Григорий Сковорода.

Наставления бродячего философа. Полное собрание текстов



скачать книгу бесплатно


О. В. МАРЧЕНКО,

доктор философских наук,

профессор РГГУ (Москва)


Песни стихи басни


Из «Сада[20]20
  Символический образ сада весьма распространен в европейской литературе и в Средние века, и значительно позднее. Если говорить об украинской, белорусской и русской традициях, следует назвать «Огородок Марии Богородицы» Антония Радивиловского, «Вертоград Многоцветный» Симеона Полоцкого, «Вертоград» Тимофея Каменевича-Рвовского, «Вертоград духовный» Гавриила Домецкого, «Виноград» Стефана Яворского и др.


[Закрыть]
Божественных песен»[21]21
  Тридцать стихотворений, составивших сборник «Сад божественных песен, прозябший из зерн Священного Писания», были написаны в период с 1753 по 1785 гг. Каждое из этих стихотворений написано особым, ни разу не повторяющимся размером. По отдельности они публиковались в журналах середины XIX века, полностью сборник впервые опубликован в издании 1861 г. В нашем издании печатаются песни 10, 11, 12, 13, 18, 21, 22, 23, 24, 28, 30.


[Закрыть]
Песнь 10-я

Из сего зерна: Блажен муж, который в премудрости умрет и который в разуме своем поучается святыне

(Сирах).

 
Всякому городу нрав и права[22]22
  …Всякому городу нрав и права… – самое популярное стихотворение Сковороды; уже при жизни автора песня вошла в репертуар кобзарей.


[Закрыть]
;
Всяка имеет свой ум голова;
Всякому сердцу своя есть любовь,
Всякому горлу свой есть вкус каков, —
А мне одна только в свете дум?,
А мне одно только нейдет с ума.
 
 
Петр для чинов углы панские трет,
Федька-купец при аршине все лжет.
Тот строит дом свой на новый манер,
Тот все в процентах, пожалуй, поверь! —
А мне одна только в свете дум?,
А мне одно только нейдет с ума.
 
 
Тот непрестанно стягает грунт?,
Сей иностранны заводит скот?.
Те формируют на ловлю собак,
Сих шумит дом от гостей, как кабак, —
А мне одна только в свете дум?,
А мне одно только нейдет с ума.
 
 
Строит на свой тон юриста права,
С диспут студенту трещит голова.
Тех беспокоит Венерин амур,
Всякому голову мучит свой дур, —
А мне одна только в свете дум?,
Как умереть бы мне не без ума.
 
 
Смерть страшна, замашная коса!
Ты не щадишь и царских волосов.
Ты не глядишь, где мужик, а где царь, —
Все жерешь так, как солому пожар.
Кто ж на ее плюет острую сталь?
Тот, чья совесть, как чистый хрусталь…
 

Конец

Песнь 11-я

В конце сего: Бездна бездну призывает, сиречь: В законе господнем воля его.

Дал бы тебе воду живу, воле – волю и бездне твоей бездну мою.


 
Нельзя бездны океана горстью персти забросать,
Нельзя огненного стана скудной капле прохлаждать.
Возможет ли в темной яскине гулять орел?
Так, как в поднебесный край вылетев он отсель?
Так не будет сыт плотским дух.
 
 
Бездна дух есть в человеке, вод всех ширший и небес.
Не насытишь тем вовеки, что пленяет зрак очес.
Отсюда-то скука внутри скрежет, тоска, печаль,
Отсюда несытость, из капли жар горший встал.
Знай: не будет сыт плотским дух.
 
 
О род плотский! Невежды! Доколе ты тяжкосерд?
Возведи сердечны вежды! Взглянь вверх на небесну твердь.
Чему ты не ищешь знать, что то зовется бог?
Чему не толчешь, чтоб увидеть его ты мог?
Бездна бездну удовлит вдруг.
 

Конец

Песнь 12-я

Из сего зерна: Блаженны нищие духом, т. е.: Премудрость книжника во благовремении празднества и, умаляясь в одеяниях своих, упремудрится

(Сирах).


Упразднитесь и разумейте…


 
1. Не пойду в город богатый. Я буду на полях жить,
Буду век мой коротати, где тихо время бежит.
О дуброва! О зелена! О мати моя родна!
В тебе жизнь увеселенна, в тебе покой, тишина!
 
 
2. Города славны, высоки на море печалей пхнут.
Ворота красны, широки в неволю горьку ведут.
О дуброва! О зелена! и прочее.
 
 
3. Не хочу ездить за море, не хочу красных одежд:
Под сими кроется горе, печали, страх и мятеж.
О дуброва! и прочее.
 
 
4. Не хочу за барабаном итти пленять городов,
Не хочу и штатским саном пугать мелочных чинов.
О дуброва! и прочее.
 
 
5. Не хочу и наук новых, кроме здравого ума,
Кроме умностей Христовых, в коих сладостна дум?.
О дуброва! и прочее.
 
 
6. Ничего я не желатель, кроме хлеба да воды,
Нищета мне есть приятель – давно мы с нею сваты.
О дуброва! и прочее.
 
 
7. Со всех имений телесных покой да воля свята.
Кроме вечностей небесных, одна се мне жизнь свята.
О дуброва! и прочее.
 
 
8. А если до сих угодий и грех еще победить,
То не знаю, сей выгоды возможет ли лучше быть.
О дуброва! и прочее.
 
 
9. Здравствуй, мой милый покой! Вовеки ты будешь мой.
Добро мне быть с тобою: ты мой век будь, а я твой.
О дуброва! О свобода! В тебе я начал мудреть,
До тебя моя природа, в тебе хочу и умереть.
 

Конец

Песнь 13-я

Из сего: Изойдите из среды их… Приди, брат мой, водворимся на селе. Там родила тебя мать твоя

(«Песнь песней»).

 
Ах поля, поля зелены,
Поля цветами распещрены!
Ах долины, яры,
Круглы могилы, бугры!
 
 
Ах вы, вод потоки чисты!
Ах вы, берега трависты!
Ах ваши волоса,
Вы, кудрявые леса!
 
 
Жаворонок меж полями,
Соловейко меж садами;
Тот, выспрь летя, сверчит,
А сей на ветвях свистит.
А когда взошла денница,
Свищет в тот час всяка птица,
Музыкою воздух
Растворенный шумит вокруг.
 
 
Только солнце выникает,
Пастух овцы выгоняет
И на свою свирель
Выдает дрожливу трель.
 
 
Пропадайте, думы трудны,
Города премноголюдны!
А я с хлеба куском
Умру на месте таком.
 

Конец

Песнь 18-я

Господь гордым противится, смиренным же дает благодать.


 
Ой ты, птичко желтобоко,
Не клади гнезда высоко!
Клади на зеленой травке,
На молоденькой муравке.
Вот ястреб над головою
Висит, хочет ухватить,
Вашею живет он кровью,
Вот, вот когти он острит!
 
 
Стоит явор над горою,
Все кивает головою.
Буйны ветры повевают,
Руки явору ломают.
А вербочки шумят низко,
Волокут меня до сна.
Тут течет поточек близко;
Видно воду аж до дна.
 
 
На что ж мне замышляти,
Что в селе родила мати?
Нехай у тех мозок рвется,
Кто высоко в гору дмется,
А я буду себе тихо
Коротати милый век.
Так минет меня все лихо,
Счастлив буду человек.
 

Конец

Песнь 21-я

В конец сего: Возвестил мне, его же возлюбила душа моя; где пасешь, где почиваешь в полудни?


 
Счастие, где ты живешь? Горлицы, скажите!
В поле ли овцы пасешь? Голубы, взвестите!
О счастие, наш ясный свет,
О счастие, наш красный цвет!
Ты мать и дом, появися, покажися!
 
 
Счастие! Где ты живешь? Мудрые, скажите!
В небе ли ты пиво пьешь? Книжники, взвестите!
О счастие, наш ясный свет,
О счастие, наш красный цвет!
Ты мать и дом, появися, покажися!
 
 
Книжники се все молчат, птицы тож все немы,
Не говорят, где есть мать, мы же все не вемы.
О счастие… и прочее.
 
 
Счастия нет на земле, счастия нет в небе,
Не заключилось в угле, инде искать требе.
О счастие… и прочее.
 
 
Небо, земля и луна, звезды все – прощайте!
Все вы мне – гавань дурна, впредь не ожидайте.
О счастие… и прочее.
 
 
Все я минул небеса, пускай вдаль обрящу,
И преисподняя вся, пускай его срящу
О счастие… и прочее.
 
 
Се мой любезный прескор, скачет младой олень,
Выше небес, выше гор; крын[23]23
  Крын… – лилия.


[Закрыть]
мой – чист, нов, зелен.
О счастие, мой свет ясный!
О счастие, мой цвет красный!
Ты мать и дом, ныне вижу, ныне слышу!
 
 
Сладость его есть гортань, очи голубины,
Весь есть любовь и Харрань[24]24
  Харрань… – город в Месопотамии упоминаемый в Ветхом Завете.


[Закрыть]
, руки кристаллины.
О счастие… и прочее.
 
 
Не прикасайся ко мне, тотчас меня срящешь,
Не обретай меня извне, тотчас обрящешь.
О счастие… и прочее.
Ах! Обрати мне твой взор: он меня воскрыляет,
Выше стихий, выше гор он меня оперяет.
О счастие… и прочее.
 
 
Сядем себе, брате мой, сядем для беседы.
Сладок твой глагол живой, чистит мне все беды.
О счастие, мой свет ясный!
О счастие, мой цвет красный!
Ты мать и дом, днесь тебя вижу, днесь тебя слышу.
 
 
В полдень ты спишь на горах, стадо пасешь в крынах,
Не в Гергесенских полях и не в их долинах.
О счастие… и прочее.
 

Конец

Песнь 22-я

Помни последнее твое, и не согрешишь (Сирах). Есть путь, мнящийся быть прав, последнее же его – ад

(Притчи).

 
Распростри вдаль взор твой и разумны лучи,
И конец последний поминай.
Всех твоих дел в какую меть стрела улучит,
Наблюдая всех желаний край,
На каких вещах основал ты дом?
Если камень, то дом соблюдет,
Если ж на песке твоих стать хором,
От лица земли вихрь разметет.
 
 
Всяка плоть песок есть и мирска вся слава,
И его вся омерзеет сласть.
Возлюби путь узкий, бегай обща нрава;
Будь твоя, Господь, с Давидом часть[25]25
  «Часть моя ты, Господи…» «Боже сердца моего и часть моя, Боже, вовеки» (Здесь и далее по тексту примеч. Г. Сковороды).


[Закрыть]
,
Если нужно вернуться в Сион[26]26
  Сион – слово еврейское. Значит то же, что по-эллински – ?????? ??????, рим. – specula. Так назывался Иерусалимский замок; по-славянски – зор, стража, горница.


[Закрыть]
,
То зачем тебе в мир снисхождать?
Путь опасен есть во Иерихон[27]27
  Иерихон – город, есть образ суетного мира сего и лестного. Он широкий, сиречь роскошным путем водит юных в разбойники, то есть в челюсти змиины и гидрины, в смертные грехи. Quaenam Maxima peccatoribus poena? Ipsum peccatum. – Ничто не есть злее греха и жала, ибо его ничто же ни в сем, ни в оном веке мучительнее. «Жало смерти – грех». «Грехопадение, кто разумеет? Блажен тот один, кто разумеет». «Блажен муж, который на пути грешных не стоит». «Открой очи мои…»


[Закрыть]
,
Живи в граде, он всех нас мать.
 
 
Если ж пустился ты в сию дорогу,
Бог скорее путь да преградит,
Ибо знаешь, что снийшовши в бездну многу,
То ум в бездне зол наш не радит.
О ты, кто все дух тот же есть
И число твоих не скудеет лет,
Ты, разбойничьи в нас духи смеси!
Пусть твоя сокрушит буря сеть!
 

Конец

Песнь 23-я

Из сего: Исчезли в суете дни… Покупая время… Упразднитесь и уразумейте.


 
О дражайше жизни время,
Коль тебя мы не щадим!
Коль так, как излишне бремя,
Всюду мечем, не глядим!
Будто прожитый час возвратится назад,
Будто реки до своих повернутся ключей,
Будто в наших руках лет до прибавки взять,
Будто наш из бесчисленных составленный век дней.
 
 
Для чего ж мы жить желаем
Лет на свете восемьсот,
Ежели мы их теряем
На всяких безделиц род?
Лучше час честно жить, чем скверно целый день.
Лучше один день свят от безбожного года,
Лучше один год чист, чем десяток сквернен,
Лучше в пользе десять лет, чем весь век без плода.
 
 
Брось, любезный друг, безделья,
Пресечи толикий вред,
Сей момент примись за дело:
Вот, вот, время уплывет!
Не наше то уже, что прошло мимо нас,
Не наше то, что породит будуща пора,
Днешний день только наш, а не утренний час.
Не знаем, что принесет вечерняя заря,
 
 
Если ж не умеешь жить,
Так учись фигуре сей!
Ах, не может всяк вместить
Разум хитрости тоей.
Знаю, что наша жизнь полна суетных врак,
Знаю, что преглупая тварь в свете человек,
Знаю, что чем живет, тем горший он дурак,
Знаю, что слеп тот, кто закладает себе век.
 

Конец


Rogatus quidam philosophus: quid esset praetiosissimum? Respondit: tempus[28]28
  Некий философ, которого спросили, что он считает самым ценным, ответил: «время» (лат.).


[Закрыть]
.

Песнь 24-я

Римского пророка Горация[29]29
  Любимый Сковородою великий римский поэт Квинт Гораций Флакк (65-8 до н. э.), см. Оды, II, 16, 1.


[Закрыть]
, претолкована малороссийским диалектом в 1765 году. Она начинается так: Otiam diuos rogat in patenti[30]30
  «Покоя просит у богов в открытом… [море]» (лат.).


[Закрыть]
и пр. Содержит же благое наставление к спокойной жизни.

 
О покой наш небесный! Где ты скрылся с наших глаз?
Ты нам обще всем любезный, в разный путь разбил ты нас.
 
 
За тобою-то ветрила простирают в кораблях,
Чтоб могли тебя те крылья во чужих сыскать странах.
 
 
За тобою маршируют, разоряют города,
Целый век бомбардируют, но достанут ли когда?
 
 
Кажется, живут печали во великих больш домах;
Больш спокоен домик малый, если в нужных сыт вещах.
 
 
Ах ничем мы не довольны – се источник всех скорбей!
Разных ум затеев полный – вот источник мятежей!
 
 
Поудержмо дух несытый! Полно мучить краткий век!
Что ль нам даст край знаменитый? Будешь тоже человек.
 
 
Ведь печаль везде летает по земле и по воде,
Сой бес молний всех быстрее может нас сыскать везде.
 
 
Будем тем, что бог дал, рады, разобьем мы скорбь шутя,
Полно нас червям съедати, ведь есть чаша всем людям.
 
 
Славны, например, герои, но побиты на полях.
Долго кто живет в покое, страждет в старых тот летах.
 
 
Вас бог одарил грунтами, но вдруг может то пропасть,
А мой жребий с голяками, но бог мудрости дал часть.
 

Конец


Nihil est ab omni parte beatum[31]31
  «Нет ничего счастливого во всех отношениях» (лат.).


[Закрыть]
.

Песнь 28-я

О тайном внутри и вечном веселье боголюбивых сердец. Из сих зерн: Веселье сердца – жизнь человеку, и радование мужа – долгоденствие. Кто же погубит душу свою меня ради, тот спасет ее. Что пользы человеку, если приобретает мир весь, лишится же души своей?

 
Возлети на небеса, хоть в версальские леса[32]32
  Версалия (Versailles) именуется французского царя Эдем, сиречь рай, или сладостный сад, неизреченных светских утех исполнен.


[Закрыть]
,
Вздень одежду золотую,
Вздень и шапку хоть царскую;
Когда ты невесел, то все ты нищ и гол;
 
 
Завоюй земной весь шар, будь народам многим царь,
Что тебе то помогает,
Если внутрь душа рыдает?
Когда ты невесел, то все ты подл и гол.
 
 
Брось, пожалуй, думать мне, сколько жителей в луне!
Брось Коперниковски сферы[33]33
  Коперник есть новейший астроном. Ныне его систему, т. е. план, или типик, небесных кругов весь мир принял. Родился над Вислою, в польском городе Торуне. Систему свою издал в [1543 г.]. Сфера есть слово эллинское, по-славянски: круг, клуб, мяч, глобус, гиря, шар, круг луны, круг солнца.


[Закрыть]

Глянь в сердечные пещеры!
В душе твоей глагол, вот будешь с ним весел!
 
 
Бог есть лучший астроном, он наилучший эконом.
Мать блаженная натура[34]34
  Блаженная натура есть имя Господа Вседержителя.


[Закрыть]

Не творит ничто же сдура.
Нужнейшее тебе найдешь то сам в себе.
 
 
Глянь, пожалуй, внутрь тебя: сыщешь друга внутрь себя,
Сыщешь там вторую волю,
Сыщешь в злой блаженну долю:
В тюрьме твоей там свет, в грязи твоей там цвет.
 
 
Правду Августин певал[35]35
  Аврелий Августин (354–430) – крупнейший представитель латинской патристики, один из любимых мыслителей Сковороды


[Закрыть]
: ада нет и не бывал[36]36
  Ад слово эллинское значит темница, место преисподнее, лишенное света, веселья и дражайшего золота – свободы. Адский узник есть зерцало пленников мучительной своей воли, и сия лютая фурия непрерывно вечно их мучит.


[Закрыть]
,
Воля – ад, твоя проклята,
Воля наша – печь нам ада.
Зарежь ту волю, друг, то ада нет, ни мук.
 
 
Воля! О несытый ад! Все тебе ядь, всем ты яд.
День, ночь челюстьми зеваешь,
Всех без взгляда поглощаешь;
Убей ту душу, брат, так упразднишь весь ад.
 
 
Боже! О живой глагол! Кто есть без тебя весел?
Ты един всем жизнь и радость,
Ты един всем рай и сладость!
Убий злу волю в нас, да твой владеет глас!
 
 
Дай пренужный дар нам сей; славим Тя, царя царей.
Тя поет и вся Вселенна,
В сем законе сотворенна,
Что нужность не трудна, что трудность не нужна[37]37
  Мысль древнегреческого мыслителя Эпикура (341–270 до н. э.), которую часто повторял Сковорода.


[Закрыть]
.
 

Конец


Pro memoria, или припоминание.

Самое сущее Августиново слово есть сие: Tolle voluntatem propriam et tolletur infernus – истреби волю собственную, и истребится ад.

Как в зерне мамрийский дуб, так в горчичном его слове скрылась вся высота богословской пирамиды и как бездна жерлом своим пожрала весь Иордан богомудрия. Человеческая воля и Божья суть двое ворот – адовы и небесные. Обретший среди моря своей воли Божью волю обретет кифу, сиречь гавань оную: «На сем камне утвержу всю церковь мою». «Таится сие им, как небеса» и проч. «И земля (се оная обетованная! Смотри, человек) посреди воды…» Если кто преобразил волю в волю Божию, воспевая сие: «Исчезнет сердце мое» и проч. Сему сам Бог есть сердцем. Воля, сердце, любовь, Бог, дух, рай, гавань, блаженство, вечность есть то же. Сей не обуревается, имея сердце оное: «Его же волею все управляются». Августиново слово дышит сим: «Раздерите сердца ваши». «Возьмите иго мое на себя». «Умертвите члены ваши». «Не того хотите… сие творите». «Не есть наше против крови и плоти». «Враги человеку домашние его». «На аспида и василиска наступишь». «Тот сотрет твою главу…» и проч.

Песнь 30-я

Из сего древнего стиха:

 
??? ???? ??????? ???? ??? ????? ????????:
??? ????? ?? ?????? ?????? ????? ??????.
 

Сиречь:

 
Наслаждайся дней твоих, все бо вмале стареет:
В одно лето из козленка стал косматых! цап.
 
 
Осень нам проходит, а весна прошла,
Мать козленка родит, как весна пришла.
Едва лето запало, а козля цапом стало,
Цап бородатый.
Ах, отвергнем печали! Ах, век наш краткий, малый!
Будь сладкая жизнь!
 
 
Кто грусть во утробе носит завсегда,
Тот лежит во гробе, не жил никогда.
Ах, утеха и радость! О сердечная сладость!
Прямая ты жизнь.
Не красна долготою, но красна добротою,
Как песнь, так и жизнь.
 
 
Жив бог милосердый, я его люблю.
Он мне камень твердый; сладко грусть терплю.
Он жив, не умирая, живет же с ним живая
Моя и душа.
А кому он не служит, пускай тот бедный тужит
Прямой сирота.
 
 
Хочешь ли жить в сласти? Не завидь нигде.
Будь сыт малой части, не убойся везде.
Плюнь на гробные прахи и на детские страхи;
Покой – смерть, не вред.
Так живал афинейский, так живал и еврейский
Епикур – Христос.
 

Конец


Сложена во время открытия Харьковского наместничества, когда я скитался в монастыре Сеннянском.

Григорий Варсава Сковорода.

Стихотворения
De Libertate[38]38
  Стихотворение «О свободе» написано в 1757–1758 гг., опубликовано в издании 1894 г.


[Закрыть]
 
Что то за вольность? Добро в ней какое?
Ины говорят, будто золотое.
Ах, не златое, если сравнить злато,
Против вольности еще оно блато.
О, когда бы же мне в дурни не пошитись,
Дабы вольности не мог лишитись.
Будь славен вовек, о муже избрание,
Вольности отче, герою Богдане![39]39
  Имеется в виду гетман Богдан Хмельницкий (1595–1657).


[Закрыть]

 
Quid est virtus?[40]40
  Стихотворение «Что такое добродетель?» написано в конце 1750-х гг.


[Закрыть]
 
Трудно покорить гнев и прочие страсти,
Трудно не отдать себя в плотские сласти,
Трудно от всех и туне снести укоризну,
Трудно оставить свою за Христа отчизну,
Трудно взять от земли ум на горы небесны,
Трудно не потопиться в мира сего бездне.
Кто может победить всю сию злобу древню,
Се царь – властитель крепок чрез силу душевну.
 
Разговор о премудрости[41]41
  Стихотворение написано скорее всего в 1758 – первой половине 1759 гг., в с. Каврай.


[Закрыть]
Мудрость и человек

Человек.

 
Любезная сестра иль как тебя назвать?
Доброты[42]42
  Доброты – здесь это слово означает красоту, добротность, ладность (от греч. ?????).


[Закрыть]
всякой ты и стройности ты мать.
Скажи мне имя ты, скажи свое сама;
Ведь всяка без тебя дурна у нас дума.
 

Мудрость.

 
У греков звалась я София[43]43
  София – Мудрость.


[Закрыть]
в древний век,
А мудростью зовет всяк русский человек,
Но римлянин меня Минервою[44]44
  Минерва – дочь Юпитера в римской мифологии, аналог греческой богини мудрости Афины.


[Закрыть]
назвал,
А христианин добр Христом мне имя дал.
 

Человек.

 
Скажи, живешь ли ты и в хинских[45]45
  Хинские, хинцы – китайские, китайцы.


[Закрыть]
сторонах?
 

Мудрость.

 
Уже мне имя там в других стоит словах.
 

Человек.

 
Так ты и в варварских ведь сторонах живешь?
 

Мудрость.

 
Куда ты мне, друг мой, нелепую поешь?
Ведь без меня, друг мой, одной черте не быть?
И как же мне, скажи, меж хинцами не жить,
Где ночь и день живет, где лето и весна,
Я правлю это все с моим отцом одна.
 

Человек.

 
Скажи ж, кто твой отец? Не гневайсь на глупца.
 

Мудрость.

 
Познай вперед меня, познаешь и отца.
 

Человек.

 
А с хинцами ты как обходишься, открой?
 

Мудрость.

 
Так точно, как и здесь: смотрю, кто мой, тот мой.
 

Человек.

 
Там только ведь одни погибшие живут?
 

Мудрость.

 
Сестра вам это лжет так точно, как и тут.
 

Человек.

 
А разве ж есть сестра твоя?
 

Мудрость. Да, у меня.

 
Сестра моя родна, точно ночь у дня.
 

Человек.

 
И лжет она всегда, хотя одной родни?
 

Мудрость.

 
Ведь одного отца, но дети не одни.
 

Человек.

 
Зовут же как?
 

Мудрость.

 
Ей сто имен. Она,
Однак, у россиян есть бестолковщина[46]46
  Бестолковщина – в своем переводе «De senectute» Цицерона Сковорода передал этим словом латинское insipientia – неразумность, глупость.


[Закрыть]
.
 

Человек.

 
С рогами ли она?
 

Мудрость.

 
Дурак!
 

Человек.

 
Иль с бородой? Иль в клобуке?
 

Мудрость.

 
Ты врешь! Она войдет и в твой
Состав, если хотишь. Ах ты! Исчезни прочь!
Ведь я возле тебя, как возле света ночь.
 

[Человек].

 
Исчезни лучше ты! Беги с моих прочь глаз!
Ведь глупа ты сама, если в обман далась.
Чего здесь не слыхать нигде, ты все врешь
И, подлинно сказать, нелепую поешь.
Родился здесь народ и воспитан не так,
Чтоб диких мог твоих охотно слушать врак.
Чуть разве сыщется один или другой,
Чтоб мог понравиться сей дикий замысл твой.
 
Басни Харьковские[47]47
  Басни были написаны в 1769 и начале 1770-х гг. Впервые опубликованы отдельным изданием: Сковорода Г. С. Басни Харьковскія. – Москва: Издание Московского попечительного комитета «Человеколюбивого общества», 1837.


[Закрыть]

Любезный приятель[48]48
  Любезный приятель!.. – письмо обращено А. Ф. Панкову.


[Закрыть]
!

В седьмом десятке нынешнего века, отстав от учительской должности и уединяясь в лежащих около Харькова лесах, полях, садах, селах, деревнях и пчельниках, обучал я себя добродетели и поучался в Библии; притом, благопристойными игрушками забавляясь, написал полтора десятка басен, не имея с тобою знакомства. А сего года в селе Бабаях умножил оные до половины. Между тем, как писал прибавочные, казалось, будто ты всегда присутствуешь, одобряя мои мысли и вместе о них со мною причащаясь. Дарую ж тебе три десятка басен, тебе и подобным тебе.

Отеческое наказание заключает в горести своей сладость, а мудрая игрушка утаивает в себе силу.

Глупую важность встречают по виду, выпроваживают по смеху, а разумную шутку важный печатлеет конец. Нет смешнее, как умный вид с пустыми потрохами, и нет веселее, как смешное лицо с утаенною дельностью. Вспомните пословицу: «Красна хата не углами, но пирогами».

Я и сам не люблю превратной маски тех людей и дел, о которых можно сказать малороссийскую пословицу: «Стучит, шумит, гремит… А что там? Кобылья мертвая голова бежит». Говорят и великороссийцы: «Летала высоко, а села недалеко» – о тех, что богато и красно говорят, а нечего слушать. Не люба мне сия пустая надменность и пышная пустошь, а люблю то, что сверху ничто, но в середке чтось, снаружи ложь, но внутри истина. Такова речь, и человек назывался у эллинов ???????, картинка, сверху смешная, но внутри благолепная[49]49
  Картинка, сверху смешная… – В диалоге Платона «Пир» Сократ сравнивается с силеном (сатиром) – мифологическим существом безобразной или смешной внешности; терракотовые фигурки силенов часто служили грекам «шкатулками» для хранения драгоценностей или изваяний богов.


[Закрыть]
.

Друг мой! Не презирай баснословия! Басня и притча есть то же. Не по кошельку суди сокровище, праведен суд суди. Басня тогда бывает скверная и бабья, когда в подлой и смешной своей шелухе не заключает зерно истины, похожа на орех пустой. От таких-то басен отводит Павел своего Тимофея (I к Тимофею, гл. 4, ст. 7). И Петр не просто отвергает басни, но басни ухищренные, кроме украшенной наличности, силы Христовой не имущие. Иногда во вретище дражайший кроется камень. Пожалуй, разжуй сии Павловские слова: «Не внимая иудейским басням, ни заповедям людей, отвращающих от истины». Как обряд есть без силы божьей – пустошь, так и басня, но без истины. Если ж с истиною, кто дерзнет назвать лживою? «Все ибо чистое чистым, оскверненным же и неверным ничто же чисто, но осквернися их ум и совесть» (К Титу, I). Сим больным, лишенным страха Божия, а с ним и доброго вкуса, всякая пища кажется гнусною. Не пища гнусна, но осквернился их ум и совесть.

Сей забавный и фигурный род писаний был домашний самым лучшим древним любомудрцам. Лавр и зимою зелен. Так мудрые и в игрушках умны и во лжи истинны. Истина острому их взору не издали болванела так, как подлым умам, но ясно, как в зерцале, представлялась, а они, увидев живо живой ее образ, уподобили оную различным тленным фигурам.

Ни одни краски не изъясняют розу, лилию, нарцисс столь живо, сколь благолепно у них образуется невидимая Божия истина, тень небесных и земных образов. Отсюда родились hieroglyphica, embleraata, syrabola, таинства, притчи, басни, подобия, пословицы… И не дивно, что Сократ, когда ему внутренний ангел-предводитель во всех его делах велел писать стихи[50]50
  Велел писать стихи – об этом рассказывается диалоге Платона «Федон».


[Закрыть]
, тогда избрал Эзоповы басни[51]51
  Эзоп (VII–VI вв. до н. э.) – знаменитый древнегреческий баснописец, сюжеты басен которого разрабатывались многими позднейшими баснописцами, в том числе и Сковородой.


[Закрыть]
. И как самая хитрейшая картина неученым очам кажется враками, так и здесь делается.

Само солнце всех планет и царица Библия их тайнообразующих фигур, притчей и подобий богозданна. Вся она вылеплена из глинки и называется у Павла буйством. Но в сию глинку вдохнен дух жизни, а в сем буйстве кроется мудрое всего смертного. Изобразить, приточить, уподобить значит то же.

Прими ж, любезный приятель, дружеским сердцем сию небезвкусную от твоего друга мыслей его воду. Не мои сии мысли и не я оные вымыслил: истина безначальна. Но люблю – тем мои, люби – и будут твои. Знаю, что твой телесный болван далеко разнится от моего чучела, но два разноличные сосуда одним да наполняются ликером, да будет едина душа и едино сердце. Сия-то есть истинная дружба, мыслей единство. Все не наше, все погибнет и сами болваны наши. Одни только мысли наши всегда с нами, одна только истина вечна, а мы в ней, как яблоня в своем зерне, скроемся.

Питаем же дружбу. Прими и кушай с Петром четвероногих зверей, гадов и птиц. Бог тебя да благословляет! С ним не вредит и самый яд языческий. Они не что суть, как образы, прикрывающие, как полотном, истину. Кушай, пока вкусишь с Богом лучшее.

Любезный приятель! Твой верный слуга, любитель священной

Библии Григорий Сковорода.

1744 г., в селе Бабаях, накануне 50-тницы.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16