Геннадий Марченко.

На Туманном Альбионе



скачать книгу бесплатно

– Это было круто! – высказалась Дженис в микрофон, отодвинув малость опешившего Эндрю в сторону. – Выступать после этого парня даже как-то стрёмно. Но ничего, мы постараемся вас взбодрить. Только потерпите ещё несколько минут, нам тоже нужно настроить звук.

Не успел я оказаться в гримёрке, как следом влетел Олдхэм:

– Егор, это было нечто! Честно, я сам не ожидал, что ты так здорово выступишь. Что это за стиль? Фолк? Кантри?.. Нет, тут какая-то смесь стилей… Но как ни крути, а было потрясающе!

– Согласен, народу понравилось, – натянув на лицо маску хладнокровного убийцы, ответил я. – Эндрю, откуда на сцене взялся советский флаг?

– Я здесь ни при чём! Это команда Дженис притащила его с собой, сами и повесили. Может, они все коммунисты, хочешь, сам у них выясняй.

– Хм… Понятно… А где мои деньги?

– Ох, да разве я могу тебя обмануть?! Держи, вот твои двенадцать фунтов… Слушай, Егор, я хочу организовать ещё одно твоё выступление. Только не на разогреве, а сольное. Уверен, после сегодняшнего концерта слух о тебе разнесётся по всему Лондону. В смысле, тебя и так уже знают, но теперь узнают и как музыканта. Ну так что, готов ещё раз выступить? Если хочешь, можем набрать тебе сессионных музыкантов.

Я с тоской подумал о Федулове. Узнай он, что я левачу с концертами, такого можно ожидать! Блин, и хочется, и колется…

– Я подумаю, Эндрю, над твоим предложением. Продюсер исчез, а я всё часовое выступление Джоплин просидел в гримёрке, откинувшись в потёртом кресле с закрытыми глазами, а сквозь опущенные веки краснотой просвечивал свет лампы без абажура. А ведь я изначально собирался из бокового прохода послушать выступление легендарной в будущем певицы. Но что-то не было сил, наверное, всё оставил на сцене. Да и нужно было как-то переварить впечатления от своего концерта.

Наконец шоу завершилось, слышно было, как публика кричит и свистит, а Дженис благодарит зрителей за внимание. Потом шаги нескольких человек по коридору, хлопнувшая дверь соседней гримёрки. Ладно, чего сидеть-то, домой двигать надо. Блин, только гитару не мешало бы вернуть Олдхэму, не моя всё-таки.

И где его носит? Ха, понятно, его всё такой же возбуждённый голос доносился из-за двери комнаты, занятой Джоплин и её музыкантами. Я вежливо постучал, потом толкнул дверь:

– Эндрю, я хотел тебе вернуть инструмент…

– Заходи, – махнула мне Дженис. – Присаживайся.

Возле неё на столике стояла откупоренная бутылка джина, а во рту дымилась опять… нет, не сигарета, а что-то самопальное с характерным запахом.

– Будешь? – протянула она мне обмусоленный косячок.

Твою ж мать, я уже и забыл, когда последний раз втягивал в себя насыщенный каннабиноидами дым. Надеюсь, от пары затяжек меня не вырвет и в пляс не пущусь…

А ничего так, качественная травка. Затянулся даже три раза, после чего Дженис отняла у меня самокрутку и косяк пошёл по кругу.

– Слушай, а правда, ты коммунист? – неожиданно спросила она меня.

– Пока нет, – честно признался я.

– А я вот думаю, может, мне в компартию вступить… Даже достала какой-то труд Ленина, но мало что поняла из его рассуждений.

А вот мой сосед по дому, Линдон, он как-то доходчиво всё объясняет. Он в компартии уже три года, правда, ему голову недавно проломили какие-то уроды, Линдон теперь левым ухом слышать перестал, но я почему-то после этого ещё больше захотела вступить в компартию.

Затем разговор как-то незаметно свернул на музыку, и я вновь удостоился похвалы от Дженис, которая поинтересовалась, где можно достать мой альбом именно с этими песнями. Сказал, что ещё нигде, но, вероятно, это дело ближайшего будущего. Во всяком случае, так всех заверил Эндрю, после чего принялся рассчитываться с Джоплин и её музыкантами. Чтобы их не смущать, я на секунду отвлёк Олдхэма, показав ему, что у стены стоит гитара в кофре, и вежливо откланялся.

Да, думал я, сейчас ни Роллинги, ни Битлы, ни та же Джоплин особых эмоций у любителей музыки не вызывают. Нет, фанаты есть, как не быть. Вон, к примеру, ливерпульская четвёрка уже вызывает у некоторых особо впечатлительных дам истерику. Но всё это ничто по сравнению с тем, какого триумфа добьются исполнители спустя десятилетия, и многие, причём, посмертно. И только я с высоты своих лет понимаю, с кем удостаиваюсь чести общаться накоротке. И даже сочинять песни для тех же Роллингов, хотя и придуманные не мной. Но это уже, как говорится, совсем другая история…

А через пару дней на предпоследней полосе таблоида The Sun, где регулярно описывалась жизнь звёзд, появился очерк о концерте Джоплин, в котором была упомянута и моя персона. Мало того, рядом с фотографией будущей королевы ритм-энд-блюза красовался снимок, где я был запечатлён в весьма удачном ракурсе. Странно, я должен был бы заметить фотовспышку… А в целом моё выступление удостоилось самых лестных слов, было названо психоделической музыкой, и выражалась надежда, что вскоре о молодом русском все заговорят не только как о футболисте.

Звонок от Федулова раздался буквально через час после того, как я прочитал газету.

– Егор Дмитриевич, что же вы делаете?!

– Что такое, Леонид Ильич?

– Что такое? Это вы меня спрашиваете, что такое?! Егор, вы, наверное, забыли, зачем приехали в Лондон? Почему я открываю свежий номер The Sun и вижу фотографию Егора Мальцева в каком-то ночном клубе, выступающим перед обкуренной и накачанной алкоголем толпой?

– Ну это вы утрируете, Леонид Ильич, люди выглядели вполне адекватными. Тем более отзыв в газете положительный! Да и песни, можно сказать, звучали правильные. Некоторые о любви, некоторые с философским подтекстом, а некоторые о несправедливости устройства капиталистического мира.

– Да? Интересно… И где же вы, Егор, так быстро английским овладели?

В голосе сотрудника советского консульства послышался металл, от которого у меня по спине побежали мурашки.

– Так ведь с педагогом занимаюсь, бывшего эмигранта подсунули, дедульку лет семидесяти, у него не забалуешь. Чуть что – учебником по лбу. И бьёт ведь больно, как пенсионер! Но я сам далеко не уверен, что грамотно составил тексты для песен, хотя от зрителей нареканий вроде не было.

– Хм, это мы в курсе, насчёт педагога, – вроде как смягчился Федулов. – Поймите, Егор, что Советский Союз делегировал вас в капиталистическую державу в качестве футболиста, а не музыканта. Чтобы вы прославляли честь советского футбола на английских полях, а не распевали перед… Ну, не буду повторяться. Да ещё и флаг СССР растянули, вон на фото его кусок виден.

– А вот это к команде Дженис Джоплин, которая выступала после меня. Они вешали. А Джоплин вообще хочет в компартию вступить. Спрашивала моего совета.

– А вы что?

– А что я? Вступай, говорю, читай Маркса, Ленина, всё в этом духе.

– Да? Хм… Но всё равно насчёт этого концерта мне придётся доложить куда надо. И я не уверен, что ТАМ одобрят ваши действия.

– Я понял свою ошибку, Леонид Ильич.

– Рад за вас… Ладно, отдыхайте, у вас завтра игра с «Питерборо», если я не ошибаюсь?

– Да, с ними.

– Желаю успеха, Егор! И забейте там гол-другой, не забывайте, что вы несете в Англии знамя советского спорта.

Глава 5

Умеют же, когда надо, решать вопросы оперативно. Буквально через день, не успел я как следует отоспаться после победного матча с «Питерборо Юнайтед» – Федулов оказался провидцем, – в моей квартире раздался телефонный звонок. Зевая, я прошлёпал к трезвонящему в коридоре аппарату.

– Алло!

– Товарищ Мальцев? – Голос был незнакомый, что меня сразу напрягло.

– Да, я. С кем имею честь?

– Это Топорков, Василий Кузьмич, э-э-э… представитель консульского отдела. Надеюсь, я вас не разбудил?

– Ну-у, не то чтобы… Всё нормально, товарищ Топорков.

– Замечательно, тогда я сразу к делу. Видите ли, Егор, я по поводу вашего недавнего выступления в клубе Flamingo.

О боже, опять! Что ещё на этот раз?! Депортируют на родину в наручниках?

– У меня уже был разговор по этому поводу с товарищем Федуловым, – вызывающе вежливо говорю в трубку.

– Да, я в курсе, потому и звоню. Не могли бы вы подойти в консульство с текстами ваших песен? Дело в том, что мы получили просьбу переправить их в СССР, где тексты должна утвердить соответствующая комиссия.

– Да, зайду, сегодня не обещаю, но завтра можно. Забегая вперёд, скажу, что ни по одному тексту претензий не было, да я и сам перед тем, как отнести их в консульство, с пристрастием перечитал. Вроде бы нигде капиталистический строй не прославляю, содомию и прочие мерзости не рекламирую… Хотя, конечно, волновался, чего уж скрывать, кто знает, что там на уме у людей, которым доверят вершить правосудие над песнями легендарных музыкантов.

Между тем чемпионат страны двигался своим чередом. И нашим следующим соперником был не кто-нибудь, а сам «Манчестер Юнайтед» – лидер турнира, от которого мы отставали на одно очко. Да ещё и играли на выезде, причём 13-го числа. Хорошо хоть, не в пятницу, а в субботу.

Занимая место в клубном автобусе, я и не догадывался, что этот матч станет для меня знаковым, и после финального свистка я поневоле вспомню одну из лучших игр Аршавина в английской премьер-лиге. Но обо всём по порядку…

Итак, выехали из Лондона рано утром. До Манчестера пилить около 300 километров, значит, ехать почти шесть часов. Кстати, в «Челси», как и в других командах, свои традиции. Первым в автобус заходит и выходит тренер, затем капитан, помощник тренера, а я, как молодой и новичок, – последний. Соответственно, и место моё в хвосте салона. Рассаживаемся, сразу же образуются группы по интересам, а интересов всего два. Большинство режутся в карты, причём на деньги, хотя и небольшие. Самое удивительное, в отличие от Союза, где картёжники тоже составляли весомый костяк «Динамо», эти совершенно не маскируются. И тренер не делает замечаний, только после проигранной игры может высказать, мол, все силы за картами оставили, или что-нибудь в этом духе.

Вторая группа – любители притопить массу. А что, парни молодые, здоровые, практически все холостяки, контроль за ними минимальный, не то что в Союзе, где режим на первом месте. Так что чем они по вечерам и ночами занимаются, думаю, объяснять не надо. Вот и отсыпаются впрок. Помню, когда я первый раз поехал на выезд, зная, что спать и играть в карты не буду, подготовился по-своему. Автобус косился на меня добрых полчаса, как я неторопясь листаю страницы книги о похождениях Шерлока Холмса и доктора Ватсона на языке оригинала. Позже пару раз я видел, как некоторые игроки тоже пытаются читать, но надолго их не хватало. Жаль, ещё не изобрели даже кассетного плеера, а то ещё и музыку послушал бы через наушники. А может, и изобрели, но в местных магазинах я что-то не встречал.

Кстати, ещё одно заметное отличие СССР от Англии – чтение. В СССР был массовый книжный, газетный и журнальный бум. Читали все и вся, а потом в массовом порядке обсуждали прочитанное. В газетных киосках свежей периодики не было уже к 11 часам утра. Популярные журналы тоже исчезали практически сразу. Даже в библиотеку, как мне рассказывала Катька, просто так было не записаться. Правда, она и записывалась в читальный зал Библиотеки имени Ленина, может, в другие храмы книг очередей и не было, сам-то я туда не шастал.

Читали в метро, автобусах, электричках, на работе… Помню, как к матери в больницу ни придёшь – а это было раза три на моей памяти, – медсёстры сначала откладывали книги, а потом здоровались и предлагали пить чай. В Англии такого не было. Нет, в метро читали, но это были в основном студенты. Потом мне объяснили, что на острове культура чтения заперта в доме. Газеты читали после ужина, а книги в основном перед сном. В общем, я со своей книгой выделялся, как Штирлиц с парашютом на улице Берлина.

На этот раз я достал припасенный журнал The Times Lite rary Supplement, или в переводе на русский «Литературное приложение», где была напечатана рецензия на игру Хелен Миррен, которую я ещё не успел прочитать.

– Эй, Егор, – тронули меня за рукав, – тебе тренер хочет что-то сказать.

Я поднял голову и увидел впереди обращённое ко мне лицо Дохерти. Делать нечего, придётся подойти.

Не выпуская из рук журнала, направляюсь в голову автобуса. Дохерти, увидев в руках печатное издание, только хмыкнул и кивком предложил сесть на свободное место рядом.

– Скажи Егор, почему ты не играешь в карты, как все футболисты?

– Да не люблю я, пробовал, но не нравится. И в СССР не играл, только там меня об этом тренер не спрашивал, а, наоборот, ставил в пример. Предпочитаю хорошую книгу или журнал.

– Ну, это я уже заметил, и вся команда тоже. И что ты нашёл в «Литературном приложении»?

– Рецензию на игру одной моей знакомой.

– Кто она?

– Молодая актриса из «Олд Вик».

– Не та ли, что поджидала тебя после тренировки?

– Она самая…

– И как её зовут?

– Хелен Миррен.

– Что-то не слышал о такой… Я, собственно, зачем тебя звал… – понизил голос Дохерти. – По возвращении в Лондон с тобой хотят поговорить хозяева клуба. Это по вопросу продления контракта на следующий сезон. Они уже связались с твоим советским руководством, но и ты не можешь остаться в стороне. Странная у вас система… Так вот, я им уже сказал, что мне и команде ты необходим. Пока оправдываешь вложения, хочется верить, что и в оставшихся матчах будешь демонстрировать высокий уровень.

– Спасибо, тренер! Вы меня, честное слово, обрадовали!

– Ну, я-то только тебе передал то, что слышал от боссов клуба. Ты, Егор, самое главное, сегодня вечером не разочаруй. Игра с манкунианцами не только принципиальная, но и в случае успеха даст нам шанс возглавить турнирную таблицу.

Да уж, порадовал Томми новостью! Я-то не против продлить контракт, тем более у меня тут по части музыки появились кое-какие завязки, о которых я полгода назад и мечтать не мог. Правда, ещё своё слово должны сказать советские чиновники от футбола, а может, и не только от футбола, у нас же вертикаль такая, что иногда шею рискуешь сломать, если попробуешь задрать голову и увидеть, что творится у партийных небожителей. А тут ещё завтрашний соперник, тоже парни не лаптем щи хлебают, что ни имя – то звезда английской лиги. Чарльтон, Лоу, Сэдлер, Бест, Херд, Коннелли… Полкоманды – будущие чемпионы мира. Или всё же нет? Или всё-таки найдётся сборная, которая притормозит англичан? Почему бы это не сделать и советской команде… В той реальности в полуфинале наши уступили немцам, но в этот раз, может быть, состав будет выглядеть чуть иначе? Например, со мной на правом краю полузащиты и Стрельцовым на острие атаки! Эх, мечтать не вредно, но вот только что-то с родины пока не телеграфируют, что я позарез нужен сборной. Кто у нас сейчас, кстати, тренер? Если не ошибаюсь, Николай Морозов, он же будет руководить сборной на чемпионате мира следующего года. В той реальности судьба нас так и не свела, Морозова не стало в 1981-м, по слухам, убит в драке возле пивной. Может, на этот раз удастся поближе с ним познакомиться?..

Вернувшись на своё место, я снова открыл журнал и погрузился в чтение. Пол-полосы занимала фотография Хелен в гримёрке, с улыбкой прижимающая к лицу большой букет роз. Одна, четыре, девять, пятнадцать… Остальные не видно, но, похоже, это мой букет. Приятно, однако… А что там критика пишет?

Превосходная игра молодой актрисы, смелое режиссёрское решение, классическое исполнение, заигравшее новыми красками, большое будущее, новое лицо на английской сцене… Что ж, видно, дебют удался. Вон как раскричались. Впрочем, я и так знал, что молодую актрису в будущем ждёт успех. Только бы не испортить все, ведь в той реальности меня в её жизни не было. А с другой стороны, ну кто я ей по большому счёту? Знакомый, сводивший в паб и проводивший до дому.

За три часа до начала матча автобус притормозил у кафе, где на нас заранее был заказан обед. Не очень обильный, учитывая, что впереди игра, насыщенный медленными углеводами. То, что за границей суп редкость, – понятно, но фасолевый суп содержит те самые медленные углеводы, поэтому я вливаю его в себя. Свежая капуста, шпинат, сельдерей… Хорошо хоть, грибами разбавили, иначе впору выплёвывать всё обратно в тарелку. Никак не привыкну к такого рода еде. То ли дело в пабе у Руперта Адамса-младшего!

Наконец мы на «Олд Траффорд». В раздевалке читаю программку к матчу «Манчестер Юнайтед» – «Челси». Ну а что, стоит всего шесть пенсов, раз уж бесплатно не дают, можно и купить. Красочная картинка притягивает взгляд: элегантный джентльмен в красном галстуке и с красной розой в отвороте сюртука протягивает руку футболисту в красной же майке и белых трусах. На следующей страничке пишут, что в предыдущем матче манкунианцы обыграли «Вулверхэмптон Уондерерс» со счетом 3:0, и даже прилагается фото третьего гола, забитого Бобби Чарльтоном. Так, дальше даются ориентировочные составы, приглашение на следующий матч «Манчестер Юнайтед» и внизу рекламка боксёрских поединков. Неплохо сделано, на память надо бы оставить…

Ага, оставил! Помощник Дохерти протягивает руку и вежливо, но настойчиво вытягивает у меня буклет:

– В клубный музей.

– Э-э, а сами-то что не купили?

– Опоздали, все уже разобрали.

Ну ёрш твою медь! Слов нет, одни мысли!

– Парни, переодеваемся и на предматчевую разминку, – не даёт позлиться Дохерти, торопя нас на поле.

И вот я выхожу на поле стадиона «Олд Трафорд»… В прошлой жизни я однажды присутствовал здесь в качестве зрителя, но сейчас все по-другому. Ещё стоят старые колонны, поддерживающие крышу на Северной и Восточной трибунах, их заменят на современные консольные опоры в преддверии чемпионата мира, игры которого будет принимать и «Театр мечты», как ещё называют этот стадион.

На другой половине поля мячик перекатывают футболисты «Манчестера». Пытаюсь угадать по лицам, ху из ху. Бесполезно, по ходу дела выясним. Помню только, что в первом круге манкунианцы нас на «Стэмфорд Бридж» обыграли 2:0, но тогда дело проходило ещё без меня, а сегодня мы постараемся дать бой лидеру.

Трибуны уже наполовину заполнены, в наш адрес летят обидные выкрики, слово «пенсионеры» употребляется чаще других. Видимо, по мнению местной торсиды, это нас должно выводить из себя. Я только посмеиваюсь, что не ускользает от внимания сосредоточенного Харриса.

– Чего рот тянешь? Увидел что-то смешное?

– Да нет, анекдот вспомнил.

– Ну-ка?

– Во время футбольного матча один футболист собирается бить угловой, но тут свистит арбитр и начинает ему что-то объяснять. Пока футболист слушал арбитра, кто-то решил подшутить, заменив мяч таким же на вид, но только каменным. Наконец футболист разбегается, бьёт по мячу и… Короче, очнувшись через некоторое время, он видит склонившегося над ним врача и спрашивает: «Доктор, что у меня с ногой?» – «Порваны связки, повреждена большая берцовая кость, малая – раздроблена, стопа вообще вдребезги» – «Неужели все так плохо?!» – «Это ещё что, ты бы видел того беднягу, который забил гол головой».

До Харриса дошло через пару секунд, и его разобрал такой смех, что остальные игроки тоже подтянулись узнать, в чём дело. Пришлось пересказывать анекдот, и вскоре вся команда дружно ржала. Манкунианцы с непониманием глядели на нас со своей половины поля, Дохерти тоже не мог понять, что так рассмешило его игроков.

В общем, столь непритязательным анекдотом нервное напряжение более-менее я с парней стряхнул. И возможно, что зря, потому что первые сорок пять минут и начало второго тайма превратились для нас в форменный кошмар.

Так плохо на моей короткой английской памяти команда ещё никогда не играла! Конечно, «Манчестер» пёр, словно Шумахер на трассе против велогонщиков, но и у нас ничего не получалось. Да что там, даже у меня мяч валился из рук, вернее, из ног! И это в тот момент, когда меня собирались переподписать на следующий сезон!

Получив в очередной раз по ногам от Билла Фоулкса, поймал полный отчаяния взгляд тренера. А на трибунах царили веселье и смех, перемежающиеся оскорбительными выкриками в адрес «столичных девочек», по недоразумению надевших футбольную форму и осмелившихся выйти на поле против «красных дьяволов». И неудивительно, к 50-й минуте матча счёт был 4:0 не в нашу пользу.

3-я минута – забивает Джордж Бест. 20 минут спустя красивым ударом головой Херд удваивает счёт, он же на 38-й минуте делает дубль. В перерыве Дохерти с нотками истерики призывает нас собраться и играть в свой футбол, активнее использовать фланги, мой в частности. Но на 50-й минуте, увлёкшись атакой, допускаем обрез, и Лоу делает счёт 4:0.

Перед тем как мы в очередной раз вводим мяч в игру с центра поля, гляжу на лица своих игроков. А на них – безысходное отчаяние, и одна мысль: быстрее бы всё это закончилось. Вот тут-то я на них и на себя тоже как следует разозлился. Нет уж, ребята, русские не сдаются!

То, что произойдёт за оставшиеся 40 минут, английские журналисты, обожающие давать звучные прозвища любому значимому событию, назовут «Чудом в „Театре мечты”». Не знаю, лично мне после финального свистка, само собой, вспомнился приснопамятный Аршавин в игре «Арсенала» и «Ливерпуля». Но до этого воспоминания произошло следующее…

Первая же осмысленная атака «Челси» вылилась в гол: Харрис обыграл двоих противников, отдал пас Венейблсу, а тот, стоя спиной к воротам, сделал мне скидку. Прекраснейший удар с лёту прямо под перекладину! На электронном табло, всего год назад впервые появившемся в английском футболе, горит 54-я минута. Стадион замер, но, тут же, встрепенувшись, продолжает гнать своих любимцев вперёд.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7