Галина Вервейко.

Матильда Кшесинская. Жизнь в изгнании. Документальная повесть



скачать книгу бесплатно

– Так, Матильда Феликсовна, берите ручку и пишите сейчас же письмо Керенскому! Я буду диктовать…

Написав письмо, они тут же поехали в Министерство Юстиции (с марта по май 1917 года А. Ф. Керенский был министром юстиции, а также военным и морским министром) и отдали конверт, указав в нём адрес нахождения в данный момент Кшесинской и номер телефона. Как только они вернулись домой, тут же прозвенел звонок. Матильда Феликсовна подняла трубку телефона. Это говорил сам Керенский. Он был очень любезен с балериной и обещал оградить её от всяких неприятностей. Дал номер своего телефона, чтобы Кшесинская звонила немедленно лично ему, в любое время дня и ночи, если нужна будет его помощь. Такое отношение Керенского к ней глубоко тронуло Матильду Феликсовну: ведь она его лично не знала и никогда в глаза не видела, он её – тоже. После разговора с Карабчевским это особенно обрадовало танцовщицу. И она почувствовала, что у неё есть поддержка, и всё не так страшно. Появилась какая-то почва под ногами.


Михаила Александровича Стаховича, большого друга и поклонника балерины, который в былые времена не пропускал ни одного её спектакля в Мариинском театре, назначили от Временного Правительства Финляндским генерал-губернатором. В годы Первой мировой войны, с 1914 до самого её окончания в 1918 году, он был также уполномоченным от Красного Креста на Юго-Западном фронте. В 1915 году Михаил Александрович был избран от Государственного Совета членом особого совещания по обороне и входил в состав Прогрессивного блока. Стахович заехал к Матильде Феликсовне и спросил, чем он может помочь, чтобы облегчить её положение. Его забота, конечно, была приятна Кшесинской.

Ещё одним верным другом оказался Александр Дмитриевич Викторов из Красного Креста, с которым они ездили на фронт раздавать подарки солдатам. Его Кшесинская попросила привезти свой саквояж с драгоценностями из квартиры артиста Юрьева. Ей очень хотелось дать ему ещё одно поручение: принести спрятанную там последнюю фотографию Ники (Николая Второго) с его подписью. Когда Матильда покидала свой дом, то взяла её с собой, но, уходя от Юрьева, положила фото в какой-то иллюстрированный журнал, который лежал в его квартире на столе. Она думала, что во время обыска там её не станут искать. Сама же она боялась брать карточку с собой, так как это было очень опасно: ведь подпись Царя была предназначена именно ей. Викторова она тоже боялась подвести, и поэтому ничего ему не сказала про фото. Кшесинская с волнением ждала возвращения Александра. Он вернулся с каким-то солдатом, который нёс её саквояж. Солдат ничего не знал о том, что находится в нём. А Викторов счёл, что так будет безопаснее, если нести его будет простой солдат, на которого никто не обратит внимания, к тому же, ему тяжело стало нести саквояж. Солдат был совсем незнакомый – встречный, а Викторов Александр тоже носил военную форму, похожую на солдатскую, и он принял его за своего. Так благополучно был доставлен саквояж с драгоценностями балерине.


Но всё-таки Кшесинская ещё надеялась на то, что у брата она живёт временно, а в скором времени дом ей вернут.

Однажды она решилась одна поехать в Таврический Дворец, чтобы хлопотать о нём. Ей хотелось освободить свой особняк от захватчиков, и лучше передать его какому-нибудь посольству, чем оставить им. В Таврическом Дворце с 1906 по 1917 годы проходили заседания Государственной Думы. Но уже с 28 февраля 1917-го там начал работу Петроградский Совет РСДРП (б) – партии большевиков.

Во Дворце она бегала по комнатам и огромным залам и искала лицо, от которого зависел этот вопрос. Её куда-то водили люди, находившиеся во Дворце. Кругом было грязно и накурено, на полу валялись какие-то бумаги и окурки. Балерину окружали ужасные напыщенные типы с деловым видом. В одном из кабинетов на высоком табурете, закинув нога на ногу, сидела соратница Ленина Александра Коллонтай с папиросой в зубах. На столе перед ней стояла чашка с чаем или кофе.

Наконец, человек, которого она искала, нашёлся. Он был приличного вида. Сказали, что это – меньшевик. Фамилия его была какой-то «белой»: не то Белявин, не то Беляевский. Он выслушал Кшесинскую, и тут же поехал с ней в её дом, чтобы помочь ей.


Когда Матильда Феликсовна вошла в свой дом, то её обуял ужас! Во что же его успели превратить за такое короткое время! Чудная мраморная лестница, которая вела к вестибюлю и была покрыта красным ковром, была завалена какими-то книгами, которые разбирали незнакомые женщины. Оказывается, в середине марта, в дом Кшесинской из Таврического дворца переехали Петроградский комитет РСДРП (б) и его Военная организация. И они только располагались в доме танцовщицы. Когда Матильда Феликсовна стала подниматься по своей лестнице, то эти женщины накинулись на неё, говоря, что она задевает их книги. Кшесинская не выдержала и возмущённо сказала:

– Между прочим, это мой собственный дом! И я могу здесь ходить так, как хочу!

Они удивлённо посмотрели на балерину. Человек из Таврического Дворца провёл Матильду Феликсовну в нижний кабинет и любезно предложил сесть на её любимое кресло, где она раньше часто сидела. Сопровождающий спросил у какого-то приличного солдата, почему они так задерживаются в этом особняке. Он, молча, показал на угловое окно, из которого был виден Троицкий мост и набережная. И дал понять, что для них это очень важно: удобное место для наблюдения за мостом и возможного его обстрела. Матильда Феликсовна поняла позже, что в её доме находились большевики, которые готовились к новому перевороту.

Её проводник предложил Кшесинской позвонить в тот дом, где сейчас жила, по телефону, и предупредить родственников, где она в данный момент находится. Она вызвала квартиру брата Юзефа и поговорила с сыном Вовой. Говорила уверенно, успокаивая сына, что вокруг неё хорошие люди, и что с ней ничего не случится.

Потом ей позволили подняться в её спальню. Здесь картина была ещё ужаснее: дорогой красивый ковёр, который Матильда заказывала в Париже, весь был залит чернилами! Всю мебель из спальни вынесли вниз. Остался один хороший шкаф, из которого вырвали с петлями дверь и вынули полки. Теперь там стояли ружья… Кшесинская поспешно вышла: слишком тяжело было ей смотреть на всё это варварство. Рядом, в уборной Матильды, была ванна-бассейн, которая теперь стояла, вся наполненная окурками!


Она стояла удручённая увиденным. И в это время к ней подошёл студент Агабабов, который первым занял её дом. И предложил обратно переехать в него, как ни в чём ни бывало: как будто теперь он был хозяином её дома! И жить вместе с ними. По доброте душевной он обещал уступить хозяйке две комнаты сына. «Боже! Какое нахальство! Верх нахальства!», – подумала Матильда и промолчала.

Не менее отвратительной была картина и в нижнем зале: рояль знаменитой берлинской фабрики Карла Бехштейна зачем-то втиснули в зимний сад между двумя колоннами. Этим они были сильно повреждены.

В доме ещё находились некоторые люди Кшесинской. К ней подошёл старший дворник. Он рассказал ей о судьбе её белого голубя:

– В тот день, когда Вы, Матильда Феликсовна, покинули дом, Ваш белый голубь выпорхнул в окно и больше не вернулся…

– Как? Ведь он прежде каждый день вылетал и сам вечером возвращался ночевать в зимний сад! Он же привык там жить…

Дворник пожал плечами, а Кшесинская подумала: «Наверное, какой-то инстинкт заставил его покинуть дом вместе со мной…»

«С тяжёлым сердцем вышла я снова из своего дома; с такой любовью построенный, вот во что он превратился…» – с горечью записала она в мемуарах.


Матильда Феликсовна сидела за письменным столом и грустила. Как она любила свой особняк в Петербурге! Говорят, что он стоит до сих пор и внешне очень хорошо выглядит. Ещё бы! Он был так добротно построен! А внутри всё перестроили. А тогда, в 1917 году, в Вовиных двух комнатах – детской и игровой с балконом, куда так любезно приглашал её «новый хозяин» Агабабов, обосновался позже, в апреле, сам вождь пролетарской революции – Ульянов-Ленин. Именно с этого балкона он и выступал перед людьми. А потом, кто-то из туристов из Франции рассказывал Матильде Феликсовне, что сделали в них его мемориальный кабинет…


Матильда Феликсовна взяла в руки книгу своей «Таточки» – Тамары Карсавиной, и стала читать в ней о том времени, о котором писала: «Я помню вечер благотворительного спектакля – небольшая группа седовласых изнуренных людей сидела в царской ложе. Это были старые политзаключённые, пару месяцев назад возвратившиеся из Сибири. Теперь отдавали дань их мученичеству. Но наступила вторая фаза революции, и они оказались смыты новой волной и превратились в посмешище. Эта фаза покончила с оптимизмом. Фронт был прорван, дезертиры хлынули домой; дезорганизованные солдаты заполнили поезда – они ехали на крышах вагонов, цеплялись за буферы. Из голодных городов ежедневно толпы устремлялись в поисках пропитания. Правительство предпринимало отчаянные попытки продолжать войну. На каждом углу устраивались импровизированные митинги. Приехал Ленин; он произнёс речь с балкона особняка Кшесинской, где устроил свой штаб».


Ульянов-Ленин был создателем Российской социал-демократической рабочей партии (большевиков). Он был в то время довольно-таки известным в России. Что же конкретно было известно про его жизнь до 1917-го года?

Владимир Ильич Ульянов был на два года старше Матильды Феликсовны Кшесинской. Родился 22 апреля 1870 года в Симбирске в семье инспектора народных училищ Симбирской губернии Ильи Николаевича Ульянова и его жены Марии Александровны. Илья Николаевич был сыном бывшего крепостного крестьянина. Но он сделал карьеру, которая позволила получить ему потомственное дворянство. И. Н. Ульянов дослужился до чина действительного статского советника, что в Табели о рангах соответствовало чину генерал-майора в армии.

В семье Ульяновых было шесть детей, и им давалось дворянское образование. Все они приняли православное крещение. Так, Владимир до шестнадцати лет принадлежал к симбирскому религиозному обществу преподобного Сергия Радонежского.

В 1879—1887 годах Владимир Ульянов учился в Симбирской гимназии. Володя был отличником, ежегодно получал награды за учение. В общественной жизни никогда не участвовал, и вообще ею не интересовался. И окончил учебное заведение с золотой медалью, после чего поступил в Казанский университет на юридический факультет. (Все его учителя были очень удивлены и выбранной им профессией, и тем, что Владимир Ульянов занялся революционной деятельностью, о чём в его школьные годы никто не мог и подумать, все пророчили ему жизнь по стопам отца – отличную карьеру в служебной сфере образования). Кстати, директором в Симбирской гимназии в то время был отец А. Ф. Керенского – Ф. М. Керенский.


Жизнь Володи Ульянова в корне изменилась во время студенчества. Во-первых, в год окончания Владимиром Ульяновым гимназии их семью потрясло страшное горе. Никто из них даже не подозревал о том, что старший сын и брат Александр занимался революционной деятельностью. И вдруг они узнают о том, что его арестовали и приговорили к смертной казни как участника народовольческого заговора с целью покушения на жизнь Императора Александра III! 8 мая 1887 года Александра Ильича Ульянова казнили с другими руководителями заговора. Произошедшее стало глубокой трагедией для всей семьи, тем более, что в то время семья уже осталась без отца. Особенно глубоко переживал смерть брата Володя, для которого он являлся идеалом во всём.

В Казанском университете Владимир Ульянов был вовлечён в нелегальный студенческий кружок «Народная воля». И уже через три месяца после поступления в университет был исключён из него за участие в студенческих беспорядках. По просьбе родственников он был выслан в деревню Кокушкино Казанской губернии, где жил у своей тёти. В 1890 году власти смягчились и разрешили ему готовиться к экзаменам на адвоката. И уже в ноябре следующего года Владимир Ильич Ульянов сдал экстерном экзамены за курс юридического факультета Санкт-Петербургского университета.

Затем Владимир увлёкся марксизмом. Под влиянием работ Г. В. Плеханова его взгляды эволюционируют от народовольческих к социал-демократическим.

В 1893 году В. И. Ульянов переезжает в Санкт-Петербург и устраивается на службу к адвокату М. Ф. Волькенштейну. В это время он пишет работы по проблемам марксистской политэкономии и становится известным среди социал-демократов. Владимиру Ульянову в это время было двадцать три года, но он уже сложился как личность.

Весной 1895 года Владимир Ульянов объединяет разрозненные марксистские кружки в «Союз борьбы за освобождение рабочего класса». В декабре, как и многие другие члены «Союза», Ульянов был арестован и более года находился в тюрьме.

В 1897 году его высылают на три года в село Шушенское Енисейской губернии. А через год, в июле, в церкви был зарегистрирован их брак с революционеркой Надеждой Константиновной Крупской. Она приехала из Уфы в Сибирь, чтобы отбывать свою ссылку вместе с мужем. В Шушенском Владимир Ильич пишет книгу «Развитие капитализма в России».

Пока Владимир Ульянов находился в сибирской ссылке, в Минске в 1898 году прошёл Первый съезд РСДРП, на котором работали девять его соратников. Этот съезд учредил РСДРП и принял Манифест партии.

В феврале 1900 года наступил конец ссылки в Шушенском. В. И. Ульянов приезжает в город Псков и получает там загранпаспорт. В апреле проводит организационное совещание по изданию газеты «Искра». И тайно выезжает в Ригу, где договаривается о транспортировке через Латвию в Россию газеты «Искра» из-за границы.

В мае Ульянов приезжает в Санкт-Петербург, где его задерживает полиция на десять дней. В июне-июле он живёт в Уфе, где в то время отбывала оставшееся время ссылки его жена Н. К. Крупская.

В конце июля Владимир Ильич выезжает в Швейцарию, где начинается его первая эмиграция 1900 – 1905 годов. В Мюнхене он издаёт газету «Искра» и с её помощью создаёт сеть подпольных марксистских организаций в России. Весной следующего года к нему в Мюнхен прибывает Крупская. В декабре 1901 года в журнале «Заря» печатается статья В. Ульянова, которую он впервые подписывает псевдонимом «Ленин», который, как считают, произошёл от названия сибирской реки Лена.

Первые два года в эмиграции Ленин пишет свою книгу «Что делать?» о «партии нового типа». В 1902 году агентура царской разведки напала на след газеты «Искра» в Мюнхене. Газета вместе с редактором переезжает в Лондон. Затем вновь переезд – в Женеву, где Ленин и Крупская жили до 1905 года.

С 17 июля по 10 августа 1903 года в Лондоне проходит Второй съезд РСДРП. Здесь происходит расхождение во взглядах Ленина и Плеханова. «Искра» остаётся у Плеханова. А Ленин начинает издавать газету «Вперёд». Но Ленин ещё не использовал термины «большевики» и «меньшевики».

12 апреля 1905 года в Лондоне проходит III съезд РСДРП, где окончательно оформился раскол в партии. И Ленин свою партию называет Российская социал-демократическая рабочая партия (большевиков).

Революция 1905—1907 годов в России застала Ленина за границей, в Швейцарии. И на Третьем съезде РСДРП он подчёркивал, что главная задача происходящей революции в России – покончить с самодержавием и остатками крепостничества. В начале ноября 1905 года Ленин приезжает в Петербург и готовит вооружённое восстание, начав выпуск газеты «Новая жизнь». Несмотря на поражение декабрьского вооружённого восстания в Москве, на котором сам Ленин не присутствовал, он считал, что большевики использовали в тот момент все революционные возможности, пока этот путь стал невозможен для них.

Весной 1906 года Ленин переезжает в Финляндию, а в декабре того же года пароходом прибывает в Стокгольм. Начинает его вторая эмиграция 1906 – 1917 годов.

В начале января 1908 года Ленин возвращается в Женеву, но в конце этого же года уезжает в Париж. Вместе с ним едут Крупская, Каменев и Зиновьев. Здесь у него происходит первая встреча с Инессой Арманд, которая горячо поддержит его революционные идеи.

5 мая 1912 года выходит первый номер большевистской газеты «Правда». В эмиграции Ленин также руководил деятельностью большевиков в IV Государственной Думе, являлся представителем от РСДРП во Втором Интернационале.

Лето 1914 года. Началась Первая мировая война. Ленин в это время жил в Австро-Венгрии в местечке Поронин. На международных конференциях в Циммервальде в 1915 году и в Кинтале в 1916 году отстаивал свой тезис превращения империалистической войны в гражданскую. По сути по отношению к своей стране это было государственной изменой.

В феврале 1916 года состоялся переезд из Берна в Цюрих. Здесь через год Ленин неожиданно узнал из газет о Февральской революции в России.

Ленин совсем даже не ожидал революции 1917 года. В то время он писал в большевистских газетах в своих статьях, что ему, видимо, уже не придётся дожить до социалистической революции – это удел молодых революционеров. Он считал, что своей деятельностью только готовил почву для будущих революционных свершений. И, узнав о Февральской революции, расценил её как результат деятельности «заговора англо-французских империалистов». Но позднее его мысли уже работали в другом направлении. Он решил использовать ситуацию в России в пользу своей партии.

В первые дни апреля 1917 года германские власти при содействии Фрица Платтена (швейцарского социалиста, который позднее станет коммунистом) позволили Ленину с тридцатью пятью соратниками выехать на поезде из Швейцарии через Германию в Россию.

3 апреля Ленин приезжает в Петроград. Петроградский Совет организовал ему торжественную встречу. Семь тысяч солдат вышло на площадь «по наряду». Ленина лично встречал председатель исполкома Петросовета меньшевик Чхеидзе Н. С.

Первое же выступление Ленина на Финляндском вокзале вызвало смущение даже у его соратников. Он призывал перейти от буржуазной революции к пролетарской. Его речью были очень возмущены революционные матросы, которые в последующие дни стали сбрасывать прямо в море со своих кораблей большевистских агитаторов. После выступления Ленина солдаты Московского полка приняли решение о разгроме большевистской газеты «Правда».


В это самое время вождя большевиков и поселили в особняке балерины М. Ф. Кшесинской, откуда он выступал с балкона перед людьми со своими новыми идеями. Внутри дворца он проводил конференции. 4 апреля Ленин выступил с известными «Апрельскими тезисами». Новые идеи вождя казались слишком радикальными даже для его соратников. Он выдвигал лозунги: «Никакой поддержки Временному правительству!», «Вся власть – Советам!». Предлагал курс на перерастание буржуазной революции в пролетарскую. Цель – свержение буржуазии и переход власти Советам и пролетариату. Согласно его мнению, Первая мировая война со стороны Временного правительства продолжала носить империалистический «грабительский» характер.

8 апреля один из руководителей немецкой разведки в Стокгольме телеграфировал в МИД в Берлин: «Приезд Ленина в Россию успешен. Он работает совершенно так, как мы хотели бы». Получалось, что все действия Ленина в это время были на руку врагам России. В марте 1917 года, до его приезда, в стране господствовали умеренные настроения.

«Апрельские тезисы» в первые дни не хотели печатать в «Правде», а когда напечатали, то Каменев высказал в этой же газете свой взгляд, считая, схему Ленина «неприемлемой». Плеханов называл их «полным бредом». Но Ленину за три недели всё-таки удаётся добиться от своей партии принятия «Тезисов». Одним из первых, 11 апреля, его поддерживает И. В. Сталин. Троцкий Л. Д. по этому поводу выражался так: «Партия оказалась застигнута врасплох Лениным не менее, чем Февральским переворотом… прений не было, все были ошеломлены, никому не хотелось подставлять себя под удары этого неистового вождя».

На партконференции 22—29 апреля тезисы были окончательно приняты. На этой же конференции Ленин впервые предложил переименовать партию РСДРП в «коммунистическую», но это предложение было отклонено.

Вот как описывал Суханов Н. Н. (русский революционер, экономист и публицист, который придерживался взглядов меньшевиков) в «Записках о революции» своё личное впечатление от «Апрельских тезисов», произнесённых Лениным на конференции большевиков: «Это было, в общем, довольно однообразно и тягуче. Но по временам проскальзывали очень любопытные для меня характерные штрихи большевистского «быта», специфических приёмов большевистской партийной работы. И обнаруживалось с полной наглядностью, что вся большевистская работа держалась железными рамками заграничного духовного центра, без которого партийные работники чувствовали бы себя вполне беспомощными, которыми они вместе с тем гордились, которому лучше из них чувствовали себя преданными слугами, как рыцари – Святому Граалю… И поднялся с ответом сам прославляемый великий магистр ордена. Мне не забыть этой громоподобной речи, потрясшей и изумившей не одного меня, случайно забредшего еретика, но и всех правоверных. Я утверждаю, что никто не ожидал ничего подобного. Казалось, из своих логовищ поднялись все стихии, и дух всесокрушения, не ведая ни преград, ни сомнений, ни людских трудностей, ни людских расчётов, носится по зале Кшесинской над головами зачарованных учеников…

После Ленина, кажется, уже никто не выступал. Во всяком случае, никто не возражал, не оспаривал, и никаких прений по докладу не возникло… Я вышел на улицу. Ощущение было такое, будто бы в эту ночь меня колотили по голове цепами…»



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Поделиться ссылкой на выделенное