Евгений Усович.

Человек, которого не было



скачать книгу бесплатно

Павл поднялся и, достав из портфеля ежедневник и ручку, пересел за стол.

– Значит так, записываем: «телевизор»…

Он подумал и добавил: «дешевый, на батарейках, бритва на батарейках или с лезвиями, одноразовое белье, рубашки, брюки».

Павл поднял глаза к потолку. М-да. Обычно как-то не задумываешься, чем пользуешься в течение дня. Что там еще? Еда? Положим, поесть можно в любой забегаловке, так что холодильник не нужен. Купаться? Ну, пока тепло, можно и в саду. Вода на солнце нагревается будь здоров. Ага, вот что – одноразовые полотенца. Кстати, за мусором тоже ведь никто не приедет. Сжигать его, что ли? Исключено, соседи крик поднимут. Придется купить побольше пластиковых пакетов, а кое-что незаметно подкидывать в общественные урны. Он записал пакеты и посидел еще немного, но в голову больше ничего не лезло.

– Ладно, потом еще что-нибудь вспомню. – Он достал из кармана купюры из чемоданчика и пересчитал. На его взгляд, денег было маловато.

Он снова вернулся в комнату отца, достал кейс и отобрал по несколько купюр разного достоинства. Конверт мешал ему. Павл машинально сунул его в карман и, подумав, достал еще одну пачку банкнот, самых мелких. Потом закрыл кейс и аккуратно спрятал его на место.

Для начала он решил съездить в магазинчик, что стоял в центре их таунвиля. Выбор там был небольшой, но, в принципе, все необходимое имелось. К тому же, в этом магазине его хорошо знали и вряд ли кто– либо догадывался, что у отца и у него один «День Ухода».

Вытащив из ящика на кухне пластиковый пакет побольше, Павл вышел из дома и отправился в гараж. Но как только он вставил карточку прав на имущество в прорезь, мультикар, вместо обычного приветствия, зловеще замигал всеми фарами и стал подавать тревожные сигналы. Павл ошеломленно выхватил карточку и с бьющимся сердцем выскочил из гаража. Мультикар замолчал. Павл недоуменно посмотрел на карточку. По верхнему краю, повторяясь, бежала надпись: «Подтвердите Ваше право наследования имущества». Его вдруг охватило тревожное предчувствие.

Бросив пакет, он вернулся к входной двери и, поколебавшись, вставил карточку в устройство блокировки.

«Попытка несанкционированного проникновения! Следующая попытка передается в органы охраны», – немедленно отозвался автоохранник, тревожно мигая лампочками над дверью.

Павл испуганно отскочил от двери. Лампочки тут же прекратили перемигиваться. Он поднес карточку к глазам. По ее краю бежала уже знакомая надпись.

Павл вышел в сад и сел на скамейку. Вот теперь он, видимо, действительно «приплыл». Сидел он долго. В голову лезла всякая чепуха из жизни бомжей, которых, правда, осталось не так уж много. С бомжами Админ активно боролся, за малейшую провинность уменьшая им срок жизни. Но даже у последнего бомжа было самое главное: у него была Дата Ухода. Им даже личную карточку не надо было носить и вечно бояться ее потерять. Вся информация хранилась в спинном мозге и редактировалась автоматически с центрального компьютера.

Павл поднялся и прошел в дальний угол сада, где в цветах лежала небольшая гранитная плита.

На плите было выгравировано изображение креста. Присев, он аккуратно стер с плиты пыль и погладил теплую поверхность.

– Что мне делать, мама?

Он сунул в рот травинку и, прислонившись спиной к дереву, огляделся. В этой части сада он бывал редко. В далеком детстве вместе с отцом он сажал здесь какие-то цветы и однажды умудрился наступить на грабли. Отец тогда смеялся, рассказывая про поговорку, а ему было больно. Кстати, ведь тут рядом есть сарай, в котором хранились инструменты…

Павл встал и пошел к темневшему сквозь кусты строению.

Старенький кирпичный домик выглядел усталым и потемневшим. Его строил еще прапрадед, когда участок земли мог купить каждый желающий. Отец поддерживал в нем порядок, но на полный ремонт у него не хватало ни сил, ни денег. Ставни на окнах были заколочены, на двери висел ржавый замок, дужка которого была просто продета в петлю. Павл вынул замок и осторожно открыл заскрипевшую дверь. Как же давно он сюда не заглядывал. Внутри все было точно таким же. В углу грудой стояли грабли, лопаты, вилы, у стены притулился стол с прикрученными к нему тисками и пара самодельных табуреток. Над столом висела полка с мелким плотницким инструментом. У другой стены расположился деревянный топчан, покрытый ветхим одеялом. Рядом с дверью громоздилась неуклюжая старинная железная печка, сделанная из какой-то бочки. Труба печки торчала прямо из стены в сад.

Павл подошел к топчану и сел, проведя рукой по одеялу.

– Ну что же. Хоть какой, а дом у меня есть.

Он лег, подложив кулак под голову, и принялся размышлять о своем весьма туманном будущем, пока не уснул.

Проснулся он оттого, что кто-то горячо и быстро целовал его в глаза, щеки, губы.

– Риска, прекрати, – сонно пробормотал он. – Ну хватит лизаться, Риска, дай, я встану…

Он открыл глаза и подскочил как ошпаренный. Возле него на одеяле сидела небольшая рыженькая собачка. Она наклоняла голову, умильно заглядывая ему в лицо, и нетерпеливо ерзала по одеялу пушистым задиком. Павл помотал головой.

– Ты мне снишься?

Собачка тут же прыгнула к нему на колени, норовя лизнуть в лицо. Он подхватил ее, мягкую и теплую, и принялся гладить.

– Ну и откуда ты взялась? Как тебя зовут?

Собачка доверчиво перевернулась на спину и подставила розовый животик, умильно улыбаясь.

– Ах ты, бандитка! – засмеялся Павл. – Ну хорошая! Хорошая! Ну-ка, кто ты у меня? Ага, девочка…

Собачка соскочила с топчана и, от избытка чувств, принялась кругами носиться по сарайчику. Павл с улыбкой смотрел на нее.

Появление собаки здесь, в городе, пусть даже в таунвиле, было событием невероятным. После того, как были запрещены все домашние животные, – собаки, кошки, крысы и прочая живность с улиц исчезли. Даже птицы старались облетать город стороной. За каждую обнаруженную бездомную тварь полагалась награда в виде одного дополнительного года жизни. Кое-кто, конечно, держал дома собаку или кошку, но платил за это такой налог, что позволить себе подобную роскошь могли только единицы. Да и на них тоже давался строгий срок жизни.

– Ну так что будем делать? – сказал Павл. – Может, сдать тебя в полицию?

Улыбка тут же исчезла с собачьей мордочки, и она мгновенно исчезла под топчаном.

– Э-э, да ты умненькая, – засмеялся Павл. – Ну не бойся, не бойся. Не скажу никому. Однако как же тебя зовут?

Собака, постукивая хвостом, высунула мордочку.

– Может быть, Рыжка? – предположил Павл. – Рыжуха? Рыжая?

Собака вылезла из-под топчана и уселась, разглядывая его.

– Не нравится? – усмехнулся Павл. – Ну, а Лиса? Лиска-Алиска.

Собака вскочила, положила лапки ему на колени и коротко тявкнула.

– Тогда давай знакомиться, – Павл церемонно протянул собачке руку. – Павл. Можно Павлик. А Риска меня еще Паликом зовет.

Он вздохнул.

– Ты, Лиска, наверно, кушать хочешь? А у меня ведь ничего нет.

Он вспомнил об ухе в холодильнике и почесал подбородок.

– Как ты думаешь, если я выйду на улицу, меня не сразу схватят?

Он вытащил из кармана пачечку купюр и пересчитал их.

– Так… Телелисток, полотенца… Увы, Лиска, придется экономить.

Лиска тявкнула.

– Хорошо, – сказал он. – Пойду. А ты спрячься.

Он вышел из сарая, вставил на место замок и направился к воротам. Лиска, принюхиваясь, бежала за ним.

Павл остановился.

– Я же тебе сказал спрятаться. Ты что, в полицию хочешь?

Собака мгновенно исчезла в кустах. Павл пригладил волосы, заправил в брюки рубашку и осторожно вышел на пустынную улицу. Никто за ним не бежал, из-за заборов не сверкали ничьи глаза, и скоро Павл немного успокоился. Он перестал оглядываться и ускорил шаг.

– Павл, привет! – крикнул кто-то. – Почему пешком?

Павл остановился. Из-за забора ему приветливо махал рукой сосед, старый друг отца – дядя Андрон.

– Чего пешком-то? – повторил он вопрос, подходя к забору. – С машиной что? Так давай, посмотрю. Я помню, отец все на расход водорода жаловался. Все-таки жаль мужика. Крепкий еще был. Ну да мне тоже скоро. Полгода всего осталось. Я уже все документы подготовил.

– Спасибо, дядя Андрон, – вежливо сказал Павл. – Не хочется сегодня на машине. Я, вообще, отпуск взял. В саду покопаюсь, пешочком похожу. А то все в конторе да в конторе.

– Правильно, – согласился Андрон. – Я вот тоже решил в саду покопаться, уж больно погода хорошая. По-моему, должен успеть и с фруктами и с виноградом. Все-таки неплохо, когда точно знаешь, сколько у тебя еще времени есть. Хотя с другой стороны…

Он махнул рукой.

– Так хоть вихрецикл взял бы. Далеко ведь идти. Если хочешь, у меня есть.

– Спасибо, дядя Андрон, – улыбнулся Павл. – Я лучше прогуляюсь. Да я далеко и не собирался. В наш супермаркет.

В магазине тоже ничего особенного не случилось. Только знакомая девчонка из отдела техники с любопытством спросила, зачем ему телеблокнот, если телехолл гораздо удобнее.

– Да в саду работаю, – засмеялся Павл. – Отца теперь нет, приходится самому. К телевизору привык. Ну не будешь же ежеминутно в дом бегать. А так лежит себе под кустом, и ладно.

– Понятно, – кивнула она. – А хотите, я вам дам по уценке блокнот на десять листков? У нас сегодня распродажа.

Павл приобрел телеблокнот и одноразовые бритвенные станочки, а в продуктовом отделе дешевой колбасы и мясных консервов для Лиски. Себе он взял салат, саморазогревающееся жаркое и булочку. Чай он решил выпить завтра, в каком-нибудь кафе. Подсчитав стоимость покупок, он, поколебавшись, вернулся в отдел и добавил к ним еще бутылочку пива.

* * *

Лиска выскочила навстречу из-под куста и принялась радостно подпрыгивать и крутиться, беспрерывно облизываясь.

– Сейчас, сейчас, – засмеялся Павл. – Идем в дом. На улице только бомжи едят.

В сарае на полке нашелся кривой садовый нож. С трудом, пыхтя и обливаясь с непривычки потом, Павл открыл наконец консервы и отделил Лиске щедрую порцию. Она, повизгивая, кинулась к угощению и проглотила его в одно мгновенье. Павл засмеялся.

– Ладно уж, на первый раз добавлю. Но потом только по расписанию. У нас еды не так много.

Лиска молниеносно расправилась с колбасой и села на хвост, облизываясь и умильно поглядывая на то, как Павл уничтожает салат. Наконец, Павл бросил пластиковую тарелочку в ведро и дернул за кольцо на коробке с жарким. Через пару минут сарай наполнился аппетитным запахом жареного мяса. Лиска снова сунулась ему в ноги, но Павл погрозил ей пальцем и, открыв пиво, с удовольствием расправился с жарким. Потом он смахнул коробку и крошки в ведро, прихватил бутылку и вышел в сад. Сквозь густые ветви едва-едва просвечивали звезды. Дом в полной темноте выглядел незнакомым и неуютным. Павл присел на скамеечку возле сарая, привалился спиной к стене и принялся размышлять, изредка прихлебывая пиво. Конечно, можно было бы найти Рису и все ей рассказать. Она поймет. И даже, скорей всего, тут же согласится принять наследство. Но, с другой стороны, ее запросто можно подставить. Начнутся какие-нибудь проверки, случайно обнаружат его, тогда все. Ему вообще конец, а ей наверняка лет десять жизни скинут. Павл покачал головой. Нет, этот вариант пока неприемлем. Хотя дать ей знать, что он здесь, может быть, и надо. Он допил пиво, поставил бутылку под скамейку и отправился спать в сопровождении Лиски, которая скромно расположилась на полу у двери, свернувшись в клубочек.

Прошло несколько дней. Павл уже немного привык к своему странному положению. Во всяком случае, он не так уже шарахался на улице от каждого прохожего, свободно заходил в магазинчики и кафе. Он решил заняться садом и все свободное время посвящал прополке, обрезке и поливу. Сарай он тоже привел в порядок: вычистил и расставил лопаты и грабли, вымыл стол, убрал с него тиски, освободил полку от инструментов, обнаружив под топчаном старый чемодан, и даже открыл ставни на одном из окон. Комната хотя и не приобрела жилой вид, но все же перестала выглядеть такой запущенной. Питаться Павл продолжал экономно, посещая по утрам разные закусочные, чтобы не примелькаться. Ужинать он все же предпочитал с Лиской. Наконец, он обнаружил, что запас продуктов подошел к концу. К тому же в телеблокноте осталась всего одна страничка, и Павлу снова пришлось идти в супермаркет.

– У вас до сих пор отпуск? – позавидовала продавщица. – Классно. Нам такого не дают.

Павл неловко отшутился и, пройдя в продуктовый отдел, набрал целую тележку продуктов, не забыв на этот раз прихватить консервный нож и маленький фонарик. Лазить по сараю в полной темноте ему надоело. Сложив все в сумку, он поспешил домой, решив, что в этот магазин ему больше ходить нельзя. Надо было выбираться в центр. Хотя как это сделать без машины представлялось плохо. В общественном транспорте он ездить побаивался, потому что в пригородных поездах, метро и даже в некоторых электробусах проезд оплачивался только личной карточкой, которой у него, увы, не было. Павл с тоской вспомнил, что в коридоре стоит вихрецикл отца, на котором тот ездил в магазин, так как его не нужно было регистрировать.

Лиска не встретила его, как обычно. Павл подошел к воротам, огляделся, пожал плечами и хотел было уже открыть калитку, но вдруг услышал тихое поскуливание. Он наклонился и заметил в кустах взъерошенную и явно испуганную Лиску.

– Ты что, малыш? Кто тебя так напугал?

Лиска заворчала, показывая острые зубки, но из кустов вылезать не собиралась.

– Ну-ну, – сказал Павел. – Сейчас посмотрим, кто это там такой страшный.

Он сделал шаг к калитке, но Лиска, выскочив из-под куста, схватила его за штанину и принялась тащить прочь.

– Э-э, да ты и впрямь чего-то боишься, – удивленно пробормотал Павл.

Он отошел от калитки и озадаченно посмотрел на дом. Лиска немного отбежала и тихонько тявкнула. Павл поднял брови, но, поколебавшись, сделал шаг в ее сторону. Лиска отбежала еще чуть-чуть и снова встала, нетерпеливо повизгивая.

– Кажется, я тебя понял, – сказал Павл. – Ладно, пойдем, показывай дорогу.

Лиска побежала вперед. Павл, оглянувшись по сторонам, двинулся за ней. Добежав до конца забора, она вдруг исчезла. Павл наклонился. В колючей изгороди обнаружился лаз, через который, при желании, вполне можно было проползти. Лезть туда Павлу совсем не хотелось. Тем более что это был уже чужой сад. Он стоял в нерешительности, не зная, что предпринять. Лиска высунулась из кустов и снова нетерпеливо тявкнула. Тогда он опустился на колени, еще раз оглянулся, потом сунул сумку в заросли и, толкая ее перед собой, осторожно пролез за ней сам. Лиска побежала куда-то вглубь сада, оборачиваясь и следя, ползёт ли Павл за ней. Ему вдруг пришло в голову, что они двигаются вдоль забора его собственного участка. Наконец Лиска остановилась и легла на землю, прижав уши. Павл подполз к ней и осторожно раздвинул колючие ветки. Прямо перед ним стоял его сарай. Возле него никого не было. Прошло несколько секунд. Вдруг его ноздри защекотал сладкий запах сигаретного дыма. Сам он не курил, да и курение в городе было запрещено, поэтому запах табака он почувствовал сразу. В сарае явно кто-то был.

– Бомжи, – подумал Павл. Но скандалить ему совсем не хотелось. У бомжей, к сожалению, было больше прав на существование, чем у него.

Он решил подождать. Лиска лежала рядом и заметно дрожала. Павл протянул руку и потрепал ее по загривку. Неожиданно она глухо заворчала. Павл поднял голову. Со стороны сарая донеслось сухое покашливание полицейской рации. Павл замер.

– Пока ничего, – негромко сказал кто-то внутри сарая. – Да, явные следы недавнего пребывания. Ну какие– какие? Обычные, как у бомжей. Остатки еды, мусор. Топчан пахнет не так, как старые вещи. Пустые бутылки из– под пива. Свежие.

Павл яростно выругался шепотом и даже двинул себя кулаком по голове. Лиска укоризненно оглянулась на него.

– Обнаружены также случаи срабатывания при просмотре записей центрального компьютера, – продолжал докладывать полицейский. – Одно срабатывание датчика смывного бачка, – но это может быть и обычный перелив. Кроме того, по одному срабатыванию на двери мультикара и на входной двери. Мы проверили: следов проникновения нет. Видимо, поэтому сигнал в центральное отделение не посылался.

Он замолчал, видимо, выслушивая инструкции.

– Нет, – сказал он наконец. – Это практически невозможно. Мы же не облаву делали. Обычная плановая проверка состояния имущества после Дня Ухода. К тому же, во-первых, мы себя никак не обнаруживаем. Во-вторых, на калитке мы установили инфракрасные излучатели, так что пройти на территорию незамеченным абсолютно невозможно.

Полицейский снова помолчал, потом коротко ответил:

– Так точно, до утра! Есть установить датчики на двери.

Вскоре Павл вновь уловил слабый запах сигаретного дыма. Ребята были явно не в ладах с законом. Он перевернулся на спину, заложив руки за голову, и закрыл глаза. Как жили бомжи, он не представлял даже ориентировочно. Собственно, он никогда об этом и не задумывался. Все это было когда-то так далеко…

– В другой жизни, – подумал он.

Лиска подползла и положила мордочку к нему на грудь. Павл выпростал руку из-под головы и погладил ее по голове. Собачка завиляла хвостом и лизнула его в подбородок.

– Ну что, собака, – он повернулся набок и подпер рукой голову. – Ночевать-то где будем?

Лиска молча разглядывала его, постукивая хвостом по земле.

– Не знаешь, – пробормотал он. – Вот и я не знаю. Ладно, давай пока полежим здесь. Может быть, вечером что-нибудь придумаем.

Павл подложил сумку с продуктами под голову и задремал. Когда он проснулся, Лиски рядом не было. Он перевернулся на живот и, осторожно раздвинув ветви, посмотрел на сарай. Признаков жизни там никто не подавал. Тогда Павл снова перевернулся на спину и стал думать. Думал он долго, но ничего, кроме шалаша где-нибудь в лесу, ему в голову не приходило.

– Да и где взять этот лес? – вздохнул он.

Ближайший искусственный бор находился за городом. Ехать туда было довольно далеко, да и никакого покоя в нем найти было невозможно. Искусственные чащи, искусственные заброшенные озерца и небольшие, ровно подстриженные поляны с фонтанчиками, оформленными под родники, обожали посещать влюбленные парочки и многочисленные экскурсии. Да и полиция наведывалась туда регулярно. Правда, далеко к западу бор граничил с настоящим лесом, настоящими скалами и даже настоящей речкой, но все это было практически недоступно. Небольшое скалистое ущелье и речку отделяло от городских, ухоженных тропинок абсолютно настоящее и совершенно непроходимое болото. Конечно, сделав крюк в добрых двести километров, можно было объехать его и войти в ущелье с другой стороны, но место это издавна пользовалось дурной славой. Ходили слухи, что там бесследно исчезают люди.

– Землянку что ли выкопать, – тоскливо подумал Павл, но тут же вспомнил, что лопаты спрятаны в сарае и надежно охраняются полицейскими.

Из кустов высунулась Лиска. Рыженькая мордочка прямо-таки светилась радостью. Она дернула головой и беззвучно тявкнула.

– Ну, что там еще? – шепотом спросил Павл. – Нашла что-нибудь?

Лиска нырнула в кусты и тут же появилась снова, всем своим видом показывая, что да, нашла.

– Ничего не выйдет, – вздохнул Павл. – Это ты в любую щель пролезешь. А я сейчас такой шум подниму, что и хозяева выскочат и полиция проснется. Нет уж, будем ждать до темноты. Немного уже осталось.

Лиска с разочарованным видом подошла и легла рядом, привалившись к его боку. Павл гладил шелковистую шерстку, пока снова не уснул. Во сне он нашел наконец убежище на старом кладбище, в могиле. Могилы он никогда не видел. В его сне это было уютное небольшое помещение с деревянным топчаном и светящейся надписью на стене: «Happy death day».

Он проснулся и ожесточенно помотал головой.

– Приснится же такое. К чему бы это?

Последнее кладбище на планете было закрыто двести лет назад, как и последняя тюрьма. Мировое правительство решило, что нецелесообразно расходовать такие площади впустую. После пятидесяти лет на месте бывшего кладбища вырастал новый жилой район или таунвиль. Начинать строительство на этой территории раньше запрещалось. О том, куда исчезают Уходящие, задумываться было не принято, и любые разговоры на эту тему считались моветоном.

Всяческие зоны, колонии и тюрьмы тоже исчезли за ненадобностью. Наказания решались просто. Если, по решению Админа, кто-то признавался виновным в чем-либо, то ему тут же, в соответствии с Кодексом, уменьшался срок жизни при помощи компьютера, прямо в зале суда. При этом присутствие обвиняемого вовсе не считалось обязательным. За самые злостные нарушения срок жизни мог уменьшаться до двадцати лет. Если же виновному не хватало его оставшихся лет, то наказание автоматически переходило на наследников или на родственников. Само собой, количество осужденных в мире быстро упало практически до нуля. Впрочем, срок жизни можно было и увеличить, имея какую-нибудь заслугу перед государством, и большинство жителей обивали пороги госчиновников с прошениями о признании своих заслуг. Иметь знакомство с кем-либо из служащих Админа считалось большим преимуществом.

* * *

Лиска ровно дышала, изредка вздрагивая во сне теплым тельцем. Вдруг она вскочила и стала напряженно вглядываться в кусты, опустив голову к земле и нюхая воздух. Павл замер и прислушался. По саду кто-то ходил, недовольно бормоча что-то под нос. Потом до него донесся скребущий звук грабель, а вскоре он увидел их в двух метрах от себя. В колючие кусты хозяин не полез. Грабли собрали сухую траву и веточки и исчезли. Павл облегченно выдохнул. Ему вдруг пришло в голову, что если на него начнется охота с собаками, то убежать ему не удастся. Правда, этих злобных тварей, специально дрессированных для охоты на Бессмертных, использовали только в крайних случаях и уж никак не для поиска бомжей, но Павл сильно подозревал, что его злоключения только начинаются.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное