Федор Раззаков.

Виктор Тихонов творец «Красной машины». КГБ играет в хоккей



скачать книгу бесплатно

– Уверен, что сегодняшнюю статью про Бориса Александрова вы уже прочитали. Поэтому спрошу прямо: какие выводы пришли в ваши светлые головы?

– Какие могут быть выводы, Николай Кузьмич? – удивился Скурлатов. – Вчера в ЦСКА было собрание, которое приняло решение наказать Александрова дисквалификацией на три игры. Если позволит себе подобное еще раз, будем ставить вопрос о переводе его в дочерний клуб – в СКА МВО.

– Что-то больно мягкое вы выбрали для него наказание, Леонтий Ильич, – не скрывая своего сарказма, встретил это сообщение Кондратьев. – Надо было до конца сезона отстранить этого хулигана от игр, в противном случае его мозги вряд ли успеют встать на место. Вы читали, что написано в статье? Это же форменная шпана, только вместо кепки-малокозырочки на его голове красуется хоккейный шлем.

– Журналист явно сгустил краски, он это делать умеет, – не согласился с мнением чиновника из Спорткомитета генерал-майор. – Александров игрок талантливый, но немного горячий в силу своего молодого возраста. В пылу борьбы не рассчитал свои силы – с кем не бывает? Я думаю, он уже сделал правильные выводы и ничего подобного больше не совершит. Он и вчера на собрании об этом объявил перед всей командой.

Сказав это, Скурлатов перевел взгляд на хозяина кабинета, как бы ища у него поддержки. Корольков, который все это время внимательно следил за перепалкой своих гостей, как будто ждал этого момента. И тут же вступил в разговор:

– Я пригласил вас, друзья, не столько для того, чтобы поговорить об Александрове, сколько обсудить с вами ситуацию, которая складывается сегодня в нашем хоккее. Тревожная, прямо вам скажу, ситуация. Ведь дело не только в одном Александрове, а во многих наших молодых хоккеистах, которые стали слепо копировать самые неприглядные стороны канадского хоккея. Я имею в виду его грубость. Видимо, отдельным нашим игрокам не дает покоя слава Кувалды Шульца, о котором, кстати, совсем недавно так убедительно писал наш еженедельник «Футбол-Хоккей». Надеюсь, вам знакома эта публикация?

По лицам своих собеседников Корольков понял, что об упомянутой заметке они знали не понаслышке. В статье рассказывалось о той волне насилия, которая обрушилась на НХЛ с середины 70-х, а главными зачинщиками этой волны была команда «Филадельфия флайерз», которую сами же канадцы прозвали «бандой убийц». А главным убийцей в ней был упомянутый Дэйв Шульц по прозвищу Кувалда. В одном из своих интервью он честно признался, что предпочитает на льду драться, а не забивать шайбы. В сезоне 1974/1975 Кувалда установил антирекорд НХЛ – заработал 472 минуты штрафного времени. А его команда отличилась тем, что только за один матч набрала 194 штрафные минуты – еще один антирекорд НХЛ. Все это четко вписывалась в тактику, которую выбрал для «Флайерз» их тренер Фред Широ, прямо призывавший своих «головорезов»: «Ребята, чем больше разрушений – тем лучше». Эта тактика запугивания приносила свои плоды. Благодаря ей «Филадельфия флайерз» два года подряд завоевывала Кубок Стэнли, а в январе 1976 года с помощью все той же грубой силы сломила сопротивление ЦСКА на своем поле и победила со счетом 4:1.

В итоге, чтобы не отставать от «Филадельфии», ее тактику грубой силы стали перенимать и другие канадские команды.

Нельзя сказать, что спортивные чиновники в СССР смотрели на эти события отстраненно. Здесь тоже понимали, что рано или поздно эта волна может добраться и до Союза. Поэтому еще в 1971 году было принято решение разрешить советским хоккеистам в первенстве СССР вести силовую борьбу по всей площадке. Однако одно дело силовая борьба в рамках правил и совсем другое дело – грязная игра, грубость. Ее допускать никто не собирался. Но она исподволь начала торить себе дорогу и в советском хоккее, что вызывало неоднозначную реакцию в спортивных верхах. Одни чиновники от спорта считали, что нам надо учиться жесткому хоккею, чтобы уметь противостоять канадцам, другие думали иначе – что силовая борьба не должна превалировать над комбинационной, чем так всегда славился советский хоккей. Собственно, представители двух этих направлений и собрались в кабинете у Королькова.

– Не хотите ли вы сказать, Николай Кузьмич, что Александров примеряет на себя корону Кувалды Шульца? – спросил Скурлатов.

– Есть такое подозрение, Леонтий Ильич, – не скрывая своей озабоченности, ответил Корольков, и добавил: – У вас в ЦСКА в последнее время вообще в этом плане сложилась нездоровая обстановка. А, учитывая, что ваш клуб является флагманом нашего хоккея…

– В каком смысле нездоровая? – не дал договорить председателю Федерации Скурлатов.

– В самом прямом – вы стали самой грубой командой в нашем первенстве. Вот тут мне мои помощники подготовили кое-какие выкладки, которые я хочу вам продемонстрировать, – сказав это, Корольков извлек из ящика стола документ, который положил перед собой и, глядя в то, что там было написано, продолжил: – Здесь приведены данные за последние пять лет, начиная с сезона 1972/973 годов. Эти цифры весьма четко рисуют следующую картину. Если до этого в нашей высшей лиге количество всех штрафных минут, набранных командами за один сезон, едва превышало две тысячи, то уже через два года эта цифра перевалила за три тысячи штрафных минут. При этом за пять минувших сезонов лидером по этим показателям является ЦСКА, который «насидел» на скамейке штрафников более полутора тысяч минут. Далее идут «Крылья Советов», у которых 1400 минут, «Спартак» с чуть меньшим результатом, рижские и столичные динамовцы. Причем рижане умудрились заработать эту цифру за четыре сезона.

– Но причем здесь Борис Александров? – вновь подал голос Скурлатов. – Насколько мне известно, он по своим штрафным минутам никак не тянет на рекорд Кувалды Шульца.

– Да, вы правы, Леонтий Ильич, ваш Борис за пять сезонов «насидел» всего-то 115 минут – в среднем, это около 25 минут за сезон, – согласился с генералом Корольков. – Но у вас есть другой герой, сравнимый с Кувалдой – Владимир Петров. Этот хоккеист единственный, кто на протяжении пяти последних сезонов неизменно входил в десятку самых отъявленных штрафников. За это время он набрал… – председатель Федерации на секунду прервал свою речь, чтобы сверится с точной цифрой, после чего продолжил: – набрал 229 штрафных минут, что в среднем равняется 46 минутам за сезон. Это очень много по нашим меркам.

– Но Петров лучший центральный нападающий ЦСКА и сборной! – снова возразил докладчику Скурлатов. – Он свои штрафные минуты компенсирует голами. В вашем документе эта цифра фигурирует?

– Естественно, вот она: Петров за пять сезонов забил 116 шайб. Но речь-то идет о другом. О том, какой пример подает Петров молодым хоккеистам – тому же Александрову. А это дурной пример.

– Это все демагогия, Николай Кузьмич, – не скрывая своего раздражения, воскликнул Скурлатов. – Когда в прошлом году Петрова не взяли на чемпионат мира в Катовице, мы проиграли турнир, уступив даже полякам. Он тот самый вожак, который ведет за собой всю команду.

– Совершенно верно, Леонтий Ильич, – в разговор вступил Кондратьев, который все это время с интересом следил за дискуссией. – Ваш Петров действительно возомнил себя не то вожаком, не то полубогом, но возникает вопрос: в правильном ли направлении он ведет свою, так сказать, стаю? Если мне не изменяет память, когда три года назад вы в финальном матче первенства страны встречались с «Крылышками», Петров заявил самому Анатолию Владимировичу Тарасову, что тот ни черта не понимает в хоккее и отказался выходить на лед в третьем периоде. Прямо на глазах у всей команды переоделся в гражданскую одежду и не стал продолжать игру. Вы тогда, кажется, проиграли 4:6 и упустили золотые медали. Разве настоящие вожаки так поступают? Вы там в ЦСКА совершенно распустили отдельных хоккеистов, что вам и пытается втолковать Николай Кузьмич.

– А взять, к примеру, матч годичной давности в Лужниках между ЦСКА и «Химиком», – поддержал Кондратьева хозяин кабинета. – Там уже отличился не только один Петров, заработавший сразу два двухминутных штрафа за грубые пререкания с судьей, но и другой ветеран – Владимир Викулов. Его дважды удаляли на пять минут за недостойное поведение. Глядя на них, не отставала и ваша молодежь – тот же Александров и Жлуктов, партнеры Викулова по звену, которых судьи тоже наградили штрафами. Об этом безобразном поведении даже написала наша печать. Кстати, именно после этого скандала Петрова и Александрова не вызвали на сборы в Новогорск, где наша сборная готовилась к чемпионату мира в Катовице.

– Вы хотите, чтобы они и в этом году пропустили мировое первенство? – искренне возмутился Скурлатов. – В тот самый год, когда на кону наше возможное второе подряд поражение на этом престижном турнире? Когда там впервые будут играть канадские профессионалы? Да вы с ума сошли!

– Леонтий Ильич, я бы попросил вас выбирать выражения, – жестко отреагировал на этот демарш председатель Федерации.

– Да какие, к черту, могут быть у меня выражения, когда вы хотите угробить наш хоккей. Вы будто тот страус, который зарывает свою голову в песок. Вы что не видите, куда все движется? Силовая борьба в хоккее занимает все больше места и вместо того, чтобы учить наших хоккеистов этому компоненту игры, вы собираетесь бить по рукам именно тем игрокам, кто умеет это делать.

– Мы не против силовой игры, мы против откровенной грубости, – подал голос Кондратьев. – Вы забываете, в какой стране мы живем – в социалистической. Мы строим гуманистическое общество, где спорт должен воспитывать гармонично развитого человека – как духовно, так и физически. А какая может быть гармония, когда спорт превращается в бой гладиаторов. На таких боях звереют все – как спортсмены, так и зрители.

– Но мы не сможем жить в вакууме, поскольку мир стремительно меняется, – Скурлатов повернулся к оппоненту, всем телом подавшись вперед. – Надо уметь приспосабливаться. Я тоже против боев гладиаторов, но если нам будут навязывать игру на грани фола, мы должны адекватно на это реагировать. Петров, Александров, Гусев, Васильев, Цыганков или тот же Коротков из «Спартака» – все они не боятся вести силовую борьбу и, если надо, могут и в зубы дать, защищая честь своей страны.

– Увы, но пока они дают в зубы своим же коллегам-соотечественникам из других команд, – вновь вступил в разговор Корольков.

– Наговариваете вы на нас, Николай Кузьмич, – продолжал защищаться Скурлатов. – Два года назад ЦСКА, действительно, был в лидерах по нарушениям – набрал 405 минут штрафного времени, обогнав все команды. Но последние два года в лидерах по штрафным минутам ходят другие команды – «Крылья Советов», рижское «Динамо».

– Но последний-то вопиющий случай произошел именно с хоккеистом вашего клуба, а вы его так яростно защищаете, – вновь напомнил генералу историю с Александровым Кондратьев.

– Вы, Павел Сергеевич, тоже не без греха, – Скурлатов опять повернулся к Кондратьеву. – Вспомните, как осенью 73-го Спорткомитет защищал Вячеслава Анисина и Александра Бодунова, которые вляпались в грязную историю в Саратове. «Крылышки» тогда проводили товарищеские матчи с местным «Кристаллом», но что получилось? Гости устроили настоящее побоище на льду, когда поняли, что первую игру им не спасти – саратовцы вели, кажется, 7:0. А перед следующим матчем Анисин был задержан перед стадионом в пьяном виде и препровожден в отделение милиции. Вы же сами, Николай Кузьмич, ходатайствовали перед Спорткомитетом, чтобы Анисина лишили звания заслуженного мастера спорта, а Бодунова – мастера спорта международного класса. Но товарищ Игнатов и его коллеги эту идею не поддержали. А сегодня вы почему-то стали кровожадными и жаждете крови Бориса Александрова. Почему? Не потому ли, что он защищает цвета ЦСКА?

– Оставьте ваши подозрения при себе, – возмущенно отреагировал Кондратьев. – А что касается Анисина и Бодунова, то мы дали им возможность исправиться, что они всем и продемонстрировали: стали в следующем сезоне чемпионами страны, а также чемпионами мира и Европы. Оба в «Крылышках» стали лучшими бомбардирами, забив каждый порядка двадцати шайб. И на скамейке штрафников почти не появлялись.

– Тогда почему вы не хотите предоставить такую же возможность Александрову?

– Потому что это совершенно другой случай. Там болезнь зашла слишком далеко, причем виной этому тот микроклимат в ЦСКА, о котором правильно сказал Николай Кузьмич. Вам надо задуматься над тем, как этот микроклимат изменить, а вы нам рассказываете о тенденциях в мировом хоккее. Запомните, никогда наш хоккей не пойдет на поводу у канадского. Наоборот, это он будет двигаться в русле советского хоккея с его красивой комбинационной игрой. И вашему Александрову, который является приверженцем канадского стиля, никогда не получится ужиться в нашем хоккее. Он его попросту отторгнет.

– Пока я вижу, что Александрова отторгает не наш хоккей, а конкретные люди им руководящие, – сказав это, Скурлатов отвернулся от собеседника, тем самым показывая, что спорить дальше на эту тему он не намерен.

Однако последнее слово должно было остаться за хозяином кабинета, который и затеял весь этот разговор. И Корольков свое слово сказал:

– Федерация хоккея будет выходить с предложением собрать расширенное совещание с участием Спорткомитета и руководителей клубов с тем, чтобы обсудить проблему грубости в нашем хоккее. Сегодняшняя дискуссия в очередной раз убедила меня в том, что такое совещание нам необходимо. Поэтому попрошу довести это сообщение до сведения своих подчиненных. Всего вам хорошего.

9 февраля 1977 года, среда, аэропорт «Домодедово»

Всю дорогу до аэропорта Красовский гадал, зачем Александрову понадобилось ехать в «Домодедово». В итоге самое путное, что ему пришло в голову – хоккеист либо собрался кого-то встречать, либо, наоборот, провожать. На самом деле все было не так – Александров выступал в роли… отъезжающего, вернее, вылетающего. Отстраненный на три календарные игры, хоккеист решил сменить обстановку – съездить на родину, в Усть-Каменогорск, навестить мать и своих друзей, с которыми когда-то играл в местном «Торпедо». Когда он обратился с этой просьбой к тренеру ЦСКА Константину Локтеву, тот поначалу удивился:

– У тебя же жена вот-вот должна родить?

– Должна, – согласился хоккеист. – Но там за ней ее родители присматривают, а у меня на родине мать одна осталась. Да и развеяться мне надо после того, что случилось.

– Ну, если так – езжай, – развел руками тренер и отпустил хоккеиста из команды. Он, как никто понимал, что в той ситуации, в какую угодил его подопечный, смена обстановки пойдет ему только во благо.

Александров без проблем добрался до аэропорта и выяснил, что ближайший рейс до Усть-Каменогорска будет через три часа. Купив в кассе билет, он приобрел в киоске «Союзпечать» газету «Советский спорт» и сел на лавочку, надеясь скоротать здесь время до начала регистрации на рейс. Но едва он развернул газету, как его взгляд тут же наткнулся на статью под броским заголовком «Удар в спину». Едва пробежав глазами первые строчки этой публикации, Александров понял – это про него. Открывалась статья с тех самых слов, что он вчера слышал на собрании в Архангельском – про довоенную московскую шпану в кепках-малокозырочках, которая давно должна была почить в бозе, однако, по мнению автора статьи, перекочевала под своды Дворца спорта в Лужниках в виде хоккеиста Бориса Александрова. А ведь как хорошо когда-то все начиналось…

Ретроспекция. Июль 1973 года, Архангельское, база ЦСКА

Александрова привез из Усть-Каменогорска Анатолий Фирсов, который был помощником Анатолия Тарасова. Когда они приехали на базу ЦСКА, вся команда сидела в холле и смотрела телевизор. Шел фильм «Кавказская пленница». Но когда на пороге базы появились Фирсов и Александров, головы всех игроков повернулись в их сторону.

– А это что за шибздик? – вырвалось у кого-то из игроков при виде новичка.

Александров и в самом деле выглядел как ребенок – небольшого росточка, щуплый. А тут еще он инстинктивно съежился, увидев такое скопление звезд в одном месте, что и вовсе стал похож на карлика. Короче, встреча получилась не самая радостная.

– Это не шибздик, а ваш новый товарищ – Борис Александров. Прошу любить и жаловать, – представил новичка команде Фирсов.

Сказав это, он ушел докладываться Тарасову, а Александров так и остался стоять посреди холла. Так бы он и стоял до конца фильма, если бы не Харламов, который подошел к нему и, протянув ладонь для приветствия, сказал:

– Ну, давай, знакомиться, Борис.

После чего повел Александрова к своему месту у телевизора.

– Ты, Валера, никак шефство берешь над этим шибздиком? – не унимался все тот же игрок, который первым отреагировал на появление новичка.

– А ты забыл, каким я был десять лет назад – таким же шибздиком. Меня Тарасов даже в Чебаркуль сослал, – усаживая Александрова на стул, ответил Харламов.

– Ты хочешь сказать, что это шибздик будет вторым Харламовым?

– Может, даже первым, – парировал заступник новичка.

– Да его завтра на тренировке любой из наших защитников по бортику как масло по хлебу размажет.

– Вот завтра и посмотрим.

– Правильно, Валерий, – в холле появился старший тренер ЦСКА Анатолий Тарасов собственной персоной. – Завтрашняя тренировка нам и покажет, кто здесь шибздик, а кто настоящий хоккеист. Досматриваем фильм и отбой. Завтра с утра все должны быть свеженькими, как огурчики.

На утренней тренировке вся команда уже вышла на лед, а Александров все еще переодевался. Новая форма под номером 23, которую ему выдали, была ему слегка великовата, вот он и задержался, пытаясь приладить ее под свою фигуру. В этот миг в раздевалку вошел Тарасов.

– Вы чего это, молодой человек, форму на себе приглаживаете, как будто барышня перед зеркалом? – грозно насупив брови, спросил тренер. – Это хоккейный ЦСКА, а не женская команда по фигурному катанию. А ну-ка марш на лед!

Схватив клюшку, Александров засеменил к выходу. Но у дверей Тарасов его перехватил – взял за локоть и уже другим тоном, более мягким, произнес:

– Ты, мальчик, не волнуйся и покажи этим зазнайкам, что ты умеешь. И, главное, никого не бойся.

Когда Александров выкатился на лед, вся команда, совершавшая разминочное катание, остановилась и уставилась на новичка.

– Мальчик, ты не ошибся – здесь не «Золотая шайба», здесь взрослые дяди катаются, – опять сострил все тот же игрок, который шутил вчера в холле.

– Вот, Владимир, ты и докажи, что здесь не дети, а дяди тренируются, – подал голос Тарасов. – Владик на ворота, Владимир в защиту, а наш новичок покажет нам, на что он способен.

После этого вся команда отъехала к бортику, предвкушая увлекательное зрелище – как их рослый защитник размажет по бортику этого новичка-шибздика. Александров выкатился на центр, куда ему выбросили шайбу и стал ждать свистка Тарасова, чтобы начать штурм ворот. Его била нервная дрожь, чему он был немало удивлен – ничего подобного с ним еще не бывало. Впрочем, повод для такого особенного состояния сегодня все-таки был.

Наконец раздалась трель тренерского свистка, и Александров, ударом крюка пробросив себе на ход шайбу, двинулся к воротам. Защитник стоял у синей линии не шелохнувшись и молча наблюдал за тем, как к нему приближается новичок. А когда расстояние между ними сократилось до двух метров, защитник резко рванул вперед и ловким ударом клюшки выбил шайбу из-под крюка Александрова, после чего пригнулся, развернул корпус вполоборота и поймал новичка на силовой прием. Перелетев через спину защитника, тот рухнул на лед, выпустив из рук клюшку. Этот кульбит большинство игроков ЦСКА встретило дружным смехом и улюлюканьем.

Поднявшись на ноги, Александров подобрал клюшку и покатился к дверце бортика, полагая, что после такого позора места в команде ему уже никто не предоставит.

– Молодой человек, разве я вас отпускал? – услышал новичок грозный окрик Тарасова. – А ну-ка, подъедте ко мне.

Александров повиновался. Едва он оказался рядом с тренером, тот наклонился к нему и, сменив свой грозный тон на более ласковый, сказал:

– Дурачок, ты чего лезешь напролом? Это же один из лучших наших защитников, его так не переиграешь. Ты его хитростью возьми. Разве тебя в Усть-Каменогорске этому не учили? Вот и докажи, что вы там не балетом занимаетесь, а в настоящий хоккей играете.

Упоминание родного города мгновенно преобразило Александрова. Даже мелкая дрожь, которая била его все это время, куда-то улетучилась. Ему вдруг стало так легко, как обычно бывало в те моменты, когда надо было решить судьбу матча всего лишь одним точным броском. В такие мгновения к нему приходила фантастическая концентрация, когда он отсекал от себя все постороннее на льду, оставляя в поле зрения лишь шайбу и ворота противника. Расправив плечи, Александров поехал к центру поля. Теперь в его движениях чувствовалась уверенность, а в глазах появилась настоящая спортивная злость. Он решил биться насмерть и, если и проиграть, то не с таким позором, после которого худая молва о хоккейном Усть-Каменогорске разнеслась бы по всей Москве.

Снова раздалась трель тарасовского свистка, и Александров толкнул шайбу впереди себя. Защитник замер на том же месте, что и раньше, видимо, надеясь проделать с новичком тот же трюк. Во всей его позе чувствовалась этакая вальяжность. Но в этот раз все вышло по-другому. Не добежав до защитника двух метров, Александров совершил резкий маневр вправо, на который его противник мгновенно отреагировал таким же движением в том же направлении. Однако в долю секунды Александров сменил ход атаки и сделал рывок в обратную сторону, ловко пробросив шайбу себе между ног и поймав ее на другом конце фланга, чтобы обогнуть защитника с левого бока. Тот увидел этот маневр и перестроил корпус в правую сторону, пытаясь клюшкой дотянуться до шайбы. Но в этот миг Александров снова сместил корпус вправо, а шайбу неуловимым движением крюка послал под левый конек, чтобы в следующее мгновение тот снова переправил ее ему точно на крюк. Все происходило так стремительно, что времени на правильную реакцию у защитника не осталось и он, пытаясь перестроиться слева направо, вдруг засеменил коньками, споткнулся и… рухнул спиной на лед. После этого дорога к воротам оказалась открытой. Александров, не сбавляя скорости, сблизился с вратарем и, сделав несколько обманных финтов крюком, точно послал шайбу в незащищенный ловушкой правый угол. Сделать это ему было нетрудно, поскольку клюшку он держал непривычным для вратаря правым хватом.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63