GVELA.

И так бывает



скачать книгу бесплатно

Очень медленно, словно барахтаясь в киселе, ко мне стало возвращаться осмысленное понимание. Стыд-то какой, я здесь устроила целое представление. Теперь от меня шарахаться начнут или, вообще, сумасшедшей посчитают, вернее сумасшедшим.

– Ушли?

– Ушли. Нет никого. Видишь? Только ты, да я.

Крутанув головой по сторонам, и убедившись, что действительно одни, я немного расслабилась.

– Вот и молодец, – похвалила она, не торопясь вытягивая из рук железяку.

– Пошли, поспишь немного. Проснешься, и все как рукой снимет. Бояться перестанешь. Травки хорошей тебе дам. Да и больше с тобой такого не случится, такой страх лишь раз бывает, теперь сильнее станешь. А сон – хороший лекарь. Пойдем, пойдем, дитя, – ласково уговаривала старушка.

Я послушно плелась, пошатываясь от слабости, к кровати и свалилась на оную, словно мешок с мукой.

– Били люди?

– Три мужика.… Было страшно и больно, – отрешенно ответила я.

– Все позади. На вот выпей отвара, поспи.

Я насторожилась. Послушно приняв лекарство травницы, снова откинулась на подушку. Постепенно наваливалась сонная усталость. Пришедший в голову вопрос решила озвучить сразу.

– А как этот мир называется?

С небольшой заминкой, но все же лекарка ответила с нотками удивления в голосе:

– Мир наш зовется Данар.

– А страна?

– Баресия.

– Такая страна как Россия есть? – для полного подтверждения, для себя, о том, что мир чужой, продолжала я.

– Такой не слышала, может, где и есть, Данар велик, – продолжала отвечать на мои странные вопросы травница.

Я практически уже засыпала, но последний вопрос не давал мне покоя.

– А кто живет в этом мире?

– Это ты о чем? – ошалела лекарка.

– Люди, эльфы, а ещё кто? – пояснила я свой вопрос.

– Ах, вот ты о чем. Ну да, эльфы, люди, феи, орки, гномы, оборотни, и много кого ещё. Наш король создал Баресию, где все живут в мире, независимо от того, кем ты являешься. А название страна получила от имени объединившего нас короля. А он у нас мудрый и справедливый. А ещё…

Дальше я дослушать уже не смогла, сморивший меня сон мирно отправил в страну грез. Проснулась я поздним вечером, отлично выспавшаяся и полная сил. Плотно поужинала. Посидев немного за столом, решила в первый раз выйти на улицу. К тому же уже стемнело, значит, не будет любопытствующих, желающих посмотреть на дикого эльфа. Наверное охотники решили, что приволокли сбрендившего эльфа в своё село. Вздохнув, я взглянула наверх. То же темное небо, с россыпью мерцающих звезд, но две Луны. Хорошо, что луна все же есть, пусть две, было бы тоскливо, будь ночное небо вообще без лун. Этим вечером травница ни о чем меня расспрашивать не стала, но с любопытством поглядывала, когда ей казалось, что я этого не вижу. До утра она потерпит, а вот потом мне от нее будет точно не отвязаться.

3 глава

На просьбу: «Сказать, только честно», с ужасом понимаешь, что придется много врать.


Лекарка сидела напротив меня за столом, пристально наблюдая, как я ем.

Все! Будет допрос.


– Спасибо большое, было очень вкусно, – поблагодарила я радушную хозяйку.

– В здоровье тебе, дитя. Наелся? – спросила она, с серьезным выражением лица, наблюдая за моими потугами запихнуть в рот последний кусочек сочного мяса в без того уже полный желудок.

– Ага, – неторопливо дожевывая ответила я.

– А теперь рассказывай, кто ты такой?

– У вас на кострах ведьм сжигают?

– Ведьмы? – не поняла она меня.

– Волшебники, маги…

– Ты совсем ненормальный?! Да к ним наоборот за помощью ходят. Среди эльфов маги и то редко бывают, что уж про людей говорить. Они уважаемы, – всплеснув руками, искренне возмутилась старушка.

– Это хорошо. И инквизиции нет? – не унималась я.

– Что еще за гадость?

– Гадость, это точно. Больные люди, фанатики, – согласилась я.

– Не пойму я, о чем ты говоришь. Речь у тебя странная, – задумчиво качая головой, проговорила лекарка.

Я решила полностью довериться этой старушке, к тому же ближе у меня никого нет в этом мире. Хочется хоть с одним человеком поделиться и впоследствии, не боясь проговориться, общаться.

– Спрашиваю потому, что стараюсь приблизительно разузнать, чем для меня может закончиться откровение о себе в этом мире.

– В этом? – переспросила она.

– Да. В этом, – подтвердила я.

– Живу… ой, то есть жила я на Земле, так наш мир называется. Родилась, училась, работала. Моя работа заключалась в создании приятной и уютной обстановки в домах, – пыталась я более доходчиво все объяснить жительнице Данара.

– И как там жилось?

– Да нормально жилось. Все как у многих. Живут у нас только люди, все, кто здесь у вас населяют Данар, там являются не более чем выдумками и сказками.

– Не может быть! – удивилась лекарка.

– Так и есть, к сожалению, – спокойно подтвердила я, продолжая рассказывать. – Вечером пошла с подругами в клуб, я – по работе, они – развлечься. Надоело мне. Решила домой вернуться, но так и не дошла, – голос дрогнул. Не смогла я спокойно рассказать. Не получилось. И глаза отвела, проницательного взгляда старушки не выдержала.

– Это там с тобой беда приключилась? – спросила она.

– Беда… – монотонно повторила я, с омерзением продолжая, – напали трое здоровенных мужиков и изнасиловали… как хотели.

– Теперь понятно. А я то удивлялась, как ты в угол забился, словно девка, издевательства перенесшая.

– Убили они меня… там. Очнулась уже тут. У вас. Вот в этом теле, – закончила я свой рассказ.

– Ох… Такого я за свою жизнь не слышала, – протягивая слова, изумленно проговорила травница. – Кто-нибудь ждет тебя там?

– Нет. Родителей давно нет. Мужа и детей тоже.

Поверит ли она мне или подумает, что эльф сбрендил? Посмотрела на нее умоляющим взглядом. Заметила.

– Верю я тебе. Ведешь себя ты странно и для мужчины, и уже конечно для эльфа. Как звали то тебя там?

– Ирина Дмитриевна Каролькова. Тридцать один год. Дизайнер – отрапортовала я ей.

– А теперь внимательно послушай меня, деточка, – начала серьезным тоном лекарка, – я уже старуха, сколько мне тут осталось-то, дни, месяцы. Рассказала мне все про свою жизнь, назвала имя…

Выждав моего молчаливого кивка, она продолжила.

– Молодец, а теперь забудь все, раз и навсегда. Теперь ты эльф. И к тому же парень. Таковым и останешься. Привыкай. Ничего уже не исправишь, и надо ли? Там тебя уже нет в живых. Тебе повезло во второй раз родиться, вот и пользуйся, живи.

Давно сдерживающиеся слезы потекли бурным потокам по моим щекам, неся облегчение. Мне стало спокойнее от того, что разделила свою ношу с добродушной травницей.

– Вот глупый, чего ревешь? Радоваться надо, – солнечно улыбнулась бабушка.

– А как зваться мне теперь? – всхлипнув, спросила я.

– Даэ – значит призрак, тень по– эльфийски – пояснила мне свой выбор лекарка.

– Откуда знаете?

– В молодости по эльфам сохла, – задорно рассмеялась лекарка.

Утро наступило как всегда неожиданно. На столе меня ждал завтрак с манящим ароматом. Позавтракав, я с недовольством посмотрела в сторону печи. У меня с печью велись негласные военные действия, она никак не желала правильно растапливаться. Наотрез отказывалась гореть, лишь коптила, заполняя черным едким дымом избу. Селяне, лишенные развлечений, с радостным визгом бежали к нашему забору смотреть на очередной эксперимент в моем исполнении по растопке опостылевшей печи. А картина представлялась следующая. Из избы валят клубы удушающего черного дыма, следом вываливается эльф, перепачканный с ног до головы сажей, смешно подергивает кончиками острых закопченных ушей, и не найдя ничего более умного, показывает всем язык, обиженно отворачиваясь. Смеялись все долго, а старички утирали рукавами выступившие от смеха слезы.

– Даэ, уморить хочешь старуху? Давно я так не смеялась, – сказала лекарка.

– У меня просто не получается печь растопить. У нас с ней негласная война, и она не сдается, – обиженно буркнула я в ответ.

– Ты хоть раз в жизни печь топил? – интересуется ухахатывающийся староста.

– Было пару раз. Правда под присмотром старших, в детстве, – понуро опустив голову, ответила я.

А вот когда, потревоженное пьяным вылетом надышавшейся дыма вороны, с тихим шлепком упало мне на голову гнездо и по моей перепачканной физиономии растеклись разбитые яйца, все уже лежали от смеха, стоять никто не мог. Витиевато и с чувством выругавшись, показала в небо кулак, и направилась к бане в очередной раз отмываться. Такими темпами я скоро перестану быть загорелой, домою себя до дыр. Надо затопить эту чертову печь, решила я для себя. Городскому человеку из двадцать первого века сложно привыкнуть к отсутствию элементарных удобств, как туалет, горячая вода, а самое ужасное – электричества. Здесь же таскание ведрами холодной воды из колодца, готовка в печи и стирка в реке, последнее сравнимо с фильмом ужасов. Ледяная вода, тяжелая жесткая одежда, вонючее, плохо мылящееся мыло и распухшие онемевшие пальцы со стертой в кровь нежной кожей рук. Одежда из грубой ткани доводила меня до слез, болезненно натирая тело. Сделала себе пометку сменить одежду на более мягкую, как только, так сразу.

Вообще, мне очень повезло, что травница держала лишь птицу, похожую на наших кур, а не другую, внушающую мне страх, живность.

С печью, на четвертый день военных конфликтов, мы все же подписали мирный договор. Готовить было несложно, более меня раздражали всевозможные чугунки и приспособления для печи, ухваты и захваты, не знаю точно, как они называются, и не интересует особо. Вот только готовить завтрак продолжала бабушка, я всегда была и осталась любителем лишний раз поваляться в постели. И к тому же, как ни старалась проснуться раньше уважаемой Ганы, это не получалось. Когда я открывала глаза, горячий ароматный завтрак уже стоял на столе.

Зато все село полюбило неожиданные представления в моем лице, не виноватая я, что хочется как лучше, а получается как всегда. Сбежались поглазеть на странного эльфа, когда я полезла спасать плачущего на дереве котенка, и ни одна довольная представлением зараза не сказала мне, что дикого лесного кота спасать не надо, он сам моську кому хочешь начистит. Падала я вниз матерясь с чувством, с тактом, с расстановкой, селяне аж заслушались. И потом еще несколько дней ходила с боевой раскраской на лице от острых коготков. В следующий раз с любопытством наблюдали за эльфом, улепетывающим от разозленного внешним видом последнего трехрогого краснокожего быка. Я ловко сиганула через высокий забор и убегала уже от оскалившегося дворового пса, размером с пони, стремящегося цапнуть за мои сверкающие пятки.

Самое веселое для них было, когда меня взяли на сбор меда к местному пасечнику. До меда я так и не добралась, а вот всех пчел в округе собрала без особых усилий. И уже с опухшим от укусов лицом сидела в реке, изредка выныривая глотнуть воздуха. А неправильные пчелы жужжащим огромным роем курсировали над водой. После этого случая пасеку я обходила дальней стороной.

Селяне стали относиться ко мне как к шкодливому бесхитростному подростку, лишь по-доброму улыбаясь моим проделкам. И не объяснишь, что не специально, просто само так получается.

Второе столкновение с лесным котом произошло, когда мне захотелось отведать спелых налитых плодов яблоньки. Меня очень порадовало, что и здесь растет это любимое мною деревце.

– Мы червячки, мы червячки, мы очень любим яблочки, – тихонько напевая, я карабкалась по толстой ветке дерева, полностью поглощенная видом аппетитного большого яблока. Притаившегося в листве кота я не заметила, вследствие чего еще два дня потешала сельчан своим разукрашенным лицом. Я просто начинаю ненавидеть этих ненормальных, питающихся фруктами лесных котов. И коты здесь тоже неправильные…

После настойчивых уговоров уважаемой Ганы меня взяли на охоту, справедливо полагая, что пользы от меня не будет, только лишний раз придется присматривать за мной. В ночь перед охотой бабушка заставила меня лечь спать пораньше, мол, чтобы дремлющим по лесу не бродил.

4 глава

«Зайчиха увидела охотника и говорит зайчатам:

– Ну-ка, закрыть уши! Сейчас он промажет, и так материться будет».


С рассветом выдвинулись в лес строгой пятеркой. Ой… то есть… шестеркой, если меня как охотника считать.

– Ты же эльф, – обратился ко мне староста Аруч, убеждая себя или меня, не понятно.

– Эльф, и что?

– Как что?! Ты же топаешь как хромой конь.

– Как умею, так и хожу, – обиженно буркнула я.

– Вот оно и видно, что не умеешь, – продолжал староста.

– Просто я ещё не научился, – огрызнулась я.

– Ты сегодня хорошо выспался?

– Нормально. А что, если плохо буду спать, перестану топать как конь? – язвительно поинтересовалась я у оторопевшего старосты.

– Сонным на охоту ходить нельзя, – пояснил Архи, шедший рядом со старостой.

– Почему?

– Хм… – усмехнулся один из охотников.

– Будешь через лес идти сонный, зверь тебя из-за куста хвать, и все, поминай, как звали, – снисходительно пояснил мне Архи.

Мда… «охота» здесь, это не «грибы собирать» там.

– Ааа….!!! – заорала я, испугавшись внезапно пробежавшего мимо меня зверька.

– Ты больной?! – зло сказал Аруч, матерно выругавшись.

– Тише вы там… – подключились к возмущениям старосты, другие охотники.

– Чего орал? – уже спокойнее спросил Аруч.

– Зверь какой-то неожиданно пробежал, – оправдывалась я.

– А звери вообще очень редко «ожиданно» бегают по лесу, – сказал, усмехнувшись, Архи.

– Это того «зверя» ты испугался? – сказал один из охотников, указывая рукой в направлении кустов.

Хорошо, что сильно не ржут, а только похихикивают. Меня это радует, шуметь не могут, охота как ни как. Рядом с указанным кустом сидело нечто, вроде с виду заяц, только уши как у чебурашки.

– Ой, не могу… кто это? Заяц чебурашечный… ой, со смеху помру…

– Ты что, идиот? – испуганным голосом спросил староста.

– Похоже, он с ума сошел, перепугался, видимо, – предположил Архи.

– Заткните вы его, зверье услышит, – высказался один из охотников.

– Как это чудо природы называют? – с трудом отдышавшись от смеха, спросил я.

– Уф… напугал ты меня парень, думал все, умом тронулся, – облегченно выдохнув, сказал Архи.

– Ушастый это. Мясо вкусное, но жилистое, правда. И шустрый он, ловить замучаешься. Если только ловушку поставить. Пугливый, жуть.

– Понятно, – сказала я, а мысленно добавила, точно наш заяц. – А почему сидит и не убегает?

– Перепугался, видимо сильно, от твоего гоготания.

– Может, он больной или глухой, или слепой, или все вместе…

– Угомонись, – прервал мои перечисления Аруч, – нормальный он.

– А ты уверен? – на всякий случай уточнила я.

– Смотри, – сказал Архи и сильно хлопнул в ладоши.

Ушастый странно дернулся и завалился на бок.

– Все, сдох, – констатировала я.

– Да уж… – глубокомысленно изрек Архи, почесывая рукой свою макушку.

– Точно больной, может ещё и слепой, но не глухой.…Есть его будем? – спросила я у старосты.

– Будем, но не сейчас.

По лицу расползлась довольная улыбка. Первый трофей, не мой, но все равно приятно.

– Хорошо, что нам первым ушастый попался, а не голак, – наставительно высказался Аруч.

– И чего из себя этот голак представляет?

– Очень опасный хищник.

– И?

– Опасный, сильный, умный и быстрый. Размером с лошадь. И хвост у него гибкий как хлыст, с шипами, – пояснил мне Аруч.

– Обалдеть, – испуганно озираясь по сторонам, сказал я, – и много тут таких, бродит?

– Думали, истребили всех лет 50 назад. А нет, появился один. На деревни в округе нападает, жрет всех подряд и опять в лес.

– А убить никак?

– Пробовали, только вёрткий больно.

– Как же истребить остальных удалось?

– Ловушками и количеством, всем миром избавлялись.

– Ужас.…А на ваше село нападения были?

– Ты главное по ветру не становись. И шуми поменьше, – попытался сменить тему староста.

Ага, как же… так я от любопытства загибаться буду, не дождешься. Нашел дуру, и так уже понятно, что на наше село нападения тоже были.

– Так когда последний раз нападение было?

– Давно, считай месяца назад.

– Это называется давно?! – испугано прохрипела я.

– Давно не давно, а ты внимательно слушай и запоминай, что бывалые охотники тебе, несметливому, говорят.

– Тише вы, – шикнул на нас Архи.

– А что там? – влезла я с вопросом. Ну, любопытная я, так что же теперь, вообще молчать?

– Замри и не двигайся, – прошептал мне староста, подойдя поближе.

– Что там? Что там? – передразнил меня Архи – волохи там, парочка.

– Волохи, а этих с чем едят?

– Не, ну полюбуйтесь на него, – картинно закатил глаза Архи. – И вот этого несмышленыша нам навязали с собой на охоту.

– Эх, – тяжело вздохнул, соглашаясь с другом Аруч.

– А я и не рвался с вами по лесу бродить, – обиделась я.

– Может, мы его в качестве приманки выставим? – предложил кто – то из охотников.

– А не смущает, что я вроде как все слышу? – начала злиться я, а внутри что-то требовало рыкнуть на моих обидчиков.

– Не злись, малец. Пошутили мы так, по-глупому, – покаялся Архи, успокаивая меня, но кулак охотнику, высказавшему деловое предложение, все же показал.

– Тише вы. Не забыли где мы? – укорил староста, охотников.

– Волохи засуетились, – шепнул Архи.

– Вот что, парень, залезь-ка ты на дерево, и повыше, и уже оттуда смотри. Волохи опасны, если взбесятся, то попрут напропалую, не остановишь.

– Как скажешь, староста, – демонстративно поклонилась, предварительно выискав взглядом подходящее дерево.

О, фруктовое! Можно полезное совместить с приятным, пузо набить съестным.

Сидя на толстой ветке и с аппетитом уминая вкусное яблоко, с большим интересом наблюдала за разворачивающимся действием.

Медленно и осторожно окружали охотники двух отбившихся от стада волохов. Звери очень напоминали наших кабанов, только покрупнее и пошерстистее, да еще лапы с внушительно торчащими когтями, как у кошки. Слоняющееся чуть в стороне стадо совершенно не замечало притаившихся в кустах охотников, впрочем, как и отделившаяся парочка.

Молниеносное движение, и один волох замертво падает со стрелой в глазу. А со вторым вышло не так удачно, стрела украсила ухо зверя своеобразным пирсингом. Взревевший волох понесся прямиком в сторону охотников. Теперь я точно не желала становиться у него на пути, увернувшийся в последнюю секунду охотник с любопытством наблюдал, как животное трясет головой, оглушенное от столкновения с деревом. Движение ножом по шее, вот и второй волох стал мертвой добычей.

– Спускайся, – позвал меня Архи.

Я все понимаю, бывает, но не так часто же! Слезая с ветки, я наступила на хвост отдыхающему лесному коту, вследствие чего мои конечности расцарапаны, а одежда порезана на мелкие ленточки.

– Это умудриться надо в течение двух недель третьего кота встретить! – смеялся Аруч.

– Удивительно, они же жутко редкие, – заливался смехом Архи, вместе с остальными охотниками.

– Что-то не заметила, что редкие… – развела я руками. – Что сказать… везет мне.

Отсмеялись. Успокоились.

– Все, возвращаемся, – скомандовал староста.

С отличным настроением после удачной охоты мы вернулись в село. Я была благодарна селянам, что они никоим образом не напоминали мне о том происшествии, когда я перепуганная забилась в угол комнаты. Лекарка, видимо, все объяснила, и о том, что память я потеряла, тоже заикнулась, потому что я сомневаюсь, чтобы мужики так спокойно реагировали на мои порой очень глупые вопросы, а уж отвечать точно не стали бы. Придя в избу, наспех поужинала, и из последних сил доползла до кровати, моментально вырубившись.

5 глава

«Человек – такая зараза, которая ко всему привыкает»


Выспаться мне так и не дали, кто-то сильно дубасил в дверь.

– Иду, иду! – Хриплым голосом спросонья прокричала лекарка.

– У меня там… жена рожает, что делать то! – испуганно тараторил мужик.

– И давно? – спросила она.

– Что?

– Давно, спрашиваю, рожает? – спокойно продолжала лекарка.

– Еще днем на живот жаловалась.

– А мне почему сразу не сказал?!

– Так не думал, что ночью рожать начнет, думал до утра потерпит.

– Ой, дурак! Думал он! Вот сейчас по твоей думалке и заеду чем – нибудь тяжелым, авось поможет мозги прочистить.

Я вышла из комнаты. Передо мной оказался испуганно сжавшийся, совсем молодой паренек, лет восемнадцати. Даже жалко стало.

– Уважаемая Гана, у них первые роды, наверное, – постаралась я смягчить гнев травницы.

– Вот, то – то и оно, что первые. Муня, жена его, совсем молодая еще, ей только пятнадцать исполнилось. Могут сложности быть – взволновано объяснила она.

Парень вообще побелел после слов знахарки. Понимая, что теперь всю ночь точно спать не буду, пока не узнаю, как прошли роды, решила напроситься с ней.

– Уважаемая Гана, возьмите меня с собой, а вдруг пригожусь.

Лекарка прищурилась, внимательно на меня посмотрела и кивнула в знак согласия.

– Зачем нам он? Он же мужик! Я его к своей Муне не пущу! – заартачился парень.

– Давай пошли! Кто тебя спрашивать будет, сделаешь, так, как я скажу!

Пришли мы на другой конец села. Мужская половина населения избы, в составе брата и пожилого отца виновника подобного действа, спокойно стояла на улице. Там же и остался наш проводник. Под его недовольным взглядом я вошла в избу. Тяжелый запах пота шибанул мне в нос, меня даже в первые секунды немного повело. Через закрытую дверь слышались болезненные крики девушки.

– Я должен войти туда …понимаешь, … если не войду, сойду с ума от этих криков, – с мольбой я посмотрела на старую лекарку.

– Пошли. Станет плохо, выйдешь на улицу.

– Хорошо.

Зайдя в небольшую комнату, увидела суетящихся у кровати двух женщин. Скорее всего, одна мать, а та, что постарше бабушка – определила я для себя. На кровати, от боли металась совсем юная хрупкая девушка.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное