Энтони Ричес.

Клык леопарда



скачать книгу бесплатно

– Видишь, старина Упрямец помнит тебя! – обрадовался декурион. – Знает, стоит ему прижать к голове уши, как ты дашь ему свободу действий, и он помчит тебя навстречу очередной огромной куче дерьма. Никогда еще не видел, чтобы конь и всадник были как будто созданы друг для друга.

Покачав головой в притворном неудовольствии, Марк запрыгнул в седло и принял у стоявшего рядом кавалериста копье и щит.

– Тогда в путь, декурион! Постараюсь держать этого своенравного красавца в узде, хотя, сдается мне, нас не догнал бы сам Меркурий, случись ему помчаться вслед за оленем. Боюсь, ты останешься далеко позади, ведь твоему бедному скакуну приходится таскать на себе лишний вес.

Стражники открыли массивные деревянные ворота, и отряд выехал за стены города, прямо в медленно тающий туман.

– Трибун Скавр хочет, чтобы мы совершили вылазку на запад – туда, где дорога раздваивается и ведет на юг, к Мозе и Ардуинскому мосту.

Чтобы не загонять лошадей, все перешли на легкую рысь. Декурион скакал впереди отряда, с ним рядом – знаменосец.

Драконий хвост штандарта безвольно свисал вниз в сыром неподвижном воздухе, а бронзовая драконья голова, к немалому неудовольствию знаменосца, блестела каплями влаги. Редкие порывы ветра трепали клочья тумана и заставляли стонать драконью голову, в чью клыкастую пасть была вставлена тростниковая трубка. Вскоре Сил ускорил шаг, и примерно через полмили пути из тумана показался арьергард колонны легионеров. Декурион раскинул руки в стороны и, обернувшись назад на свой отряд, громко крикнул, чтобы его услышали задние ряды пехотинцев:

– Объезжайте их с обеих сторон и не обращайте внимания на шуточки в ваш адрес! Утешайте себя тем, что им скоро придется топтать кучи конского навоза!

Пока конный отряд трусил мимо их колонны, легионеры принялись отпускать оскорбительные, хотя и остроумные шутки в адрес всадников. В свою очередь, те согласно давней традиции с напускным равнодушием бесстрастно смотрели перед собой. Какой-то шутник в голове колонны затянул первую строчку песни, любимой пехотинцами всей империи. Остальные дружно подтянули хором:

 
Конник знает толк в овечьих задах,
Он дерет их и в лесах, и в садах.
А когда перепортит стадо,
Сослуживцу вдувает с заду.
 

Конный отряд поскакал дальше. Последний всадник со злорадной улыбкой обернулся, когда скакавшая впереди него лошадь подняла хвост и вывалила на дорогу щедрую порцию конских яблок.

Сил поднял руку, давая сигнал перейти на легкий галоп. Всадники тотчас пришпорили скакунов. Стук лошадиных копыт гулким эхом разлетался по пустым полям. Спустя десять минут Сил нахмурился, вглядываясь в поредевший туман. Ковыляя и спотыкаясь о булыжник дороги, им навстречу спешил какой-то человек. Судя по его шаткой походке, он был готов в любой момент рухнуть на землю от изнеможения. Декурион спрыгнул с лошади и схватил его за руку, не давая ему упасть, после чего оттащил к обочине.

– Разбойники… напали… на обоз… – Тяжело дыша, незнакомец указал рукой на завесу тумана, из которой только что выскочил.

– Сколько их?! – рявкнул Сил.

Перепуганный возчик помотал головой:

– Туман… очень много…

Декурион посмотрел на Марка.

– Трудно сказать, сколько их там может ждать в засаде.

Пожалуй, нам стоит подождать, когда подтянется пехота.

Но Трибул воинственно вскинул копье.

– Может быть. Но тогда мы их потеряем. Разбойники растворятся в тумане с награбленным с той же легкостью, с какой они набросились на обоз.

Сил мрачно кивнул:

– Хорошо, атакуем их одни, но двинемся не по дороге, а по полю рядом с ней. Пусть наше появление станет для них неожиданностью. Опустите штандарт, а не то они за несколько миль услышат вой драконьей морды. Вперед!



Трибун Скавр нашел префекта Канина в его штабе, небольшом здании на задворках форума. Вверенный префекту отряд был занят работой: одни готовили снаряжение, другие точили оружие. Скавр прошел мимо них в канцелярию в задней части дома и, чувствуя на себе их взгляды, постучал в дверь.

Окна рабочей комнаты были закрыты ставнями, а само помещение освещали изнутри несколько ламп. Префект Канин стоял у карты окрестностей Тунгрорума, нарисованной на стене позади его стола, – точной копии той, которую они изучали вчера в базилике. На ней, рядом с крестиками, обозначавшими то или иное место, были от руки написаны короткие, в три строчки, пояснения. Крестики чаще всего стояли вдоль главных дорог к востоку и западу от города, а подписи к ним представляли собой официальные сокращения. Поставив на пол мешок, с которым он пришел, Скавр за руку поздоровался с префектом, после чего обратил взгляд на карту.

– Ведете учет разбойных нападений?

Квинт Канин кивнул и взмахом руки указал на карту.

– Да, тех, о которых мне докладывали. Пытаюсь уловить в действиях грабителей закономерность. Что-то такое, что подсказало бы мне, где они могут скрываться, чтобы я мог опередить их, а не просто отвечать на их нападения. Хотелось бы также знать их приблизительное количество и место, где может находиться их логово. Взгляни сюда. – С мрачной улыбкой Канин указал на скопление из дюжины крестиков милях в десяти к западу от города. – Здесь орудует та самая шайка, на которую ты наткнулся на пути в Тунгрорум. Возможно, больше мы о них не услышим.

Рутилий Скавр какое-то время внимательно разглядывал карту.

– То есть чаще всего налеты происходят здесь… – Он указал на точку к востоку от города, на пути к небольшому поселению у переправы через Мозу в десяти милях от Тунгрорума. – Здесь… – Его палец заскользил южнее, в сторону Ардуинского леса вдоль дороги, что вела в Августу Треверорум, главный город племени треверов. – И здесь, на главной дороге на запад.

Канин кивнул и постучал пальцем в центре скопления из примерно двадцати крестиков.

– Именно. Здесь они нападали на обозы с зерном, семь раз за этот год, причем всякий раз, когда мы были где-то в другом месте, им как будто становилось известно о перемещениях моих солдат. Они всегда наносят удар силами двухсот-трехсот человек, из чего следует, что у обозников нет возможности дать им отпор. Особенно с тех пор, как им удалось переманить на свою сторону ауксилариев, которых перебросили с границы для борьбы с ними.

Скавр задумчиво покачал головой:

– Мне это не дает покоя с той минуты, как ты впервые упомянул об этом. Что заставило целую когорту опытных, хорошо подготовленных воинов перейти на сторону этого отребья? Что вынудило их отказаться от надежды получить гражданство? Почему они предпочли жизнь изгоев, обреченных на неминуемую смерть?

Квинт указал на стул.

– Сядь, и я скажу тебе. – Он прошелся по комнате, затем обернулся. Лицо его было хмурым. – В данный момент наша главная головная боль – это банда, неожиданно выскакивающая из леса… Остальные шайки разобщены, это бывшие рабы и дезертиры, заигрывающие с судьбой, так как знают, что их много, а наши силы, увы, ограничены. Будь все только так, думаю, я смог бы положить конец их разбойным нападениям, располагая тем количеством людей, какое у меня есть. Моя беда в том, что их главарь отлично знает свое черное дело. Он на редкость удачлив. Или это профессионал. Или и то и другое. У его банды, похоже, имеется в лесу тайное место, где они прячутся – где-то вдали от торных охотничьих троп. Я долгие месяцы рыскал по лесам, но так и не наткнулся на их следы за все время моих поисков. А я делаю это всякий раз, когда у меня достаточно солдат. Понимаю, этим не объяснить, почему к ним прибивается так много дезертиров… – Прежде чем продолжить, префект устало потер лицо. – Этот их главарь. Похоже, он убедил их, что они никакие не разбойники, а мятежники, восставшие против империи. Он говорит им, что это имперская армия принесла в их края с востока заразу и что император виновен в гибели их родных и друзей. Он заставил их поверить в то, что они борцы за свободу, а не воровской сброд, которым они на самом деле являются. Но хуже всего то, что они поверили в его непобедимость. Каждый раз, когда он считает, что его могут узнать, он надевает кавалерийский шлем с блестящим забралом, так что никто не имеет понятия, кто он такой и откуда родом. У него меч, сделанный из необычного металла, который якобы способен разрубить все, что угодно, включая – хотите верьте, хотите нет – даже железные щиты. И еще он совершенно безжалостен.

Скавр пожал плечами:

– Я на своем веку повидал немало жестоких людей. Что ты имеешь в виду под безжалостностью?

Канин ответил не сразу.

– Ты спросил меня, почему когорта ауксилариев перешла к разбойникам? Видишь ли, это была не полная когорта. Лишь три центурии солдат-треверов [21]21
  Группа из союза белгов.


[Закрыть]
.

Рутилий печально покачал головой:

– Неужели нашелся идиот, который отправил рекрутов, набранных на землях треверов, что лежат всего в пятидесяти милях к югу отсюда, очистить леса от разбойничьих шаек?

Квинт кивнул:

– Угадал. Так оно и было. Легат из крепости Бонна, человек явно не знающий местной истории, приказал префекту когорты треверов силами всего четырех центурий очистить лес от разбойников. Будь он в курсе истории этих мест, он бы знал, что треверы имели сложные отношения с империей еще со времен их первого сотрудничества с Божественным Юлием, когда были разгромлены нервии. Тот факт, что они перешли на сторону батавов [22]22
  Древние германцы, расселявшиеся на территории современных Нидерландов.


[Закрыть]
, когда те восстали против Рима, говорит сам за себя и мог бы послужить хорошей подсказкой. Хотя, наверное, за столетие память о тех событиях постепенно стерлась. И все-таки…

Он выразительно выгнул брови, словно разделяя мрачный сарказм Скавра. В свою очередь, трибун терпеливо ждал продолжения рассказа.

– Впрочем, все шло гладко, пока они не отправили одну центурию на заставу, охранять дорогу, ведущую к Колонии Клавдия. Темной ночью разбойники напали на них, вырезали всех до единого солдат, осмелившихся поднять на них меч, а остальных увели с собой. Голову центуриона они накололи на копье. Главарь бандитов, кто бы он там ни был – кстати, местные жители дали ему прозвище Обдурон, – быстро вычислил, откуда родом были воины трех других центурий. На следующую ночь он окружил лагерь, призвал убить офицеров и пополнить ряды борцов за независимость «их народа» во имя богини Ардуины. И они его послушались. Ее имя имеет магическую власть над людьми, выросшими в местных темных лесах.

Скавр запустил руку в лежавший у его ног мешок и извлек из него погнутый кавалерийский шлем.

– Это, случайно, не его шлем?

Канин взял у него шлем и пристально посмотрел на забрало – шлем Юлия, когда тот боднул противника, оставил на полированной бронзе внушительную вмятину.

– К сожалению, нет. Будь это его шлем, это решило бы основную часть наших забот. Мы бы, образно выражаясь, отрубили гадине голову, но эта штука слишком убога, чтобы принадлежать ему. Как я понимаю, вы сняли его с какого-то разбойника – из числа тех, что напали на вас по пути в Тунгрорум?

Рутилий кивнул, и его собеседник развел руками в жесте разочарования.

– Теперь тебе понятно, каким авторитетом он пользуется? Даже самые тупые бандиты сообразили, что легенда о могучем Обдуроне им только на пользу.

– Но почему «Обдурон»? Почему он называет себя «безжалостным»?

Канин невесело улыбнулся:

– О, это он не сам придумал! Это имя ему дали горожане, когда стал понятен его нрав, после тех первых случаев, когда его подручные напали на заставу или на отряд солдат. Как я только что тебе рассказал, он их убил, всех до единого. Никаких зверств или изощренных пыток, но и никакой пощады. Он оставил в живых лишь несколько человек, которых увел с собой в лес, предположительно для того, чтобы принести их в жертву своей богине. И одного человека, которого он отправил ко мне – донести до нас весть о его победе.

Скавр нахмурился:

– Отправил именно к тебе?

Префект мрачно усмехнулся, и его лицо сделалось печальным.

– О да, именно ко мне. Похоже, он возжелал увидеть меня мертвым. Он насмехается надо мной в каждом новом послании, что мы от него получаем. Тот, кого он оставил в живых, находит меня и сообщает в самых омерзительных подробностях, что случится со мной, когда я попаду к Обдурону в плен. Этот мерзавец запугивает несчастных тем, что, если они не передадут мне в точности его слова – а он об этом узнает, – их постигнет та же страшная участь, что уготована мне. Он приказывает им сообщать мне эти угрозы публично, а не наедине, чтобы их услышали как можно больше людей.

– Из чего следует, что у него есть надежный источник в твоем окружении, не так ли?

Квинт опустил глаза и какое-то мгновение разглядывал свои сапоги.

– Да, эта мысль тоже приходила мне в голову. Кто бы он ни был, этот человек или сильно предан ему, или ужасно его боится. Может, это кто-то, у кого взяли в заложники члена семьи, и теперь Обдурон играет на его чувствах. Не забывай, что каждый день через Тунгрорум проезжают десятки путников, следуя по главной дороге из Букового леса к переправе через Мозу. Любой из них может оказаться человеком Обдурона, которого тот отправил исполнить угрозу в адрес кого-то из моего окружения, кому он угрожает.

Префект прислонился к стене и устало покачал головой:

– У большинства моих людей в городе живут семьи, и каждый из них может стать объектом запугивания и принуждения со стороны столь безжалостного человека, как Обдурон. Так что любой может стать его шпионом, пусть и не добровольным. Единственное решение, какое я вижу, – поймать этого самого Обдурона и, как заведено исстари, отрубить ему голову. Причем сделать это так, чтобы не показывать игральные кости прежде, чем они упадут на стол.

Трибун встал и снова подошел к карте.

– Так как я командир единственного отряда, который имеет боевой опыт и потому способен помочь тебе, думаю, что нам стоит придумать, как ограничить свободу действий этой шайки. Ты сказал, что в последние месяцы был вынужден буквально отбиваться от них, а твои поиски их логова пока не дали результатов. Думаю, у моих двух когорт – а это почти полторы тысячи человек – больше шансов найти разбойников, чем у твоих тридцати воинов.

Канин указал на лесной массив, занимавший внушительную южную часть карты.

– Единственное место, где им можно навязать бой, – вот здесь. Но будь осторожен, трибун. Владения Ардуины снискали себе славу опасного места для новичков, особенно в это время года. Сейчас хоть и весна, но зима может вернуться в леса в любую секунду.

Префект машинально потрогал амулет на правом запястье, и, заметив этот жест, его собеседник одобрительно кивнул.

– Вижу, ты веришь в Непобедимого Митру. Я был бы благодарен возможности рядом с тобой вознести ему молитву, разумеется, если в городе есть его храм. Так что не переживай, друг. Я не ступлю ногой в этот бескрайний глухой лес, не посоветовавшись с тобой. Ну а теперь пойду посмотрю, как там движется строительство казарм. – Скавр взял свой плащ и собрался выйти, но на пороге обернулся. – Кстати, ты упомянул, что тебя прислали сюда из Бонны. Ты родом из тех мест?

Канин покачал головой и указал на карте Тунгрорум.

– Нет, трибун, я местный. Я родился и вырос в этом городе. По делам имперской службы я на несколько лет покидал Тунгрорум, но как только мне представилась возможность вернуться в родной город, я сразу же за нее ухватился. Хотя, оглядываясь назад, я понимаю, что знай я, во что вляпаюсь, мое решение было бы иным.

Скавр сочувственно кивнул:

– Никогда не нужно возвращаться, верно?

Префект медленно покачал головой:

– Нет, трибун, ошибкой было не мое возвращение. Моя ошибка в другом: я ожидал вернуться в город, который когда-то покинул.



Конный отряд разделился и поскакал вдоль дорожных обочин на запад. На мягкой земле копыта лошадей издавали глухой стук. Взяв на изготовку копья и щиты, всадники какое-то время двигались вперед, навстречу мраку, не ведая, с чем могут столкнуться в любой момент. Напряжение нарастало с каждой секундой.

Марк Трибул Корв уже решил было, что они упустили разбойников и те бесследно растворились в тумане, когда зоркий всадник, скакавший справа от дороги, указал в сторону полей и что-то крикнул своему декуриону. Прищурившись, Марк различил в тумане повозку с зерном, а рядом с ней несколько человек. Они толкали ее сзади, пытаясь высвободить увязшее в густой грязи колесо.

Опустив острие копья, Марк направил Упрямца в сторону разбойников. Конь не нуждался в понукании – увидев рядом с мордой смертельное железное жало, он пустился галопом по глинистой земле, взбивая на скаку копытами комья грязи.

Увидев, что на них устремился из тумана конный отряд, грабители на миг оторопели, а затем развернулись и бросились врассыпную. Увы, их попытки спастись сильно затрудняла липкая грязь, чем и воспользовались всадники. Выбрав себе жертву, Трибул догнал бегущего и вонзил холодное железное острие ему в поясницу. Бандит со стоном полетел на землю. Марк же, рывком выдернув копье, бросился вдогонку за другим разбойником.

В следующий миг где-то рядом раздалось лошадиное ржание и глухой стук упавшего на землю тела, а следом победный рев и сдавленный, булькающий стон. Трибул тотчас бросился в ту сторону, откуда донеслись эти звуки, и едва не напоролся на окровавленный меч бритоголового бандита, выскочившего на него из завесы тумана. Противник уже успел замахнуться, целясь в длинную лошадиную морду, но Марк опередил его, ударив копьем. Обливаясь кровью и схватившись обеими руками за лицо, грабитель рухнул в грязь.

Вцепившись в загривок разъяренного скакуна, чтобы удержаться в седле, Марк Трибул рысью пустил его вперед, мимо трех повозок с зерном и тел убитых и умирающих разбойников. В голове короткого обоза он увидел в плотном кольце всадников кучку из десятка бандитов. Нацелив на пленников копья, солдаты под командованием декуриона Сила были готовы в любой момент пронзить их всех до одного. Заметив Марка, декурион подъехал к нему и тихо, чтобы его никто не услышал, сказал:

– В целом неплохо. Мы потеряли всего одного человека, раненого. Я приказал положить его в повозку, и если он останется жив, твоя женщина сможет проявить на нем свои чудеса исцеления. Что, по-твоему, нам делать с этими головорезами? Прикончить их на месте или отвезти в Тунгрорум?

Марк поморщился:

– В первую очередь – самое важное, я бы так сказал. Сначала нужно узнать, что они сделали с обозниками и куда собирались вывезти зерно. Возможно, что еще одна шайка где-то рядом и ждет их возвращения. В таком случае…

– Можно заодно уничтожить все их змеиное гнездо. Неплохая идея.

Сил повернулся к своим людям и отдал приказ своему помощнику.

– Двойная оплата! Разоружите этих негодяев, и пусть они встанут на колени в ряд возле этой повозки. Связать им руки за спиной и ноги в коленях. – Он спешился, и Марк последовал его примеру. – Надеюсь, ты понимаешь, что заставить их говорить будет непросто?

Трибул кивнул и взрезал кончиком меча мешок с зерном. Поймав тонкую струйку в ладонь, он понюхал его и сморщился от неприятного запаха.

– Кадир! – позвал он своего опциона.

Подойдя к нему через все поле, хамийец постучал подошвой сапога о колесо повозки, чтобы сбить налипшую грязь.

– Да, центурион.

Марк протянул ему горсть зерна. Кадир пригнулся, понюхал и тоже поморщился. Затем он сунул зернышко в рот, быстро пожевал и с нескрываемым отвращением выплюнул.

– Испорченное. Плесневелое. Плесневелое зерно – это игра с судьбой. Стоит поесть выпеченного из него хлеба, и даже не гадай, чем это для тебя кончится. Я уже не говорю про мерзкий вкус. Если не повезет, сляжешь на несколько дней. Мало того, что ослабнешь как малый ребенок, так и валяться будешь в собственном дерьме. Странно, что какой-то земледелец везет негодное зерно в Тунгрорум. Опытный покупатель ни за что такое не купит.

Марк Трибул кивком указал на пленных налетчиков.

– Нам никогда не узнать, зачем его везли в город, пока кто-то из этих типов не выведет нас на обозников. При условии, что кто-то из них выжил.

Хамийец вопросительно посмотрел на Трибула.

– Знаю, это маловероятно, – кивнул тот, – и все же…

Вместе с Кадиром Марк вернулся к Силу, который ждал их с мечом в руке. Грозным взглядом декурион окинул перепуганных пленников.

– И где же теперь ваша храбрость? Улетучилась? С чего бы это? При желании я могу сделать с вами все, что захочу. А пока, мерзкие подонки, я даю вам выбор. Вы или умрете здесь, быстро и без мучений, или расскажете нам то, что мы хотим узнать.

Один из бандитов поднял голову и с вызывающей ухмылкой посмотрел на декуриона.

– И тогда ты отпустишь нас, так, что ли?

Сил расплылся в жестокой улыбке и подошел к нему ближе.

– Отлично! Всегда найдется тот, кто желает стать первым. – Он кивнул стоявшему напротив пленников солдату. Тот шагнул вперед, схватил дерзкого бандита за волосы и пригнул ему голову. Прижав к голой шее пленника свою спату, Сил провел лезвием туда-сюда. По горлу бандита потекла струйка крови.

– Отпускать тебя я не намерен, но, по крайней мере, ты переживешь сегодняшний день, и кто знает – если громко пропоешь то, что нам нужно, прокуратор, так и быть, пощадит тебя за то, что ты нам помог.

– Пощадит нас? Да он скорее…

Декурион резко вскинул руку, сделал быстрый вдох и с силой рубанул мечом по шее пленника. Раздался хруст перерубаемых позвонков, и голова безвольно провисла на хрящах. Сил снова размахнулся и вторым ударом закончил начатое. Обдавая все вокруг струей крови, обезглавленное туловище повалилось вперед.

Горячая струя залила и стоявшего рядом солдата. Он тотчас же выпустил из рук отрубленную голову, и поспешил вытереть глаза от капель чужой крови. Сил наклонился, взял голову за волосы и, недовольно посмотрев на солдата, не удержавшего ее в руках, поднял окровавленный трофей выше, чтобы его могли видеть бандиты. На их лицах отразился страх, ненависть, но главным образом оцепенелое понимание того, что скоро их постигнет та же участь. Наблюдая за происходящим со стороны, Марк попытался понять, насколько справедливым было убийство беспомощного человека.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35