Холл Мэнли.

Тайные учения всех времен. Энциклопедическое изложение герметической, каббалистической и розенкрейцерской символической философии



скачать книгу бесплатно

«(1) Чувства никогда не обманывают, и, следовательно, каждое ощущение и каждое восприятие является истинным. (2) Мнения, следующие из ощущений, способны быть истинными или ложными. (3) Подтвержденные мнения, не противоречащие свидетельствам чувств, являются истинными. (4) Противоречивое мнение, не подтвержденное свидетельством чувств, ложно». Среди видных эпикурейцев можно назвать Метродора из Лампсака, Зенона из Сидона и Федра.

Эклектика может быть определена как практика конструирования сложной философской системы из несовместимых меж собой доктрин антагонистических школ. Эклектика вряд ли может рассматриваться как философски или логически значимая практика, потому что различные школы приходят к своим заключениям различными методами размышления, и поэтому философский результат, основанный на отрывках из разных философских школ, необходимо должен быть построен на шатком фундаменте конфликтующих посылок. Эклектика, соответственно, являлась уделом неспециалистов. В Римской империи философской мысли уделялось мало внимания, и поэтому большинство ее мыслителей были эклектиками. Цицерон был великолепным примером раннего эклектизма, и его произведения – воистину попурри из бесценных фрагментов ранних школ. Эклектизм появляется как раз тогда, когда человек сомневается в возможности достижения окончательной истины. Рассматривая все так называемое знание в лучшем случае как мнение, менее усердные приходят к заключению, что самым мудрым курсом является принять то, что кажется разумным в учении любой школы или индивида. Из такой практики, однако, возникает псевдокругозор, при котором исчезает точность, присущая истинной логике и философии.

Неопифагорейская школа процветала в Александрии в течение I в. н. э. Только два имени следует упомянуть здесь в этой связи: Аполлоний из Тианы и Модерат из Гадеса. Неопифагореизм является соединительным звеном между старыми языческими философиями и неоплатонизмом. Из первых он заимствовал много точных элементов мысли, особенно у Пифагора и Платона. Из второго – метафизические спекуляции и аскетические привычки. Поразительное сходство обнаруживается некоторыми авторами между неопифагореизмом и доктринами ессеев. Характерным для обеих школ является упор на таинство чисел, и вполне возможно, что неопифагорейцы знали об истинном учении Пифагора гораздо больше, чем мы сейчас. Даже в I в. Пифагор считался скорее богом, нежели человеком, и возрождение его философии осуществлялось в надежде, что его имя будет стимулировать интерес к глубоким системам мысли. Но греческая философия прошла зенит своей славы, и человечество сделало упор на важность физической жизни и физических феноменов. Упор на делах земных, несмотря на вмешательство неоплатонизма, доминирует с тех пор, достигнув максимума в материализме и коммерциализме XX века.

Хотя основателем неоплатонизма долгое время считался Аммоний Саккас, по-настоящему школа началась с Плотина (204–269 гг. н. э.). Центрами неоплатонизма были Александрия, Сирия, Рим и Афины, а достойными упоминания именами были Порфирий, Ямвлих, Саллюстий, император Юлиан, Плутарх, Прокл.

Неоплатонистские произведения представляли собой наивысшее усилие уходящего язычества в сохранении для потомства своих тайных (или неписаных) доктрин. В этом учении древний идеализм нашел самое совершенное выражение. Неоплатонизм касался исключительно проблем высокой метафизики. Он осознавал существование тайных и важнейших доктрин, которые со времен самых ранних цивилизаций были скрыты ритуалами, символами, аллегориями религий и философий. Уму человека, незнакомого с основаниями неоплатонизма, он может показаться массой спекуляций, смешанных с экстравагантными полетами фантазии. Эта точка зрения, однако, игнорирует институт мистерий – тех тайных школ, которые инспирировали глубинный идеализм первых философских школ.


Из старинных манускриптов. Дар Карла Оскара Борга

Птолемеевская схема вселенной

При осмеянии геоцентрической системы астрономии Клавдия Птолемея современные астрономы упускают из виду философский ключ к Птолемеевской системе. Во вселенной Птолемея представлены соотношения между различными божественными и стихийными частями каждого создания, а этого современная астрономия как раз и не касается. На приведенной выше фигуре специальное внимание уделено трем кругам зодиаков, окружающим орбиты планет. Эти зодиаки представляют тройную духовную конституцию вселенной. Орбиты планет являются Правителями Мира, а четыре сферы стихий в центре представляют физическую конституцию как человека, так и вселенной. Схема вселенной Птолемея есть просто срез вселенской ауры, а планеты и стихии, которые упоминаются в схеме, не имеют отношения к поискам современных астрономов.

Когда прекратило физическое существование материальное воплощение языческой философии, была сделана попытка воскресить ее форму, влив в нее новую жизнь, раскрыв ее мистические истины. Эти попытки были бесплодными. Вопреки антагонизму между примитивным христианством и неоплатонизмом многие из доктрин последнего были приняты христианами, что и легло в основу философии патристики. Неоплатонизм, в двух словах, есть философский код, с помощью которого любое физическое или конкретное тело доктрины, простая оболочка духовной истины, может открыть через размышление и медитацию свою мистическую природу. В сравнении с эзотерическими духовными истинами, которые они содержали, материальное воплощение религии и философии рассматривалось как весьма малозначащее. Подобным же образом не обращалось никакого внимания на практические науки.

Термин «патристика» использовался для обозначения философии отцов ранней христианской церкви; эта философия разделялась на два этапа: доникейский и посленикейский. Доникейский период был посвящен главным образом атакам на язычество, защите и апологии христианства. Вся структура языческой философии была поставлена под вопрос, и вера возобладала над разумом. В некоторых случаях были сделаны попытки примирить очевидные истины язычества с христианским откровением. Среди отцов доникейской эпохи можно назвать св. Иринея, Климента Александрийского и Юстина Мученика. В постникейский период упор был сделан на разработку христианской философии в платонистском и неоплатонистском направлениях, в результате чего появилось большое число длинных, несвязных и неясных сочинений, философская значимость большинства из которых была невелика. Среди посленикейских философов надо отметить Афанасия, Григория из Нисс и Кирилла Александрийского. Школа патристики известна приматом человека над вселенной. Человек рассматривался в ней как отдельное и божественное создание – венчающее достижение божества, неподвластное естественному закону. Для патристики представлялось невероятным, чтобы могло существовать другое создание, столь благородное, столь удачное и столь способное, как человек; ради него, и только ради него, были созданы все царства природы.

Философия патристики имела кульминацию в августинианстве, которое может быть определено как христианский платонизм. В противоположность пелагианству, доктрине, по которой человек есть сам творец своего спасения, августинианство поднимало церковь и ее догмы до положения абсолютной непогрешимости, успешно защищавшегося вплоть до Реформации. Гностицизм, появившийся во второй половине I в. н. э., интерпретировал христианство в терминах греческой, египетской и персидской метафизики. Почти вся информация относительно гностиков и их доктрин, пригвожденных как ересь доникейской церковью, получена от тех, кто обвинял гностиков, в частности от св. Иринея. В III в. появилось манихейство, дуалистическая система персидского происхождения, которая учила, что добро и зло находятся в непрерывной борьбе за господство над вселенной. В манихействе Христос рассматривался как принцип искупления добра в противоположность человеку Иисусу, который рассматривался как злая личность.

Смерть Боэция в VI в. ознаменовала конец греческой школы философии. Девятый век увидел подъем новой школы философии – схоластики, которая примиряла философию с теологией. Схоластическими школами были эклектика Иоанна Солсберийского, мистицизм Бернара Клервоского и св. Бонавентуры, рационализм Абеляра и пантеистический мистицизм Майстера Экхарта. Среди арабских аристотелианцев были Авиценна и Аверроэс. Схоластика достигла зенита в лице Альберта Великого и его блестящего ученика Фомы Аквинского. Томизм (философия Фомы Аквинского, часто называвшегося христианским Аристотелем) искал примирение различных школ схоластики. Томизм был в основном аристотелевской философией с добавлением концепции веры как проекции истины.

Доктрина волюнтаризма распространялась Иоанном Дунсом Скоттом, францисканским схоластом, делавшим упор на силу и действенность индивидуальной воли в противоположность томизму. Характернейшей чертой схоластики было ее стремление переписать всю европейскую философию под Аристотеля. Как следствие, схоласты опустились до уровня фразеров, которые затерли слова Аристотеля до такой степени, что от них остались только кости без всякой плоти. Это была декадентская школа бессмысленного жонглирования словами, против которой сэр Фрэнсис Бэкон направил свою иронию, и которую он характеризовал как бесполезную возню с отброшенными за ненадобностью понятиями.

Система индуктивной мысли Бэкона (где к фактам приходят через процесс наблюдения и проверки экспериментом) расчистила путь для школ современной науки. Бэкону наследовал Томас Гоббс (некоторое время – его секретарь), который считал математику единственной точной наукой, а мысль – существенно математической процедурой. Гоббс объявил материю единственной реальностью, а научное исследование – ограниченным лишь материальными телами, явления рассматривал в связи с их причинами и следствия из причин обусловливал разнообразием обстоятельств. Гоббс делал особый упор на значение слов, объявив понимание способностью восприятия соотношения между словами и объектами.

Порвав со схоластическими и теологическими школами, философия после Реформации, или новая философия, развивалась в различных направлениях. Гуманизм провозгласил человека мерой всех вещей; рационализм делает способность к размышлению основой всего познания; политическая философия полагает, что человек должен осознавать свои естественные, социальные и национальные привилегии; эмпиризм объявляет единственной истиной эксперимент; морализм утверждает важность правильного поведения как фундаментальной философской доктрины; идеализм утверждает, что реальность вселенной является сверхфизической – либо умственной, либо психической. Реализм, наоборот, говорит о том, что реальность является только физической. Феноменализм ограничивает познание фактами и событиями, которые имеют научное обоснование. Новейшими школами в философской мысли являются бихевиоризм и неореализм. Первая рассматривает внутренние характеристики человека через поведение; последняя может считаться результатом полного вымирания идеализма.

Барух де Спиноза, знаменитый голландский философ, рассматривал Бога как субстанцию абсолютно самодостаточную и не нуждающуюся в других концепциях, за исключением себя самой. Природа этого существа постижима, согласно Спинозе, только через его атрибуты: протяженность и мышление. Они комбинируются и образуют бесконечное разнообразие аспектов или модусов. Ум человека есть один из модусов бесконечной мысли; тело человека есть один из модусов бесконечной протяженности. Через размышление человек может подняться над иллюзорным миром чувств и найти покой в совершенном союзе с божественной сущностью. Говорят, что Спиноза лишил Бога всякой личностной характеристики, сделал божество синонимом вселенной.

Германская философия началась с Готфрида Вильгельма Лейбница, чьи теории были пронизаны оптимизмом и идеализмом. Лейбницевский критерий достаточного основания открыл недостаточность теории протяженности Декарта, и Лейбниц сделал вывод, что сама субстанция содержит внутренне присущую ей силу в форме бесчисленных отдельных и вседостаточных единиц. Материя, сведенная к окончательным единицам, перестает существовать как субстанциональное тело и становится массой нематериальных идей, которые Лейбниц назвал монадами. Таким образом, вселенная состоит из бесконечного числа отдельных монадических сущностей, спонтанно развертывающихся через объективацию внутренне активных качеств. Все вещи рассматриваются как состоящие только из монад, которые варьируются в зависимости от величины этих тел и могут существовать как физические, эмоциональные, умственные или духовные субстанции. Бог есть первая и величайшая из монад; дух человека является пробужденной монадой в противоположность низшим царствам, чьи монады находятся в дремлющем состоянии.


Из книги Дж. Хорта «Новый пантеон»


Дерево классической мифологии

Чтобы оценить глубокий научный аспект греческой мифологии, необходимо представить пантеон греческих богов, богинь и различных сверхчеловеческих существ в некотором порядке. Прокл, великий неоплатоник, в своих комментариях к теологии Платона дает неоценимый ключ к иерархии различных божеств в их отношении к первопричине и низших сил, от них исходящих. Когда такое упорядочение проведено, божественная иерархия может быть уподоблена ветвям огромного дерева. Корни этого дерева твердо держатся в Непознаваемом Бытии. Ствол и крупные ветви дерева символизируют высших богов: отростки и листья, существующие в бесчисленном количестве, зависят от первой и неизменной силы.

Хотя Кант вышел из школы Лейбница – Вольфа, он, подобно Локку, посвятил себя исследованию мощи и пределов человеческого понимания. Результатом явилась его критическая философия, включающая критику чистого разума, критику практического разума и критику суждения. Д-р У. Дюрант выразил суть философии Канта в точном утверждении, что тот освободил ум от материи. Кант считал ум селектором и координатором всех восприятий, которые, в свою очередь, являются результатом ощущений, группирующихся вокруг некоторого внешнего объекта. В классификации ощущений и идей ум использует определенные категории: ощущения времени и пространства, понимания, качества, отношения, модальности, причинности и единства апперцепции. Будучи подвержены математическим законам, время и пространство рассматриваются как абсолютный и достаточный базис для точного мышления. Кантовский практический разум провозгласил, что в то время как природа ноумена никогда не может быть достигнута разумом, факт существования морали доказывает существование трех необходимых постулатов: свободной воли, бессмертия и Бога. В критике суждения Кант демонстрирует союз ноумена и феномена в искусстве и биологической эволюции. Немецкий суперинтеллектуализм вырос из чрезмерного упора на деспотичный примат ума над ощущением и мыслью. Философия Иоганна Готлиба Фихте была проекцией философии Канта, где он пытался соединить кантовский практический разум с его чистым разумом. Фихте полагал, что известное есть просто содержание сознания познающего, и ничто не может существовать для познающего до тех пор, пока оно не станет частью этого содержания. Ничто, следовательно, не является реальным за исключением фактов нашего собственного умственного опыта.

Распознав необходимость определенной объективной реальности, Фридрих Вильгельм Йозеф фон Шеллинг, унаследовавший кафедру Фихте в Йене, первым использовал доктрину тождества как основу для полной системы философии. В то время как Фихте считал «я» абсолютом, фон Шеллинг рассматривал бесконечный и вечный ум как всепроникающую причину. Реализация абсолюта делается возможной благодаря интеллектуальной интуиции, которая, будучи высшим или духовным смыслом, способна отделить себя как от субъекта, так и от объекта. Кантовские категории пространства и времени фон Шеллинг воспринимал как положительное и отрицательное, и соответственно материальное существование понималось как результат взаимного действия этих двух выражений. Фон Шеллинг также считал, что абсолют в процессе саморазвития находится под действием ритма или закона, состоящего из трех движений. Первое – это рефлективное движение, и оно представляет попытку бесконечного включить себя в конечное. Второе есть попытка абсолютного вернуться к бесконечному после включения в конечное. Третье представляет нейтральную точку, где осуществляется сплав первых двух движений.

Георг Вильгельм Фридрих Гегель рассматривал интеллектуальную интуицию фон Шеллинга как философски необоснованную, и поэтому сосредоточил внимание на системе философии, основанной на чистой логике. О Гегеле говорят, что он начинает с ничего и показывает с логической необходимостью, как из ничего в логическом порядке получается все. Гегель поднял логику до невероятных высот, до высоты самого абсолюта. Бога он рассматривал как процесс развертывания, который никогда не приходит к состоянию завершения. Подобным же образом мысль не имеет ни начала, ни конца. Гегель верил, что все вещи обязаны существованием своим противоположностям и что все противоположности в действительности тождественны. Таким образом, единственно существующим является отношение противоположностей друг к другу, посредством которого возникают новые вещи. Поскольку божественный ум есть вечный процесс никогда не завершающейся мысли, Гегель оставил основания теизма и его философские пределы бессмертия только лишь всеобъемлющему божеству. Развитие есть последовательный, никогда не кончающийся поток божественного сознания из самого себя; все творение, хотя непрерывно совершенствующееся, никогда не прибывает к какому-то определенному состоянию, отличному от состояния вечного потока.

Философия Иоганна Фридриха Гербарта является реалистической реакцией на идеализм Фихте и фон Шеллинга. Для Гербарта истинный базис в философии есть огромная масса феноменов, непрерывно проходящих через человеческий ум. Тщательное рассмотрение этих феноменов, однако, показывает, что большая часть их нереальна, по крайней мере, не способна обеспечить ум истиной. Для исправления ложных впечатлений, данных феноменами, и для получения истины, по мысли Гербарта, необходимо разъять феномены на отдельные элементы, потому что реальность существует в элементах, а не в целом. Он утверждал, что объекты распадаются на три класса: вещь, материя и ум. Первая есть единство некоторых свойств. Вторая представляет существующий объект. Третий есть самосознающее существо. Все три понятия, однако, приводят к определенным противоречиям, разрешением которых и занят Гербарт. Например, рассмотрим материю. Способная заполнить любое пространство, она сама состоит из непостижимо крошечных единиц божественной энергии, не занимающих вообще никакого физического пространства.

Истинным предметом философии Артура Шопенгауэра является воля. Цель его философии состоит в том, чтобы поднять ум до такого состояния, когда он сможет контролировать волю. Шопенгауэр уподобляет волю сильному слепому человеку, несущему на своих плечах интеллект в виде хромого зрячего. Воля есть неутомимая причина проявления всего, и каждая часть природы есть продукт воли. Мозг есть продукт воли к познанию. Рука есть продукт воли к хватанию. Вся интеллектуальная и эмоциональная конституция человека подчинена воле и по большей части связана с усилиями в оправдании диктата воли. Таким образом, ум создает разработанную систему мысли просто для того только, чтобы доказать необходимость диктуемых волей вещей. Гений, однако, представляет такое состояние, в котором достигается господство интеллекта над волей и жизнь управляется разумом, а не импульсами. Сила христианства заключается в его пессимизме, говорит Шопенгауэр, и в подчинении индивидуальной воли. Собственно его религиозная точка зрения напоминает скорее буддийскую. Для него нирвана представляет подчинение воли. Жизнь – это проявление слепой воли к жизни, и он рассматривал это как несчастье, говоря, что истинным философом является тот, кто, осознав мудрость смерти, сопротивляется настойчивым попыткам воспроизвести себя.

О Фридрихе Вильгельме Ницше говорят, что его вклад в человеческую надежду заключается в принесенной им радостной новости о том, что Бог умер от жалости. Выдающейся особенностью философии Ницше является доктрина вечного возвращения, а также огромный упор на волю к власти – проекция воли к жизни Шопенгауэра. Ницше полагал целью существования воспроизведение определенного типа всемогущего индивида, названного им сверхчеловеком. Этот сверхчеловек будет продуктом тщательного отбора, потому что, если он не будет отделен от масс и не посвятит свою жизнь стремлению обладать властью, индивид утонет в море смертельной посредственности. Любовью, говорит Ницше, надо пожертвовать для выведения сверхчеловека, и только те должны жениться, кто способен воспроизвести этот выдающийся тип. Ницше также верил в господство аристократии, поскольку для выведения сверхчеловека важным является как кровь, так и племенные соображения. Доктрины Ницше не служат освобождению масс: они скорее ставят над ними сверхчеловека, для которого смерть его низших братьев и сестер вполне приемлема. Этически и политически сверхчеловек есть закон для самого себя. Для тех, кто понимает истинное значение силы, добродетели самообладания и преследования истины, идеальность ницшеанской теории становится сомнительной. Для утонченных, однако, это есть философия бессердечия и расчётливости, оправдывающая только лишь выживание приспособленных.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20