Этьен Кассе.

Третья мировая психотронная война



скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Этьен Кассе
|
|  Третья мировая психотронная война
 -------

   Посвящается памяти моего случайного собеседника, бывшего русского дипломата Алексея Варламова.


   Буквально за день до того, как отдать эту книгу в типографию, мне на глаза случайно попалась очередная газетная статейка, посвященная моей скромной персоне. Автор, который, увы, как всегда, по непонятной мне причине не подписался (можно подумать, что у меня на службе орудуют стаи наемных убийц и что я отправляю на тот свет всех, кто мне чем-то не нравится), повторил обычный набор штампов:

   Говорят, скоро увидят свет очередные писания бумагомараки Кассе, продажного журналюги, который строчит один омерзительнейший опус за другим, полностью лишившись стыда и совести. За деньги этот беспринципный тип продаст родную мать. Впрочем, даже не это самое удивительное. Удивительно, как люди верят этому записному лгуну, который еще и насмехается над ними, когда говорит открытым текстом: «Я могу отпиарить кого угодно, могу запустить любую утку». Воистину, нет пределов человеческой слепоте! Невежды, восхищающиеся его «открытиями», и не подозревают о том, что Кассе долгие годы работал в самых желтых парижских газетах и везде пользовался репутацией человека, который может придумать любую ложь, легко представив белое черным, и еще заставить других поверить в это!

   Но, уважаемый аноним, если уж вы начали грешить против истины, давайте не будем грешить против элементарной логики. Как могут читатели «не подозревать» о том, о чем я постоянно пишу открытым текстом! Да, я работал в желтой прессе. Приходилось и врать, и представлять белое черным. Но я же не прошу кого-то мне верить! Если люди читают мои книги, значит, они находят там что-то для себя, находят ответы на вопросы, которые занимают (или мучают) их. Я же могу гарантировать, что не лгу и не кривлю душой – о слишком серьезных делах идет речь. Да и писать ложь, за которую можно получить пулю в затылок, не слишком-то выгодно. И до сих пор, могу я вам сказать, уважаемый, не нашелся такой человек, который помешал бы мне написать и опубликовать результаты очередного журналистского расследования. И вам это тоже не удастся сделать. Чего вы добивались этой заметкой, моему уму непостижимо. Так что на этом предлагаю дискуссию закрыть и перейти непосредственно к рассказу об авантюре, в которую я умудрился попасть, даже просто поехав отдохнуть.
   Итак…


   Я смотрю на лежащую передо мной рукопись, затягиваюсь уже пятой по счету сигаретой, и снова напряженно думаю. Передо мной – еще один чистый лист.
Предисловие всегда пишется в последнюю очередь. Мне страшно. Мне много раз угрожали, в меня стреляли, меня пытались убрать. Но в первый раз мне действительно страшно. Потому что публикацией этой рукописи я могу подписать себе смертный приговор. Ведь я вытащил на свет Божий не покрытые пылью архивные документы и не громкие дела давно умерших людей, потревожил не засыпанные землей руины. Я наступил на хвост тем, кто владеет миром сегодня, здесь и сейчас. А такого не прощают.
   «Так стоит ли публиковать эту книгу? – спрашиваю я себя в сотый раз. – Может, лучше использовать ее как растопку для костра на пикнике? Может, лучше забыть обо всем, что я написал, и жить спокойно?»
   Но продолжать жить спокойно и беззаботно я уже не смогу. Я слишком много ЗНАЮ, а этого вполне достаточно для того, чтобы однажды меня выловили из Сены в несколько испорченном виде. К тому же – такова моя натура – я не могу молчать, не могу держать в себе те факты, которые мне открылись. Каждый раз, выходя на улицу, что-то внутри не позволяет мне спокойно и безразлично смотреть на людей, которые спешат по своим делам, не подозревая о том, что некая тайная сила использует их в своих целях и, если ей это будет нужно, уничтожит так же легко, как мы убиваем надоедливого комара.
   Идея этой книги возникла как раз тогда, когда я решил некоторое время ничего не писать и не копаться ни в чьем грязном белье. Я хотел просто отдохнуть. Временно оставив дела в агентстве «СофиТ» на попечение своих ближайших помощников, я отправился в российское посольство, где без особого труда получил визу. Мой путь лежал в Санкт-Петербург, столицу белых ночей, город, по которому я уже успел соскучиться.
   Конечно же, в мою отпускную программу входил не только Эрмитаж и плавание на теплоходе по Неве, вернее, только не это… Я не дурак выпить, а Россия, как известно, предоставляет в этом плане большие возможности. На прилавке любого магазина здесь легко найти все, что угодно, – от дорогих марочных вин 50-летней выдержки до весьма сомнительного напитка по цене один евро за литр. Второе, признаюсь, привлекало меня гораздо больше – в конце концов, марочные вина я могу достать без особых проблем и в Париже.
   Однажды вечером, сидя в дешевом (по местным меркам) кабаке в каком-то переулке, я дегустировал очередной сорт российского пива. Для дегустации уже потребовались четыре большие кружки, и этот процесс мне нравился. В этот момент за мой столик подсел мужчина (больше свободных мест в пивнушке не было), которому предстояло серьезно изменить мою жизнь. Правда, тогда об этом не знали ни он, ни я.
   После первой кружки он обратился ко мне с каким-то вопросом, и я охотно ответил. Реакция оказалась совершенно неожиданной. Мужчина резко дернулся, впился в меня глазами и запустил правую руку за полу пиджака. Судя по всему у него там висела кобура, причем явно не пустая. За следующие несколько секунд я испытал целую гамму эмоций. Что вызвало у этого русского такую реакцию? Я три года прожил в России и знаю, что россказни о местных жителях, которые по каждому поводу хватаются за оружие – бабушкины сказки. Может, он подослан, чтобы убить меня? Но почему именно в баре, на людях?
   Видимо, вся эта череда мыслей отразилась на моей физиономии, потому что мужчина расслабился и помахал рукой, словно фокусник. Однако не перестал поглядывать на меня с большой подозрительностью. После пары минут обескураживающего молчания он спросил:
   – Вы американец?
   – Нет, я француз, журналист, – почему-то сконфузившись ответил я.
   – Что вы делаете в этой забегаловке? Здесь редко встретишь туриста…
   – О, я не совсем обычный турист. Меня не интересуют гламурные экскурсии. Я хочу чувствовать жизнь города изнутри. – Я достал из кармана свою визитку и протянул ему. Мужчина пробежал по ней глазами.
   – Журналистские расследования… – пробормотал он. – У меня есть для вас неплохой материал. Только…
   – Что?
   – Только давайте перейдем на ваш язык, – сказал он по-французски. Честное слово, в этот момент я устыдился: по-французски этот парень говорил чуть ли не грамотнее меня.
   – Хорошо. Меня интересуют скандальные материалы. Я даже готов платить за них. – Почему-то я чувствовал, что случайно наткнулся на золотую жилу. А мое чутье меня обычно не обманывает.
   – Деньги меня не волнуют, – ответил он, – помогите мне перебраться во Францию.
   – Во Францию? – удивился я. – Это сопряжено с определенными трудностями…
   – Я знаю, – прервал меня собеседник. – Я кадровый дипломат, правда, с треском уволенный. Но как вывезти меня – ваша проблема. За это вы получите нечто такое, что озолотит вас.
   – Кадровый дипломат?.. – Вот уж кого я не ожидал встретить в этой забегаловке!
   – Да, именно так. Стамбул, Париж, Вашингтон. Конечно, первым лицом не был, но карьеру сделал неплохую. Меня зовут Алексей Варламов. У меня был один недостаток – я очень любопытен. Поэтому и спасаю сейчас собственную шкуру. – Он глотнул пива. – Помните одиннадцатое сентября?
   – Конечно. Арабы направили самолеты в башни…
   – Арабы? – он снова не дал мне говорить, саркастически рассмеявшись. – Да, я сам так думал. Ровно два дня. А потом начал копать. И нашел нечто такое, что меня немало удивило. Это было моей ошибкой. Второй ошибкой было то, что я пошел с этими материалами к начальству. И третьей – что попытался их обнародовать…
   – Кто же обрушил башни?
   – Кто? – хитро усмехнувшись, переспросил он. – Об этом, как говорится, в следующей серии….
   Мы договорились о встрече и расстались. Ночь я не спал. Меня самого интересовала история одиннадцатого сентября – уж слишком много странного в этом нашумевшем теракте. Но я никогда не занимался ею всерьез.
   Я связался со своими американскими друзьями и навел справки: Варламов действительно работал в российском посольстве в Вашингтоне с 2000 по 2003 год, после чего был спешно отозван в Россию. Значит, парень говорил правду. Я все еще лихорадочно продумывал варианты, как вывезти его во Францию, когда незаметно наступило утро. Поняв, что заснуть не смогу, я отправился бродить по Петербургу. До встречи была еще уйма времени.
   Но Варламов не пришел в назначенное место. Я долго ждал его на берегу Невы и, лишь когда мосты снова развели, вернулся в свой номер в гостинице. Я ничего о нем не знал и почти не имел шансов его найти. Поковырявшись в Интернете, я нашел его домашний адрес, но, как выяснилось, он пару месяцев назад продал квартиру. Сказать, что я кусал себе локти, – это ничего не сказать. Упустить такую возможность!
   Где-то через неделю, когда я уже перестал кусать локти и начал потихоньку забывать о Варламове, в моем номере раздался звонок. Это была Софи. После нескольких минут нежного щебетания она наконец выдала главное:
   – Дорогой, тебе пришла бандероль из России. Довольно большая. От… эээ… если я правильно прочитала, некоего Вал… Вар…ламова…
   Я подскочил на кровати, как будто через нее пустили ток высокого напряжения.
   – Что там внутри? – задыхаясь, спросил я. Послышалось шуршание разворачиваемой бумаги.
   – Какой-то непромокаемый пакет… и еще записка… всего две фразы: «Меня вычислили. Опубликуйте это».
   Вечером того же дня я вылетел в Париж.
   Сидя в кресле самолета, я не знал, какие открытия ждут меня впереди. Тогда я уже имел представление о том, что нами, обычными людьми, манипулируют закулисные игроки, но мне и в голову не приходило, что эта манипуляция достигла ТАКИХ размеров. Что в том, о чем нам говорят с телеэкрана, нет ни одной крупицы правды. Что мы живем в виртуальном мире, некоей матрице, которую создают для нас умелые кукловоды.
   И мы живем, не замечая, что вокруг нас уже бушует Третья мировая война. Она словно айсберг: основная часть скрыта от любопытных глаз, и лишь временами на поверхность выступают отдельные вершины, отдельные локальные конфликты. Третья мировая не похожа ни на одну из предыдущих войн; ведь это война психотронная, в которой борются не за территории, а за ресурсы и власть над умами людей. Боевыми роботами, слепыми орудиями этой войны пытаются сделать нас те, кто владеет этим миром. Именно их я собираюсь вывести на чистую воду в моей книге. Надеюсь, что этим я немного рассею туман, которым старательно и заботливо нас укутывают.
   Эту книгу я посвящаю памяти (не сомневаюсь, что он уже давно мертв) моего случайного собеседника, бывшего русского дипломата Алексея Варламова.
   Этьен Кассе
   Франция, Париж,
   12.05.05 – 22.01.06


   Прилетев в Париж, я первым делом ринулся в офис своего агентства. Впоследствии мне рассказали, что первой моей фразой было: «Где пакет из России?» Я даже не удосужился ни с кем поздороваться, настолько велик был охотничий азарт. Меня в очередной раз сочли хамом, но пакет немедленно подали. Я дрожащими руками открыл его.
   Надо сказать, что его содержание меня несколько разочаровало. Я рассчитывал увидеть толстую кипу документов, которую пришлось бы перебирать много часов. Однако там лежало около десятка листов бумаги, исписанных мелким аккуратным почерком. Поскольку текст был на русском языке, моей второй фразой, обращенной к коллегам, стало: «Дайте мне словарь». Здороваться я по-прежнему не собирался.
   Русский я знаю более или менее сносно, но мне надо было ничего не пропустить и уловить все нюансы. Изучение бумаг заняло примерно час. И по мере их прочтения я все больше и больше понимал, что львиную долю расследования придется проводить самостоятельно.
   Дело в том, что Варламов доверил бумаге основные факты и выводы, опустив множество мелких, но очень значимых подробностей. Передо мной, по сути, лежал скелет без мышц и кожи, который рассыплется, стоит лишь поставить его на ноги. И добыванием этой информации предстояло заняться в самом ближайшем будущем. К счастью, в конце текста находился длинный список людей, которые могли предоставить мне всю интересующую информацию. При условии, конечно же, что все они по сегодняшний день находятся в добром здравии, в чем я несколько сомневался.
   Практически каждая фраза в тексте Варламова вызывала вопросы и возражения. Буквально с самого первого предложения: события 11 сентября он именовал «одним из поворотных пунктов Третьей мировой войны». Но ведь Третьей мировой принято называть холодную войну, которая закончилась победой США и западного мира над коммунистической Россией в 1991-м! А с 11 сентября, если следовать принятой в нашей прессе терминологии, началась Четвертая мировая: грандиозная кампания против терроризма. Если же верить Варламову, выходило, что все это – звенья одной умело составленной цепи. Только вот можно ли ему верить?
   Пока я размышлял над этим, в офис вошел Гена Таманцев, и все внимание немедленно переключилось на него. Надо сказать, что таким понурым я не видел своего старого друга никогда прежде. На мой вопросительный взгляд он ответил просто и коротко:
   – Умер отец Филарет, авторитетный церковный деятель.
   – Ты же вроде не испытываешь особой симпатии к Церкви? – удивился я. Гена в недалеком прошлом был отцом Геннадием, искренне верующим православным священником, попытавшимся предложить план модернизации Церкви. За это его расстригли и он едва успел спастись бегством от церковных иерархов.
   – Он был моим учителем, – помедлив, ответил Таманцев. – Именно он благословил мою работу по модернизации Церкви. Сам Филарет пользовался огромным авторитетом у верующих, поэтому, хотя церковные власти его недолюбливали, им было выгоднее использовать его популярность. Все шло более-менее гладко, и он отделывался редкими выговорами за вольнодумство, пока не занялся одной неизученной темой…
   То, что рассказывал Гена, удивляло меня все больше и больше. Отец Филарет занялся нечем иным, как влиянием Католической церкви на развал Советского Союза. При этом он выявил целый ряд поразительных подробностей и пришел примерно к тем же выводам, что и Варламов. Самое главное – ему удалось обнаружить, что за спиной католицизма стояла некая другая, не менее могущественная организация. И тут все его поиски уперлись в глухую стену.
   Впрочем, стена на поверку оказалась не такой уж глухой. По крайней мере, она внимательно прислушивалась ко всем действиям Филарета и время от времени пыталась помешать ему. Несколько раз с самых разных сторон (и с высот церковной иерархии, и из государственных органов) звучали вежливые, но весьма настойчивые предупреждения о том, что лучше бы ему бросить это занятие и взяться за что-нибудь более полезное для здоровья. Однако Филарет, будучи человеком упорным, игнорировал все угрозы. И вот случилось непоправимое.
   Филарет жил в одном из русских монастырей и каждый день читал проповеди местным жителям и паломникам, стекавшимся сюда со всех концов России. Паломники, соответственно, порой подносили ему скромные дары: вязаные рукавицы, домашние соления (в России очень популярно приготовление овощных и грибных консервов в домашних условиях). Именно домашними грибочками, принесенными какой-то старушкой, Филарет, согласно официальной версии, и отравился. Он долго не хотел вызывать врача, потом пришлось ждать «скорую помощь»… Священник скончался по дороге в больницу.
   Обо всем этом Гена узнал от нотариуса, который каким-то образом раздобыл его парижский телефон. Оказалось, что все свое скромное имущество, состоявшее в основном из книг и рукописей, Филарет завещал Таманцеву. Впрочем, большая часть вещей священника оказалась похищена неизвестными прямо из монастырской кельи. Но кое-что все же уцелело.
   Мы немедленно организовали «военный совет». Было ясно, что Таманцеву лететь в Россию категорически нельзя: дело против него, по слухам, все еще не было закрыто, и ему грозила опасность отправиться из аэропорта прямиком в КПЗ. У меня элементарно не было времени. Софи не знала толком ни языка, ни страны. Оставался Жерар, на которого мы оформили генеральную доверенность от имени Гены и отправили в Москву.
   – Эгей! – крикнул он нам на прощание, пройдя регистрацию. – Я скоро вернусь, привезу водки и матрешек!
   Мы не могли и предположить, что вернется он не так уж скоро и привезет с собой нечто совсем иное. А события, тем временем, развивались своим чередом.


   Пока Жерар летел в Москву, я взялся изучать тему, которой касался в своих исследованиях отец Филарет и о которой вскользь упоминал Варламов: тему развала Советского Союза. Впрочем, она интересовала меня и раньше, как, наверное, каждого любознательного человека. Наблюдая мгновенный крах сверхдержавы, невольно задаешься вопросом: «Почему?» Именно с ним я обратился к одному из профессоров Сорбонны, долгие годы занимавшемуся изучением России. Вот какой ответ я получил.
   Причины краха Советского Союза весьма разнообразны. Кратко можно перечислить следующие. Во-первых, в 80-е годы перед страной встали определенные экономические проблемы. советская экономика работала все хуже и хуже, отставание от ведущих стран Запада стремительно увеличивалось. Во-вторых, кризис идеологии. Никто в Советском Союзе, даже КПСС и сами руководители государства, уже не верил в коммунизм. В-третьих, народ просто устал от постоянных репрессий, подавления свободы слова, от нависшего над головами кнута. Именно поэтому перестройка, начатая Горбачевым как частичная реформа системы, превратилась в настоящую революцию, которая полностью поменяла систему и вернула страну на путь демократии.
   Честно говоря, я ожидал увидеть нечто подобное: все эти исключительно стандартные тезисы, были озвучены не раз и не два. Но чтобы такой позиции придерживался серьезный ученый… М-да, очевидно, меня принимают за человека, совершенно незнакомого с Россией.
   Давайте разбираться по порядку. Во-первых, с экономическим крахом. Какие признаки этого приходилось наблюдать в 80-е годы? Да ровным счетом никаких! Валовой внутренний продукт рос медленно, но верно. Россия была одним из крупнейших мировых экспортеров энергоносителей и оружия, кроме того, в страны Азии, Африки и Восточной Европы поставлялась масса промышленных товаров. Продукция из СССР, может быть, и котировалась ниже, чем немецкая или японская, но зато и стоила дешевле. Известен факт, что к концу 80-х годов в одной только Турции использовалось около миллиона советских телевизоров. Поэтому о какой-то неконкурентоспособности советских товаров на мировом рынке говорить не приходится. Какие еще предвестники экономического краха можно вспомнить? Стремительно растущий внешний долг? Но у СССР он был весьма невелик, гораздо меньше, чем у Соединенных Штатов. И уж, во всяком случае, в несколько раз меньше, чем те кредиты, которые русские давали странам третьего мира.
   Кроме того, вспомним, насколько ценились в мире советские оборонные технологии. Если бы оружие русских было устаревшим и ни на что не годным, американцы вряд ли бы так его боялись и лихорадочно разрабатывали одну за другой собственные программы вооружения. И сейчас, пятнадцать лет спустя после краха СССР, азиатские страны охотно покупают у России оружие – оружие, созданное еще при коммунистах и лишь незначительно модернизированное впоследствии. Помню, как в 1999 году мне довелось разговаривать с русским ученым-лазерщиком из «закрытого« института. Он рассказал, что, хотя его организация дышит на ладан из-за почти полного отсутствия государственного финансирования и за последние десять лет они не создали почти ничего нового, к ним до сих пор приезжают ученые из Японии, Германии и США, чтобы обменяться опытом. А зачем, скажите на милость, обмениваться опытом с совершенно отсталой страной?
   И самое главное: в 80-е годы президент США Рейган заявил о необходимости бороться с СССР – «империей зла», бороться с привлечением всех ресурсов, не останавливаясь даже перед силовым вмешательством. Но зачем сражаться с соперником, который испытывает огромные трудности и отстает в своем развитии все больше и больше? Нет, все силы напрягают только для борьбы с могучим, по-настоящему опасным конкурентом. А это автоматически опровергает тезис о «загнивании» и «больших экономических проблемах» в Советском Союзе.
   В конце концов, наука в Китае тоже находится на гораздо более низком уровне, чем в Америке. Китайские товары пользуются репутацией дешевых, но некачественных. Китайцы живут очень бедно, особенно по западным стандартам. И тем не менее никто не рискует говорить о «загнивании» и «больших экономических проблемах» в этой стране. Наоборот, американцы всерьез опасаются возвышения Китая.
   Предположим, что экономика СССР действительно была слабой и отсталой. Ведет ли это к краху государства? Совсем не обязательно! Посмотрите на Северную Корею: вот там действительно слабая экономика, да и технологии совсем не передовые. Я уж не говорю об уровне жизни населения: всем известно, что несколько лет тому назад там свирепствовал самый настоящий голод! И что же, правящий режим хоть немного пошатнулся? Да ни на мгновение!
   Итак, в первом тезисе профессор из Сорбонны соврал дважды: касательно краха советской экономики и касательно того, что этот крах неизбежно привел к смене режима. Посмотрим, как обстоит дело с другими его доводами. О том, что никто не верил в коммунизм, а народ страшно устал от тоталитаризма.
   Конечно, никаких социологических опросов на эту тему в СССР не проводили, да и не могли проводить. Но давайте посмотрим на результаты выборов и опросов, которые были сделаны уже в современной России. Коммунистическая партия, прямая наследница КПСС, постоянно лидирует на выборах в парламент. От 60 до 85 процентов населения считает, что перестройка и демократические реформы 90-х годов стали катастрофой для страны. Конечно, все это может быть лишь запоздалым сожалением о случившемся. И все же трудно себе представить, что все многомиллионное население СССР разом разуверилось в коммунистических идеалах и пожелало свергнуть своих властителей.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное