Элли Милау.

Греховное падение



скачать книгу бесплатно

Нас встречает мастер Диего, так он, во всяком случае, представляется и проводит нас в большую комнату с освещенной сценой, заполненную людьми. Подзывает всех к себе и начинает рассказывать о том, для чего создано это место. Я слушаю краем уха, оглядывая толпу восхищенных слепцов, так и хочется прикрикнуть на них: «Это же боль, чему восхищаться?». А потом натыкаюсь на мужчину, проходящего возле нас, встречаясь с ним взглядом.

В миг, когда я его вижу, я забываю о том, где нахожусь, с кем и вообще зачем. Остается только он и его мимолетный взгляд. Мимолетно, а как будто прошелся сканером, оценил мою цену. Странное волнение разливается по всему телу, меня бросает в жар и в тоже же время окатывает ледяной водой. Кожа покрывается мурашками, а я, пытаясь сбросить с себя это наваждение, опускаю глаза в пол и разрываю контакт. Когда же поднимаю голову, мужчины уже нет, он как внезапно появился так и – скрылся из виду, а Бен трогает за руку, обращая внимание на себя:

– Энн, ты хоть слушаешь? – Наклонившись ко мне, спрашивает на ухо.

Я киваю, встретившись с ним взглядом, и шепчу:

– Прости, задумалась.

– Не отвлекаемся. Можете что-то упустить. Я могу продолжать? – спрашивает громко мастер Диего, смотря точно на нас.

Как только заметил в толпе? Думаю я, а, встретившись с мужчиной взглядом, мне почему-то кажется, что он понял, на кого я на самом деле отвлеклась, будто мужчина видит меня насквозь. Я безотчетно краснею и облегченно выдыхаю, когда он продолжает говорить, переводя свое внимание на кого-то другого, рассказывая о том, какие услуги они представляют для новичков.

– Странно место, – заключает Бен, чуть погодя, когда про нас благополучно забывают.

– Да, – и я с ним согласна.

Странное и страшное, особенно если учитывать тот факт, что предметы на стенах здесь висят явно не для украшения.


Глава 2

Знаете, бывает иногда такое чувство, что вы сделали что-то зря, еще не имея последствий своего решения или поступка, вот и у меня было такое, еще, когда я находилась в «Темной ночи». Зря мы сюда пришли, думала про себя, слушая мастера.

Разве это… Все это, сможет изменить что-то в наших отношениях? Разве плетки, стеки, зажимы смогут их подогреть? Сомневаюсь. Да, да, я знаю даже названия того, что вижу, и дело не в том, что мастер Диего такой хороший рассказчик, а в том, что прежде чем сюда придти я перерыла весь интернет в поисках того, что же представляет собой эта тематика, так восхищаемая Беккой. Но все равно не понимаю, что в этом такого прекрасного? Зачем вообще Бекка предложила нам сюда придти? На что рассчитывала? Что я воспылаю любовью к нестандартным развлечениям? Так она ошиблась, ведь единственный вопрос, который так и вертится в голове. Как ей может такое нравиться?

Нет, я все, конечно, понимаю, у каждого свои интересы, но одно дело читать книгу, быть может, смотреть фильм и удачно забыть, а совсем другое – испытать на себе пытки. Боль это всегда боль, нет других оттенков, их придумали сказочники для скрытия своих извращенных желаний.

Когда экскурсия шла к логическому завершению, мастер предложил всем присутствующим записаться и посетить завтрашнюю сессию.

Я-то точно этого не хотела, мне хватило уже увиденного, но я не знала, чего хочет Бен, может быть, его все-таки заинтересовало? Однако приветливой администраторше, которая на выходе еще раз спросила: «хотим ли мы придти завтра?», он ответил лишь:

– Нам нужно дома все обсудить и лишь тогда мы будем принимать решение.

Девушка понятливо кивнула:

– Конечно, если решите, будем рады вас видеть в любое время, – сказала, улыбнувшись и сделав пометку у себя в журнале.

Не заинтересованы, наверняка записала. Ведь никто не из нас не чувствовал восхищения и благоговейного трепета, а лишь странное послевкусие.

Выйдя из здания, я поежилась от пронизывающего ветра, плотнее застегнув пиджак, а Бен, обняв за талию, спросил:

– Домой?

Я кивнула в ответ, и мы вместе направились к машине, припаркованной на стоянке неподалеку. Ехали домой мы в тишине, каждый, видимо, думал о своем. Нам бы следовало обсудить увиденное, но я не хотела начинать первой, ведь это именно он настоял на походе в этот клуб для избранных, так его там называли, но Бен упорно молчал, спокойно ведя машину, и лишь когда мы переступили порог нашей квартиры, заговорил:

– Мне не понравилось, Энн, – пока я разувалась, сидя на пуфике в прихожей, сказал он.

Я понятливо кивнула, сразу сообразив, о чем он, собственно, говорит и, оставляя обувь в коридоре и проходя внутрь квартиры, спросила:

– То место или в целом?

– А ты? Тебе как? – Ответил вопросом на вопрос, не давая прямого ответа.

Я не любила, когда он так делал, как будто готовил заранее понравившийся мне ответ.

– Ты не ответил, а мне… – сделала вид будто задумалась, – мне тоже нет – странное место.

– В целом, Энн, – все же ответил, кивая.

– Может, все-таки плетку, наручники или повязку на глаза? Так же Диего говорил? Нужно начинать с малого, – хмыкнула я.

– Нет, – категорически ответил Бен, становясь серьезным, – начинать надо, если хочешь продолжить, но я не хочу.

– И я, – кивнула, соглашаясь с ним.

Бен подошел ко мне и крепко обнял, прижав меня к себе и выдохнув, где-то в районе уха. Так мы и стояли какое-то время, пока он не отстранился и не заговорил снова, задумчиво рассуждая.

– Знаешь, когда я понял, что это такое на самом деле – испугался, что тебе может понравиться. Видела, сколько женщин восхищенных? – я кивнула в ответ, ведь и сама заметила. – Рад, что это не так, я бы не смог причинить тебе боль, во всяком случае, не осознанно.

– Я тоже.

***

Вечер проходил в уютной обстановке, мы смотрели какую-то комедию, только недавно появившуюся на экранах, когда мне позвонила Бекка, испортив настроение. Я подняла трубку, извинившись перед Беном и выйдя в кухню, чтобы спокойно с ней поговорить, и услышала восторженный лепет подруги.

– Привет, ну что, мне тебя поздравлять, ты в клубе фанатов?

– Боже, нет. Мне не понравилось. Там страшно. Да, красиво, готика, все такое, но эти орудия пыток на стенах и рассказы, что от всего представленного можно получать удовольствие, не для меня.

– Как нет? Энн, я думала… – не договаривает, замолкая, а я спрашиваю.

– Что думала, Бекк? Я не извращенка.

– А я, значит, да? – Делает выпад она, явно защищаясь.

– Нет, но я мало представляю, как можно получать удовольствие от боли, ты хоть пробовала что-то? – Пытаюсь хоть как-то сгладить разговор.

– А вот и да, и считаю себя вполне нормальной.

– Что, например?

– Наручники, – отвечает она коротко.

Я по голосу тонко ощущаю, что она обиделась и приняла мои слова об извращениях на свой счет, но ведь я не этого хотела.

– Бекк, наручники это не то, мне кажется, если бы тебя реально отхлестали плеткой, весь этот флер таинственности и желанности мигом бы слетел.

– Ты ошибаешься и я тебе докажу, – бросает она.

– О нет, Бекк, не из-за меня. Успокойся, я ничего такого не имела в виду, просто это, – но в ответ уже слышу гудки, что значит, она бросила трубку, потому тихо добавляю уже себе, – неправильно.

В смятении я возвращаюсь в гостиную. Бен спрашивает взглядом, что случилось? А я лишь машу в ответ рукой, мол, ничего и, усаживаюсь рядом, ложа голову на грудь и вздыхая.

Лишь бы не наделала глупостей, думаю про себя, прокручивая в голове вспыльчивые слова подруги, пока мы досматриваем фильм, а стоит появиться титрам на экране, как Бен подхватывает меня на руки и несет куда-то.

– Бен? – Спрашиваю, не совсем понимая, но, увидев, что он направляется в спальню, улыбаюсь. – Тебя что, фильм возбудил? – Спрашиваю лукаво.

– Нет, твои ножки в этом платье, – отвечает, опуская меня на кровать.

Я принимаю более удобную позу и уточняю:

– Разве не такие же, что и всегда? – закусываю губу, чтобы не рассмеяться.

– Нет, сегодня особенно, оно же новое, да?

– Не зря старалась, покупая?

– Не зря, – отвечает, наклоняясь надо мной и накрывая мои губы своими.

Я отвечаю на его нежное прикосновение и вцепляюсь в его плечи, притягивая к себе, а он углубляет поцелуй, целуя более настойчиво.

Его рука опускается вниз, приподнимая ткань платья и сдвигая в сторону трусики, потирая, а затем надавливая на клитор пальцами. Я охаю в ответ на его прикосновение, а Бен отстраняется и спускается к шее, чертя влажную дорожку из поцелуев. Я опускаю голову на подушку, расслабляясь и открывая его губам доступ к шее, а сама зарываюсь руками в его волосы, прикрывая глаза от испытываемого наслаждения.

Бен медленно раздевает меня, не прекращая целовать каждый открывшийся сантиметр кожи, а я, уже голая и заведенная, нетерпеливо, дерганными движениями, помогаю ему снять футболку.

С ширинкой даже не борюсь, бесполезная затея. Хочу его, уже сейчас, всего.

Бен улыбается, смотря на меня, и отстраняется, чтобы расстегнуть ширинку на джинсах и снять их, я же устраиваюсь удобно на кровати, ожидая его. Он избавляется от штанов и ложится обратно на кровать, водит медленно ладонями по моего оголенному телу, а затем вклинивается между моих ног, входя в меня медленно и аккуратно. Я в ответ обвиваю его спину ногами, подталкивая глубже в себя, а когда он полностью входит, выгибаюсь и поддаюсь навстречу его медленным движениям, сводящим меня с ума.

– Люблю тебя, – шепчет, смотря в мои глаза прежде, чем кончить.

– И я тебя, – отвечаю на выдохе, встречаясь с ним взглядом, и парю на пике экстаза, чувствуя на задворках сознания, как внутри разливается тепло его семени.

Нежный, добрый, любящий, родной, нам не нужно греть отношения, мы просто должны больше времени проводить вместе, разговаривать, думаю я, когда он скатывается с меня и, закрывая глаза, засыпает. Я смотрю на его умиротворенное лицо и, слыша мерное дыхание такого родного человека, думаю, что, возможно, нам просто нужна была эта встряска, чтобы сблизится снова. Задумчиво провожу ладонью по дорожке его волос на животе, а затем укрываю нас одеялом, решая, что обязательно поговорю с дядей, чтобы он хоть иногда отпускал меня пораньше, тогда, быть может, ссор станет меньше, а отношения примут новую форму, перейдут на новый уровень.


В комнате стоял запах ароматизированных свеч, а я впитывала в себя другой запах – тонкий древесный, грубый, как и сам мужчина.

– На колени, – прогремел его грубый баритон в тишине комнаты.

Я так и сделала, смотря на кремовый ковер под своими ногами, а затем снова подняла голову, чтобы встретиться глазами с его пронзительными омутами.

Мужчина вышел из тени и медленно, с предвкушающей улыбкой на лице, подошел ко мне, обходя и вставая за спиной. Какое-то время ничего не происходило. Я даже начала подрагивать всем телом от неизвестности, смешанной с возбуждением и ожиданием чего-то, а затем почувствовала практически невесомое прикосновение к моей голой спине. Кожа покрылась мурашками, а я зажмурилась, концентрируясь на прикосновениях мужчины. Его пальцы чертили только ему ведомые линии на моем позвоночнике, рисуя узоры, пока его рука не оказалась возле шеи, неожиданно резко поднимая мои волосы с плеч и наматывая их на свой кулак, заставляя меня откинуть голову назад. Я встретилась с его взглядом, утопая в темноте его глаз, а он проговорил укоризненно.

– Опять не собрала волосы, – я сжалась всем телом, понимая, что совершила что-то не то, но в то же время почувствовала, как мои трусики стали влажными от его вкрадчивого голоса.

– Непокорная, как и всегда. Да?– продолжал он укоризненно.

– Нет, – прошептала в ответ, чувствуя дискомфорт от натянутости волос и желание почувствовать его глубоко внутри себя.

– Плохая девочка, обманщица, – отпуская мои волосы, пророкотал он, меняя тему, – на локти и приподними попу вверх.

Все внутри протестовало против этого, но я сделала, как он того хотел, опускаясь на локти и выгибаясь. Почувствовала, как мужчина приспустил мои трусики вниз по ногам, и ощутила, как румянец окрасил мои щеки от стыда за следы на крошечной шелковой ткани, которые отчетливо сообщали о моем желании большего. Мужчина накрыл мой лобок ладонью и провел ею, смазывая палец, а затем входя ним внутрь меня и тут же выходя.

– Очень плохая, – заметил он, продолжая свои движения.

Да, я именно такая, на задворках сознания пронеслась мысль, пока я двигала попой навстречу его настойчивым пальцам, а в следующее мгновение все изменилось, пальцы исчезли, принося с собой недоумение и неудовлетворение, я услышала шорох и, не успев придать ему значения, почувствовала боль, обрушившуюся на спину. Слезы выступили на глазах, и я пискнула в ответ сбивчиво:

– Неправда, хорошая. Очень хорошая.

– Нет, – ответил он, снова беспрепятственно входя в меня пальцем и делая круговые движения.

– Неправда, – пытаясь скрыть гортанный стон, ответила.

Боль смешалась с желанием тела о разрядке, я пыталась это скрыть, но сама себя предавала. А мужчина, прижимаясь к моей болезненной коже спины, прошептал на ухо:

– Тогда почему вся течешь?


Я проснулась вся в поту, не сразу понимая, что сон, а что реальность, чувствуя влажность трусиков и ощущая настойчивое желание тела, просящего о разрядке. Посмотрела на мирно спящего Бена, повернувшегося ко мне лицом, и скривилась, чувствуя себя неправильно за этот сон. Ведь в нем был не Бен, а другой мужчина, которого я даже не знаю. Я тихо выбралась из кровати, смотря на время и отмечая, что еще слишком рано, чтобы вставать на работу, и поплелась в ванную, где сначала думала смыть с себя чужие прикосновения и странный сон, но все во мне протестовало этому, а набухший клитор просил, чтобы я закончила. И я сдалась, вставая под горячие струи воды и опуская свою руку между ног, закрывая глаза и представляя… поначалу Бена, но его образ надолго не задержался перед глазами, так как его сменил пронзительный взгляд мужчины из сна.

Теперь не мои пальцы во мне, а его член, большой и мощный, теперь не я управляю рукой, а видение управляет мной, я остро кончаю от увиденного, плывя в невесомости, начиная свое падение.


Глава 3

Утром я не могла найти себе место, чувствуя себя ужасно. Я не хотела так поступать и все же делала. Этот мужчина – незнакомец из клуба, действовал на меня даже на расстоянии, я не могла себе это объяснить, не могла понять саму себя, потому боролась со своими чувствами, как могла. Сначала долго смывая с себя воспоминания и свою реакцию на происходящее в ванной, потом тихонько собираясь на работу, чтобы не разбудить раньше времени жениха. Мне было стыдно перед ним и неудобно, ведь я, по сути, ему изменила, и ладно бы, если только во сне, так и наяву продолжила. В душе надеялась, что вечером все уляжется, я забуду сон и мужчину, а Бен просто ничего не поймет.

Выходя из спальни, я еще раз бросила взгляд на мирно сопящего жениха, он даже и не догадывался о моих внутренних стенаниях, спокойно спя, а я… Я чувствовала потребность сбежать на работу, чтобы не видеть его глаза этим утром, но, посмотрев на время, поняла, что еще слишком рано уходить. Поэтому, сделав себе кофе, решила хоть чем-то заняться, быть может, поискать в интернете значение и толкование снов, хоть и понимала, как бесполезна эта затея, но все же, мне нужно было как-то объяснить этот странный сон и мое внутреннее замешательство, но результаты поисков оказались неудачными, ни одно толкование не подходило.

Это либо «Темная ночь» на меня так повлияла, либо мужчина – глаза, которого прочно въелись в память, отпечатавшись в сознании. Он как будто оставил на мне свой слепок и теперь проникал в мою душу, отравляя.

Услышав шаги за спиной, я обернулась и встретилась взглядом с Беном. Он улыбнулся мне и, подойдя ближе, заглянул в монитор, хмыкнув.

– Толкования снов? Думал, ты не веришь в такое.

– Я и не верю, так, стало интересно, – ответила, закрывая крышку ноутбука.

Таким образом, отрезая дальнейшие расспросы на эту тему, но Бен все же спросил то, чего я так боялась.

– Снился плохой сон? Ты ворочалась, – заметил он.

– Нет, – ответила, обмирая.

Если бы он только знал, от чего я ворочалась, но продолжила как можно более ровным голосом, – все нормально, пойду-ка я на работу.

– Не слишком ли рано?

– Нет, Дэвис просил выйти пораньше, – вставая со стула, ответила я.

– Надеюсь, отпустит он тебя так же.

– И я надеюсь, хорошего дня, – пожелала ему, а затем, прикоснувшись к его губам легким, практически невесомым поцелуем, вышла из комнаты, беря по дороге сумочку и выходя из квартиры.

Неправильно так его обманывать, но я хотела сбежать, на меня давила ночь. Мне нужно было придти в себя, ведь Бен мог что-то заметить, понять, что мне снилось.

Как бы я это ему объяснила? Прости, но мне снится незнакомец, и мы с ним делаем ужасные вещи, только это все не я, я на самом деле его не хочу – это все мое больное воображение, так? Глупо. Он бы подумал, что я больная, и в итоге еще бы обиделся на мой бредовый лепет, поэтому уйти на время, что бы привести себя в норму, было выходом. Но вместо того, чтобы собраться, я, наоборот, целый день анализировала, думала. На меня это не было похоже, я никогда не любила такие вещи, а уж тем более боль. Как я могла во сне так реагировать? Как могла этого желать? И что самое ужасное, я еще и продолжила наяву – в ванной, представляя мужчину из сна, его руки, даже его член, вместо того, чтобы вспоминать с ужасом ночь.

В итоге я целый день была несобранна, все время отключалась от происходящего в офисе, витая где-то в облаках, ведь перед глазами то и дело всплывал его взгляд, его черные омуты, затягивающие в свои темные глубины.

Дэвис, заметив мою несобранность, отправил меня к врачу, сказав, что я, наверное, заболела. А я, садясь в машину и направляя ее домой, а не в больницу, как обещала дяде, думала, что он в чем-то и прав, ведь я сходила с ума.

Я думала, что смогу выбросить воспоминания из своей головы, забыть сон и свое предательство, но мне это не удалось ни в этот день, ни потом, ведь незнакомец стал сниться мне постоянно, не через день, не периодически, теперь он снился каждую ночь. Я не могла понять, почему и как такое возможно… но так происходило, а любые попытки совладать со снами – тщетны.

Один мимолетный взгляд, и я не могу выбросить из головы его образ. Не могу, как ни пытаюсь, я не властна над своими снами, своим телом, как будто во мне живет другой человек – иррациональный, распутный, покорный воле незнакомца.

С каждым днем я все дальше отдалялась от Бена, гложимая виной, что не он в моих снах. Я ограждалась от него, выстраивая стену, задерживаясь на работе даже тогда, когда не было необходимости. Дэвис лишь поощрял мою инициативность, а Бен каждый раз злился, но вздыхал, принимая действительность.

О походе в «Темную ночь» мы больше не говорили, закрыв тему раз и навсегда в тот же день. Бен ясно дал понять, что это не его, а я думала, что это не мое, если бы не сны и образ незнакомца, прочно поселившийся где-то на подкорке подсознания. Возможно, я бы даже смогла вычеркнуть это все из своей жизни, но… Я не могла, как ни пыталась. Наверно, бессознательное происходящее во сне и было моим желанием? Я даже отправилась в секс-шоп, чтобы посмотреть на наручники и плетки, думала, что воспылаю какими-то чувствами к этим предметам и попробую опять заговорить на эту тему с Беном, но, увидев их, ничего не произошло, не екнуло и не затрепыхалось сердечко, не повлажнели трусики от желания испытать на себе. Ничего этого не было, и я расстроенная ушла, но ночью все повторилось.

Снова вкрадчивый голос незнакомца, снова его шепот за спиной, и секс… Да. С каждым сном мужчина шел дальше, теперь он не просто говорил – действовал, пронзая меня своим членом. Он был беспощаден и совсем не нежен. Не медленно любил меня, как Бен, а жестко тра*ал. Каждое утро я не знала, куда себя деть, и хоть часть снов куда-то исчезала, что-то оставалось и это… Это вводило в меня в напряжение, смешанное с непониманием, но если бы только это, нет, было еще одно чувство… Оно запускало свои щупальца в мою душу, отравляя и изменяя. Любопытство. Именно оно меня погубило, поставив точку невозврата.

Неделя… Целая неделя непрекращающихся снов с незнакомцем и балансирования между сном и явью. Всего лишь неделя, чтобы стать не той, что прежде.

Я желала… Да, именно желала мужчину из снов, и в то же время гнобила себя за эти желания, ведь я не знала его, но вспомнила… Я вспомнила, где могла его видеть. Поначалу во снах не осознавала, что это был именно он, но, долго думая над тем, что происходило, нашла ответ. Он – тот незнакомцем, который привлек меня настолько, что мир исчез. Тогда я забыла о Бене, о «Темной ночи», обо всем, в тот миг был только он. Разве такое бывает, думала я? Чтобы одна единственная встреча, взгляд, и уже нет возможности избавиться от мыслей о нем, даже ночью он находит? Мистика, не иначе, или же это и есть химия? Мне казалось, ее придумали, что есть лишь «нравится» или «не нравится», но, видимо, я ошиблась. Ведь чем больше проходило времени, тем больше мне хотелось увидеть мужчину вновь, узнать, кто он, почему он так въелся в мои мысли. Каждое утро я задавала себе миллионы вопросов, себе и мужчине, но во сне я была вещью, не было мыслей, не было и чувства неправильности, лишь он и его руки. Я ловила себя на мысли, что мне хотелось бы знать, такой ли он на самом деле? А если не такой, то какой?

О походе в «Тёмную ночь» снова и речи быть не могло, слишком странное то место, и хоть мужчина не покидал моих мыслей, для меня это было слишком. Да, во сне я изнывала по прикосновениям и наслаждалась болью, но в жизни я не могла этого признать. Во мне просто этого не было. Ни интернет, ни порно, ни секс-шопы не меняли мое мировоззрение. Я все так же не понимала этих людей, верная своим принципам, как и не понимала Бекку, восхищенную «оттенками».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6