Елена Тимошенко-Седьмая.

Чужая постель 2. Роман



скачать книгу бесплатно

Дизайнер обложки Александр Александрович Пермяков


© Елена Тимошенко-Седьмая, 2017

© Александр Александрович Пермяков, дизайн обложки, 2017


ISBN 978-5-4485-3152-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступительное слово

Роман «Чужая постель» написан в помощь всем, кто не получил сексуального воспитания в семье, внимания и любви со стороны матери, не реализовался и не нашёл своё место в социуме. Одним из наиболее важных и ведущих факторов в развитии ребёнка была и остаётся Мать. В романе рассматривается множество психологических аспектов, влияющих на полноценное развитие личности, если семья неполная. Рассмотрены ошибки в воспитании и трудности, которые испытывает мать-одиночка в системе отношений «мать – ребёнок». Результатом издержек материнского воспитания в неполной семье становится деформация личности ребёнка. Восприятие ребёнком картины мира, которое он обязательно перенесёт, уже будучи взрослым, в свою семью, – всё это он возьмёт из взаимоотношений с мамой. Ребёнок, воспитанный одинокой матерью, взрослеет гораздо быстрее, чем его сверстники, получившие воспитание в полной семье. Чаще всего подростки из неполных семей не имеют должного представления о женственности и мужественности, в результате путают мужские и женские роли. Поэтому во взрослую жизнь такие подростки выходят с искажённым восприятием реальных взаимоотношений между мужчиной и женщиной. Проявятся ли у девочки лесбийские наклонности или у мальчика гомосексуализм в результате отсутствия материнского внимания и любви? От материнского участия и воспитания зависит успешная социализация или дезадаптация личности и её вечные поиски себя, своего предназначения.

Справится взрослый мужчина с детской психологической травмой на сексуальной почве? Чем опасен инцест? На все эти и другие вопросы вы здесь найдёте ответы.

Любите свою семью искренне и открыто, без фальши и лжи. Дорожите родными людьми и взаимоотношениями с ними. Будьте терпимее друг к другу, любите родных, пока они живы, и тогда родной человек никогда не станет внезапно для вас чужим. И пусть каждый ваш прожитый день будет осмыслен и наполнен гармонией, любовью, счастьем.

Ваша Елена Тимошенко-Седьмая

В основу романа легли реальные события. Все имена персонажей изменены.

Часть 2

Глава 1

– Что здесь случилось? Почему Арина сбежала? – Ирка была уставшей после перелёта и бессонной ночи. После сорванного медового отпуска с братом. И её распирала злость. – Зачем ребёнка перевела в другую школу, когда на носу конец учебного года?

– Так, это… – мать была перепугана, и с трудом подбирала нужные слова. Она боялась властную дочь и знала, что зависима от Иркиных подачек. – Сбежала из больницы.

– Чем заболела?

– Ты, главное, не волнуйся.

Устала с дороги? Присядь.

– Не тяни, я жду, – приказным тоном перебила дочь.

– Ой, да пустяки, – как можно беспечней проговорила бабушка, – сделали аборт.

– Аборт? Вы сдурели? Ты понимаешь, что натворила?

– Ты сама их штук двадцать отщёлкала, – набравшись храбрости, ответила мать.

– Что ты сравниваешь? Мне скоро сорок лет, моя жизнь состоялась! Хотела Арину за богатого арабского шейха выдать. Господи, что ты наделала? Я доверила воспитывать свою единственную дочь! А ты не уберегла!

– А что я? Смотрела за ней, как могла. Только везде не углядишь!

У матери на столе стояла квашеная капуста, колбаса и начатая бутылка водки. Дочь сама себе налила и, выпив залпом, потребовала, чтобы мать немедленно рассказала, всё в подробностях.

– Кто этот мерзавец, может, она у него?

– Нет никакого мерзавца!

– Не поняла?

– Девятиклассник на дискотеке, в темноте лица Арина не запомнила. Вот она, современная молодёжь, даже имя не спросила, а отдалась, – повторяла бабушка уже отработанную на подруге версию. – Да и было-то у них всего один раз! Отправляй после этого ребёнка в дом отдыха, куда только учителя смотрят и воспитатели, – убедительно лгала она уже сама, поверив в вышесказанное. – Ты не расстраивайся, а за шейха замуж отдай. В чём проблема? – наливая себе и дочери, примирительным тоном произнесла Тамара Борисовна.

– Не понимаешь, в наше время только непорочность стоит больших денег! Вот паршивка маленькая! Ладно, пусть только объявится, я с ней потолкую! Наказывала тебе – смотри, смотри! А ты, как за нами не глядела, так и на неё наплевать! А мне всё причитала: «Ей рано, рано!» А с Толиком что? Где он шарахается?

– Выгнала, стал за сердце часто хвататься! Помрёт ещё, думаю, а мне похороны, расходы. Зачем лишние траты?

– Ну и правильно сделала! – одобрительно кивнула дочка. – Одной намного лучше!

Тамара так не считала, потому что готовить, как и прежде, было некому, и отдавать приказы теперь тоже. Но, чтобы не раздражать дочь, она промолчала.

Допив третью рюмку, женщина расслабилась после пятичасового перелёта, её клонило в сон. Дочь ушла спать, заставив мать искать Арину по всем друзьям, знакомым и подругам. Только сейчас Ирка поняла, что Ариша, которую она видела урывками в своей занятой мужчинами и ведением бизнеса жизни, повзрослела так же рано, как когда-то сама.

Закрыв в спальню дверь, довольная, что разговор с дочерью прошёл мягче, чем представляла, мать налила себе ещё одну стопочку «для успокоения души». Потом, прошлёпав к телефону, позвонила Зине. С ней, как всегда, было удобно решать насущные вопросы и проблемы. В этот раз та посоветовала обратиться к цыганке, объясняя, что полиция – это одно, а цыганка, наверняка, разложит карты и скажет, где искать внучку. Согласившись, Тамара Борисовна поехала к Наташкиной матери, которая уже однажды сослужила хорошую службу.

Внимательно слушая торопливый и сбивчивый рассказ бабушки, она не подозревала, что пропавшая девочка второй день пряталась у неё на заднем дворе в заброшенном сарае. Женщина только смотрела большими чёрными глазами на эту пожилую даму и, качая головой, жалела её внучку. Будучи матерью пятерых детей она не могла понять, как можно убить ребёнка и пойти на аборт. Тамара Борисовна ещё раз отблагодарила за болезнь снохи, а цыганка только молча, улыбалась, зная, что совсем не при делах, просто так карта легла и судьба распорядилась.

– Ну, что там? – спросила, не выдерживая, гостья, тыча пальцем с длинным маникюром, в разложенные на столе карты.

Цыганка, напустив на лицо важность и всезнание, ответила, что девочка придёт домой сама живая и невредимая. Она уже догадалась, кому Наташка носила хлеб и чай в сарай. Но не хотела выдавать так сразу. А сказала, что необходимо провести обряд на возвращение внучки. Для этого нужно двенадцать свечей, двенадцать метров красной и синей ткани, и чтобы бабушка отстояла службу в храме. Тамара Борисовна кивнула головой, но потом, спохватившись, вспомнила, что не крещённая. И в церковь ни разу в жизни не заходила.

– Тогда, обряд на возвращение будет, стоить дорого, – ответила гадалка.

– Согласна, на всё согласна, – сказала, обрадовано бабушка, – называй цену.

– Сорок пять тысяч рублей.

– Хорошо, хорошо! – Тамара Борисовна достала, отсчитывая, из сумки деньги.

Цыганка их быстро спрятала между грудями и проводила бабушку. Убедившись, что та скрылась, она направилась в сарай. Девочки сидели на сене и весело хохотали.

– Идёмте в дом пить чай, – позвала мать подружек.

За чаепитием женщина выспрашивала у подростка, почему та ушла из дома. Арина не хотела, говорить, и молча, смотрела в чашку, считая всплывающие чаинки. Опытная гадалка пообещала исправить её судьбу и раскинула карты на будущее, объясняя, что теперь всё в жизни будет иначе. Обиженная девочка, рассказала о беременности, об аборте, о том, что родные не понимают. И свою мать она видит два раза в год: в Новый год и день рожденья.

– Меня никто не любит! – девочка плакала, и безудержно тряслась от рыданий. – Только один дед Толя и всё…

– Послушай, – заглядывая ей глубоко в глаза, говорила мать Наташки. Её речь была неторопливой и медленной, голос тих и спокоен. – Тебе нужно вернуться в семью и всё с ними обсудить, сказать, что бы ты хотела. Если хочешь жить с мамой, скажи, не бойся! Мама сильно волнуется, ты единственная дочь. Сейчас она ищет тебя с полицией по всей Москве и плачет. Ждёт, когда вернёшься домой.

Наташка слушала свою мать, которая являлась большим авторитетом в семье и пользовалась всеобщим почитанием, и уважением, как со стороны детей, так и со стороны мужа.

Арине претила сама мысль о возвращении домой в этот ужасный гадюшник, где самой главной гадюкой являлась бабушка. Но гадалка умело убеждать, и настояла на своём решении.

Прилетев из Германии в Москву, Серёжка понял, что потерял самое дорогое в жизни, что было, – жену! Женщину, которую, не отдавая себе отчёта, любил. Осознание потери пришло сейчас, когда она не пожелала остаться и ушла к другому мужчине. Вернувшись, в пустую квартиру, открыл бар и, достав бутылку коньяка, стал пить, пытаясь заглушить боль. Боль одиночества, сосала где-то под ложечкой и отдавала во всём теле. Этой ночью мужчина осознал, как тяжело вынести боль потери и невозврата, когда твоя любимая женщина уходит к другому.

– Как жить без неё? На чьём плече она будет засыпать?

Сергей налил полный двухсотграммовый стакан коньяка и выпил залпом. По груди разлилось тепло от спиртного напитка, комок нервов и напряжения ослаб. Выпивая стакан за стаканом, до тех пор, пока не упал на кровать, как был с дороги одетым. Провалившись в состояние какой-то дремоты, мозг продолжал работать. Раздался телефонный звонок, в надежде, что звонит супруга, обезумевший, подбежал к телефону, но услышал голос сестры.

– А, это ты, – разочарованным голосом произнёс брат.

– Арина, пропала, – произнесла сестра.

– Её что – похитили и требуют выкуп? – голосом без эмоций поинтересовался Сергей.

– Если бы, – ухмыльнулась Ирка. – Сбежала с больницы, где ей сделали аборт.

– Аборт? Она же ребёнок?

– Да, сейчас дети делают детей!

– Зачем аборт? У тебя, что, нет денег, выкормить двоих?

– Дурак, пьяный, что ли?

– Нет, убитый!

– Вот и я расстроена, и мать тоже!

– Аборт, зря сделали! Ты бы ребёночка усыновила, и росли бы вдвоём, как мы – брат и сестра. Друг друга ублажали, и жизнь была весёлая!

– Нет, ты просто напился в стельку! Чтобы она спала со своим сыном? Соображаешь?

– А что, в нашем мире и такое случалось. Заметь, не я сказал, Софокл в Древней Греции.

– Про Грецию не знаю и Софокла тоже. Пьёшь из-за жены?

– Как догадалась? Или мордочка в пуху?

– Сорока на хвосте принесла. Радуйся, что освободился от этого ярма на шее! Ещё придёт время, мне и матери спасибо скажешь!

– В ножки поклониться не надо? Или между ножек упасть?

– Слушай ты, пушистый и весь такой правильный, – она ещё хотела что-то сказать, но мать вырывала трубку. – Подожди, мать хочет с тобой поговорить.

– Сыночка, здравствуй, мой родной, – наигранным ласковым тоном произнесла мать.

– Привет.

– Как ты там, всё хорошо?

– Благодаря вам с Иркой, замечательно!

– К тебе Вероника в гости собиралась. Я сказала, что ты дома.

– Не стоит всю жизнь подкладывать мне женщин в постель!

– Ты мой сынуля! Тебе сейчас нужна хорошая девочка, чтобы всё забыть!

– Спасибо, за бесплатный совет.

Серёжка положил трубку и снова выпил полный налитый до краёв стакан коньяка.

В дверь позвонили. Он знал, что это подосланная матерью Вероника. Но сейчас у него было отвращение ко всем бабам. К этим кобрам, которые, вползли в его спокойную и безмятежную жизнь, и сломали её до основания.

«Одно дело, когда не женат, и некого терять. И совершенно другое, когда есть семья. Правильно сказала Лилька: „Семья – это обязательства“! Ну, что ж, если я не получил сексуального воспитания? Что теперь делать?» В дверь продолжали настойчиво звонить. А он продолжал, наливая, хмелеть.

Глава 2

Марина в Париже жила с мадмуазель Софи – коренной парижанкой, утончённой и грациозной моделью. Сколько лет Софии на взгляд было определить сложно, без косметики можно было дать восемнадцать от силы, с вечерним макияжем все двадцать пять, но ясно было одно – она молода, свежа, и безумно влюблена в опытную Марину. На съёмках Лилии делать было нечего, отказавшись от ужина с подругами, она пошла, бродить по улочкам Парижа. Парижанки были стройны и ухожены. Стройное тело – это то, чем жительницы Франции отличаются в любой стране. Многие дамы будут и в семьдесят лет бегать кросс и изводить себя всевозможными диетами, только чтобы не стать полными. Парижанка примет морщины как неизбежность, но лишний вес будет всегда считаться дурным вкусом. Для себя Лилия отметила и другое, что в гриме они умеренны. Повседневная косметика была практически незаметной и только подчёркивала достоинства естественной красоты. Зато француженки позволяли себе яркий и запоминающийся аромат духов. Лиля тоже не преминула купить парфюм «Шанель №5». Некогда подстриженные волосы её отрастали, и она снова решилась на стрижку. На этот раз ей сделали каре.

Отправляясь на экскурсии по городу, первым делом она направилась в Нотр-Дам-де-Пари, некогда воспетый Виктором Гюго, в своём романе «Собор Парижской Богоматери». В отрочестве Лилька читала этот роман и плакала над большой любовью горбуна. По сюжету, в гробнице Монфоконской виселице были найдены останки принадлежавших Эсмеральде и Квазимодо, один скелет обнимал другой. Когда их попытались разъединить, скелет Квазимодо рассыпался в прах…

Выдержанный в готическом стиле католический собор поражал одновременно своей красотой, мрачностью и стариной. Изображения горгулий и химер, свирепо смотрящих с верхней части фасада, а также сцены Страшного суда заставляли раскаяться любого грешника прибывшего сюда. Возле собора стояло большое количество туристов, и Лилия примкнула к одной из групп, как оказалось впоследствии – итальянцев.

– Строительство собора началось в 1163 году, при Людовике VII – услышала она голос экскурсовода.

– «Более восьми веков сюда приходили молиться, и просить у Господа помощи, – подумала Лилия. – Здесь хранится одна из священных реликвий христианства – терновый венец Иисуса Христа».

Зазвонил колокол, время было 19.00, и она поспешила войти внутрь здания, чтобы не отстать от группы. Торжественно и громко звучал орган, настраивая на нужный лад и мысли. В центре зала висела люстра, выполненная из посеребрённой бронзы.

– В часовнях, расположенных в правой части собора, картины и скульптуры. Мы сейчас туда пройдём, и вы увидите работы разных эпох, выполненных в различном стиле и технике, – продолжила экскурсовод.

Она остановилась у картины «Поцелуй украдкой» эпохи XVII века, созданной живописцем Жаном-Оноре Фрагонаром.

– Как мило и невинно, – произнесла Лиля вслух по-русски.

– Вы так находите? – спросил на ломанном русском языке подошедший высокий шатен, с зелёными глазами, отделившись от группы. – Мне больше нравится другая его работа, но тут её нет, «Девочка в постели, играющая с собачкой». У художника много картин, написанных сцен интимной жизни, пикантного, иногда откровенно эротического содержания.

– Нет, я не знакома с его работами.

– Адамо – представился молодой человек. – Хотите, вместе посетим красоты Парижа? Я тут когда-то жил.

– Лилия, – ответила женщина, улыбнувшись лучезарной улыбкой.

– Вы в Париж надолго?

– На семь дней, – ответила Лилия, рассматривая смуглое лицо собеседника. – А вы?

– Я журналист. Мой отец полуфранцуз-полуитальянец, мать итальянка. Всё моё детство прошло во Франции, сейчас живу в Сорренто. Сюда приехал в отпуск, написать очерк. А вы? Дайте угадать, русская балерина?

– Нет, – рассмеялась русская.

– Циркачка?

Женщина отрицательно помотала головой.

– Фигуристка?

– Фотомодель.

– Ну, я ошибся на чуть-чуть, – согласился Адамо.

Они шли по самой старинной площади Парижа – Площади Вогезов, когда-то во время рыцарского турнира, тут получил смертельную рану король Генрих II Валуа. Со времён создания площадь не изменилась. По сторонам площади стояли здания из красного кирпича с высокими мансардными крышами.

– Здесь когда-то жил кардинал Ришелье и Виктор Гюго. Хотите, я вас сфотографирую?

– Хочу.

Адамо достал фотоаппарат и стал снимать Лилю. Туристы, гуляющие по площади, оборачивались, глядя на эту привлекательную молодую женщину и её спутника. Вечер близился к закату.

– В какой гостинице вы остановились?

– Пока у подруги. Но у неё нет для меня места, и нужно искать гостиницу.

– Я снимаю домик на берегу Сены. Могу предложить комнату.

– С удовольствием, – обрадовалась Лилия. – «Этот мужчина, поможет забыть Сергея», – мелькнуло в голове, настроенной на короткий, ни к чему не обязывающий роман. Забрав свой чемодан, и попрощавшись с Мариной и Софи, она, уехала с Адамо.

Оставив вещи, мужчина предложил Лилии сходить в ресторан. Часы показывали 21.30 и оба были чудовищно голодны. Ресторан L’Arp?ge был расположен напротив музея Родена.

– Все продукты здесь доставляют свежими с парижских ферм, – заметил Адамо. – Что хочешь попробовать?

– Закажи на свой вкус.

В качестве основного блюда им подали гаспачо с мороженым и карпаччо из лангустов. Лиля отметила про себя весьма необычное сочетание ингредиентов. И изысканность блюда. Она пила кальвадос, и думала о том, как можно не влюбиться в эту страну. В шарманку, играющую за окном, и романтику которой была наполненная каждая узкая улочка Парижа. Они долго стояли на набережной Сены, Адамо рассказывал об Италии, где у его родителей свои конюшни, виноградники.

– Хотите покататься на лошади? В Венском лесу есть ипподром.

– Ни разу в жизни не каталась и не умею.

– Это несложно.

После дня наполненного впечатлений, Лилия заснула крепким сном. Ей снилось лето, их старый с бабушкой дом. А потом, она поднялась в небо и полетела. Во сне женщина была удивлена тому, что умеет летать, да ещё так высоко, выше птиц над землёй. Её разбудил Адамо, включив спокойную музыку, и принеся в постель фруктов и красного вина.

– Не рано для вина, – спросила русская, глядя в окно на восходящие лучи солнца.

– Нет, – улыбнулся Адамо, я подарю тебе тантрический секс, и ты найдёшь гармонию Вселенной и счастье, быть самой собой.

Оба ещё вчера заметили, что испытывают друг к другу обоюдную симпатию, порыв, некую скрытую тягу, обусловленную общими взглядами на мир, интересами, физической привлекательностью. Допив стакан вина, и заев виноградинкой, женщина посмотрела, не отрываясь на мужчину.

– Сосредоточься на ощущениях и ни о чём не думай. Отключи мозг, интеллект, только не закрывай глаза, – сказал тихо мужчина.

Кончиками пальцев он изучал её губы, нос, глаза. Рисовал линию на теле женщины, которая проходила сквозь туловище. Лилия сидела неподвижно, ловя на себе каждое движение и прикосновение, получая удовольствие. Вот его руки достигли шеи, спины, талии, чтобы затем погладить упругий живот. Пальцы нежно коснулись узких плеч, остановившись на одной груди, затем на другой, лаская призывно торчащие соски. Женщина глубоко вздохнула, партнёр поймал этот вздох и выдохнул. Пальцы спустились к бёдрам, ягодицам и пробежали по ногам, до самых стоп. В конце, его руки нашли её увлажнённую от желания промежность и прикоснулись. Он ткал полотно неизбежного соития с осознанием бесконечности бытия. Погладив и изучив всё тело, Адамо повторил то же самое, но уже кончиком языка. Итальянец пробовал на вкус линию губ, мочки ушей, соски, груди. Лиля задрожала мелкой дрожью, издав слабый стон. Они поменялись. И теперь уже она своими пальцами изучала его тело, своим язычком дотрагивалась до его сосков и плоти. Приняв удобную позу он, не торопясь, медленно вошёл, словно в храм, любуясь красотой. Медленно раскачиваясь в такт музыке, движения их были мягкие и плавные, грациозны и ритмичны, словно восточный танец. Лилия наслаждалась каждым мгновением и прикосновением в этом сексуальном общении. Адамо положил свои руки ей на грудь, массируя соски кончиками пальцев. Плавно переходя от одного движения к другому так, что было незаметно, где кончается одно и начинается другое. Это давало ощущение непрерывной любви и понимания, продлевая наслаждение и удовольствие. Они дышали в унисон, будто одно целое, и неразрывное. Женщина поднялась на доселе недосягаемые вершины бытия. Она поняла, что начинает приближаться к той стадии, когда время идёт по-другому, а реальность теряет очертания. И ощутила себя частью Вселенной, в которой растворилась вся без остатка. Наступила долгожданная осознанность каждого мгновения полёта, и впитывания сексуальной энергии, высвобождаемой в процессе.

Такого блаженства, и перенесённого экстаза женщина ещё никогда не получала. Лилия обрела свободу через страсть и наслаждение. Стала, как и обещал Адамо, счастливой, и смогла раскрыть в себе своё истинное «я», почувствовав себя молодой девушкой, впервые вкусив все прелести бытия. Лёжа на спине со свободно раскинутыми в стороны руками и ногами, они снова возвращались из космоса в эту комнату, которую покинули три часа назад.

– Где ты этому учился?

– Жил в Индии два года, там и осваивал Тантру.

– Ты женат?

– Предпочитаю делать счастливыми сотни женщин, чем несчастной одну.

– А как же дети? Семья? То, ради чего стоит жить – продолжение рода человеческого?

– Видимо, я ещё молод, – и Адамо признался, что ему всего двадцать четыре года.

Днём, они гуляли по Венскому лесу. Лес был разбит при Людовике XV и облагорожен для прогулок. Парк насчитывал четыре озера: Гравель, Миним, Сен-Мандэ и Домениль.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4