Анатолий Фоменко.

Как было на самом деле. Каждая история желает быть рассказанной



скачать книгу бесплатно


Рис. 3.0b. Фонтан «Дружба Народов», именовавшийся ранее также как «Золотой сноп», возведенный на ВСХВ (потом ВДНХ, ВВЦ). Золота для него не пожалели. Открыт в 1954 году. В некоторых источниках иногда встречается его неофициальное название «Дружба народов СССР».


В мае 2014 года выставке было официально возвращено название ВДНХ – Выставка Достижений Народного Хозяйства. Началась полная реконструкция Выставки. Посмотрим, что получится.

Но вернемся в 1959 год.

1959 год

Получил огромное количество писем от школьников со всех концов СССР с теплыми отзывами о моей повести, опубликованной в «Пионерской Правде». Накопилось несколько мешков таких писем, но они не сохранились из-за наших неоднократных переездов.


Редакция «Пионерской Правды» написала письмо моим родителям, что ввиду того, что я – школьник, денежный гонорар за опубликованную повесть мне не может быть выплачен. Однако редколлегия приняла решение подарить мне шикарный по тем временам фотоаппарат «ФЭД-2» и к нему – полную фотолабораторию (фото-увеличитель и все прочие необходимые материалы). Вскоре мы получили большую посылку из далекой Москвы. Фотоаппарат с выгравированной на нем надписью: «Толе Фоменко от Пионерской Правды» – сохранился у меня до сих пор. Затем получил письмо из редакции «Пионерской Правды». Вот выдержки из него: «Надеемся, что подарок тебе понравится и пригодится. Надеемся еще и на то, что ты будешь и впредь хорошо учиться, расти добрым товарищем, хорошим, крепким парнем и что та популярность, которую ты приобрел, не окажет на тебя дурного влияния… Подпись: В. Сажин, зав. отд. науки и техники». От 14 апреля 1959 года.

Фотографий нашей семьи того периода и родственников у меня осталось ничтожно мало. У родителей никогда не было фотоаппарата, да и не было опыта и привычки фотографировать. Кроме того, непростая жизнь в Магадане не располагала к «фото-творчеству». Было не до этого. Хотя у меня и появился фотоаппарат, однако я тоже не проявлял особого рвения, фотографировал редко. О чем сейчас весьма сожалею.


Редакция газеты «Магаданский Комсомолец» предложила мне поработать внештатным корреспондентом, освещать различные стороны школьной и городской жизни. Я согласился, хотя проработал в этом качестве у них совсем недолго. Журналистская деятельность меня не увлекла, и более того, навсегда вызвала стойкое отторжение. Тем не менее, на первых порах вышло несколько моих коротких публикаций в газете. А именно. 1959 год, 6 февраля: Газета «Магаданский Комсомолец». Заметка А. Фоменко (как внештатного корреспондента газеты)«Новое о нашем классе». Далее 13 февраля: еще одна заметка (в той же газете) А. Фоменко под названием «Интересный концерт». Далее 25 марта: еще одна заметка А. Фоменко о постановке в Магаданском театре. Далее 29 марта: еще одна заметка А. Фоменко «Поют… зрители». Было еще несколько моих публикаций. Но вскоре я полностью оставил эту деятельность.


1959, 11 января.

В газете «Магаданская Правда» опубликована статья о повести «Тайна Млечного Пути» юного автора А. Фоменко. 1959, 17 января. Издан большой печатный плакат «Работы юннатов» Магаданской области. Статья о школьнике А. Фоменко и его портрет. 1959, 25 января. Газета «Магаданский Комсомолец». Статья о Магаданской школе юннатов с фотографией А. Фоменко. 1959, 3 февраля. Газета «Пионерская Правда» приводит отзывы и отклики ребят на повесть А. Фоменко «Тайна Млечного Пути».

1959, 1 марта. Газета «Магаданский Комсомолец». Рассказывается о награждении А. Фоменко третьей бронзовой медалью ВСХВ за созданный им макет.

Жизнь в Магадане оказывает большое влияние на формирование личности. Суровый и красивый край, где мы оказались не по своей воле и прожили непростой период нашей жизни, остался в памяти навсегда. На рис. 3.1, …, рис. 3.15 привожу несколько фотографий сурового и прекрасного Магаданского края, сделанных уже в XXI веке. Они взяты из коллекции Светланы Владимировны Будниковой, заместителя директора по науке Магаданского краеведческого музея. Она любезно предоставила их мне, когда в 2011 году в этом музее состоялась выставка моих графических работ и открылась постоянная их экспозиция. Фотографии позволят читателю в какой-то мере представить себе – что такое Магадан и Колыма в наше время. Но вернемся в далекий 1959 год.


Рис. 3.1. На Колыме местами очень много мошки. Она вездесуща и от нее очень непросто укрыться и избавиться.


Рис. 3.2. Берег Охотского моря зимой. Зима в Магадане длинная и холодная.


Рис. 3.3. Бухта Нагаева зимой покрывается льдом. На ее берегу и вырос город Магадан, начавшись с поселка Нагаево.


Рис. 3.4. На берегу Охотского моря.


Рис. 3.5. Магадан зимой 2010 года.


Рис. 3.6. Магаданский парк зимой.


Рис. 3.7. Проволочные заграждения – один из символов Магадана XX века.


Рис. 3.8. Ранее колючая проволока в Магадане и вообще на Колыме никого не удивляла.


Рис. 3.9. Колымская тайга зимой.


Рис. 3.10. Бухта Нагаева зимой, местами покрыта торосами.


Рис. 3.11. Ледокол «Магадан».


Рис. 3.12. Вид со стороны бухты Нагаева на поселок Нагаево – прибрежный район Магадана. Старые корабли, вмерзшие в лед.


Рис. 3.13. Такие красивые небесные явления нередки в Магаданском крае.


Рис. 3.14. Так на Колыме в некоторых местах, на обрывах, работает тяжелая техника.


Рис. 3.15. Колымская тайга и тундра.


В этом году мы переезжаем из Магадана в город Луганск (ранее Ворошиловград), на Украине. Поступаю в восьмой класс (8-а), в школу номер 20. Учился в ней, пока не закончил девятый класс в 1961 году.

2. Возвращение на Украину. Луганск. Математические и физические олимпиады. Оканчиваю экстерном среднюю школу
1960 год

Заканчиваю восьмой класс в луганской школе номер 20. Перехожу в девятый класс. Сильно увлекаюсь геометрией, особенно стереометрией. Мое влечение именно к геометрии (и особенно к «объемной геометрии») вполне понятно. Дело в том, что моя мама с юности очень любила именно геометрию, хорошо рисовала и вышивала. По ее рассказам, в юности она собиралась стать архитектором или математиком. Но в Московский архитектурный институт ее не взяли из-за плохого зрения. А около поселка Рутченково (вблизи города Донецка-Сталино), где тогда жила мама, подходящего по профилю хорошего математического вуза не оказалось. И поскольку прямо в Рутченково в тот момент открылся педагогический институт, с двумя факультетами: историческим и филологическим, то мама, подумав, успешно поступила на филологический. История ее не увлекла. Но любовь к геометрии и рисованию осталась в ней навсегда и потом передалась мне. Естественно, что мы многое берем от своих родителей.

1961 год

Закончив девятый класс в 20-й школе, перехожу в том же году в другую школу (номер 26), в десятый класс (10-а). Дело в том, что по новым правилам, в прежней 20-й школе мне пришлось бы учиться не десять, а одиннадцать лет. Этого, конечно, не хотелось. А вот 26-я школа (единственная, по-моему, из всех школ г. Луганска того времени) пока еще работала по старым правилам и выпускала учеников в жизнь после десятого класса. Перейти в 26-ю школу мне помог Игорь Сильвестрович Благов. О нем подробно рассказано в Воспоминаниях моего отца. И. С. Благов способствовал переводу в новую школу своего сына Олега, меня и моего друга Виталия Федоровича Пожидаева. Все мы трое были (и остались на всю жизнь) друзьями. В это время успешно участвую в нескольких городских, украинских и всесоюзных олимпиадах по математике и физике.


В этом же году происходят важные события в стране. В Москве тело Сталина выносят из Мавзолея Ленина-Сталина. Начинаются массовые переименования городов и сооружений, носивших имя Сталина. Например, Сталинград теперь называют Волгоградом. Повсюду демонтируются памятники Сталину. Затронула эта политическая волна и нашу 20-ю школу в Луганске. Во дворе школы стоял небольшой памятник Сталину – бюст на постаменте. Руководство школы созвало нескольких старшеклассников, в том числе и меня, чтобы мы помогли учителям-мужчинам демонтировать памятник. Нас попросили прийти вечером. Было уже довольно темно. Собралась небольшая группа людей. В школьном сквере мы выкопали глубокую яму. Потом с трудом подрыли и повалили памятник. Перетащили и свалили в яму. После чего забросали землей, заровняли площадку и посадили заранее заготовленные кусты. Аккуратно полили водой из ведер. Вся эта картина мне запомнилась. Может быть, этот памятник Сталину до сих пор покоится под землей, рядом с 20-й луганской школой, в её дворе.

1962 год

Весь десятый класс я учился в 26-й школе г. Луганска. Сдал экстерном экзамены, то есть досрочно сдал разницу, имевшуюся между десятилетним и одиннадцатилетним образованием. Закончил 26-ю школу с золотой медалью весной 1962 года. Без колебаний решил стать физиком или математиком и поехал в Москву поступать в знаменитый Физ-тех.


Прибыл в Москву, чтобы поступить в замечательный Физико-Технический Институт (Физтех, г. Долгопрудное). Был июль 1962 года. Приехал из Луганска вместе со своим одноклассником Виталием Федоровичем Пожидаевым. В свое время я был победителем на нескольких математических и физических олимпиадах. В том числе, занял первое место на одной из всесоюзных олимпиад для школьников по физике, организованных Физтехом. Мне прислали из института приглашение приехать в Москву и сдать вступительные экзамены в Физтех. При этом предусматривались определенные привилегии при поступлении, поскольку я был победителем олимпиады именно Физтеха. Однако перед экзаменами в Физтех в тот год было рекомендовано пройти предварительную жесткую медицинскую комиссию. И тут мне неожиданно заявили, что ввиду моего слабого зрения, поступать на Физтех мне никак нельзя. Помню, что вписывая свою резолюцию в официальный бланк, врач сказал: «Мозги у тебя, парень, наверное, хорошие, а вот зрение плохое, – не повезло». Я был ужасно расстроен. Но делать было нечего, и тогда решил, не откладывая, сразу подать документы на мехмат МГУ (Московский Государственный Университет им. М. В. Ломоносова), на Отделение Механики, как наиболее близкое к физике и математике.


В этом же году успешно поступил в МГУ на механико-математический факультет, на Отделение Механики. Все вступительные экзамены сдал на «отлично». Таких в том году было всего лишь несколько человек. Помню, меня потом пригласил к себе председатель экзаменационной комиссии по математике (к сожалению, забыл его фамилию), чтобы, как он объяснил мне, лично познакомиться с абитуриентом, блестяще решившим трудную стереометрическую задачу, предложенную в том году на вступительном экзамене. Подробно расспрашивал – откуда я приехал, и кто был мой учитель по математике в Луганске. Я назвал замечательного математика Николая Михайловича Донченко, бесконечно влюбленного в свою профессию, рис. 3.16. Он преподавал в 20-й средней школе Луганска, был автором нескольких книг по школьной математике, изданных на Украине. Он написал прекрасный учебник для старших классов, опубликованный небольшим тиражом местным издательством, на плохой бумаге. Многие учителя копировали потом этот учебник для своих школ. В частности, Донченко активно пропагандировал и использовал замечательные учебники Киселева (которые потом были фактически «преданы анафеме» новыми реформаторами, начавшими разрушать наше школьное образование). Затем Н. М. Донченко послал свой учебник в Москву, академику А. Н. Колмогорову с просьбой оценить и, если возможно, предложить учебник к печати в центральном издательстве. Я тогда уже работал на мехмате и лично передал Колмогорову эту пришедшую в нашу канцелярию бандероль и сопроводительное письмо Донченко. К сожалению, ответа Донченко не получил. Я как-то потом спросил Колмогорова о судьбе присланного ему математического учебника Донченко, но Андрей Николаевич ничего определенного мне не ответил. В Москве учебник Донченко опубликован не был. Рукопись была «утеряна». Но вернемся в 1962 год.


Рис. 3.16. Николай Михайлович Донченко, мой учитель математики в 20-й средней школе г. Луганска.


Во время вступительных экзаменов некоторое время со мной в Москве был мой папа. Он привез меня в Москву вместе с моим одноклассником Виталием Пожидаевым. Через несколько дней отец уехал обратно в Луганск.

Здесь же хочу добавить, что многим обязан также Алексею Михайловичу Ушакову – моему замечательному учителю русского языка и литературы в 20-й средней школе г. Луганска, рис. 3.17. Его уроки были нестандартны, он много рассказывал нам о русской литературе, причем такого, чего нельзя было узнать из официально рекомендуемых книг и учебников. Помню, например, что фамилию М. А. Булгакова – писателя, фактически запрещенного в то время, мы, ученики, услышали от Алексея Михайловича. Но тогда прочитать Булгакова мне не удалось. Официально его не издавали.


Рис. 3.17. Алексей Михайлович Ушаков, мой учитель русского языка в 20-й школе г. Луганска.


3. Москва. МГУ. Студент механико-математического факультета. Учусь у выдающихся механиков и математиков. Начало научной деятельности. Книга «Гомотопическая топология». Клуб «ВЕАФ». В. В. Румянцев, П. К. Рашевский, П. С. Александров
1963 год

Студент Отделения Механики. Конец первого, начало второго курса. Помню свои ощущения той поры. Чужой огромный и интересный город Москва. Вокруг – все незнакомые, посоветоваться не с кем. Быстро понял, что всё зависит только от меня самого. Старшие помогут только в том случае, если увидят, что ты что-то умеешь хорошо делать. Причем заметно лучше других.

Активно изучаю механику и математику. Бесконечно благодарен двум своим преподавателям – занятия по математическому анализу у нас вел Полосуев Александр Михайлович, а по теоретический механике – Колесников Николай Николаевич. Очень многим им обязан. Они ввели меня в мир математики и механики, работали со мной индивидуально, рассказывали об актуальных научных проблемах. Они обладали широким кругозором. Студенты их уважали.


В свободное от учебы время (а такового оставалось совсем немного), чтобы как-то сменить на короткий период род деятельности, а потому – отдохнуть, организовал и возглавил студенческий музыкальный клуб «ВЕАФ-ТОПАЗ» по распространению музыкальных знаний среди студентов. Музыку любил с детства. В Луганске у меня был проигрыватель и радиола, и накопилась большая коллекция грампластинок. Тогда были наиболее распространены большие пластинки на 33 оборота.

Первоначальное название нашего университетского Клуба было ВЕАФ. Буквы АФ – это Анатолий Фоменко, а ВЕ – это Виктор Ерохов, мой соратник в этом деле в первые несколько лет учебы. Потом, когда я был уже на пятом курсе, после очередной смены инициативной группы Клуба, возникло новое название – ТОПАЗ. Расшифровывалось оно так: ТО – Толя Фоменко, ПА – Пахомов, З – Звонкин. Потом состав активной группы менялся еще несколько раз. В итоге наш музыкальный Клуб работал вплоть до 1988 года, то есть около двадцати пяти лет. Бессменным директором все это время был А. Т. Фоменко. Вплоть до «горбачевской перестройки».

У меня в Москве с самого начала образовалась собственная коллекция грампластинок классической музыки (кое-что привез из дома, из Луганска). Мы достали хорошую мощную радиолу и устраивали прослушивания в больших гостиных общежития МГУ. Сначала во втором корпусе общежития на Ломоносовском проспекте, а потом – в больших гостиных зоны Б главного здания МГУ. Я выступал с короткими лекциями об истории музыкальных произведений и об исполнителях, после чего начиналось прослушивание музыкальных записей. В рамках клуба Веаф-Топаз мы также организовывали ставшие популярными музыкальные вечера академика Павла Сергеевича Александрова (известные Александровские вторники), затем – вечера академика Андрея Николаевича Колмогорова, профессора Юрия Михайловича Смирнова, профессора Георгия Евгеньевича Шилова. Все они тогда работали на мехмате МГУ.

Сохранилась рукописная «Летопись клуба Веаф-Топаз», начатая мною. Я вел ее сам на протяжении нескольких лет, а потом ее продолжали более молодые члены Клуба – студенты и аспиранты. Более подробно об истории нашего Клуба см. в написанной мною «Истории Музыкального Клуба «ВЕАФ-ТОПАЗ» механико-математического факультета Московского Государственного Университета». Этот обзор размещен на сайте кафедры Дифференциальной Геометрии и Приложений Мехмата МГУ (dfgm.math.msu.su), а также на нашем официальном сайте «Новая Хронология»: chronologia.org = chronologia.su = новая-хронология. рф (можно пользовать любым из этих трех адресов). См. также краткое Приложение в конце настоящей книги.

1964 год

Студент Отделения Механики. Конец второго, начало третьего курса. В это время студенты выбирают себе кафедру. Поступил на кафедру теоретической механики. Мой научный руководитель – известный механик профессор Валентин Витальевич Румянцев, впоследствии академик РАН. Выдающийся ученый и интеллигентный, деликатный человек, рис. 3.18. Вот краткие сведения о нем. Родился 19 июля 1921, Новая Скатовка Саратовской области, умер 10 июня 2007, в Москве. Российский механик, академик Российской академии наук c 1992 года по Отделению проблем машиностроения, механики и процессов управления, специализация «механика». Член бюро Отделения РАН (1985–2002). Окончил физико-математический факультет Саратовского государственного университета по специальности «механика» (1945). Специалист в области теоретической механики и теории устойчивости движения. Ученик Николая Гурьевича Четаева. Лауреат многих премий, награжден орденами, создатель известной научной школы. Много лет был профессором кафедры теоретической механики и мехатроники МГУ им. М. В. Ломоносова. Подготовил 50 кандидатов и 20 докторов наук, автор 180 научных работ, в том числе 6 монографий.


Рис. 3.18. Валентин Витальевич Румянцев, мой первый научный руководитель в МГУ.


Под его руководством я занимался вопросами устойчивости в небесной механике. Кроме того, как уже говорилось, многим обязан Николаю Николаевичу Колесникову, сотруднику этой же кафедры. Он передал мне массу знаний по теоретической и небесной механике. В это время слушаю не только лекции по Отделению Механики, но и некоторые лекции по Отделению Математики, которые механикам не читались. Меня всё больше и больше тянуло в математику.


Руковожу музыкальным клубом Веаф-Топаз (являюсь его директором).

1965 год

Студент Отделения Механики. Конец третьего, начало четвертого курса. Под руководством В. В. Румянцева сделал курсовую работу по устойчивости динамических систем и функциям Ляпунова. Изучил много статей по теоретической и небесной механике. Посещал также спецкурс и спецсеминар член-корреспондента Дмитрия Евгеньевича Охоцимского, рис. 3.18a. В 1991 году он был избран академиком РАН. Д. Е. Охоцимский был выдающимся специалистом в области динамики космических полетов и вариационных задач, нацеленных на оптимизацию космических полетов. Эти знания мне потом весьма пригодились, когда вновь заинтересовался вопросами небесной механики. Но об этом – чуть ниже.


Рис. 3.18a. Дмитрий Евгеньевич Охоцимский, спецкурс которого по вариационным задачам в небесной механике произвел на меня большое впечатление.


1966 год

В конце учебного года перешел на Отделение Математики, на кафедру дифференциальной геометрии. Научный руководитель – заведующий кафедрой профессор Петр Константинович Рашевский (14 [27] июля 1907, Москва – 1983, Москва). Его портреты привожу далее, где рассказываю о нем более подробно. Замечательный ученый и человек. Он стал моим вторым научным руководителем. Вот краткие сведения о нем.

Геометр, доктор физико-математических наук (1938), профессор, заслуженный деятель науки. Родился в семье известного математика-методиста, автора ряда оригинальных школьных учебников Константина Николаевича Рашевского. В 1919 году семья переехала в Раненбург Рязанской губернии (ныне г. Чаплыгин), где отец П. К. Рашевского работал преподавателем и заведующим кафедрой математики института народного образования (РИНО). В 1923 году П. К. Рашевский поступил на математическое отделение физико-математического факультета МГУ. Его становление как математика произошло в научной школе В. Ф. Кагана. Около десяти лет он работал в разных ВУЗах Москвы, с 1938 года – в МГУ. В 1934 году получил учёное звание профессора. В 1936 году защитил в МГУ докторскую диссертацию «Полиметрическая геометрия». Во время Великой Отечественной войны находился в эвакуации в Томске, в 1941–1944 гг. работал заведующим кафедрой математики Томского педагогического института, преподавал в ТГУ.

В 1964–1983 годах П. К. Рашевский был заведующим кафедрой дифференциальной геометрии на механико-математическом факультете МГУ.

Внёс фундаментальный вклад в несколько направлений современной геометрии. Основные его труды относятся к различным областям геометрии (римановой, афинной, проективной) и тензорного анализа, теории групп и алгебр Ли и их представлений, а также математической физики. П. К. Рашевский является автором нескольких монографий, учебников и учебных курсов по различным разделам геометрии.

Для меня переход с механики на математику был достаточно труден. Перейти на Отделение Математики мне предложил мой лектор по математическому анализу Лев Абрамович Тумаркин. К слову сказать, это был прекрасный лектор, филигранный и доброжелательный. Мы его любили и уважали. Он обратил на меня внимание, поскольку я неоднократно подходил к нему за задачами, чтобы решать их и лучше овладеть предметом. Свои решения показывал Льву Абрамовичу. Он внимательно выслушивал и комментировал. В итоге через некоторое время он неожиданно пригласил меня к себе домой «на чай», побеседовал и предложил мне «полностью стать математиком». И тут я осознал, что он вслух и четко сформулировал уже давно родившееся у меня внутри желание.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12