Евгений Ткаченко.

Зарисовки. О человеке. О любви. О России. О жизни. Из прошлого. Парадоксы



скачать книгу бесплатно

© Евгений Ткаченко, 2017


ISBN 978-5-4485-3112-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

«Зарисовки» так называется эта книга. Любой пишущий человек в рамках своего восприятия реагирует письменно на окружающую его действительность и на собственные открытия, которые помогает делать жизненный опыт. В былые времена писатели вели дневники, а сейчас большинство фиксирует свои мысли в компьютере, но суть от этого не меняется.

Общеизвестно, что фрагменты из дневников Ф.М.Достоевского цитируют сегодня, пожалуй, даже чаще чем его великие романы. Думаю, причина в том, что плотность и точность мысли в дневниках порой выше, а темы актуальнее, поскольку отражают реальную жизнь.

Великий В. В. Розанов своей книгой «Уединенное» выделил фрагментарные записи в отдельный литературный жанр. Современниками был понят не всеми, зато сегодня эта его книга издается и издается, а многие писатели в дальнейшем отдали должное этому жанру. Розанов свои короткие сюжеты назвал листьями, у Солженицына это крохотки, а у Астафьева – затеси. Православный писатель Андрей Ткачев назвал свои короткие записи лоскутным одеялом.

У меня – это зарисовки. Я ни в коем случае не стремился кому-то подражать, получилось совершенно естественно.

Идя по жизни, большинство поднимается по духовной и интеллектуальной лестнице. Можно представить, как же много людей скопилось на ступеньках этой лестницы, и для каждой должна быть своя, соответствующая уровню развития литература. Я не претендую на те высокие ступеньки, на которых потребляется литература великих мудрецов, но надеюсь, что на каких-то из них книга эта окажется востребованной.

О человеке

Самое сложное для человеческого существа познать и изменить себя.
Альфред Адлер
Грустные мысли

Много лет ты бежал, запряженный в возок, убыстряя и убыстряя свой бег, чтобы не отстать от бегущих рядом, а рядом с каждым годом появлялось все больше молодых. Постоянный бег создавал иллюзию вечной молодости. Но однажды возникла необходимость на время приостановиться. Ты остановился, посмотрел внимательно вокруг, на себя – и вдруг сразу осознал, что далеко не молод. Впервые в жизни ты объективно оценил свой внешний вид и понял, что соответствует он возрасту, полностью соответствует, а после этого пришло осознание собственного возраста, и понимание, как это много. И не можешь ты с этим смириться, это удивительно для тебя, и совсем непонятно. Ведь, кажется, только что был молодым, и мелькали и мелькали годы, и вот домелькались.

Только приостановил свой воз и тут же в одночасье никому оказался не нужен. Даже детям своим стал неинтересен. И это можно представить правильным, хоть ты их родил, поднял, и даже умудрялся разгонять, невзирая на то, что бежать пришлось по колено в грязи постоянных перемен и перестроек.

И вот они взлетели. Живут внешне другой жизнью, но делают то же, что делал ты, – рожают, поднимают, разгоняют. Стоило позволить себе впервые чуть-чуть расслабиться, и этот сложный механизм под названием Жизнь прогремел дальше, мимо тебя, зачем-то добавляя и добавляя оборотов. Это он жевал, жевал тебя несколько десятилетий как жевательную резинку и, наконец, выплюнул. Точно так, как выплевывают ее, когда пропадает вкус.

И смотришь ты на удаляющегося от тебя пыхтящего, чадящего и гремящего монстра, и представляешь себе, что внутри него миллионы людей, как в муравейнике – суетятся-суетятся, бегут, сталкиваются, падают, вскакивают и бегут дальше.

А ведь и правда, как мало человек отличается от муравья! Почти все он там, в этом монстре, делает по программе: влюбляется, плодится, строит муравейники, добывает пищу и растит потомство.

А это постоянное ускорение жизни, зачем оно?

Куда же бежит он, человек, куда так торопиться?

Должно быть, разумом понять это невозможно. Странно то, что спешка и темп не дают возможности, мешают человеку быть человеком. Ведь некогда в этой спешке созерцать, восхищаться, думать, в общем, развивать душу. А как раз этим и отличается человек от животного.

Может это гипноз, какой-то, и кому-то удалось потихоньку, незаметно, загипнотизировать почти все человечество. А может, вместо божественной, настоящей, программы жизни, подсунули нам ложную, искусственную, а мы и не заметили. Мыслимое ли дело, тратит, не раздумывая, человек жизнь на добычу того, что на глазах превращается в хлам, труху, прах, да что там тратит, многие готовы убивать друг друга за этот хлам. И не может, не хочет он понять, что я, брошенный на обочине, – его прошлое и уж точно его будущее. В девятнадцатом веке он это почему-то понимал, а сейчас не хочет. А может, человечество прошло свой пик развития и катится, ускоряясь все больше и больше, к своему краху, своему концу? Ведь сами по себе вдруг исчезли из программы жизни элементы стратегические, нацеленные на развитие. И то, что я могу думать, созерцать и видеть то, что из монстра увидеть невозможно, человеку не интересно, не интересно ему стало его прошлое и будущее. Увлечен человек сегодня только тем, что его веселит и развлекает, да еще тем, что может поддержать в реализации животной программы – дать материальное, или помочь вырастить потомство. И уже трудно человеку увидеть разницу между собой и миром животным.

А может так остро это чувствуется только у нас в России? Ведь мы не ощущаем себя русскими, не ощущаем себя нацией.

Николай Бердяев когда-то писал о нации: «Нация всегда стремится к нетленности, к победе над смертью, она не может допустить исключительного торжества будущего над прошлым. … Жизнь нации, национальная жизнь есть неразрывная связь с предками и почитание их заветов».

Листья

Можно представить человека деревом с листвой. Как только он проживает день на этой земле, один листик отрывается и уносится ветром. Ветер же – это, конечно, время, которое безжалостно срывает и уносит листики – дни жизни человека. Каждое дерево имеет столько листвы на себе, сколько определено ему дней жизни. Окружает дерево много других деревьев, и у каждого из них разное количество листьев. Ветер-время несет эти сорванные листья, они соприкасаются друг с другом, порой причудливо переплетаются, иногда собираются большими группами, а иногда сразу разлетаются в разные стороны. Человек-дерево, как правило, не замечает улетающих дней-листьев.

Особенно не замечает этого молодое дерево – еще все усыпанное ими. Ведь кажется ему, что листья никогда не кончаться. Однако и оно порой обращает внимание на какой-то свой улетающий лист и видит, что иногда летит он как-то по-особому или встречается с другим очень интересным листом, а может, и с целой группой.

По мере того, как листьев остается все меньше, дерево совсем иначе начинает относиться к тому, что с него улетает, вдруг приходит понимание, что улетает жизнь. Дерево особенно жалеет листья-дни, любит и отслеживает полет каждого, пока лист не скроется за горизонтом. Приходит время и дереву уже становиться мало отслеживать каждый свой улетающий лист. Начинает оно вспоминать какие-то особенные листья, улетевшие раньше, а еще вдруг замечает в этом сонме пролетевших мимо чужих и своих листьев какие-то закономерности.

Возможно, эти вспоминаемые особенные листья и замеченные закономерности в какой-то степени восполняют сильно поредевшую крону дерева и позволяют продолжать жить не только жизнью полной и насыщенной, но и увидеть в ней другие планы, другую глубину.

Путь

Сегодня в России путь человека по жизни можно представить пролегающим через дикие поля, леса и болота, где везде поджидают соблазны, а рядом с ними всегда опасности.

Кто-то, очень энергичный, куда-то бежит, торопиться, пытается взлететь, чтобы быть повыше. Взлетает и падает, снова взлетает и опять падает. Кончается энергия на взлет и остается он лежать в недоумении. Кто-то всю жизнь катится с откоса вниз, кто-то лезет из глубокой ямы или выбирается из страшного болота.

Но идет через эти же поля, леса и болота еле-еле заметная, заросшая дорога, и называется она Православие. Очень трудно разглядеть ее и пойти по ней, но уж если ты пойдешь, спасет она тебя от всех соблазнов, не позволит завалиться в яму и утонуть в болоте. Дорога, чем дальше по ней идешь становиться все яснее и отчетливее, и наступает момент, когда сбиться с нее просто невозможно.

Человек, идущий по этой дороге, вдруг начинает видеть впереди удивительный свет. Этот свет притягивает его, наполняет радостью, счастьем и преображает восприятие человеком окружающего мира. Мир становиться яснее, понятнее и прекраснее. Проходит время и в какой-то момент происходит чудо – свет начинает отражаться от идущего, и чем дальше человек идет, тем больше свет отражается. И уподобляется идущий по дороге человек Луне, которая отражает свет Солнечный.

Наверное, каждому в жизни доводилось встречать таких людей. Встречаем мы их нечасто, также нечасто, как обращаем внимание на Луну. Мы видим свет, исходящий от этих людей, мы видим их ясные и чистые глаза, мы умиляемся на них, мы удивляемся, воспринимаем их как диво, не относящееся к нашей человеческой жизни. Но не желаем мы почему-то понимать их, и не желаем верить им.

Так что же, что мешает увидеть очевидное, увидеть то, что они-то как раз и живут настоящей жизнью, во всей полноте и красоте. А то, что мы воспринимаем как жизнь – это самообман и бег в никуда

Детство

Детство. Какая же это большая и удивительная часть жизни человеческой! Когда подходит жизнь твоя к закату, неожиданно в какой-то момент тебя осеняет, что жизнь совершенно определенно имеет разную плотность и насыщенность. И как раз в детстве эта жизнь самая плотная и самая насыщенная. Возможно, это происходит потому, что именно в детстве душа человеческая постигает этот удивительный физический мир, постигает жадно и живет тогда в ожидании чуда и открытий. А каждый рожденный на этой земле имеет свой внутренний мир, как утверждают духовные провидцы, макромир, поскольку своей способностью творить, подобен человек Богу. Этот мир неповторимый, загадочный и постоянно требующий насыщения опытом жизни. Души же Господь дает всем разные, с разной способностью насыщения, постижения этой жизни и разной способностью к творению. Наверное, поэтому встречаем мы людей, которые насыщаются жизнью земной очень рано и уже в молодые годы теряют интерес к ней. Другие же живут, творят, живут долго, жадно, страстно и никак не могут нажиться.

Однако определенно, что все эти разные души объединяет одно – трепетное отношение к своему детству и уверенность, что именно его детство было самым счастливым, фантастическим и неповторимым. И все, абсолютно все согласятся с тем, что время в детстве было совсем другим, дни были намного длиннее, деревья выше и зеленее, а солнце ярче. И самое главное, что в детстве существовало волшебство, будучи детьми, никто из нас в этом не сомневался. Гром, дождь, радуга, лужи – все было ярким и волшебным. Каждый раз эти удивительные явления природы воспринимались иначе, и их краски не блекли. И даже каждый восход солнца и его закат воспринимались как чудо.

Оглядывается 60—70-летний человек назад на свою прожитую жизнь и с удивлением понимает, что не работает в его прожитой жизни арифметика. Пополам жизнь делиться примерно в такой пропорции: пятнадцать лет детства и вся остальная жизнь.

Появляется понимание и того, что как раз детство – самая чистая, интересная, и важная часть жизни любого человека. Совсем другими глазами начинает он смотреть на ту духовую близость, которая определенно существует между стариками и детьми. Должно быть, пришедший с годами жизненный опыт меняет отношение стариков к жизни и человеку. И невольно оценивая все уже в ракурсе вечных ценностей, для них неожиданно проявляется глубина, и даже гениальность детского восприятия мира. Дети же, тонко чувствуя искренность и правду, любят стариков и признают их за своих.

А слова, обращенные Учителем к взрослым: «Будьте, как дети», начинают, наконец, пониматься во всей своей глубине и мудрости.

Узда

Не может, однако, человечество нормально существовать и развиваться без нравственной узды в виде религии или жестких этических установок! Как же порочен человек по сути своей! Как же стремится он быть значимым в толпе и как же хочет выделиться из нее! Пока человек молод, страсть эта утоляется способами достаточно безобидными – покрасил, или выстриг узоры в волосах на голове, кольца в уши или крикливо оделся. Кто, повзрослев, реализовался в жизни – этим все и кончилось, а кто нет – продолжает утолять свою страсть, но уже более изощренными способами. Эта страсть является бесконечной темой для писателей всех времен и народов. Например, рассказ А.П.Чехова «Радость», где Митя Кулдаров в пьяном виде попадает под лошадь и находится на вершине радости и счастья, потому что об этом происшествии написали в газетах.

Для людей, наделенных Богом способностью к творчеству, страсть – где-то и благо, ведь желание быть более и более значимым и превзойти других провоцирует такую личность на развитие таланта, на творческую реализацию. Достижения их в результате становятся достоянием народов. Правда, надо заметить, что страсть превзойти всех порой прямо пропорциональна таланту. В утверждении своего «я» творческий человек предела не знает. Лев Толстой так ненавидел Тургенева, что однажды, оскорбив его, вызвал на дуэль – да еще на какую! – на двустволках… Шеллинг всю свою жизнь считал Гегеля литературным вором, укравшим у него, Шеллинга, все его мысли и построения.

Уровень, на котором человек себя видит, как правило, в большей или меньшей степени превосходит его реальные возможности. Страсть быть известным так сильна, что ради известности, ради сомнительной славы некоторые в состоянии лишить жизни ближнего, а порой и себя. Человек, убивший Джона Леннона, руководствовался именно такой страстью.

Подобные случаи, конечно, экстремальны и единичны. А постоянно в быту мы видим и замечаем то, как многие стремятся повысить собственную значимость встречами или знакомством с какой-то известной личностью. И если удается, то как же они любят об этом рассказывать. Как правило, ничего собой не представляя, живут они отражением света известных, «звезд», как принято говорить сейчас. Корни любого фанатизма здесь. Во всех подобных случаях мы имеем дело с человеческим «я» разного уровня, но с одной общей особенностью – склонностью расширяться в бесконечность.

Если наблюдать со стороны жизнь не искусственных «звезд», а людей талантливых

по-настоящему, не сомневаешься, что именно они самые счастливые в жизни. Творчество их успешно, о них говорят и пишут, и кажется, окружены они любовью всего народа. В то же время, читая об их жизни, порой недоумеваешь, почему же многие, отдавая нам свой уникальный труд, сами зачастую к концу жизни остаются в одиночестве и глубоко несчастными?!

А ведь ответ, пожалуй, на поверхности. Постоянно живя рядом с талантом, обычный человек блекнет в глазах ближних. Он это ощущает, поднимает голову зависть, и злится он на гения, а порой ненавидит его и пытается даже мстить. Не терпит серость рядом с собой ни ума, ни таланта. И вольно или невольно ближнее окружение отравляет жизнь великому. Христианское учение о смирении есть единственное, что могло бы дать счастье и умиротворение человечеству. Однако не дает и оно, но человека все же как-то удерживает и смиряет.

А если узда опорочена, сорвана и выброшена, и целый народ отходит от религии, от веры, тут же начинает работать формула, выведенная Федором Михайловичем, – «раз Бога нет, то все дозволено». Безнравственная серость в таком государстве тут же приходит к власти, и совершенно естественно появляется в нем политика унижения, дешевой эксплуатации, и даже уничтожения таланта. Лупят эту «белую ворону» уже со всех сторон, не давая перевести дыхание. А в результате, духовный капитал, накопленный народом в течение веков, быстро забывается, новый не создается, и нация деградирует.

Фундамент

Женщины, как же они загадочны и непредсказуемы. Правда большинства из них, сродни ветру, и может меняться несколько раз на дню. А ее «нет» совсем не всегда означает «да», и здесь бесконечное количество оттенков, связанных с секундной эмоцией и внутренней установкой. Однако то, что девочка получила в детстве, в своей семье, – это фундамент, на котором она пытается вольно или невольно строить свою дальнейшую жизнь. Вот он-то единственный – неколебим. И если что-то под фундамент не подходит, то отметается это что-то, но никак не фундамент. Это что-то может быть и правильным и даже гениальным, а фундамент и кривым и гнилым, но выбран будет всегда фундамент.

Отсюда напрашивается грустный вывод; это ж что за фундаменты тащат по жизни большинство зрелых женщин выросших в советской России и более молодых, выросших в дикое перестроечное время, и кого они под эти свои фундаменты выбрали и выбирают сейчас.

Не отсюда ли неумеренная погоня за материальным и развлечениями, обилие брошенных и беспризорных детей в сегодняшней России, непрочность семей и не уменьшающийся поток толковой молодежи, уезжающей жить в другие страны.

Феминизм

Библейское учение о взаимоотношениях мужчины и женщины и о браке заключается в следующем. Бог повелел Адаму и Еве: «Плодитесь, размножайтесь»

(Быт. 1:28), и установил в семье патриархальную власть мужа над женой:

«Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, …Жена да боится своего мужа» (Еф. 5:22—23,33)

«Жене глава – муж, … не муж создан для жены, но жена для мужа»

(1 Кор. 11:3, 8—9).

«Жены повинуйтесь мужьям своим, как прилично в Господе» (Кол. 3:18)

Бог «жене сказал: умножая, умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рожать детей; и к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою» (Быт. 3:16).

«Жена да учиться в безмолвии, со всякой покорностью; а учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем, но быть в безмолвии. Ибо прежде создан Адам, а потом Ева; и не Адам прельщен; но жена, прельстившись, впала в преступление» (1 Тим. 2:11—14)

Предполагаю, что, прочитав это, большинство современных женщин в России вознегодуют. И негодование понятно, ведь в душах у них совсем другие базовые установки. А установки эти, полученные еще в детстве, являются для женщины программой жизни. Изменить их она не в состоянии, поскольку создана Богом существом консервативным. Если кого-то раздражает понятие «Бог», то пусть будет – природа, суть не изменится. Так, а что же за такие установки несут по жизни наши русские женщины? Установки эти из советской России и рассчитаны на успех в той искривленной жизни. Очевидно, что нет там почти ничего здорового; ложь, двойная мораль и, самое главное, – феминистическая идеология, внедренная в наше сознание коммунистами и, конечно, Западом. Она-то и мешает правильно понять сегодня русской женщине мудрость патриархальных отношений. Мешает понять, что невозможно создать равноправие между мужчиной и женщиной – это биологически невозможно! Попытки уравнять мужчин и женщин в правах нарушают Божественную гармонию между ними. Мужчина и женщина не равны не только в праве рожать и в праве кормить детей, но и во многом другом. Мужчина по природе рационален и прогрессивен, женщина интуитивна и консервативна. Только в патриархальных отношениях учтены все природные особенности мужчины и женщины.

Сбившись с дороги, мы пришли к тому, что больше 80% современных детей полностью лишены влияния и воспитания мужчин и отцов. Дома – женщины, в детском саду – женщины, в школе – опять одни женщины.

Ученые утверждают, что отсутствие отца сопряжено с неизбежным нарушением процесса воспитания и социализации ребенка. Невольно все современное общество пропитано кривым феминизмом. Кривым потому, что из за него в государстве добрые, трудолюбивые и нравственные успеха не имеют. А ведь каждая мать желает успеха своему ребенку и не может не видеть, что эти прекрасные природные качества, мешают ему его достичь. Не это ли одна из причин того, что процветают у нас ложь и коррупция, что вымираем сегодня быстрее всех, что живем в самой богатой стране мира бедно, и просвета не видно. А Европа? Европа тоже быстро вымирает, а еще и активно заселяется мусульманами, которые в семьях своих законы, данные им их Богом, чтят. Феминизм вообще плох, поскольку нарушает гармонию в семье и человеческом обществе, а феминизм европейский, также как и наш, уже привел всех к нездоровью общества, поскольку давно прекратил воспроизводство населения, активно распространяет заразу под названием «Идеология потребительства» и толерантность к однополым бракам, ведущих Запад к самоуничтожению.

Не вернемся к заповедям Божьим, не вернемся к патриархату – и возможно уже через два-три десятка лет наша земля будет принадлежать не нам.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

Поделиться ссылкой на выделенное