Хелен Диксон.

Брак с незнакомцем



скачать книгу бесплатно

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме. Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.


Mistress Below Deck © Helen Dickson 2009

«Брак с незнакомцем» © «Центрполиграф», 2018

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018

© Художественное оформление, «Центрполиграф», 2018

* * *

Пролог

Открытые, пустые до самого горизонта земли Фалмута манили, звали за собой. Ровена отдавалась скачке, забыв обо всем, дав лошади полную волю, словно за ней гнался сам дьявол. Ее алые юбки хлестали по ветру, а распущенные темно-каштановые волосы развевались за ней, как флаг корабля. Ее щеки разрумянились, словно маки, подчеркивая цвет глаз – сине-зеленый, казалось, еще более яркий от счастью и упоения скачкой.

В стенах дома Ровена чувствовала себя как птица в клетке. Ей хотелось быть свободной от всех уз, от всего на свете.

Он напал на нее из ниоткуда. От неожиданности она даже не сразу поняла, что происходит. Он стащил ее с испуганной лошади и швырнул на землю. Ровена билась и выворачивалась и даже завизжала, но он тут же зажал ей рот. Она вырывалась изо всех сил, наугад молотя по нему кулаками, но у него была стальная хватка. Он прижал ее руки к земле и жадно впился губами в ее рот, заглушив ее возмущенный крик.

Этот мужчина… нет, это животное совсем обезумело от желания. Ему нужно было утолить свой голод, и он торопливо, разрывая ткань, принялся сдирать с нее одежду. Каждое ее движение, каждый толчок, попытка освободиться только разжигали его мерзкую страсть. Ужас от мысли, что ему все же удастся завершить свое гнусное намерение, придавал Ровене дополнительные силы. Она боролась с мужчиной, который был намного крупнее и крепче ее. Слезы ненависти и гнева жгли ей глаза, а все тело будто кричало от совершаемого над ним насилия.

– Какая ты сильная, моя прелестная крошка, – пробормотал мужчина и довольно засмеялся, словно заурчал. – Только все это бесполезно. Тебе же будет лучше, если ты смиришься, дорогуша.

Здесь Ровена наконец его узнала. Джек Мейсон, капитан «Дельфина», корабля ее отца. Она вспомнила, как отец представил ее Мейсону чуть раньше, как она пожала ему руку и без страха встретила его восхищенный взгляд.

В полном отчаянии Ровена сделала последний рывок, освободила ногу, со всей силы коленом ударила Мейсона между ног и наконец спихнула его с себя. Завопив от боли, тот скрючился на земле. Его глаза горели, как адское пламя, и если бы он мог, то, конечно, сейчас же убил бы ее.

В глазах Ровены полыхал едва ли не более сильный огонь.

– Хорошенько подумай теперь, если захочешь напасть на меня снова, – с гадливостью прошипела она. – Ты хотел меня напугать?

– Я бы очень хотел напугать тебя до смерти, – выдавил он. – И с огромной радостью заставил бы тебя визжать и умолять меня о милосердии.

Ровена вскочила на ноги и расхохоталась:

– В моей памяти ты навсегда останешься вот таким – на коленях передо мной.

Это и есть твое настоящее место.

Капитан Джек Мейсон сузил глаза. В них как молния сверкнула злоба.

– Предупреждаю тебя, Ровена Голдинг, не смей смеяться надо мной.

– А я смеюсь. – С этими словами Ровена развернулась, прыгнула в седло и умчалась прочь.

Мужчина, все еще стоявший на коленях, проводил ее долгим взглядом. Холодная, мертвая ненависть заполнила его сердце.

– Скачи-скачи, маленькая сучка, – процедил он сквозь зубы. – Ты получишь свое, будь уверена. Уж об этом-то я позабочусь.

Глава 1

Май 1721 года

Балы-маскарады лорда Теннанта славились по всему Корнуоллу; о них говорили от мыса Лендс-Энд до реки Теймар. Там собирались все сливки корнуолльского общества, самые из самых, в причудливейших костюмах, порой весьма эпатажных. Здесь были представлены все знаменитые персонажи и эпохи – мужчины надели на себя средневековые, турецкие, арабские наряды; по залам расхаживали пара-тройка Генрихов VIII и Ричардов III, но некоторые гости проявили больше фантазии и воображения. Сразу несколько дам пожелали явиться на маскарад в образе «доброй королевы Бесс», а две – в обличье трагической Марии Стюарт. Мелькали испанские мантильи, юбки с оборками, изощренные парики; веера из слоновой кости и кружев поднимали легкий сквозняк.

В соответствии с настроением вечера восемнадцатилетняя Ровена не пропустила ни одного танца. Она кружилась то с одним кавалером, то с другим. Однако несмотря на свой потрясающий успех и на то, что к ней были прикованы все взгляды, а мужчины смотрели на нее с нескрываемым восхищением, она не обращала внимания ни на кого.

На ней был костюм Клеопатры – простое одеяние из белого льна и золотой пояс, обхватывающий ее стройные бедра. Вроде бы скромное платье не только не скрывало, но даже подчеркивало достоинства ее округлой в нужных местах фигуры, что некоторые присутствующие на маскараде сочли неприличным и шокирующим. Овдовевшего отца Ровены при виде этого наряда непременно хватил бы удар, если бы только она показалась ему до того, как выехала из Меллин-Хаус на бал.

Мэтью Голдинг был калекой и сам присутствовать на маскараде не мог, но светское мероприятие такого масштаба являлось прекрасным «рынком невест». Дела его сильно пошатнулись, и ему во что бы то ни стало нужно было достойно выдать замуж двух дочерей, поэтому Голдинг настоял на том, чтобы они отправились на бал под присмотром его хорошей знакомой и соседки миссис Кроссланд, которая и сама была матерью двух дочерей.

По мере продолжения вечера Ровене становилось все скучнее. Голове под тяжелым черным париком было невозможно жарко.

– Мне нужен глоток свежего воздуха. Я должна выскочить хоть на секунду, – потихоньку сказала она своей сестре Джейн.

Джейн была одета греческой аристократкой. Она и Ровена отличались друг от друга и внешне, и по темпераменту настолько, что никто не принял бы их за родных сестер. Джейн была маленькой, с тонкими, изящными чертами лица и очень белой кожей. Сейчас ее щеки нежно порозовели, а зеленые глаза сияли. В какую бы позу она ни вставала, как бы ни садилась, ее неизменно разворачивало в сторону Эдварда Теннанта, который наблюдал за ней через всю бальную залу. Ровена невольно перехватила это взгляд и задумалась. Эдвард был младшим сыном лорда Теннанта и весьма привлекательным юношей. Они с Джейн протанцевали два танца. Отец был бы крайне доволен, если бы между его дочерью и младшим Теннантом что-то получилось.

– Если тебе это так необходимо… Не правда ли, Эдвард очень красив, Ровена? – едва слышно прошептала сестра.

– Я вполне согласна с тобой, Джейн. Он довольно красив, и кажется, ты ему очень нравишься.

– Я очень на это надеюсь! Но кто это с ним?

Ровена посмотрела на высокого мужчину, стоявшего рядом с Эдвардом Теннантом. Их взгляды встретились, и она увидела в его глазах то отстраненное и прохладное выражение, которое молодые люди принимают каждый раз, когда видят красивую девушку. Но в прорезях его серебряной маски вдруг блеснуло удовольствие, и Ровена знала, что ее глаза ответили ему тем же. Кто он такой – это являлось для нее загадкой, но поза, жесты и осанка выдавали в нем человека привилегированного класса, за которым стояли многие поколения гордых и высокомерных предков. Ровена повернулась к Джейн:

– Я иду в сад только на минуточку. Миссис Кроссланд и не заметит, что я выходила.

Джейн посмотрела ей вслед. Никто, кроме, возможно, их отца, не мог сказать Ровене «нет», опасаясь ее темперамента, и ни у кого не хватало смелости, чтобы его обуздать.

О да, у нее был буйный нрав, у этой Ровены Голдинг. Всего лишь за секунду незначительное раздражение могло перерасти во взрыв ярости, от которого старались скрыться все, кто попадал ей под горячую руку. Ровена росла без матери, а ее отец был калекой, и она взяла в свои руки бразды правления семьей, считая себя ответственной за благополучие всех ее членов. Это дало ей свободу, которую редко испытывают молодые леди и джентльмены ее возраста. Несмотря на бремя, что она взвалила на свои плечи, беззаботный смех Ровены частенько отдавался эхом среди холмов Фалмута, где она росла, дикая и свободная, словно необъезженная лошадка.

Ровена углубилась в сад, улыбаясь на каждом шагу – из густых зарослей кустарника раздавались шепот и хихиканье, внезапные взрывы смеха и томные вздохи. В саду было полно укромных уголков, где, по всей видимости, творилось немало темных делишек. В конце концов она нашла маленькую полянку, скрытую от глаз, окруженную зарослями и деревьями, с наслаждением стащила с головы парик и тряхнула длинными темно-каштановыми локонами.

Из кустов вдруг послышался какой-то шум. Ровена насторожилась. Кто-то явно наблюдал за ней. Ее сердце заколотилось. Она уже была готова вскочить и со всех ног бежать обратно к дому, но на полянку выступил мужчина. Высокий, стройный, темноволосый и загадочный – тот самый человек, которого она видела раньше с Эдвардом Теннантом.

Ровена выдохнула – оказывается, до этой секунды она сдерживала дыхание от напряжения.

– Вы меня напугали.

– Не бойтесь. Я не собирался причинять вам никакого вреда.

У него был глубокий низкий голос необычного тембра. Лица Ровена разглядеть не могла – оно было скрыто серебряной маской и широкополой шляпой с пышным черным пером.

Он подошел ближе. Глаза в прорезях маски сверкнули. Ровена приготовилась отступить на шаг, но незнакомец вдруг пробормотал:

– Мой бог! Я еще никогда не видел ничего подобного!

Его взгляд обежал ее бедра, изящный изгиб которых подчеркивал широкий золотой пояс, и посмотрел ей в лицо. И она знала, что оно показалось ему прекрасным.

Первоначальный испуг быстро прошел. Ровена выпрямила спину и застыла, сжимая в руках парик и маску.

– На что вы уставились? – довольно грубо поинтересовалась она, и ее глаза опасно блеснули.

– На вас, моя леди, – тихо ответил незнакомец. Он намеренно медленно обвел ее взглядом – от макушки до пяток. – Неужели никто не догадался сказать вам, что ваш костюм совершенно возмутителен для молодой незамужней девушки, которая вдобавок, ведя себя так, как вы, никогда не привлечет будущего мужа?

– А откуда вам знать – возможно, у меня уже есть муж?

– Если бы у вас был супруг, то сомневаюсь, что он позволил бы вам такую свободу поведения и манеру танцевать.

Ровена нахмурилась. От того, как он на нее смотрел, ей становилось неловко.

– Могу ли я попросить вас об одолжении? Перестаньте на меня так глазеть. Меня это крайне раздражает.

– Если вы не хотите, чтобы на вас глазели, как вы изволите выражаться, не стоит делать из себя зрелище, перед которым не в силах устоять ни один здоровый мужчина. Не можете же вы ожидать, что они останутся равнодушны к вашим прелестям, которые вы так беззаботно и щедро выставляете напоказ? – И он снова все так же неторопливо осмотрел ее.

Ровена сильно разозлилась, в его словах была некая доля правды. Она пожалела о своем выборе костюма в ту же секунду, как переступила порог танцевальной залы. Ей казалось, что все, глядя на нее, тихо усмехаются, говорят гадости и скалят зубы у нее за спиной. Она вдруг почувствовала себя совсем голой. Ее поступок был по-детски дерзким и вызывающим, и теперь она очень хотела повернуть время вспять и выбрать для бала что-нибудь более скромное.

– Какое право имеете вы читать мне нотации на тему того, что я должна носить? Это никого не касается, и меньше всего вас, кем бы вы ни были. – Ровена вспыхнула, пухлые розовые губы сжались в твердую упрямую линию. Что бы такое обидное сказать этому наглецу в ответ?

– В таком случае, если с вами что-нибудь случится, вам некого будет винить, кроме себя.

– Да как вы смеете, вы, грубый, наглый… – Ровене неожиданно показалось, что все те оскорбительные, злые, язвительные слова, которыми она собралась осыпать незнакомца, застряли у нее в горле. В первый раз в жизни она растерлась. И надо же было такому случиться именно теперь, когда ей так нужно было осадить этого самонадеянного нахала!

– Какой у вас капризный и переменчивый нрав, юная леди, и вместе с тем вы весьма безрассудны. Одна в саду, в темноте…

– Какой же опасности я могу подвергнуться здесь, где так много гостей?

– Вот именно – где так много джентльменов, одурманенных вином настолько, что им безразлично, потеряете вы репутацию или нет. – Он с насмешливой улыбкой посмотрел на ее покрасневшие щеки. – Вам следовало бы быть осторожнее – если, конечно, у вас не назначено здесь свидание с одним из молодых людей, с которыми вы танцевали.

– Разумеется, никаких свиданий у меня не назначено, – возмутилась Ровена. – А что вы здесь делаете? Вы что, преследуете меня?

– Нет, ни в коем случае. Но я видел, как вы вышли.

Она задумчиво посмотрела на него:

– Вы мне незнакомы, хотя я знаю большинство людей из здешних краев.

Уголки его четко очерченных губ приподнялись в улыбке.

– Это потому, что я не из… здешних краев. Я живу в Бристоле.

– Ах, тогда это объясняет, почему я никогда не видела вас раньше. Я полагаю, вы были приглашены на бал лорда Теннанта?

– В действительности как раз нет. Я здесь совсем ненадолго и как раз думал немного осмотреть местность и ее обитателей. Когда мне рассказали, что будет устроен бал-маскарад, мне показалось забавным провести вечер подобным образом. Человек под маской теряет личность, так что какая разница, был я приглашен или нет. Это развлечение поможет мне скоротать время.

– Ах, вы забавляетесь? Вам смешно?

Незнакомец хмыкнул:

– Я слышал, что на балах-маскарадах лорда Теннанта царит довольно непринужденная обстановка, но непринужденность эта определенного рода. Я также слышал, что привычный способ отдохнуть от танцев здесь – это забраться поглубже в кусты со своим кавалером и предаться другим удовольствиям. Как и вы, покинув своих собеседников, я стал искать уединенное место, чтобы немного побыть в тишине.

– В таком случае я была бы вам очень обязана, если бы вы нашли себе другое уединенное место и оставили меня одну.

Ровена нахмурилась. Этот человек заинтриговал ее не на шутку. Он был ей интересен, и она решила удовлетворить свой интерес простым и прямым способом – задавая вопросы.

– Прошу прощения, но кто вы – или кем предполагали выступить? Это дурной тон – являться на маскарад без костюма.

Он улыбнулся шире, показав крепкие белые зубы.

– Мое лицо скрыто, но я не счел нужным наряжаться, дабы не выглядеть полным идиотом. У меня солидная репутация, и я обладаю чувством собственного достоинства.

Он вызывал в ней все больший интерес. Его манера держаться была естественной и непринужденной, а глаза в прорезях маски весело поблескивали.

– Но если бы ваш костюм был продуманным и необычным, вы бы не выглядели как полный идиот.

Незнакомец засмеялся:

– Вы выглядите очень элегантно – и невероятно, даже чрезмерно дерзко. Вы явно долго обдумывали свой наряд – и преуспели в том, чтобы не выглядеть… глупо.

– Так вы знаете, кем я нарядилась?

– Как я мог не узнать? Черной краски, которой вы подвели глаза, с избытком хватило бы, чтобы обеспечить половину египетских леди. Клеопатра умерла бы от зависти. Но мне любопытно, кто же вы на самом деле.

– Тайны в этом нет. Даже если я в маске, меня здесь знает каждый. Мое имя – Ровена Голдинг, и нет такого человека в Девоне или Корнуолле, кому было бы неизвестно имя моего отца – сэра Мэтью Голдинга.

Надо было догадаться раньше. Ну конечно, кто же еще это мог быть? Та самая девушка, о которой сплетничали во всем Фалмуте. Где бы она ни появлялась, за ее спиной тут же раздавался шепот – точно шелест ветерка в сухих папоротниках. Все знали о том, как дочь Мэтью Голдинга скачет по холмам на своей кобыле, словно дикарка, и боже правый, теперь он понимал, почему она вызывала столько разговоров. Она была великолепна.

Совершенные формы ее тела выделялись под тонкой тканью платья, и любая девушка в таком… мало что скрывающем одеянии, разумеется, привлекла бы внимание. Однако не только вызывающий наряд приковывал к ней взгляды всех мужчин на балу. Это были ее дерзкие, смотрящие прямо в лицо собеседнику глаза, манера гордо откидывать голову, царственная осанка, а также чувственность и одновременно высокомерие, сквозившие в каждом ее движении.

– Не думаете ли вы, что вам следует вернуться к тем, кто вас сопровождает, мисс Голдинг, прежде чем вас примутся разыскивать? – быстро спросил незнакомец.

Это было как раз то, что нужно, чтобы наконец освободить ее от необъяснимых чар его голоса и присутствия.

– Я не нуждаюсь в том, чтобы мне указывали, что нужно делать, сэр, – отрезала Ровена. – Но мне пора присоединиться к сестре, поскольку нам уже почти пора уезжать.

Она развернулась и пошла к просвету между кустами, выходу из ее временного убежища. Но даже расстояние не могло вызволить ее из плена его взгляда. Повинуясь силам, которым она была не в силах противостоять, Ровена оглянулась и, словно под воздействием магии, медленно склонила голову. Тем самым она будто признавала, что между ней и незнакомцем завязалась загадочная связь.

Ее собеседник улыбнулся и долго смотрел ей вслед. Последнее, что увидела Ровена, – это обещание в его глазах. Обещание, что они непременно встретятся снова.


Меллин-Хаус был надежно укрыт от ветров холмами и окружен прекрасно ухоженными садами. Из дома открывался чудный вид на Фалмут, Флашинг и гавань. Его построил дед Мэтью Голдинга, человек, разбогатевший на торговле.

Он бы гордился достижениями своего внука. Мэтью стал владельцем двух торговых кораблей – «Ровены Джейн» и «Дельфина», которые останавливались в портах Корнуолла, Гибралтара и Средиземного моря, где закупали вино, кружева и полированный мрамор, а затем отправлялись в Вест-Индию и возвращались в Корнуолл, тяжело нагруженные крайне выгодным товаром – сахаром, табаком и иногда ромом.

Но к настоящему дню Мэтью Голдинг был близок к разорению. К тому же он стал калекой, получив пулю в спину при неких подозрительных обстоятельствах в Антигуа. Ровена не знала подробностей, но хорошо помнила, как отца привезли домой на «Ровене Джейн». «Дельфин» под командованием капитана Джека Мейсона отплыл с Антигуа, и с тех пор никто ничего не слышал ни о нем, ни о корабле, ни о его грузе.

Мэтью бесновался и клялся отомстить и Тобиасу Сирлу, человеку, что стрелял в него, и подонку Джеку Мейсону, укравшему его судно.

И сейчас, сидя за столом в своем кабинете на первом этаже, Мэтью Голдинг ожидал прибытия очередного претендента на руку его старшей дочери. Ровена никогда не встречалась с Финеасом Уэланом. Он был вдвое старше ее, однако многие девушки сочли бы за огромную честь привлечь внимание такого человека.

Не нуждаясь в чужих деньгах, поскольку у него, владельца земли и собственности в Корнуолле, и своих было предостаточно, Финеас Уэлан был готов закрыть глаза на отсутствие у Ровены приданого. И Мэтью очень надеялся, что к этому возможному жениху Ровена отнесется с большей благосклонностью, нежели к другим, которых она отвергла с порога.


Хотя Ровену так и подмывало ускакать из Фалмута прочь, чтобы избежать встречи с мистером Уэланом, она смогла преодолеть искушение и велела Энни, экономке, верой и правдой служившей в доме уже много лет, разжечь в гостиной камин и приготовить прохладительные напитки и легкие закуски. Ее прелестное лицо было спокойным, в то время как внутри разыгралась настоящая буря. Разум и здравый смысл вступили в нешуточное противоречие с совестью. Положение было отчаянным. Ровена очень сочувствовала отцу и понимала, как ранит его ее отказ выйти замуж за мистера Уэлана. Она должна поставить интересы и нужды семьи впереди своих собственных желаний и справиться с собой, как бы ей ни хотелось избежать ограничений свободы, которые неизменно налагает на женщину брак с любым мужчиной.

В то самое мгновение, когда ее одолевали столь тяжкие размышления, судьба в буквальном и переносном смысле постучала в дверь.

Ровена встрепенулась. Волнение сжало ее сердце. Должно быть, Энни ничего не слышала, потому что стук повторился. Она поспешила в холл и по пути столкнулась с Джейн, которая выбежала из кухни, чтобы впустить гостя.

– Наверное, это мистер Уэлан, – сказала Джейн, на ходу снимая с себя фартук и подбегая к двери.

– Пожалуйста, входите, – радушно произнесла Джейн и прелестно покраснела, увидев, как привлекателен гость отца.

Ровена отошла назад, чтобы дать мистеру Уэлану войти, и вдруг застыла на месте. Она взглянула сначала на дорогие кожаные коричневые сапоги, потом выше, на темно-зеленый редингот, и наконец – на лицо под треуголкой. От изумления она даже не могла как следует вздохнуть. Это лицо было самым красивым из всех, которые ей когда-либо приходилось видеть. И какой он высокий, как во сне подумала она. И стройный. И как прекрасно сложен. Точеный подбородок, орлиный профиль, словно высеченный резцом искусного скульптора, властная линия рта, гордая, даже высокомерная посадка головы. И темная от загара кожа. Он походил на человека, который много времени проводит в море.

Однако улыбка быстро смягчила его черты, а в уголках глаз появились едва заметные морщинки. Глаза… его глаза были дерзкими, насмешливыми, пронзительно-голубыми и совершенно неотразимыми. И очень… живыми. Казалось, они жадно впитывают все, что готова предложить жизнь, и не намерены пропустить ни одного из ее удовольствий.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

Поделиться ссылкой на выделенное