Элисон Гудман.

Эона. Последняя заклинательница драконов



скачать книгу бесплатно

– Рико, за нами отряд солдат, – сообщил он встревоженно. – Похоже, горный патруль. Они нас тоже уже заметили. Времени сворачивать нет.

Быстро мне поклонившись, Солли скрылся из поля зрения.

Рико нахмурился:

– Отряд так высоко в горах? Надеюсь, его высочество в безопасности. – Он покосился на меня. – Мы направляемся к Жемчужному императору.

От облегчения я на секунду забыла, как дышать.

– Значит, он жив? – прошептала я.

– Насколько нам известно, – сказала Дела. – Рико говорит, прямо за следующей деревней есть укрытие. Если все хорошо, мы найдем его высочество там…

Она вдруг тоже исчезла, а вернувшись, обеспокоенно кивнула, подтверждая слова Солли:

– Они очень быстро нагоняют, Рико. Ты должен спрятаться. – И сжала мое плечо. – Мы муж и жена. Я везу тебя на Воды Лунной Девы для исцеления. Понятно?

– А армия знает, что нас нужно искать в этих землях?

– Нет, это, наверное, просто случайная вылазка разведчиков. До сих пор нам удавалось проходить все пропускные пункты. Главное, помни: ты моя больная жена.

Дела закрыла тент, а Рико тем временем уже поднял край моего тюфяка и теперь отдирал доски.

– Что ты делаешь?

– Прячусь. – Он поднял очередную половицу, открывая потайной отсек. – Сетон разыскивает юного лорда, оборотную и островитянина. Вы обе можете сменить облик, но мне не стать меньше или светлее.

– И ты правда туда поместишься?

Пространство, усыпанное соломенной трухой, казалось очень тесным. Возле одной из стенок лежало что-то длинное, завернутое в ткань.

– Вот, держи. – Рико протянул мне этот сверток.

Едва коснувшись грубого хлопка, я поняла, что под ним мечи Кинры. Знакомая ярость нахлынула волной, усиливая боль в висках. Черный жемчуг сжался вокруг запястья, словно приветствуя оружие, некогда тоже принадлежавшее моей прародительнице. Я раздвинула ткань, обнажая лунный камень и нефриты, что украшали рукояти, и такой родной кожаный кисет с моим компасом заклинателя.

Согнувшись в три погибели, Рико втиснулся в неглубокую нишу и протянул руки за мечами. Я поправила ткань и вернула сверток, чувствуя зов стали. По крайней мере, хоть что-то из сокровищ Зеркального дракона будет в безопасности. Я потрогала кошель на поясе, нащупав длинные посмертные таблички моих предков. Значит, они тоже в целости и сохранности.

– Помоги поставить половицы на место, – попросил Рико. – А потом прикрой сверху тюфяком.

– Как же ты будешь дышать?

– Воздуха здесь в избытке. – Натянуто улыбнувшись, он погладил мою руку. – Все прекрасно.

Пальцы внезапно стали неуклюжими от нахлынувшего страха, но я все же накрыла его досками и бросила сверху соломенный тюфяк. Улегшись на него, я оправила складки своей скромной белой туники и только тогда заметила, во что собственно одета – в траурное одеяние несостоявшейся матери. Оранжевый кушак на поясе, означавший потерю нерожденного сына, лишь усугублял трагичность образа. Я обхватила руками голову, нащупав скрученный платок, скрывший волосы и предупреждавший, что беда случилась совсем недавно.

Немногие мужчины решатся приблизиться к такой невезучей особе, не говоря уже об обыске ее постели. Хитрая уловка. Она также давала прекрасный повод для путешествия в столь опасное время, ибо сказано, что женщина может очиститься от незавидного рока, коли перед своим следующим циклом окунется в Воды Лунной Девы – горное озеро, излюбленное богами. Все же чувствуя себя неуютно в горестном одеянии, я коснулась красного фолианта в рукаве, на удачу, и черные жемчужины нежно сжались в ответ, утешая.

Тканевая створка в задней части повозки приподнялась. Я закрыла глаза и попыталась успокоить быстрые вдохи и выдохи, чтобы казаться спящей.

– Это я, – раздался знакомый голос.

Подняв голову, я увидела, как на медленно ползущую повозку взбирается Вида. Простая туника и шаровары сменились платьем горничной, которое, невзирая на скромный закрытый фасон, было так коварно задрапировано и искусно подвязано поясом, что только подчеркивало ее округлые формы. Вида закрыла тент и поползла ко мне, но зацепилась юбкой за одну из трех больших дорожных корзин, подвешенных сбоку.

– Давай помогу.

Я приподнялась на локтях, пока Вида дергала ткань и ругалась себе под нос, но перед глазами все поплыло, повозка завертелась, и я вновь рухнула на тюфяк.

– Не нужно, – буркнула Вида и, наконец освободив юбку, подобралась ко мне. – Выглядишь ужасно, хотя, полагаю, это на пользу маскировке.

Она взяла меня за руку, но никакой поддержки в этом жесте не чувствовалось.

– Скоро нас остановят и досмотрят. Тебе нужно лишь сохранять спокойствие. Если не можешь, то просто закрой рот и изображай немую.

Резкий тон усугубляла грубая хватка ее липкой ладони.

Я посмотрела на девушку, столь тесно связанную с погибшими сельчанами, и с трудом выдавила:

– Твой отец?..

Вида покачала головой:

– Он не пострадал. – Но лицо ее оставалось бесстрастным.

Я облегченно улыбнулась. Мастер Тозай жив! По крайней мере, я не убила и не ранила предводителя сопротивления.

– Я рада.

Вида не улыбнулась в ответ.

– Отец в порядке, – тихо продолжила она, – но я потеряла… потеряла близких друзей.

Хватка на моей руке усилилась, и я ахнула.

– Я видела твою мощь, леди. И отец утверждает, будто ты ключ к нашей победе. Но даже если так… в глубине души я все равно не хотела, чтобы ты очнулась.

Я попыталась одернуть ладонь, но Вида не отпускала. Скрип повозки наконец заглушили звон металлических доспехов и громкий приказ остановиться.

Вида наклонилась ближе:

– До сих пор ты принесла больше вреда, чем пользы. Надеюсь, ты стоишь всех этих страданий.

Она разжала руку, и повозка, дернувшись, замерла.

– Именем императора Сетона, покажите пропуск, – скомандовал монотонный голос.

– Разумеется, – отозвалась Дела.

От былой мягкости ее речей не осталось и следа, теперь я слышала голос мужчины.

На хлопковом тенте вдруг возник черный силуэт солдата, будто марионетка на палке в театре теней. Вскоре к нему склонился угловатый профиль Делы, когда она передавала восьмиугольный знак – благословленный пропуск паломника, который трудно получить и почти невозможно подделать. Несколько показавшихся бесконечными секунд солдат его изучал, после чего, вскинув голову, спросил:

– Куда направляешься, купец?

– К Водам Лунной Девы. Везу свою…

– Скверное время для путешествий. Дороги затоплены, и вода разрушила одну из горных переправ.

– Мы доверяем богам…

– Сколько вас?

– Я с женой да двое рабов.

– Без охраны?

– Да, господин. У нас есть благословленный пропуск и стяг паломника. Разумеется, нам ничего не грозит.

– Есть сведения, что на этой дороге орудуют бандиты, нападают на паломников. – Солдат вернул Деле знак. – Не встречал ли ты других путешественников? Может, большого островитянина с мальчиком и женщиной? Или двух мужчин и парнишку?

Воздух будто исчез из повозки. Они искали нас. Я знала об этом еще из докладов и донесений, что приносили в рыбацкий поселок, но теперь все вдруг стало таким реальным. Теперь рядом находился солдат с приказом взять нас живыми или мертвыми. Я стиснула дрожащие ладони.

– Нет, господин, – ответила Дела.

– Проверить повозку, – велел солдат своим людям, мотнув головой.

Я поглубже вжалась в солому и попыталась расслабиться и притвориться немощной. Вида тем временем скрыла свою свирепую энергию под раболепной маской. На секунду связанные единой угрозой, мы переглянулись.

Задний борт снова откинулся, и в повозку заглянули двое мужчин с обнаженным мечами.

Осмотревшись, они скользнули глазами по моим белым одеждам и задержались на фигуре Виды.

– Женщина и горничная, сэр, – отчитался старший.

В просвете появился их командир, и солдаты отступили, освобождая ему место.

Он оказался моложе, чем я ожидала, с добродушным лицом, слегка осунувшимся от усталости и ответственности. Шею его обвивал кожаный шнурок с нефритовым амулетом крови. Я видела такие раньше у солдат высокого ранга: на камне высечен призыв к Броссу, богу войны, просьба о защите в бою. Амулет крови сработает, только если получен в качестве подарка, а этот, вырезанный из красного нефрита вместо простого бычьего камня, стоил целого состояния. Кто-то очень хотел сохранить этому солдату жизнь.

Он потрясенно уставился на мой белый наряд.

– Сэр? – окликнул его один из подчиненных.

Глаза командира потеплели и сосредоточились на моем лице.

– Прошу прощение за вторжение, госпожа, – мягко произнес он. – Теперь я понимаю, почему вы пустились в путь в такое время. Я Хаддо, лейтенант восточного горного патруля. – Он поклонился. – Я сожалею, но вы должны выйти, пока мы обыскиваем повозку.

Вида распрямилась:

– Пожалуйста, господин. Хозяйка так слаба… – В ее голосе слышалась лишь кротость, присущая слуге.

Хаддо не обратил внимания на протесты:

– Прошу вас выйти, госпожа.

– Разумеется.

Я завозилась с платьем, пытаясь скрыть дрожь в ладонях и чувствуя отчаяние Рико, будто еще одно сердцебиение.

Вида торопливо схватила меня за руку и потянула вверх:

– Обопритесь на меня, хозяйка. – И прижала меня к своему напряженному телу.

Сгорбившись под навесом, мы медленно и неуклюже двинулись к лейтенанту. В притворстве не было нужды – после двух дней беспамятства я едва могла ходить. С каждым сделанным шагом тошнота усиливалась.

Вида помогла мне спуститься на землю, тихонько причитая над подолом моего платья, пока мы обходили лужу. И, лишь повернувшись к лейтенанту, я наконец оценила истинный масштаб угрозы. Повозку окружил отряд из двадцати человек: в основном пешие воины с мечами, но кое-кто сжимал в руках смертоносные механические луки. Нам ни за что не прорваться с боем. Хватка Виды усилилась.

– Моя жена в порядке? – послышался голос Делы.

– Стой, где стоишь! – крикнул Хаддо и кивнул двум ожидающим приказа солдатам: – Обыскать.

Они забрались в повозку. Мне не стоило смотреть – на моем лице, точно на карте, наверняка отражался путь к Рико, – но я не могла отвернуться. Старший мужчина одну за другой открывал дорожные корзины и рылся в них, разбрасывая еду, одежду и постельные принадлежности. Второй приподнял тюфяк, и в воздух вихрем взметнулась пыль. Солдат проткнул солому мечом – раз, другой – и переключил внимание на половицы. Вида судорожно вдохнула. Мой желудок сжался в рвотном позыве.

– Мне дурно, – вымолвила я.

Но едва я склонилась над затопленной канавой, как Вида железной хваткой развернула меня обратно к лейтенанту. Времени протестовать не было.

Согнувшись пополам, я изрыгнула к его ногам тонкую струю воды и зловонной желчи.

Хаддо брезгливо отшатнулся. Меня же вновь стошнило горькой жидкостью.

– Прошу, господин, хозяйке нужно прилечь. – Вида всем своим весом толкнула меня к лейтенанту.

Я инстинктивно попыталась отпрянуть, но Вида больно впилась ногтями мне в руку и сильным щипком заставила вновь согнуться.

Хаддо отступил еще на шаг и покосился на своих людей в повозке. Те открыто насмехались над его смущением.

– Ну что? Чисто? – спросил Хаддо.

Солдат, державший тюфяк, бросил его на пол:

– Да, сэр.

– Тогда выметайтесь оттуда и дайте бедной леди отдохнуть.

Мужчины спрыгнули на землю и, отсалютовав, присоединились к отряду.

Едва они отошли за пределы слышимости, Хаддо тихо произнес:

– Не отчаивайтесь, госпожа. Моя жена так же страдала после… всего. – Он жестом обвел мой белый наряд. – Но мы нашли удачу на Водах Лунной Девы. Уверен, боги и вам вернут здоровье и благословят вас другим сыном.

Я выдавила слабую улыбку.

– Нам по пути, – продолжил он, – так что мы можем сопроводить вас с мужем до следующей деревни. Так безопаснее и быстрее.

– Спасибо за щедрое предложение, лейтенант Хаддо, – сказала я, добавив в голос благодарных ноток, – но мы не хотим отрывать вас от службы.

– Мой отряд в любом случае пересекает гору. К тому же боги наверняка хотели бы, чтобы я помог паломникам. До деревни Лаосанг доберемся еще до темноты.

Хаддо поклонился и ушел прочь, явно чтобы сообщить моему мужу радостную весть.

Сплюнув остатки желчи, я поймала на себе взгляд Виды.

– В следующий раз не сопротивляйся, – пробормотала она.

Я хотела стряхнуть ее руки, но из-за слабости не смогла бы подняться в повозку сама. И надо признать, ее сообразительность все же спасла ситуацию, пусть и пострадало мое достоинство. Вида без раздумий опустилась на одно колено, второе подставив как ступеньку для своей немощной хозяйки. Искушение было велико, но я не стала давить изо всех сил и осторожно забралась в повозку, слыша, как Дела пытается отклонить предложение Хаддо. Впрочем, безуспешно – он твердо вознамерился помочь, и наш ловкий обман обернулся западней.

– Что ж, я крайне признателен, господин, – наконец сдалась Дела. Выбора не было: грубый отказ мог насторожить лейтенанта. – Под вашей защитой нам будет гораздо спокойнее.

Вида вновь закрыла тент, и на ее лице зеркально отразилось мое собственное напряжение. Каждая секунда в обществе патрульных и так грозила разоблачением, а теперь нам предстояла совместная дорога.

– Значит, в путь, – объявил Хаддо.

Тени солдат скользнули по навесу, а затем и повозка, дернувшись, пришла в движение. Ткань спереди откинулась, и к нам заглянула Дела:

– Как ты, жена моя? – Ее голос сочился заботой, но глаза были устремлены исключительно на тайник с Рико.

– С нетерпением жду вечернего привала, муж, – ответила я.

Дела кивнула. Все мы знали, что не в силах ничего изменить, покуда окружены людьми Сетона. Рико придется подождать, когда темнота укроет нас и позволит его вытащить.

Дела бросила еще один тревожный взгляд на половицы и отодвинулась.

Я перевернулась на бок и приподняла край тюфяка, не обращая внимания на возмущенное шипение Виды. Затем прижалась щекой к доскам и прошептала:

– Ночью.

Вряд ли Рико расслышал меня за грохотом повозки, но мне была невыносима мысль, что он заперт в тесном пространстве, не имея представления, что происходит и когда ему удастся выбраться.

Едва я рухнула на спину, как к горлу вновь подкатила тошнота. Возле моих ног Вида раскладывала по корзинам разбросанные продукты и вещи.

– Держи, – прошептала она, протянув мне флягу с водой. – Тебе нужно отдохнуть. Глотни чуть-чуть, но медленно, а то опять вырвет. Похоже, ты сильно ударилась головой, и нет иного лекарства, кроме отдыха.

– Ты знала, что меня стошнит на улице?

Вида пожала плечами.

Никакого сочувствия, но чего я ожидала? От осторожного глотка воды желудок скрутило. Я заткнула флягу и благодарно кивнула, но Вида уже отвернулась. Я все еще оставалась убийцей ее друзей. Уставившись в потолок, я попыталась отыскать хоть одну мысль, не приносящую чувства вины или страха.

Тщетно.

Сначала получалось думать только о солдатах вокруг и Рико, запертом в ловушке подо мной. Затем явились призраки тех, кого я убила. Я отмахивалась от бесплотного образа священника, раздавленного рухнувшей крышей, но его безжизненное лицо вновь и вновь всплывало перед глазами. И люди, сметенные бушующим морем. Женщины погребенные под собственными домами. Дети, разорванные, окровавленные.

Я судорожно вздохнула, надеясь очистить разум от мрачных картин, но взамен увидела учителя, умирающего в конвульсиях на моих руках; лорда Тайрона, обезглавленного на дороге как предателя; и тот ужасающий миг, когда я узнала, что лорд Идо вырезал всех заклинателей и их юных учеников. Столько смертей, и почти все во имя честолюбия Идо. Даже жители поселка были убиты не только моей силой, но и его…

Зачем Идо спас меня? Рико прав: он ничего не делает без собственной выгоды. Если он по-прежнему жаждал моей энергии, то мог забрать ее в доме рыбака – я была беззащитна. Я содрогнулась, вспомнив, как Идо впервые проник ко мне в голову во время испытания ливнями. Он завладел не только моей силой, но и телом. Однако на сей раз не пытался ничего присвоить. Возможно, Идо действительно изменился. И все же верить в его волшебное перерождение опасно: его сущность слишком плотно переплелась с тьмой. Вероятнее всего, он просто хотел оставить меня в долгу, чтобы я спасла его от Сетона. Неужели Идо правда думает, будто я рискну жизнь ради того, кто убил моего мастера и других заклинателей?

– Лаон, бери своих людей, и прочешите южные территории, – раздался голос Хаддо возле облучка повозки. – Сен, твоя группа идет на север. Помните, не получите никакой премии, если юный лорд-заклинатель хоть как-то пострадает. Остальные императора не заботят, так что трупы тоже сгодятся.

Я слышала, как тихо выдохнула Вида. А оглянувшись, увидела ее запрокинутое к потолку лицо, лишенное красок. Наши глаза встретились, и в ее мелькнул страх, но Вида тут же расправила плечи и продолжила укладывать скарб в дорожные корзины.

Я погладила скрытый под рукавом фолиант с нитью охранного жемчуга и послала молитву Кинре: «Защити», но на сей раз не нашла утешения в ответном пожатии камней.

Глава 3

Когда повозка наконец замерла на постоялом дворе Лаосанга, уже стемнело. Без шума колес остальные звуки внезапно усилились: голос Хаддо, отдающего приказы, мычание наших голодных волов, лязг кухонной утвари. Мягкий желтоватый свет просочился под навес и озарил Виду, неестественно прямо сидевшую меж двумя большими корзинами. Ее бледное лицо осунулось от усталости. В течение долгого дня мерное покачивание и ритмичный стук дождя по тенту убаюкивали меня, то и дело погружая в тревожный сон. Виде, однако, пришлось все это время бодрствовать. Я потерла глаза, как ни странно, раздраженная ее стоицизмом.

Ткань спереди раздвинулась, и к нам заглянула Дела:

– Я позабочусь о комнатах, жена. – Каждая складочка на ее лице была заполнена темной грязью, будто нарисованные линии оперной маски. – А ты, Вида, проводи свою госпожу, а затем помоги Солли вычистить повозку и подготовить ее к утренней дороге.

Хорошо придумано. Особенно учитывая, что в ближайший час или около того почти все солдаты Хаддо будут заняты собственными нуждами. Мы переглянулись, молча признавая возможную опасность.

– Ваша накидка, госпожа, – с притворным оживлением произнесла Вида и протянула мне плащ. – Укутайтесь, ночь выдалась холодная.

Дела встречала меня снаружи протянутой рукой, как и подобает супругу, и нахмурилась, когда я навалилась на нее всем весом.

– Ты в порядке? – спросила она шепотом, поддерживая меня.

– Да, всего лишь спазмы от долгой дороги. – И вдруг я уловила потрясающий запах мясной подливы, и желудок с ворчанием сжался. От тошноты не осталось и следы. – Боги, умираю с голоду.

Великолепный аромат доносился из таверны на другой стороне мощеного внутреннего двора, окруженного двухэтажным зданием и легко способного вместить восемь наших повозок в ширину и столько же в длину. В передней части таверны растянулось три ряда влажных скамеек для еды, все пустые. Под карнизом раскачивались красные бумажные фонари, а ставни на нижнем этаже были открыты, впуская прохладный ночной воздух и являя взору длинные столы внутри, за которыми ужинали несколько постояльцев.

Я рванулась было к вожделенной еде, но Дела удержала меня:

– Мы не можем ужинать там.

Ну конечно. Богатый купец с женой, тем более паломники, возьмут отдельную комнату. Я опять навалилась на Делу.

Из таверны к нам поспешил коренастый мужчина – судя по полосатой накидке, хозяин постоялого двора. По дороге он вновь и вновь останавливался и бесцеремонно отправлял солдат в два невысоких строения по обе стороны от ворот. На окнах я заметила молитвенные флаги – значит, именно там обычно ночевали паломники. Теперь же место превратилось в казарму.

– Нужно переставить повозку, – пробормотала я.

Дела согласно хмыкнула и оттолкнула меня на шаг назад. Я поморщилась – так сглупить. Хорошая жена всегда стоит за спиной мужа. Подошедший хозяин поклонился и взглядом быстро оценил тяжелый кошель на поясе Делы и мое одеяние из прекрасного льна.

– Приветствую, достойный господин, и добро пожаловать. Такое облегчение видеть хоть одного платежеспособного гостя. – Кривая улыбка смягчила грубые слова. – Ищете комнаты? У нас есть столько, сколько вам нужно, и по отличной цене. – Он понизил голос: – Эта смута в городе пагубна для процветающего заведения. А тут еще наводнения и землетрясения в придачу… людей и силком в путешествие не отправишь. – Еще раз глянув на мой белый наряд и осознав свою оплошность, мужчина торопливо добавил: – Почет и уважение вам, господин, за то, что поддерживаете жену в ее долге даже в столь опасные времена.

Дела кивнула, принимая извинения.

– Одной комнаты хватит, благодарю, – сказала она.

Трактирщик еще раз поклонился:

– И ужин? Моя жена готовит превосходную еду для паломников. Можем накрыть прямо в вашей комнате. – Он головой указал на проходящих мимо солдат. – Вы не пожелаете спускаться вниз, когда они доберутся до рисового вина.

– Да, мы закажем ужин. И мои слуги пусть заказывают что угодно из того, что сейчас подается в таверне. – Дела осмотрелась и жестом подманила трактирщика ближе: – Не сочти за оскорбление, милостивый господин, но нет ли где безопасного местечка, куда можно переставить повозку? Мои слуги, разумеется, останутся в ней, но я бы предпочел убрать ее от главного въезда.

– От греха подальше, – согласился тот. – Позади есть хлев, там хватит места и для повозки, и для волов. За небольшую плату можно и зверей накормить.

– Договорились. – Дела коснулась лба и сердца, скрепляя сделку.

Трактирщик повторил жест и кивнул на Виду, смирно стоявшую чуть поодаль с дорожной корзиной в руках:

– Предостерегаю: слуга пусть спит в повозке, но девушке не стоит. – Он потер лоб. – Могу для нее положить тюфяк в вашей комнате.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10