Филиппа Грегори.

Обманка



скачать книгу бесплатно

Лука склонил голову, но невольно бросил взгляд на Ишрак.

– Ну, а я продолжу думать, надо это вашей Церкви или нет, – заявила она. – И арабские ученые продолжат думать, и люди в древности явно тоже думали, а арабские ученые продолжат переводить их книги.

– Но мы – послушные дети Церкви, – объявил брат Пьетро. – А вот что думаешь ты, девица юная и неверная, никому не интересно.

Он повернулся и вышел на улицу, и все послушно последовали за ним, однако Изольда задержалась в дверях.

– Тут так красиво, – сказала она. – Цвета такие яркие, словно на только что написанных фресках.

Лука вышел чуть позже остальных, и она заметила, что он прячет что-то в карман брюк, прикрыв руку плащом.

– Что у тебя там? – шепотом спросила Изольда.

Брат Пьетро уже направлялся обратно к гостинице.

– Тот осколок стекла, – признался он. – Хочу проверить, можно ли создать с его помощью радугу в любом месте.

Она очень серьезно посмотрела на него.

– Но разве создание радуги – не дело Бога? Как сейчас сказал брат Пьетро?

– Это наше дело, – поправила ее Ишрак, – потому что мы пришли в этот мир, чтобы его понять. И я, как и Лука, хочу проверить, можем ли мы создать радугу. И если ему не разрешат это сделать, то это попытаюсь сделать я. Потому что мой Бог, в отличие от вашего, не возражает, чтобы я задавала вопросы.

* * *

Фрейзе уже ждал их у гостиницы. Они забрались в седла и покинули Равенну, проехав небольшое расстояние вдоль заиленного канала к порту Классис. Их ждал паром, пришвартованный у каменного пирса, а рядом стояли другие торговые суда и знаменитые венецианские галеры.

– И ты решишься взойти на борт? – поддразнила Ишрак Фрейзе, который еще не поднимался на борт корабля с того раза, когда его унесло ужасной волной.

– Если мой конь Руфино может это сделать, то и я могу, – ответил ей Фрейзе. – Он конь редкостной отваги и ума.

Ишрак с сомнением посмотрела на крупного пегого коня, который выглядел скорее придурковато, чем умно.

– Да неужели?

– Не обманывайся внешностью, – посоветовал ей Фрейзе. – Ты смотришь на этого коня и видишь большое неуклюжее создание, а я знаю, что у него есть отвага и благородные чувства.

– Благородные чувства? – Ишрак широко улыбалась. – Правда?

– Так же, как глядя на меня ты видишь красивого приземленного и прямого простолюдина. Но у меня есть скрытые глубины и неожиданные умения.

– Правда есть?

– Есть, – подтвердил Фрейзе. – И одно из таких умений – это заводить коней на борт корабля. Можешь сидеть на причале и восхищаться мной.

– Спасибо, – сказала Ишрак и устроилась на одной из каменных скамеек, установленных у стен причала.

Фрейзе повел всех коней и ослика по деревянным сходням, перекинутым с корабля на берег. Кони нервничали, рвались и артачились, но Фрейзе их мягко успокаивал и уговаривал. Ишрак не стала поощрять его веселое тщеславие аплодисментами, однако подумала, что есть нечто трогательное в том, как этот широкоплечий юноша и рослые кони обмениваются взглядами, ласками и негромкими звуками, словно друг с другом разговаривают.

Наконец все животные успокоились и проследовали за ним по сходням в стойла, устроенные для них на борту корабля.

Других пассажиров в тот день не оказалось, так что, как только коней благополучно завели на борт, остальные четверо путешественников позавтракали хлебом и легким элем и следом за Фрейзе прошли на корабль. Капитан отшвартовался и поставил парус.

Дорога в Венецию заняла целые сутки при обжигающе холодном попутном ветре. Девушки часть времени проспали в небольшой каюте, но рано утром вышли на палубу и прошли на нос, где стояли закутанные в плащи мужчины, дожидавшиеся рассвета. Внимание Ишрак привлек небольшой изящный кораблик, быстро скользивший по темной воде, – черный силуэт на фоне темных волн.

– Эй, паромщик! – крикнула она себе за спину, обращаясь к капитану, стоявшему за рулевым веслом на корме. – Видишь вон ту галеру? Она идет прямо на нас!

– Спускай парус! – закричал паромщик сыну, и тот поспешно бросился развязывать узлы и опускать грот.

– Эй, я помогу! – вызвался Фрейзе, пройдя назад, чтобы помочь спустить парус. – О чем он думает, направляясь к нам так быстро?

Обе девушки, брат Пьетро и Лука смотрели, как несущаяся к ним галера с гребцами на веслах под бой барабана подходит все ближе и ближе.

– Галера должна бы уступить дорогу судну, идущему под парусами, – с тревогой заметил брат Пьетро. – Что они делают? Кажется, будто они решили нас протаранить!

– Это нападение! – внезапно сообразил Лука. – Это явно не случайность! Кто они такие?

Брат Пьетро, щуря глаза в полутьме, воскликнул:

– Я не вижу их штандарта! У них нет фонаря. Чье это судно?

– Фрейзе! – крикнул Лука, поворачиваясь назад и схватив багор как единственное оружие, оказавшееся под рукой. – Берегись абордажников!

– Ставьте парус обратно! – завопил брат Пьетро.

– Нам от них не уйти, – предупредила его Ишрак.

Галера с хорошо обученными гребцами способна двигаться гораздо быстрее громоздкого судна. Ишрак огляделась, ища оружие, ища место укрытия. Однако на их маленьком суденышке были только стойла на палубе и небольшая кабинка в трюме.

Фрейзе подошел к ним с дубинкой в руках. Он вытащил из-за голенища нож и отдал его Ишрак, чтобы она могла защититься. Лицо у него было мрачное.

– Не оттоманский ли это лорд за нами вернулся? – спросил он у Луки.

– Это не оттоманский пират, – ответил Лука, глядя, как весла зарываются в воду. Галера стремительно приближалась. – Корабль слишком маленький.

– Значит, кому-то еще очень сильно понадобилось с нами поговорить, – расстроенно заметил Фрейзе. – И, похоже, нам этого удовольствия не избежать.

Их каравелла остановилась, покачиваясь на волнах, а галера изменила курс и подошла к их борту. Двое гребцов встали и забросили абордажные крюки, зацепив судно за борт. Изольда едва удержалась от соблазна сбросить их, пока гребцы таинственной галеры выбирали канаты и подтягивались ближе.

Набравшись мужества, Лука с Изольдой посмотрели на галерных гребцов: они оказались свободными, без цепей – и на мужчину, стоявшего на корме.

– Кто вы такие? И что вам от нас нужно? – спросил Лука.

Командир на корме галеры обнажил абордажную саблю. На кованом клинке блеснул холодный свет. Он по-деловому взглянул на обоих.

– Лордом Лукретили мне приказано забрать эту женщину, – объявил он, указывая на Изольду. – Она – беглая сестра знатного лорда, и он приказывает ей вернуться домой.

– Твой брат! – тихо воскликнула Ишрак.

– Я – не она, – тут же заявила Изольда, перейдя на характерный говор южанки. – Не знаю, о ком вы говорите.

Мужчина прищурился.

– Мы шли по вашему следу, миледи, – сказал он. – От монастыря, где лорд, ваш брат, поручил вас заботам благочестивых сестер, до места, где вы объединились с этими Божьими слугами, через рыбацкую деревню и наконец встретили вас здесь. Вас обвинили в колдовстве…

– Ее оправдали! – прервал его Лука. – Я расследователь от Церкви, которому сам папа римский поручил выяснять причины странных происшествий в этом мире и искать признаки конца света. Я освободил ее от всех обвинений. Ее не преследует ни закон этих земель, ни Церковь.

Мужчина пожал плечами.

– Пусть она ни в чем не виновна, но она все равно остается сестрой лорда Лукретили, – равнодушно проговорил он. – Она все равно его собственность. Если он желает ее вернуть, то никто не может отрицать его прав на нее.

– Зачем она ему понадобилась? – спросила Ишрак, присоединяясь к ним у фальшборта судна. – Он так спешил выдворить ее из дома, когда умер ее отец – и так спешил выдвинуть обвинение, по которому ее должны были предать сожжению. Почему он теперь захотел ее вернуть?

– И тебя тоже, – отрывисто бросил мужчина. – Рабыню Ишрак. Мне приказано привезти обратно и тебя. – Он обратился к Луке. – Ты обязан отдать ее мне, потому что она – беглая рабыня, а лорд – ее хозяин. А леди надо отдать мне потому, что она – сестра лорда Лукретили и является такой же его собственностью, как его кресло или конь.

– Я – свободная женщина, – отрезала Ишрак. – И она – тоже.

Он пожал плечами, словно ее слова не имели никакого смысла.

– Ты – неверная, а она – его сестра. Она находилась во власти своего отца, а затем, после его смерти – своего брата. Он унаследовал ее, как и коров на пастбище. Она – его имущество, точно такая же, как телка.

Он переключился на брата Пьетро.

– Если ты помешаешь мне забрать ее с собой, тогда это будет означать, что ты украл имущество лорда Лукретили: его рабыню и его сестру – и я обвиню тебя в воровстве. Если ты ее оставишь у себя, то будешь виновен в похищении.

Фрейзе вздохнул.

– Сложное дело, – нарушил он воцарившееся молчание, – потому что по закону, знаете ли, он прав. Женщина действительно принадлежит своему отцу, или брату, или мужу.

– Я больше не принадлежу моему брату, – внезапно заявила Изольда. Она просунула ладонь Луке под руку и стиснула его локоть. – Мы женаты. Этот мужчина – мой хранитель. Я – его.

Командир галеры перевел взгляд с ее решительного лица на сжавшего зубы Луку.

– Правда? Это так, расследователь?

– Да, – коротко бросил Лука.

– Но ты же церковник? Тебе поручено расследовать конец мира и докладывать своему Ордену?

– Я нарушил данные Церкви обеты и взял эту женщину в жены.

Брат Пьетро шумно сглотнул, но промолчал.

– Взял в жены и уложил в постель?

– Да, – подтвердил Лука, сжав Изольде пальцы.

Короткое молчание – а потом мужчина покачал головой. Он недоверчиво улыбнулся, смерив взглядом обоих.

– Что? Ты с ней переспал? Взял ее с похотью, подмял под себя, заставил кричать от наслаждения? Вы целовались взасос, и ты ласкал ее груди? Ты обнимал ее за талию, а она охотно приняла тебя в свое тело?

Изольда побагровела от стыда. Ишрак пришла в ярость.

– Да, – не моргнув и глазом повторил Лука. – Мы сделали все это.

– Поцелуй ее.

– Но нельзя же!.. – запротестовала Изольда, но Лука повернулся к ней, приставил палец под подбородок, чтобы приподнять ее лицо – а потом поцеловал, медленно и крепко, словно неспособен был оторваться от ее губ.

Изольда была смущена – но ничего не могла с собой поделать: ее голова запрокинулась, руки поднялись к его плечам. Они обнимали друг друга, и одна ее ладонь легла ему на затылок, так что пальцы зарылись в его волосы.

Лука поднял голову.

– Ну вот, – сказал он, чуть задыхаясь, и, наконец, отпустил Изольду. – Как видите. Я, не колеблясь, целую мою жену. Мы стали супругами, и теперь она – мое имущество. Ее брат больше не имеет на нее никаких прав. Она принадлежит мне.

Фрейзе глубокомысленно кивнул:

– Жене положено быть со своим мужем. Его права – основные.

Лицо брата Пьетро перекосилось от ужаса, который вызвала у него ложь Луки, но он ничего не сказал.

Человек из Лукретили повернулся к нему.

– И мне надо этому поверить? Что скажешь, священник? Будешь уверять меня, что женат на той второй? Поцелуешь ее, чтобы это доказать?

– Нет, – коротко ответил брат Пьетро. – Я верен своим обетам.

– Но эти двое действительно муж и жена? Пред Господом?

Брат Пьетро открыл рот. Порыв ветра качнул кораблик, и он ухватился за поручень, чтобы удержаться на ногах.

– Ты будешь свидетельствовать о них перед Богом, – напомнил ему командир. – Я именем Бога требую, чтобы ты сказал мне правду.

Брат Пьетро судорожно сглотнул.

– Поклянись своими священными обетами, – напомнил ему тот. – Правду, именем Господним!

Брат Пьетро повернулся к Изольде, которая стояла, не убрав руки с пояса Луки.

– Мне жаль, – проговорил он еле слышно, – Очень жаль. Но я не могу солгать, призвав Бога в свидетели. Я не могу этого сделать.

Она кивнула.

– Понимаю, – проговорила она тихо и отошла от Луки, который ее отпустил.

– Ему ничего не надо говорить, – подала голос Ишрак. – Я стану свидетелем.

Мужчина пожал плечами.

– Твое слово ничего не значит. Ты неверная, рабыня и женщина. Твои слова подобны утреннему щебетанью птицы. Слишком громкие и совершенно бессмысленные. А теперь, – сказал он Луке, – отправляй обеих женщин через борт, или я прикажу моим людям подняться на палубу и забрать их силой.

Лука посмотрел на галеру: внизу сидела примерно дюжина человек в полном вооружении. Он покосился на Фрейзе, стоически поигрывающего дубинкой. Конечно, они могут дать бой, однако обстоятельства складываются явно не в их пользу. Они наверняка проиграют.

Командир обратился к паромщику, который мрачно все слушал, оставаясь на корме.

– Ты перевозишь краденые вещи: эти две женщины принадлежат лорду Лукретили. Если понадобится, я возьму твое судно на абордаж, чтобы их забрать – и твой корабль может получить повреждения, да и тебе будет угрожать опасность. Или же ты можешь передать их мне – и никаких неприятностей не будет.

– Я взял их по честному сговору, как пассажирок, – крикнул в ответ паромщик. – Если они твои, то могут отправляться с тобой. Я за них не отвечаю.

– Сопротивляться нет смысла, – очень тихо сказала Луке Изольда. – Это безнадежно. Не надо ничего предпринимать. Я сдамся.

Не дав ему времени возразить, она крикнула мужчине на галере:

– Ты даешь мне слово, что довезешь нас к моему брату в целости и сохранности?

Он кивнул:

– Мне приказано ничем вам не вредить.

Она решилась.

– Забери наши вещи, – бросила она через плечо Ишрак.

Та быстро спустилась в каюту и вернулась с двумя переметными сумами, успев спрятать данный Фрейзе нож – заткнула его за веревку, закрепленную на поясе.

– И что со мной будет? – спросила Изольда.

Жестом приказав Ишрак следовать за собой, она перешла на нос парома. Командир махнул Луке и Фрейзе, показывая, чтобы они подтянули его судно ближе: так девушки смогли бы перелезть через борт на ожидающую их галеру.

– Твой брат считает, что ты пытаешься обратиться к графу Валашскому за помощью. Он решил, что ты попытаешься собрать армию, чтобы выступить против него и отвоевать дом. Поэтому он собрался выдать тебя замуж за французского графа, который тебя увезет и запрет у себя в замке.

– А что насчет меня? – спросила Ишрак.

Тем временем Лука, Фрейзе и Пьетро взялись за абордажные крючья и, натягивая канаты, подвели галеру к носу парома.

– А тебя я должен продать в рабство туркам, в Венеции, – ответил тот. – Извини. Такой приказ мне дали.

Лука, чьи родители – и мать, и отец – были захвачены оттоманскими работорговцами, когда он был еще мальчишкой, побледнел и впился в поручень.

– Мы не можем этого допустить, – сказал он Фрейзе. – Я не могу это позволить. Нельзя этого допустить.

Однако Фрейзе в этот момент наблюдал за Изольдой, которая резко остановилась, услышав, что Ишрак с ней не будет.

– Нет. Она едет со мной, – заявила она. – Мы никогда не разлучаемся.

Мужчина покачал головой.

– Мой приказ ясен. Ее надо продать туркам.

– Готовься, – прошептал Луке Фрейзе. – По-моему, она с этим не смирится.

Изольда дошла до носа парома. У ее ног оказался топор, приготовленный для тех экстренных случаев, когда в шторм сорвет парус или придется обрубать рыбацкие сети. Не глядя на него, она поднялась на туго свернутую бухту якорного каната, чтобы через фальшборт смотреть на явившегося за ней мужчину.

– Сударь, у меня есть деньги, – взмолилась она. – Я заплачу вам столько же, сколько платит мой брат, чтобы вы сказали, что не смогли нас найти. И ваши люди тоже получат деньги, если вы просто уйдете.

Он развел руками.

– Миледи, я верный слуга твоего брата. Я пообещал доставить тебя к нему, а ее продать в рабство. Спускайтесь или я поднимусь за вами обеими, а ваши друзья пострадают.

Она прикусила губу.

– Ну, пожалуйста! Заберите меня и оставьте мою подругу. Скажете господину, моему брату, что не смогли ее найти.

Он только покачал головой и резко бросил:

– Идите. Обе. Немедленно.

– Я не хочу никакого боя, – отчаянно проговорила она. – Не хочу, чтобы кто-то из-за меня пострадал.

– Тогда иди сейчас же, – отрезал он. – Потому что я заберу тебя, так или иначе. Мне приказано доставить тебя живой или мертвой.

Фрейзе увидел, как ее плечи решительно расправились, но она произнесла лишь:

– Хорошо. Сначала брошу мои вещи.

Командир кивнул и, взявшись за абордажный канат, притянул свою галеру ближе к покачивающемуся борту их судна. Изольда перегнулась через борт, держа тяжелую переметную суму.

– Ближе! – попросила она. – Не хочу остаться без вещей.

Он посмеялся над жадной натурой всех женщин: до чего же Изольда глупа, если продолжает заботиться о своих нарядах, когда ее похищают! – и подтянул галеру еще ближе. Как только она оказалась прямо под носом парома, Изольда уронила переметную суму прямо на него. Он поймал ее обеими руками и чуть отшагнул назад под ее весом – и в этот момент Изольда схватила топор и тремя или четырьмя быстрыми отчаянными ударами перерубила канат, который удерживал массивный якорь парома у борта.

Тяжелый кованый якорь рухнул вниз – чудовищно тяжелый – и, проломив тонкий настил палубы, вспорол дно галеры, проделав громадную дыру и сломав борта, так что вода хлынула одновременно через дно и через борта.

В следующее мгновение Ишрак подскочила к ней и метнула нож в лицо командира. Клинок попал ему в рот, и он завопил, захлебываясь кровью. Лука, Фрейзе и брат Пьетро схватились за абордажные крючья и сбросили их на головы гребцам. Вода залила галеру – и волны сомкнулись над ней.

– Поднимайте парус! – заорал Лука, но паромщик и его помощник уже и так тянули за веревки.

Парус выгнулся, захлопал, а потом наполнился ветром – и паром начал отдаляться от тонущей галеры. Часть гребцов уже оказалась в воде и, поднимая брызги, звала на помощь.

– Возвращайтесь! – крикнула Изольда. – Нельзя оставить их тонуть!

– Можно! – яростно возразила Ишрак. – Они бы нас убили.

У носа парома лежали какие-то тонкие доски. Изольда бросилась к ним и начала поднимать. Фрейзе подошел ей помочь: поднял на фальшборт и сбросил на воду, чтобы они послужили спасательными плотами.

– Их кто-нибудь подберет, – успокоил он ее. – Вдоль этого берега постоянно снуют корабли, и скоро уже будет светло.

Ее глаза были полны слез, от расстройства она ужасно побледнела.

– Тот человек! Нож в лице…

– Он продал бы меня в рабство! – зло крикнула ей Ишрак. – Он хотел увезти тебя обратно к брату! А чего ты хотела?

– Ты могла его убить!

– И пусть! И пусть! И ты дура, если о нем тревожишься.

Вся дрожа, Изольда повернулась к брату Пьетро.

– Ведь грешно убивать человека, при любых обстоятельствах?

– Да, – признал он. – Но Ишрак защищала себя…

– И пусть! – еще раз повторила Ишрак. – По-моему, о нем вообще глупо думать. Он собирался продать меня в рабство. Он убил бы нас обеих. Конечно, я стала защищаться. Но если я хотела бы его убить, то вогнала бы нож ему в глаз, и тогда он уже точно был бы мертв, а не просто остался без зубов.

Изольда оглянулась. Некоторые люди с галеры уже забрались на обломки своего судна. Их командир с красным от крови лицом цеплялся за сброшенные ею с Фрейзе доски.

– Главное, ты спасла себя и Ишрак, – сказал ей Лука. – А им надо будет отчитаться перед твоим братом, так что какое-то время ты будешь в безопасности. Ишрак держалась чудесно, и ты тоже. Не жалей о том, что проявила отвагу, Изольда. Ты спасла всех нас.

Она неуверенно засмеялась.

– Даже не знаю, как я это придумала!

Ишрак крепко ее обняла.

– Это было просто блестяще! – с жаром проговорила она. – Я понятия не имела, что ты делаешь. Ты все сделала идеально.

– Меня просто озарило. Когда они сказали, что заберут тебя.

– Ты бы отправилась с ними, чтобы избежать боя?

Изольда кивнула.

– Но я не могла допустить, чтобы забрали тебя. Только не в рабство!

– Ты поступила правильно, – подытожил Лука.

Он посмотрел на брата Пьетро, и тот кивнул, соглашаясь с его словами.

– Правое дело, – глубокомысленно сказал он.

– А как ты метнула нож! – Лука повернулся к Ишрак. – Где ты вообще научилась таким броскам?

– Моя мать хотела, чтобы я умела за себя постоять. – Ишрак улыбнулась. – Она научила меня метать ножи. А отец Изольды, лорд Лукретили, отправил меня к испанским мастерам обучаться боевым искусствам. Я училась этому тогда же, когда училась стрелять из лука… и многому другому.

– Нам следует вознести благодарность за спасение, – объявил брат Пьетро, воздевая распятие, которое носил на веревке у пояса. – Вы обе держались очень хорошо. Вы были отважны и очень быстры. – Он посмотрел на Изольду. – Мне очень жаль, что я не мог солгать ради тебя.

Она кивнула:

– Понимаю, конечно.

– А тебе придется исповедаться, брат Лука, – мягко сказал брат Пьетро своему юному спутнику. – Как только мы окажемся в Венеции. Ты отрекся от обета, принесенного Церкви, неоднократно лгал и… – тут он ненадолго замолчал, – …ты ее целовал.

– Только для того, чтобы ложь казалась убедительной, – вступилась за Луку Изольда.

– Он был потрясающе убедителен! – восхищенно вставил Фрейзе, подмигнув Ишрак. – Можно было даже подумать, будто ему хочется ее поцеловать. Я почти поверил, что ему понравилось ее целовать. Показалось, что она на его поцелуй отвечает. Вы провели меня.

– Итак, я вознесу благодарность за то, что мы в безопасности, – сказал брат Пьетро и, чуть отойдя от них, встал на колени и начал молиться. Фрейзе отошел на корму, чтобы поговорить со стоящим на руле паромщиком. Ишрак отвернулась.

– Это было не просто для того, чтобы ложь казалась убедительной, – тихо признался Изольде Лука. – Я чувствовал…

Он замолчал. У него не было слов, чтобы описать, что он чувствовал, когда она прижалась к нему, а его губы встретились с ее губами.

Она ничего не сказала – просто смотрела на него. Он же завороженно смотрел на ленту, которой был завязан ее плащ на шее. Он видел, как эта лента чуть колышется на пульсирующей жилке.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6