Галина Семенова.

Царское Село. Знакомое и незнакомое



скачать книгу бесплатно

Для желающих строиться в Царском Селе разработали правила, Высочайше утвержденные 16 июля 1809 г. Этот своего рода «Царскосельский строительный устав» дополнял Строительный Устав Российской империи. Правилами предписывался особый порядок застройки, обусловленный тем, что земельные участки отводились на правах Всемилостивейшего пожалования и не подлежали отчуждению из Царскосельской Государевой вотчины. Время строительства ограничивалось двумя годами. Для соблюдения порядка и «благочиния» на улицах строительные материалы складировались на пожалованном участке, который должен быть обнесен забором или же земляным валом. Строительство велось по Высочайше утвержденному плану и фасаду для каждого домовладельца. В случае несоблюдения установленного порядка или задержки со строительством участок передавался другому лицу. Царскосельское дворцовое правление имело право разобрать строения, возведенные в нарушение правил, выставив счет нарушителю за разборку. Только по завершении строительства домохозяин получал «Данную» – документ на право владения с указанием номера места по градостроительному плану. Обычно текст «Данной» был следующим:

«По Указу Его Императорского Величества Государя Императора Александра Павловича, самодержца Всероссийского и проч. и проч., дан сей лист (звание, имя) на вечное и потомственное владение местом (документный №) с имеющимися на оном строениями, состоящими в г. Царском Селе _________ части по _________ улице. Земля мерою, как значится на включаемом у сего плане погону: с правой стороны ______ саж. с левой ______саж.; а в остальной задней части места _________ саж., всего же квадрату ______ саж.

г. Царское село (дата)

Подпись: Его Императорского Величества и проч.»

Следует особо отметить, что участки не продавались, а дарились на правах Высочайшего пожалования. Этот порядок лишал домохозяев права «свободно распоряжаться своим достоянием», что, безусловно, накладывало определенный отпечаток на социальный состав населения. Продать дом, возведенный на свои средства, хозяин мог только с разрешения Царскосельского дворцового правления. Вопреки существующему мнению, представители высших слоев титулованной знати в числе домовладельцев среди горожан Царского Села скорее исключение, чем правило.

Материалы по детальной разработке планировок кварталов Царского Села, законченной в 1809 г., послужили основой для альбома образцовых проектов «Разделение городских кварталов на обывательские места», составленного В.И. Гесте в 1811 г. Эти проекты получили широкое распространение по всей Российской империи. Проект «средней части Царского Села», включенный с незначительными изменениями в альбом под названием «Квадратная площадь с восмью улицами», был впоследствии применен в генеральных планах городов Александровска (1823 г.), Шадринска (1824 г.), Петровска (1826 г.), Бахмута (1831 г.)[21]21
  Белецкая Е., Крашенинникова Н., Чернозубова Л., Эрн И.

Образцовые проекты в жилой застройке русских городов XIII–XIX вв. С. 122–124.


[Закрыть]. В чертежах Альбома можно узнать также трапециевидный в плане Царскосельский квартал, ограниченный улицами Средней, Дворцовой, Церковной и Малой.

Задуманную Гесте «отделку» новых улиц и городского бульвара в основном закончили под его руководством к середине 1820-х гг. Строительство новых домов на раннем этапе велось по его же проектам. С 1820 г. применялись проекты архитектора В.П. Стасова, а впоследствии В.М. Горностаева, причем дома чаще всего возводились деревянные[22]22
  Семенова Г.В. Архитектура деревянных домов. Фотоальбом в серии «Прогулки по городу Пушкину». Сост. Груздева А.Г., Семенова Г.В. СПб., 2006. С. 3–7.


[Закрыть]
. Однако в их облике воспроизводилась архитектура каменных зданий в стиле классицизма, примером чему служат сохранившиеся постройки В.И. Гесте и В.П. Стасова – с резными элементами ордера и обшивкой под ленточный руст. Подобный прием строительства «на каменное дело» известен в русском зодчестве XVII в.


План города Царского Села. Литография начала 1820-х гг.


Известный исследователь древнерусской архитектуры М.В. Красовский считал, что при счастливых условиях и любовно-бережной заботе деревянное здание может просуществовать более четырехсот лет. Он писал, что у нас забота и любовь к памятникам родной старины – явление сравнительно новое, и еще в недалеком прошлом они уничтожались не только стихиями, но и гибли от руки невежественных строителей, не умевших или не хотевших понять их красоты. Это мнение современно и в наши дни, когда идут под снос и уничтожаются исторические деревянные здания, являющиеся неотъемлемой частью культурного наследия. В недавнем прошлом эти здания преобладали в городской среде Царского Села, свидетельствуя о неразрывности традиций и, одновременно, о появляющихся новациях в строительстве, высоком уровне строительных приемов, сообщая облику города живописное своеобразие и самобытность. Исключительную нарядность им сообщало богатое резное убранство, применявшееся в период эклектики, но имеются и более ранние примеры оформления, в стиле классицизма. Хрестоматийный образец такой постройки – это возведенный В.М. Горностаевым жилой дом Я.В. Китаева, камердинера императора Николая I, где провел лето 1831 г. величайший русский поэт Александр Сергеевич Пушкин, благодаря чему здание получило известность еще в XIX в.

Традиции плотницкого мастерства в наши края принесли при Петре I крестьяне-переведенцы – московские, владимиро-суздальские, вологодские, костромские плотники. Ими были срублены первые царскосельские постройки – Успенский и Благовещенский храмы. В это же время в Пулково и Графской Славянке поставили деревянные хоромы царицы Екатерины I и крестьянские избы (последние также в Кузьмине). Дома придворнослужителей в дворцовой слободе строились деревянными на протяжении всего XVIII в. Массовое возведение жилых деревянных домов производилось при Александре I. По сведениям И.Ф. Яковкина, в 1827 г. в Царском Селе было всего 374 строения, включая Знаменскую церковь, Гостиный двор, Дворцовые конюшни, Лицей, Софийский почтовый двор и т. д. По городскому плану Гесте имелось еще 58 незастроенных мест. В жилой застройке преобладали деревянные дома (253), каменных же насчитывалось всего 25 (при населении в 4136 душ мужского пола).

Среди этих обывательских домовладений и дошедший до нас дом инженера-поручика Франца Каноббио, смотрителя Таицкого водовода (1815, архитектор В.И. Гесте, Леонтьевская ул., 18); а также дом старосты Фридентальской колонии А. Кемпера (1819–1820, архитектор В.П. Стасов, Московское шоссе, 16). Это превосходные образцы домов с мезонином в стиле классицизма.

Возведенные из дерева здания занимали особое место в творчестве И. Монигетти, знакового Царскосельского архитектора. Зодчий вдохновенно украшал свои многочисленные постройки в Царском Селе узорочьем деревянной резьбы, примером чему может служить резное мавританское кружево балкона его собственного дома на углу Бульварной и Госпитальной улиц (ныне – Октябрьский бульвар, 53). В деревянном доме на Церковной ул., 7 (сохранился), находилась мастерская зодчего. Его заказчиками были флигель-адъютант князь П.Р. Багратион, баронесса М.А. Паткуль (урожденная маркиза де Траверсе, дочь вице-адмирала, жена личного друга императоров Николая I и Александра II). Фасады и остатки отделки интерьеров в деревянных зданиях, построенных для них Монигетти, еще сохраняют память о былом великолепии. Важное место деревянные здания занимают в творчестве Царскосельского зодчего С.А. Данини, среди них – Амбулатория Царскосельской общины Красного Креста, богатые дачи в Отдельном парке на Павловском и Московском шоссе, дача А.П. Арронет в Павловске (Детскосельский пер., 4).

В конце XIX в. возрастает число каменных построек, которыми заменяли деревянные, однако оно так и не стало преобладающим. Облик деревянных зданий Царского Села ничем особенным не отличается от каменных, за исключением основных материалов архитектурного декора, капитальных конструкций и, соответственно, строительных приемов. Чаще всего эти дома строили из бревен или бруса, уложенных венцами, изредка – поставленных вертикально, однако встречаются и каркасно-засыпные конструкции. Главной особенностью всех сохранившихся Царскосельских «деревяшек», обуславливающей их долговечность, являются бутовые ленточные фундаменты, подвалы или даже каменный первый этаж. В облике же этих зданий воспроизведены основные «родовые» черты каменной архитектуры.

Важным приемом оформления поверхности фасадов, покоящихся на известняковом цоколе, является обшивка досками – гладкими или профилированными. Применялась также и штукатурка по дранке, и в этом случае здание почти невозможно отличить от кирпичного. В обшивке или штукатурке воспроизводилась архитектурная композиция каменных построек: резные профилированные карнизы, тяги, наличники, сандрики, обработка рустом, элементы ордера – пилястры или полуколонны с базами и капителями. Часто применялись арочные и лучковые перемычки проемов, эркеры, башенки, воспринимаемые как типичный элемент «каменной» архитектуры. Большое значение имел металлодекор: навесы-«зонтики» на металлических кронштейнах и тонких колонках, балконные решетки и ограждения, декоративные кованые флагодержатели.

В советские годы эти дома целенаправленно уничтожались, освобождая место для многоэтажной типовой застройки. Однако среди исторических достопримечательностей Пушкина и Павловска еще сохранилось несколько десятков деревянных зданий, являющихся объектами культурного наследия разных категорий охраны. В большинстве своем они имеют ныне плачевное техническое состояние. Последнее столетие они служили на износ, давая горожанам кров, тепло и уют, притом, что над ними пронеслись кровавые события 1917 г. и Гражданская война, трагедия войны и оккупации 1941–1944 гг.

При восстановительном ремонте в 1950-е гг. фасады деревянных домов подверглись упрощению: резная отделка частично утрачена, историческая обшивка во многих случаях заменена примитивной современной «вагонкой». Но особенную опасность для них представляют протекающие крыши и трубы инженерных сетей. Запас прочности, рассчитанный на 400 лет, снижают бесхозяйственность, отсутствие ухода и внимания. На некоторых фасадах при самом внимательном рассмотрении нельзя увидеть даже следов краски, и архитектурные детали теряются на фоне почерневшей под воздействием стихии обшивки.

В 1817 г. для руководства работами, которым император придавал большое значение, была учреждена должность Главноуправляющего дворцовыми имениями и городом Царское Село. В течение многих лет ее занимал Я.В. Захаржевский[23]23
  Семенова Г.В. Соборная площадь в Царском Селе. СПб.,2006. С. 98–103.


[Закрыть]
. «Я признал за благо, для удобнейшего действования по единоначальству, возложить на попечение ваше и все части, до устроения сего города относящиеся» – написано в Указе Александра I о его назначении. Малороссиянин, происходивший из дворян Полтавской губернии, Яков Васильевич Захаржевский начал военную карьеру в 1799 г. подпоручиком в Петербурге. В кампанию 1806–1807 гг. находился в Пруссии. Я.В. Захаржевский принимал участие в крупных сражениях Отечественной войны – под Бородино, Малоярославцем, Вязьмой, Рейхенбахом. За отличие в Лейпцигской битве он получил орден Святого Георгия четвертого класса и пособие на излечение раны.

По окончании Наполеоновских войн Захаржевский в звании полковника с многочисленными боевыми наградами оставил строевую артиллерийскую службу и по Высочайшему повелению стал управляющим сначала в Царском Селе, а затем ему подчинили и другие императорские резиденции в окрестностях Петербурга. За успешное несение службы на этом посту его наградили всеми высшими российскими орденами – Святого Андрея Первозванного, Александра Невского с бриллиантовыми украшениями, Владимира I степени, Белого Орла, Всемилостивейшими рескриптами и подарками. В 1843 г. Захаржевского произвели в генералы от артиллерии. Одной из последних наград было пожалование Александром II вензельного изображения на эполеты в день шестидесятилетия службы в офицерских чинах. В 1859 г. его избрали членом Общества любителей садоводства.

Я.В. Захаржевский приложил много усилий для успешного строительства Екатерининского собора, Гостиного двора, Городовой ратуши, способствовал благосостоянию и украшению города, где его именем назвали улицу. В воспоминаниях одного современника, знавшего его с детства, Захаржевский обрисован как правдивый, умный, честный и добрый человек, особенно отличавшийся строгостью и бескорыстием. Якова Васильевича уважал не только царь, его любили и боготворили все горожане и дворцовые крестьяне Царского Села за справедливость, доброту и многочисленные благодеяния.


Портрет Я.В. Захаржевского. Фототипия. 1858 г.


Яркие черты личности Захаржевского отмечены в многочисленных рассказах современников. Однажды в саду он увидел наследника, будущего императора Александра II, ехавшего по дорожке для пешеходов, и почтительно предложил ему вернуться, сказав: «Вы тот, который должен служить примером, а не делать беспорядки». Наследник, сконфузившись, поехал обратно и до воцарения своего не проявлял приязни к Захаржевскому, но в первый же приезд в Царское Село по восшествии на престол Александр II посетил Якова Васильевича и впоследствии часто с юмором вспоминал, как тот выгнал его с дороги.

От природы подвижный, генерал не мог долго сидеть, а тем более стоять, поскольку правую ногу ему заменял костыль. Говел он всегда в Знаменской церкви и во время службы переходил с одного места на другое, позабывшись и посвистывая (следствие увлечения голубями). Священник Гавриил Одоевский, однажды заметив это, обратился к нему во время богослужения и попросил соблюдать должное уважение к храму и святости. «Виноват, батюшка, позабылся, – ответил Яков Васильевич, – впредь постараюсь этого не делать», а по выходе из храма сказал ктитору, что это не поп, а священник, его следует уважать.

Особенно запомнилось современникам происшествие в Екатерининском соборе. Захаржевский приехал на Пасхальной неделе к концу обедни и стал подходить вместе со всеми, чтобы приложиться к Кресту, но священник двинулся ему навстречу, расталкивая народ. Увидев это, Яков Васильевич свернул в сторону к аналою, где лежал также крест, приложился и стороной пошел к выходу, где и остановился. Дождавшись, когда все разойдутся, он подошел к священнику за благословением и сказал: «Батюшка, много было, пожалуй, менее меня грешных, которых следовало предпочесть, да и недостоин я, чтобы изображение Спасителя несли ко мне навстречу: сам я подойду к нему и земно поклонюсь».

Яков Васильевич Захар жевский был яркой личностью и заслуженно пользовался благоволением трех императоров. Николай I наделил его губернаторскими полномочиями. Прослужив в Царском Селе 48 лет на посту Главноуправляющего дворцовыми правлениями и городом Царское Село (после его смерти пост главноуправляющего отменили), Я.В. Захаржевский скончался в 1865 г., похоронили его в соборе. Плита с памятной надписью «От граждан» находилась в правом приделе на западной стене. В тексте содержались следующие сведения: «Захаржевский Яков Васильевич, генерал от артиллерии, разных орденов кавалер, первый почетный гражданин г. Царского Села, главноуправляющий дворцовыми правлениями, г. Царским Селом и государевою вотчиною, которою управлял 40 лет, начиная с 13 февраля 1817 г., родился 23 октября 1780 † 1 марта 1860 года». Ошибки в цифрах «40 лет» и «1860», содержавшиеся в опубликованной надписи, перешли впоследствии во многие справочные издания. Возле надгробной плиты находился образ Святого Апостола Иакова, пожертвованный дворцовыми крестьянами. Как символ общественного признания бюст Я.В. Захаржевского после его кончины установили в Парадном зале Городовой ратуши (находится ныне в фондах ГМЗ «Царское Село»).

Деятельность императора Николая I в Царском Селе основывалась на продолжении градостроительных начинаний брата, императора Александра I. Окончание отделки Баболовского парка и создание нового Отдельного парка садовыми мастерами Ф.Ф. Ляминым и Ф.Ф. Пипером продолжалось до середины XIX в. Общая площадь дворцово-паркового ансамбля в николаевское время достигла примерно тысячи гектаров. Последним крупным мероприятием по осуществлению замысла Александра I и архитектора В.И. Гесте стало завершение ансамбля Соборной площади и строительство городского Екатерининского собора. Это первое здание в формах древнерусской архитектуры в Царском Селе, которое в 1835–1840 гг. возвел архитектор К.А. Тон.


А.П. Гильдебрант. План города Царского Села с окрестностями. 1838 г.


Среди важнейших достижений общегосударственного значения в царствование Николая I было сооружение железных дорог, и первой из них проложили Царскосельскую железную дорогу.

С появлением железнодорожного сообщения связаны дальнейший рост населения и развитие Царского Села, превратившегося в модное дачное место. Вначале к двум частям города Александровского времени прибавилась 3-я часть, затем под обывательскую застройку отвели «Новые места» между бульваром и железнодорожной станцией, которые распланировал архитектор А.П. Гильдебрандт. Планировку Софии, частично утраченную к этому времени, также упорядочили, и постоянно расквартировали несколько кавалерийских и стрелковых полков.

Важной точкой отсчета в развитии дворцово-паркового ансамбля императорской усадьбы стала в 1861 г. крестьянская реформа, отменившая крепостное право. Произошло окончательное размежевание царскосельской императорской вотчины и крестьянских земель, которое готовилось несколько десятилетий. Ввиду недостатка земель к крестьянским наделам почти полностью отмежевали городской выгон. Для нужд города оставили территорию за бульваром, у Царскосельского железнодорожного вокзала, а также небольшой участок бывшего Софийского выгона у Казанского кладбища.

Во второй половине XIX и начале XX вв. проводились в основном работы по поддержанию дворцово-паркового ансамбля и благоустройству города. В 1899 г. в Царском Селе постоянно проживали 18 тысяч 200 человек вместе с войском, временно – 6685. На лето приехали из Петербурга на дачи и из разных губерний на заработки 8900 человек. Картину народонаселения из постоянно проживающих представителей восьми сословных категорий наглядно рисуют сухие цифры:

• дворяне потомственные – 779 человек, личные – 650.

• духовенство черное – 1, белое – 289;

• почетные граждане потомственные – 285, личные – 413;

• городские сословия представляли купцы – 611 и мещане – 2900;

• сельские сословия: крестьян – 2377 и колонистов –161;

• военные сословия: 5150 – войск, 3307 – отставных, бессрочно отпущенных и семейных солдат;

• иностранные подданные – 540;

• инородцы – 19.

В городе постоянно проживали 434 придворнослужителя разных сословий. Широкий спектр сорока семи цеховых специальностей представляли ремесленники: 107 сапожников, 103 портных, 77 хлебопеков, 80 мясников, 70 извозчиков, 41 булочник, 40 огородников, 34 прачки, 22 часовщика, 18 модисток, 18 шорников, 14 парикмахеров, 14 трубочистов, 14 кузнецов, 12 гробовщиков, 13 аптекарей, 11 переплетчиков, 11 белошвеек, 10 бондарей, 8 мастеров серебряного и золотого дела, 7 перчаточников, 4 наборщика, 3 настройщика музыкальных инструментов, 2 тапера, 2 токаря, 2 басонщика, всего же их было 1182. Строительное дело представляли: плотники – 94, столяры – 42, маляры – 37, каменщики 34, слесари – 25, кровельщики – 24, штукатуры – 22, печники – 21… В 1899 г. в городе числились 21 садовник, 30 медиков и 7 повивальных бабок[24]24
  ЦГИА СПб., Ф. 260. Оп. 1. Д. 210 за 1899 г.


[Закрыть]
.

Многие новшества, появившиеся в Царском Селе, становились первыми и для страны. Первая в России железная дорога позволяла с 1837 г. преодолевать расстояние между Петербургом и Царским Селом всего за один час. Первый телеграф, действовавший в Александровском дворце с 1843 г., впоследствии был преобразован в самую мощную в стране Царскосельскую радиотелеграфную станцию. Здесь впервые появились уличное электрическое освещение, образцовое водоснабжение, канализация, охватывавшие всю территорию города. Также впервые в России здесь в 1904 г. соорудили городские очистные сооружения, на которых применялась раздельная система биологической очистки сточных вод, и мусоросжигательная станция. Все это стало возможным благодаря особому юридическому статусу города дворцового ведомства, где работы по благоустройству финансировались Министерством императорского двора, а все стороны жизни подлежали строжайшей регламентации.

Правовое положение императорской усадьбы и городских земель Царского Села разъяснял закон 1906 г.:

«Имущества, приписанные к содержанию разных дворцов Императорского дома, называются дворцовые. Дворцовые имущества двоякого рода: имущества первого рода, именуемые Государевыми, каковы суть: имения Царскосельское, Петергофское, Таицкое, Дагомыс и Мургабское, имение „Ореанда” Таврической губернии и княжество Ловичское; имения, состоящие в заведывании Московского дворцового правления, а также императорские дворцы с землями: Красносельские, Царскославянский, Екатеринентальский и Киевский – всегда принадлежа царствующему Императору, не могут быть завещаемы, поступать в раздел и подлежать иным видам отчуждения.

Дворцовые имущества второго рода, каковы суть: Павловское, Стрелинское, Гатчинское, Ропшинское, Михайловское, Бородинское, Гдовское, Ильинское, Усово, Ливадия, Дудергофское и Знаменское, составляют личную собственность особ императорского дома и могут быть завещаемы и делимы по частям»[25]25
  РГИА. Ф. 487. Оп. 21. Д. 773 за 1897–1915 гг.


[Закрыть]
.

Территория города Царского Села относилась к составу дворцовых имуществ первого рода. Она всегда принадлежала царствующему Императору, не могла быть завещаема, поступать в раздел и подлежать иным видам отчуждения. Все земли из состава Царскосельского государева имения, предоставленные городу в пользование, эксплуатировались в виде арендных статей, составляющих один из важнейших источников городских доходов. Земли в центре города отдавались в аренду с платою с сажени в среднем по 40 копеек в год с десятипроцентной надбавкой через каждое пятилетие, на окраинах же земельные площади отдавались под сенокосы и огороды.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14