Филиппа Грегори.

Еще одна из рода Болейн



скачать книгу бесплатно

Джордж поперхнулся смешком и обнял меня за плечи:

– Прости, я не хотел над тобой смеяться. Но ты все неправильно поняла. Ему вовсе не нужна опытная женщина. Их хватает в любой бане в Сити. Он хочет тебя. Именно ты ему нравишься. Ему будет приятна твоя застенчивость и неуверенность. Так что все в порядке.

– Эй! – раздался крик позади нас. – Тройка Болейн!

Мы обернулись. На верхней террасе стоял король, все еще в дорожном плаще и лихо заломленной шляпе.

– Мы идем!

Джордж отвесил низкий поклон, мы с Анной одновременно присели в реверансе.

– Не устали в дороге? – спросил король. Вопрос был общим, но смотрел он на меня.

– Вовсе нет!

– У вас славная кобылка, только спина коротковата. Я достану вам новую лошадь.

– Ваше величество очень добры. Эта лошадь не моя. Я была бы рада иметь собственную.

– Можете выбрать что-нибудь подходящее на конюшнях. Пойдемте прямо сейчас и посмотрим.

Он протянул руку, я мягко положила ладонь на дорогую ткань его рукава.

– Я вас почти не чувствую. – Он положил руку сверху и плотно прижал. – Вот так. Я хочу знать, что держу вас, миссис Кэри! – Голубые глаза сияли, он дотронулся до моего французского чепца, потом до волос, потом до лица. – Я должен знать, что держу вас!

Рот у меня пересох, дыхание перехватило, но я улыбнулась, чувствуя одновременно и страх и желание.

– Я счастлива быть с вами.

– В самом деле? – внезапно напрягшись, спросил король. – Это правда? Не принуждение? Не хочу фальши. Придете ко мне по собственной воле?

– О ваше величество! Разве я не танцевала с вами на празднестве у кардинала Уолси, даже не зная, кто вы?

Воспоминания были ему приятны.

– О да! Вы лишились чувств, когда я снял маску. Кто же, по-вашему, это был?

– Я об этом не думала. Знаю, звучит глупо, но мне казалось, что вы гость на празднике, новый прекрасный незнакомец, с которым мне, к счастью, довелось танцевать.

Он рассмеялся:

– О миссис Кэри! Такое милое личико и такие рискованные мысли! Мечтали о прекрасном незнакомце, который явится ко двору и выберет вас?

– Я не хотела ничего плохого. – На мгновение я испугалась, что это слишком сладко даже для него. – Когда вы пригласили меня танцевать, просто забыла, как подобает себя вести. Уверена, что не сделала бы ничего дурного. Просто наступил момент, когда я…

– Когда вы…

– Когда я забыла.

Мы дошли до арки, ведущей к конюшням. Король остановился под каменным сводом, развернул меня к себе. Я почувствовала каждую частичку своего тела, от сапожек для верховой езды, скользящих по булыжнику, до глаз, устремленных вверх, на него.

– Может быть, забудете снова?

Я медлила с ответом, но тут раздался голос Анны:

– Какую лошадь вы, ваше величество, предполагаете выбрать для моей сестры? Надеюсь, убедитесь, какая она хорошая наездница.

Король выпустил меня и повел нас на конюшню. Мужчины осматривали одну лошадь за другой.

– Помоги ему увлечься, – прошептала Анна, подходя ко мне, – но не давай понять, что и сама увлечена.

Пусть добивается тебя, не подозревая, что его заманивают. Если он предоставляет тебе выбор – идти вперед или отступить, как сейчас, – всегда отступай…

Король с улыбкой повернулся ко мне, пока Джордж приказывал слуге вывести из стойла красивую гнедую лошадку.

– Но не слишком быстро, – предостерегающе прошептала сестра, – дай возможность себя поймать.


Вечером я на виду у всего двора танцевала с королем, а на другой день скакала бок о бок с ним на новой лошади. Королева, сидя за главным столом, следила за нами во время танца, а провожая короля на охоту, махнула рукой на прощание. Все знали, что король соблазняет меня и я уступлю, когда мне прикажут уступить. Один лишь король ни о чем не догадывался и полагал, что скорость ухаживания зависит лишь от силы его страсти.

Первая награда пришла несколькими неделями позже, в апреле. Отец был назначен казначеем, это открывало ему доступ к ежедневным доходам королевского двора и позволяло расхищать их по своему усмотрению. Однажды перед обедом он отозвал меня для разговора с глазу на глаз, пока ее величество занимала свое место за почетным столом.

– Мы с дядей довольны тобой. Джордж и Анна уверяют, что под их руководством ты все делаешь правильно.

Я присела в реверансе.

– Это только начало, – напомнил отец. – Не забывай, ты должна не только обладать, но еще и сохранять.

Я вздрогнула, когда он произнес знакомые слова венчального обряда.

– Я помню, – только и смогла я сказать. – Не забуду.

– Он уже на что-нибудь решился?

– Нет еще. Только слова и взгляды.

– А ты отвечаешь?

– Улыбками.

Я не сказала отцу, что с ума схожу от счастья: за мной ухаживает самый могущественный человек в королевстве. Легко следовать советам сестры и улыбаться без конца. Легко краснеть, если одновременно мечтаешь и убежать подальше, и прижаться как можно теснее.

Отец кивнул:

– Неплохо. Можешь вернуться на свое место.

Я снова сделала реверанс и поспешила в зал, успев как раз перед тем, как вошли слуги. Королева сурово посмотрела на меня, будто собираясь сделать выговор, но поймала взгляд своего мужа. Король не отрываясь смотрел на меня – вот я иду по залу, занимаю место среди ожидающих дам. Странное выражение появилось у него на лице, словно он не видел и не слышал ничего, словно весь зал исчез и осталась только я, мой голубой плащ с капюшоном, пушистые волосы, не закрывающие лица, улыбка, трепещущая на губах, – в ответ на его желание. Королева тоже ощутила жар его взгляда, сжала тонкие губы и отвернулась.


Вечером он пришел в ее покои.

– Нельзя ли послушать музыку? – попросил он.

– Миссис Кэри нам сыграет, – приветливо откликнулась королева, подталкивая меня вперед.

– Ее сестра Анна поет мелодичнее, – возразил король.

Анна победно взглянула на меня.

– Спойте нам одну из ваших французских песенок!

Анна присела в грациозном реверансе:

– Вашему величеству достаточно приказать. – Легкий французский акцент в ее речи усилился.

Королева молча следила за этой переменой. Я поняла ее удивление – неужели теперь королевская прихоть обратилась на другую сестру Болейн? Но он просто притворялся. Анна села на скамеечку посреди комнаты, с лютней на коленях, и запела – он прав, мелодичнее, чем я. Королева сидела в своем любимом кресле с мягкими расшитыми подлокотниками и удобной спинкой, на которую она никогда не опиралась. Вместо того чтобы расположиться рядом с ней в таком же кресле, король подошел ко мне и занял пустующее место Анны.

– Красивая работа. – Он смотрел на шитье у меня в руках.

– Рубашки для бедных. Королева добра к бедным.

– Да, конечно. Но как быстро ваша игла снует вниз и вверх! Я бы сразу все запутал. Какие у вас проворные крошечные пальчики!

Он склонился к моей руке, а я поймала себя на том, что мечтаю дотронуться до густых завитков у него на шее.

– Ваши ручки вдвое меньше моих, – протянул он. – Покажите-ка мне.

Я воткнула иголку в шитье и протянула руку – ладонью вперед. Пристально глядя мне в лицо, он сделал то же самое. Наши руки еще не соприкоснулись, а я уже ощутила тепло его ладони. Усы над верхней губой слегка курчавятся. Интересно, они мягкие, как темные редкие усики моего мужа, или жесткие, как золотая проволока? Похоже, они крепкие и колючие, расцарапают мне кожу, и каждый догадается, что мы целовались. Но его чувственные губы манили, я мечтала коснуться их, попробовать на вкус.

Он медленно приближал свою ладонь к моей, как танцор в паване. Вот ладони соприкоснулись, меня точно обожгло. Его губы дрогнули, – кажется, он это заметил. Моя холодная ладошка скользнула вдоль его руки, кончики пальцев встретились. Я ощутила тепло его кожи, нащупала мозоль от стрельбы из лука на одном из пальцев, почувствовала жесткую ладонь мужчины, который скачет верхом, охотится, играет в теннис и может весь день напролет держать копье или меч. Я отвела взгляд от его губ, заметила, с какой радостной готовностью он смотрит на меня. Его взгляд собрался в одну точку, словно солнечный свет, прошедший сквозь зажигательное стекло. Да, он просто излучает страсть.

– Кожа такая мягкая, – шепчет он, – а ручки крохотные, как я и думал…

Предполагалось, что мы сравниваем длину наших пальцев, и, хотя этот предлог давно исчерпал себя, мы продолжаем сидеть ладонь к ладони, глаза в глаза. Медленно, непреклонно его рука сжимает мою и держит нежно, но крепко.

Анна допела песню и без паузы, не меняя тона, чтобы не разрушить чары, начала другую, но тут вмешалась королева.

– Ваше величество смущает миссис Кэри, – произнесла она со смешком, будто ухаживание мужа за женщиной двадцатью тремя годами моложе могло ее только позабавить. – Ваш друг Уильям не поблагодарит, если его жена по вашей милости начнет лениться. Она обещала подрубить рубашки для монахинь из Духова монастыря, но еще и половины не сделала.

Король отпустил меня и обернулся к жене.

– Уильям меня простит, – отозвался он беспечно.

– Я бы хотела сыграть в карты, – сказала королева. – Присоединитесь ко мне, муженек?

На мгновение я решила – у нее получится, на ее стороне долгие годы привязанности. Король встал, пошел было к королеве, но обернулся. В моем взгляде не было расчета – ну, почти не было. Просто молодая женщина, страстно провожающая мужчину глазами.

– Моей партнершей будет миссис Кэри. Может, пошлете за Джорджем Болейном, тогда сыграем с двумя Болейнами.

– Я предпочитаю Джейн Паркер, – спокойно ответила королева.


– Отлично проделано!

Вечером в нашей спальне Анна причесывалась возле камина. Она склонила голову набок, темные длинные волосы упали на плечо душистым водопадом.

– Трюк с ладонями очень хорош. Чем это таким вы занимались?

– Он сравнивал размер наших рук.

Я заплела косу, надела ночной чепец, завязала белые ленты.

– Когда наши руки соприкоснулись, я почувствовала…

– Что?

– Ожог. Правда. Будто его прикосновение могло обжечь меня.

Анна взглянула с сомнением:

– Что ты имеешь в виду?

Я уже не могла остановиться:

– Я хотела, чтобы он до меня дотронулся. Абсолютно умирала от желания. Хотела его поцеловать.

– Ты хочешь его? – недоверчиво спросила Анна.

Обхватив себя руками, я опустилась на низкий каменный подоконник.

– О боже, да. Я не представляла, что дойду до этого. Да, да!

– Надеюсь, отец с матерью тебя не услышат. Тебе приказали ловко вести игру, а не предаваться мечтам, словно ты – томящаяся от любви дурочка.

– Ты думаешь, он меня не хочет?

– Хочет – сию минуту. А через неделю? Через год?

Тут раздался стук, и Джордж просунул голову в дверь:

– Можно войти?

– Только ненадолго, – нелюбезно отозвалась Анна. – Мы уже ложимся.

– Я тоже собираюсь лечь. Мы пили с отцом, сейчас я иду спать, а утром встану пораньше и на трезвую голову повешусь.

Я едва слушала. Глядя в окно, я вспоминала, как ладонь Генриха касалась моей ладони.

– Что случилось? – спросила Анна.

– Свадьба назначена на будущий год. Завидуете?

– Почему все вступают в брак, кроме меня? – раздраженно спросила Анна. – С Ормондами дело заглохло, а больше никого на примете нет. Мне что, в монахини идти?

– Неплохая мысль, – отозвался Джордж. – А меня они примут?

– Хорошая аббатиса из тебя выйдет! – Я наконец уловила смысл их разговора и со смехом отвернулась от окна.

– Получше некоторых! – весело отозвался Джордж, пытаясь сесть на скамью, но промахнулся и шлепнулся на пол.

– Ты пьян! – укорила я брата.

– И от этого злишься, – добавила Анна.

– Что-то в моей будущей жене просто поражает. Какая-то она, – он искал слово, – протухшая…

– Ерунда, – возразила Анна. – У нее большое приданое и хорошие связи, королева к ней благоволит, отец ее – уважаемый и богатый человек. Чего тебе еще?

– У нее рот как кроличий силок, а глаза одновременно и теплые и холодные.

Анна рассмеялась:

– Поэт!

– Я понимаю, что Джордж имеет в виду. Страстная и скрытная одновременно.

– Просто благоразумная, – возразила Анна.

Джордж покачал головой:

– Холодная и жаркая разом. Сплошные причуды, ничего не разберешь. Собачья жизнь меня ждет.

– Женись, ляг с ней в постель и отправь в деревню, – нетерпеливо возразила Анна. – Ты же мужчина, можешь поступать как захочешь.

Джордж заметно повеселел:

– Сплавлю ее в Хевер!

– Или в Рочфорд-холл. А король обязательно пожалует тебе новое поместье на свадьбу.

Джордж поднес к губам фляжку:

– Кто-нибудь хочет попробовать?

– Давай! – Я пригубила холодное терпкое красное вино.

Анна поджала губы.

– Я иду спать. А ты, Мария, постыдилась бы пить в такое время. – Она откинула одеяла, забралась в постель и подоткнула простыни. – Оба вы слишком беспечны, – изрекла сестра.

Джордж скорчил гримасу:

– Она еще и командует!

– Очень строгая, – прошептала я, изображая почтительность. – Никогда не подумаешь, что полжизни провела при французском дворе и занималась лишь тем, что флиртовала.

– Больше похожа на испанку, чем на француженку, – поддразнил Джордж.

– К тому же незамужняя. Испанская дуэнья.

Анна откинулась на подушку и натянула одеяла:

– Не старайтесь, я все равно не слушаю.

– Кто ее возьмет? – задал вопрос Джордж. – Кому она нужна?

– Кто-нибудь найдется! Младший сын или бедный старый сквайр.

Я передала фляжку Джорджу.

– Вот увидите, – донеслось с кровати, – мой брак будет лучше, чем у вас обоих. И если в ближайшее время дело не сдвинется, я сама что-нибудь придумаю.

Джордж вернул мне фляжку:

– Прикончи ее! Мне уже более чем достаточно.

Большим глотком я допила вино и забралась на кровать со своей стороны:

– Спокойной ночи, Джордж!

– Посижу немного возле огня. У нас, Болейнов, все отлично, не так ли? Я обручен, ты почти затащила короля в постель, а маленькая мадемуазель Совершенство свободна, и весь брачный рынок к ее услугам.

– Да, у нас все отлично.

Я вспомнила настойчивый взгляд голубых глаз короля на своем лице, медленно скользящий от верха моей шляпы до воротника плаща, зарылась в подушку, чтобы никто не услышал, прошептала:

– Генрих. Ваше величество. Любовь моя.


На следующий день неподалеку от Элтама проводился турнир. Усадьбу Фиарсон построил во время предыдущего царствования один из многочисленных придворных, достигших богатства при отце короля. Все они были людьми практичными, а предыдущий король – самым крепким орешком из всех.

Дом был большой, величественный, однако без крепостной стены и рва. Сэр Джон Ловик верил в вечный мир в Англии, поэтому построил дом, не нуждающийся в защите, дом, который невозможно защитить. Вокруг бело-зеленой шахматной доской разбиты сады – белые камни, дорожки и бордюры вокруг клумб, окруженных зеленью травы. Дальше парк, где хозяин охотится на оленей, а между парком и садами ровная зеленая лужайка круглый год ожидает – не захочет ли король устроить турнир.

Шатер для королевы и придворных дам затянут вишнево-красным и белым шелком, хорошо сочетающимся с вишневым платьем королевы. В ярком наряде она выглядит румяной и помолодевшей. Я в зеленом, это платье я надевала во время маскарада на Масленой неделе, когда король впервые обратил на меня внимание. Зеленый оттеняет мои волосы, и они кажутся еще более золотистыми, глаза сияют. Я стояла возле кресла королевы и знала – любой, переводя взгляд с нее на меня, думает: королева – прекрасная дама, но годится мне в матери. А мне только четырнадцать, я готова для любви, готова для страсти, полностью созревшая женщина и в то же время девушка в цвету.

В трех первых сражениях принимали участие придворные невысокого ранга – надеялись, рискуя жизнью, привлечь к себе внимание. Они были достаточно искусны, не говоря уже о паре весьма впечатляющих приемов, а когда один рыцарь сбросил с коня куда более крупного противника, раздались громкие рукоплескания. Победитель спешился и снял в знак благодарности шлем. Стройный, светловолосый, привлекательный. Анна толкнула меня локтем:

– Кто это?

– Всего лишь один из Сеймуров.

Королева повернулась ко мне:

– Миссис Кэри, не сходите ли к шталмейстеру, чтобы узнать, когда скачет мой муж и какого коня он выбрал?

Я повернулась, собираясь выполнить приказание, и поняла, почему меня отсылают, – по лужайке к нашему шатру медленно приближался король. Я сделала реверанс и пошла не торопясь, надеясь, что он заметит, как я медлю около навеса. Вдруг он прервал разговор и ускорил шаг. Его доспехи с золотой насечкой пылают серебром. Кожаные ремни, держащие нагрудник, перчатки – красные, гладкие, как бархат. Он кажется таким высоким – героический полководец давних войн. Металл сверкает на солнце, пришлось даже отступить в тень и прикрыть ладонью глаза.

– Миссис Кэри в ярко-зеленом!

– Вы весь сияете!

– А вы, наверное, ослепительны даже в самом темном наряде!

Я молча смотрела на него. Окажись Анна или Джордж поблизости, они подсказали бы мне подходящий ответ. Но вся моя находчивость исчезла, вытесненная страстью. Незачем говорить, по лицу видно – я полна желания. Король тоже молчал. Так мы и стояли – глаза в глаза, сосредоточенно вопрошая друг друга, читая во взгляде ответную страсть.

– Я должен видеть вас наедине, – сказал наконец король.

Я не стала кокетничать:

– Ваше величество, я не могу.

– Не хотите?

– Не смею.

Он глубоко вдохнул, будто мог ощутить запах желания:

– Вы можете довериться мне.

Я оторвала от него взгляд, отвернулась и, ничего не видя вокруг, повторила бесхитростно:

– Не смею.

Он поднес мою руку к губам и поцеловал. Я ощутила тепло его дыхания и наконец нежное прикосновение усов.

– Мягкие!

Он поднял глаза:

– Мягкие?

– Ваши усы, – объяснила я. – Все думала, какие они при прикосновении.

– Вы думали о моих усах?

У меня загорелись щеки.

– Да.

– Какие от них ощущения при поцелуе?

Я опустила голову, чтобы не видеть сияния его голубых глаз, и незаметно кивнула.

– Вам хотелось, чтобы я вас поцеловал?

Я подняла глаза и сказала в отчаянии:

– Ваше величество, мне пора идти. Королева послала меня с поручением и захочет знать, куда я делась.

– Куда она вас послала?

– К шталмейстеру, чтобы узнать, на какой лошади вы скачете.

– Я сам могу ей это сказать. Зачем вам идти по такому солнцепеку?

– Мне нетрудно исполнить ее просьбу.

Он неодобрительно фыркнул:

– Видит бог, у королевы достаточно слуг, чтобы гонять их взад-вперед. При ней – вся испанская свита, а я с трудом содержу даже маленький двор.

Краем глаза я заметила Анну – она вышла из-за драпировок и застыла, увидев нас с королем так близко друг от друга.

Он мягко отстранился:

– Пойду к королеве – отвечу на все вопросы о лошадях. А вы куда?

– Приду через минуту. Мне нужно прийти в себя, я чувствую… – Я запнулась, не в силах выразить свои ощущения.

Он нежно взглянул на меня:

– Слишком юна для таких игр, Болейн там или не Болейн. Думаю, вам помогают – учат, как попадаться мне на глаза, как поступать.

Я бы призналась в семейном заговоре, если бы не Анна. Стоя в тени шатра, она наблюдала за нами. Пришлось покачать головой:

– Это не игра. – Я отвернулась. Губы задрожали. – Клянусь, для меня это не игра, ваше величество.

Он взял меня за подбородок, повернул к себе.

С ужасом, смешанным с восторгом, я ждала – сейчас он меня поцелует на виду у всех.

– Вы меня боитесь?

Я устояла перед искушением прижаться к его руке.

– Боюсь того, что может случиться.

– Между нами? – Он улыбнулся самоуверенно, – похоже, желанная женщина почти у него в руках. – Ничего плохого не случится, Мария, если вы меня полюбите. Даю слово. Будете моей возлюбленной, моей маленькой королевой.

Я только рот раскрыла.

– Подарите мне свой шарф, чтобы на турнире у меня был ваш залог, – потребовал он.

Я оглянулась по сторонам:

– Только не здесь!

– Тогда передайте через Джорджа. Я не буду носить шарф на виду. Спрячу под нагрудник поближе к сердцу.

Я кивнула.

– Так дадите мне залог?

– Если желаете.

– Еще как желаю.

Отвесив поклон, он повернулся к шатру королевы. Анна исчезла, как добрый дух.

Спустя пару минут я сама отправилась вслед за ними. Встретив вопросительный взгляд королевы, присела в реверансе:

– Ваше величество, я вернулась, потому что увидела – король сам направляется к вам, чтобы ответить на все вопросы.

– Надо было послать слугу, – резко заметил король. – Нечего было гонять миссис Кэри в такую жару по солнцепеку.

Королева помедлила лишь секунду.

– Мне очень жаль. Как неразумно с моей стороны.

– Не передо мной нужно извиняться, – многозначительно произнес король.

Я думала, она заупрямится; Анна рядом со мной вся напряглась, и я поняла – она тоже ждет, что же теперь сделает принцесса Испании и королева Англии.

– Простите, миссис Кэри, если я доставила вам неудобство, – сказала та спокойно.

Жалкая победа. Богато устланный коврами шатер, женщина, годящаяся мне в матери, и я полна сочувствия – ей же так больно. Я даже забыла о короле, остались только мы двое, обреченные стать источником страдания друг для друга.

– Всегда рада служить вам, королева Екатерина, – ответила я, и это было правдой.

Она взглянула на меня, будто читая мои мысли, и повернулась к мужу:

– Лошади готовы к турниру? Вы уверены в себе, ваше величество?

– Сегодня – или я, или Суффолк.

– Вы будете осторожны, сир? Не беда – проиграть такому бойцу, как герцог, но если что-то случится с вами – королевству конец.

Короля не особо обрадовало такое проявление любви и заботы.

– Вы правы – пока у нас нет сына.

Королева вздрогнула, краски сбежали с ее лица.

– Еще есть время, – прошептала она чуть слышно. – У нас еще есть время.

– Не так уж много, – отрезал он. – Мне пора, надо приготовиться.

Он прошел мимо, даже не взглянув на меня. Анна, я и остальные дамы присели в реверансе. Выпрямившись, я заметила – королева глядит на меня не как на соперницу, она снова видит во мне свою маленькую камеристку, всегда готовую услужить. Казалось, она ищет того, кто понимает, как ужасна участь женщины в этом мире мужчин.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13