Ибрагим Меликов.

Духовное бытие свободы



скачать книгу бесплатно

Рецензенты:

Кравченко В. В. – доктор философских наук, профессор

Кузьменко Г. Н. – доктор философских наук, доцент


© Меликов И. М., 2013, 2017

© Оформление, Квант Медиа, 2017

* * *

С благодарностью моим учителям



Предисловие

Данная книга посвящена духовной жизни человека, которая рассматривается через призму свободы. Духовная жизнь вместе с социальной и природной образует целостное человеческое бытие. Однако она принципиально отличается от социальной и природной стороны бытия человека тем, что представляет ту область, где реализуется сущность человека. Сущность человека духовна, потому именно духовная жизнь образует основу всякого человеческого существования.

Человек – это, прежде всего, духовное, а потом социальное и природное существо. На основе именно духовной строятся социальная и природная жизнь. Духовная жизнь – это основополагающая и сущностная сторона человека и всего человеческого существования.

Духовная жизнь – это жизнь, где человек реализуется как духовное существо. Духовная область предоставляет максимальную возможность для проявления абсолютных начал и в то же время содержит требование соблюдать абсолютные нормы. В качестве абсолютного начала выступает Бог, который есть Абсолютный Дух. Поэтому, выражаясь религиозным языком, в духовной жизни человек уподобляется Богу и реализует свою богоподобную сущность.

Абсолютность – это сущностный признак духовной жизни и в то же время его критерий. В других областях человек может выступать, исходя из относительных принципов, пренебрегая абсолютными ценностями. Но духовная сфера – это область безусловной абсолютности. Идеалы духовной жизни требуют от человека исходить из абсолютных начал, самому соответствовать им и действовать абсолютным образом. Если духовная деятельность перестает соответствовать своей абсолютной сущности, то она просто перестает быть духовной.

Принципиальным признаком абсолютной сущности духовной жизни является свобода. Причем не свобода чего-то, не свобода от чего-то, а абсолютная свобода. Абсолютная свобода – это сущность духовной жизни. Свобода Духа наиболее полно обнаруживает себя в духовной жизни, и только духовная жизнь есть непосредственно область свободы. Для человека свобода есть прежде всего свобода, обнаруживаемая в духовной жизни.

Свобода, будучи сущностью духовной жизни, как и сущность любого явления образует для нее идеал. Свобода как идеал духовной жизни – это совершенная духовная жизнь, это идея совершенства духовной жизни. И поэтому насколько реализуется свобода в духовной жизни, настолько реализуется сама сущность духовной жизни, настолько она соответствует сама себе. Отсюда следует и название книги, предполагающее, что духовная жизнь – не только слагаемое человеческого мира, а есть духовная форма бытия свободы человека.

I. Духовная жизнь как бытие свободы


1. Категория свободы в истории философии

Все исследования феномена свободы в истории философии можно свести к двум основным направлениям.

Согласно первому направлению, которое хронологически возникло раньше, свобода выводится из необходимости. В частности это присуще в классическом варианте Б. Спинозе и Г. Гегелю. Суть идеи Спинозы заключается в следующем. Человек зависит от универсальной необходимости и закономерности природы. Пока человек составляет часть природы, он должен следовать ее законам. Человек не может освободиться из-под власти природы, но, познав закономерность ее развития, он может достичь могущества, приобрести свободу. Условием обеспечения свободы является развитие разума. Свободным можно назвать то действие, которое сообразуется не со стихийным решением, не со стихийной свободой, а с сознательным решением и действием, т. е. основанным на сознании объективной необходимости: «Я полагаю свободу не в свободном решении, а в свободной необходимости». Человек несвободен вследствие незнания того, что ему необходимо. Переход же от неосознанной необходимости к осознанной есть путь к свободе. «Осознанная необходимость становится свободой, – говорит Спиноза и поясняет, – человек в какой-то момент становится рабом своих чувств, страстей, ибо находится во взаимоотношении с внешней средой, людьми». Те или иные ощущения, полученные от восприятия внешнего мира, овладевают человеком зачастую до такой степени, что он уже не владеет собой, им не руководит сознание. Выход из подобного состояния – разумное познание человеком его собственной природы и тех причин, которые вызывают аффект. И когда человек осознает необходимость страстей и в то же время их ограниченность, он становится свободным. Отсюда вывод: не освобождаться от необходимости, а разумно понимать ее. Свобода – господство разума над чувствами. Окончательное решение проблемы необходимости и свободы Спинозой следующее: свобода есть осознанная необходимость, свобода есть вопрос о господстве человека над обстоятельствами, независящими от него[1]1
  См.: Спиноза Б. Этика. – СПб., 1993.


[Закрыть]
.

Спиноза – это первый философ, который связал свободу с необходимостью. После него в европейской философии свободу рассматривали уже в том же духе. Так, П. Гольбах утверждает, для человека свобода есть не что иное, как заключенная в нем самом необходимость. Гегель понимает свободу и необходимость как моменты единого, которые взаимно предполагают друг друга. Свобода имеет своей предпосылкой необходимость и содержит ее в себе как «снятую». Свобода есть, согласно Гегелю, истина необходимости.

Марксизм в целом развивает концепцию Гегеля, но с материалистических позиций, т. е. исходя из признания первичности объективной необходимости и вторичности, производности сознания и воли человека. В качестве необходимости в марксизме рассматриваются прежде всего социальные закономерности. Если у Спинозы необходимость отождествляется с природной необходимостью, то у Маркса – с необходимостью социальной. Процесс человеческой истории – это столь же закономерный, необходимый и объективный, как и природные процессы. Он не только не зависит от воли и сознания людей, но и сам определяет их волю и сознание. В то же время в отличие от процессов природы, естественно-исторический процесс представляет собой результат деятельности людей. Следовательно, деятельность людей может быть успешной только в том случае, если она соответствует объективным законам. Познавая объективные законы общественного развития, человек не стихийно, а сознательно и свободно может осуществлять свою деятельность. «Свобода воли означает, следовательно, не что иное, как способность принимать решения со знанием дела, – говорит Энгельс. – Таким образом, чем свободнее суждение человека по отношению к определенному вопросу, с тем большей необходимостью будет определяться содержание этого суждения, тогда как неуверенность, имеющая в своей основе незнание и выбирающая как будто произвольно между многими различными и противоречащими друг другу возможными вариантами, тем самым доказывает несвободу, свою подчиненность тому предмету, который она как раз и должна была бы подчинить себе. Свобода, следовательно, состоит в основном на познании необходимости природы, господстве над нами самими и над внешней природой. Она поэтому является необходимым продуктом исторического развития»[2]2
  Энгельс Ф. Анти-Дюринг//К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч., 2-е изд. – Т.20, С. 116.


[Закрыть]
.

Таким образом, свобода в марксизме есть возможность объектов любого рода изменять обстоятельства в том направлении, которое обеспечивает реализацию определенных внутренних тенденций их функционирования и развития. Человеческая свобода – это способность добиваться независимости от определенных нежелаемых условий, а также знания и использования внешних и внутренних факторов, противостоящих нежелательным условиям и обеспечивающим изменение ситуации в целом в нужном направлении. Добиться свободы – значит, добиться независимости от причинной обусловленности.

Второе направление исследования не выводит, а противопоставляет свободу необходимости. Этот подход впервые осуществил И. Кант, когда выделил отдельно нравственную свободу и природную необходимость, разделив соответственно и сферы приложения свободы и необходимости. Эту линию продолжили и развили далее философы-экзистенциалисты и большинство русских религиозных философов, в том числе Н. Бердяев и В. Соловьев. Поскольку основу нравственной жизни человека составляет воля и свобода воли, то и свобода в этом варианте исследований связывается с волей человека. У этих мыслителей свобода – это прежде всего атрибут человеческой воли, характеристика ее проявления, означающая отсутствие у нее ограничений.

Свобода у них выступает как самоопределение Духа, как свобода воли, как возможность поступать согласно волеизъявлению, которое не детерминировано внешними условиями. Согласно им, идея детерминизма, устанавливающая необходимость человеческих поступков, полностью снимает ответственность человека и делает невозможной нравственную оценку его действий. Напротив, только ничем не ограниченная и безусловная свобода воли выступает, с точки зрения Н. Бердяева и В. Соловьева, единственной основой человеческой ответственности и всей морали: «…если я абсолютно свободен, то я отвечаю за всё и во всем происходящем есть моя вина; если я абсолютно несвободен, то я ни за что не отвечаю, и все происходящее определяется средой, сложившимися обстоятельствами и другими».

К примеру, у Ж. П. Сартра рассматриваемая на базе индивидуального сознания свобода предстает как сущность человеческого поведения, источник деятельности и единственная возможность существования человека: «человек всегда свободен или его нет вовсе». Свобода отрицает объективные принципы и критерии морали, объективную детерминированность человеческого поведения. Каждый человек «вынужден сам изобретать для себя свой закон», «проектировать» себя, выбирать свою собственную мораль. Свобода абсолютно противостоит объективности, причем настолько, что, свободно осуществив свою деятельность и получив результат, человек немедленно ощущает этот результат как нечто чуждое, а себя зависимым от него. Любое нечто – уже несвобода, а подлинная свобода выступает как ничто, ее нет в мире, она лишь в душе (его главная работа так и называется «Нечто и ничто»).

Н. Бердяев, продолжая эту тенденцию, отмечает: «Не свобода есть создание необходимости (Гегель), а необходимость есть создание свободы, известного направления свободы»[3]3
  Бердяев Н. А. Самопознание. – М., 1990. – С. 51.


[Закрыть]
. Для Бердяева главное отличительное качество свободы – непринужденность, независимость, отсутствие какого бы то ни было насилия. Вместе с тем, свобода неоднородна. Свобода, согласно ему, имеет три разновидности:

1) иррациональная свобода, под которой подразумевается свобода изначального хаоса, которая существовала до образования мира;

2) рациональная свобода, вносимая в мир сотворившим его Богом;

3) свобода, основанная на любви. Но независимо от этого, он приписывает свободе качество некого онтологического основания мира. В частности, обосновывая свою философскую позицию, он указывает: «Своеобразие моего философского типа прежде всего в том, что я положил в основание философии не бытие, а свободу. В такой радикальной форме этого, кажется, не делал ни один философ. В свободе скрыта тайна мира. Бог захотел свободы, и отсюда произошла трагедия мира. Свобода в начале и свобода в конце… У меня есть основное убеждение, что Бог присутствует лишь в свободе и действует лишь через свободу. Лишь свобода должна быть сакрализована, все же ложные сакрализации, наполняющие историю, должны быть десакрализованы»[4]4
  Там же.


[Закрыть]
.

Рассматривая саму свободу, обычно видят ее в независимости, в отсутствии насилия и принуждения, в самостоятельности, возможности осуществления выбора, в человеческой воле, вольности и свободе воли. Разные авторы об этих качествах говорят в разной степени. Однако общее представление о свободе складывается из некоего единства этих качеств. Все они представляют, можно сказать, проявления свободы. И только их синтез позволяет наиболее целостно и полно представить сам феномен свободы.

2. Концептуальные слагаемые свободы

Исходя из существующих представлений, концепция свободы предполагает наличие трех составляющих элементов.

В качестве первого обязательного слагаемого свобода предусматривает обретение независимости по отношению к внешнему миру и внешней воле. Свобода – это полная независимость от чего бы то ни было, это полное отсутствие ограничений. Ограничения создают зависимость, свобода же – это отсутствие ограничений. Свобода в этом смысле означает независимость от внешнего объективного мира. «Свобода есть самоопределение изнутри, из глубины, и противоположна она всякому определению извне, которое есть необходимость»,[5]5
  Бердяев Н. А. Философия свободного духа. – М., 1994. – С. 90.


[Закрыть]
– говорит Н. Бердяев. Свобода – это независимость от природной и социальной зависимости, возможность совершать поступки, сообразуясь только с собственными намерениями и решениями. Независимость предполагает отсутствие всякого принуждения и насилия.

Вторая составляющая свободы предполагает погружение в свой внутренний мир, в собственную волю и детерминированность ею. Каждый человек является свободным суверенным существом, поскольку его воля, как говорил И. Кант, является автономной. Иначе говоря, воля человека определяется не внешними причинами (будь то природная необходимость или даже божественная воля), а тем исключительно внутренним законом, который он сам ставит над собой, признавая его высшим. Свобода – это бытие, определяемое только своим собственным, независимым волеизъявлением. Свобода связана с волей, означающей в обычном смысле «поступать, как хочу». Свобода – это ничем не ограниченная воля. Зависимость, необходимость есть ограничение свободы воли, и они заставляют поступать человека не так, как он хочет, а так как сложатся обстоятельства, какие возможности представятся. Свобода же предполагает неограниченные возможности. Свобода тождественна вольности. В этом смысле свобода означает произвол, своеволие и предполагает наличие выбора. Воля – способность человека делать сознательный выбор в своих действиях в соответствии со своими поставленными целями. Воля означает внутреннее стремление человека к чему-либо, его интенцию, ориентир и направление его активности.

Человек в течение своей жизни осуществляет только свою волю. Жизнь человека есть осуществление его воли. Воля всегда предшествует и мышлению, и реальным поступкам человека. Человек всегда вначале желает, хочет, а затем мыслит и поступает тем или иным образом. Воля – это основа человеческого бытия. Человек потому и действует, и мыслит, что хочет выразить и осуществить в своих поступках свое желание. Воля, таким образом, создает содержание всех поступков и всей жизни человека в целом. Человеческая деятельность начинается с воли, а сама деятельность представляет собой осуществление воли. Человек никогда не будет ни мыслить и ни делать ничего, если он этого не пожелает. Поэтому в этом плане человек – существо свободное. Он обладает свободой воли и соответственно ему дана возможность захотеть или не захотеть что угодно. В сфере своей воли человек абсолютно свободен. И это касается исключительно воли человека и не распространяется на другие сферы его бытия. Если человеку и ведомо качество абсолютности, то оно присуще только его воле.

Воля человека противостоит необходимости, и поэтому, благодаря ей, человек может противостоять всякой извне диктуемой зависимости. Воля, присущая человеку, дает возможность произвольного отношения к жизни, событиям и реалиям существующего мира. Человек – существо, «относящееся», т. е. живущее не столько материально-объективной стороной жизни, сколько своим отношением к жизни. Именно категория отношения определяет прежде всего жизнь человека. Жизненные события могут сколь угодно изменяться, противоречить представлениям человека, однако он своего отношения к ним и своих представлений о них может так и не изменить. Реалии социализма для одних опровергали состоятельность марксизма, а для других доказывали правоту. Такая же поляризация отношений наблюдается по поводу постсоциалистического устройства. Даже всякая жертвенность, с точки зрения грубого прагматика, только будет подтверждать его прагматическое отношение к жизни. А любая несправедливость всегда с позиции религиозного человека будет только доказывать божественное происхождение и божественную детерминацию мира. Жизнь как объективный процесс сама по себе трагична. Человек в процессе жизни стареет, он смертен. В объективном плане он движется от детской целостности к старческому разложению, от здоровья к телесной дряхлости, от красоты в молодости к безобразию в старости. Если абсолютизировать эту сторону жизни, то кроме пессимизма у человека ничего не может вызвать. И благодаря только своему субъективному отношению к жизни и ее объективной стороне, человек может изменить смысл своей жизни, вкладывать смыслы не в объективные процессы жизни, а в возвышенное отношение к ней, противопоставить смертоностности жизнеутверждение и выработать оптимистическую позицию. Это-то и делает человека собственно человеком.

Однако человек – существо не абсолютное, а ограниченное. Он не только духовное, хотя духовное является сущностным в его структуре, но и телесное и душевное явление. Дух человека, тождественный Абсолютному Духу в нем, непосредственно связан и воплощен в его душе и теле, которые в силу ограниченной природы в значительной степени сковывают его самого и его проявления. Потому в силу порочной натуры человека, свобода в его жизни конкретизируется. Из-за греховности человека его возможности как богоподобного существа, как Абсолюта, проявляются лишь в ограниченной мере. Ограничена его воля и возможность свободного волеизъявления, т. е. свобода его воли. Ибо возможности свободы его воли означают в этом случае свободу его и порочной воли, что противоречит самой сущности свободы, так как свобода порока ведет не к действительной свободе, а, наоборот, к зависимости и несвободе. Свобода воли человека проявляется по мере его освобождения от порока. Собственно свобода, таким образом, зависит от свободы от порока. Насколько человек освобождается от порока, настолько он свободен в собственном смысле этого слова.

Свободе противостоит порок и грех. Именно грех есть преграда и ограничитель бытия, и проявления свободы. Человек не свободен. Из трех уровней его существования – божественного Духа, души и тела, пороку подвержены два: душа и тело. И поэтому в их бытии человек более всего несвободен. Телесное бытие и душа человека сами по себе не свободны, и поэтому их бытие само по себе не может стать бытием свободы для человека. Следовать пороку человек может лишь на уровне своего телесного и душевного существования. Но грешить на уровне своей сути, сущности он не может. Ибо, чтобы грешить в этой области, он должен принципиально изменить свою суть. Но это не в его силе. Всё имеющееся зло в человеке не переходит на уровень его Духа, сущности, и поэтому Дух его остается непорочным. Человек может злоупотреблять своей духовной сутью, т. е. применять эту свою духовную сущность в неблагих целях, но саму сущность изменить не может. Божественный дух в человеке остается неоскверненным. Поэтому только сфера Духа есть для человека сфера бытия свободы. Исключительно в сфере Духа для человека сохраняется полная и абсолютная свобода. Здесь он абсолютно свободен от чего бы то ни было. Возможности проявления Духа определяются собственной волей и выбором человека. Воля сама по себе изначально независима и через нее прокладывается путь к свободе. Дух – это искра Божья в человеке. Ограничены лишь возможности реализации этой свободы в нашем ограниченном мире из-за порочности телесного и психического бытия.

Исходя из этого, можно сказать, что наличие только первых двух составляющих свободы – независимости и воли – только предпосылка (хотя и необходимая) свободы, но не сама свобода. Ограничение свободы только этими составляющими чревато волюнтаризмом. Дело в том, что воля человека может быть злой. Отождествленная с волей свобода содержит, по словам Достоевского, семя смерти.

Обладая независимостью своей воли, человек, в силу этой самой независимости, абсолютно свободно может делать выбор в сторону несвободы, в пользу необходимости, и тогда жизнь его души и тела соответственно и томится в своей собственной несвободе, и погрязает в ней. Свободу человек может стремиться найти там, где ее нет – в рамках несвободы души и тела, принимая отдельные фрагменты их бытия за свободу. Свободой для него выступает иллюзия свободы. Как говорил Конфуций, трудно найти черную кошку в темной комнате, тем более, если ее там нет. Так и здесь: трудно найти свободу там, где ее нет. Возникающие иллюзии имеют свойство рано или поздно рассеиваться и в конечном счете приводят к чувству безысходности. Не находя свободу, человек устает искать ее и перестает стремиться к ней. А вслед за этим он вообще отказывается от идеи свободы и с головой погружается в мир зависимости и несвободы, в котором господствуют одни мучения и страдания. Жизнь превращается в простой примитивный придаток телесного существования, для которого остается недосягаемой его подлинная суть, выраженная в свободе.

Исходя из этого, в концепции свободы в качестве третьего необходимого слагаемого следует выделять не только волю человека, которая относительна, но и абсолютное начало воли. Без этого абсолютного начала воля превращается в произвол в худшем смысле этого слова, который в конце концов только усугубляет зависимость. Свобода только тогда может реализоваться, когда воля человека будет соответствовать этому абсолютному началу. Относительная воля должна совпасть с абсолютной. Для свободы необходима не только воля, но и добрая воля. Собственно говоря, это и есть сама свобода воли. Свобода на самом деле совпадает с доброй волей.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12