Федор Раззаков.

Виктор Тихонов творец «Красной машины». КГБ играет в хоккей



скачать книгу бесплатно

Поскольку игра у Александрова получилась невзрачной, больше его на игры чемпионата Тарасов не выпускал, «маринуя» на скамейке запасных и сдирая по десять шкур на тренировках. Совсем иная ситуация была в молодежной сборной, куда Бориса вызвали той же осенью ее тренеры Юрий Морозов и Евгений Майоров – там Александров выступал полноценно сначала в тройке с ленинградским армейцем Борисом Чучиным и Виктором Вахрушевым из «Крыльев Советов», а затем в одном звене со своими одноклубниками из ЦСКА Владимиром Гостюжевым и Виктором Жлуктовым. С ними он и отправился в Финляндию, где сборникам предстояло провести несколько товарищеских игр с молодежной сборной этой страны в городах Пори и Вааса. Это были матчи в преддверии молодежного чемпионата мира, который должен был состояться в январе 1974 года в Ленинграде. Все встречи в Финляндии закончились победой советских хоккеистов, причем Александров картины не испортил – забил несколько голов.

Но больше всего Бориса впечатлили не матчи (они дались советским хоккеистам легко и громили они хозяев со счетом 9:1 и 11:1), а сама атмосфера той поездки, во время которой он открыл для себя много нового. А началось все еще в аэропорту, когда в глаза Александрову (впрочем, как и его товарищам) бросилась следующая деталь. В то время как у хоккеистов были спортивные сумки, у администратора, врача и массажиста в руках были вместительные чемоданы, которые они несли так, будто они пустые. Заметив его удивленный взгляд, один из игроков – Виктор Хатулев из рижского «Динамо» – улыбнулся и сказал:

– Догадываешься, почему они у них пустые? Чтобы на обратном пути быть полными.

– А ты откуда знаешь? – поинтересовался Александров.

– У нас в «Динамо» такое тоже практикуется. Пару месяцев назад я точно такую же картину видел, когда мы ездили на игры в Швецию. Наши «старички» взяли с собой пустые чемоданы, а оттуда привезли доверху набитые бельем и сувенирами. Да еще и аппаратуру прихватили.

– Это на какие же шиши? – продолжал удивляться Александров.

– А ты думаешь что «старичкам» выдавали по 250 крон, как и нам, сопливым? У них помимо этих денег еще было припасено – тысяч по пять на рыло. Так что мотай на ус, Борька, пригодится в будущем.

В самолете, когда они летели в Финляндию, Александров и Хатулев сели рядом. И Борис сообщил своему собеседнику новость, которая его удивила:

– Я ведь должен был к вам в Ригу попасть – меня Тихонов еще в Усть-Каменогорске приметил. Но Фирсов перехватил.

– А ты, я вижу, жалеешь об этом?

– Да нет, в ЦСКА ведь все мечтают играть.

– А я вот не мечтаю. Как говорится, где родился, там и пригодился. А родился я в Риге.

– А с тренером у тебя какие отношения?

– Нормальные, – улыбнулся Хатулев. – Во всяком случае, пока. Знаешь, как о нем у нас говорят? «Тихонов захватил в Риге все, кроме телеграфа». Он любые двери ногой открывает. Постоянно возит команду за кордон по нескольку раз в год. Чтобы ребята не только там играли, но и шмотки привозили.

У нас и так зарплата по 500 рублей на игрока, а вместе с такими поездками и вовсе по несколько тысяч получается. Чем не жизнь? К тому же Рига – это почти Европа. А ваша Москва – большая деревня. Никогда туда не хотел.

На вторые сутки пребывания в Финляндии всю команду собрали в одном из гостиничных номеров. Собрал Николай Иванович – сопровождающий из КГБ. Он был весьма краток:

– Сегодня вам выдадут причитающиеся за поездку деньги – 300 финских марок. Весьма приличная сумма, чтобы купить себе подарков. Но отоварить марки вы можете только в городских магазинах. В посольский лучше не заходить – себе дороже. Все понятно?

– Конечно, не первый год замужем, – сострил Хатулев.

Деньги выдавал администратор команды в своем номере, куда каждый из хоккеистов заходил по одному. Вручая причитающуюся сумму Александрову, администратор спросил:

– На что потратишь уже решил?

– Пока еще нет. Но думаю «вертушку» себе купить – диски слушать.

– А у тебя дома что – проигрывателя нет? – поинтересовался администратор.

– Есть, «Электроника-Б».

– Вот ее и слушай. А здесь у тебя денег не хватит на хорошую вертушку. А вот на куртку или джинсы – вполне. Но ты не горюй – это же первая твоя поездка. Потом, когда заматереешь, будут у тебя и проигрыватели и магнитофоны с транзисторами.

Когда чуть позже Александров рассказал об этом разговоре Хатулеву, тот заметил:

– Администратор дело говорит – на 300 марок особенно не разгуляешься. Сам-то он тысяч пять с собой привез и уже половину чемодана набил. Да еще магнитофон купил – «Панасоник». Я сам видел – тычет в магазине пальцем в аппарат: дескать, заверните. Значит, сегодня будем музыку слушать – аппаратуру ведь опробовать надо, вдруг бракованная.

Так и вышло – вечером сразу из нескольких номеров доносилась музыка: счастливые покупатели импортной аппаратуры проверяли ее на качество. Однако массажисту не повезло. Он нарушил приказ, данный контрразведчиком Николаем Ивановичем – ничего не покупать в посольском магазине. У массажиста остались деньги и он, когда команда приехала в Хельсинки, чтобы оттуда затем вылететь в Москву, «отоварился» в посольском магазине почти на тысячу финских марок. В итоге в Шереметьево его «повязали» – заставили писать объяснительную. А потом сделали невыездным – перестали выпускать за границу за то, что нарушил приказ, исходящий из уст сотрудника КГБ.

Из той поездки Александров привез себе модную финскую куртку на меху, джинсы, пару батников, а также диск новой шведской поп-группы, которую ему посоветовала купить продавщица в магазине грампластинок, расположенном рядом с портом в Пори. Название у группы было странное – оно состояло из четырех заглавных букв, две из которых повторялись – «АББА». Спустя полгода после поездки Александрова в Финляндию имя этого квартета услышал весь мир – они победили на конкурсе «Евровидения». И диск Александрова сразу взлетел в цене.

11 февраля 1977 года, пятница, возле киностудии «Мосфильм»

Вспоминая перипетии той поездки, Александров медленно прохаживался мимо «Мерседеса» и гадал, кто выйдет первым: его приятель Лешка Шлемов или хозяин этой крутой тачки. Судьбе было угодно, чтобы выпал второй вариант.

Спустя пять минут, когда хоккеист снова поравнялся с «Мерседесом», он заметил возле него мужчину в расстегнутой импортной дубленке и с гитарой, спрятанной в футляр. Бросив музыкальный инструмент на заднее сиденье автомобиля, мужчина достал из кармана пачку сигарет и закурил. В следующий миг он повернулся лицом к Александрову и тот узнал в нем самого… Владимира Высоцкого.

– Владимир Семенович! – вырвался из уст хоккеиста радостный возглас.

Высоцкий пристально взглянул на человека, который его окликнул и… его лицо расплылось в широкой улыбке:

– Борис, каким судьбами?

Дело в том, что год назад бард выступал с концертом перед игроками ЦСКА, начав свое выступление с песни «Профессионалы», посвятив ее победе армейцев в Суперсерии-75/76, где весь мир впервые широко узнал имя Бориса Александрова. Он тогда в дебютном матче серии против «Нью-Йорк Рейнджерс» забил первый гол армейцев, а всего на его счету в четырех встречах было три гола и одна голевая передача. Именно тогда он и познакомился с Высоцким.

– Друга жду – актера Лешу Шлемова, – ответил хоккеист, пожимая руку музыканту.

– А я песни показывал к фильму, – сообщил Высоцкий.

– К какому? – поинтересовался Александров.

– Режиссер Вайншток собирается снимать очередной вестерн по-советски, на этот раз по Брету Гарту, и попросил сделать несколько песен. Я написал целых шесть. Но, думаю, получится как и раньше – оставят только полторы.

– Может, все-таки все возьмут?

– Все еще ни разу не брали, – засмеялся Высоцкий. – А были случаи, когда вообще все выкидывали. Вон, например, Сашка Митта обе мои песни из фильма выбросил. Он сейчас в кинотеатрах идет – «Арап Петра Великого» называется. Не видел?

– Пока нет, не до этого, – развел руками Александров.

– Ах, да, у тебя же неприятности, – лицо барда стало серьезным. – Читал в «Советском спорте». И знаешь что скажу? Забей на всех! Меня в свое время тоже в газетах песочили по самое не хочу. Но я сдюжил. И ты должен. Подожди-ка…

Высоцкий открыл заднюю дверцу своего автомобиля и достал оттуда зачехленную гитару. Проворно расстегнув молнию, бард извлек на свет музыкальный инструмент и, вручив чехол хоккеисту, провел пальцами по струнам.

– Среди песен к вестерну есть одна – называется «Расскажи, дорогой». Всю петь не буду, но кусочек исполню, чтобы ты не вешал носа.

Сказав это, Высоцкий ударил по струнам и запел:

 
А беду, черт возьми,
Ты запей, задыми —
И еще раз попробуй садись на коня!
Хоть на миг, на чуть-чуть
Ты ее позабудь, —
Обними, если хочешь меня!..
 

– Спасибо, Владимир Семенович, – поблагодарил барда за сочувствие Александров. – Я так и сделаю: запью, задымлю свою беду. Может, и вы с нами?

– А вы куда собрались?

– В ресторан на аэровокзале. Знаете такой?

– Ты лучше спроси, каких кабаков я в Москве не знаю, – лицо Высоцкого снова расплылось в широкой улыбке. – Но, увы, не могу – я в завязке. К тому же на днях в Париж улетаю – у меня там сразу два диска выходят. Как вернусь, сделаю тебе, Борис, подарок. Лады?

И Высоцкий первым протянул хоккеисту свою раскрытую для прощания ладонь.

12 февраля 1977 года, суббота, Москва, Ленинградский проспект, у входа во Дворец спорта ЦСКА

Выйдя утром из подъезда 12-этажного дома номер пять по Чапаевскому переулку, где он проживал (рядом с метро «Сокол»), Борис Александров подошел к своим оранжевым «Жигулям», открыл заднюю дверцу и бросил на сиденье спортивную сумку. Ему предстоял путь до базы ЦСКА в Архангельском, где команда готовилась к важному международному матчу в рамках турнира Дружественных армий – с румынским клубом «Стяуа». И хотя Александров не был уверен, что Локтев выпустит его на лед, однако присутствие хоккеиста на предматчевом сборе было обязательным.

Не успел Александров взяться за ручку дверцы своего автомобиля, как сзади его окликнули. Хоккеист обернулся, и увидел рядом с собой молодого человека спортивного телосложения, с густой шевелюрой.

– Долго же вы спите, Борис, – обратился к Александрову незнакомец. – Видимо, вечер накануне выдался тяжелым.

– Вы кто такой, чтобы лезть в мои личные дела? – спросил хоккеист.

– Забыл представиться: журналист газеты «Ленинский призыв» Егор Красовский.

Услышав, с кем он имеет дело, Александров сообщил:

– Я интервью не даю.

И снова взялся за ручку автомобиля. Но был остановлен новой репликой журналиста:

– Вам имя Анжела ни о чем не говорит? Этакая белокурая красавица с вздернутым носиком.

– Ты ее знаешь? – хоккеист снова повернулся к журналисту.

– Мы уже на ты? – удивился Красовский, но тут же продолжил: – Впрочем, это даже к лучшему. А Анжелу я действительно имею честь знать.

– И в курсе, где она живет, работает?

– А разве она не оставила тебе своих координат? – удивился Егор.

– Не успела, – коротко ответил хоккеист.

– Понимаю, видно было не до этого. Но я готов помочь разыскать ее, если ты, в свою очередь, согласишься ответить на ряд моих вопросов.

– Я же ясно сказал, что интервью не даю, – напомнил Александров.

– Даже ради белокурой красавицы?

– Ты собираешься меня шантажировать? – в голосе хоккеиста ясно послышались угрожающие нотки.

– Боже упаси, это просто равноценный обмен: я тебе координаты Анжелы, а ты мне – небольшое интервью.

– Ты, видимо, глухой, если не расслышал с первого раза? А адрес Анжелы я и без тебя, надо будет, узнаю.

Сказав это, Александров наконец распахнул дверцу своей «трешки», тем самым показывая, что разговор окончен. Но услышал неожиданное:

– Это я послал с тобой Анжелу, чтобы она втерлась к тебе в доверие и выведала кое-какие факты из твоей биографии.

Александров, уже собравшийся сесть в автомобиль, снова повернулся к журналисту.

– И зачем ты мне это рассказываешь?

– Чтобы у тебя не было никаких иллюзий по поводу этой особы. Она ведь та еще штучка.

– А мне сдается, что штучка не она, а, скорее, ты, если посылаешь девчонку шпионить, а потом с легкой душой ее сдаешь. Некрасиво.

– И это мне говорит герой заметки «Удар в спину»? – по губам журналиста пробежала издевательская ухмылка.

Александров сделал короткий шаг вперед, после чего задал неожиданный вопрос:

– Ты знаешь, как меня называют в команде?

Застигнутый врасплох этим вопросом, Егор в ответ пожал плечами.

– Кассиусом Клеем, – сообщил Александтров. – Догадываешься почему?

И, не дожидаясь ответа, нанес журналисту короткий хук слева, поскольку был левшой. Не издав ни единого звука, журналист рухнул на землю. Пока он приходил в себя от этого нокаута, Александров сел в свой автомобиль и умчался восвояси.

12 февраля 1977 года, суббота, Москва, Дворец спорта в Лужниках, матч ЦСКА – «Стяуа»

На предматчевой установке, называя состав команды на игру, Константин Локтев не упомянул в числе игроков имени Бориса Александрова. Поэтому он не стал переодеваться в хоккейную форму и занял место на трибуне – прямо за скамейкой запасных ЦСКА. В это время трибуны Дворца спорта начали заполняться болельщиками, причем на матче был аншлаг – все пришедшие понимали, что их ожидает интересное зрелище, даже с учетом того, что клуб из Румынии не входил в число сильнейших.

Анжела примчалась на матч, когда он уже начался, но табло счет был еще ничейный – 0:0. Ее место было на верхнем ярусе боковой трибуны, на противоположной стороне от скамеек, где сидели запасные игроки. Добравшись через частокол ног до своего места, девушка опустилась на сиденье и тут же задала вопрос своему соседу справа – молодому парню, на груди которого красовался значок с символикой «Спартака». Видимо, молодой человек пришел на этот матч, чтобы поболеть за румынскую команду.

– Борис Александров играет?

На что парень ответил:

– Не поставили вашего Александрова сегодня на игру.

– Да вы что? Как же мне его увидеть? – все еще тяжело дыша, поинтересовалась Анжела.

Ответ последовал незамедлительно:

– В перерыве спуститесь вниз и купите под трибунами фотографию команды ЦСКА. Стоит всего рубль, но зато увидите на ней своего Александрова. Чтоб ему пусто было!

Последняя фраза задела девушку.

– А что он вам такого сделал, что вы ему зла желаете?

– Он наш хоккей позорит! – ответил парень, после чего спросил: – А вы вообще кто такая, что этого грубияна защищаете? Жена, подруга или рядовая фанатка?

В это время в их спор вмешался другой сосед Анжелы – тот, что сидел слева от нее. Он слышал весь разговор и сделал собственный вывод:

– Жены или подруги так далеко от своих хахалей на стадионе не сидят.

И добавил, толкнув девушку локтем в бок:

– Вон ваш Александров – сидит за армейской скамейкой запасных.

И парень указал пальцем направление, куда надо было смотреть. Приглядевшись, Анжела и в самом деле узнала в одном из мужчин Бориса Александрова. Тот сидел и молча наблюдал за игрой.

– А как к нему попасть?» – поинтересовалась девушка у соседа слева. Но тот тоже оказался шутником, как и первый парень:

– А вы спуститесь вниз и прямо через хоккейное поле пройдите к своему Александрову.

– Очень остроумно, – голосом, полным сарказма, отреагировала на эту шутку Анжела. После чего резко встала и начала пробираться обратно к выходу.

Она выскочила в подтрибунный коридор и побежала направо, прикидывая в уме, где должен быть вход на трибуну, где сидел Александров. В эту самую минуту раздался мощный гул, донесшийся с ледовой арены – судя по всему, одна из команд забила гол в ворота соперников.

Спустя пару минут девушка, наконец, нашла нужный вход и снова оказалась внутри спортивной арены. Поднявшись на цыпочки, она через головы зрителей, наблюдавших за игрой, стала выискивать взглядом предмет своих поисков. В этот миг румыны забили гол в ворота Третьяка и часть зрителей, сидевших перед Анжелой, вскочили со своих мест, загородив ей обзор. А когда они снова уселись на свои места, девушка снова стала высматривать вожделенный объект. В разгар этих поисков кто-то тронул ее за локоть. Она обернулась и увидела рядом с собой молодого милиционера.

– Гражданка, вы кого-то потеряли? – спросил страж порядка.

– Да, Бориса Александрова, – честно призналась Анжела. – Он сидит за скамейкой запасных – вон там, – и она указала пальцем в ту сторону, где сидел хоккеист.

– А зачем он вам? – продолжал допытываться милиционер.

– Нужен, по личному делу, – не стала вдаваться в подробности девушка.

После этого она хотела уже начать свой путь к сидящему в нижних рядах хоккеисту, но страж порядка схватил ее за локоть и произнес:

– Гражданка, пройдемте со мной.

– Куда пройдемте? Мне к Александрову надо! – попыталась возмутиться Анжела, но милиционер так крепко держал ее за руку, что вырваться было невозможно.

Спустя несколько минут страж порядка привел ее в комнату милиции, находившуюся под одной из трибун. Там девушка увидела еще одного милиционера, постарше, у которого на погонах было по одной большой звезде.

– Товарищ майор, вот задержал гражданку, которая рвется увидеть Бориса Александрова, – доложил молодой милиционер.

– Вы кто ему будете? – поинтересовался майор.

– Знакомая.

– И что вы от него хотите?

– Послушайте, а вам какое дело, что мне от него надо? – возмутилась девушка.

– Вы голос на меня не повышайте, я при исполнении служебных обязанностей, – сам повышая тон, отреагировал майор. – Мы здесь поставлены, чтобы следить за порядком.

– Но я же не нарушаю порядок, – удивилась Анжела.

– Одна такая же, как вы дамочка, тоже так говорила, а потом взяла и плеснула в лицо хоккеисту серную кислоту. К счастью промахнулась, – майор поднялся со своего места и вышел из-за стола. После чего поинтересовался:

– Что у вас в сумочке?

– Косметичка и фантики от конфет.

– Покажите, – потребовал майор.

Анжела подчинилась и высыпала содержимое сумочки на стол. Увидев, что она не соврала, майор оглядел девушку с ног до головы, после чего сообщил:

– И все же до конца матча вы останетесь у нас. Во избежании ненужных эксцессов. Лейтенант, проводите задержанную в «обезьянник».

Услышав приказ, молодой милиционер взял Анжелу за локоть и, не взирая на ее возмущение, отвел ее туда, куда приказал майор. И она просидела там до конца матча. Увидеть в тот день Бориса Александрова вблизи ей так и не посчастливилось. Впрочем, добраться до него она бы все равно не сумела. Во втором периоде, когда счет был весьма скользкий – 4:3 в пользу ЦСКА – Локтев решил-таки выпустить Александрова на лед. И тот даже забил одну шайбу. А общий итог игры был в пользу ЦСКА – 7:3.

14 февраля 1977 года, понедельник, Москва, площадь Дзержинского, КГБ СССР, кабинет Юрия Андропова

Откинувшись на спинку кресла и почти беззвучно постукивая карандашом по столу, Андропов внимательно слушал доводы начальника «спортивного» отдела 5 управления КГБ полковника Эрнеста Леонардовича Спрогиса – куратора советской хоккейной сборной по линии госбезопасности. Спрогис был коренным рижанином и в молодости, закончив институт физкультуры, успел стать перворазрядником по лыжам. Но затем был приглашен на работу в КГБ Латвии по спортивной линии – курировал зимние виды спорта. А в начале 70-х был переведен в центральный аппарат и был переброшен конкретно на хоккей, который он любил и знал не хуже, чем лыжи. Андропов ценил Спрогиса за аналитический ум и собирался назначить его заместителем начальника нового, 11-го отдела КГБ СССР, который предполагалось создать в середине года специально к предстоящей в 1980 году московской Олимпиаде. Несмотря на то, что эти игры были летними, однако в новом отделе места должно было хватить всем – кураторам как летних видов спорта, так и зимних.

Сегодняшние доводы Спрогиса звучали весьма убедительно, что лишний раз заставляло Андропова убедиться в том, что он не ошибся в своем желании назначить именно этого человека одним из руководителей нового подразделения. А говорил Спрогис следующее:

– Из всех видов спорта наибольшей популярностью в мире пользуются футбол, хоккей и фигурное катание, которые, по сути, превратились в массовое шоу. И дальше эта тенденция будет только углубляться. Из перечисленных видов спорта мы прочно удерживаем первые места в мире в хоккее и фигурном катании, что приносит нам огромные дивиденды, как в финансовом отношении, так и в идеологическом. Что касается футбола, то здесь у нас, увы, лишь локальные успехи на уровне отдельных клубных команд, а вот наша сборная больших успехов не имеет и в ближайшей перспективе, скорее всего, иметь не будет. Но ситуация складывается таким образом, что точно такая же ситуация очень скоро может постичь нас и с хоккеем.

– Откуда такой пессимизм? – прервал плавную речь своего подчиненного Андропов.

– Из аналитических выводов, которые сделали наши ученые из Института стратегии. У меня есть их подробные заключения, которые я готов вам передать, – и Спрогис потянулся рукой к папке, которая лежала по правую руку от него. Но Андропов сделал жест карандашом, что означало – с этим потом, продолжайте свой доклад. И речь Спрогиса, с мягким прибалтийским акцентом, снова разлилась по кабинету:

– Мировой хоккей движется в сторону скоростного и силового. И по обоим компонентам мы скоро будем отставать. Скорость мы потеряем, потому что стареют наши ведущие игроки, а достойной смены им пока нет. А силовой компонент и вовсе никогда не был нашим коньком. Мы всегда побеждали соперников за счет комбинационной игры, но и она под вопросом, если нет достойной смены. Вернее, она есть, но ее не видят нынешние тренеры нашей сборной. Они перестали мыслить стратегически.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63