Г. Мансветов.

Училище благочестия, или Примеры христианских добродетелей, избранные из житий святых



скачать книгу бесплатно

Иноки оплакали лютую смерть Евагрия и с того времени более прежнего начали блюстись, да никогда солнце не зайдет во гневе их.

Памятозлобие есть порок ужаснейший и столько же мерзок пред Богом, сколько пагубен в обществе. Христиане! Человек создан по образу и подобию Божию: какое отличие!.. Но поверьте, что памятозлобный не имеет его: он более зверь, нежели человек.

Чудесная встреча

Некто, по имени Иоанн 15, служил в Царьграде при монетном дворе. Он был благочестив, щедр для нищих и богобоязнен. Однажды Иоанн принял к себе инока, пришедшего из Палестины, как для того, чтобы исполнить приятнейший сердцу его долг странноприимства, так и для того, чтобы в праздное время заниматься с ним разговорами душеспасительными.

В одно время собеседники шли вместе, инок по правую, а Иоанн по левую руку. Вдруг встретился с ними незнакомец и сказал выразительно: «Не должно тебе, авва, идти одесную великого архиерея». Удивленный инок объявил об этом Евтихию, патриарху Царьградскому, и святитель, уважив столь чудное происшествие, облек Иоанна в образ Ангельский.

Новопосвященный инок не обманул надежды первосвященника: был образцом братии, Ангелом земным, человеком Небесным. Чрез некоторое время умер блаженный Евтихий, и праведный Иоанн с общего согласия духовных и светских был избран на место его. Человек Божий долго отказывался от столь великого сана, но, устрашенный сверхъестественным видением, в котором представилось ему пламенное море, от земли до неба колеблющееся, и сонм Ангелов, в случае непослушания предвещавших ему грозную казнь, наконец согласился вступить на престол патриарший.

Житие чистое, пост совершенный, высокие добродетели украшали его до блаженной кончины; и содеянные им чудеса свидетельствуют, что Иоанн, нареченный Постником, был возлюбленный Божий.

Праведное воздаяние отступнику Ватадзису 16

В царствование греческого царя Феофила агарянский князь Амирмумна разбил христианское воинство и осадил прекрасный и великий град Амморей. Но поскольку неприступные стены и многочисленная сила защищали его и греки на вылазках каждую ночь истребляли великое число измаильтян, то Амирмумна был в сомнении, не лучше ли отступить от столь крепкого града.

Но, к несчастию греков, между царскими военачальниками был некто Ватадзис. Этот изверг, имея личную злобу на некоторых полководцев, вознамерился предать неприятелю город, чтобы вместе с ним погубить тех, кого ненавидел. Выбрав благоприятный случай, злодей пустил к агарянам, уже начинавшим снимать лагерь, стрелу с письмом следующего содержания: «Почто после столького с вашей стороны кровопролития отходите без всякого успеха? Приступите к стене оттуда, где видите столб, на котором стоит мраморный лев. Эту часть города защищаю я и клянусь, что буду вам помощником. Вы знаете, впрочем, какой награды будет стоить ваш благоприятель и друг». Стрела была примечена; письмо отдано Амирмумне, который, прочитав его, не преминул воспользоваться советом злодея.

В глухую полночь, когда амморяне неприятеля не опасались, агарянин совокупил силу свою и с бешенством наступил на ту часть стены, где был Ватадзис.

Граждане и войска устремились сделать отпор; но злодей обратил оружие на своих соотечественников, и неприятель беспрепятственно вошел в город. Кровопролитие было ужасно; все обращено в пепел; христианские вожди уведены в плен, а предатель отечества Ватадзис, приняв веру лжепророка, наделен от Амирмумны богатством и возвеличен саном вельможи.

Семь лет злосчастные военачальники сидели в мрачной темнице, занимаясь единым богомыслием, ибо выкуп за них отвергнут был с презрением. Агаряне, пленившие их тела, хотели пленить и души их. Часто посылаемы были вельможи и мудрецы, чтобы преклонить их на свою сторону, но тщетно; приходил и Ватадзис, но они ужасались и воззреть на него. Наконец, Амирмумна ожесточился и изрек им приговор смерти.

Сорок два праведных мужа за веру во Христа Спасителя пролили кровь свою… Но Бог сколько долготерпелив, столько и правосуден.

Агарянский князь, удивляясь их непоколебимости в вере и преданности царю своему, вдруг призывает к себе Ватадзиса, который был равнодушным свидетелем смерти их, и с грозным взором говорит ему: «Ты не соблюл веры во Христа, изменил царю твоему, то уверен я, что при случае оставишь веру в Магомета и будешь моим предателем; посему предупреждаю вторичное от тебя злодейство». Он дал знак исполнителям казни, и в одно мгновение глава изменника была отторгнута от выи 17.

Ужасно быть изменником Царя – Отца Небесного! Столь же ужасно быть изменником царя – отца отечества!.. Как гражданин, изменивший царю своему, не может быть христианином, так и христианин, отрекшийся от веры Господней, не может быть гражданином. Ибо какая верность царю земному от того, кто изменяет Царю Небесному?

Видение старцу о приемлющих милостыню 18

Один затворник, в юности отказавшись от всех удовольствий света, жил в тесной хижине и, занимаясь богомыслием, умерщвлял тело свое постом и всенощным бдением. За столь равноангельское житие праведник удостоился откровения свыше.

В один день пришел в монастырь старейшина града, чтоб подать, по обыкновению своему, милостыню братии. Он наделил всех иноков по сребренику, а к затворнику принес златницу и, стоя у окна кельи, усердно просил его, чтобы тот не отвергнул столь малого дара. Старец употреблял в пищу и питие не более как по одному сухарю и по чашке воды на день; хотя никогда не принимал ни злата, ни серебра, но, устыдившись просьбы человека благородного и благодетельного, взял златницу.

Ночью, прочитав обычные молитвы, он уснул. Вдруг в сонном видении представилось ему, что вместе с братией он стоит в пространном поле, которое заросло густым и колючим тернием, а какой-то юноша, подобный Ангелу, понуждал старцев, чтоб пожинали оное. Потом подходит к нему и говорит: «Жни терны!» Когда же затворник начал отговариваться, то юноша грозно воскликнул: «Не имеешь причины стоять праздно! Ибо вчера вместе с братией ты нанялся, и притом взял златницу, между тем как прочие получили только по сребренику. Как больше взявший, ты больше других должен и трудиться. Эти терны суть дела того, кто вчера подал тебе милостыню… Трудись в поте лица твоего». С этим словом затворник проснулся.

Он размыслил о своем сновидении и сердечно ужаснулся, что при столь непроходимом тернии грехов своих должен исторгать терны чужих прегрешений.

О вы, которые питаетесь милостыней! Познайте обязанность вашу из этого видения, которого Небесный Судия удостоил праведного мужа: молитесь о прощении грехов благодетелей ваших. А вы, которые даете пищу и одежду страждущему нищетой или недугами человечеству, приумножьте щедроты свои, ибо милостыней и верой очищаются грехи.

Ревность по Христе блаженного Кодрата 19

В царствование Деция, когда христиане, в необъятном числе содержась в темницах, были томимы голодом и муками, праведный Кодрат, будучи знатен и богат, покупал вход у стражей к христианским узникам, приносил им пищу и увещевал, чтобы по любви к Богу они дерзали на все ужасы смерти.

В то время некто Перенний, чиновник царский, прибыл в Никомидию 20 и потребовал списка богоотступников (так поклонник идольский называл христиан). Видя их столь великое множество, тиран поклялся даже память их истребить из среды живых.

В общем собрании народа представлены были на суд христиане. Судья воскликнул грозно: «Пусть скажет всяк свое имя, звание и отечество». Блаженный Кодрат, как втайне исповедующий веру Христову, был посторонним зрителем и стоял позади всех. Видя робость страдальцев, он устрашился, чтобы кто-нибудь из них, от угроз или мучений, не отрекся от Христа Спасителя, и решился подать пример страдальчества до смерти: он воззвал велегласно: «Мы называемся христиане, чином рабы Христовы; а отечество наше есть Небо». Услышав это, воевода царский удивился дерзости и приказал оруженосцам, чтобы наглого (так думал злобожный) незнакомца взяли и представили к нему ближе. Но дерзающий по Богу Кодрат, не дожидаясь стражи, устремился туда сам и, раздвигая руками теснящийся народ, стал пред Переннием. Все обратили на него взоры свои; а он, оградившись крестным знамением, воскликнул: «Се от имени всех предстою тебе и уведомляю тебя, что мы все, сколько здесь ни видишь, воины Иисуса Христа…» Взирая на столь великого ревнителя Православной веры, все христиане укрепились, все восхотели лучше пролить кровь свою, нежели сказать одно слово в пользу язычества. Так святой Кодрат стал первым из мучеников.

Человек не должен сомневаться, жертвовать ли самим собой, если имеет случай обратить других на путь спасения или поддержать на оном.

Некоторый старец, по имени Кир, будучи из низкого рода и весьма кроток, не понравился братии. Часто случается, что за смирение или за другие хорошие качества наконец полюбят того, кого прежде не любили, но участь преподобного Кира была не такова! С продолжением времени умножалась ненависть братии: не только старшие, но и юноши, находящиеся под искусом, оскорбляли его и нередко даже выгоняли из-за стола. Это продолжалось пятнадцать лет.

В той обители случилось быть Иоанну Лествичнику.

Видя, что кроткий Кир, будучи выгоняем из-за стола, часто ложился спать голодным, он спросил у него: «Скажи мне, что значат против тебя эти обиды?» – «Поверь мне, любезный о Христе гость, – отвечал смиренный старец, – что братия так поступает не по злобе; они только искушают меня, достойно ли ношу образ ангельский. Вступив в эту обитель, я слышал, что отшельнику должно быть под искусом тридцать лет, а я прожил еще одну половину».

Христиане! Вот примерный поступок против тех, которые обижают нас. Кроткий Кир не хотел мстить на деле своим гонителям и считал за высшее счастие то, что другие бы почли для себя совершенным несчастием.

Ненавистник не способен ни к каким добродетелям 22

Во время гонений на христианскую веру взяты были под стражу два брата, которые друг на друга имели злобу, и после обыкновенных допросов осуждены на смерть. Тогда один сказал другому: «Примиримся между собой, любезный брат! Мы завтра отойдем к Богу». Но тот и слушать его не хотел.

На следующий день повели их на место казни, и что же?.. Тот, который не перестал ненавидеть брата, отрекся от Христа; другой, который простился с братом своим, умер за веру Христову. Удивленный мучитель спросил у первого: «Почто вчера не отвергся от Христа, чтобы избегнуть пытки?» И услышал от него следующий ответ: «Когда я решительно сказал брату моему, что не хочу с ним помириться, тогда мгновенно оставила меня сила и помощь Божия: вот единственная причина, почему я оставил веру во Христа».

Ненавистник, беспрестанно изыскивая различные средства, как бы сделать зло тому, кого ненавидит, уже не походит на человека, но совершенно уподобляется духу-губителю. А посему может ли он быть способен к каким-нибудь добродетелям, наипаче к мученичеству, где нужна в высочайшей степени любовь к Богу, которая не может быть без любви к ближнему?

Наказанный клятвопреступник 23

Некто, по имени Иоанн, бывший прежде боярин киевский, облекшись в Ангельский образ в Киево-Печерской лавре, имел при себе юного сына Захарию. Видя приближающуюся смерть, Иоанн поручил его покровительству Промысла Божия; а некоторому иноку, по имени Сергий, бывшему прежде также боярину киевскому и с ним вместе постригшемуся, оставил тысячу гривен серебра и сто гривен золота, чтобы сохранил их до совершеннолетия сына и после ему отдал. Распорядившись таким образом, Иоанн умер.

Захария, достигнув восемнадцати лет, потребовал у Сергия наследство отца своего. Но отшельник, сделавшись рабом любостяжания, изумился, как бы не зная, чего юноша от него требует; но, видя неотступность Захарии, притворно оскорбился и сказал ему: «Отец твой отдал все имение Богу; у Него и проси, а не у меня. Виноват ли я, что Иоанн был так безумен, что, обогащая нищих, сделал нищим единородного сына».

Видя такое вероломство, юный Захария заплакал. Он умолял Сергия, чтобы тот отдал ему, по крайней мере, половину имения, хотя бы третью часть; даже просил у него, наконец, десятой доли, но напрасно. Для Захарии осталось последнее средство, чтобы инок доказал невинность свою клятвой перед Богом.

Увы! Порок имеет столь гибельное свойство, что человек, поскользнувшись однажды, спотыкается и в другой раз! Пустынник-миролюбец, имея свидетелями братию, идет с Захарией в Печерскую церковь. Там, став пред чудотворным образом Пресвятой Богородицы, где прежде вместе с юным Иоанном приял союз братолюбия, клялся Небом и землей, что отец Захарии никогда не давал ему ни полушки, не только тысячи гривен серебра и ста гривен золота. Но, как скоро начал приступать к Приснодеве, чтобы облобызать воскрилия 24 одежды ее, вдруг невидимая сила удержала преступника. Он не мог двинуться с места, как ни напрягал стопы свои – весь трепетал… Наконец, видя, сколь ужасно правосудие Господне, воскликнул: «Преподобные отцы Антоний и Феодосий! Помолитесь Богородительнице, да не даст Ангелу смерти погубить меня… А ты, сын моего собрата и друга! Возьми злато свое и прости меня, грешного».

Иноки ужаснулись и пошли в келью Сергия, славя Бога, такие чудеса сотворившего.

Не приемли имене Господа Бога твоего всуе (ср. Исх. 20, 7), сказал Господь чрез Моисея. Христиане! Страшитесь говорить: Ей-Богу! Вот тебе Христос! Даже тогда, когда на вашей стороне правда. Довольно сказать: Ей-ей! или Ни-ни! Тем более да сохранит вас Бог от привычки божиться напрасно.

О молитвах, недостойных Божия величия 25

Некоторый старец, молившийся Богу и питавшийся от трудов своих, пришел в селение продать свое рукоделие. Уже благочестивый инок хотел возвратиться в обитель, как встретился с ним незнакомец, окруженный нищими, странниками, и пригласил его к себе на ужин.

Обласканный как нельзя лучше, старец простился с добродетельным человеком и, восхищаясь гостеприимством его, старался узнать, кто таков этот страннолюбец. Какую же почувствовал к нему любовь, когда услышал, что он каменосечец, по имени Евлогий, занимается работой весь день, ничего не вкушая! Когда же настанет вечер, получив обыкновенную плату, ведет за собой в дом всех, кого из бедных на пути встретит, и издерживает на ужин все, что заработал; даже крошки, которые останутся от стола, бросает соседним псам. Так надеялся Евлогий на Промысл Небесный, питающий всех – от человека до червя!

Добродушный старец, удивляясь добродетелям его, думал: «Евлогий бедный питает каждый день столько нищих; что же бы сделал Евлогий богатый? Ах! Он был бы пища всем голодным, одежда всем нагим!» И начал день и ночь просить Бога, чтобы Евлогий для счастия других сделался богат; соединив молитву свою с постом, он так изнемог, что едва был жив.

Наконец Бог услышал молитву старца и известил его следующим образом: старец заснул, вдруг видит себя в церкви Воскресения, видит некоторого богоподобного отрока, на камне сидящего, подле него стоял Евлогий. Потом отрок сказал: «Если отдашь сам себя порукой за Евлогия, то наделю его богатством». – «От рук моих взыщи душу его», – отвечал старец и увидел, что двое из предстоявших начали в пазуху Евлогия сыпать золото. Тут старец воспрянул от сна своего, благодаря Бога, что услышана молитва его.

Между тем Евлогий жил по-прежнему. Однажды поутру, выйдя на работу свою, ударил он киркой по камню и почувствовал, что он пуст; ударил в другой раз и увидел скважину; ударил в третий раз, и из камня посыпалось золото. Евлогий ужаснулся и не знал, что делать с сокровищем. В тот день ни один нищий у Евлогия и даже сам Евлогий не вкушали пищи. Назавтра он купил лошадей и под видом перевозки камней привез домой золото и ужинал один. Долго Евлогий был в беспокойных размышлениях… Наконец, нанял корабль и отправился в Царьград; там задарил всех вельмож и сам сделался вельможей; купил огромный великолепный дом и жил так, как прежде, без всякой бережливости, то есть каждый день угощал людей знатных и сильных.

Старец, который испросил у Бога богатство Евлогию, ничего не знал о том, но спустя два года опять увидел во сне святолепного отрока и подумал: где-то Евлогий? Но что же узрел после того? Некто злообразный изгоняет Евлогия от лица отрока… Старец пробудился ото сна и, воздохнув, сказал сам себе: «Увы! Я погубил душу мою!» Потом оделся и пошел в то селение, где прежде жил Евлогий; он долго ждал, пока придет питатель бедных и пригласит его в дом свой, но тщетно! Наконец, выйдя из терпения, спросил у одной старушки: «Есть ли здесь кто-нибудь, принимающий странников?» – «Нет, – отвечала она с тяжким вздохом. – Был у нас каменосечец, который всего более любил странноприимство; но Бог, увидев дела его, дал ему благодать Свою, и он теперь в Царьграде вельможей». Услышав это, старец сказал сам себе: «Я сделал убийство!» – и пошел в столицу.

Там он узнал, где живет Евлогий, сел у врат дома его и ожидал, когда выйдет он… Наконец является Евлогий с гордостию на лице, с гордостию в походке, окруженный ласкателями и сопровождаемый рабами. «Помилуй меня, – воскликнул старец, – я хочу нечто сказать тебе…» Но Евлогий даже не воззрел на старца, а рабы оттолкнули его. Несчастный поручитель опередил Евлогия другой улицей, опять встретился, опять окликнул его, но, получив несколько ударов, вынужден был удалиться. Таким образом, старец сидел четыре недели пред вратами дома Евлогиева, обуреваемый снегом и дождем, и не имел случая с ним объясниться.

Наконец старец отчаялся о спасении Евлогия и, повергшись на землю, просил Бога разрешить его от поручения, но чрез необычный сон был извещен, что безумная молитва и безумное поручение недостойны прощения. Несчастный старец, не зная, что делать, сел в корабль, чтобы отплыть в Александрию, и в это самое время повергся в такое малодушие и отчаяние, что был подобен мертвецу. В этом умоисступлении он задремал и после многих мучительных сновидений услышал глас: «Иди в твою келью! Я возвращу Евлогия в прежнее состояние, но ты, слабый человек, не воссылай к Богу молитв, недостойных Его величия».

Спустя три месяца старец услышал, что царь Иустин умер, что наследник его начал гнать прежде бывших любимцев, что двое из них умерщвлены, а Евлогий бежал. Впрочем, царь назначил великое награждение тому, кто принесет его голову. Старец опять пошел в ту весь, где прежде жил Евлогий. Но как обрадовался он, когда на закате солнца увидел его, идущего с работы и окруженного нищими! Старец хотел было броситься навстречу к нему, но Евлогий предупредил и, целуя руки его, пригласил к себе ужинать.

Тут старец и Евлогий объяснились между собой, причем каменосечец рассказал ему, как возвратился он в отечество свое, как бежали все жители, чтобы видеть его, и поздравляли с саном вельможи. И как он, боясь обнаружить себя, уверил их, что ходил только в Иерусалим поклониться Гробу Господню. «Я вторично взял, – продолжал Евлогий, – свои орудия и пошел прямо к тому камню, где обрел золото. Я думал, что опять найду клад; но, сколько ни стучал, сколько ни тесал разных камней, не нашел ничего. Наконец вышел из заблуждения и, слава Богу, забыл пагубный сан вельможи».

Молись Господу Богу о том, чтобы простил твои согрешения, и о том, чтобы предохранил тебя от внезапных случаев совершить преступление, но не проси в молитвах твоих богатства, власти и прочего. Ибо Бог всеведущ: Он знает, что нам полезно и вредно. Бог милосерд. Он дарует то, что человеку нужно. Евлогий служит примером, сколь иногда пагубно бедному сделаться богатым.

Единственное сокровище для человека есть Бог 26

В Царьграде был гражданин, довольно богатый и человеколюбивый. Имея у себя одного сына, он не старался оставить ему великое наследство и свое имение раздавал щедрой рукой неимущим. Но этого еще не довольно было для человека богоугодного. Он хотел иметь и то утешение, чтобы, явившись к страшному Престолу Судии Небесного, мог ему сказать: се аз и чадо мое! Хотел и сына своего сделать столько же милостивым к страждущему человечеству.

В один день, призвав его к себе и показав все свои богатства, он спросил у него: «Любезный сын! Что более желаешь получить от меня в наследство: эти ли сокровища? Или Христа Спасителя?» Юноша, воспитанный в страхе Божием, решительно отвечал ему: «Христа: более ничего». Восхищенный сыновним ответом, отец еще более начал расточать свое имение нищим, так что после смерти своей оставил ему только насущный хлеб. Благонравный юноша, из богача сделавшись почти убогим, не сожалел о том, ибо надеялся на Христа – на это великое сокровище, которое у него осталось.

В том же городе жил некоторый вельможа, славный богатством и благочестием. Он имел у себя супругу, также богобоязненную, и единственную дочь, воспитанную в страхе Божием. Когда девице пришло время супружества, родители сказали друг другу: «Какого жениха изберем нашей дочери? Богатого ли и злонравного? Но он будет оскорблять ее, принудит гоняться за суетой света, научит тщеславиться… Нет; изберем лучше человека среднего состояния, но богобоязненного, который примет дочь нашу как особливый дар Неба. Пойдем в церковь Божию, – присовокупили они. – Будем молиться о счастие нашего дитяти; и кто первый войдет в храм Божий, тот пусть будет супругом ее».

Сотворив пламенную молитву к Богу, отец и мать девицы сели и ждали, чем Промысл Божий решит судьбу любезнейшей их дочери… Вдруг входит вышеупомянутый богобоязненный юноша. Подозвав его к себе, они спросили: кто он и откуда? И, услышав, что это сын такого-то в Бозе усопшего щедролюбца, возблагодарили Бога и сказали ему: «Христос Спаситель нам усыновил тебя; прими от нас руку нашей дочери, а с ней и богатство наше. Все это дает тебе Сам Бог».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Поделиться ссылкой на выделенное