Ева Никольская.

Зачарованный город N



скачать книгу бесплатно

Сначала мне хотелось отстраниться от новоявленного лекаря, но я быстро передумала, вспомнив о благотворном воздействии жидкости, выпитой некоторое время назад. Был, конечно, соблазн заняться обработкой травм самой, но его пальцы… такие прохладные и чуткие, нежно поглаживали кожу, нанося эликсир, и я отогнала прочь мысли о любой инициативе. Мои веки опустились, тело расслабилось, а мысли, словно мухи в киселе, все медленнее ворочались в голове. Мр-р-р… как же хорошо. Вслед за лицом парень смазал волосяную часть моей головы, затем перешел к обработке ушей и шеи. Когда же его руки опустились ниже, я недовольно дернулась и резко открыла глаза. Ну вот, опять меня раздевают, не спросив! Что за наглость? Пусть я далеко не красавица по меркам современного мира: худая, маленькая, лопоухая, да еще и вся в синяках, но ведь и не бессознательный пациент, чтобы моим мнением не интересоваться. Я ударила парня по запястью, когда он попытался стянуть с меня плащ. Хмурый карий взгляд с золотыми искорками недовольства был мне ответом.

– Аше-ар-р-р! – прорычал визави, а мне подумалось, что слышу это не впервой.

– Сама сделаю! – огрызнулась я, потянувшись к пузырьку.

Но лекарь не дал мне двинуться с места, припечатав слишком уж хрупкое для его сильных рук тело к соломенной лежанке. Еще пара коротких словечек то ли наставительного, то ли угрожающего смысла слетела с его губ прежде, чем он продолжил меня раздевать. Я ругалась на русском, проклиная собственную слабость и чужую наглость. Однако это совершенно не мешало новому знакомому размазывать по моему обнаженному телу холодную жидкость. Не глядя мне в глаза, он обрабатывал ожоги, и на лице его не отражалось даже намека на чувства, которые мужчина мог бы испытывать к женщине в таких щекотливых обстоятельствах.

Я в очередной раз подумала, что не нравлюсь ему, и это почему-то вызвало досаду. Ну да, тело девочки-подростка с узкой талией и вторым (с натягом) размером груди на эталон красоты не тянуло. Ладно хоть бедра были, как и положено, девяносто в объеме. Черты лица тонкие, глаза обычные, серые, волосы… тоже не без примеси пепельного оттенка. Да уж, мышь мышью, на что тут зариться? Очередной печальный вздох притупил смущение. Ресницы вновь опустились. Сквернословить надоело, и я замолкла. Не изнасилует? Да и черт с ним! Зато хоть подлечит.

Конечно, подобные рассуждения были для меня чересчур, но я тут же списала все на стресс. Мой сексуальный опыт содержал в себе несколько поцелуев и не очень-то тесных объятий с однокурсником, а также бурную ночь с одним из наших ветеринаров, которая началась с ужина при свечах и закончилась разбитой о мужскую голову вазой, так как переводить отношения в горизонтальную плоскость с пьяным кавалером я отказалась. Недоразумение, к счастью, разрешилось миром и дружескими отношениями с пострадавшим, а моя девственность осталась при мне. И лишаться ее насильственным путем, пусть даже и с таким привлекательным парнем, как мой спаситель, не хотелось.

Я не ханжа, нет! Просто мне по жизни не везло с поклонниками.

Те, которых больше прельщали родительские деньги, нежели я, вызывали лишь раздражение, а других, кроме все того же ветврача, просто не встречалось. Либо я без отцовского кошелька была не слишком привлекательна, либо все приличные мужчины паслись на каких-то других угодьях. Одним словом, почти до девятнадцати лет я дотянула без каких-либо сексуальных приключений, чему и радовалась тайком от многочисленных знакомых, считавших, что быть девственницей в этом возрасте неприлично.

Мужские пальцы легли на красное пятно, занимавшее едва ли не половину моей грудной клетки. Скользя ниже, они осторожно втерли целебную жидкость в настрадавшуюся кожу, мягко обогнули темную горошину соска, оставляя за собой влажный след эликсира. Я даже дышать перестала, что уж там говорить о возмущении. Ни один мужчина еще не дотрагивался до меня так! Прикосновения лекаря волновали, заставляя волны приятной дрожи расходиться по телу. Но парень, похоже, не замечал моей реакции. И мне ничего не оставалось, кроме как краснеть от смущения, тихо беситься от собственной податливости и молча лежать, тренируя терпение и прочие мало знакомые черты характера.

Подавлять возбуждение было ой как трудно, но и открыто демонстрировать этому человеку свои слабости я не собиралась. Сладкая пытка длилась и длилась: слои ароматной жидкости сменялись чуть резковатыми на запах мазями, а умелые и на удивление нежные мужские руки неустанно скользили по моей коже, втирая лечебные снадобья. Я и не заметила, как в разгар борьбы между злостью и невостребованной сексуальностью провалилась в глубокий сон.


Тем же днем…

Кейли-Оз – белокожая азора с тонкими сильными руками, на которых как перчатки сидели металлические каркасы миниатюрных, но на удивление мощных арбалетов, быстро шла к своему шарту. За спиной ее висел колчан со стрелами, чьи острые трехгранные наконечники были смазаны ядом, а на бедре покачивались ножны. Уровень Силы этой женщины соответствовал третьему, но сегодня глаза ее горели оранжевым огнем гордости и высокомерия. Именно ей эйсард поручил выполнение важной миссии и, что осталось для остальных тайной, посулил за услугу кое-какое личное вознаграждение. Кейли из рода Оз так любила деньги, что не брезговала никакими методами их заработка.

Иногда Кир-Кули приглашал ее в свою постель и щедро за это расплачивался. Жаль только, редко. Такой приятный способ «левого» заработка ей нравился особенно. Остальные мужчины давали меньше. Да и что с них взять? Они ведь имели совсем не те доходы, что предводитель. К тому же были более прижимистыми – каждый копил на будущее, не желая расставаться со своими кровными по пустякам. Кейли-Оз себя пустяком не считала, поэтому спала с этими скрягами исключительно под настроение.

Жизнь представителям их расы давалась лишь раз. Ни один из белолицых магов не был способен к реинкарнации. Бездна поглощала их души, забирая навсегда. С другими обитателями Тайлаари* дела обстояли иначе, они умирали и перерождались. Теряли память прошлых жизней или сохраняли ее, но продолжали существовать в мире живых бесконечно, в то время как соплеменники белокожей азоры довольствовались всего одной попыткой. Поэтому после истечения контракта наемники собирались тратить свои накопления исключительно на себя, а не спускать их на дорогостоящих шлюх из собственной команды. Тем более в Неронге хватало девиц, обмануть и заполучить которых было раз плюнуть.

Эйсард же, по мнению Кейли-Оз, выгодно отличался от остальных. Его поведение многим казалось странным и слишком расточительным, чем азора вовсю пользовалась. Может, власть ему кружила голову, может, «крыша» от скуки ехала – лучница не вникала. Она была горда и довольна тем, что имела. Ведь из трех, точнее, уже двух женщин в поселении только ей удалось стать его любовницей. Хорошо оплачиваемой к тому же! Ее соперница – красноглазая Мира-Нин не имела доступа к телу Кир-Кули и, соответственно, была обделена его щедрыми подарками. Высокая и остролицая наемница четвертого уровня Силы откровенно ненавидела и презирала конкурентку, но это не мешало им сосуществовать рядом век за веком, выполняя обязанности тюремщиков. Да и подзаработать менее разборчивая Мира-Нин вполне могла на других мужчинах в лагере – пусть куш невелик, зато удовольствий предостаточно. А что может быть слаще денег и удовольствий? Только удовольствия, приносящие деньги!

Лучница переступила порог родного шарту, спустившего к ее ногам прозрачную лестницу. Зеленый коридор петлял между комнатами, провожая хозяйку в спальню. Сегодня ей больше не понадобится метательное оружие, лишь нож, спрятанный на бедре, да несколько энергетических «бомб», порожденных ее личными чарами, – так, на всякий случай. При хорошем самочувствии любой из наемников мог без труда создавать подобные шары. Только цвет и мощность разнилась в зависимости от уровня Силы творца.

Подойдя к зеркалу, Кейли-Оз одобрительно кивнула своему отражению. Она обладала спортивным телосложением, симпатичным лицом и длинными белыми волосами, заплетенными в косы, корзиночкой уложенные вокруг головы. Две полоски, выбритые по бокам высокого лба, придавали ее облику хищность. Большие, чуть раскосые глаза цвета рыжего пламени светились самодовольством. А полные белые губы и белесые от природы плавно выгнутые брови, которые она подкрашивала тайком от окружающих, добавляли лицу азоры особую мягкость и чувственность. По мнению Кейли-Оз, она была не просто хороша собой, а очень хороша, если не сказать – прекрасна. Но сегодня ночью ей требовалась иная внешность. Простая, пестрая… человеческая. Смена облика являлась обычным для ее расы процессом, но до чего же приятным! Иллюзии окутывали тело, переплавляли черты, перекрашивали кожу и волосы, создавая искомый образ. М-м-м… Отличное поле для фантазии, а сколько вариаций нарядов можно придумать!

Лучница не сомневалась, что глупые горожане не заметят подмены. Как, впрочем, и всегда. А тот, кто мог бы раскусить ее маскарад, редко появляется в верхнем городе. Однако осторожность прежде всего! Под покровом ночи совершить задуманное будет проще, и усыпить бдительность людей не составит большого труда. До захода Мелирис* еще целых четыре часа, значит, у получившей задание наемницы достаточно времени на приготовления. Так почему бы не поэкспериментировать, подбирая прическу и макияж?

Илин-Ули, недавно вернувшийся с гор, сообщил, что уцелевшая на пустоши девчонка заснула в одной из пещер, куда ее проводил Эван – дефектный продукт знаменитого пророчества. Мальчишка, рождения которого так ждали горожане и так боялись их белокожие тюремщики. Напрасно! Он не оправдал ничьих надежд. Одно из условий было нарушено, и кое-кто обломался. К счастью, не азоры. Подумав об Эване, Кейли-Оз хищно улыбнулась. Симпатичный получился полукровка, жаль только, слишком подозрительный. В противном случае она с удовольствием испробовала бы его в своей постели, прикинувшись одной из смазливых горожанок. Может быть, даже бесплатно.

Отпрыск сильнейшего… как это возбуждает!

Клыкастая усмешка на изменившемся лице женщины стала шире, а в оранжевых глазах заплясал огонек вожделения. Сейчас герой ее сексуальных фантазий обрабатывал раны чужачки из далекого мира. И Кейли-Оз было жутко интересно, чем они еще там займутся, когда пострадавшая наконец очухается? Размышления ее свернули в новое русло, и она, почувствовав укол необоснованной ревности, поморщилась. Зачем эйсард позволил невесте уйти живой? Решил разнообразить охоту, усложнив подступы к добыче? Наверняка. Лучница могла сколько угодно пытаться просчитать действия своего любовника, но это мало приближало ее к разгадке. То, что творилось в голове предводителя, было известно лишь ему одному. Остальные довольствовались версией, которую он им милостиво сообщал.

Илин-Ули – самый древний из наемников, профессиональный следопыт с непревзойденным чутьем и отточенной до идеала способностью бесшумного передвижения, не обладал седьмым уровнем силы, как у Кир-Кули, зато считался лучшим мастером кинжалов среди их группы. Почти лучшим, потому что эйсард и в этом деле превосходил всех своих подчиненных. Зато Илин из рода Ули, прозванный охотником, был незаменим во всем, что касалось слежки. Поэтому его и отправили наблюдать за иномирянкой и встретившим ее Эваном. По возвращении азор рассказал, что парень надел на руку спящей девушке «Шелест»*. Это означало, что сон ее продлится как минимум десять часов, после чего их ждет дорога до города и прочие радости жизни.

Одним словом, на выполнение задания у Кейли-Оз времени было больше чем достаточно, как, впрочем, и на сборы. Повертевшись перед зеркалом, женщина невольно вздохнула. Все-таки жаль, что Кир-Кули запретил им пока убивать чужачку. Охотник мог незаметно прикончить ее еще в горах, но разве он ослушается приказа? Опыт меркнет перед силой – мастер кинжалов не рискнет пойти против универсала, владеющего любым видом оружия с такой виртуозностью, что захватывает дух. Но дело даже не в этом. Представители их белокожей расы были движимы сходными целями и одинаково пренебрежительным отношением ко всем, кто не являлся потенциальным заказчиком. Их можно было понять и даже в общих чертах просчитать. Но эйсард… такого твердого орешка Кейли-Оз еще не встречала. Чего на самом деле хочет от жизни этот мужчина, она не знала. Зато прекрасно понимала, что с ним надо держать ухо востро и никогда… НИКОГДА не спорить! Кое-кто уже поплатился головой за попытку обойти Кир-Кули. Что ж, лучница будет умнее эйресарда. Как и всегда. Ведь именно она, Кейли из рода Оз, сумела за века совместной службы втереться в доверие к голубоглазому блондину с высшим уровнем силы настолько, что он не только приглашал ее переспать, но и давал особые задания.

Сто двенадцать лет назад, когда полуживая невеста из другого мира, потеряв руку и часть лица, умудрилась-таки добраться до Неронга, ее спрятали в подземных лабиринтах нижнего города и провели древний ритуал. Жизни азоров, допустивших оплошность, висели на волоске, так как в договоре с сильнейшими было четко прописано, что главная обязанность их группы – охрана зачарованного города от любых посетителей, не считая самих нанимателей. Невыполнение миссии влекло за собой неминуемую казнь. Никто из наемников не мог проникнуть на скрытую под землей территорию, являвшуюся полноправными владениями могущественного пленника. Там было все пропитано им, его силой, его властью… Никто бы не осмелился сунуться в логово мага, которого многие люди и нелюди сравнивали с богом. Никто… кроме Кир-Кули. До сих пор оставалось тайной, как эйсард умудрился убить ту невесту, что родила на свет Эвана, и вернуться из переделки живым. Азоры и раньше не стремились ссориться с ним, а после этого случая подобное желание у них отпало напрочь. Лу-Ла просто дура, раз решилась пойти против предводителя, и она, без сомнения, получила по заслугам. Злорадная улыбка изогнула губы, ставшие аппетитно-блестящими и вызывающе-красными. Одной соперницей меньше, как это вдохновляло! Кейли-Оз придирчиво осмотрела свой быстро меняющийся силуэт.

– Так, – насмешливо фыркнув, проговорила она. – А ничего получается куколка.

В зеркале отражались необычные метаморфозы, происходящие с ее телом. Фигура уплотнялась, особенно сильно раздаваясь в груди и бедрах, кожа приобретала бронзовый отлив загара, а оранжевые глаза постепенно темнели. Окрасившиеся в светло-русый цвет волосы рассыпались по плечам небрежными локонами, черты лица окончательно изменились, и вскоре на хозяйку шарту из зеркала смотрела человеческая женщина. Яркая, симпатичная, с округлой формой ушей и без какого-либо намека на клыки.

– Повеселимся на славу, – окутанная иллюзией азора подмигнула сама себе темно-карим глазом, в глубине которого плясали рыжие огоньки.

Глава 3
Не все спокойно в славном городе N…

В свете кристаллических свечей, лучи которых наполняли таинственными бликами выдержанную в лиловых тонах комнату, обнаженное тело молодой женщины казалось особенно соблазнительным. Сквозь открытые створки окна долетала игривая мелодия подвыпивших музыкантов и смех отдыхающих в ресторане людей. Но здесь, в обители всепоглощающей страсти, господствовали совсем иные эмоции. Русые волосы Доры нежным плащом покрывали грудь лежащего на постели мужчины. Лаская и дразня, они скользили по его коже. А ненасытная красавица, словно в замедленном танце, продолжала плавно покачиваться, сидя на мужских бедрах. Вверх-вниз… снова вверх и… чуть левее, по кругу. Ее тело с аппетитными формами казалось красновато-фиолетовым от загадочных отблесков. Женщина играла со своим любовником, доводя его до исступления, а он не мог отвести взгляд от ее горящих оранжевым пламенем глаз.

Дора… О ее чрезмерной застенчивости среди горожан ходили анекдоты. Это при выбранной-то профессии! Но сегодня Дору будто подменили. Похотливая длинноволосая нимфа, бедра которой обнимали напряженную плоть мужчины, заставляя наслаждение биться на пике уже пятый раз подряд, мало походила на тихую и милую мышку, коей являлась раньше. Ее приняли в компанию женщин легкого поведения всего несколько лет назад. Она никогда не пользовалась особой популярностью, разве что в первые дни работы. Но сегодня все изменилось! Прежняя Дора стала роскошной красавицей, соблазнительной и доступной, а еще умелой и ненасытной. И как она добилась этого – с помощью возбуждающей мелки* или благодаря советам своих товарок, ее любовника мало интересовало. Бутон чувственности раскрылся, став прекрасным цветком. Дора скромная? Нет! Дора – шлюха, и после этой ночи за ней наверняка закрепится слава лучшей девочки борделя Ариландины.

Так думал Эриен, начальник городской стражи, наслаждаясь близостью с местной жрицей любви. Сладко постанывая, женщина нашептывала ему о том, как он красив и мужественен, как им хорошо вдвоем, а еще, что это все может закончиться с приходом в город иномирной сейлин*. Эриен слушал, лаская дрожащими от напряжения руками тяжелую грудь обворожительной «нимфы». Чем дольше длился этот сексуальный контакт, тем больше затуманивалось его сознание. Постепенно глаза мужчины затянула пелена, а в глубине расширенных зрачков отразился, как в зеркале, оранжевый огонь ее гипнотического взора. Мужчина был полностью во власти своей любовницы, и она не стесняясь этим пользовалась.

– Сейлин опасна, – шептали ее пухлые губы, игриво касаясь мужской шеи, плеч и груди.

– Опасна… – эхом повторял любовник.

– Сейлин надо уничтожить, – тихим проникновенным голосом говорила Дора.

– Уничтожить…

– Убить!

– О… да-а-а… Да! – сглотнув, простонал Эриен и вздрогнул, когда искусительница, легко соскользнув с него, принялась ласкать кончиком языка мужской живот и ниже.

– Убьешь? – ненадолго оторвавшись от своего занятия, спросила она.

– Да, – закусив от удовольствия губу, отозвался начальник городской стражи.

– Не допусти чужачку в нижний город! – Короткие фразы Доры, произносимые прерывистым шепотом, все больше походили на приказы, а ее жертва, плененная сетью замешанных на вожделении чар, продолжала тупо внимать им, горя в пламени доведенной до предела страсти. Эриен хотел эту шлюху снова и снова, и ради нее он был готов на все.

– Не допущу, – выдохнул мужчина, дернувшись в судороге подступившей разрядки. – Убью… – Его пересохшие губы шевельнулись, и слово потонуло в хриплом стоне наслаждения.

– Убей, милый! – Победная улыбка Доры была одновременно прекрасной и порочной. – Уничтожь сейлин, Эриен.


А тем временем на третьем этаже борделя…

Ариландина – хозяйка единственного в Неронге и потому особенно популярного публичного дома, пребывала в отличном настроении: сегодняшняя ночь наглядно показала правильность ее выбора. Почти полсотни лет она уговаривала жену портного пойти к ней работать. С того самого дня, как ее неудачливый супруг умудрился попасть под горячую руку наместника и под его проклятый кнут. Тогда-то и стала Дора не вдовой и не женой в общепринятом смысле слова. А как дальше быть? Самой-то хозяйство тянуть сложно: город хоть и попал в изоляцию, но продолжал жить своей жизнью, основанной на рыночных отношениях. Чтобы иметь средства на покупку еды, одежды и прочих вещей, требовалось их зарабатывать. А от бывшего благоверного в его новом образе помощи ждать не приходилось. Наоборот, он вел себя как прожорливая шавка с прогрессирующими позывами к размножению. И хорошо еще, что после свалившегося на Неронг проклятия здесь больше не рождались дети. Ни у людей, ни у домашних животных, ни у мумов*, в которых обращал неугодных жителей наместник.

Никто из горожан с момента заточения не старел, что было бесспорным плюсом сложившейся ситуации. Но никто и не вырастал – и это для людей, застрявших в детском облике, стало настоящей пыткой. Правда, после того как город вырвали из столичного мира Тайлаари и переместили на дикую планету, накрыв зачарованным куполом, здесь умерли все, кто был младше семилетнего возраста. И то, что около тысячи лет назад казалось жуткой трагедией, со временем начало восприниматься настоящим благом. Дора и ее муж до проклятия детьми не обзавелись, о чем никогда не жалели, глядя на мучения чужих отпрысков. В многовековой ловушке и взрослым приходилось несладко, чего уж говорить о тех, чьи тела по-прежнему оставались детскими.

Выбраться за ворота горожане не могли из-за перспективы мгновенно состариться и рассыпаться прахом, не доходя до линии гор. Впрочем, встречались безумцы, жаждущие быстрой смерти. Особенно в первые пятьсот лет изоляции, когда затянувшееся бессмертие стало надоедать, а невозможность покинуть «магическую тюрьму» вгоняла людей в апатию. Невидимый купол заклинания, наложенного сильнейшими, был не способен разрушить даже хозяин Неронга – его король, повелитель, бог во плоти – гай* Светлоликий. Не смог совладать с чарами и его друг наместник. Да еще и белобрысые азоры со своими воздушными рейдами упорно не желали оставить город в покое. Вот что им неймется? Сидели бы в засаде за горным кольцом, поджидали бедных невест, вырванных из очередного далекого мира, и не мешали мирному существованию Неронга. Так нет же! Летают, шпионов засылают, смуту сеют… Зачем? Не иначе как от скуки.

Все ведь прекрасно знали, что они тюремщики, не убийцы. По крайней мере, для горожан. Хотя наместник придерживался другого мнения. Правда, у него была отлично развита способность находить врагов даже там, где их нет. Вот, к примеру, муж Доры… Жил себе спокойно, никого не трогал, и нате вам! Попал в немилость к приятелю Светлоликого. А всего-то по пьяни выкройки перепутал и что-то там напортачил в заказанном наместником плаще. В результате бедная Дора осталась вместо супруга с полукрысой-полупсом, который вечно хотел жрать, гулять и требовал к себе внимания не меньше, чем раньше.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32