Гамид Амиров.

Сердце пополам



скачать книгу бесплатно

– Ты че, э, лошара, попутал, что ли? Или не проснулся еще? Я тебе репу сейчас расколю!

В этот момент сзади подошел еще один, судя по всему его друг. Худощавый, среднего роста, смуглый брюнет, на вид ему было лет двадцать пять, в красной футболке, спортивных штанах «Адидас» с полосками по бокам и в тапочках. Он грыз семечки, небрежно бросая по одной себе в рот и выплевывая шелуху прямо на пол.

– Мурик, че потерялся? Кого тут напрягаешь? – поинтересовался брюнет.

– Да тут олень какой-то дерзит, есть жи44
  Жи – жаргонное выражение дагестанцев, часто употребляемое как подтверждение: жи есть.


[Закрыть]
, Мага, че, навешать ему, вот думаю…

– Тормози, ле55
  Ле – эй. Обращение к мужчине (аварский язык).


[Закрыть]
, че лоха этого бить!? Сигареты есть, пацан? – поворачиваясь к Грише, спросил он.

Гришу поражала их беспечность и наглость. Было такое ощущение, что они говорили про мебель. Он прокручивал в голове возможные варианты развития ситуации. Сломаться, дать полный назад, спокойно отдать им сигареты и пойти спать он не хотел. С другой стороны, стоять на своем было чревато последствиями. Их двое, и неизвестно, сколько еще придет, один точно спортсмен. По акценту ясно, что они кавказцы, а их мало не бывает. Гриша плохо разбирался в нациях, но было видно, что это не веселые и дружелюбные армяне, а какие-то полубандиты. Тем не менее его упрямство взяло верх. Сейчас надо было себя поставить так, чтобы потом его никто не трогал.

– Есть. Но надо бы вам научиться нормально разговаривать, – ответил он спокойным тоном.

– Ва!66
  Ва – возмущенный возглас у дагестанцев.


[Закрыть]
Ты смотри… Ежик в себя поверил, что ли? – с усмешкой сказал тот, кого назвали Муриком.

– Я не ежик, во-первых, а во-вторых, как человек разговаривай!

Гриша уже готов был обороняться. Он решил идти до конца. Чему быть, того не миновать.

– Я сейчас тебе поговорю, чертила!! – уже злобно закричал спортсмен и через секунду треснул Гришу кулаком.

Звездочки закружили перед глазами. Удар был резкий и сильный, парень отлетел назад на метр, согнувшись и закрыв лицо руками.

– Чале!77
  Чале (или ча) – хватит (аварский язык).


[Закрыть]
Тормози, Мурик! Эээ!! – Мага схватил друга за руки.

– Я его поломаю сейчас, лоха этого!! – кричал Мурик.

– Не надо! Не трогай его, тормози!

Секунд через пять Гриша поднял голову, выпрямился и, решив, что не имеет права в первую же неделю в Москве так опозориться, вдохнул побольше воздуха, готовясь к самому худшему, и со всего маху ударил Мурика прямо в челюсть!

Удар прошел вскользь и сильным не получился, но кавказцы застыли как вкопанные, удивленно глядя на Гришу.

Воронежский легкоатлет встал в стойку, защищая лицо кулаками, и был готов к тому, что сейчас эти двое его отметелят, но он просто так не сдастся. Все трое на мгновение замерли, Гриша – недоумевая, почему они не нападают, а незваные гости – в шоке от его поступка.

Тишину нарушил брюнет:

– Ты откуда тут взялся? Давно в общаге живешь?

– Что? – Гришу ошеломил вопрос.

– Откуда ты, говорю? Ты понимаешь, на кого прешь?

– Я из Воронежа, неделю назад перевелся сюда. Я ни на кого не пру. Просто надо нормально разговаривать!

– Я в шоке, жи есть, внатуре! Не ожидал! Молодец ты, Воронеж, не очканул88
  Очкануть – испугаться (жаргон).


[Закрыть]
, – с ухмылкой сказал Мурик.

Гриша просто не верил своим ушам. Когда его уже начнут убивать? Это что, розыгрыш какой-то!? Или они только с виду страшные?

Тут тоном старшего заговорил смуглый:

– Короче… Меня зовут Мага, его Мурад. Как тебя зовут?

– Гриша.

Они по очереди пожали ему руку.

Потом Мага сказал:

– Мы уважаем таких, как ты! Ты достойный оказался мужик! Бери сигареты, чисто по-братски, пойдем с нами выпьем. Там наши пацаны, познакомишься. Через четыре комнаты. Тысяча сто пятая наша.

Гриша взял сигареты. На секунду замешкался: странно это все. Но все же пошел с ними.


1105 был блок из двух отдельных комнат и общего санузла. Обе комнаты были двушки. Та, что слева, была чуть больше, видимо в советские времена это была трешка. Перед дверью кавказцы встали, пропуская Гришу войти первым. Комната была просторней, чем Гришина. Две кровати у окна, между ними стол и три табурета. Возле шкафа две тумбы с ящиками, на одной лежал бережно сложенный коврик, похожий на молитвенный у мусульман, на второй стоял магнитофон «Сони», из колонок которого тихо звучало радио. За столом сидели трое – двое на кровати, один на табурете.

У окна устроился брюнет в белой футболке с надписью Asics Wrestling, примерно двадцати трех лет. Лицо его, очерченное короткой стрижкой, было похоже на суровую скалу, уши, поломанные неоднократно, напоминали пирожки. У него были невероятно широкие плечи и накаченные руки. Видно было сразу: с таким не дай бог повздорить.

На кровати, ближе к нему, сидел тоже спортивного телосложения, но моложе и поменьше светловолосый улыбающийся весельчак. Нос у него был чуть картошкой, ярко-сиреневая рубашка была расстегнута, обрамляя грудь, которую украшал кожаный треугольник на ниточке, очевидно талисман. Парень был похож на русского деревенского жителя, только глаза у него были как у хищного зверя – какие-то волчьи, зеленые, в них читались бесшабашность и смелость. А когда Гриша увидел его руки, холод пробежал у него по телу – костяшки были в шрамах и ссадинах, видать этот парень любил подраться.

Второй же сидевший на кровати резко отличался от остальных. Он был одет в черную футболку и черные брюки. Волосы его были черные как смоль и волнистые, видимо специально выпрямленные с помощью геля для волос, но все равно вьющиеся. У него был прямой нос, пухлые губы и темно-карие, миндалевидные, чуть раскосые глаза с длинными ресницами. Взгляд его пронизывал, будто парень мог читать мысли, и выдавал едва заметное высокомерие. Было понятно, что он обладает проницательностью и немалым умом и явно это сам понимает. На лице у парня было что-то вроде ухмылки. Сразу бросалось в глаза, что он точно не спортсмен, как все остальные: среднего телосложения, руки не накаченные, а пальцы – длинные и красивые, как у пианиста.

На небольшом столе стояли полупустая бутылка водки «Исток», двухлитровая кока-кола, хлеб, маринованный чеснок, банка соленых огурцов, нарезанные яблоки и большое блюдо с вареным мясом, а еще четыре пустые тарелки, из которых они ели, точнее закусывали, и одноразовые стаканы.

– Пацаны, это Гриша! Нормальный пацан вроде, – сказал Мага, садясь на диван.

Светловолосый встал и протянул Грише руку:

– Шамиль.

Следом руку пожал ломоухий здоровяк Гаджи. И, выдержав едва заметную паузу, глядя с подозрением Грише прямо в глаза, свою тонкую по сравнению с другими руку протянул последний – Натан.

Мурик взахлеб стал рассказывать, как Гриша «не очканул и воткнул ему оборотку». Остальные одобрительно кивали.

Гаджи с уважением сказал Грише:

– Молодец, вацако!99
  Вацако – братан (аварский жаргон).


[Закрыть]
Спортсмен?

– Любитель, – ответил Гриша.

– В смысле «любитель»? Чем занимаешься?

– Легкой атлетикой, но титулов особых не имею, КМС всего.

Услышав «легкая атлетика», они улыбнулись.

Мага повелительным тоном сказал Мураду:

– Мурик, налей, а ну-ка! Че морозишься!? Грише тоже налей!

Потом, обернувшись к Грише, спросил:

– Так сигареты где? Мы тут уже воем без курева!

Гриша достал из кармана пачку и аккуратно положил на стол. Он прекрасно знал с детства, что «по-пацански» сигареты надо класть на общий стол. А тут все пахло «блатной лирикой».

Парень уже не ломал голову над тем, откуда эта вся «братва», и, пока Мурад наливал всем водку, смело спросил:

– А вы откуда родом? Учитесь тоже тут?

Ему дружелюбно ответил Мага:

– Мы из Дагестана, братан! Я живу в этой комнате, со мной братишка еще живет, его нет сегодня просто. Мурик в соседней живет, учимся тут. Натан тоже здесь учится, но живет в квартире. А эти бездельники школу еле закончили! – и он ехидно засмеялся.

– Майами, тормози, да, ерунду говорить! Мурик, налей штрафную ему! – показывая на Гришу и широко улыбаясь, сказал Шамиль и добавил, обращаясь к новому собеседнику: – Гонит все он! Мы спортсмены! Борцы. Лучше бороться, чем стремных англичанок ради зачета шатать!

И все они дружно засмеялись, включая Магу, как стало понятно, по прозвищу Майами.

Когда все чуть успокоились, заговорил Натан:

– Хорош балаболить, давайте накатим лучше!

Он повернулся к Грише:

– Молодец, заднюю не дал! Давай покажи теперь, как бухать можешь! В Воронеже наверняка хорошо пьют. Давайте выпьем за правильных пацанов, с духом, чтоб за нашим столом только такие были!

– ИншАллах!1010
  ИншАллах – даст Бог (арабское выражение из Корана).


[Закрыть]
 – сказали в один голос почти все сидевшие за столом и, чокнувшись одноразовыми стаканами, выпили.

У Гриши был полный стакан, и все они как бы незаметно следили, как он выпьет. Зная это, он медленно осушил его до дна, чувствуя, как спирт расходится по организму, и закусил соленым огурцом. Гриша успел заметить, что, когда Натан говорил, все внимательно слушали. Было видно, что он пользуется уважением среди друзей.

После того, как Гриша выпил, Мурик хлопнул его по плечу и сказал:

– Пойдем выскочим в коридор, покурим, а то Майами не разрешает в комнате курить. Замучил нас уже всех.

Гриша сидел с ними еще часа два. Пили, смеялись, разговаривали. Говорили в основном они, больше всех Шамиль. Из разговоров Гриша узнал, что Шамиль и Гаджи живут на съемной квартире. Шамилю было двадцать лет, он много и громко заливисто смеялся. Оказалось, что он чемпион России по вольной борьбе, но два года назад бросил заниматься. Что делал Шамиль сейчас, было непонятно. Здоровяк Гаджи по прозвищу Борцуха был чемпионом Европы, тоже по вольной борьбе, но год, как бросил это дело. Ему было двадцать два, хотя выглядел он постарше.

Гриша заметил, как беспрекословно Мурад наливал всем, что-то поднимал, если упало, подавал и убирал со стола. Это делалось на автомате, и Гриша был поражен, когда понял почему: он был самый младший в этой компании!

В Воронеже, конечно, много слышали про кавказцев, про их отношения между старшими и младшими, но Гриша думал, что подобное было давно либо осталось только в глухих селах. Он видел, что у армян отсутствует какая-либо иерархия. У них все было просто, почти как у русских. У этих же, дагестанцев, все было по какому-то кодексу. Выходя из комнаты или заходя в нее, они обязательно пропускали старших вперед, но первым – Гришу, видимо, потому, что он гость.

Мурик оказался очень веселым парнем с открытой душой. Трудно было поверить, что пару часов назад он вел себя как дерзкий наглец, который готов был убить незнакомого парня из-за сигарет! Оказалось, что его, как младшего, отправили за сигаретами, и он, чтоб не идти на улицу, решил стрельнуть их у соседей.

Про Магу Майами Гриша узнал смешную историю о том, как он соблазнил молодую преподавательницу английского языка и на месяц стал ее любовником ради того, чтобы она поставила ему зачет. Он своего добился, но теперь при удобном случае все подкалывали его. Майами было уже двадцать четыре года, он учился на третьем курсе. Мага поздно поступил учиться, видимо были какие-то обстоятельства.

Про Натана Гриша толком ничего узнать не смог, но постоянно чувствовал на себе его сверлящий взгляд. Натан не молчал, а говорил наравне со всеми, смеялся и умело подкалывал всех, а вот его не подкалывал никто, и про себя он ничего не говорил. Разговорная речь у Натана была не такая, как у других, акцента практически не было, и всякие непонятные словечки типа «вацако» и «ле» он не использовал вообще. Гриша, не стесняясь, спросил, что значат эти слова.

Майами ответил ему с улыбкой:

– «Вацако» – это братан, «ле» – это просто обращение к мужчине. «Ча» – это типа хватит. Что еще…

– Еще «саул»1111
  Саул – спасибо (дагестанский жаргон).


[Закрыть]
, но это, как я уже понял, спасибо, – сказал Гриша.

– Правильно. Спасибо еще можно сказать «баркалла»1212
  Баркалла – спасибо (арабский язык). Так благодарят в Чечне и Дагестане.


[Закрыть]
, – добавил Мага.

– А еще на нашем грамотном языке спасибо, знаешь, как? – спросил Шамиль и сразу сам ответил: – Сенкью! – и, заливаясь во весь голос, засмеялся над своей глупой шуткой.

Когда он смеялся, волей-неволей начинали смеяться все. Речь его была немного комична, потому что он не выговаривал букву «р».

На улице было уже светло, и Гриша, вставая, сказал:

– Ладно, ребят, пойду я уже. Спасибо за компанию!

– Да ладно, все нормально! Если че, всегда заходи! – Майами протянул ему ладонь.

– Да, братка, не обессудь, что так вышло, короче, – с улыбкой добавил Мурик, пожимая руку Грише. – Ты, вообще, обращайся, если че, мы тут… Если проблемы с кем-то или че…

– Спасибо. Но я за мир. А за это, ничего, все бывает, главное, поняли друг друга, – улыбнулся Гриша. – Кстати, если кому негде спать, у меня сосед только вечером приедет, место есть одно.

Шамиль дружелюбно сказал:

– Саул! Будем знать, что один шконарь1313
  Шконарь – тюремная койка (жаргон).


[Закрыть]
есть. Но ты не парься, мы сейчас на хату поедем.

Попрощавшись со всеми, Гриша пошел к себе комнату. Он лег на кровать и понял, что пьян. От постоянных мыслей и напряжения, сидя с ребятами, Гриша этого даже не чувствовал. Парень моментально провалился в сон.

Открыв глаза, Гриша увидел Арсена, лежащего на своей кровати с книгой в руках. Будильник на тумбочке показывал 16:34. Гриша проспал около десяти часов. Во рту была засуха, голова трещала.

– Арсен!

– Ай, ахпер, сколько ты спишь, ва-ай! Я тут как мишка сижу! – сосед вскочил с кровати, бросив книгу, посмотрел на Гришино лицо и ужаснулся, сделав гримасу то ли страшную, то ли смешную. – Аствац!!1414
  Аствац – Бог (армянский язык).


[Закрыть]
Что случилось?? Кто побил тебя, брат??

Гриша слабо улыбнулся тому, что Арсен сказал «мишка», имея в виду мышку. Потом он вспомнил, что вчера произошло, и понял, что под глазом у него синяк.

– Да все нормально, друг. Вода есть? Пить хочу, умираю.

Арсен протянул ему бутылку минералки, причитая, как бабка:

– Как я тебя оставил без защиты тут!? С кем подрался? Наверняка из-за девушки! Еще и не спал всю ночь, наверное! Сегодня разборки сделаем! – он уже принял воинственный вид, нахмурил брови и выпятил грудь. – Сейчас кофе попьем, потом пойдем позвоним Вартану, Карену, ребятам. Ты зачем ночью в ту общагу не пошел? Тиграна не позвал? Он боксер! Любого побил бы!

– Погоди, пожалуйста… Блин, голова болит… Душ приму и расскажу все. Не переживай, не надо никому звонить! Все хорошо, друг!

Через полчаса Гриша поведал Арсену про свои ночные приключения. По мере его рассказа лицо у Арсена становилось все менее воинственным и все более бледным.

Когда Гриша закончил, сосед молча достал из кармана пачку сигарет, вытащил одну, прикурил, хотя в комнате они никогда не курили, и, посмотрев на Гришу добрыми печальными глазами, тихо спросил:

– Курить будешь, брат?

Гриша громко рассмеялся. Парадоксально, он только что рассказывал Арсену, как подрался с кавказцами из-за сигарет, и этот, тоже кавказец, хоть и другой нации, опять говорит про сигареты!

Наконец он успокоился:

– Извини, Арсен-джан. Просто все так странно. Угораздило меня попасть в этот водоворот!

– Теперь слушай, брат, меня, – начал Арсен серьезно.

– Да, да, друг! Так ты знаешь их?

– Я знаю всех! Прошлый год я на четвертом этаже жил, а эти все время тут ошивались. Поверь, цаветанем, с ними не связывайся! Это бандиты. И я тебе откровенно скажу, они страшные люди. Очень злые ко всем, кроме своих! Только друг друга они уважают, и все! Хотя нас они никогда не трогали, даже бухали с нами пару раз. Но потом… брат…

Арсен приблизился и, прищурив глаза, шепотом произнес:

– Они тут человека убили! Про это многие знают, но не говорят.

Гриша удивился, но до конца не поверил. После ночных событий у него сложилось иное мнение об этих ребятах. Кто из них?.. Да и зачем в институте кого-то убивать?

Арсен же с серьезным лицом продолжал:

– Этот Шамиль беспредельщик и отморозок. Он тут не учится, это Натана друг. А Натан хитрожопый самый, он там главный мозг, его весь институт знает! И бывает он со всеми – и с армянами, и с чеченцами, и с осетинами. Везде в курсе всего! Что они мутят, никто не знает, но у них иногда бывает много денег, и они зажигают тут неделями. Проституток сюда привозят, с общаговскими девочками тоже развлекаются! Майами хороший парень, у него брат тоже нормальный. У них двоюродный брат олигарх, он их сюда учиться засунул. Этот Борцуха тоже их родственник, дальний. Он спокойный, но самый сильный там. Его не дай бог задеть! Ва-ай!

– Ты мне скажи, кого тут кто убил? И за что?

Арсен снова прищурился:

– Короче, я тебе скажу… Но ты это не от меня узнал, а лучше вообще не знаешь, аскаца… то есть понял?

Гриша кивнул, он видел, что Арсен от волнения даже слова русские и армянские путал и говорил не совсем грамотно.

– В общем, тут какой-то русский бандит крутой вечером телку свою ждал на улице, где стоянка перед поточным, а этот Шамиль, руки у него чесались подраться, что-то до него докопался. Короче, они сцепились. Русский сильный оказался, его скрутил, в этот момент Натан прибежал. Никого больше из их друзей рядом не было. Мимо проходили только те, кто на вечернем учился, и то мало людей. Вдвоем они его бить начали, а тот пистолет вытащил! И в Шамиля уже стрелять хотел! Там, говорят, все секунды решали… Натан ему нож в живот три раза воткнул, чтоб он Шамиля не убил. Русский упал, а они убежали.

На следующий день менты пришли и всех чеченцев стали забирать. Кто-то из свидетелей сказал, что они чеченцы были. Вы же, русские, не разбираетесь. Но чеченцев не опознали, а дагестанцы эти, Натан и Шамиль, исчезли на время вообще. Тихо сидели, не слышно было их. Потом появились… Такое тут потом на Новый год ночью устроили, вай-вай… Я тогда здесь был, домой не полетел, билет не успел купить. Общага вся гремела… Прям на первом этаже в круг встали, лезгинку танцевали! Герои стали они у них!

Кавказцы все в баре на балконе сидят, они знали, кто русского убил. Одна чеченка видела, когда эта драка была… Своим землякам рассказала. Но ее одну, наверное, менты ни о чем не спрашивали, она крутая какая-то. Короче, когда Шамиль и Натан пришли в бар, все уже знали, что с ними лучше не шутить! А Натан этот у них, видно, сразу боссом стал.

Не нужны они тебе, брат-джан! Они нехорошие дела делают, я уверен! Натана я хорошо знаю, он с армянами может сесть, базар блот играть, коньяк пить, чуть-чуть армянский язык сказать… А потом кто-нибудь без денег будет! Или ограбят, или еще что!

Гриша призадумался, прикурил сигарету. Хорошо, что Арсен не мешал своими причитаниями, а молча уставился в окно. Конечно, теперь многое стало понятно. Но чутье подсказывало Грише, что все это раздуто и есть что-то такое, чего не знают все эти переносчики слухов и сплетен. То, что осталось в кругу друзей, не допускающих в свой мир никого, кроме своих.


Прошло еще две недели. Дагестанцев Гриша за это время не встретил ни разу. Он спокойно ходил на пары, вечерами иногда играл с армянами в карты или в нарды. Съездил в «Макдоналдс», погулял по Красной площади, походил по магазинам. Одним словом, привыкал к Москве. Не забывал Гриша и учиться, старательно записывал все лекции, а потом перечитывал конспекты.

В конце сентября он побывал на дне рождении у одногруппницы. Юля Артамонова, симпатичная голубоглазая шатенка с длинными волосами, всегда модно и стильно одетая, подошла перед лекцией и, смущенно улыбаясь, пригласила его после пар в кафе «Фортуна» около метро. По пути в кафе Гриша заглянул в магазин парфюмерии и купил туалетную воду, в цветочном павильоне рядом выбрал букет из одиннадцати красных роз.

Кафе «Фортуна» по сути было бильярдной. В зале друг за другом стояли четыре американских пула, а по краям – восемь деревянных столов на четыре и на шесть человек. Возле барной стойки в конце скучали официантки и бармен. Одногруппники Гриши уже были здесь – восемь девушек и два парня, болтун Максим и угрюмый москвич Антон. На столе стояли шампанское, графин с соком, тарелка с фруктами и две пиццы, которые, видимо, только что принесли.

Именинница вся сияла. Гриша подошел к ней, подарил цветы и духи, поздравил. Она скромно, с улыбкой чмокнула его, после чего прижалась своей щекой к его.

Гриша сидел в кафе и считал каждую минуту, ему хотелось быстрее уйти. От болтовни и смеха девочек у него уже болела голова.

Через час он встал, подошел к Юле и, склонившись к ее уху, шепотом сказал:

– Спасибо, что пригласила, еще раз тебя с днем рождения! Я пойду уже, у меня дела.

Юля встала, взяла Гришу под руку и оттащила подальше от стола, повернувшись лицом к нему, сделала губы бантиком и обиженно сказала:

– А я так надеялась, что ты посидишь еще… что мы потанцуем, познакомимся поближе…

Она была немного пьяная, но Гриша давно заметил, что Юля частенько стреляет в его сторону глазками.

– Я думаю, у нас будет еще много возможностей и потанцевать, и познакомиться ближе, – ответил он ей с доброй улыбкой.

– Ой… Гриша, спасибо тебе… Да… Я очень надеюсь на это! Знаешь… Ну да, в общем… Пока!

Девушка растерялась, покраснела, потом улыбнулась, обняла Гришу и поцеловала в щеку:

– Я буду ждать! – и убежала.

Гриша вышел на улицу и, улыбаясь, зашагал к метро. У него не осталось денег, надо было ехать к тете, чтобы взять из своих сбережений сотню долларов. Все, что было, он потратил на подарок Юле, но ни капли не жалел об этом. Хорошая, добрая девочка. Симпатичная. Гриша видел, что нравится ей, но он был слишком сильно ранен Катей и не мог себе позволить снова оказаться в такой же ситуации. Парень твердо решил для себя: никаких любовных историй и никаких близких друзей! Он словно возвел вокруг себя каменную стену и не собирался никого впускать в свое сердце.

Тетя жила с мужем в районе метро «Юго-Западная». Ее дочь, Гришина двоюродная сестра Олеся, была замужем за мелким бизнесменом и жила на проспекте Мира. Гриша с ней особо не общался, они и виделись-то за всю жизнь раз пять-шесть. Олеся была старше Гриши на семь лет, и общих тем для разговора у них почти не было. А вот тетя, ее звали Татьяна, была добрейшей души человеком. Когда-то она была заведующей отделением хирургии в Воронежской городской больнице, а ее муж, Игорь, стоматологом. Десять лет назад они решили переехать в Москву, брат ее мужа работал в московском Минздраве. Он устроил Игоря в клинику и помог получить двухкомнатную квартиру, так они в столице и остались. Сейчас уже на пенсии были, жили скромно и тихо.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6