Элисон Гудман.

Эона. Последняя заклинательница драконов



скачать книгу бесплатно

– Он не то имел в виду. – Глядя вслед островитянину, Дела сжала мою ладонь. – Я немедленно начну поиски.

И она достала из-под туники дневник.

Я медленно разжала руку. Жесткие края хлеба оставили глубокие вмятины на ладони. Я не могла винить Рико за гнев, ведь и сама так же злилась, когда лорд Идо лишил меня воли. А теперь, если Дела права, я связала себя с Идо, исцелив его сердце.

Я содрогнулась. Мне не нужна власть над ним. Я не хочу иметь ничего общего с этим предателем. Однако его последний крик все еще тянулся между нами, точно паучья нить.

– Моя леди, – прервал мои мрачные мысли голос Виды. Она вручила мне потертый коврик: – Для сна.

Пробормотав слова благодарности, я взяла свернутое полотно и расстелила за спиной. При любом движении бедра отчаянно ныли. Усталость проникла в каждую косточку тела. Мне не хватало сил, даже чтобы жевать хлеб – слишком жесткий. Я стянула с нитки еще один сухофрукт и осторожно опустилась на коврик. Ощутила твердость земли и запах пожухлых листьев и сырой почвы, но через мгновение уже провалилась в сон.

* * *

Разбудило меня желание облегчиться. Высоко в небе висела половинка луны, озаряя серебристым светом кроны деревьев. Пение птиц сменилось шорохом ночных хищников и назойливым жужжанием насекомых. Сквозь щелки приоткрытых век я увидела съежившиеся силуэты спящих людей и настороженную, напряженную фигуру одного из гвардейцев. По моим подсчетам, время близилось к полуночи – я могла урвать еще как минимум четыре-пять часов драгоценного сна. Может, если лежать неподвижно, получится снова уснуть…

Не судьба. Я с трудом встала на колени, морщась от боли. Каждая мышца отчаянно протестовала. С тихим ворчанием я наконец поднялась на ноги и поковыляла к линии деревьев, заставив караульного оглянуться. Это был Юсо; в лунном свете его лицо с острыми чертами казалось высеченной на дереве гравюрой. За ним, уставившись в ночной небо, сидел еще кто-то. Судя по прямым плечам и бледной бритой голове – император. Наверное, его призраки вернулись.

Затекшие мышцы, длинная юбка и поход по нужде – не самое лучшее сочетание. Я так долго провозилась за деревом, что не сомневалась – Юсо уже отправился меня искать. И не удивилась, когда, едва шагнув обратно на поляну, встретила и его и императора.

– Я думал, ты заблудилась, леди Эона, – сказал капитан.

– Нет. Отошла совсем недалеко.

– Возвращайся на свой пост, капитан, – тихо велел император.

Юсо поклонился и направился к краю лагеря, и, только когда он вновь встал в караул, Киго произнес:

– Посиди со мной.

Я заморгала, удивленная приказом. Слышалась в нем какая-то безотлагательность. Император все же на меня разозлился?

– Конечно, ваше величество.

Он повел меня вдоль деревьев, подальше от спящих Виды и Солли.

– Здесь сойдет.

Император сел на землю, и я, сдерживая болезненные стоны, опустилась рядом и укутала ноги юбкой и подолом нижней рубахи.

От ткани несло кислым запахом лошадиного пота и засохшей крови. Нужно было помыться, прежде чем ложиться спать.

– Знаешь, что говорил о тебе мой отец?

Император понизил голос до журчащего шепота, коим велись все приватные беседы при дворе. Не наклонись я так близко, то не расслышала бы его за неустанным стрекотом насекомых и плеском воды.

Стараясь скрыть изумление, я ответила столь же тихо:

– Нет, ваше величество.

– Ты поразила его в Павильоне мирского просвещения. Он сказал, что лорд Эон умеет смотреть с разных точек зрения и, хотя необучен, уже прирожденный стратег.

Я покраснела. Прирожденный стратег? Я мысленно рассмотрела комплимент со всех сторон, точно драгоценный камень. Если беспокойные попытки разобраться в чужих побуждениях можно назвать стратегией, то, наверное, небесный правитель был прав.

– Он не знал и половины, не так ли? – холодно спросил император. – Интересно, что бы он сказал о женщине-заклинателе?

Я вновь вспыхнула:

– Он говорил, что скрытная натура не всегда таит за собой зло.

– Да, я помню. Это из учения Ксю-Ри, повелителя войны. Все полководцы скрытны по природе. Неважно, какова суть, сила или слабость, добро или зло, нужно ее изучить, и тогда одержишь победу.

– Знай своего врага, – пробормотала я.

Киго удивленно округлил глаза:

– Откуда тебе известно учение Ксю-Ри? К его трактатам допускаются только правители и генералы.

– Даже рабы знают это изречение, – пояснила я. – Как же еще предугадать настроение хозяина или перехитрить вышестоящего слугу?

– Тогда скажи, что ты знаешь о нашем враге? – попросил император после недолгого молчания. – Что ты знаешь о моем дяде?

Я видела верховного лорда Сетона лишь однажды, на торжественной процессии, устроенной в его честь, – на процессии, во время которой мой бедный мастер был отравлен лордом Идо. Я попыталась отмахнуться от чудовищных воспоминаний о предсмертных судорогах учителя и сосредоточиться на образе Сетона. Он похож на своего брата, старого императора. Тот же широкий лоб, подбородок, рот. Только лицо Сетона отмечено сражениями – нос сломан и приплюснут, а щеку искажает шрам полумесяцем. Но что особо врезается в память, так это его голос: холодный, монотонный, без единой эмоции.

– Немного, – ответила я. – Верховный лорд и успешный полководец. Командир всех войск.

– И первый сын наложницы, как и я, – добавил император. – Мы с ним равны по рождению.

– Но императрица не приняла его как истинного первенца, а вас приняла. Вас признали, а Сетон так навсегда и остался лишь гаремным ребенком.

– Мой отец был рожден императрицей, а я нет. Найдутся те, кто станет утверждать, будто у нас с Сетоном равные права на престол.

– И один из них сам Сетон.

Я попыталась представить себя на месте верховного лорда. Всегда второй… а теперь второй после племянника, хотя по рождению их положение одинаково.

– Думаете, Сетон и правда уверен, что его притязания не уступают вашим? Что его жестокость питают не только амбиции, но и стремление к справедливости?

– Отец был прав, ты сметливая. Ксю-Ри говорит, что мы учим подбирать ключ к своему врагу. Находить его слабость. Думаю, в случае с моим дядей это его высокомерие. Как, по-твоему?

– Любой, кто гордо задирает нос, не видит пропасть прямо под ногами, – процитировала я великого поэта Чо.

И нахмурилась. Мысль интересная, но высокомерие не казалось слабым местом Сетона.

– Верховный лорд провел множество сражений и не пострадал от своей гордыни, – заметила я. – Вероятно, в ней и кроется его успех.

Император улыбнулся:

– Ты меня не разочаровала, леди Эона.

Я отклонилась, настороженная его тоном, но Киго взял меня за руку и вновь привлек ближе:

– Ты рискнула ударить меня и скрестить со мной мечи, ты оспаривала мои решения и не соглашалась с моими суждениями. – Я не шелохнулась, пораженная теплотой, прозвучавшей в его голосе. – Нечасто императору удается найти человека, готового свершить подобное во имя дружбы. Мне нужен тот, кто не побоится мне противостоять. Кто укажет, что я повторяю ошибки отца, и напомнит о моей неопытности. – Император глубоко вдохнул. – Я прошу тебя быть моей нейзо, леди Эона.

Внезапно все ночные звуки исчезли; я не слышала ничего, кроме грохота собственного сердца. Нейзо – это главнейший советник императора. Единственный при дворе, кто может безнаказанно ломаться и упрямиться. В переводе с древнего языка слово означает «вестник истины», но в нем сокрыто куда больше. Нейзо – это брат, защитник и – что, наверное, самое опасное – совесть правителя. Его обязанности – подвергать сомнению решения императора, критиковать его логику и говорить ему правду, какой бы жестокой и горькой та ни была.

Зачастую это очень невыигрышная позиция.

Я пялилась в темноту, пытаясь усмирить суматошные мысли. Все прежние нейзо были стариками. Мудрецами. И никогда женщинами. Женщина-нейзо – это нечто столь же невероятное, как женщина-заклинатель. В горле застрял безумный смешок. Я уже стала «невероятным», так почему бы не стать им дважды? Вот только я не знаю, как давать советы повелителю. И ничего не смыслю в безжалостной политике империи, в войнах и сражениях…

– Я всего лишь девушка, ваше величество. Я никто. Я не могу быть вашим советником.

– Как ты сама недавно напомнила, ты восходящий заклинатель.

– Юсо – лучший выбор. – Я оглянулась на безмолвную фигуру, расхаживающую по краю поляны. – Он опытный воин. Или Рико.

– Нет, они оба меня обучали. Они хорошие люди, но когда противостоишь императору, не до лжно видеть в нем воспитанника.

– Леди Дела? – рискнула предложить я.

– Она придворная и оборотная. Я прошу тебя не потому, что ты единственный вариант в нашем небольшом отряде. Император отнюдь не обязан назначать нейзо. Я прошу тебя, потому как верю, что ты скажешь правду там, где другие солгут, лишь бы мне угодить. – Голос Киго стал очень жестким. – И предадут.

– Но я лгала вам о себе, – пробормотала я. – Лгала всем.

– Ты явилась на призрачный караул моего отца и призналась, хотя уже могла быть на полпути к островам. Даже под угрозой смертельной опасности ты никогда не действовала против меня. Я доверяю тебе. – И Киго пристально посмотрел на меня.

Доверие. Слово иглой вонзилось в сердце. Я потеряла право на доверие, и все же мой император готов вручить свою жизнь в мои руки.

Согласившись, я приму на себя бремя ответственности.

Но если откажусь, то лишусь доверия императора. И больше никогда Киго не наклонится ко мне вот так, будто я сказала нечто, заслуживающее внимание самого императора.

Сумею ли я стать той, кем Киго хочет меня видеть? Совестью правителя.

Я глубоко вдохнула и вознесла молитву любому богу, готовому услышать: «Помоги мне быть его совестью. Помоги найти собственную правду».

– Для меня большая честь стать вашей нейзо, ваше величество. – Я поклонилась.

– А для меня честь твое согласие. – Император усмехнулся. – Можешь звать меня Киго. Император и нейзо всегда на равных.

Я напряглась. Разумеется, император верил в свои слова, но я наблюдала его представления о равенстве не так давно, в Павильоне мирского просвещения. Там великие умы всех рангов встретились в поисках мудрости, однако, когда учитель Киго посмел противиться его воле, равенство вновь уступило место приказам и породило раболепные поклоны. Похоже, существует не один уровень равенства. И мне предстояло выяснить, на какую ступень император поставил меня.

– У древнего изречения «знай своего врага» есть и продолжение, Киго, – сказала я, запнувшись на его имени. – «Познай себя». В чем… твоя слабость? Что верховный лорд Сетон может использовать против тебя?

– Неопытность, – быстро ответил Киго.

– Возможно. – Я прищурилась, пытаясь увидеть юного императора глазами его дяди. Неопытный, по его собственному признанию. Неопаленный войной, но отважный и прекрасно обученный. Прогрессивный и милостивый, как и его отец, и отстаивает те же идеалы… те самые идеалы, что так ненавистны Сетону. – Думаю, твоя слабость в том, что ты стремишься подражать отцу.

Киго отодвинулся:

– Я не считаю это слабостью.

– Я тоже, – поспешно заверила я, – но верховный лорд Сетон наверняка считает. И твоего отца он уже однажды победил.

Император вздрогнул от моей откровенности. Я боялась шелохнуться, боялась дышать… а ну как его представление о равенства не совпадает с моим?

– Сердце не хочет соглашаться с тобой, нейзо, – наконец сказал Киго. – Но инстинкты говорят, что ты права. Благодарю.

А затем он поклонился.

Всего лишь слегка опустил голову, но у меня мурашки побежали по коже.

Слишком много равенства. Слишком много доверия. Я ничем не заслужила императорских поклонов. Я даже не выполнила первостепенного долга нейзо – всегда говорить императору правду, какой бы непростой и опасной она ни была. И я скрывала действительно крайне опасную правду…

Киго доверился мне. И, как его нейзо, я должна была доказать, что тоже умею доверять.

– Я не могу призвать своего дракона. – Едва слова вылетели изо рта, мне захотелось загнать их обратно.

Киго вскинул голову:

– Что?

– Я не могу воспользоваться силой, – добавила я.

Он впился в меня взглядом:

– Совсем?

– Едва я пробую, как на нас бросаются драконы, лишившиеся заклинателей, – вздохнула я. – Все вокруг меня разрушается.

– Святые боги! – Киго потер лоб, будто это могло помочь плохим новостям усвоиться в голове. – Когда ты об этом узнала?

– В рыбацком поселке. Когда исцелила Рико.

– Рассказывай, – сурово приказал Киго. – Все.

Изо всех сил сдерживая эмоции, я поведала, как призвала Зеркального дракона и исцелила Рико и как другие звери направили на нас свою разрушительную мощь в поисках единения. И наконец, я рассказала о возвращении лорда Идо.

– То есть ты не можешь пользоваться собственной силой без Идо? – спросил император.

– Нет! Просто он знает, как остановить других драконов, а я нет. Я едва начала учиться, когда… – И я пожала плечами.

Киго и сам прекрасно знал о событиях, прервавших мое обучение.

– А что с красным дневником? Ты говорила, там хранить секрет твоих способностей.

– Я надеюсь, что хранится, – поправила я. – В записях использовалась древняя форма женского алфавита, некоторые еще и зашифрованы. Дела переводит так быстро, как только может, но даже сумей она прочитать весь дневник – толку мало. Если я призову дракона, чтобы опробовать узнанные секреты, остальные звери тут же на меня набросятся.

– А потому нужен Идо, – язвительно закончил Киго. – Нужен, чтобы обучать тебя и сдерживать драконов.

Я обхватила ноги руками и уперлась подбородком в колени.

– Так он нужен тебе или нет? – резко потребовал ответа Киго.

– В любом случае он, наверное, мертв, – прошептала я.

– Значит, надо выяснить наверняка. Ты уже видела его глазами. Можешь повторить?

– Нет!

Я оглянулась через плечо, опасаясь, что своей горячностью разбудила остальных. Юсо наполовину обнажил меч, но никто не пошевелился.

Киго взмахом руки успокоил гвардейца.

– Эона, мы должны узнать, жив он или нет, – твердо сказал он. – Как бы я его ни презирал, Идо теперь единственный обученный заклинатель.

Император назвал меня по имени, без титула. Но его просьба, в которой заключалась опасность, перекрывала эту маленькую приятную почесть.

– Я не могу призвать своего дракона, – прошептала я. – Люди погибнут.

На сей раз сдержать воспоминания не удалось: дом рыбака, разлетающийся в щепки; необузданная сила в моем сердце; неистовый натиск скорбящих зверей; и Дракон-крыса, рванувший к ним на дикой скорости.

Дракон-крыса! Если он до сих пор в Круге, значит, его заклинатель еще жив. И если это Идо, то, возможно, я вновь сумею почувствовать его через дракона.

Я схватила Киго за руку:

– Я просто загляну в мир энергии. Уверена, если Идо жив, я смогу ощутить его хуа!

– Ты только что сказала, что другие драконы разорвут тебя на куски.

– Нет, если я не призову свою силу. Просто войду, посмотрю и сразу же вернусь.

– Это не опасно?

– Ну, точно безопаснее, чем призывать дракона.

– Действуй, – велел Киго. – Но будь осторожна.

Я заколебалась. Действительно ли нет угрозы?

– Если что-то начнет меняться… – Я указала на ночное небо. – Поднимется ветер, набегут облака… вытаскивай меня. Сразу же.

– Как?

– Встряхни. Заори на ухо. Ударь, если придется. Просто не дай мне остаться в мире энергий.

Тревожно посмотрев на небосклон, Киго кивнул.

Задвинув страх подальше, я села прямо и сосредоточилась на дыхании, каждый раз вдыхая все глубже, пока не переключилась на внутреннее зрение. Темный лес выгнулся и задрожал под потоками разноцветного света. Я мысленно потянулась к хуа, и мир энергии принял меня в свои объятия. В вышине на северо-северо-западе по-прежнему виднелись блеклые очертания Дракона-крысы. И я все так же чувствовала присутствие Идо, как будто он смотрел на меня. Он был жив, хотя бледность и вялость его зверя не сулили ничего хорошего. Великолепный Зеркальный дракон сияла красным на востоке. Она встрепенулась и устремилась ко мне всей своей сутью, вопрошая. Прежде она так не делала. Я хотела ответить и принять волну ее энергии, но боялась тем самым призвать других драконов, так что заставила себя отвернуться от красного зверя, все еще ощущая на языке привкус корицы.

Киго рядом со мной стал совсем прозрачным. Серебристая хуа бежала по двенадцати тропкам его тела, а семь точек силы – от крестца до макушки – вихрились энергией жизни.

Мое внимание привлекло слабое свечение в линии ярких вращающихся сфер. В отличие от остальных, оно не двигалось, но пульсировало у основания горла в ритме серебряной энергии. Императорская жемчужина. Ее сила влекла меня. А когда я потянулась вперед и коснулась нежного пламени, оно ответило лаской. Теплая корица во рту эхом отозвалась на жар жемчужины. Так близко… я могла легко ее вырвать. Моя ладонь обхватила камень, кончики пальцев уперлись в горло Киго. Его сердце забилось чаще.

– Что ты делаешь? – Император обхватил мое запястье, тяжелое золотое кольцо впилось в плоть.

Боль выдернула меня из энергетического мира в вихрь пляшущих цветов. Я моргнула – и лес снова погрузился в тени и лунный свет. Киго напряженно смотрел на меня широко распахнутыми глазами. Я все еще прижимала пальцы к бешено бьющейся жилке на его шее.

Я отдернула руку:

– Не знаю.

И это была моя первая ложь в качестве нейзо.

Глава 7

Рассветные лучи наконец озарили серое небо, и я приподнялась на локтях. Тонкий коврик подо мной сбился и скрутился, с потрохами выдавая мое беспокойство. Оставалось надеяться, что утро смоет все мрачные ночные тревоги, заставит забыть долгие часы, не дававшие мне уснуть, заставляя вновь и вновь вспоминать прикосновения к жемчужине. Я поднялась на колени и встряхнулась, дабы избавиться от все еще бурлившего в крови чувства.

Я знала, что Киго тоже обеспокоен случившимся. Очнувшись, я едва успела прошептать: «Идо жив», как он тут же велел мне отойти подальше. Голос императора звучал хрипло, будто от сдерживаемого гнева. Возможно, он тоже ощутил присутствие Кинры.

Эта мысль породила новый страх. Прошлой ночью я не держала мечи, но по-прежнему жаждала вырвать жемчужину, как пыталась Кинра сотни лет назад. Только теперь все было иначе: никакой ярости, лишь единственно желанная цель. Неужели ее воля слилась с моей и я настолько подчинена, что даже этого не чувствую? От подобной возможности внутренности сжимались, словно стиснутые ледяной рукой.

Я поводила плечами, разминая напряженные мышцы. Киго все еще сидел там, где я оставила его несколько часов назад, – за Видой и Солли. И пусть он ничего не сказал, я не сомневалась в том, что юный император собирается спасти Идо. Понимает ли он, что это как ловить змею за хвост? Потребовалась вся моя выдержка, чтобы не посмотреть ему в лицо, но в глубине души я знала, что Киго внимательно следит за каждым моим движением. Его хуа будто давила на мою.

Неподалеку Юсо навис над Тироном и легонько толкнул его сапогом, пробуждая. Пойдут ли они за своим императором в столь опасный и сомнительный путь? Конечно, они имперские гвардейцы, но лишь богам известно, насколько сильна их преданность. Юсо уже как минимум сомневался в решениях юного правителя. Ну хоть за Виду и Солли переживать не проходилось. Они из сопротивления. Вернуть Киго на трон – их главное устремление.

Леди Дела тоже пойдет за ним, хотя ее преданность объясняется необходимостью. В отличие от своего брата, Сетон не отличается терпимостью к людям с особенностями. Тем более с такими особенностями, как у Делы. Она сидела на одеяле, сосредоточенно уставившись в красный фолиант, раскрытый на ее коленях, и время от времени поглядывала на Рико, который патрулировал поляну. Но все его внимание было устремлено в лес.

Рико. Он верен императору, но станет оспаривать любой план, если в нем задействован Идо. Разве что кроме его убийства.

– Леди Эона! – Вида поклонилась мне. – Его величество послал меня помочь.

Киго стоял к нам спиной, разговаривал с Юсо. Возможно, я ошиблась, предположив, будто он наблюдает за мной. С другой стороны, он ведь знал, когда отправить ко мне Виду.

– Держись. – Вида протянула руку и подняла меня на ноги.

Я подавила стон – не хотелось ныть, подобно старой сельчанке, конюшенного духа и так хватало.

– Мне нужно помыться.

– Только быстро, моя леди. Его величество желает вскоре отправиться в путь.

«Быстро» – это вряд ли. Но я кивнула и поплелась в чащу вслед за Видой. Мы шли через густые заросли рябины; утренние лучи солнца, с трудом пробиваясь сквозь плотные кроны, едва касались толстого слоя опавших листьев под ногами. Прогулка была недолгой, но, когда мы добрались до ручья, легкий бриз уже превратился в сильный ветер, предвещающий муссонные дожди.

– Осторожнее, – предупредила Вида. – Паводок размыл и размягчил края.

Трава вдоль берегов была примята – верный признак недавно отступившей воды. А чуть ниже по течению виднелся большой участок, на котором, судя по глубоким следам ног и копыт, кто-то уже успел помесить грязь.

– Я что-то не предвкушаю еще один день верхом, – сказала я, надеясь развеять напряжение, возникшее между мной и Видой. – По ощущениям меня будто скрутили и связали в узел, которой теперь вовеки не распутать.

Вида улыбнулась:

– Это пройдет.

– Да, мне уже говорили, – кивнула я.

Тщательно ощупав почву ногой, я нашла мягкий, но крепкий участок, осторожно присела на корточки и окунула руку в воду, наблюдая, как она течет сквозь пальцы.

– А тебе хоть бы что, – добавила я. – Ты уже раньше ездила на лошади?

Повисло молчание – слишком долгое для столь простого вопроса. Я обернулась.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10