Галина Гончарова.

Тайяна. Влюбиться в небо



скачать книгу бесплатно

С другой стороны, это гарантировало Яне текучку кадров в борделе и более-менее постоянную работу.

Аэлена попробовала было заговорить с нархи-ро о деньгах, но наткнулась на обиженный взгляд и замолчала. Брать деньги с друзей?

Пф-ф-ф-ф! До такого даже люди не всегда докатывались!

Они с Рошером вышли из палисадника и медленно пошли по улице.

– Рошер, а ты живешь поблизости?

– Да, – кивок в сторону был красноречив.

– Это хорошо…

– Ты ведь уже согласилась?

– Хотелось бы знать, что меня ждет, если соглашусь.

Рошер поднял брови.

– Яна, что может вытворить семейка злобных дураков – не знает никто. Но ты не беззащитна. У тебя есть я, есть Ааша, есть Авельены. Ты нархи-ро, ты знакома с градоправителем, и Храм тебя тоже принял – после того дела. В то же время тебе негде жить, и я не думаю, что у тебя много денег. Полагаю, ты и Славерус можете помочь друг другу.

– Да, пожалуй.

– Ты согласишься?

– Это странное предложение, но… соглашусь.

Яна и не знала, что этими двумя словами впуталась в новую историю.

* * *

– Лойрио Эрен, рада вас видеть.

– Лайри Риккэр, ваш визит – честь для нас.

Бумаги должны оформляться в канцелярии градоправителя, а нархи-ро туда заходят нечасто. Собственно, Яна – единственная, кто мог это сделать.

– Ну что вы, лойрио. Надеюсь, у вас все в порядке?

– О да, я даже получил благодарность от короля за предотвращение наглого и бессовестного преступления!

– Это великолепно!

– Да, и во многом – благодаря вам с сатро Вайстом.

Яна улыбнулась:

– Наш вклад был невелик.

– Не буду спорить с вашей скромностью, лайри, но надеюсь сделать для вас что-нибудь… Вы пришли оформлять бумаги?

– Да, лойрио.

– Оставьте здесь. Они будут готовы в течение двух дней.

Секретарь закивал так, что Яна даже обеспокоилась – не повредил бы голову.

– Благодарю, лойрио.

Славерус молчал, глядя на градоправителя. Но лойрио Эрен и не удостоил его своим вниманием. Собственно, хотел бы, но…

– Лойрио…

Мужчина в костюме слуги протянул градоправителю небольшой конверт. Лойрио Эрен тут же открыл его, вгляделся в несколько строчек, выругался.

– Ох, простите, лайри. Мне надо срочно идти, но… Такр, ты запомнил?

– Да, лойрио. Два дня, лойрио.

– Отлично.

Градоправитель кое-как извинился, попрощался и исчез за дверью. Яна перевела взгляд на секретаря.

– Сатро?..

– Сатро Такр к вашим услугам, лайри Риккэр. Сар…

– Славерус Атион, также к вашим услугам, сатро.

Мужчины обменялись улыбками. А Яна тем временем…

Градоправитель был не слишком внимателен, засовывая в карман письмо. И – да. Конверт выпал и сейчас лежал на полу у двери. Яна сделала шаг, другой, нагнулась зашнуровать декоративную вязку на сапожке…

Письмецо перекочевало в ее карман так ненавязчиво, словно там и родилось.

Некрасиво лезть в чужие дела и тайны?

Кто бы спорил! Очень некрасиво! Но так интересно…

В письме оказалась всего пара строчек.


Эрен, она опять сбежала!!!

Срочно возвращайся!

Л.


Записка была продемонстрирована Рошеру, но тот только плечами пожал:

– Да это всему городу известно.

У лойрио дочь – настоящая беда. Сын-то неплохим уродился, а вот дочка с пятнадцати лет выпивать начала, потом по рукам пошла, из дома сбегать стала, к курительной смолке пристрастилась… Чего он с ней не делает, бедный!

– А давно она так?

– Да уж года три, кабы не больше.

Яна сочувственно кивнула. Лойрио Эрена было жалко. Дети – это наши крылья, считали в Лесу. И вот когда они такие… надломленные… наверное, очень больно и страшно.

– Жалко…

– А стоит ли жалеть избалованную соплюшку, которая решила, что ей все позволено? – Рошер смотрел серьезно. – Мой десяток пару раз вытаскивал ее из притонов, куда нищие заходить побрезгуют! У нее есть все, что нужно для счастья, а она разрушает себя просто потому, что ей нравится.

– Это так сложно…

– А в Лесу таких не бывает?

– Нет… Избалованные – не редкость, но крылья или их отсутствие сильно меняют нархи-ро. Когда прорезаются.

– Ты тоже поменяешься?

– Да, наверное.

– И сильно?

– Не знаю. Не думаю, что ты заметишь разницу. Мы становимся взрослее, осознаем себя как часть Леса, начинаем чувствовать ответственность…

– А обратно в Лес не потянет?

– Нет. Это – нет.

Яна подумала про Шетарана и передернула плечами. Вот еще!

Ни за что и никогда! Никакого возвращения, пока не пройдет минимум двадцать лет! Вот!

* * *

Шетаран тоже думал о своей беглой невесте. Правда, весьма и весьма нелестно.

Нархи-ро отвратительно переносил море. Его тошнило, рвало, выворачивало буквально наизнанку, голова болела, в глазах плыли круги… И самое обидное – это происходило только с ним!

Где справедливость?!

Ни старший группы, ни остальные ничего не ощущали, а он от борта отойти не мог. И ведь не успокаивалось, не утихало мерзкое ощущение!

Моряки поглядывали с издевкой, нархи-ро – презрительно… Одним словом – весь мир обратился против Шетарана, и ему это резко не нравилось!

А все из-за Тайяны!

Глупая девчонка!

Вот что ей стоило остаться в Лесу?! Чего не хватало?!

Он обязательно ее об этом спросит! И не только об этом! Ей-ей, она не стоит таких мучений! Ни одна женщина не стоит…

Желудок стиснуло очередным спазмом, и Шетаран сплюнул горькой желчью за борт.

Попадешься еще, мерзавка! Ответишь за мои мучения!

* * *

Думал про Яну и лойрио Ланист Каррер.

Он уже успел прогуляться с нархи-ро по ярмарке, выслушал поздравления друзей со знатной добычей и улыбался в ответ с непринужденностью истинного бабника.

Подумаешь, пока у них ничего не было?

Так будет!

Он молод, хорош собой, умен, обаятелен, к тому же лойрио… Как с таким не закрутить? Жениться на нархи-ро, конечно, не женятся, это извращение, но в малых дозах – почему нет? Пусть извращение, но в жизни ведь надо всего попробовать? А вдруг у нархи-ро там… иначе устроено? Или они дают как-то по-другому?

Узнать хотелось.

Впрочем, как истинный бабник, Ланист не собирался обижать или принуждать девушку. Вот уж это – точно удел убогих!

Нет, у них все будет красиво.

Ухаживания, цветы, конфеты, прогулки и даже стихи – потому что сам процесс захватывает настоящего ценителя никак не меньше, чем результат.

А потом…

Потом они побудут вместе какое-то время, может, месяц, может, год, и разойдутся, ко всеобщему удовольствию.

Отношения надо уметь не только начинать, но и заканчивать красиво – и настоящий ценитель прекрасного пола сделает так, что женщина уйдет сама. Еще и хвастаться этим поступком будет.

Вот, я его бросила, и правильно сделала. Ненадежный он человек для семейной жизни…

Ланист так и собирался поступить.

А что тут скажешь?

Да, ненадежный, да, шалопутный и ненагулявшийся. Вот и дайте погулять, в том числе и с нархи-ро! Она будет довольна, уж это он гарантирует. Пока еще его способностями в постели, да и вне ее, недовольных не было.

Ланист прижмурился разомлевшим котом, вспоминая невысокую, почти мальчишескую фигурку нархи-ро. Спору нет, обычно он предпочитает женщин… пообъемнее. Таких, у которых есть за что подержаться. Но это же нархи-ро!

Экзотика!

Как тут не попробовать?

Вот прогулялись они последний раз, теперь надо чуть подождать, чтобы женщина думала о новой встрече – и опять к ней. Нанести укол – и отпрянуть, чтобы она сама тебя атаковала, охотилась, чтобы думала, будто она – охотница, а никак не дичь, на которую расставлены капканы. Это так забавно…

Ланист улыбнулся этим мыслям.

Да, скоро, уже через пару дней, состоится следующая встреча.

* * *

Переезд осуществился в три дня. Да и что там собирать у Яны? Все пожитки вместились в небольшой заплечный мешок, Ааша пометила на прощание угол дома – и переехали. Просто перешли из одного квартала в другой.

Авельены должны вернуться через пару дней, а это время и Гарт за домом присмотрит. Он, кстати, решение одобрил и даже предложил помощь. Яна отказываться не стала.

Да, с садом она могла разобраться сама, это удовольствие для нархи-ро. Пообщаться с растениями, кого-то уговорить расти получше, кого-то выставить из своего сада – это в Лесу умели все, и никакой магии не требовалось.

Лес – это ведь живое существо. Те, кто в нем живет, понимают это особенно отчетливо. И деревья, трава, кусты – его часть. Тоже живая, дышащая, мыслящая…

А двое живущих всегда могут столковаться. Так или иначе.

Яна готова была договариваться с садом, но во имя всего самого святого – уборка?!

Уборка – разновидность пытки.

Нархи-ро неплохо готовила, могла шить и при необходимости вязать, хотя ей это и не нравилось. Но убираться?

О-ох…

Не дано. Под угрозой смерти Яна могла попробовать прибраться, но получалось отвратительно. Даже в своей комнате она находила одну и ту же вещь в трех разных местах, которые вовсе для нее не подходили. Вот бывают такие счастливые женщины – они еще в комнату не вошли, а там уже занавески погладились, цветы расправились и всякие уютные мелочи стоят.

А бывают и такие, как Яна.

В принципе, даже если по ее дому змеи начнут ползать, она и ухом не поведет. Лишь бы на книги не покушались.

Ужас?

А ничего ужасного, как есть – так и есть. Тяжелое наследство рода Риккэр, в котором имелись книгочеи, архивариусы и знатоки языков, но не замечено ни одного уборщика. Не дано.

Для Яны уют там, где много книг. А вот для всех остальных…

По счастью, она это понимала, а потому, когда Гарт предложил помощь…

– Нужен кто-то, кто поможет мне.

– Яна, говори честно!

Рошер был полностью в курсе проблем нархи-ро:

– Гарт, нужен кто-то, кто отскребет дом сейчас и не даст зарасти грязью потом. Потому что наша подруга протрет стол и стул, а потом сядет, зачитается и обо всем забудет.

Яна скорчила рожу, хотя нарисованная Рошером картина была идеально близка к действительности.

Гарт задумался.

– Ну, отскрести дом – это я могу и своих служанок послать.

– Вот еще!

– Заплатишь сверхурочные. – Лойрио знал, что гордость не позволит нархи-ро принять помощь просто так. – И служанкам приработок, и тебе польза. А я им на этот день дам выходной. Авось не умру голодный и холодный.

– Спасибо.

– А поддерживать чистоту… Приглядись к ним. Договоришься – так одна будет к тебе приходить раз в десятинку. Наведет порядок да уйдет. Стирать белье можно у прачек, готовить…

– Я умею.

– Правда?

– И даже угощу вас на новоселье. Обещаю.

– По рецептам нархи-ро?

– Если захотите.

Естественно, мужчины захотели.

И старый дом ожил. Взорвался шумом голосов, девятым валом пыли, взмахнул крыльями отчищаемых окон и запел открываемыми дверями.

При уборке присутствовал и Славерус. А вдруг? Есть же памятные вещи, с которыми расставаться не хотелось! Просто не все можно собрать и унести сразу, а бросать – тоже неправильно. И никто не распознает ценности такой вещи, кроме ее хозяина… А тот поднимет старую игрушку, прижмет к щеке и вспомнит, как светились детские глаза, когда принес ее домой. Некоторые вещи могут хранить моменты нашего счастья и возвращать, если понадобится.

Яна не наблюдала за уборкой, все равно не заметит огрехов. А вот покопаться в саду – это запросто.

Она нашла там мяту, базилик, укроп, красную смородину и шиповник. Правда, задушенные сорной травой и забитые крапивой. Но они были. И Яна взялась расчищать, разговаривать, объяснять, что хозяев долго не было, а теперь вот они вернулись – и все будет хорошо.

Растения прислушивались и тянулись к свету.

Параллельно Яна уговаривала крапиву поменять место обитания, а найденный можжевельник – переселиться поближе к забору. Отродясь нархи-ро не нужны изгороди, сколоченные из мертвого дерева! Да поставь кто-то в Лесу такое извращение – его бы к жрецам отвели! А тут – стоит, хоть и покосился.

Нет уж…

У нее будет естественный забор, из жгучего и колючего. И если кто-то думает, что это не преграда – очень зря. Главное, чтобы растения поняли, что нархи-ро от них нужно.

А они поймут, обязательно поймут.

Одного дня, шести служанок с ведрами и щетками и громадного количества едкого щелока хватило, чтобы отчистить домик до блеска. А на следующий день Яна взяла вещи и переехала окончательно.

И принялась закупаться для праздничного обеда или ужина.

* * *

– Лойрио, к вам лайри Риккэр.

Ланист даже чуть удивился. По его представлениям, нархи-ро стоило бы помариновать еще денька два. Неужели соскучилась?

Ан нет.

Стоящая внизу Яна ничем не напоминала грустную и тоскливую. Скука? Кажется, она и слова-то такого не вспоминала.

– Ланист, я рада тебя видеть!

– Яна, ты словно солнышко озаряешь мой дом своим присутствием!

– Льстец, – нархи-ро улыбнулась.

В теории она знала все эти приемы, но так то – в теории! А на практике, столкнувшись с опытным ловеласом, – многие ли вспомнят про осторожность?

– У меня новоселье, ты приглашен на ужин.

– Новоселье?

– Ну да! Рошер нашел дом, так что я переехала. Завтра вечером жду.

– А куда?

Выслушав объяснения, Ланист даже чуть повеселел. Намного удобнее, когда у женщины своя территория и на ней не водятся непрошеные советчики! А Аэлена Авельен к таким и относилась – с его точки зрения. И кстати – что он такого предложил-то?

Да ничего, просто прогуляться по саду! Может, и не позарился бы, но ведь художница, и известная… Ну и решил добавить бусину в свое ожерелье. А эта грубиянка мало того, что посмотрела как солдат на вошь, так еще и фыркнула. Она, мол, не пьет из источника, в котором каждая вторая девка умыться не брезгует.

Тоже мне, нашлась королева!

Ланист усилием воли задавил не слишком приятные мысли. Бывают ведь идиотки, отказываются от собственного счастья! И улыбнулся Яне:

– Разумеется, я буду.

Стоит ли говорить, что ужин удался на славу?

Приглашенные – Гарт, Рошер, Ланист, Славерус с женой и даже заглянувшие на огонек соседи – были накормлены, напоены и выставлены по домам, хотя Ланист и предлагал остаться. Мало ли…

Но Яна отказалась.

Эта ночь принадлежала только ей.

Первая ночь под крышей ее нового дома.

* * *

Если бы кто увидел – точно пошли бы слухи о чернокнижниках. Но никто не смотрел. А Яна уже за полночь разожгла огонь в камине. Языки пламени танцевали перед глазами нархи-ро, но видела она другое. Видела она Храм и две статуи, выполненные из белого и черного камня. Богов, которые снисходят до глупых своих детей, и все понимающую улыбку женщины.

– Ш’аари, ш’аалесс…

Их имен Яна так и не знает, но лица встают перед ней словно живые, и она понимает – ее услышат. Извлеченный из-за пояса нож легко вспарывает кожу, в огонь камина льется кровь девушки. Языки пламени жадно потрескивают, хватая добычу и на долю секунды окрашиваясь в алый цвет.

– Спасибо вам, что пригрели, что помогли… Благодаря вам сейчас живут несколько хороших людей. И я обязана вам своей жизнью, которая, кажется, начинает… налаживаться? Нет, не так. Сейчас моя жизнь становится правильной, настоящей, какой и должна была… Спасибо!

Там, у камина, Яна долго сидит, глядя в огонь, вслушиваясь в звуки, запахи, шорохи своего нового дома, но потом засыпает там же, сворачиваясь клубочком на медвежьей шкуре и подложив под голову локоть. Ааша приходит и вытягивается рядом с бестолковой хозяйкой. Огонь прогорит и погаснет, но вместе они не замерзнут.

И Яне снится тот Храм. Снятся боги. Мужчина и женщина улыбаются, поднимая руки в благословляющем жесте. Откуда-то Яна знает – им это пришлось по душе. То, что она не стала ждать год, то, что искренне благодарна…

А зла от них не будет.

Ни ей, ни другим нархи-ро, ни даже людям. Им просто хочется жить.

Стоит ли говорить, что утром на руке нархи-ро и шрама не осталось? Забытые боги умеют быть благодарными.

* * *

Проблемы и неприятности начались на следующее утро.

– Уберите собаку!!!

Визг был таким истошным и дурным, что Яна только головой помотала. И даже не подумала, что это – про Аашу.

Ну какая же она собака? Во-первых, волк. Во-вторых, Ааша первая никогда не проявляла агрессии. И зачем так орать – непонятно.

Но визг повторился, так что Яне пришлось оторваться от грядки и пройти хотя бы посмотреть. Мало ли…

Ааша действительно не проявляла агрессии. Она просто стояла и улыбалась. И стояла, облокотившись передними лапами на калитку, которая угрожающе потрескивала. А вопил совершенно незнакомый Яне тип. Среднего роста, худой, подлысоватый, с лицом записного сутяги-склочника и явной болезнью печени. А иначе с чего у него такая кожа желтая? Ансамбль удачно дополнялся полуседыми волосами и длинным носом.

– Уберите… это!!!

– «Это» – что?

Яна убедилась, что странный тип имеет в виду Аашу, но «убирать» волчицу не спешила. Вот еще!

– Вот это! – Тип тыкал пальцем в сторону волчицы. – Что эта тварь делает в моем доме?!

Яна прищурилась. Кажется, она поняла, с кем имеет дело.

– Тенсор Атион?

– Я… да! – На миг мужчина смутился и тут же перешел в наступление: – А вы кто такая?!

– А я – лайри Риккэр. Новая владелица этого дома.

– Что?!

– Славерус Атион подарил мне это жилье. Точнее, свою долю. Вашу я выкуплю. Сколько вы за нее хотите?

Мужчина вдруг успокоился. Да уж, великое волшебное заклинание – деньги!

Стоит только произнести волшебное слово – и умные глупеют, склочные смирнеют, а слабые крепчают духом.

– Пригласите меня в дом, лайри, и побеседуем.

Яна подумала.

Одна бы побоялась. Но с Аашей?

Этот тип волчице на один зуб. Если не побрезгует.

Что ж, не стоит развлекать новых соседей зрелищем торга.

– Проходите, сар.

Ааша послушно освободила калитку, и мужчина вступил на территорию с видом короля в изгнании. Ткнул в волчицу пальцем, малым его не лишившись: на пол-локтя поближе, и Ааша отхватила бы ему кисть. Хамства волчица не терпела.

– Это ваша собака?

– Это мое дело, – поставила наглеца на место Яна. – Итак?

– В дом не пригласите?

– Не приглашу. В саду побеседуем. Здесь столик есть, скамеечки…

Гарт расстарался. По его приказу слуги притащили откуда-то кованый столик и к нему – шесть стульев, подарок на новоселье. Яна тут же решила, что вырастит вокруг них беседку. Посадит виноград, пару яблонь для опор – и через пару лет все будет готово.

Тенсор развалился на одном из стульев и, прищурившись, уставился на Яну. Но если он хотел смутить нархи-ро – зря. Бесполезно. Яна была абсолютно спокойна. И молчала, ероша густую шерсть волчицы, пока Тенсор не сдался и не заговорил первым:

– Вы, милая лайри, человек здесь чужой…

Яна поморщилась. Так по-разному это обращение звучало в устах Славеруса и Тенсора, что становилось неприятно. Славерус произносил слова с высоты возраста, с легкой иронией, но в то же время и уважительно. А Тенсор… Как-то у него получалось маслено-издевательски. Яна и сама не могла объяснить, почему так, но было неприятно.

А может, если бы они встретились в другой обстановке или Яна не знала о нем того, что рассказал Славерус… Отнеслась бы она более доброжелательно к этому человеку? Возможно ли такое?

Яна не знала. Богам виднее. Пока же Тенсор вызывал только неприязнь.

Не дождавшись реакции, Тенсор вздохнул и продолжил. Выходило так, что Яна явилась Четырехликий весть откуда, втерлась в доверие к выжившему из ума старику, лишила Тенсора родового гнезда, а ведь он тут каждую досточку, каждую щепочку все сам прилаживал, своими руками.

А она, бессовестная…

Угрызения совести и верно боялись Ааши, а потому не подступали слишком близко. Тенсор говорил и говорил, укоряя, вздыхая и трагически возводя глаза к небу.

С его слов история выходила совсем иной.

Он был совсем малышом, когда его мать по уши влюбилась. И сказала сыну, что тот временно поживет у бабушки, мол, ее новый муж против ребенка. Но потом она обязательно заберет сына домой.

Уж лучше бы не забирала.

Славерус оказался отвратительным человеком.

Он пил, бил Тенсора и его несчастную мать, ничего не приносил в дом… Стоит ли удивляться, что пасынок не испытывал любви к отчиму? Чтобы не видеть этого кошмара, Тенсор начал убегать из дома, по глупости связался с дурной компанией…

Правда, сейчас взялся за ум. Работает палубным матросом на судне, они ходят вдоль побережья, на жизнь хватает. Но этот дом – он же принадлежал его матери!

– Да разве? – искренне удивилась Яна.

Ааша под рукой нархи-ро пофыркивала, давая понять, что не верит как минимум половине речи. Но Тенсор в волчьих интонациях не разбирался.

– Это, милая лайри, семейное, можно сказать, родовое гнездо.

– Для родового оно слишком молодо, – отрезала Яна. – К чему вы клоните?

– Я готов выкупить у вас этот дом.

Яна фыркнула:

– И за сколько же?

– Я надеюсь, лайри, вы не заломите громадной суммы?

– Не заломлю. Условие, которое поставил мне сар Атион, гласит, что я не могу ни продать, ни подарить этот дом. Особенно вашей семье.

Тенсор скрипнул зубами.

– Но это мой дом! Я тут родился, вырос…

– Да разве? А сар Атион рассказывал иначе.

Тенсор понял, что перегнул палку:

– Ну хорошо. Не я, но мои дети!

– Оба?

Тенсор скрипнул зубами еще раз. Яна даже испугалась – не остался б он без них прямо здесь и сейчас. Зубы, кстати, отвратительные. Желтые, прокуренные и с изрядными дырами. Фу!

– Вижу, отчим уже успел наговорить обо мне небылиц?

– Это не важно. – Яна пожала плечами. – Дом не продается. Что еще?

– Тогда вы можете выкупить у меня мою часть.

– Могу. Сколько?

– Пятьсот золотых!

Яну разобрал дикий хохот, который она даже и не пыталась сдержать.

Пятьсот золотых?!

Это при том, что весь домик стоил не больше двухсот?

Ну-ну…

Тенсор побагровел. При болезненно-желтой коже это выглядело просто ужасно.

– Что я такого смешного сказал?

Яна кое-как успокоилась и фыркнула:

– А что – непонятно? Красная цена домику – триста золотых. Делим на пять – получается шестьдесят. Так вот, я готова заплатить пятьдесят монет золотом за вашу долю. А то, что вы зачем-то нолик пририсовали… Смешно!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8