Геннадий Деринг.

Body-Бог, или Месть неандертальца



скачать книгу бесплатно

Сатиры никого не исправляют,

а только озлобляют дураков.

Вольтер.


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

БОДИ-БОГ – демиург, Председатель Верхнего Суда.

ИАКОВ Фридман – русский олигарх, первый из семи банкиров, секретарь Совбеза РФ.

ЛЮЦИФЕР – прокуратор ада, комендант Конуса Вечного Братства.

МАТЬ ИСИДА – супруга Боди-Бога, адвокат,

МАТФЕЙ – апостол, секретарь Суда.

ДАРЬЯ ЯРОСЛАВЦЕВА – душа русского этноса.

МОИСЕЙ – пророк.

ИАКОВ-ПАТРИАРХ – предок олигарха Иакова.

ОТЕЦ ОНУПРИЙ – православный иерей.

Эксперты различных отраслей знания, учёные с мировыми именами, судебные приставы, секретари, миряне, клирики, эринии, нимфы, гении, ангелы, слуги и др. мелкие личности.

КРАТКИЙ ПРОЛОГ

  В наш век расчёта и цинизма

Душа превечная пуста,

Она в тумане эгоизма

Не видит Божьего перста.

Но жив в пустыне саксаул

И живы средь людей пророки,

Они небесный внемлют гул

И прорицают судбищ сроки.

Давно ли матушка Россия

Семибанкирщину несла.

А ныне где преступных сила?

Мошна от кары не спасла.

Мне велий глас вещал в ночи:

Восстань! Компьютер свой включи,

Крещёному поведай миру

О том, как пали семь банкиров!

И вплоть до утренней порфиры

Мне глас божественный гремел.

Я записал его стихиры,

Как слышал, грешный, как умел…

Автор.

Часть 1. СИМУЛЯНТ

ХИТРОУМИЕ ЛЮЦИФЕРА

(Рабочий кабинет Боди-Бога. Творец Вселенной трудится за компьютером, порой расхаживает по кабинету от стены к стене, перелистывая на ходу старинные книги и свежие журналы, делая закладки и отбирая нужные фолианты в большую стопу. Изредка пригубливает из простого глиняного фиала амброзии. Входит прокуратор ада Люцифер, молча встаёт у дверей. Выражение лица Люцифера обиженно-укоризненное, подмышкой у него раздутая от бумаг кожаная папка.)

БОДИ-БОГ (рассеянно глянув на Люцифера).

Что с Конусом?

Опять какой-нибудь конфуз?

ЛЮЦИФЕР (недовольно).

В порядке Конус. Заселяю.

Невдолге полный пуск.

БОДИ-БОГ (посмотрев на Люцифера внимательнее).

О чём печалишься, Люци?

Закваски съел или маци?

ЛЮЦИФЕР (горестно).

Авва и Благодетель! Меня снедает страх:

Дела-то наши – швах!

БОДИ-БОГ.

Szwach – это из какого диалекта?

ЛЮЦИФЕР.

Так Раша изъясняется.

БОДИ-БОГ.

А, русский.

Картошкой нос и око узкое…

ЛЮЦИФЕР.

Шуткуете, Отец? Всё Вам потешно…

Не привелось бы плакать безутешно!

БОДИ-БОГ (углубляясь в работу).

Как полагаешь, Йети:

Ветвится мировая эволюция, как дерево,

Или она, скорей, бытует в виде сети?

ЛЮЦИФЕР (сердито).

Она бытует в виде окаянства,

В виде победы нового язычества

Над верою святою христианской!

БОДИ-БОГ (удивлённо).

Что за дебош?

Что ты, злодей, несёшь?

ЛЮЦИФЕР (с вызовом).

Хвалёному рационалу,

Венцу великих достижений века

Клейма влепить, я извиняюсь, некуда!

Прагматик, атеист,

Лукав, свиреп и на руку нечист!

БОДИ-БОГ (меланхолично).

Передо Мной и Небеса нечисты…

ЛЮЦИФЕР (повышая голос).

Он беззаконие глотает, как вино,

Лице покрыл бесстыдства жиром,

Стяжанья туком сердце обложил!

БОДИ-БОГ ( смеётся).

Ну, братец, удружил!

Я помню, как Иова подсидел ты с его правдой.

И что? Иов вчистую был оправдан.

Я за Иова, между прочим,

Коего ты клеветой опутал,

Сполна ещё с тобой не рассчитался, плут!

Опять пришёл с бесплодною затеей?

Уймись, диониса испей!

ЛЮЦИФЕР.

Отец, Ты знаешь, я каков бываю во хмелю.

Поэтому не пью.

А что касается Иова…

(Желчно.)

Святой Иов среди двуногой твари

Торчал, как шиш.

Рационал против него –

(Люцифер презрительно шмыгает носом.)

Задротыш!

(Боди-Бог посмеивается.)

ЛЮЦИФЕР.

На днях я был с комиссией в России.

Там бога и саму Святую мать

Последними словами поносили.

БОДИ-БОГ (задумчиво).

Россия, по Моей градации,

В начальной стадии цивилизации.

Среди вегетативной массы

Уже встречаются отдельные рационалы.

По чайной ложке в час, шажками пони

Там отступает беззаконие…

(Нахмурившись.)

Чего ты добиваешься, разбойник?

ЛЮЦИФЕР.

Я бы просил в формате Пресвятого трибунала

Пробить конкретного рационала,

По регистрации русея, по крови иудея…

Всё в рамках общей парадигмы, Отче.

Ваша теория стадийности только упрочится.

(Скромно.)

Правда, моя гипотеза с Божественной не бьёт…

БОДИ-БОГ (усмехаясь).

Тем хуже для неё.

ЛЮЦИФЕР.

Мы лишний раз реальность

Сличим с Божественною прозорливостью

И гениальностью…

БОДИ-БОГ (с досадой).

Очередной Иов!

И снова наломаешь дров.

ЛЮЦИФЕР (торопясь).

На этот раз не допущу промашки:

На рассмотрение Суда подам отборные бумажки!

БОДИ-БОГ.

Послушай, олух царя небесного,

Тебе известно,

Что Я держу обет

Судам мирским давать приоритет?

Верховный Суд берёт к святому производству

Не всё, что нарывают легаши,

А лишь казуистические случаи

С отдельными усопшими,

И только те, которые имеют

Значительный научный интерес.

ЛЮЦИФЕР (горячо).

И я о том же! Едак, едак, едак!

Такой и предлагаю я процесс!

БОДИ-БОГ.

Субъект, о коем ты колготишься,

Палый или живой?

ЛЮЦИФЕР.

Живой.

Но случай, Ваша честь, особый!

Уже везут в контейнере в азоте жидком

Отъятые предательством тестикулы.

Соблюдены и процедурные моменты:

Допросы, ставки очные,

Кастраторов кураж, телеги импотентов…

К нам в Канцелярию Суда молений поступили тонны…

(Люцифер выхватывает из подмышки папку, дёргает замок и вываливает на стол перед Боди-Богом пачку бумаг.)

…Стал бы я шевелить Вас, Авва, нерезонно!

БОДИ-БОГ (грозно).

Тестикулы отъятые? Тогда – аппорт!

С подобным злом у нас короткий разговор.

Но знай: невинного схарчить не дам!

Тяни на Суд, как его там?

ЛЮЦИФЕР (сдерживая радость).

Иаков, Отче, Яшкою зовут в миру…

БОДИ-БОГ (твёрдо).

Быть по сему.

Бумаги на столе оставь,

Я полистаю.

БЕССМЕРТНЫЕ БОГИ

(Верхняя площадка колоссальной, от земли до небес, Лестницы. На площадке – скромный храм в ионическом стиле. Между колоннами храма – мраморные статуи Посейдона, Гефеста, Геры, Афродиты, других богов и богинь. В широко раскры тые двери видна скульптура верховного божества – Зевса Олимпийского, седьмое чудо света. Зевс смахивает на Боди-Бога. Гигантское изваяние местами обуглено.На площадке – низкий столик с винами и амброзией. Под портик храма выходят Боди-Бог и Мать-Богиня Светлая Исида.)

БОДИ-БОГ (глядя на статую Зевса, с грустной усмешкой).

Как хорошо, что спас Я из огня

В Константинопольском пожаре любимого себя!

Взгляну, и возвращаюсь в молодость.

Строптивец Фидий, что удумал: дерево да кость!

Нет бы ваять Меня, как всех богов, героев и софистов

Из мрамора сквозистого,

Ну что такое кость, пусть и слоновая?

Божился: такова, мол, мода новая.

Не выхвати Я из костра статуй,

Конец шедевру был бы, мама не горюй!

(Задумывается и декламирует.)

На дела мирские, прошлое итожа,

Оседает время, как на след пороша…

ИСИДА.

Отец! Не властна над Тобой забвения река.

Во всяком случае, пока…

БОДИ-БОГ (декламирует, тяжело вздохнув).

Нет в мире счастия ни дня,

Есть лишь за ним бесплодная погоня…

Не знаешь никогда,

Откуда налетит беда…

ИСИДА.

Да что стряслось? Низвергся Конус?

Или бастуют мертвецы?

БОДИ-БОГ (мрачно).

Не смейся, женщина! Вовлёк Меня Люци

В разбор российского предательства,

Судебное затеял разбирательство…

ИСИДА.

Кого язвит на этот раз змея?

БОДИ-БОГ.

Выходит, что Меня.

Ты помнишь старого Иакова?

ИСИДА.

Встречались…

БОДИ-БОГ.

Так вот его потомок, тоже Яков, аморальный тип,

Что видно из представленных бумажных кип,

Обманом обкарнал Ивана Святогорова,

По прозвищу Совок,

А сына его, прозванного Рашкой, святого инока,

Втянул в «свободный рынок».

Иаков шулер вёрткий,

А Рашка, от ума большого, сел с ним играть в напёрстки.

Когда-то в Греции плебейские ублюдки

Играли так-то в кубки.

Они друг друга знали, корешились с детства.

Ну, Рашка другу и продул отцовское наследство.

Оно по документам

Проходит почему-то, как… тестикулы.

Такие вот артикулы.

ИСИДА (смеётся).

Я слышала об этом краем уха.

Тебе-то, дорогой, на что эта непруха?

БОДИ-БОГ.

На операцию всемирного значения

Я как бы дал Иакову благословение…

ИСИДА.

Отец, причём здесь Ты?!

БОДИ-БОГ.

Затеи Сатаны просты.

Со стариком Иаковом

Я в годы оны плотно корешился,

Завет с ним составлял и на крови божился.

Потомки Якова… подай-ка кратер…

(Исида наливает из кратера в кубок «Дюрсо»

и подает Боди-Богу кубок.)

…Меня произвели в гефатеры.

С тех пор я в Вашингтоне и в Рязани

Участвую заочно в обрезании.

ИСИДА (хохочет).

Туфта какая! Я в прострации!

Все эти мифы распустил пророк Моше.

Но даже если так,

Речь шла об обрезании – не о кастрации!

(Смеётся.)

БОДИ БОГ (грустно).

И то бы ничего.

Но, получается, внучок

Со Мной и до сих пор

В Завете состоит формальном:

Ото всего, что хапает охальный,

Десятую Мне часть должны перечислять.

Ты в «Бытие» давно заглядывала, Мать?

ИСИДА.

Я думаю, что вор давно забыл о боге,

Его проценты не доходят до Тебя,

Но оседают в кассе синагоги.

На мраморной плите не имя Божье долбят – спонсора.

И потому у книг Твоих бухгалтерских

Не кружат, слава богу, мусора.

БОДИ-БОГ.

Преступник намекнул,

Что действовал со Мной по договору.

ИСИДА.

Чистейший оговор!

Ты лично с ним не стряпал сделки.

Неподтверждённая оферта.

Элементарная афера!

Тебе не сообщили диспозицию,

Ты не был надлежаще извещён

О перемене в договоре лиц!

БОДИ-БОГ.

А «Библия»? Там о Завете запись!

(Принюхивается к фиалу и делает из него глоток.)

Каким-то мылом тянет от «Дюрсо»…

Короче, затащило, как шавку в колесо…

(Исида подаёт Боди-Богу кубок с амброзией.)

БОДИ-БОГ.

И всё бы полбеды.

Увы!

Напасть одна не ходит!

Моя гипотеза из рук уходит.

Люци внушает актом обвинительным,

Конечно, косвенно, не прямо,

Что этот Яков – соль земли и лёгкий изотоп урана.

На лестнице духовной эволюции,

Которую Я наблюдаю,

Этот субъект ступеньку высшую обременяет.

По объективным данным, удалец –

Продвинутый рационал и… окончательный подлец!

ИСИДА (задумавшись).

А может, это лжеиудей,

И вся история – извет и оговор?

Пускай его осмотрит экзекутор.

При цезаре Домициане

В судах исследовали иудеев в бане.

БОДИ-БОГ.

Есть в деле документ, на двух листах притом,

Осмотрен Яков опытным экспертом.

ИСИДА.

Есть знаменье завета в труселях?

БОДИ-БОГ (с сердцем).

На месте вензеля!

Главное, сроки пропущены.

Какой Я ротозей!

Не открестился от Завета в тридцать дней…

ИСИДА.

Окстись! Какие тридцать дней?

Все сроки истекли.

Ты уже тысячи лет не Яхве!

БОДИ-БОГ.

Но Я им был!

ИСИДА.

И Яхве был, и Зевсом, и Христом, и Саваофом!

И чо?

Тогда за весь Танах ивримы пусть отвечают чохом.

Кто это ловит рыбку во тьме веков кромешной?

Кто этот гнида грешный?

БОДИ-БОГ.

Ты что, не знаешь прокуратора?

Тот ещё провокатор…

ИСИДА.

Мало ли пережил Ты, Отче, перевоплощений.

Мало ли по работе было упущений!

Но Ты как был, так и пребудешь Сущим –

И в прошлом, и сейчас, и в будущем.

Как говорится, альфа и омега,

Сегодня Боди, а вчера Иегова!

БОДИ-БОГ.

Дело запутанное, странное и резонансное,

Сплошь из нюансов.

К примеру, в протоколах утверждается,

Что обвиняемый использовал

Особо злостный вид кастрации –

Финансовый!?

(Боди-Бог пожимает плечами,

на лице Его недоумение.)

ИСИДА.

Не удивляйся, Отче,

Не погружайся в транс.

В России принято сейчас

Кастрировать финансово.

БОДИ-БОГ.

Короче, я бы попросил тебя… того…

Чтоб села ты в процесс защитником его.

(Исида задумчиво кивает. Супруги прогуливаются под портиком).

БОДИ-БОГ (помолчав).

А как тебе такое заключение:

Бессмысленны и память и забвение?

ИСИДА.

Ты что-то духом пал, мой друг.

Я припасла Тебе подарочек.

Ты с убережью трать его, не вдруг.

(Показывает Боди-Богу чёрную блестящую тубу.)

БОДИ-БОГ.

Что это, женщина?

ИСИДА.

Масло «Зевс Олимпийский», и заметь,

Для тех мужчин, что начали седеть

И лысину нажили на чужих подушках.

Из Греции мои фанаты новопреставленные

Доставили чекушку.

Рост стимулирует волос.

Там есть крапива, розмарин, кайенский перец, хна.

Рекомендуют наносить на волосы до сна.

Процесс обменный возбуждает в коже.

Бесплатная доставка, что удобно тоже.

(Понизив тон.)

Ты денег-то, Отец, не признаешь

И мне на мелочи не выдаёшь…

(Исида отворачивает крышку тубы, наливает масла на ладонь и быстро проводит ладонью по голове Боди-Бога, который не успевает уклониться.)

Я снадобье вотру, любя,

И не оставит молодость Тебя.

Вид у Тебя вполне товарный…

(Отступив Исида окидывает супруга придирчивым взглядом.)

Ты сохранился в лучшем виде,

Ты благородно выглядишь,

Ты у меня не деспот, не тиран, не изувер…

А это кто по Лестнице катит наверх?

Ну, я пошла к себе. «Дюрсо» не пей.

Если понадоблюсь, я в гинекее…

ДЕДУШКА И ВНУЧОК

(Портик Лестничного храма. Под портиком прохаживается в задум– чивости Боди-Бог. Он в простом белом хитоне с чёрной каймой по низу. В Его руках обвинительное заключение по делу банкира Иакова, оставленное прокуратором Люцифером. На площадку перед портиком, поднявшись по Небесной лестнице, озираясь, вступает олигарх Иаков Исаакович Фридман.)

БОДИ-БОГ (смотрит на гостя удивлённо).

Крестничек сегодня гостем у Меня!

В сотом колене Старому Иакову родня…

ИАКОВ (он в белом молитвенном кителе и чёрной кипе, бодро).

Вот я!

БОДИ-БОГ (с невольной улыбкой).

Смотрю и хочется спросить: что нового?

Как там папаша Исаак, Ревекка-мать?

И что Лаван-хитрец, твой тесть?

Ты волос в волос в дедушку Иакова!

ИАКОВ.

Я – он и есть.

БОДИ-БОГ.

Как ты сюда проник? Режим у нас…

ИАКОВ.

Таки по лестнице. Мне был приказ!

Стоял я в синагоге на службе искупления,

И как бы сонное мне снизошло видение.

Как будто кто-то в рог мне дал:

Иди, мол, Судия зовёт, оставь кагал,

Народу же подкинь на всесожжение барана.

Ну я и дёрнул из Московии в Харран!

(Иаков изумлённо оглядывается.)

Я что, на самом деле в эмпиреях?

Прикольно… стильно…

(Усмехается. Боди-Богу.)

А вы что, Бог?

Позвольте я на всякий случай

Вас позондирую тактильно…

(Иаков щупает край хитона Боди-Бога.)

У нас внизу столько народа развелось сомнительного:

Сенаторы, банкиры, депутаты…

Уж Вы меня простите.

БОДИ-БОГ (неодобрительно покачав головой).

Щупай не щупай,

Веришь-не веришь,

А Я – всамделишный.

Я с незапамятных веков

В Юдоли ведаю разумных человеков.

Ныне тобой, злосчастный, недоволен

Ты неслушанием великим болен!

ИАКОВ (извлекает из кармана кителя очки, протирает окуляры

носовым платком, водружает на нос).

Серьёзный ход!

(В тон Боди-Богу торжественно.)

Живой и Сущий! Благий Боже!

Я сам осознаю, что год греховно прожит,

И мало мною делано добра.

Но разве я не каялся с утра?!

БОДИ-БОГ (ещё строже).

Молчал бы уж, свинья, погрязшая в навозе!

Когда-то предка твоего благословил Я в Бозе.

Дал хлеб, чтоб есть,

Ему и жёнам и Лавану-тестю,

Хламиды подарил, чтоб члены греть,

И утвердил Завет на смычку впредь,

Чтобы душе Иакова, в язычестве задубевшей, прозреть.

О, если бы Мне знать,

Когда Я хитрецу валил щедроты,

Что клон его моих поскрёбышей-русеев

На тощие посадит МРОТы!

Да лучше б кинул Я дары шаману в юрту,

Или в шатёр зороастрийцу курду!

Я – в ярости!

И вот в одно мгновенье

Беру назад Своё благословенье!

ИАКОВ (недоуменно моргая).

Да что народу-то я сделал?

Народ сыт, пьян и морда целая.

За МРОТы отвечает Починок

И целый ряд таких, как он, чинов.

Мы с Починком имея разногласия,

Уж с год по-дружески не квасим.

Со временем набросим дикобразам

Грош ломанный ко МРОТам. Но не сразу,

Чтобы не портить аппетит и стул…

Отец, ты не заснул?

(Иаков внимательно смотрит на Боди-Бога.)

БОДИ-БОГ.

Глаза прищурив, в прошлом Я тону,

В седую грузну старину.

Перед глазами плавают года,

Как в простокваше – хлопья творога.

Я вспоминаю, как Иаков Безволосый

Лишил Косматого Исава первородства,

Хотя в Косматом замечалось благородство!

Благословением отца твой предок разжился нахалом,

Папашу Исаака соблазнив козлиным налом.

Я уж не говорю, как тестя он запнул, Лавана,

Седого хитрована,

Перехватив, можно сказать, за так

Его стада рогатого скота.

Конечно, за находчивостью, ловкостью, напором

Я в пращуре твоём провидел вора.

Но ratio сомненья отвести велит,

Выбор-то у Меня был невелик.

Не мог же Я народу-богоносцу

В архонты дать Исава-недоноска.

Когда твой пращур ссуды под залог планировал,

Исав с дубиной по полям фланировал.

Затем скажу (Исаву не в обиду),

Твой щур имел отменное либидо.

Он Лию и Рахиль, служанок Зелфу с Валлой

На войлоках в шатре без устали катал,

Отбросив меховое одеяло.

Казалось, что шатер громит не люд,

А ублажает плоть свою верблюд.

Меня своим усердием он радовал.

Что фыркаешь?

В шатер Я не заглядывал,

Я лишь утробы регулярно отверзал,

Чтоб множился Иакова кагал.

Кто управлялся с четырьмя бабенциями,

О банковских мечтая интервенциях

(Процентом на процент Иаков с детства бредил),

Тот приведет любой народ к победе.

Ты слышал, парень, про местечко Пенуэл,

Где предка твоего Я испытал в борьбе?

Друг друга обхватив, в горячей полумгле

Махались мы на травяном ковре,

Как равный с равным.

И справа на бедре Я молодцу оставил рану…

ИАКОВ.

Все зажило, Отец… Я помню этот бой…

(Расстёгивает китель, брючный ремень

и напряжённо оглядывает себя справа.)

БОДИ-БОГ.

Ты хочешь показать мне срам?

ИАКОВ (в замешательстве).

Ещё вчера на этом месте светился бледный шрам…

БОДИ-БОГ (раздражённо).

Я на заре благословил Иакова, густился по отрогам мрак…

Не из того ли мрака и вышел в родословной брак?

(Боди-Бог тычет пальцем в грудь Иакову.)

ИАКОВ (подтягиваясь).

Да чем же я Твою, Отец, нарушил стать?

О Господи! И от ума недолго так отстать!

БОДИ-БОГ.

Ты Мне тимуровца-то не включай с утра.

Не я же Святогоровым оттяпал ятра!

ИАКОВ (обрадованно).

Теперь понятен Твой азарт.

Сказал бы сразу, что об Иване весь базар!

Да, мне случалось с ним якшаться.

Не стал бы я на его бейцы покушаться.

Нужны мне его бейцы!

Это всё Ельцин.

БОДИ-БОГ.

Какие бейцы?

ИАКОВ.

Ну, кокануты, если Вам так нравится.

БОДИ-БОГ.

Какие ещё кокануты?

ИАКОВ.

В которых прячутся птенцы.

БОДИ-БОГ.

Птенцы?!

ИАКОВ (теряя терпение).

Ну, яйца, Отче, яйца! Мужские атрибуты.

Имеют их и жеребцы.

БОДИ-БОГ (недоуменно пожевав губами).

Ну, сиречь так.

Мы судим справедливо и законно

Раба клеймёного, царя на троне,

И умника и вахлака

В согласии с Небесным УПК…

(Боди-Бог щёлкает пальцами,

появляется ангел-слуга. Иакову).

Ступай в покои для гостей.

С дороги надо отдохнуть.

Рекомендую лунный душ принять

И, елико возможно, подремать.

(Ворчит, провожая).

Учти, рабам лукавым встарь

Кровавили плетьми ребро.

Это уж Я, гуманитарий…

ИАКОВ.

Ты, Отче, толком разберись,

Тогда дерись.

У нас в России президент отматерит,

Послушает – простит,

А там, глядишь, за стол мирком-ладком посадит.

Ну, в крайности, отвесит подзатыльник.

БОДИ-БОГ.

Поговори Мне… собутыльник.

(Иаков уходит в сопровождении ангела. Боди-Бог,

глядя вслед Иакову, с сомнением качает головой.)

Ишь ты как… бейцы!

С чудинкой мужичок.

А так и рост, и на лицо…

Дедушка у него не промах был,

Не промах, видно, и внучок…

Появляется Люцифер.)

ЛЮЦИФЕР (тревожно).

Отец! К нам, обойдя режим,

Парадной лестницей вломился аноним!

Он или важный чин,

На обязательные процедуры кладущий плешь,

Или какой-нибудь погибший во грехе

Не регистрированный леший.

Во всяком случае, пневмодетектор

Не прочитал его психе!

БОДИ-БОГ (пожимая плечами).

Подумаешь, скандал!

ЛЮЦИФЕР.

Поймите: Некто душу не зарегистрировал!!!

БОДИ-БОГ.

Чай, сканер отказал. Они такие своенравные…

ЛЮЦИФЕР.

В том-то и дело, что детекторы исправные!

БОДИ-БОГ.

Я только что беседовал с твоим Иаковом.

Он оправдался полностью, вот так!

Молодчик, по-моему, страдает недосыпом,

Эпохи путает, порою зависает.

Но в основном неплох.

Умён и хладнокровен, в обиду не даёт себя,

Нахальством смахивает, кстати, на тебя.

Но держится достойно, без лишних антраша.

Как бы ты с ним, тетеря, не оплошал!

(Усмехнувшись.)

Понравился он Мне…

ЛЮЦИФЕР (удаляется, бормоча под нос).

Посмотрим, кому быть в дерьме!

ЗАБОТЫ АПОСТОЛА МАТФЕЯ

(Дворик Лестничного храма. Боди-Бог прогуливается с загорелым,

благообразным апостолом Матфеем. В руках Матфея сандалии Боди-Бога.)

БОДИ-БОГ (улыбаясь).

Матфей! Ответь Мне спроста.

Ты обувь носишь вслед за Мной

По райским благодатным росам

И обуваешь, когда Я в аду врачую зло.

Ты нужен в этой миссии зело.

Но ещё более необходим ты Мне,

Как сборщик фактов и знаток людского быта,

Как есть ты в прошлом искушённый мытарь.

Скажи, как на духу еси,

Что делается на Святой Руси?

МАТФЕЙ (пожимает плечами).

Не просекаю, Промыслитель,

Чего Вы от меня хотите?

БОДИ-БОГ.

Ты обувь носишь – и носи.

Ты о Руси Мне доноси!

МАТФЕЙ (скучно).

В земле обетованной

Шмули базарят зря,

С арабами Ерусалим межуют по старинной линии.

Шииты и сунниты при старом деле:

Друг дружку коцают,

Шииты ошизели, сунниты посинели…

Ярятся ефиопы в Абиссинии…

БОДИ-БОГ.

Не надо Мне про Абиссинию!


Благие ль вести из России?

МАТФЕЙ (мрачно).

Нету благих известий.

По донесениям волхвов,

Народ крещать желает олигархов.

БОДИ-БОГ.

Что? Иудеи и магометане

О православном возмечтали сане?

МАТФЕЙ (опустив голову, хмуро).

Я сколько раз Тебе, Отец, докладывал

О русской заварухе.

Там обстановка нездоровая.

Да Ты слова мои пускаешь между ух.

(С нажимом.)

Крещать хотяще олигархов батогами!

Негоже действуют магнаты…

БОДИ-БОГ (насупясь).

Чем занимаешься порато?

МАТФЕЙ.

Как это чем?

Пока Ты души изучаешь,

Прощая еретические ряпалы,

Я, Отче, меры упредительные стряпаю.

Лжепроповедники в миру восстали!

Тобою тварям данную свободу, комфорт, уют

Немощью старческой Твоею объявляют.

Бог, дескать, ныне – бад.

Всем друг и брат.

А мы – святые и пророки –

Назначенные Им гомеопаты…

БОДИ-БОГ (сокрушённо)

И ты. Брут!

МАТФЕЙ.

Бог, дескать, грешных не калечит,

Как в прошлые года,

А только издалече лечит.

Сокрылся, самоустранился,

Во ипостасях затаился,

Короче, хорошо устроился!

Когда-то Ты благоволил одним евреям

За их к Тебе упорство.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9