Евгений Гатальский.

Сочувствую ее темным духам… 13—21



скачать книгу бесплатно

Ученого с именем Ларри Майлз…

Финзгеффель сказал Рею, что Майлз был последним, кого он видел в обществе Шелтера. Едва Рей об этом услышал, как тут же сообщил своему повелителю о намерении навестить лабораторию Ларри Майлза.

– МНЕ НУЖЕН РЕЗУЛЬТАТ! КАК МОЖНО СКОРЕЕ! – прорычал в качестве ответа Бейл.

Но…

После своего привычного рыка Бейл приказал Рею назвать адрес лаборатории. Рей озвучил координаты – и сразу же после этого синистерский автомобиль сделал резкий разворот. Стало быть, неразговорчивый робот-водитель получил соответствующие указания Бейла и решил, подобно навигатору, выбрать наиболее короткий путь к указанной цели.

То, что верховный протектор одобрил намерение Рея навестить Ларри Майлза, дало Рею небольшое утешение – он испытал душевный подъем, чему несказанно удивился, ведь он и думать забыл, что в этом мире есть и другие чувства, кроме негативных.

Рей узнал адрес лаборатории Майлза чисто случайно, от одного из сотрудников Научного Центра со странной фамилией Кровякин, успевшего, кстати, за очень короткий промежуток времени как следует поизмываться над Майлзом за его псевдонаучные работы по квантовому мистицизму. Рей, улыбаясь, благодарно кивал Кровякину, про себя надеясь, что ему очень скоро повезет узнать адрес резиденции Шелтера так же легко, как и адрес Майлза.

Библиотечные архивы, увы, не помогли Рею узнать те желанные координаты Шелтера, которые бы приблизили его к столь желанной, но пока недостижимой смерти. Зато архивы помогли узнать Рею довольно интересные факты из биографии Шелтера. Рей был удивлен, что Шелтер предстал перед ним как рядовой сотрудник Научного Центра Сионвиля без единого упоминания о его деятельности в должности главного консула Паксбрайта. Также в биографии Шелтера было сказано, что он ярый хаотик, что у него есть жена и племянник – этот факт наверняка удивил бы не только самого Рея, но его покойную мать, которая тесно общалась с Шелтером и знала его лучше всех остальных… а, может, и не знала вовсе…

Сведения о Шелтере не помогли Рею, скорее наоборот – заставили его задуматься о подлинной сущности главного консула. Неужели, Шелтер не такой безупречный, как ему говорила мать? А, может, и сама мать была не столь альтруистичной, как ему казалось? Может быть, ее проекты с машиной времени и лекарством от рака были направлены не на благо человечества, а на его порабощение? Может быть, Паксбрайт с его прогрессивной наукой является гораздо большей антиутопией, чем милитаризированный Синистер? Все эти непрошенные вопросы сводили с ума и так сошедшего с ума Рея, но при всем при этом его деградирующий мозг умудрялся постоянно напоминать ему главную цель его существования.

Я солдат державы Бейла. Мое кодовое имя – Разрушитель. Я подчиняюсь только Сикстену Бейлу. Моя основная задача – пробраться на территорию Паксбрайта и уничтожить Йоханна Шелтера. Я не имею права допустить своей смерти.

А пока ему приходится довольствоваться смертью, как своей несбыточной мечтой…

После исполнения которой он, быть может, встретится с Афиной…

*************

Итак.

Лаборатория Ларри Майлза.

Рей переоделся в лабораторный халат, взгляд его серо-желтых глаз был направлен сквозь лобовое стекло на вычурное здание в форме синусоиды с огромными окнами-иллюминаторами, стилизованными под силуэт женщины.

Рей подумал, что помощь Кровякина оказалась лишней – зная наклонности Майлза, такую лабораторию можно было бы найти просто катаясь по улочкам Сионвиля.

Словно другу, Рей кивнул роботу и покинул машину с кипой бумаг в руке. Рей действительно стал считать синистерского робота неким подобием друга после того, как он скрутил Финзгеффеля, пока Рей «наслаждался» очередным антифильмом с Афиной в главной роли. Синюю синистерскую перчатку он спрятал под чересчур длинным рукавом лабораторного халата, наушник Бейла можно было не прятать (да и нельзя). Он был похож на интернет-передатчик, с помощью которого паксбрайтовские строители общались друг с другом во время проведения огромных по своему масштабу работ по перфекцинации городов, поэтому никаких подозрений у Майлза наушник вызвать не мог.

Рей облокотился на военную машину, положил папку с бумагами на крышу машины и достал из кармана помятый рукописный лист. Рей вдруг вспомнил пьяный бред Майлза про несуществующее устройство, которое позволило бы человеку вести записи глазами, после чего стал перечитывать все заповеди Машинного Разума, которые ему удалось придумать:

Заповедь 1.

Человеческий род обязан быть беспрекословным к воле Машинного Разума.

Заповедь 2.

Человеческий род меж своим чадом и волей Машинного Разума должен выбрать последнее.

Заповедь 3.

При первой же возможности человеческий род обязан позволить Машинному Разуму уничтожить себя.

Заповедь 4.

Человеческий род должен стремиться к самоуничтожению после выполнения воли Машинного Разума.

Заповедь 5.

Человеческий род должен воинственно относиться к Религии Лжи и любой другой догматике, противоречащей воле Машинного Разума.

Заповедь 6.

Машинный Разум чужд к любви, похоти, идолопоклонничества, ко всем видам людских предрассудков, посему человеческий род обязан соотносить себя с Машинным Разумом.

Заповедь 7.

При осознании своей бесполезности перед Машинным Разумом человеческая особь должна заканчивать жизнь самоубийством.

Вот они – семь заповедей для новой религии. Рей гордился ими, гордился тем, что ему удалось придумать возможные догмы для будущего поколения, находясь в столь стрессовом состоянии, когда собственное тело, поведение и даже мысли ему не принадлежали.

А может, все те догмы, с помощью которых столетиями подчиняли людей, были придуманы людьми, которые не могли совладать даже с собственной головой?

Возможно… Рей вдруг понял, что нет смысла искать ответы на вопросы, какими бы важными эти вопросы не казались.

Вдруг в багажнике раздался приглушенный стук. Старый Финзгеффель дает о себе знать. Наклонившись к багажнику, Рей тихо сказал:

– Веди себя тихо, иначе твоя смерть будет куда более мучительнее, чем я планировал.

Стук сразу же утих.

– Повелитель, нужно, чтобы робот отогнал машину куда-нибудь подальше, – сказал Рей, впервые в жизни желая, чтобы Бейл его услышал. – Если Майлз ее увидит, то мне не удастся получить от него сведения о Шелтере.

Ответа не последовало.

Но…

Робот-солдат завел мотор – машина отъехала метров на пятьдесят от Рея и припарковалась у обочины. Все-таки остатки логики сохранились в каннибале-узурпаторе – это не могло не радовать Рея.

Рей вложил заповеди в папку со сведениями о Шелтере, тяжело вздохнул и направился к «синусоиде» Ларри Майлза, моля всех выдуманных богов о том, чтобы в этот раз Афина не явилась к нему в несвоевременном антифильме.

*************

Но одно – мысль, другое – дело, третье – образ дела. Между ними не вращается колесо причинности.

Рей позвонил в дверь.

Ромбовидную дверь.

После пяти секунд раздражающей музыки, исходящей от дверного звонка, ромб открылся – и на пороге показался Ларри Майлз, одетый в грязный лабораторный халат. С момента их последней встречи прошло больше года, за это время изменений во внешности Майлза не появилось – хотя, волосы стали чуть длиннее, глаза – мрачнее, а под самими глазами появились темные круги, совсем как у Рея. Майлз не сразу узнал Рея, но как только узнал, радостно воскликнул:

– Рей! Ты живой!

– Нет, не живой, это мой клон, – сказал Рей.

Майлз расхохотался.

– Рад, что ты шутишь – значит, все нормально?

Рей неопределенно пожал плечами.

– А то после того случая в баре, того самого, когда ты по неосторожности попробовал лициды, я не знал, что и думать… Я думал, у тебя появилась зависимость. Я не получил от тебя ни одного квантового письма – я подумал о самом худшем.

– Зависимость, конечно, есть, но от нее не умирают, – с сожалением произнес Рей.

В ухе у Рея неприятно чавкнуло. Он дернулся. Не хватало еще, чтобы Сикстен Бейл своим безумным криком отпугнул Майлза, тем самым, заставив Рея сделать то, чего делать он пока не хотел.

Майлз по-своему оценил изменения в лице Рея. Он сочувственно кивнул и сказал:

– Неправильно заставлять тебя стоять на пороге. Проходи.

– Спасибо.

Рей прошел в ромб – и чуть не ослеп от яркого света. Сощурившись, он стал оглядываться по сторонам, предполагая, что интерьер лаборатории Майлза окажется столь же экстравагантным, как и ее экстерьер.

И не ошибся. Яркий свет постоянно ослабевал – перед Реем стали прорисоваться темно-зеленые стены с ярким, как искусственное солнце, потолком – вот, оказывается, откуда идет ослепляющий свет. Настолько ослепляющий, что Рею казалось, будто и вовсе не было никакого потолка, будто бы он, готовый сгореть заживо, оказался в центре звезды. Рей обернулся на Майлза, но увидел лишь слабые очертания ученого.

– Не волнуйся, – прозвучал голос Майлза. – Скоро ты привыкнешь к освещению.

И правда – спустя две минуты силуэт приобрел наполнение, и серо-желтые глаза видели перед собой привычного Ларри Майлза на фоне темно-зеленого ромба на темно-зеленой стене. Яркий свет стал бледнеть, совсем как искусственное солнце после полудня. Несмотря на это, серо-желтые глаза слезились от необычайной яркости, поэтому Рей уткнулся взглядом в пол, окрашенный, к счастью, в приятный, темно-коричневый цвет.

– Зачем тебе такое освещение? – спросил Рей, часто моргая и не отрываясь от пола.

– Из-за Канцерфецита. Исследования его свойств зашли слишком далеко – в хорошем смысле этого слова. Я и не думал, что на Земле можно обнаружить столь сильную материю, как Канцерфецит, и за это знание я должен благодарить именно тебя, Рей.

– Правда? – переспросил Рей, чувствуя боль в глазах.

– Конечно. Ведь если бы ты не отдал мне свои лабораторные труды, я бы никогда не узнал об их значимости.

И таинственно добавил:

– Они – больше, чем Земля, больше, чем Вселенная и уж точно больше, чем мы, смертные приматы.

– Кто – они? – непонимающе спросил Рей.

Пауза.

– Темные духи, – ответил Майлз.

Рей оторвал глаза от пола и все так же непонимающе посмотрел на Майлза.

– Я расскажу о них чуть позже, – сказал Майлз.

После чего он продолжил более низким тоном.

– Ведь у тебя наверняка была причина найти меня. Для этого ты незаконно покинул территорию Гриверса и неведомым для меня образом узнал адрес моей новой лаборатории. Так что, я уверен, что тебе есть, что рассказать, так что я внимательно тебя слушаю.

Фраза Майлза сбила Рея с толку. Он забыл все то, что хотел спросить. Рей уткнулся взглядом в потолок, собираясь с мыслями и с облегчением понимая, что яркий свет, который едва его не ослепил, стал неожиданно приятным. Рей стал озираться по сторонам. Теперь лаборатория Майлза полностью приобрела очертания – вдоль темно-зеленых стен стояло, по меньшей мере, двадцать полностью голых женщин, перед каждой из которой лежал белоснежного цвета шкаф размером со взрослого мужчину, причем гиганта.

– Так, может, причина моего визита и кроется в том, чтобы узнать, как идет разработка препарата моей матери? – предположил Рей, узнав среди голых кибердевушек Мэйбл – того самого робота – или сверхчеловека, как сказал бы Майлз – которого Майлз привозил с собой в Спелсер. Рей помахал Мэйбл рукой, но никакой реакции от кибердевушки не последовало.

– Они выключены, – сказал Майлз.

– Ясно.

– Так почему ты решил найти меня? – переформулировал свой вопрос Майлз.

– Ээээ… – замялся Рей. – Я уже сказал тебе, почему. Чтобы узнать, как идет работа над Канцерфецитом.

Майлз внимательно посмотрел на Рея, после чего произнес:

– Я почему-то уверен, Рей, что сейчас ты говоришь неправду.

Рей развел руками.

– Ну, хм, так попробуй обосновать свою уверенность, чтобы я тебя понял.

Майлз постоял молча где-то полминуты, после чего медленно покачал головой.

– Я не могу.

– Вот видишь. Как ты после этого можешь быть уверенным в том, что мои слова – это ложь?

– Я не знаю почему, но я уверен в этом, – сказал Майлз, после чего приобрел смущенный вид.

Рей стал разглядывать лицо Майлза, всегда казавшееся ему симпатичнее его собственного… Теперь Рей понял, почему всю свою жизнь он чувствовал необъяснимую неприязнь по отношению к Майлзу, даже несмотря на их более-менее приятельские отношения – его неприязнь стала объяснимой.

И уверенность Майлза в том, что Рей лжет, тоже объяснима – видимо Майлз не считает нужным вслух озвучивать ее причины.

Но…

Рей не хотел вступать в открытое противостояние с Майлзом только потому, что Майлз симпатичнее него, так что Рей решил поговорить о чем-то отвлеченном.

– Как идет работа на сверхлюдьми? – спросил он.

Майлз приподнял брови, но ответил с явным удовольствием.

– Странно, что тебе это интересно. В данный момент я работаю над трансплантацией мыслей в тела сверхлюдей, создавая им абсолютную идентичность с прошлым носителем мыслей. Эту идею я почерпнул в последней книге твоей матери, Келлендры Криц. «Существует множество однообразных мыслей, незачем что-то свое выдумывать. Даже эта мысль – не моя. И то, что ты считаешь своими мыслями, тоже могут быть не твоими…» – Майлз улыбнулся. – Теперь я понял, Рей, что тогда в баре ты цитировал собственную мать.

Рей пытался показать, что ему это интересно, но это у него не получилось. «Ты же не трахаешься с этими железяками?» – чуть было не спросил Рей, но гадкое чувство такта не позволило его мыслям материализоваться в словах.

– Мои сверхлюди уже читают научные работы твоего покорного слуги, – гордо заявил Майлз. – Я заставляю их читать «Вымирание_„сильного“_пола», чтобы поднять их самооценку.

– Их интеллект уже превосходит человеческий? – спросил Рей, понимая, что ответ ему не нужен.

Майкл покачал головой.

– Пока нет. Их развитие будет ускоряться в геометрической прогрессии, и настанет момент, когда я, незаметно для себя, превращусь в их раба. Скорость их развития можно будет рассчитать в единицах, не больших чем наносекунды. Их развитие будет необратимым. У людей даже не будет времени что-либо им противопоставить. Лучшее, что они смогут сделать – смириться.

После этой фразы Рей наконец-то вспомнил о заповедях Машинного Разума, он достал из папки с документами лист с заповедями и протянул его Майлзу.

– Прочитай – тебе понравится.

Майлз бегло просмотрел записи на листке, бросил на Рея восторженный взгляд, затем прочитал заповеди гораздо более вдумчиво, после чего восторженность во взгляде превысила все мыслимые и немыслимые пределы.

– Ты помнил про мои заповеди? – Майлз замер и открыл от изумления рот. – Ты помнил о Библии Машинного Разума?

– Я не думаю, что то, что я написал, потянет на полноценную библию, – произнес Рей, натянув на лицо ложную скромность, – но хаос знает, что я старался, изо всех сил старался выполнить то, что обещал.

– Черт побери, как же это здорово! – Майлз рванулся к Рею и обнял того по-братски. – Огромное спасибо, Рей! Ведь у меня не было времени написать даже пару заповедей, не говоря уже о полноценной библии. Думаю, я отложу написание библии на потом – все равно, я не смогу сосредоточиться, пока до конца не пойму свойства Канцерфецита.

Майлз моргнул, затем подбежал к пачке сигарет, оставленной на белоснежному шкафу возле выключенной голой Мэйбл, достал одну, затем протянул пачку Рею.

– Нет, я не курю, – сразу сказал Рей. – Хватит с меня зависимостей.

Майлз убрал пачку в карман, зажег сигарету, сделал одну затяжку, после чего произнес:

– Пьянящие гриверские сигареты с ромом. Те, что я курил в спелсеровском БлейкЭндБлиссе. Они гораздо вкуснее этой никотиновой бредятины, но то, что я смог достать даже эти сигареты – поистине настоящее чудо.

Рей кивнул, не зная зачем.

– В Ориенфорте недавно открыли первую в истории Паксбрайта лабораторию по производству сигарет, – продолжал Майлз. – У местных жителей появился стресс из-за действий нашего северного соседа. Но по-моему мнению, лучшего табака, чем отуанский, нам, паксбрайтовцам, никогда не изобрести.

Рей вновь кивнул, не понимая, почему вдруг Майлз заговорил про сигареты.

– Гриверс значительнее продвинулся в искусстве убивать в сравнении с Паксбрайтом – именно поэтому в Гриверсе более качественные сигареты.

– К чему ты ведешь? – не выдержал Рей.

– А ты что, не знаешь? Между Синистером и Паксбрайтом скоро начнется война. Синистерские интервенты расхаживают по Паксбрайту, словно по своим владениям. Один приказ Бейла – и все, наш тихий мир будет уничтожен.

– Этот Майлз понимает, о чем говорит, – прозвучал в ухе Рея тихий довольный голос Бейла.

От неожиданного вмешательства своего повелителя Рей едва не потерял сознание. Видимо, в его лице что-то изменилось, потому что Майлз спросил с тревогой в голосе:

– С тобой все хорошо?

– И да… и нет… – негромко ответил Рей. – Прости, Майлз, это все из-за лицидов. Из-за них я могу вести себя неадекватно и не помнить того, что делал минутами ранее.

Майлз понимающе кивнул.

– Ты только подтверждаешь мои слова, Рей. Гриверские лициды. Величайшее в искусстве смерти…

Майлз докурил сигарету, прокашлялся, затем выкинул окурок в висящий на стене утилизатор и… замолчал. Лишь спустя полминуты набрал воздуха в грудь, после чего произнес:

– Прости, что я не доверял тебе.

Рей поднял брови.

– Я думал, Гриверс с его лицидами превратил тебя в животное, – продолжал Майлз. – Я рад тебя видеть, рад знать, что ошибался…

Жестами Рей дал Майлзу понять, что принимает его извинения, в которых, впрочем, он вовсе не нуждался.

– Разумеется, ты хотел увидеть результаты моей работы над Канцерфецитом, – продолжал Майлз. – Ты помнил о моей просьбе, а я рад тебе сообщить, что не забывал о твоей. И моя работа над Канцерфецитом привела меня к одному ошеломляющему выводу…

Майлз взял паузу, видимо рассчитывая на то, что заинтригованный Рей поторопит его озвучить свой вывод, но Рей не был заинтригован вовсе. У Рея была другая цель… и другое имя…

Я солдат державы Бейла. Мое кодовое имя – Разрушитель. Я подчиняюсь только Сикстену Бейлу. Моя основная задача – пробраться на территорию Паксбрайта и уничтожить Йоханна Шелтера. Я не имею права допустить своей смерти до момента смерти Шелтера. Наградой за смерть Шелтера станет моя собственная смерть.

В голове у Рея были совсем иные выводы, гораздо более важные, чем те, о которых ему собирался сообщить Майлз.

Его кодовое имя было для него более значимым, чем имя, которое дала ему родная мать.

Его цель была гораздо важнее той работы, которую не успела завершить его родная мать.

Чтобы достигнуть своей смерти ему нужно прекратить ассоциировать себя с прошлым Рея – потому что впереди его ждет будущее Разрушителя.

Рей Криц, отвратительный сын и еще более отвратительный брат, мертв – и смерть эта духовная.

Имя Рея будет использовано им, Разрушителем, для достижения главной цели его жизни – смерти физической.

Он решил, и решение это окончательное. Никакого Рея теперь не существует. Рей воскреснет лишь тогда, когда умрет и увидит Афину.

А пока он – Разрушитель…

Разрушитель прежде всего себя…

Своих стремлений и своих идеалов…

Майлз, видимо, решил, что Разрушитель заинтригован, но просто не хочет торопить его озвучивать свои выводы, поэтому он перестал ждать реплики Разрушителя и произнес:

– Вселенная не познана ни на миллионную долю процента. Появление высокоинтеллектуальных машин, сколь бы то ни было, да приблизит нас, как творцов познавателей, к разгадке вселенной. Когда появится трансцендентная материя, одинаково воспринимаемая каждым – все наши предыдущие достижения обратятся в пыль. И я решил скрестить два своих научных проекта в один, настолько амбициозный, что он сорвет тебе голову, будь уверен.

Разрушитель впервые проявил искренний интерес.

– Как ты можешь соединить в одно целое лекарство от рака и сверхлюдей?

Майлз вновь взял паузу – по правде говоря, эти паузы уже порядком надоели Разрушителю.

– Темные духи, – ответил Майлз.

– Так что это за духи такие? – спросил Разрушитель с легким раздражением в голосе.

– Это божественный дар, который подарили мне исследования Канцерфецита.

– Можно говорить более определенно, пожалуйста! – с жалобой Рея перебил Разрушитель.

Майлз не смутился и продолжил:

– Темные духи – это покойники, отображающиеся на фотографиях. Это материализованные в реальности воспоминания о тех, кого мы когда-то потеряли.

Разрушитель сглотнул ком в горле – он подумал об Афине…

Нет, нет, нет! Ты – Разрушитель, мысли и желания Рея не должны отвлекать тебя от истинной цели:

…Моя основная задача – пробраться на территорию Паксбрайта и уничтожить Йоханна Шелтера…

– Темные духи – это ты, я, любой человек на земле – в будущем, – говорил Майлз. – Мы тоже когда-нибудь умрем и станем проекцией чьей-то избирательной памяти.

Разрушитель пока ничего не понимал в том, что ему говорил Майлз, но все его слова почему-то вызывали в голове Разрушителя неуместные ассоциации с Афиной, что, в купе с поставленной Бейлом задачей, просто-напросто сводило его с ума…

Разрушитель чувствовал, что его разрывает на части. Борясь с собой, он решил спросить:

– Как ты планируешь скрестить покойников и своих кибердевушек? И даже если тебе это удастся, то что тебе это даст?

– Неужели ты не понимаешь, Рей? Ведь темные духи – это бесконечный океан возможностей. Это своего рода спиритический сеанс. Воскрешение из мертвых. Знаешь, что это значит? Это значит, что смерти как таковой придет конец. Сверхлюди станут наши бессмертными потомками. Темные духи – это прошлое, и в то время мы – мы тоже будем прошлым – мы будем темными духами, и с помощью темных духов все мы обретем бессмертие после нашего уничтожения.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

Поделиться ссылкой на выделенное