Евгения Букреева.

Красавицы и кубки



скачать книгу бесплатно

И решилась извиниться за вчерашние песнопения. – Послушай, мне правда очень неловко за вчерашнее шоу, – пробормотала я, не решаясь взглянуть Косте в глаза. – Да ладно, мне даже понравилось, и исполнение, и репертуар. Я все-таки посмотрела на него, глаза Кости откровенно смеялись. – Издеваешься? – уточнила я. – Немного, – признался он и снова улыбнулся этой своей улыбкой, от которой у меня мурашки бежали по коже. – Забудь, Даш. Не напрягайся

– Хотела бы забыть, да вот не получается. Обычно у людей, в таком состоянии, память отшибает, а у меня так нет, как назло, все в красках помню.

– Нет, серьезно, мне, правда, понравилось. Мы когда с друзьями собираемся, тоже под гитару песни любим поголосить, – не унимался Константин.

– Спасибо, за комплементы, конечно. Петь под гитару, сидя с друзьями, это очень здорово. Только у меня особый случай – в квартиру я ввалилась, причем в прямом смысле это слова. И без гитары. И, насколько ты мог заметить, без друзей. Поэтому я была бы тебе признательна, если обсуждение вопроса вокала мы оставили бы до лучших времен, – выпалила я.

– Мы не будем больше обсуждать этот вопрос, я обещаю – Костя улыбался так открыто, что невозможно было ему не верить. – Но все равно, я очень рад, что мы познакомились.

– Я тоже рада знакомству, – сказала я и вдруг, неожиданно даже для себя, добавила: – Интересная тенденция прослеживается в череде моих знакомств в этом городе……

– Какая тенденция? – спросил Костя. – Со всеми, с кем я знакомилась, я делала это самым вычурным способом, оставляя у людей неизгладимые впечатления о себе. Зато на второй день ситуация менялась в положительную сторону, вот и ты тоже не стал исключением – я расплылась в улыбке, пытаясь придать ей самый очаровательный вид. – И многих ты покорила? – Пока троих – Ну, меня понятно, а еще кого? – Двух своих непосредственных начальниц. Костя рассмеялся. Мне тоже стало смешно, но похмелье было сильнее меня, и я смогла выдавить из себя только тихое «хи-хи»

– Слушай, мне кажется, что я знаю и четвертого твоего «поклонника», Шилова. Интересно, что ты такое учудила при знакомстве с ним? Если не секрет?

– Какой Шилов? Я с ним не знакомилась еще, на его счастье.

– Шилов, Роман Иванович, первый вице-президент компании. – А, первый вице-президент, тогда понятно, – произнесла я с самым загадочным видом, хотя, убей меня, никаких теорий, оправдывающих интерес столь высокого руководства к моей скромной персоне, у меня не было, – А как он интересовался?

– Ну, я с утра был в приемной, мне нужно было срочно документы подписать, а тут как раз от Давыдова Шилов с Дибенко выходят, и Шилов Михаилу говорит, мол, откуда вообще эта Танеева взялась, и не кажется ли ему странным, что человек со стороны сразу оказался в гуще событий. Вот и все, что я слышал.

У меня засосало под ложечкой. Я сразу вспомнила, что Анастасия вчера говорила о врагах, которые у меня уже появились, и нельзя сказать, что этот факт меня сильно порадовал.

Но, с другой стороны, теперь у меня есть Анастасия и Арина! И еще Костя! Поэтому я бесшабашно выкинула нехорошие мысли из головы и кокетливо улыбнулась своему кавалеру.

Когда сигареты были выкурены, а кофе допит, Костя вдруг спросил: – Слушай, Даш. Может, встретимся сегодня после работы, погуляем?

Я заметила, что он немного смущается, и это так растрогало меня, что я едва сдержала порыв броситься ему на шею.

– Сегодня после работы? Ну, хорошо…
Костя снова расцвел в улыбке: – Тогда я зайду за тобой

Я кивнула. Если бы не мучающее меня похмелье, я бы в тот момент была абсолютно счастлива.

Анастасия от Ильина вернулась около десяти. Она ворвалась в Управление и пулей пронеслась в свой «аквариум», оторвав меня от штудирования «методических рекомендаций по определению страховой стоимости имущества физических лиц». Через минуту она высунулась из своего кабинета и резко бросила: – Даша и Арина! Срочно ко мне! – У нас проблемы, – мрачно сообщила она, когда мы зашли в кабинет

– Что, шпионы Дибенко засняли наше вчерашнюю пьянку на видео и выложили в U-tube? И теперь все сотрудники компании наслаждаются нашими вчерашними подвигами? – Арина, видимо, уже проснулась, и вернулась в свое обычное игривое расположение духа.

Я хихикнула. Но Анастасия явно не была настроена на юмор. Она по очереди окинула нас одним из своих самых ледяных и надменных взглядов, и охота шутить, лично у меня, пропала сама собой

– С утра Ильину звонил Шилов. По поводу вчерашнего договора. Он заявил, что вопросы о выплате комиссионного вознаграждения находятся не в компетенции нашего Управления, и принимать решения такого рода я не имею права.

– Это правда? – поинтересовалась я. – Ну как тебе сказать, – Анастасия откинулась на спинку кресла и задумчиво забарабанила пальцами по столу, – Мы действительно не принимаем решение, платить, или не платить комиссию. Но мы в состоянии посчитать ее размер. А точнее, мы должны согласовать нетто-ставку (ну, то есть, тариф без комиссии), а накручивает там продавец что-то сверху или нет, это решаем не мы.

– Но, насколько я поняла вчерашнюю ситуацию, вы же ей и согласовали эту, как ее, нетто-ставку?

– Да, согласовали. Понимаешь, Даш, беда в том, что я должна была рассчитать голый тариф, и все. Но, уж очень соблазнительно было, прижать их с Мишкой аферы, тем более, что у нас появилась такая информация.

– Насть, а что ты волнуешься? У нас позиция чистая. Математическая, можно сказать. Цифры – вещь упрямая. А насчет комиссии, они что, дураки, чтобы выносить эту историю наружу? – заявила Арина.

– А вот теперь самое неприятное. Дураки они или нет, вопрос второй, но историю эту они вытащили.

– Оба-на! – отреагировала Арина. – У них что, мозги совсем расплавились? Ну, ладно, Рошам, она баба недалекая, но Мишка-то никогда идиотом не был.

– Дибенко – не идиот, – согласилась Настя, – И это значит только одно.

– Он резко поглупел? – предположила я, хихикнув. – Это вряд ли, такого удовольствия он нам не доставит. Хотя, если вчера вечером его кто-нибудь долбанул по голове чем-то тяжелым, то шанс есть, – мечтательно сказала Арина

– Это означает только одно, – повторила Настя, игнорируя наши комментарии. Я заметила, что когда речь заходила о Дибенко, моя начальница полностью теряла чувство юмора. – Он что-то задумал. И интуиция мне подсказывает, что это «что-то» нам не понравится.

– Да уж, замыслить что-то позитивное Дибенко не сможет, даже если захочет, – вставила Арина, а Настя меж тем рассеянно терла лоб, уставившись в валявшийся на столе телефон.

– А задумать он мог только одно, – Анастасия сосредоточенно размышляла, пальцы отбивали все более и более быстрый ритм по столу. Наконец, когда я уже стала опасаться, что Настины пальцы все-таки пробьют дыру в полированном дереве, она резко вскочила и подошла к окну

– Арин, у них есть еще один агент, запасной. Поэтому, если мы попытаемся предъявить им Хабибуллину, они выставят нас полными кретинами и вытащат на свет какого-нибудь Иванова или Задрищенко.

– Лучше бы Задрищенко, – ответила Арина, потерев переносицу, – хоть будет повод посмеяться.

Настя вернулась на свое место и продолжила: – Но это бы еще полбеды. Знаете, в чем особая прелесть всей ситуации?

Мы не знали. Я-то если честно, вообще не видела никакой прелести, разве, что фамилия Задрищенко меня позабавила.

– А прелесть, друзья мои, состоит в том, что Ильину заявили, что наше Управление ведет себя вызывающе, хамит продавцам, и использует свое служебное положение для того, чтобы отыграться за свои прошлые обиды. Точнее, вызывающе ведет себя начальник Управления, некая Анастасия Лаврентьева, которая не далее, как вчера грубо разговаривала с сотрудницей Управления страхования имущества и ответственности Скобеевой Варварой, только на том основании, что у вышеозначенной Варвары – высокие и светлые чувства к бывшему мужу Лаврентьевой, Дибенко Михаилу. Не могу поручиться за дословную точность цитаты, но смысл примерно таков.

– Но это же вранье! – возмутилась я. – Ты вообще этой Варваре вчера и двух слов не сказала!

– Дибенко совсем совесть потерял! – Арина была возмущена не меньше моего.

– А что вы хотели? Мы вчера не просто его по самолюбию щелкнули. Мы его бабла лишили. Реального бабла. Сумму видели? А Мишаня до денег всегда был жаден! Так что драться за них он будет по-взрослому. Черт!

Она приложила ладони к вискам и снова впала в задумчивость

– Да, похоже, мы заигрались, – протянула Арина. – Но уж больно информация была хороша! Прямо как вспомню, как Рошам вчера дергалась, так сердце и радуется. Насть, это я тебя втравила, в эту авантюру, когда мне Андрей… в смысле, один сотрудник службы безопасности информацию слил.

– Я тебе что, девочка маленькая? – разозлилась Настя. – Я что, за свои решения отвечать не могу? Или ты думаешь, что я сейчас вот так возьму и свалю всю вину на тебя? А сама в кусты?

– Черт, Насть, ничего я так не думаю! Ты мне лучше скажи, чем это нам грозит?

– А грозит нам это тем, что в двенадцать часов нас всех троих приглашают к Давыдову.

– К Президенту? – ужаснулась я. – Втроем? – поразилась Арина, – А Дашка-то здесь каким боком?

– Кроме нас троих и Ильина, на эту милую вечеринку еще ангажированы Шилов, Дибенко и Рошам.

– Ну все, если за дело взялся Шилов, то нас там размажут по стенке, как мелкую мошкару. На потеху Дибенко и Рошам, – подвела итог Арина и вздохнула. – А так забавно все начиналось.

– Но ведь все подсчитано правильно, – продолжала недоумевать я, – И афера была. А то, что мы там кому-то нахамили, вообще, недоказуемо.

– Даш, – устало ответила Анастасия. – Одно дело – загонять в угол эту курицу Рошам, а другое – тягаться с Шиловым.

– А что, этот Шилов, такой страшный? – Тягаться с ним, все равно, что идти с игрушечным пистолетом на танк. Шилов истерить не будет. Он бьет сразу и наповал. Вид мы будем иметь бледный и печальный, как глисты в унитазе. Это я вам, подруги, гарантирую

– И что, ему совсем-совсем нельзя противостоять? Ну, хоть попытаться-то мы можем? Или так и будем покорно ждать, пока нас этот ваш всемогущий Шилов не сотрет в порошок?

Арина посмотрела на меня как на умалишенную: – Ага, мы с таким же успехом можем объявить войну Президенту Соединенных штатов. «Мы бы всех их победили, только нас не замечают»

Тут Анастасия посмотрела на Арину. Внимательно так посмотрела, словно первый раз увидела. Потом такого же осмотра удостоилась я.

– А, знаешь, Арин, Дашка-то в чем-то права. Победить, не победить, но попробовать, может, и надо. Значит так, расчет у нас чистый, меньше они дать не смогут при всем их желании. Я на всякий случай заручусь поддержкой Департамента перестрахования. Это раз! Комиссию они слили на другого агента, как пить дать, значит, надо узнать – на кого. Это два!

– Блин, Насть, Фандорин ты наш доморощенный. Это раз. Это два. Как это можно узнать? За полтора часа! Ты что, возомнила себя частным детективом?

– Помолчи, – отмахнулась Настя, – И последнее. Даша. – Да Даша то тут при чем? Я вообще не понимаю, зачем ее вызвали?

– Да не тупи ты, Арина. Если Шилов хочет кого-то раздавить, он делает это массированно, по всем флангам. Ты думаешь, ему я нужна? Да плевать он на меня хотел! Ему Ильин нужен. А Даша – это хороший повод его дискредитировать. Дескать, привел тут неизвестно кого, в страховании не понимает, а в согласовании крупных договоров участие принимает, да еще и осмеливается уважаемых сотрудников говном поливать. Соображаешь? Да Шилов никогда не упустит случая поддеть Ильина, тем более перед Давыдовым. Итак, Шилову – нужно поддеть Ильина, доказав некомпетентность его протеже, да и мою заодно. А Дибенко с Рошам свою комиссию будут зубами рвать.

И она снова забарабанила пальцами по столу: – Все, смертники! Лирика закончилась! Значит так, слушай мою команду! Я еще раз просмотрю все расчеты и переговорю с перестраховщиками. Мы должны быть безупречны и непогрешимы, как Папа Римский. Еще не хватало, чтобы нас завалили на профессиональном поприще! Ты, Арина, срочно мне все документы по этому долбанному договору на стол! И бегом к своему безопаснику. Делай с ним что хочешь! Режь, пытай, танцуй стриптиз, трахнись, обещай выйти замуж! Мне по фигу! Чтобы к двенадцати часам я знала всех агентов, связанных с Рошам или Дибенко. Все! Понятно? – Ты, блин, задачи задаешь, Насть! – Арина наморщила лоб. Настя покосилась на меня и отчеканила

– Арина, душа моя, запомни: я никогда не даю сотрудникам заведомо невыполнимые задания! И ты можешь всем сколь угодно врать на тему таинственного сотрудника, но я прекрасно знаю, с кем именно ты крутишь свои шашни! И мне доподлинно известно, что несколько месяцев назад Шилов давал безопасникам распоряжение – собирать информацию об агентах. Так что, у них все есть. Меня интересуют те агенты, которые проходят только по крупным договорам и только по Департаменту Дибенко.

– Черт с тобой! – сдалась Арина, – Сделаю все, что смогу.

– К двенадцати! Нас ждет Ильин, а потом мы все вместе пойдем к Давыдову.

– Ол райт, Христофор Бонифатьич! – салютанула Арина, и вышла, на ходу поправляя прическу.

– Теперь ты! – обернулась она ко мне. – Пусть Ольга бросает все дела и натаскивает тебя по теории. Как хочешь, но к полудню ты обязана отличать страховой тариф от страховой премии. Все, вперед! Бегом!

Без десяти двенадцать мы с Анастасией стояли перед дверью, ведущей в кабинет Ильина, прямо как Данте с Вергилием перед вратами ада. Но если я, все еще мучаясь похмельем, пребывала в задумчивости, то Анастасия все время погладывала то на часы, то на дверь. – Где эта авантюристка долбанная? – шипела она, судя по всему, имея в виду свою лучшую подругу, – Я ее точно когда-нибудь прибью!
Из кабинета выглянул Дмитрий Витальевич и недоуменно уставился на нас. – Ну, и что вы тут стоите? И где Самойлова? – Сейчас подойдет! – отрапортовала Настя, и мы, вслед за Ильиным, прошли в кабинет

– Ну что, герои? Готовы пасть смертью храбрых за свои убеждения? – с ехидцей осведомился он.

Мы промолчали, наверное, пытаясь осознать свои убеждения и проникнуться духом героизма. Не знаю, как у Насти, она выглядела абсолютно спокойной – уверенная в себе бизнес-леди со своим неизменным ежедневником из черной кожи – но у меня проникнуться этим самым духом не получилось. Наверное, потому, что очень хотелось пить. Похмелье все еще давало о себе знать.

– Чтобы смерть ваша была по возможности быстрой и приятной, – все так же иронично щурясь, продолжил Ильин, – Попрошу вас усвоить некоторые моменты. Настя!

Та вытянулась в струнку, как новобранец перед боем, получающий инструктаж от бывалого полковника.

– Докладывать только по тарифам и условиям договора. Комиссионного вознаграждения не касаться! На провокации Михаила – не реагировать! Сарказм, подколки и прочее – пресеку на корню! Ты меня знаешь. И Арине это своей особо донеси, а то она в последнее время говорлива стала сверх меры. Понятно?

– Да, Дмитрий Витальевич! – послушно ответила Анастасия. Прозвучало это не хуже, чем «так точно».

– Что «да»? – подозрительно переспросил он. Я подумала, что Настя, наверное, редко бывала столь покладиста.

– Сосредоточиться на расчете. Акцентировать внимание на условиях договора, – заученно повторила она.

– И ни слова о комиссии. Ты поняла? – Обещаю, ни я, ни Арина не произнесем ни слова о Хабибуллиной

– Надеюсь, ты меня не подведешь, – не слишком успокоено вздохнул Ильин, и перевел взгляд на меня. Мне немедля захотелось щелкнуть каблуками и отдать честь.

– Теперь ты, Дарья. Твоя задача – молчать! – Совсем? – изумилась я, невольно выпадая из образа исправного служаки, получающего указания командира. – А вдруг меня о чем-то спросят?

– Это не твоя забота, – отрезал Дмитрий Витальевич. – Ты должна молчать, как мальчиш-кибальчиш у буржуинов. И точка. Это ясно?

Я кивнула. – Тогда все! Нам пора, – решительно произнес Ильин и встал

– А Арина? – шепнула я Насте, когда мы двинулись к выходу, вслед за ним.

– Сейчас будет, – уверенно ответила она. И правда, как только мы вышли в коридор, Арина буквально налетела на нас, чуть не сбив Ильина с ног и внеся некоторое смятение в нашу немногочисленную армию. Она выглядела чуть смущенной и взъерошенной, но при этом, вполне довольной. – Опаздываешь, – вскользь заметил Ильин и прошел вперед. Мы последовали в том же направлении. Арина и Анастасия не произнесли ни слова, но я, краем глаза, успела заметить, как подруги обменялись многозначительными взглядами, и в ежедневник Анастасии из блокнота Арины перекочевал какой-то плотно исписанный листок

Перед входом в приемную президента Дмитрий Витальевич обернулся, словно производя последний смотр своим войскам, и пристально глядя на Арину, произнес:

– Девочки, я надеюсь, вы поняли. Ни слова о комиссии.

Арина вопросительно посмотрела на Настю, но та, успокоив ее едва заметным кивком головы, браво отрапортовала:

– Даю слово, фамилия Хабибуллина не будет упомянута

Если Ильин и заметил, с каким упорством Анастасия заменяла слово «комиссия» на фамилию «Хабибуллина», то предпринять ничего не успел. Из приемной послышался голос секретарши:

– Дмитрий Витальевич! Идите скорей! Все уже собрались, вас ждут.

Кабинет Давыдова был огромен, как арена Колизея. В центре у гигантского окна, из которого открывалась потрясающая панорама Москвы, возвышался массивный стол. К нему был приставлен другой, пониже и подлиннее, человек этак на двенадцать. Президент сидел в громадном кожаном кресле, завершая собой центральную композицию. Надо сказать, он меня разочаровал. На мой взгляд, в таком антураже достоин был находиться истинный вождь – величавый, авторитетный, способный вершить судьбы миллионов и вертеть миллиардными денежными потоками. А тут, слегка тщедушный мужчина средних лет с тусклым и скучающим взглядом, одутловатым лицом и редкими седыми волосами. Все, что происходило вокруг, казалось, навевало на Президента тоску, и он едва сдерживал зевоту. Одну половину длинного стола уже занимали наши противники. Я узнала Дибенко, вальяжно развалившегося на стуле, и Рошам, нахохлившуюся рядом, отдаленно смахивающую на курицу. При нашем появлении она поджала губы и обиженно уставилась на свои пухлые ручки, сложенные перед ней, как у первоклассницы. А вот в самом начале стола, ближе всех к Президенту, сидел худощавый, подтянутый пятидесятилетний мужчина с чрезвычайно цепким и умным взглядом. Это, вероятно, и был тот самый великий и ужасный Шилов. Мы заняли противоположную сторону стола. Диспозиция было такова: напротив Шилова сел Ильин, передо мной оказался Дибенко, далее расположились Анастасия и Арина. Мне это напомнило шахматы. Фигуры расставлены в строго определенном порядке перед началом партии и ждут жеребьевки, определяющей порядок ходов. – Что ж, все в сборе? – осведомился Давыдов. – Да, Леонид Юрьевич, можем начинать, – с готовностью отозвался Шилов. – Ну что, как я понимаю, многострадальный договор уже заключен? – Первый платеж уже поступил, – отрапортовал Дибенко. – Отлично! Тогда давайте сразу обозначим суть конфликта, коллеги. Роман Иванович, может ты? – обратился Давыдов к Шилову. Жеребьевка состоялась. Фигуры собрались. Партия началась. – Я бы хотел, чтобы Управление андеррайтинга и методологии сначала изложило свою позицию. А именно, нас интересует, что послужило причиной для отказа продавцам в праве выплаты комиссионного вознаграждения агенту

– Роман Иванович, дорогой, – вступил в разговор Ильин, – Я не понимаю, о каком отказе идет речь? Управление Лаврентьевой не занимается вопросами комиссии.

– Вот как? А Анастасия Александровна знает об этом? – вскинул бровь Шилов.

Ильин полез в папку и достал оттуда забытую накануне Рошам заявку с резолюцией Насти и Арины.

– Позвольте, я поясню, – решительно влезла Настя, – Дело в том, что мы согласовали нетто-ставку. Фраза «при отсутствии комиссионного вознаграждения» – это стандартная формулировка, которая вовсе не означает, что мы запрещаем выплачивать комиссию. Оно означает только «нетто-ставка», и не более того. Управление всегда использовало данную формулировку, и до сих пор никто вопросов не задавал. А что касается тарифов…

Тут Настя пустилась в такие дебри, что я даже не буду пытаться воспроизвести ее речь. Она сыпала терминами и цифрами с такой легкостью, словно читала заученное в детстве стихотворение. Я перестала что-либо понимать почти сразу. Мне было неловко, что я одна здесь настолько необразованна, что не понимаю ни слова. К тому же очень хотелось пить, а на столе, прямо между мной и Дибенко стояла закрытая бутылочка минеральной воды и пара стаканчиков. Поэтому, вместо того, чтобы тупить над Настиной лекцией и мучиться осознанием собственной профессиональной несостоятельности, я стала размышлять, удобно ли взять, и вот так, прямо на глазах у всех, налить себе попить. Кто ее знает, эту бизнес-элиту, может, у них выпить воды считается признаком дурного тона, а бутылки со стаканами стоят на столе исключительно для понта или антуража. Или, может быть, сначала надо дождаться, чтобы воды выпил самый старший по статусу, как при дворе – придворные не приступают к трапезе, пока король не отведает блюдо первым.

Скоро, мне кажется, заскучала не только я. Все собравшиеся, включая президента, отчаянно боролись с зевотой. Только Шилов продолжал внимательно вникать в Настину высоконаучную лекцию.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10