривал на кольцо вокруг туши. Некоторые вставали, и мочились почти тут же, другие отходили подальше, и садились на виду по большому, запахи свежих экскрементов накрывали поляну порывами ветра. Зато другие, наевшись, занимались сексом прямо здесь на земле, причем мужчина брал любую женщину, и та покорно ложилась и раздвигала ноги. Все было на этой поляне, и дети, и секс, и сырое мясо, и общественный туалет. Как я понял, никто не жил парами, да и дети воспитывались сами по себе, глядя на взрослых.

Только Флоу была не такой. Или я к ней уже стал привыкать, или отблески затухающего костра бросали на нее красивую тень, а может и то, что творилось на поляне было без нее, все это меня все больше притягивало к ней. Флоу была особенной, и кто знает, может одним своим словом она оставила меня в племени.

Потом она принесла из дома кокосовый орех, сделала в нем каменным ножом два отверстия, и мы напились. Потом она срезала аккуратно верхушку, и оставила кокос как посуду.

Когда, наконец, костер затух, а племя еще не улеглось, она потащила меня в дом за руку, и не отпуская ее легла на свою кровать.

– Шон туку Флоу. Флоу кото Шон. – Сказала тихо она, и потянула меня прямо на себя.

Было темно и мягко, ее тело дрожало, и я понял, что она хотела. Наша интимная встреча длилась долго, Флоу была ненасытна, но все было цивильно, не так как на поляне. Наконец, я просто соскользнул и лег рядом, и мы быстро уснули в обнимку.

Глава 3. Привыкание

Неделя прошла быстро и спокойно, только мужчины племени никак не хотели разговаривать со мной. Благодаря Флоу, я действительно осилил их бедный язык, и к концу недели даже разговаривал с детьми и некоторыми женщинами, а вот мужчины, словно по сговору, не отвечали мне, отворачиваясь.

– Мужчины не любят Шон, он не приносит еда, – объясняла мне Флоу.

– Почему Флоу не дать мужчинам острый камень? Им легко будет охота. – Спросил я.

– Тогда Флоу не есть куку. Флоу много знать и уметь, только она.

– Шон знать и уметь больше Флоу, – улыбался я. – Шон куку как Флоу.

Но она не соглашалась и показала мне самодельный каменный топор. Толстая ручка была расщеплена, и туда был вставлен плоский острый камень. А потом место расщепа было замотано какой-то очень крепкой тонкой лианой. Но на этом она не остановилась. Откуда-то она достала и показала мне небольшую лопату, она была сделана таким же образом, и видимо именно этими инструментами Флоу и построила свой дом. Племя же даже не могло отломать хорошую толстую ветку от дерева, на охоту ходили с обычными камнями и сухими палками, которые легко отламывались.

Женщины тем временем ходили за водой и собирали фрукты. Из того, что дошло до нас, был только кокос и баобаб, все остальные деревья и их плоды были мне незнакомы, как и корни, и большинство из животных. Ели все, даже кузнечиков, но это так, по ходу дела. Смертность в племени была очень высокая, правда и рождаемость тоже. Умирали и от укусов змей и других ядовитых тварей, и на охоте, и просто от ран, получая заражение крови. Флоу помогала многим, она откуда-то знала многие целебные растения, но всех не вылечишь. Покойников просто выносили за пределы зеленого кустарника, и бросали просто в чистом поле, где его съедали хищные птицы и животные. После таких похорон племя веселилось. В то же время женщины рожали не переставая, они были почти вечно беременны, но дети были общими, их могли кормить грудью несколько матерей, и вообще, племя старалось, чтобы они были просто сыты, а все остальное было безразлично.

Флоу показала мне ручей, откуда текла вода по всей длине зеленой зоны. Не знаю откуда, но в начале ручья были какие-то остатки кремниевого хребта, откуда и брали камни. Сам камень был мягким, он прекрасно затачивался, и разбивался плоскими кусками, вокруг валялись и другие, более круглые камни серого цвета и совсем другой, более крепкой породы. Само племя занимало примерно половину этого зеленого оазиса, остальная часть оставалась зверям, они ходили туда на водопой, и никто из племени к тем местам не приближался, чтобы не стать самому добычей хищников.

Интересно было само положение Флоу в племени. Нет, она не была старейшиной, ни вождем, скорее больше шаманом. Только у нее были каменные инструменты, но она не спешила ни с кем ими делиться, или учить делать такие же. Этим она возвышала себя над племенем, ее слушались, боялись, и, естественно давали лучший кусок мяса, который она единственная жарила на огне. Сам огонь страшно пугал всех ее соплеменников, один раз кто-то дотронулся до него и обжег руку, больше к огню или к тлевшим углям никто не подходил.

Во всем остальном жизнь была прекрасна, дичи было хоть завались, фруктов и кореньев – навалом, чистая прохладная вода, тень кустов, и полная свобода. Если возникали споры, то шли к Флоу, и ее решение было окончательным и бесповоротным. Но она сама себе сделала это место в племени, только вот откуда-то она все же все это принесла.

Однажды, во время одной любвеобильной ночи, она проговорилась, что научит меня другому языку, а потом и расскажет свою историю. Назавтра она уже отлынивала, но я уже начал ее доставать, и наконец, мы начали изучать уже другой странный язык, гораздо более богаче, хотя и беднее любого современного языка. Что-что, а языки давались мне легко, и уже через месяц, хоть и с ошибками, мы между собой разговаривали на ее личном языке.

Ее рассказ о прошлой жизни был очень для меня интересен. Оказывается она жила гораздо севернее, где были горы, все их племя жило в этих горах, в пещерах, они использовали каменные орудия, а посуду делали из глины, а так же могли в пределах возможного обрабатывать древесину. На сколько я понял, ее племя, которое она называла Вайкиля, было на три головы выше этого, а ее отец был правой рукой вождя, он был настоящим шаманом. Именно от него она узнала столько о лечебных травах, и многие другие мудрости. От самого вождя она узнала, как делается глиняная посуда, каменные инструменты и оружие, а так же изделия из древесины. Но, когда ей стукнуло шестнадцать лет, и отец решил выдать ее замуж за храброго воина, случилось извержение вулкана, никто не знал, что гора, где находились все пещеры была потухшим вулканом. Тогда умерли все, от гари, пыли, лавы, лишь Флоу в это время собирала полезные растения на поле, вдалеке от горы, и увидев огненную лаву, бросилась бежать. Около месяца она бродила в поисках прибежища в каком-нибудь из племен, но их было мало. Сначала она попала в одно, как она сказала, очень плохое племя, и ее сразу же хотели изнасиловать, но она сбежала, и мыкалась одна больше года. Потом другое племя, третье, когда, наконец, она попала в это совершенно примитивное, но безобидное племя, в котором и осталась, да еще и на месте шамана, или что-то в этом роде.

– И, тебе здесь нравится? – наконец спросил я. – Обратно домой не хочется?

– Хочется, – та повесила голову. – Только дома-то уже нет, там все засыпало. А тебе нравится? И откуда ты тут взялся?

– Это длинная история, и в нее ты все-равно не поверишь, – улыбнулся я. – Я из будущего. Судя по этому племени, сейчас после потопный период, а значит, до моего дома лет более десяти тысяч, но ты не знаешь этого слова. – Слово Тысяч я произнес на своем родном языке. Изучая язык Флоу, я понял, что они умели считать до двадцати, сколько пальцев на руках и на ногах.

– Ладно, – она махнула рукой, – главное, что с твоим приходом моя жизнь изменилась, ты такой же, как и я, мы выше остальных, и вдвоем это легче проходить, чем одной.

– Согласен с этим, но не согласен с другим. Ты ведь могла научить многому это племя, но не сделала этого, – я с укоризной на нее посмотрел. – Ты – эгоистка, это значит, что ты любишь только себя, а других нет. Например, я знаю больше чем ты, и всегда готов с тобой этим поделиться.

– Шон, ты неправ. Я тоже готова поделиться всем, только зачем? Разве это племя живет плохо, или здесь плохое место? Я помогаю всем, если заболели, или надо принять решение, или разделать добычу. Просто всем и без меня всего хватает, здесь особое место, много фруктов, много другой еды, и есть вода. Спроси у любого, чего им не хватает?

– Но, ведь используя каменное оружие они охотились бы легче и быстрее?

– Конечно. Только они стали бы ленивее, и не такие мускулистые. Сейчас они живут вровень с природой, и я бы просто не хотела бы вмешиваться. Когда я тут появилось, в племени было девять взрослых, а сейчас их двадцать.

Ее слова заставили меня задуматься, может, в чем-то или во многом она была и права.

– Скажи, – спросил я, – ты была во многих племенах, есть такие, где едят людей?

– Одно такое я видела. Но они жили в пустынном месте.

– А что, разве таких мест, как это мало?

– Такие встречаются или ближе к большой воде, или если идти туда, – она показала примерно на север. – Поэтому я и остановилась здесь.

– Но, я вижу, что ты не сильно с ними общаешься, – я посмотрел на нее.

– Они – тоже. Я же тебе сказала, что мы разные. А с тобой я ближе, очень близко. Ты мой второй мужчина в жизни, у себя я сделала туку только с моим женихом один раз, перед тем, как жить вместе. – Она отвернулась. – А тебе здесь нравится? Ты мне так и не ответил.

– Честно говоря, природа здесь, по сравнению с тем, что я видел, очень хорошая. Только разве ты не видишь, что здесь вся поляна пропитана мочой, а ее окраины пахнут очень плохо? К тому же, эти люди ведут себя как в природе, а не как люди. Делают туку у всех на глазах, даже при детях, потом за детьми не смотрят, едят сырое мясо с кровью, не уважают женщин. Они мало чем отличаются от животных.

– Значит, ты хочешь уйти отсюда? – повернулась она.

– Когда придет время, и если меня не вернут раньше домой. – Я пожал плечами.

– Шон, но ты же возьмешь меня с собой? – в ее голосе слышалась просьба.

– Ты не вещь, и не животное, я не могу тебя взять. Если захочешь, пойдем вместе. Мне нравятся горы и большая вода, это было бы идеальное место. Кстати, ты такого не встречала?

– Нет, но отец говорил, что те горы шли до большой воды, мы могли бы вернуться, и потом пойти вдоль гор. Я сама люблю горы, я там родилась. Однажды из племени ушли двое охотников, они тоже пошли искать большую воду и много деревьев. Больше они не вернулись, наверное, нашли. Кстати, мой отец знал языки многих племен, и я выучила их. Я тебе помогу, если уйдем вместе. Вот увидишь, я рожу тебе много детей.

– Флоу, жизнь это не только дети и туку, есть еще много разных вещей. Ты мне нравишься, наверное, я тебе тоже. Но этого мало, чтобы жить всегда вместе и рожать детей. Это просто правила природы, но есть у нас и другое слово, любовь, – я назвал его опять же на моем языке, – это когда мужчина и женщина не могут жить дуг без друга.

– А почему?

– Потому что, им не хватает друг друга. Это, если бы ты хотела пить, а воды нет, тебе было бы очень плохо, тебе бы не хватало воды. – Я старался изъясняться как мог, но вряд ли она меня поняла. – Ладно, – улыбнулся я, – хочешь еще одно туку и пойдем погуляем?

Через полчаса мы уже были у ручья. Но когда мы уже возвращались, на поляне к нам подошел один из самых старых охотников и попросил Флоу поговорить. Я пошел в ее дом, а она – к обычному кругу на поляне.

Конечно, мне было интересно, что случилось, и я сел поближе к двери. Но первые пятнадцать минут я вообще ничего не слышал, пока страсти не стали накаляться.

– Он – мужчина, но только ест наше мясо, а убивать его не ходит, – наконец услышал я. – Все одобрительно загудели. – Он имеет право жить с тобой, с женщиной, а мы этого не можем, почему?

Я понял, что спор разгорается не на шутку.

– Пусть идет дальше, мы не хотим его здесь, – послышался другой голос. – Флоу, позови его, пусть он сам объяснит. Или мы будем все бить его палками.

– Он нам ничего не дал, а мы ему даем мясо каждый день.

Наконец, я услышал тихий голос Флоу, но лишь голос, то, что она говорила, я не слышал.

– Ты говоришь, что он Куку, покажи нам это. Ты – Куку, но не он.

Я не выдержал, и выйдя из дома, направился к людям.

– Я – Куку, – сказал я громко, когда подошел ближе. Подхватив кучку сухой травы, я положил ее в центре круга, и поджег ее зажигалкой, огонь поднялся, и потом сразу же потух.

Все смотрели на меня с каким-то страхом, только один заявил:

– Флоу научила тебя делать огонь.

– Хорошо, – ответил я, – завтра вы идете за мясом, все охотники, а ночью я пойду за мясом один. Посмотрим, какой я охотник утром, когда будет солнце.

Все начали перешептываться, только старый охотник сказал:

– Ты сам сказал это. Если ты будешь хуже чем мы, ты уходишь. Согласен?

– Хорошо, – громко ответил я. – Но если я лучше охотник, то я пока остаюсь и делаю туку с Флоу только один. И за мясом будете ходить только вы все. Хорошо?

Все одобрительно загудели, а я развернулся, и пошел назад. Флоу появилась через пять минут.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Поделиться ссылкой на выделенное