Филипп Дженкинс.

Войны за Бога. Насилие в Библии



скачать книгу бесплатно

© 2011 by Philip Jenkins.

Published by arrangement with HarperCollins Publishers, Inc. All rights reserved.

© Завалов М.И., перевод на русский язык, 2013

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013

От автора

Я хотел бы поблагодарить коллег и друзей, с которыми мне приходилось обсуждать разные аспекты данной книги или которые давали мне советы. Это такие люди, как Нахман Бен-Иехуда, Кристиан Брэди, Джонатан Брокопп, Барух Гальперн, Пол Харви, Томми Кидд, Гари Кнопперс, Грегг Ребер и Эрик Сейберт. Если на страницах моей книги есть какие-либо ошибки, касающиеся фактов, религии или вероучения, в них не следует винить данных людей. Я также благодарен Гарэту Куку из газеты Boston Globe, с которым я начал говорить об идеях, изложенных в данной книге. Я признателен моему литературному агенту Элиз Чени и моему редактору в издательстве HarperOne Роджеру Фриту. И более всего я хочу поблагодарить мою жену Лиз Дженкинс.

Определения

В основном в этой книге речь пойдет о священных текстах, которые евреи называют словом «Танах» или просто Библией. Христиане считают, что эти книги составляют лишь часть Библии под названием «Ветхий Завет», хотя многим не нравится этот термин, поскольку он косвенно предполагает, что эти тексты каким-то образом устарели или вышли из моды. Поэтому многие авторы предпочитают использовать нейтральный термин «Еврейская Библия», хотя это тоже порождает свои проблемы. Если Ветхий Завет – это Еврейская Библия, значит, Новый Завет можно считать Греческой Библией или Греческим Заветом, но такое употребление слов не отдает должного тому факту, что христиане считают авторитетными обе эти части Писания. Иногда я буду использовать термин «Ветхий Завет», отчасти потому, что в моей работе речь пойдет преимущественно о христианском понимании Писания. Тем не менее, когда я использую этот термин, его мысленно следует брать в кавычки.

Библия, и особенно Ветхий Завет, создавалась на протяжении многих столетий, в ее создании участвовало множество авторов и редакторов. Мало кто из ученых сегодня, например, согласится с тем, что Моисей был автором части или всех книг, которые называют Исход и Второзаконие. Тем не менее многие из авторов, о которых речь пойдет в моей книге, не были знакомы с их выводами, а потому, размышляя о Второзаконии, думали о том, как сам Моисей мог сказать те или иные слова. Поскольку меня здесь в первую очередь интересует, как текст понимали и запоминали, иногда я буду говорить так, как если бы Второзаконие было текстом, написанным Моисеем.

Открыв Коран, мы сталкиваемся с подобными проблемами авторитета и аутентичности. Правоверный мусульманин считает, что этот текст был непосредственно продиктован Богом, а пророк Мухаммед не играл практически никакой роли в его создании или редактировании. И уже только поэтому было бы неправильно начать предложение со слов: «Как говорит пророк Мухаммед в Коране…» Поскольку я не мусульманин, я не верю в то, что этот текст создавал исключительно Бог, и полагаю, что Мухаммед в той или иной мере участвовал в его создании.

Вопрос об авторстве становится еще более сложным в свете некоторых нынешних теорий, согласно которым отчасти Коран обязан своим происхождением другим более древним текстам, как христианским, так и иудейским.

Если это не оговорено в примечаниях, я всегда пользовался переводом Библии King James Version. В отдельных случаях я отдавал предпочтение современному переводу, когда он был понятнее, благозвучнее или точнее.

Введение. Соринка и бревно

С точки зрения практического использования нашего интеллекта забвение играет не менее важную роль, чем запоминание.

Вильям Джемс

Мы знаем, о чем думали террористы-смертники по пути в аэропорты 11 сентября 2001 года. Дрессировщики из Аль-Каиды предписали им размышлять о двух пространных сурах, то есть главах, Корана: о суре Аль-Анфаль («Добыча») и суре Ат-Тауба («Покаяние»). Это мучительные тексты. Бог обещает «бросить в сердца тех, кто склонен отвергать истину, страх», и призывает: «бейте же их по шеям». Бог предписывает своим мусульманским приверженцам убивать неверующих, брать их в плен, нападать на них из засады:

А когда кончатся месяцы запретные, то избивайте многобожников, где их найдете, захватывайте их, осаждайте, устраивайте засаду против них во всяком скрытом месте!

О пророк! Борись с неверными и лицемерами и будь жесток к ним. Их убежище – геенна{1}…

От слова, которое переводится как «борись» в последнем приведенном выше стихе, происходит термин джихад, и позднее сторонники джихада опирались на эти тексты{2}.

Террористы не должны останавливаться перед убийством своих пленников. Как внушили им наставники, сам Бог сказал Мухаммеду, что «пророк не должен хранить у себя пленников, пока он не пропитает землю кровью». Надо совершать все, что можно, ради стремления к священной цели, описанной в суре Аль-Анфаль: «устрашите врага Аллаха и вашего врага»{3}. Быть может, в последние минуты своей жизни террористы находили опору в этих текстах, где сам Бог открыто прославляет акции устрашения и убийство.

Эти же слова вдохновляли и других экстремистов. Когда майор армии США Нидаль Хасан в 2009 году устроил кровавую бойню в Форд-Худе, штат Техас, власти попытались разобраться в том, какая идеология стояла за этим преступлением. Выяснилось, что за два года до бойни Хасан вещал своим изумленным коллегам-немусульманам о требованиях Корана и, в частности, цитировал такой стих из суры Ат-Тауба: «Сражайтесь с теми, кто не верует в Аллаха и в последний день, не запрещает того, что запретил Аллах и Его посланник, и не подчиняется религии истинной – из тех, которым ниспослано писание, пока они не дадут откупа своей рукой, будучи униженными»{4}.



Иные места в Коране могут нас шокировать. В одном стихе звучит такое предостережение: «Воздаяние тех, которые воюют с Аллахом и Его посланником… в том, что они будут убиты или распяты». Другой начинается так: «А когда вы встретите на поле боя тех, которые не уверовали, то – удар мечом по шее». Когда Осама бин Ладен в 1996 году провозгласил о войне против Запада, он процитировал этот стих и другие тексты сур Аль-Анфаль и Ат-Тауба?{5}.

Насилие и Коран

Коранические тексты обладают особой силой по той причине, что правоверные мусульмане видят в Коране священное слово Бога, буквально записанное пророком Мухаммедом. Это одно из главных отличий Корана от Библии. Даже самые твердые фундаменталисты из числа христиан считают, что священные тексты Библии были созданы почтенными историческими героями, такими как пророк Исайя или апостол Павел, а это значит, что какие-то странности текста можно объяснить предрассудками этих людей. Коран не оставляет такой возможности. Для верующего каждое слово этого текста – какой бы ужас ни вызывал тот или иной отрывок у современного человека – исходит непосредственно от Бога{6}.



Западные критики считают, что Коран вдохновляет насилие джихада и глобальный терроризм. Относятся ли эти критики к секулярным консерваторам, христианам евангелического направления или сионистам, защищающим государство Израиль, все они единодушно считают, что Коран содержит призыв к терроризму и пропагандирует ненависть. Каким образом, спрашивают они, огромный мусульманский мир может примириться с современностью, если священное писание, на котором основан ислам, содержит такие глубокие дефекты? На одном из многих антиисламских веб-сайтов появилась статья с такими словами: «Для того чтобы понять, что ислам не есть религия, исходящая от Бога, но опасный культ, в котором ценятся ненависть и насилие, вам достаточно просто прочесть Коран». Христианин евангелического направления Франклин Грэм утверждает, что Коран «проповедует насилие». Голландскому политическому деятелю Герту Вилдерсу было предъявлено обвинение в разжигании ненависти в связи с его фильмом «Фитна», где он требовал запретить Коран, видя в нем современный эквивалент книги Адольфа Гитлера «Майн Кампф». Американские консерваторы Пол Уэйрич и Уильям Линд утверждают, что «ислам, если просто сказать, есть религия войны», и говорят, что мусульманам следовало бы покинуть территорию США. Телепроповедник Пэт Робертсон видит в исламе даже не религию, но «опасную политическую систему, которая стремится к свержению мировых правительств и мировому господству». В 2009 году был проведен опрос среди протестантских пасторов США, и он показал, что 70 процентов из них считает ислам опасной верой. Когда в 2010 году возникли споры вокруг вопроса о создании Мусульманского центра в Нью-Йорке на месте катастрофы 11 сентября, многие говорили о том, как много насилия в Коране{7}.

Эти критики не согласны с тем, что злодеяния экстремистов, таких как члены Аль-Каиды, лишены религиозных корней, или что террористические акты, совершенные во имя ислама, представляют собой извращение этой религии, или что «подлинный» джихад представляет собой только лишь внутреннюю духовную битву. Напротив, говорят эти критики, насилие и терроризм суть закономерные и неизбежные следствия приверженности исламу и влияния его священных текстов. Когда, например, в 2008 году Министерство внутренней безопасности США заявило, что исламисты исказили истинное значение слова «джихад», это вызвало возражения со стороны консервативного критика Эндрю Мак-Карти. Он писал:

В Коране в суре 9:123 (если взять только один пример из многих) говорится: «О вы, которые уверовали! Сражайтесь с теми из неверных, которые близки к вам. И пусть они найдут в вас суровость. И знайте, что Аллах – с богобоязненными!» Что же здесь было «искажено» террористами, как нас хочет уверить Министерство внутренней безопасности? Разве это они выдумали, что ислам повелевает мусульманам «сражаться с теми из неверных, которые близки к вам», чтобы последние «нашли в вас суровость»?

Многие полагают, что Западу угрожает не «радикальный ислам», не «ислам экстремистов» или «исламский фундаментализм», но просто сам ислам в его чистом и простом виде. Мак-Карти пишет: «Неверно говорить, что между массой мусульман и террористами существует «радикальное» расхождение. Это расхождение тонкое и касается лишь деталей»{8}.

Еще убедительнее для критиков звучат слова бывших мусульман, отказавшихся от своей веры, которые утверждают, что ислам насквозь пропитан насилием и нетерпимостью. Так, недавно мир прислушался к предупреждениям Айаан Хирси Али, рожденной в Сомали активистки в сфере защиты прав человека, деятельность которой привела к тому, что в Голландии она опасается за свою жизнь, на которую покушаются исламские экстремисты. Всем известен и Мосаб Хассан Юсеф, сын одного из основателей палестинской группы Хамас, оставивший ислам. На протяжении нескольких лет он исполнял роль двойного агента, работая на израильскую разведку, а затем открыто отказался помогать палестинцам и заявил, что он обратился в христианство. Юсеф безжалостно критикует ислам в целом и особенно его священные тексты, которые, как он утверждает, пропитаны насилием и лицемерием. Хотя он согласен с тем, что обычные мусульмане миролюбивы, он считает, что это объясняется лишь тем, что они игнорируют некоторые крайне опасные ключевые положения своей веры, которые отражены в агрессивных стихах суры Ат-Тауба. Юсеф утверждает, что Коран представляет собой «учебник войны для исламских террористов», что он призывает убивать невинных людей и что поэтому всю эту книгу следует запретить в США и странах свободного мира. Необычная группа под названием «Мусульмане против шариата» предприняла попытку создать новый Коран, откуда будут исключены самые агрессивные и спорные стихи{9}.

Некоторые критики из числа немусульман считают, что отдельные священные тексты ислама так глубоко пропитаны ненавистью, что их следовало бы запретить. В 2008 году еврейские группы из Университета Южной Калифорнии заявили протест против использования Мусульманской студенческой ассоциацией текстов Хадиса, сборника речений, приписываемых пророку Мухаммеду, авторитет которого близок к авторитету самого Корана. Протестующие обратили внимание на то, что на сайте Мусульманской ассоциации размещены резкие слова Хадиса в адрес евреев, и власти университета потребовали убрать эти оскорбительные тексты. Американцы обычно не склонны подвергать цензуре священные тексты любой религии, если только они не содержат прямого призыва к насилию и ненависти{10}.

Заглянем в Библию

Многие западные люди видят в исламе нечто вроде темной тени собственной веры и считают, что слова Корана радикальным образом отличаются от слов священных текстов, которых они сами придерживаются. Как полагают обычные христиане и иудеи, Коран призывает к войне, тогда как Библия говорит о любви, прощении и милосердии. Пророк Михей дал следующее резюме заповедям Бога, данным его народу: «творить справедливость, любить милосердие и смиренно ходить пред Богом». Христиане вспоминают слова распятого Иисуса: «Отче, прости им, ибо не ведают, что творят» {11}, {12}.



Но если говорить о призывах к насилию и кровопролитию, любое поверхностное заявление о том, что Библия здесь стоит гораздо выше Корана, было бы крайне несправедливым: слишком легко увидеть соринку в чужом глазу, не замечая того, что у тебя в глазу бревно. На самом деле в Библии тоже есть тексты про кровь и насилие, которые на протяжении столетий мучили верных читателей и стали привлекать к себе еще больше внимания на фоне нынешних споров о связи религии с насилием. В частности, здесь уместно вспомнить о книге Джона Коллинза «Оправдывает ли Библия насилие?» и книге Эрика Сейберта «Опасное поведение Бога». Тем не менее эти мрачные тексты слишком часто игнорируют, тогда как они заслуживают внимания. Это позволяет христианам и иудеям самоуверенно критиковать Коран как милитаристский манифест, отражающий варварство древних народов{13}.

В Библии можно найти много «текстов террора» (выражение американского богослова Филлис Трайбл), и библейское насилие иногда носит крайне дикий характер. Так, многие любят Псалом, начинающийся словами: «Там, у рек Вавилонских сидели и плакали мы, вспоминая Сион», однако в конце его говорится о блаженстве того, кто разобьет череп вавилонского младенца о камень{14}. Нет сомнений в том, что Коран призывает верных сражаться, но там также говорится о милости к сдавшимся врагам. В некоторых же пугающих библейских отрывках, напротив, содержится призыв к полному уничтожению врагов, всех семей и народов, – мужчин, женщин и детей и даже их скота, чтобы от них не осталось ничего{15}.



Если бы христиане или иудеи захотели найти библейские тексты для оправдания терроризма или этнических чисток, они бы столкнулись лишь с той проблемой, что таких текстов невероятно много{16}. Допустим, кто-то хочет оправдать поведение террориста-смертника. Коран мало что прямо говорит на эту тему, за исключением общих призывов к войне во имя Бога. Зато некоторые библейские отрывки как будто специально созданы для этой цели. Вспомните о герое Самсоне, которого взяли в плен в Газе и ослепили, но он, тем не менее, был готов обрушить здание храма на головы множества своих мучителей:

«Пусть я умру вместе с филистимлянами!» – воскликнул Самсон. Он изо всех сил налег на столбы, и дом обрушился – на филистимских правителей и на всех, кто там был. Самсон, умирая, убил еще больше врагов, чем при жизни!{17}

Можно ли найти текст, который бы лучше оправдывал поведение современных террористов-смертников – в той же Газе или где-то еще?

Более всего кровожадных текстов мы найдем в библейских книгах, повествующих об истории детей Израиля после бегства из Египта, когда они покоряют свою новую территорию – землю Ханаана. Эти события предвещает книга Второзаконие, в которой Бог провозглашает: «Будут пьяны от крови стрелы Мои, будет Мой меч пожирать плоть». Далее следует настоящая оргия милитаризма, порабощения и расовой войны в Книге Иисуса Навина и Книге Судей. Сам Моисей неоднократно высказывает одобрение этой кампании, когда говорит своим последователям, что, придя в Ханаан, они должны уничтожить все народы в местных городах – особенно в тех, что предназначены для евреев{18}. Воюя, они должны следовать правилу херема, когда города подпадают под заклятие. Эти правила требуют, чтобы все живое, что только есть в городе, все дышащее было уничтожено и стало как бы массовым принесением людей в жертву. Бог повелевает: не оказывайте им милости! Иисус Навин, преемник Моисея, показывает, что он хорошо усвоил это повеление. Покорив город Гай, он, повинуясь указанию Бога, забирает себе домашних животных и добычу, а двенадцать тысяч жителей города предает смерти. Разбив в битве и пленив пятерых царей, он убивает военнопленных, вешая или распиная их{19}. Если бы воины Иисуса Навина и бывшие после него судьи совершили подобные действия в современном мире, наблюдатели не задумываясь обвинили бы их в военных преступлениях, если не в геноциде, и сравнивали бы их с печально известными партизанскими армиями в Уганде или Конго{20}.

Более того, Бог Библии жестоко относится к тем, кто не повинуется повелению убивать. Так, в Первой книге Царств Бог призывает царя Саула поразить амалекитян и перебить у них всех мужчин, женщин, детей и домашних животных. Саул не выполняет этого распоряжения, и тогда на него с упреками набрасывается пророк Самуил, который сам убивает и разрубает на части царя амалекитян Агага. Грех Саула заключался в том, что он не был последователен в массовых убийствах, и это нежелание убивать повлекло за собой его собственный крах и падение его династии. Позже, когда его режим уже подходил к концу, он вызвал дух уже умершего Самуила, и пророк заявил, что для Саула нет спасения: «Ты ослушался Господа: не дал гневу Его обрушиться на Амалека, поэтому Господь так и поступает с тобой сегодня»{21}.



Позднейшие попытки понять смысл историй об истреблении ханаанеев и амалекитян напоминают богословские дискуссии о холокосте. Разумеется, исторически это совершенно разные события. Даже если библейские сказания буквально отражают историческую правду, количество убитых здесь ничтожно по сравнению с массовым истреблением евреев и других людей в 1940-х годах. Но в каком-то смысле история покорения Ханаана ставит еще более мучительные вопросы, чем события недавней истории. Размышляя о холокосте, верующие мучительно пытаются понять, почему Бог позволил свершиться всем этим ужасам, тогда как в библейской истории Бог повелел проливать кровь и гневался на тех, кто не спешил ревностно исполнять это приказание. Это не вопрос «Почему с хорошими людьми случаются плохие вещи?», но скорее вопрос «Почему Бог велит своему народу делать нечто ужасное относительно других народов?».

Библейские каноны ненависти

Другие библейские отрывки также рисуют картину враждебного отношения Израиля к своим соседям, причем эта вражда санкционирована Богом. Как для Ветхого Завета, так и для Нового Завета крайне важна история о призвании и создании народа, который обещал хранить завет с Богом. В этот завет входило обещание хранить народ и его Землю обетованную от дурного влияния чужеземцев и от любых компромиссов с чужими богами. Читатели Библии, как иудеи, так и христиане, знакомы с героями – пророками или рядовыми верующими, – которые сражались против иноземных захватчиков и могли послужить примером последующим поколениям и всем тем, кто позже противостоял тиранам. Илия собрал вокруг себя малое число твердых последователей, которые не преклонили колен перед Ваалом; Самсон разрушил храм Дагона; Маккавеи освободили Иерусалим от языческих оккупантов. Люди, пытавшиеся осквернить Землю, остались в памяти народа как ужасные злодеи, чьи имена звучали как ругательства: вспомним о Иезавели или о филистимлянах{22}.



Сегодня гораздо реже вспоминают о других библейских героях, деяния которых с современной точки зрения укладываются в такие категории, как расизм и сегрегация. Если мы захотим выбрать такую библейскую историю, которая сильнее всего шокирует наших современников, может быть, в первую очередь нам стоит вспомнить о Финеесе, о которой большинство нынешних читателей Библии ничего не знает. В начале истории говорится о том, что дети Израиля стали брать в жены моавитянок, так что у двух народов появился общий культ. В ярости Бог велит повесить вождей Израиля под солнцем, чтобы утолить его гнев. Моисей повелевает своим подчиненным убивать всякого из тех, кто взял себе в жены чужестранку или «кому полюбился Ваал Пеорский», а в это время от мора гибнет двадцать четыре тысячи евреев. К счастью, Финеес, внук Аарона, предотвращает дальнейшее развитие катастрофы с помощью убийства смешанной пары: еврея, взявшего в жены мидьянитянку. Удовлетворенный Бог останавливает поветрие и благословляет Финееса с его потомками{23}.

Нынешние американские расисты любят вспоминать о Финеесе. В 1990 году Ричард Келли Хоскинс сделал эту историю основой своего манифеста «Комитет бдительности христианского мира». Хоскинс призывал к созданию воинствующей организации людей белой расы – Священства Финееса, – и с тех пор так себя стал называть ряд маргинальных групп, оправдывая Ветхим Заветом устрашающие нападения на межрасовые пары и на абортарии. До сих пор идут споры о том, был ли таким «священником Финееса» Тимоти Маквей, совершивший теракт в Оклахома-сити; по крайней мере, он был близок к этому движению{24}.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

сообщить о нарушении