Элиз Вюрм.

Там, где река смеётся надо мной и тобой



скачать книгу бесплатно

 
Посвящается моей маме, той, которая любила жизнь, той, которая любила петь.
«Мы должны стремиться не к тому, чтобы нас всякий понимал, а к тому, чтобы нас нельзя было не понять»
Вергилий
 

Глава 1

Лино позвонил Элизабет из больницы.

– Здравствуй, любимая!

– Здравствуй, солнце моей жизни! – Заулыбалась она.

– Как ты? – Нежно спросил её, он.

– Хорошо. А ты?

– И я – хорошо. Давай пообедаем вместе?

Элизабет почувствовала, что Лино улыбается.

– Я приглашаю тебя на свидание!

– Ах, на свидание!..

Она счастливо заулыбалась.

– А что мне надеть?

– Платок, – возьми с собой платок.

– Хорошо.

– Спасибо, жена.

Элизабет удивилась.

– За что?

– За то, что ты относишься с уважением к людям, которых не понимаешь, и возможно, не поймёшь, никогда.

Ей стало интересно:

– А ты их понимаешь, Лино?

– Нет, но я бы хотел их понять.

Элизабет понравился ответ Лино.

– А ты бы хотела?

– Понять? Их? Я боюсь!

– Боишься? Почему?

– Они станут мне ближе, – они станут мне как родные!

– И ты не готова?

– Помнишь «Леон Морен, священник»[1]1
  1


[Закрыть]
? Леон Морен, мошенник… у него на все вопросы есть ответы! Я не знаю, готова ли я…

– Ты хочешь сказать: Леон Морен, циник?

Она усмехнулась.

– Один человек сказал: «Циник – это человек, который почувствовав запах цветов, оглядывается в поиске гроба»… Я не верю, таким людям как Леон Морен, Лино, – я их даже боюсь, это инстинкт самосохранения!

Он задумался над её словами.

– Знаешь, о чём «Леон Морен, священник»? – Вдруг сказала Элизабет, Лино. – Мельвиль задаёт вопрос: а верит ли в Бога сам священник? Верят ли священники в Бога?

– Леон Морен – игрок!? – Понял её, он.

– Профессиональный, Лино, счастье моё, профессиональный!

– Ты стала…

– Какой?!

– Неспокойной.

– Это душа, ей не должно быть спокойно!

– «Не должно»?

– Я глубоко уверена; если душе спокойно, значит, страдает мораль.

– Ты заставила меня вспомнить книгу Рэя Брэдбери «451 градус по Фаренгейту»: «Я знаю человека, который полвека тому назад печатал газету нашего колледжа. Это было в тот самый год, когда, придя в аудиторию в начале нового семестра, я обнаружил, что на курс лекций по истории драмы, от Эсхила до Юджина О'Нила, записался всего один студент. Понимаете? Впечатление было такое, будто прекрасная статуя изо льда тает у тебя на глазах под палящими лучами солнца. Я помню, как одна за другой умирали газеты, словно бабочки на огне. Никто не пытался их воскресить. Никто не жалел о них.

И тогда, поняв, насколько будет спокойнее, если люди будут читать только о страстных поцелуях и жестоких драках, наше правительство подвело итог, призвав вас, пожирателей огня».

Ты права – ничто так хорошо не заменяет мораль как инквизиция!

Они договорились встретиться в турецком ресторане.

Элизабет увидела Лино первой – он был одет в красивый чёрный камис[2]2
  2


[Закрыть]
(Лино надевает камис, когда посещает мечеть).

– Девочка моя…

Он ласково прикоснулся к её щеке.

– Я соскучился!

Посетители ресторана посмотрели на них с любопытством.

– Я тоже, мой любимый!

Элизабет сказала ему это почти тихо, чтобы не смущать окружающих.

Они сели за стол, – Лино взял её за руку.

– Лино…

Элизабет почувствовала, как она любит этого мужчину!

– Как ты? У тебя всё хорошо?

– У меня всегда всё хорошо…

Он тепло посмотрел на неё.

– С тобой!

Лино трепетно сжал её руку.

– Спасибо!

– И тебе – спасибо!

Элизабет погладила его руку.

– Я всегда скучаю по тебе, всегда!

– Я тоже, моя зеленоглазая любовь, я тоже!

– Ты устал…

Она не удержалась, и прикоснулась к нему, – к его щеке.

– Устал!

Лино кивнул ей.

– А ты, Элизабет? У тебя всё хорошо?

– С тобой!

Они улыбнулись друг другу.

– Как дети?

– Хорошо.

Тепло его руки, – Элизабет не хотелось, чтобы Лино отпускал её руку.

– Как дела на работе?

– Ты не любишь это слово, да!?

Он тепло заулыбался.

– «Больница»? Ненавижу!

Ямочки на его щеках.

– Почему?

– Она как… любовница, с которой невозможно бороться!

Лино засмеялся.

– Это правда, невозможно!

Он посмотрел на неё очарованно.

– Она… эта разлучница, я её ненавижу!

– Кхе-кхе…

К ним подошёл официант.

– Извините за беспокойство, вы готовы сделать заказ?

– Чуть позже, спасибо. – Вежливо сказал ему Лино.

И Элизабет почувствовала, что краснеет.

Остыла.

Он посмотрел на неё с нежностью и интересом, Анджолино.

– Вы смущены, девочка моя.

Она посмотрела на него очень ласково.

– Знаешь, о чём я вдруг подумала? Я подумала: если бы у тебя появилась настоящая любовница, я бы негодовала!

Лино тихо засмеялся.

– Я бы обиделся на тебя, если бы ты не негодовала. – Лукаво сказал ей, он.

Элизабет захотелось прижаться к нему, но арабов это шокирует…

– Когда ты приедешь домой? Когда я смогу прикасаться к тебе так, как мне хочется?!

Лино тоже ласково посмотрел на неё.

– Скоро, я буду… аки метеор!

Она засмеялась.

Вспомнила «Ты заставила меня вспомнить книгу Рэя Брэдбери»…

Элизабет тоже вспомнила эту книгу: «Что вас так всколыхнуло? Что выбило факел пожарника из ваших рук?».

Лино сделал заказ.

– Как Джейк, Элизабет?

– Не знаю. Я никогда не знала как он!

– Почему?

Он отложил папку с меню.

– Что ты заказал?

– Это секрет.

Элизабет улыбнулась, посмотрев на него.

– Не даёшь мне сменить тему?

– Не даю.

Лино посмотрел на неё ласково и настойчиво.

– Странное у меня чувство, – Вдруг сказала она. – Ты сказал мне: «Можно быть безупречным христианином и в то же время превосходно стрелять и колоть штыком»… А можно быть хорошим человеком, но мучить животных, например?

Он задумчиво усмехнулся.

– Можно.

– Как?!

– «Как» это уже другой вопрос, ты спросила; почему.

Лино сделал паузу.

– Я знал человека, который спасал людей, но избивал свою собаку.

Элизабет показалось, что он не договорил.

– И это отвернуло меня от него, – я смотрел на него, и… мне хотелось его убить!

– Почему?

– Потому, что он избивал беззащитного!

– Я тоже «избиваю» беззащитного, Лино?

Официант принёс заказ.

Элизабет обратила внимание на интерьер ресторана – просто и уютно, деревянные столики и стулья, букетики цветов на столах…

– Я говорил тебе о книге Рэя Брэдбери «451 градус по Фаренгейту»… Милдред – жена Гая Монтега (главного героя), хотела покончить с собой… Знаешь, почему тот человек избивал свою собаку? Его психика не выдерживала. Как психика Милдред, как твоя. Слишком большая нагрузка!

Она посмотрела на блюда стоящие перед ними на столе – хлеб, мясо, овощи…

Всё вкусно пахло!

– «Можно быть безупречным христианином и в то же время превосходно стрелять и колоть штыком»… эти слова написал Герман Гессе в «Письме молодому немцу» – «Вы пишете мне, что вы в отчаянии и не знаете, что делать, не знаете, во что верить, не знаете, на что надеяться. Вы не знаете, существует Бог или нет»…

Лино накрыл её руку своей рукой, сжал.

– Ты тоже сейчас ничего не знаешь, но Герман Гессе сказал бы тебе, что это даже хорошо!

– «Хорошо», Лино? – Беспомощно сказала Элизабет.

Он непоколебимо кивнул.

– Ты всё узнаешь сама, ты должна через это пройти.

– Почему? Кому должна?!

В зале ресторана зазвучала музыка – Танго, женский голос.

– Когда-нибудь ты это поймёшь, Элизабет.

Пела женщина, а ей казалось, что мужчина – Хулио Иглесиас:

Если бы ты знала

Что у меня на душе

Если бы ты знала

Какая тоска!

Она вспомнила, как Бальтазар сказал ей «Stabat Mater»… Перголези создает это произведение в страхе за свою жизнь. Он скорбит о своей жизни. Его Мария это он сам тихо страдающий у финала своей жизни. Крест это финал, дочь. Предчувствие креста, это ощущение смерти. Mit dem Tod die Zeit und der Tod wird sterben[3]3
  3


[Закрыть]
. Stabat Mater dolorosa… afferre mortem!

Спаситель

Отдает себя на муку,

На позор, на казнь, на смерть…

Он слушал голос Филиппa.

– Licht! Licht!

Бальтазар добавил:

– Один человек сказал другому: «Вы верите в бога, и доверили свою жизнь Бисямонтэну (богу Удачи). С силой Небес ваша жизнь должна быть легка».

Другой человек говорит ему:

– Посвящение богу означает опираться на силу Небес в тяжёлых боях. Вам повезло; вы можете опираться на собственную силу.

– Во время потрясений можно полагаться только на себя.

– Вы ничто без божьего руководства.

– Вы слишком полагаетесь на бога. Без внутренней силы, никакая внешняя власть не может существовать.

– Вы слишком полагаетесь на свою силу. Внутренняя сила происходит от сознания своего бессилия. «Без внутренней силы, никакая внешняя власть не может существовать»…

– «Внутренняя сила происходит от сознания своего бессилия»[4]4
  4


[Закрыть]

Они оба смотрят друг на друга, – смотрят с почтением – они оба оказались правы.

Он тоже посмотрел на неё.

– Ловушка нужна для ловли зайцев. Поймав зайца, забывают про ловушку[5]5
  5


[Закрыть]
… Глупый человек, когда у него есть деньги, чувствует себя в безопасности, а мудрый – ждёт предательства. Так же и с богом (или с Богом?), дочь; верь, но жди предательства.

Бальтазар вдруг рассмеялся.

– Слова нужны, чтобы поймать мысль: когда мысль поймана, про слова забывают[6]6
  6


[Закрыть]
.

Quis est homo qui non fleret,

matrem Christi si videret

in tanto supplicio[7]7
  7


[Закрыть]
?

(Кто из людей не заплакал бы,

Мать Христа увидев

В таких мучениях?)

Он взял свой бокал с вином.

– Как бы мне найти человека, забывшего про слова, – и поговорить с ним[8]8
  8


[Закрыть]
.

Элизабет вновь вспомнила «Что вас так всколыхнуло? Что выбило факел пожарника из ваших рук?».

«Человек к старости вырастает в огромную камелию. Восемь тысяч лет – период цветения. И восемь тысяч лет – период опадания.

Восемь тысяч лет – период цветения… Восемь тысяч лет – период опадания… Весна длиною в восемь тысяч лет. Падение длиною в восемь тысяч лет. Восемь тысяч лет весны[9]9
  9


[Закрыть]

Она подумала, Господи! Боже!

Помоги мне!

Дай мне силы,

Понимания

И Смелости![10]10
  10


[Закрыть]

– Нужно быть проще, – Говорит Леон Морен, священник, Барни. – Вы просты?

– Не знаю. Я произвожу на вас впечатление простушки?

– Вы не производите на меня никакого впечатления.

– А вы, господин аббат, простой человек?

– Да, я думаю, что да, я простой человек.

Барни не понимает Морена, а Морен – наоборот… понимает всё. Он играет, – ведёт игру. А Барни, простушка, Барни… ей хочется, чтобы священник её трахнул, вот, и вся вера.

– Глупышка Барни, – Подумала Элизабет. – Для Морена простота – это говорить с тобой на твоём языке…

– Тот человек и его собака, – Сказал ей Лино. – Животное не стало любить его меньше.

Она смутилась.

– Наоборот – собака стала любить его даже больше!

Усмешка на его алых губах.

– Da liegt der Hund begraben[11]11
  11


[Закрыть]
!

Элизабет заглянула ему в глаза.

– Что ты хочешь мне сказать, моя очаровательная любовь?

– Не люби себя меньше, Элизабет, да ты и не станешь… Знаешь, что мне в тебе нравится? Даже проигрывая себе, ты не начинаешь любить себя меньше!

– «Себе»? – Удивилась она.

– Себе…

Лино посмотрел на неё с печальной искрой в глазах.

– Ты никому не проигрываешь, только себе!

– Проигрывать себе… это?

– Хотеть как лучше, но встречать непонимание.

Он ел аппетитно, жадно, даже страстно – чем старше он становится, тем… устойчивее.

Элизабет вспомнила, как Алина сказала ей «Зрелость придала мне устойчивости, – устойчивости, к обстоятельствам».

– Не нужно хотеть как лучше, Лино?

– Не нужно.

Лино доел лепёшку с мясом.

– Желай как должно, а не как лучше!

– А как «должно»?

Он посмотрел на неё горящими глазами.

– Аллах нас всех рассудит.

Дома Элизабет увидела Алину, играющую с Аби.

Женщина, которая была женой Лино, выглядела счастливой.

Элизабет подумала о Лино, о том, почему он и Алина… почему, не сложилось?

Почему иногда не складывается?

Не Судьба?

Не любовь?

Неподходящие люди?

– Что-то случилось, Элизабет? – Спросила её, Алина. – Вы выглядите расстроенной…

– Джейк. – Сказала ей, Элизабет. – Мысль о его смерти сводит меня с ума!

Алина посмотрела на неё задумчиво.

– Это хорошо, это значит, что вы всё-таки его любите.

– Люблю?!

Элизабет смутилась.

– Поэтому вам страшно, – для вас его смерть – это потеря!

Элизабет почувствовала, что Алина права.

– Я боюсь, – вы правы, я боюсь!

– Смерти!? – Поняла её, Алина. – Все её боятся, Элизабет, – меньше, чем жизни, но боятся!

– «Жизни»? – Удивилась Элизабет.

– Люди страшнее, – жизнь – это люди!

– Я никогда его не любила, Алина!

– Гермес тоже никогда меня не любил, но… презрение не мешает человеку любить!

Элизабет не поняла Алину.

– Что-то в вас любит нас, вы не хотите, чтобы это что-то любило нас, а оно любит…

Алина нежно посмотрела на Аби.

– У Байрона есть мистерия «Каин»:

«Каин:

Не ты ли соблазнил

Отца и мать?

Люцифер:

Я? Жалкий прах! Зачем мне

Вас соблазнять? И как?

Каин:

Мне говорили,

Что змий был дух.

Люцифер:

Кто это говорит?

Не жалкое ль тщеславье человека,

Что силится свалить свое паденье

На нас, на духов? Змий был змий, не больше,

Но и не меньше тех, что соблазнились.

Он тоже прах, но он мудрее их,

Затем, что победил их. Разве стал бы

Я принимать подобье смертной твари?

Каин:

Но тварь в себе скрывала злого духа.

Люцифер:

Нет, тварь его лишь разбудила в тех,

С кем говорил язык её коварный.

Я говорю, что змий был только змий:

Спроси у херувимов, стерегущих

Запретный плод. Когда века веков

Пройдут над вашим прахом безглагольным,

Потомки ваши баснею украсят

Ваш первый грех и мне припишут образ,

Который презираю я, как всё,

Что пред творцом склоняется, создавшим

Всё сущее в живых для поклоненья

Перед его бессмертием угрюмым.

Но мы – мы знаем истину и станем

Провозглашать лишь истину. Адам

Пленен был пресмыкающейся тварью.

Но дух не пресмыкается: чему

Завидовать в пределах тесных рая

Владыке беспредельного пространства?

Но я с тобою речь веду о том,

Чего ты, несмотря на древо знанья,

Не можешь знать»

Элизабет встретила взгляд Алины.

– Понимаете?

«Но тварь в себе скрывала злого духа»

«Нет, тварь его лишь разбудила в тех,

С кем говорил язык её коварный»

Есть в нас, людях, нечто… некий дух! Мы не любим, а он – любит, он не любит, а мы – любим!

Элизабет почувствовала, что Алина поразила её.

– Вы правы, – Сказала ей, она. – Я думаю, что вы правы.

– Я знаю, что я права, – С сожалением сказала Алина. – Я знаю, когда я права!

– Знаете? – Удивилась Элизабет.

– Когда ты прав, приходит радость… жизни, а когда не прав – уходит, и нет ничего печальнее для человека, чем не чувствовать радость жизни!

Странно Элизабет почувствовала себя…

Иногда Алина казалась ей злодейкой (женщина навязавшая мужчине ребёнка (и саму себя) не может не быть злодейкой).

А сейчас…

Элизабет задумалась; а что сейчас? Наверное, она тоже думает (думала) обо мне как о злодейке, а что ещё можно подумать о женщине, живущей со своим братом как с мужчиной?!

Элизабет подумала, сейчас я понимаю: мы любим Лино, каждая по-своему, каждая как умеет – мы любим!

[12]12
  1


[Закрыть]
 Фильм (Жана-Пьера Мельвиля)

[13]13
  2


[Закрыть]
 Одежда мужчины мусульманина

[14]14
  3


[Закрыть]
 «Со смертью времени, и смерть умрёт»

[15]15
  4


[Закрыть]
 Такеда Синген (сериал)

[16]16
  5


[Закрыть]
 Чжуан Чжоу

[17]17
  6


[Закрыть]
 3

[18]18
  7


[Закрыть]
 Stabat Mater

[19]19
  8


[Закрыть]
 3

[20]20
  9


[Закрыть]
 Чжуан Чжоу

[21]21
  10


[Закрыть]
 Ингрид Бергман в финале фильма Роберто Росселлини «Стромболи, земля Божья»

[22]22
  11


[Закрыть]
 Вот где собака зарыта

Глава 2

Лино приехал домой, и… его встретила Алина.

– Здравствуй, Гермес!

Она была красива, одетая в прохладно голубое мини-платье с открытыми плечами.

В ней чувствовалась некая хрупкость, и неприступность.

Хрупкая и неприступная.

Странно, в прошлом он никогда не воспринимал её так. А может, в прошлом, он никак её не воспринимал?!

– Как ты, Гермес?

– Хорошо. А ты?

– Лучше, чем ожидала.

Лино смутился.

– «Лучше»?

Он всё ещё был настроен выслушать её, понять.

– Мы все здесь играем не по правилам!

Лино почувствовал, что устал, – физически, устал, за целый день.

– Что ты имеешь в виду, Алина?

– Вы оба слишком благородные люди; вы готовы, какую угодно щеку подставить, только бы никто из тех, кто вам небезразличен, не был одинок и несчастен!

– Прости! – Утомленно сказал ей, он. – Прости за то, что я тебя не понимал!

Алина пристально посмотрела на него.

– Что ты не понимал, Гермес?

– Тебе не моя любовь была нужна, – тебе нужно было, чтобы я тебя не бросал – не оставлял одну!

Странно она посмотрела на него.

– Иди к своей жене, Гермес…

Алина заглянула ему в глаза.

– Жить без любви – это значит выживать. Зачем выживать, если не за что сражаться?!

Она поразила его, женщина, которую он должен был понять раньше, – он и себя должен был понять раньше!

Увидев его, Элизабет заулыбалась.

– Ты очень долго!

– Это не я, это машина!

– Ах, машина…

Она подошла к нему, заглянула ему в глаза.

– А что с машиной?

Лукавая нота в её голосе.

– Приревновала.

Лино тоже заглянул Элизабет в глаза, улыбнулся, прикоснулся к плечам, погладил.

– К кому? – Весело спросила Элизабет.

– К тебе.

Ямочки на его щеках.

– Ко мне?

Она засмеялась.

– Но я не давала ей повода…

– Это я дал!

Элизабет посмотрела на Лино с нежностью.

– Я так торопился к тебе, что не поехал менять масло, и… она обиделась!

– Ну, что же ты, Лино…

Элизабет ласково посмотрела на него.

– Я ждала тебя двадцать лет, ещё один час ожидания меня бы не убил!

Лино порывисто обнял её, прижал к себе.

– Но он убил бы меня!

Лино поцеловал Рика и Джулио, взял Аби на руки, расцвёл.

– Как дела? – Спросил он, Рика, и погладил сына по голове.

– Хорошо, папа.

Рик тепло посмотрел на отца.

– А у тебя?

– Хорошо!

Лино посмотрел на Рика с нежностью.

– Если бы было плохо, ты бы сказал?

– Нет.

– Почему?

Странно Лино посмотрел на сына.

– Оставайся молодым.

Юноша смутился.

– «Молодым»?

Лино посмотрел на свой перстень с Медузой – он всегда так делает, когда чувствует некую растерянность, – когда в чём-то не уверен.

– Молодость для молодости!

– Папа! – Сказал Лино, маленький Джулио, и протянул к нему ручки.

Лино заулыбался.

– Иди ко мне, паучок!

Он прижал детей к груди.

Печально Рик посмотрел на них.

– Почему я не помню себя у тебя на руках?

– Я тебя боялся.

Как странно это прозвучало, без восклицательного знака, как трагедия.

– Меня?!

– Тебя.

Элизабет вспомнила, как Алина сказала ей «Появление Люцифера и его встреча с Каином происходят в тот момент, когда конфликт последнего с семьей достиг высшего напряжения: старший сын Адама и Евы отказывается принимать участие в общем славословии Творца, поскольку не может признать Всеблагим Бога, проявившего, по его мнению, несправедливость и безжалостность к людям, лишив их рая и отняв бессмертие. Не найдя в своих родных отклика на мучающие его вопросы, Каин неожиданно обретает близкого по образу мыслей собеседника в странном существе, появившемся внезапно и нарушившем его уединение»[23]23
  1


[Закрыть]
.

– Почему, отец? – Грустно спросил Лино, Рик.

– Я не чувствовал, что это моя жизнь, твоя мать и ты, никогда не чувствовал!

– А сейчас, отец? Что ты чувствуешь сейчас?!

Лино посмотрел сыну в глаза.

– Я благодарен за то, что вы у меня были!

– Кому, благодарен?!

Гнев в голосе Рика, и любовь к отцу.

Элизабет это поразило.

Она вновь вспомнила «Интерпретация Байроном библейских событий приводит к определенному выводу: стремясь к достижению абсолютной свободы, человек в то же время не в состоянии самостоятельно защитить себя от духовного плена страстей, а душа его не может оставаться независимой от таких полярно противоположных сил, как свет и мрак, добро и зло, Бог и дьявол»[24]24
  2


[Закрыть]
.

– Вам, – Тихо сказал Лино, сыну. – Вам обоим!

Они сели ужинать, – вдвоём, на террасе.

– Я всегда буду чувствовать перед ним вину, – Сказал Лино, Элизабет. – Когда он был маленьким, я избегал его, избегал, Алину…

В его голосе звучали гнев и сожаление.

Элизабет вспомнила эмоции в голосе Рика – гнев и любовь…

– Какие разные эмоции, – Подумала она. – Гнев и сожаление, гнев и любовь…

Алина сказала ей: «Положив в основу широко известный библейский сюжет о первом в истории человечества убийстве, автор определяет пьесу как мистерию, использовав возможности этого популярного в Средние века жанра религиозной драмы. Внося некоторые коррективы в описание событий, Байрон вводит и дополнительных персонажей: помимо самих прародителей и их сыновей в действии принимают участие дочери Ада и Селла, образующие семейные пары с Каином и Авелем. Кроме этого одним из главных действующих лиц становится персонаж, согласно каноническому источнику не имеющий непосредственного отношения к этой ситуации, но играющий в мистерии Байрона важнейшую роль, – Люцифер»[25]25
  3


[Закрыть]
.

Она задумчиво усмехнулась.

– Меня это поразило: «Кроме этого одним из главных действующих лиц становится персонаж, согласно каноническому источнику не имеющий непосредственного отношения к этой ситуации, но играющий в мистерии Байрона важнейшую роль, – Люцифер»…

– Почему вас это поразило? – Спросила Элизабет, Алину.

– К трагедии в датском королевстве приплели ещё и Сатану!

Сейчас Элизабет подумала, его всегда приплетали к человеческим трагедиям, Сатану! Он ни при чём, а его приплели!

Она взяла Лино за руку.

– Успокойся!

Он посмотрел на неё.

– Когда не можешь ничего изменить, остаётся только одно: верить, что станет лучше!

– Рик никогда меня не простит, Элизабет!

– Простит, это неизбежно.

– «Неизбежно»? – Удивился Лино.

– Однажды он тоже запутается в своих женщинах, детях…

Лино задумчиво усмехнулся.

– Ты считаешь, что я запутался?

– Мы все в них путаемся…

Элизабет ласково сжала его руку.

– Мы никогда из них не выпутаемся!

Она посмотрела на небо над ними, голубое, даже здесь в пустыне! Она ожидала чего-то другого от этих неласковых мест!

Вспомнила «Доминантой сознания Каина является сомнение: он не может успокоиться, не постигнув и не объяснив произошедшие до его рождения события. Главный вопрос, непонятный для героя, связан с ситуацией нарушения запрета и наказания за него. В противоположность остальным членам семьи Каин протестует против расплаты потомков за давний поступок отца (отведавшего плода с запретного древа), в котором он не видит настоящего греха. По словам героя, „Древо / Росло в раю и было так прекрасно: / Кто ж должен был им пользоваться? Если / Не он, так для чего оно росло / Вблизи его?“[26]26
  2, с. 389


[Закрыть]
. Люцифер с готовностью предлагает Каину объяснение всех непонятных событий и явлений. Обладая знанием того, что скрыто от человека (устройство мироздания, особенности человеческой природы, прошлое и будущее Земли), повелитель духов имеет возможность давать объяснения, выбирая информацию произвольно, по собственному выбору и в том объеме, какой посчитает нужным»[27]27
  4


[Закрыть]
.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2