Энди Уорхол.

Дневники Энди Уорхола



скачать книгу бесплатно

Поехали в галерею к Наде. Нас опять угостили этим странным, очень сладким кофе, который здесь без конца предлагают, можно с ума сойти от этого. Мы не знали, что, оказывается, если не покачать своей пустой чашкой, ее будут снова и снова наполнять.

Купил еще пять экземпляров местной газеты – «Кувейт таймс» (1 доллар). Каллиграфия прекрасна, поп-графики нет. Заходил в разные аптеки, все пытался купить «А-200». Заказал ужин намного заранее (чаевые 2 доллара). Те, с кем мы вместе ужинали, прислали за нами серебряный лимузин «кадиллак». Приехали в дом Кутайбы аль-Ганина, это молодой богатый человек, типа Питера Брента. Его дом на берегу залива, уже несколько за городом. Земля здесь очень дорогая. Из-за того, что он сюда переехал, это место стало фешенебельным. Жители Кувейта не предлагают выпить спиртное, или пиво, или что-то еще, это запрещено законом, и только у богатых есть немного виски, например, «Джек Дэниэлс» или что-то вроде этого. Читал Ника Картера. Очень здорово – секс и девушки.


Понедельник, 17 января 1977 года – Кувейт

Был в Национальном музее, он создан недавно, ему всего лишь двадцать пять лет. Там что-то около восьми комнат, и в одной было три монеты – во всем помещении. По-моему, есть еще одна комната, где Александр оставил несколько горшков. Александр Македонский – три глиняных горшка и четыре монеты. В одной из комнат одежда прошлых лет. Снова чай и кофе – с директором музея. Я просто сидел там – делать ведь было нечего. На машине поехал на встречу с генеральным секретарем Совета по делам искусств, там опять – чай-кофе да разные церемонии. На стене грязные отпечатки рук, как будто тут кого-то убили, и это было произведение искусства или что-то вроде того. Одни мужчины, и все стоят.

Все спрашивают одно и то же: «Где вы остановились?», «Как долго вы уже в Кувейте?», «Сколько еще пробудете?», «Когда уезжаете?» и «Когда снова приедете?»

Съездил на машине на встречу с богатым коллекционером по имени Фахд аль-Даббус. Он пухлый, круглолицый, симпатичный. У него на стенах висело немало картин, было несколько работ Дали, одна довольно большая. Много друзей-мужчин, большинство в европейских костюмах, также некоторые жены. А еще там подавали выпивку – это только у богатых, помнишь? На столе большая скатерть, но ее нельзя и сравнить с большими иранскими скатертями.

Мужчины все на вид толстые, хотя из-за костюмов это не слишком понятно. Но сам хозяин был пухлый. Он купил принты с Мэрилин и из серии «Цветы». На руке у него были женские часики, украшенные бриллиантами, с голубым циферблатом. Еда в Кувейте жирная – жирное жаркое. Купил мыло от вшей (6 долларов). В восемь вечера за нами заехал мистер Бейтер, он – культур-атташе посольства США в Кувейте, и нас повезли на встречу с американским послом Моранди, который устроил ужин в нашу честь. Его жена из Сиэтла, она говорила без умолку и этим совершенно довела нас. Оба демократы. Ужин нам подали в десять вечера. Уехали мы оттуда в полночь, скука.

Помылся с мылом против вшей, но оно не помогло. Заснул прямо в ванне. В кровати заснуть не мог. Снова стал читать книгу Рут Клигман: она всячески доводила Джексона Поллока, когда они ехали в машине, тут-то он и врезался в столб. Дал почитать это Фреду.


Вторник, 18 января 1977 года – Кувейт

Ночь прошла беспокойно, встал я в девять утра (чаевые 1 доллар, стирка 2 доллара). Позвонил Джеймс Мейор, нужно было срочно выходить: а мы постоянно опаздываем, потому что здесь такая скучища, что мы никуда и не торопимся. Посетили мастерскую кувейтских художников. В каждом помещении там было выставлено по три художника. На этот раз предлагали чай или апельсиновую газировку. Я подходил к каждому из стендов, это надо было обязательно сделать. Один из художников писал картины в стиле Пикассо-Шагала. Ни у кого не было своего собственного стиля. Они усаживаются на пол и пишут красками, сидя на коврах и подушках, все это похоже на то, как в шестидесятые годы хиппи продавали какие-то вещи, сидя прямо на тротуаре. Здание, где мы побывали, было единственным в Кувейте строением с хорошим дизайном, потому что это была копия здания Фонда Форда. Мне показали все здание. Мой гид сказал, что оно очень кувейтское по духу.

В 16.30 за мной заехали, чтобы отвезти на открытие моей выставки в здании Совета по делам искусств. Там нам надо было встретиться с государственным министром. Звали его, кажется, Ахмад аль-Адвани – у меня записано это имя. Правда, возможно, это имя кого-то еще. Я послал ему заранее экземпляр своей книги «Философия» [см. «Введение»], и он сказал, что прочел ее и что там есть умные мысли, он был стар и очарователен. Перед входом на выставку повесили красную ленту, мне пришлось нести золотые ножницы на красной подушке – чтобы ими перерезать эту самую ленту. Было много журналистов и телевизионщиков.


Среда, 19 января 1977 года – Кувейт

Поехал на выставку, где устроили званое чаепитие, так что снова пришлось пить чай, а потом нас пригласил к себе британский посол. Там была его дочка, ей семнадцать лет, она рисовала карикатуры про «голубых». Она очень славная и смешная. С точно таким же, как у отца, подбородком – то есть вообще без подбородка. Было немало англичан, которые многие годы живут и работают в Кувейте. Мы ушли оттуда. Грандиозный ливень с ветром. За мной заехала Надя, а я поссорился с Фредом – из-за того, что не хотел ехать в Германию. Он сказал, что мне обязательно нужно туда поехать, потому что «там ты угасающая звезда». Я рассвирепел от одного того, каким голосом он это произнес…

Ужин в доме Нади. Приглашенных шестьдесят человек. Лучшая вечеринка за всю поездку. У Нади восемь или десять братьев, еще мать и сестры, и мужчины все танцуют вместе, друг с другом, похоже на твист. Еда была очень вкусной. Потом мужчины начали танцевать с Фредом. Кто-то дал ему 40 долларов – за то, как здорово он танцует. Мне пришлось пробыть там, пока не ушел последний гость – в половине третьего ночи. Джеймсу понравился чей-то бурнус, и ему тут же его подарили. Джед начал восторгаться чьим-то кольцом в носу – и ему тут же его подарили. А я не знал, что здесь такой обычай, поэтому мне ничего не подарили.


Четверг, 20 января 1977 года – Кувейт – Рим

Летели рейсом «Алиталии». Пять с половиной часов. Читал римскую газету «Дейли американ». Прошла инаугурация Картера. В самолете отвратительные пьянчуги. Аэропорт пустой, все дезорганизовано. Пока были там, случайно столкнулись с Мариной Чиконья[129]129
  Марина Чиконья (р. 1934) – итальянская графиня, кинопродюсер и фотограф.


[Закрыть]
и Флориндой Болкан[130]130
  Флоринда Болкан (р. 1941) – бразильская киноактриса, с 1968 года работала в Италии, играла в более чем 40 кинофильмах. Снималась, например, у Висконти, де Сика в фильмах с участием Трентиньяна, Жирардо. Трижды получала высшую итальянскую премию за достижения в кино. Продюсером ряда ее фильмов была Марина Чиконья. Они прожили вместе 18 лет.


[Закрыть]
, которые прилетели из Санкт-Морица (такси до «Гранд-отеля» 20 долларов). Номер наш не был готов, поэтому мы пошли на ланч в ресторане. Пока сидели там, случайно встретились с Хельмутом Ньютоном и художником-визажистом Патриком. И еще пришла Суни Аньелли[131]131
  Сюзанна Аньелли (1922–2009) – сестра Джанни Аньелли, главы концерна «Фиат», жена князя Ратацци, в 1990-е годы была министром иностранных дел Италии. В начале 1970-х жила в Нью-Йорке.


[Закрыть]
.

Мне дали номер, в котором останавливался Ман Рэй, он ведь недавно умер – причем буквально накануне этого у него в Риме открылась грандиозная выставка. Фред сказал, чтобы я забыл его слова о том, что я в Германии – угасающая звезда, он передумал и теперь говорит, что мне туда ехать не нужно.


Воскресенье, 23 января 1977 года – Париж

Проснулся в десять утра. Я остановился в квартире Фреда. Договорился с Питером Бирдом[132]132
  Питер Хилл Бирд (р. 1938) – фотограф, художник, писатель. Находился в близких отношениях с английским художником Фрэнсисом Бэконом. Как фотограф работал, помимо США, в Лондоне, Париже, Мадриде, Берлине.


[Закрыть]
, что мы с ним встретимся за ланчем. Пошел по магазинам и наткнулся на Мика Джаггера.

Съездили на показ мод у Скьяпарелли (такси 3 доллара). Нас посадили там на хорошие места, проявили особое внимание. Показ был ужасным, все строилось вокруг «Трех граций» Боттичелли. Один из нарядов стоил два миллиона долларов или около того, и больше всего мне понравились вооруженные охранники вокруг этой модели.


Понедельник, 24 января 1977 года – Париж

После пяти часов пополудни в квартире проходной двор – все без конца приходили и уходили. Мик, который провел вторую половину дня с Питером Бирдом и Фрэнсисом Бэконом, явился в дымину пьяный и тут же уснул на моей кровати. В одиннадцать вечера мы попытались разбудить его, но он спал мертвым сном. Поехали в «Клаб Сет»[133]133
  «Клаб Сет» или «Лё Сет» (то есть клуб, открытый семь дней в неделю) – популярный гей-клуб Парижа в 1968–1980 годах, здесь регулярно бывали Ив Сен-Лоран, Армани, Карл Лагерфельд, Пэт Кливленд и другие. В подвале под рестораном находился небольшой танцзал, который называли «эпицентром диско».


[Закрыть]
(120 долларов) – с Питером, Моной Кристиансен и Джедом (такси 2 доллара туда и 2 обратно).


Суббота, 29 января 1977 года – Нью-Йорк – Нэшвилл

Кэтрин первая сошла по самолетному трапу, ей вручили букет, а следом и всем остальным. Нас встречали около восьми девушек-«чирлидерш», они были в голубых костюмах с большой буквой W, и эти девушки с помпонами исполняли здравицы в честь Уорхола и Уайета.

Остановился я у парня по имени Мартин и его жены Пегги, они из клана, который владеет компанией «Джек Дэниэлс».

В «Гранд-Ол-Опри»[134]134
  Концертный зал «Гранд-Ол-Опри-Хаус» в Нэшвилле (штат Теннесси), из него, начиная с 1925 года, один раз в неделю транслируется в прямом эфире двухчасовая программа в формате концерта звезд музыки «кантри».


[Закрыть]
я сразу направился за кулисы, зашел в гримерку. Там репетировал Марти Роббинс[135]135
  Марти Роббинс (1925–1982) – певец-крунер, пел также ковбойские песни, написал десятки популярных мелодий.


[Закрыть]
.


Воскресенье, 30 января 1977 года – Нэшвилл

Открытие выставки портретов в музее (портреты мои и Джейми) было назначено на шесть вечера. Организатор поездки устроил нам с Кэтрин экскурсию по центру изящных искусств в Чиквуде. Мы попытались купить хотя бы хотдоги – очень уж были голодные, но он так подгонял нас, что не дал этого сделать. Там есть старинная лестница, которую перевезли из Англии. Наверху был автомат с попкорном, и мы с Кэтрин поднялись туда, чтобы купить его, мы ели и болтали о том о сем, а потом заметили, что по всей лестнице стоят люди, и поняли: они встали там потому, что решили, будто нужно занять очередь, чтобы меня поприветствовать, – они видели меня на самом верху. Мы наполнили несколько пакетов попкорном и попытались выбраться оттуда, но потом кто-то попросил поделиться попкорном, я отдал один пакет, а потом полтора часа раздавал автографы. Потом наконец подали ужин. На выставку явилось немного местных, был еще Дон Джонсон, этот красавчик, которого мы знали по фильму «Волшебный сад Стенли Свитхарта»[136]136
  Дон Джонсон (р. 1949) – популярный актер, стал знаменитым благодаря сериалу «Полиция Майами» (1984–1990). «Волшебный сад Стэнли Свитхарта» – дебют актера в кино – был снят в 1970 году.


[Закрыть]
, он приятель Фила Уолдена[137]137
  Фил Уолден (1940–2006) – один из основателей фирмы грамзаписи «Каприкорн» («Единорог»).


[Закрыть]
.

Сюзи Франкфурт[138]138
  Сюзи Франкфурт (1931–2005) – известный декоратор помещений, сделала популярной в корпоративных офисах мебель XVIII–XIX веков из России.


[Закрыть]
приехала в Нэшвилл, чтобы повыпендриваться. Она заранее написала все благодарственные письма, еще даже не приехав сюда, и так ловко со всем справилась, что попала, в компании со мной, на обложки журналов – вместо Кэтрин, которая вовремя не сделала нужный шаг.


Понедельник, 31 января 1977 года – Нэшвилл – Нью-Йорк

Винсент узнал, что на прошлой неделе на Лонг-Айленде умерла приемная мать Джо Даллесандро [см. «Введение»]. А всего за две недели до этого умер его брат, Бобби, и Джо все еще был в Америке – не успел вернуться в Европу. Я работал до половины восьмого вечера. Поехал в клуб «Режин». Там был Уоррен Битти[139]139
  Уоррен Битти (р. 1937) – актер, продюсер и режиссер, родной брат актрисы Ширли Маклейн.


[Закрыть]
, он на вид несколько постарел и пополнел. Еще был Джек Николсон, и он на вид тоже несколько постарел и пополнел. Были Анжелика Хьюстон[140]140
  Анжелика Хьюстон (р. 1951) – актриса и модель, дочь кинорежиссера Джона Хьюстона.


[Закрыть]
и манекенщица Аполлония[141]141
  Аполлония Котеро (настоящее имя Патрисия; р. 1959) – актриса, певица, манекенщица мексиканского происхождения. Была подругой Принса, снималась в его знаменитом фильме «Пурпурный дождь» (1984), была вокалисткой женской рок-группы Apollonia 6.


[Закрыть]
. Мне сейчас Аполлония нравится, она в самом деле очень славная. Была и Катрин Денёв, в честь которой устроили эту вечеринку. Уоррен ухаживал за Иман[142]142
  Иман Мохамед Абдулмаджид (р. 1955) – сомалийская и американская топ-модель, жена Дэвида Боуи.


[Закрыть]
, чернокожей манекенщицей. Там были Барбара Аллен и ее ухажер Филипп Ниархос, еще Джеймс Брейди[143]143
  Джеймс Брейди (1928–2009) – журналист, который на протяжении 25 лет вел «Шестую полосу», раздел светской хроники в газете «Нью-Йорк пост», писал для журнала «Парэйд», основал женский модный журнал W. Автор нескольких книг о войне в Корее (он участвовал в ней, служил в морской пехоте) и романов о «высокой моде».


[Закрыть]
и этот парень из «Уименс уэр дейли» (Women’s Wear Daily) по имени Коуди[144]144
  Майкл Коуди – в прошлом президент издательского концерна «Фэйрчайлд пабликейшнс» (выпускающего журналы, газеты и книги по вопросам моды), старший вице-президент «Уименс уэр дейли», обзора модной одежды, который выходит 250 дней в году.


[Закрыть]
. Этот слишком много позволял себе около стола Барбары и Филиппа, но Филипп старался быть обаятельным, а Коуди был с очень красивой девушкой (хотя я вообще не в силах представить себе, к?к такое могло получиться), и они рано ушли. Барбара Аллен подошла ко мне, чтобы сказать, что Коуди без конца повторял: «Как же мне здесь все не нравится! Терпеть не могу Джека Николсона, терпеть не могу Уоррена Битти, терпеть не могу Энди Уорхола, терпеть не могу Диану Вриланд, но больше всего я ненавижу Джеймса Брейди!» Ах, да, и еще – еда. Она ему тоже совсем не понравилась. Филипп пил крепкие напитки и делался все более милым. Барбара, похоже, хочет за него замуж, и еще, по-моему, она хочет иметь от него детей. Рут Клигман позвонила мне во второй половине дня, еще до вечеринки, и я ей сказал, что вечером встречусь с Джеком Николсоном и тогда поговорю с ним, не сыграет ли он главную роль в фильме о Джексоне Поллоке. Она спросила меня: может, я возьму ее с собой – познакомиться с Джеком, но я сказал: нет, не возьму. [Смеется.] Я бы вообще никуда не взял ее с собой, после того как я прочитал ее книгу. Ведь это она убила Поллока: довела его до умопомрачения. На вечеринке была одна пятнадцатилетняя девушка, которую Филипп знал еще по Санкт-Морицу, она пришла с отцом, и когда она стала разговаривать с Филиппом, Барбара занервничала: ведь если поставить их рядом, сразу видно, что такие как Барбара и Аполлония уже пожили свое – они выглядят старыми, а эта пятнадцатилетняя девушка вся исполнена очарования, она так молода и похожа на маленькую девочку, как будто никто ее еще не попользовал… Джек подошел к моему столику, и я сказал, что пришлю ему книгу Рут Клигман, а он ответил, что она ему уже звонила.


Вторник, 1 февраля 1977 года

Джо Даллесандро зашел к нам в дом 860 во время ланча. Я спросил его, как же на самом деле умер его брат Бобби, и тут он наконец сменил формулировку: раньше всем говорил про «несчастный случай», а теперь наконец рассказал, что же произошло в действительности. Бобби повесился. Джо весь ланч молчал. Этой ночью я наконец-то лег спать рано. Сейчас главная новость – резкое похолодание. И нехватка бензина, которую всячески муссируют.


Среда, 2 февраля 1977 года

Мы с Ронни поссорились. Он расстроился, когда я сказал, что не хотел, чтобы он резал и натягивал «Серпы и молоты» так же, как он это делал, пока меня не было, а он возразил, что – как же так – он, получается, всю работу проделал зря? Я его спросил, а что бы он делал, если бы не занимался этой работой? Ну и какая разница, что его работа не пригодилась? Я ему сказал, что никогда не знаю, чего хочу, пока не увижу то, чего не хочу, и тут он заметил: ну, это другое дело, если я «отталкиваюсь от такой позиции», тогда его усилия не напрасны, его просто обидело бы, если бы оказалось, будто он делал все это совершенно зря. Работал в офисе почти до половины восьмого вечера. Поговорил с П. Х. про «ПОПизм», она мне рассказала, как накануне взяла интервью у Йонаса Мекаса[145]145
  Йонас Мекас (р. 1924) – уроженец Литвы, кинорежиссер, «крестный отец» американского киноавангарда, поэт. Один из основателей Кооператива кинематографистов в 1962 году.


[Закрыть]
и Кенни Джей Лейна. Йонас был молодцом, а вот Кенни подкачал. Подвез Кэтрин до ее дома (такси 3 доллара). Приехал к себе, немного поработал, а потом, в одиннадцать вечера, мы с Кэтрин поехали в «Режин», чтобы взять интервью у Майкла Джексона из группы The Jackson 5. Он сейчас сильно вырос, но голос у него действительно очень высокий. С ним пришел какой-то здоровенный парень, может быть, телохранитель, и еще девушка из мюзикла «Виз»[146]146
  Мюзикл по мотивам сказки «Волшебник изумрудного города» был сыгран 1 672 раза за четыре года, с 1975 по 1979. Первый крупномасштабный проект с большим бюджетом на Бродвее, в котором все роли играли афроамериканцы.


[Закрыть]
. В целом, ситуация была весьма странной, потому что ни Кэтрин, ни я ничего не знали о Майкле Джексоне, ну совсем ничего, а он ничего не знал обо мне – он думал, что я поэт или что-то в таком духе. Та к что он задавал мне вопросы, которые ни один из знающих меня и не подумал бы задавать: например, женат ли я, есть ли у меня дети, жива ли моя мать… [Смеется.] Ну, я ответил ему: «Она в доме престарелых» [см. «Введение»].

Мы стали упрашивать Майкла станцевать для нас, и поначалу он не хотел, но в результате он и эта девушка из мюзикла «Виз» поднялись из-за стола и исполнили для нас один танец.


Четверг, 3 февраля 1977 года – Нью-Йорк – Денвер

Утром в аэропорту я случайно встретил Джин Смит, она летела тем же рейсом. С ней был ее сын, он довольно крупный, неуклюжий. Она спросила меня про Джейми Уайета. В Денвере нас встретила блондинка за рулем «роллс-ройса», в форменной фуражке шофера, и она показала нам весь город. Потом отвезла нас в отель «Браун палас», у этой старой гостиницы есть новая пристройка, но я решил взять номер в старом здании. Вестибюль в гостинице выглядел лучше, чем сам номер, хотя обслужили нас очень быстро, здесь много дополнительных услуг – например, шапочки для душа, новый телевизор и мыло. В номере была корзина с фруктами. Я позвонил своему племяннику, патеру Полу, и сказал, что хотел бы встретиться с ним завтра на открытии моей выставки. В 6.30 вечера за нами заехали, чтобы отвезти на предварительный просмотр выставки, который устроили для местных меценатов. Фред там напился. Он разозлился на какую-то упрямую девяностолетнюю даму, сказал ей, что он вообще-то здесь ради денег, душечка, и хотя я попытался заткнуть ему рот, но он до того возненавидел там все и вся, что решил: в следующий раз, когда мне надо будет приезжать на открытие своих выставок, он будет ставить условие, чтобы их устроители были обязаны что-нибудь купить. Все женщины там были слишком безобразны, чтобы написать хоть чей-нибудь портрет.


Пятница, 4 февраля 1977 года – Денвер

Погода чудесная, температура 16–20 градусов по Цельсию, небо голубое. Постарался как можно больше пройти пешком. Дошел до музея в два часа дня, там нужно было дать интервью для прессы. Какие же они скучные… Открытие назначено на семь, но мы решили, что придем в восемь. Для нас снова заказали «роллс-ройс». В половину восьмого пришел патер Пол и моя племянница Эва. Я заказал коктейли с двойной порцией спиртного, патер Пол немного захмелел, и они захотели поехать вместе со мной, так что сели в «роллс-ройс», полный всяких девиц. Патер Пол тут же взялся обращать их в веру. В музее толпы народа. Ужин был кошмарный, я продавал рубашки с логотипом Interview, экземпляры «Философии» и плакаты. Кто-то всучил мне какие-то любовные стишки.

В 10 часов впустили наконец тех, кто купил билет за десять долларов, это были все фрики Денвера, много парней-красавчиков и эксцентричных девиц.


Воскресенье, 6 февраля 1977 года – Карбондейл, штат Колорадо – Денвер

Поехал с Джоном и Кимико Пауэрсами посмотреть участок в сорок акров, который я купил неподалеку от Аспена. Мы встретили там, на моем участке, каких-то девиц, которые катались на лошадях. Они сказали, что здесь самые красивые места, какие они когда-либо видели.

Успел на самолет до Денвера. Летели всего сорок минут. Поселился в отеле «Стоуфер», около аэропорта.

В три часа ночи услышал, как кто-то дергает ручку двери в мой номер, – это были сопляки из соседней комнаты, которые все еще тусовались у своего телевизора. Страшно…


Понедельник, 7 февраля 1977 года – Денвер – Нью-Йорк

Проснулся в невероятную рань, на рассвете, поехал в аэропорт. Какой-то парень мыл окна самолета, когда я шел по трапу, и он был из тех, кто способен этак небрежно поднять глаза и бросить: «Привет, Энди!» – он именно так и сделал, и это было здорово. Позже он подошел к нам, когда мы были уже в самолете, и попросил автограф для своего школьного учителя. Та к с и из аэропорта (20 долларов). Завез багаж к себе домой, а потом и Фреда (звонил из аэропорта Винсенту – 0,10 доллара). Послал Ронни за продуктами (10,80 доллара). Отправился в наш офис в доме 860 (такси 4 доллара). Там был Джейми Уайет, я поговорил с ним (чай 10 долларов). Позвонил Лестер Перски[147]147
  Лестер Перски (1925–2001) – продюсер кинофильмов, телевизионных шоу и театральных постановок.


[Закрыть]
, чтобы пригласить меня на званый ужин в честь Джеймса Брейди, он теперь новый редактор журнала «Нью-Йорк».

Там была Джеральдин Штутц[148]148
  Джеральдин Штутц (1924–2005) – «гений розничной торговли», как ее называли; до 1986 года, на протяжении почти тридцати лет, была президентом сети универмагов «Генри Бендел».


[Закрыть]
. Оказалось, что она участвует в работе того же совета, что и Джейми, то есть Американского совета по делам искусств, а он выделяет деньги на нужды художников. Я думаю, для художников, которым они дают деньги, это отвратительно. Они всегда выбирают тех, кого считают очень «серьезными». На ужине был Уолтер Кронкайт[149]149
  Уолтер Кронкайт (1916–2009) – тележурналист и телеведущий, в 1962–1981 годах вел вечерний выпуск новостей «Си-Би-Эс».


[Закрыть]
.

Лестер захмелел и повел себя совсем смешно: сказал мне, как замечательно, что мы с ним все еще друзья, пусть даже он никогда ничего для меня не делал – и ни за что не сделал бы… И снова затянул свою песню: «Ах, хоть теперь я так богат, но все же по-прежнему несчастен…» Нет, в самом деле: он что, каждый раз ее исполняет, на каждом ужине, каждый вечер? Явно да. Один известный манекенщик из модельного агентства «Зоули» подошел ко мне и присел рядом. У него только что родился ребенок на Аляске. Я познакомился с издателем «Дейли ньюс» Майклом О’Нилом. За все эти годы так и не представился случай с ним познакомиться, и я был в полном восторге от него. Когда я выяснил, что он знает об Interview абсолютно все, он мне в самом деле понравился. Он крупного телосложения, по происхождению ирландец, густая шапка волос на голове, все седые. Я представил ему Кэтрин как «издателя» Interview, просто чтобы они могли поговорить друг с другом, но у нее было странное настроение, и она даже не отвечала толком на его вопросы. Джейми Уайет отправился в «Илейн». Кэтрин сказала, что хочет взять такси и поехать домой. Наверное, она с кем-то назначила свидание, может, и с Джейми. Какой-то парень, англичанин, подошел ко мне из бара, где только что разговаривал с Лестером Перски, и спросил: неужели это правда, что Лестер – тот самый Лестер Перски, тот самый великий продюсер, и мне [смеется] пришлось сказать – да-да, тот самый.

Ларри Фриберг из компании «Метромедиа», который первым предложил, чтобы мы сделали с ними телешоу, а потом сам отказался, когда Боб представил ему наш бюджет, тоже был на этом ужине, но я его не узнал, так что я лишь уставился на него, когда он вошел в комнату. Но это к лучшему: может, он призадумается над тем, как поступил с нами.


Вторник, 8 февраля 1977 года

Во второй половине дня позвонил Лео Лерман[150]150
  Лео Лерман (1914–1994) – писатель и издатель, работал более пятидесяти лет в журнальном концерне «Конде Наст». Также писал статьи для «Нью-Йорк геральд трибюн», журналов «Харперс базаар», «Дэнс мэгэзин» и «Плейбилл».


[Закрыть]
и заказал мне для журнала Vogue портрет королевы Елизаветы.


Пятница, 11 февраля 1977 года

Доехал на такси до дома Сюзи Франкфурт, по пути было немало пробок (5 долларов). Сюзи сейчас разрабатывает модели одежды для пожилых женщин, и это странная идея, тем более что эти модели не тех оттенков и подчеркивают не те места в фигуре, но она пытается затеять этот бизнес на Седьмой авеню, а еще она пытается профессионально заняться антиквариатом. В среду она поедет с нами в Калифорнию, ведь не надо забывать, что ее кузен – Нортон Саймон[151]151
  Нортон Саймон (1907–1993) – промышленник из Калифорнии, миллионер, коллекционер произведений искусства. В 1974 году спас от финансового кризиса Музей современного искусства в Пасадене, фактически купив его, а затем назвав своим именем.


[Закрыть]
.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15